Семь фиалок

Со дня рождения Ричи прошло почти две недели, и учёба должна была вот-вот начаться. Правда, никто из троих Неудачников ещё не вернулся обратно в Нью-Йорк, оставаясь в Бостоне настолько, насколько это возможно. Тозиер всей душой любил домашнюю обстановку, так что старался встать как можно раньше, чтобы с самого утра окружить близких вниманием, ну, или, как называл это Билл, подоставать их. Ещё Ричи не забывал о том, что часть его друзей осталась немного далеко от него, но поддерживать контакт с ними тоже являлось неотъемлемой частью праздничных будней. Именно поэтому он чуть ли не каждый вечер звонил им по видеосвязи с целью «поболтать и увидеть не стала ли твоя глупая рожица ещё прекраснее». Кстати, с этой фразы он начал свой первый звонок Бев, что умилило её. Но уже на пятый, а может даже и четвёртый звонок она сказала, чтобы тот прекратил делать это так часто и позвонил Майку. Да, Хэнлон был отличным вариантом, если бы не его занятость кофейней, которая не выпускала его из своих цепких лап в обычные дни, а в зимние выходные он вообще будто жил там. И как-то всё сложилось в то, что последним вариантом остался Эдди. Вот тут-то начиналось самое интересное. Эдди и вправду никуда не уезжал, как и Беверли, но та, по всей видимости, отдыхала от вечно шумного Ричи. Каспбрак всегда был рад послушать болтовню Тозиера, пока занимался своими делами вроде готовки и рисования, но бывали и времена, когда он не делал ничего, концентрируясь только на Ричи. И сегодня был именно такой день. Предпоследний выходной перед новой неделей. Только в такие дни ты осознаёшь, что скоро вернётся ранний подъём, лекции, домашка — все неприятные вещи. Но в это же время ты не можешь не скучать по обыденной болтовне в кафетерии, во время которой задыхаешься от смеха, по зелёному чаю в пластиковом стаканчике и по приятной тишине безлюдных коридоров, когда ты можешь остановиться и почувствовать ту самую пустоту в голове, потому что ничем не обременён. Цифры в углу экрана сменялись друг за другом в ровном ритме и показывали, что прошло уже больше часа с начала звонка. Ричи наклонил голову прямо к камере, заслоняя гитарой футболку с рисунком динозавра. Эдди сегодня казался ему не таким, как обычно. Тише, чем всегда? Печальнее? Нет. Но во взгляде было что-то такое, не дающее Ричи покоя, и он пытался ободрить кареглазого всеми способами, на какие хватало возможности: глупыми шутками, историями и наконец игрой на гитаре всего, что не попросят. Правда, половины песен он совсем не знал, и ему приходилось импровизировать, играя по только найденным нотам. — Господи, у меня всё плывёт перед глазами, — парень наклонился так, чтобы его было видно. — Ощущение, будто я играю первую, потом пятую, а потом вторую строчку. Ужас… — Всё, предлагаю закончить твои мучения, — улыбнулся Эдди, отпивая чай из огромной кружки тёмно-зелёного цвета. Ричи сложил руки в молитвенном жесте, направляя их от себя в сторону экрана. — Свобода! — он отложил гитару в сторону. — Ну, на самом деле я умею играть. Ты не подумай… Но мне проще взять что-то из головы, чем смотреть на плывущие ноты. — Будто я не видел… слышал, как ты на самом деле играешь, — помотал головой Эдди. — Кстати, ты решил доучиваться в Бостоне, как я вижу. — Не-е-е, — Ричи нахмурил брови, — просто в семье не без умного человека, который додумался взять билеты на воскресенье. Так что пару часов сна и на пары. — А зачем ты взял на последний день? — спокойно спросил Каспбрак. — Ты меня сегодня прям убиваешь, — кудрявый изобразил обиженного ребёнка. — Их вообще-то Билл покупал. Понятно, какого ты обо мне мнения. — Только не начинай, иначе я сброшу, — кареглазый уже потянулся к крышке ноутбука, как Ричи замахал руками, прося этого не делать. Эдди со смешком откинулся на подушку, запрокидывая голову наверх. — Да ладно тебе, я шучу. Я бы тебя ни за что не скинул. — Я знал! — Максимум выключил бы звук, — невинно улыбнулся Эдди. — Так, похоже это я тебя сейчас скину, — Ричи закусил щёку, хмур брови. — Мне хватает одного человека, который так со мной общается — Стэна. — Ладно, всё. Честно-честно обещаю, что больше не повторится, — кареглазый поднял руки в жесте перемирия. A.A. Bondy — Surfer King Ричи хмыкнул, говоря, что и правда пора скидывать звонок. Но в последний момент он решил сыграть что-то из любимого, как окончание последнего звонка. Всё же, это день, после которого они будут видеть друг друга на экране куда реже. И на самом деле Ричи сгорал от желания увидеться вживую. Тозиер снова взял гитару, поудобнее устраиваясь перед ноутбуком. Она была обклеена стикерами, а ещё Эдди мог заметить какую-то странную многоцветную прищепку, установленную ближе к вершине грифа. Ричи бережно держал её в руках, следя за собственными пальцами и временами отвлекаясь на Эдди, наблюдая за его эмоциями. Он провёл по струнам кончиками пальцев, задевая их ногтями. Мелодия без особого ритма была чем-то вроде личного проигрыша в начале. Вскоре Ричи перешёл от импровизации на неторопливое вступление, тихо подпевая строчкам.

And the surfer king will show me everything In the great green flash of the evening Out on the tide, strangers, we ride Smoke in our eyes

Тозиер перебрал струны, что зазвучали ещё тише, и полушёпотом допел последние две строчки, поднимая взгляд на восхищённого Эдди, наблюдающего за игрой без единого движения. — В затмении жду твоего поцелуя с биением этих дурацких сердец, — строчка из начала повторилась дважды, прежде чем Ричи замолчал, перебирая струны и смотря прямо в камеру, будто прожигая дыру в самом Эдди. Ричи пару секунд невесомо касался струн, почти неслышно наигрывая совершенно другую мелодию, что звучала как-то некомфортно. Кареглазый, уловив звучание, ощутил нотки тревоги в груди, поглощающие кислород за него. Тозиер оборвал звук на вершине, вновь откладывая гитару в сторону и потягиваясь, а затем резко замирая. — Господи, показалось, что я сломался напополам, — кудрявый дёрнул плечами с ощущением того, что ему явно что-то защемило. Ричи усмехнулся самому себе, тряся головой. — Ну, что скажешь? Назову это прощальной песней… Хорошо звучит, а? — Название или как ты сыграл, — ухмыльнулся Эдди. — Ладно, и то, и другое — всё чудесно. Как бы… я не хочу, чтобы твоя хорошая игра являлась чем-то очевидным, но я и не знаю, как тебя нормально похвалить. Не в смысле, что ты плохо играешь… Очень даже. Очень даже хорошо в смысле. Боже, мои мозги! Ричи засмеялся, утыкаясь лбом в косточку руки. Он поднял взгляд, показывая раскрасневшиеся щёки. Сведя брови вместе и вздохнув, Тозиер легко улыбнулся будто специально для Эдди. — Ты так мило путаешься в словах, — парень подпёр голову рукой, сползая на кровать. — Странный комплимент… Слушай, а как бы его расценил человек с дислексией? — Каспбрак серьёзно задумался, отвлекаясь от неловкости происходящего. — Можешь спросить у Стэна, — зевнул Ричи, поудобнее устраиваясь на боку. — У Стэна дислексия?! — удивлённо спросил кареглазый. — Да не у нашего! Этот… — он пару раз щёлкнул пальцами, в поисках мысли. — Рыжий с журфака. Иронично, кстати. — Чего? Нет у него дислексии, — не поверил Эдди, точно помня, что пересекался с ним пару раз. — О да, именно поэтому он постоянно путает минимально схожие по звучанию слова. А ещё он левша! — воскликнул Ричи, будто пришёл к гениальной мысли. — Чушь, — пробубнил Эдди. — Я не верю. — Ну и не надо, — Тозиер перевернулся на спину. — И не буду, — заключил Каспбрак, скрещивая руки на груди. Кудрявый раскинул руки в разные стороны, закрывая глаза и слушая тишину, смешанную с лёгким шелестом, идущим из динамика ноутбука. Ему показалось, что он сейчас уснёт, так что закрывать глаза дольше, чем на секунду, он не рискнул. — Эдс, — протянул Ричи, смотря на качающиеся звёздочки из блестящего картона на нитях, прицепленных к потолку, — ты сильно по мне скучал? Эдди замер, водя глазами из стороны в сторону и пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то, на чём он может сконцентрироваться. Пустота, поглощавшая мысли до этого, будто начала выкидывать их назад — они заполнили всю комнату, топя в себе парня. — Ещё бы, — устало произнёс кареглазый, — а есть кто-то, кто нет? — По мне невозможно не скучать, знаешь ли, — улыбаясь, произнёс Ричи. — А вообще… Без Эдса всё совсем не так. И как я раньше жил, не зная его? Ты же тоже его знаешь? Что думаешь? Эдди хмыкнул, ощущая, как все чувства смешиваются внутри него. Он вздохнул, качая головой. — Вот терпеть не могу такое, — цокнул Каспбрак. — Не надо мне тут льстить. — Ты такой милый, когда делаешь вид, что тебе не нравится, когда я так говорю, — Ричи перевернулся на живот, снова подпирая голову рукой. Он кинул мимолётный взгляд на временную отметку, понимая, что всё длится куда дольше, чем он предполагал. — Блин, мы должны были закончить ещё час назад… Так всегда почему-то. — Всего-то два часа. В прошлый раз было пять, — Эдди потянулся за кружкой. — Это когда мама пришла разбудить меня, а я такой: «Ой, мы ещё не ложились»? — Ричи пытался вспомнить самые долгие звонки. — Да нет, это было когда ты пытался максимально тихо достать какую-то фигню с верхней полки и уронил вообще всё, стоявшее на ней, — Каспбрак пытался хоть как-то напомнить Ричи один из разговоров. Тот же уставился в одну точку, явно задумавшись. Все дни в его памяти всегда были одним бесконечным чем-то, от чего он постоянно путался в прошедших датах, будучи не в состоянии чётко определить день, когда происходило то или иное событие. Наконец-то картинка в его голове более-менее сложилась, показывая возможную хронологию. — Подожди, — кудрявый случайно хрустнул пальцами, заставляя Эдди почувствовать лёгкий холодок, — это тот раз, когда ты решил в четыре утра готовить пасту? — Да! Твои шутки так выбесили меня в тот раз… Вернее они меня всегда бесят, как и ты, — попытался казаться убедительным кареглазый, но из этой затеи не вышло абсолютно ничего. — Я знаю, что ты их любишь! И меня, кстати, тоже, — по-детски улыбнулся Ричи. — Так что не притворяйся, что хочешь скинуть звонок. — Так, это была последняя капля, — Эдди потянулся к крышке ноутбука. — Всё! Молчу, честно… Правда? По-настоящему? — Тозиер пытался выбрать слово, которое понравится Эдди, что смотрел на него как на придурка. — Ладно, всё. На самом деле уже реально пора закругляться. Так что… Пока? Ричи в очередной раз сделал то самое щенячье лицо, способное убить кого угодно. Сама медуза Горгона окаменела бы, увидев это божье творение, которое Эдди не мог не оценить. Очень часто чужие черты западают нам в душу, заставляя невольно улыбнуться, когда мы снова замечаем их. И это выражение лица было одной из самых дорогих для кареглазого вещей, которая в случае чего могла бы остаться тем воспоминанием, от которого щемит сердце. — Мы всё равно увидимся в понедельник, — невесомо кивнул Эдди в знак прощания. — Буду ждать, — Тозиер улыбнулся концами губ, бросая последний взгляд в камеру, прежде чем сбросить вызов. Эдди захлопнул крышку, откидываясь назад и сползая вниз по подушке. Он закрыл лицо руками, устало выдыхая. Пустота снова начала затягивать в себя все мысли и чувства, оставляя лишь это пронизывающее насквозь «и меня, кстати, тоже», тревожно скачущее внутри. Он ненавидел те дни, когда чувствуешь только противную беспричинную тоску, когда тебе не хочется вообще ничего. Она давит на тебя, царапает острыми когтями, вынуждая размышлять о том, что игнорируешь в обычные дни. Каждый старается убить её по-своему, и у него был способ чтобы сделать это. Эдди почувствовал, как глаза начинает жечь. Он быстро откинул одеяло, скидывая ноги с кровати и утыкаясь лбом в ладони. Досчитав до десяти и выровняв дыхание, кареглазый встал на паркет, чувствуя его прохладу, колющую тёплую кожу. Холода не хватало, но он был чуть ли не основной частью, чтобы решить проблему чувств. Ледяной душ мог бы с этим справиться. Эдди опустился на дно ванны отключая голову и понимая, что уже начинает переставать ощущать спину, по которой барабанили крупные капли, похожие на ледышки. Мокрые волосы прилипли к лицу, закрывая почти всё собой, но ему и не хотелось смотреть куда-то. Каспбрак вернулся назад в комнату в жёлто-оранжевом худи, которое было совсем не его и с махровым полотенцем, небрежно накинутым на голову. Вода стекала с волос, падая на ткань, и Эдди сжал край полотенца одной рукой, подхватывая одну из кружек, стоящих на тумбочке. Он отпил остывшего чая, переставляя синюю керамику на другую полку. Чашек в его комнате всегда скапливалось слишком много, но он постоянно забывал о них, пока те окончательно не заканчивались. Стол был полупустым, что довольно странно. Обычно он был завален материалами, учебниками, книжками и всяким мусором, а ещё заставлен кружками и полупустыми бутылками с водой. Но на каникулах кареглазый нашёл в себе силы, чтобы хоть как-то разгрести эти завалы. И почему-то от этого стало куда менее уютно, чем он рассчитывал. Эдди вытащил с полки повыше коробку, открывая её и смотря на вещи внутри: фотографии, несколько смятых листов с просвечивающими линиями карандаша, половина какого-то украшения, мятая пачка «Винстон» и белая зажигалка. Он достал последние две вещи, убирая остальное назад. Тусклая надпись мимолётно показалась на картоне под светом маленьких лампочек. Каспбрак взял телефон, выбирая какой-то плейлист с инструментальной музыкой и включая её погромче. Он хмыкнул, услышав гитару и поняв, что мелодия напоминает ему то, что Ричи играл в последний раз. Кареглазый залез на стол, распахивая окно настежь и всматриваясь в темноту зимней улицы. Пропитанный свежестью и морозом воздух тут же влетел внутрь, заставляя вздрогнуть и прочувствовать каждую кость. Тусклый жёлто-белый свет гирлянды показывал только то, что было вблизи, а дальше чернота проглотила всё, включая краски, памятные вещи и керамические кружки с отколотыми краями. Подрагивающие пальцы нажали на кнопку, выпуская небольшой огонёк. Каспбрак поджёг сигарету, грустно замечая, что в пачке их почти не осталось. Парень согнул руку, прислоняясь головой к оконной раме и закрывая глаза. Запах тлеющей бумаги с табаком медленно заполнял лёгкие Эдди, а образы смешивались друг с другом, превращаясь в месиво из ощущений, которые он чувствовал непонятно когда. Тёмные кудри, ухмылка, хриплый смех, руки с длинными пальцами и этот проклятый «Винстон». Кареглазый нервно сжал сигарету, выкидывая её в окно — не истлела и наполовину. Он понял, насколько устал от всего.

***

Понедельник. Всё возвращалось в привычное русло, как и учёба. Ричи ужасно не выспался и был недоволен задержкой рейса, которая стала чуть ли не единственной причиной всего плохого. Холодный чай, который он купил по дороге, был отвратительным на вкус и делал всё только хуже. Тозиер сидел на втором этаже, периодически вздыхая и пробегаясь взглядом по этажу, а затем снова утыкаясь в телефон. Знакомая молочная рубашка пролетела совсем рядом, останавливаясь и приближаясь к Ричи. Беверли в яркой оранжевой водолазке, поверх которой была накинута рубашка на молнии в крупную клетку, подбежала к Ричи, здороваясь жестом и ероша его волосы. — Выглядишь лучше, чем с утра, — Беверли кинула взгляд на Ричи, садясь на место рядом с ним. — Сцендвижение придало немного сил, а может забрало… Не знаю… — озадаченно произнёс кудрявый. — Что это с тобой? — Марш наклонила голову, фокусируя взгляд на парне. Ричи заметно встрепенулся, готовясь экспрессивно рассказать очередную историю. — Эдди… — только и произнёс Тозиер, но в голове Беверли пронеслось однозначное: «Опять…» — Мы должны были встретиться тут, но сама видишь. Ещё он не отвечает на сообщения и звонки. Вообще, вчера его тоже не было в сети, но я был занят, чтобы сильно думать об этом. Варианты? — Ты говорил с его однокурсниками? — рыжеволосая приподняла брови. — Почему я не додумался? — Ричи цокнул, сдержавшись от привычного удара по лбу. — У меня есть десять минут ещё. Ты, как всегда, выручаешь, — улыбнулся парень. Тозиер резво поднялся на ноги, хватая рюкзак и начиная чуть ли не бежать марафон. «У меня последняя, если что, напишу!» — только и успел крикнуть парень. Ричи пришлось спуститься и обойти полкрыла, чтобы дойти до мастерских. Это было единственным местом, которое могло помочь ему в поисках Эдди. Он остановился перед знакомой дверью, на которой не было привычных листочков с причинами, по которым нельзя входить. Парень на автомате дёрнул ручку на себя, слыша всё тот же приглушённый скрип. Тозиер просунул голову в небольшую щель, осматривая мастерскую. Ричи пробежался взглядом по светлому помещению, разочарованно вздыхая: Эдди внутри не было. Только длинноволосая блондинка сидела на белой табуретке спиной ко входу и смотрела на пустой холст, запрокинув голову. Девушка повернулась на звук, и Ричи заметил пятна краски на её чёрной футболке с белыми полосами у края рукавов. — Привет, — она улыбчиво махнула рукой, полностью разворачиваясь лицом к нему. — Ты что-то хотел? — Да я ищу кое-кого, — кивнул Ричи, замечая вопрос в чужом взгляде. — Эдди… Ниже меня, большие карие глаза… Почти всегда носит жёлтое! — Всё-всё, не продолжай, я ещё после имени поняла о ком ты, — блондинка покрутила затёкшими плечами. — Он сегодня не приходил. Можешь сходить к нему домой, но я бы не советовала. — Почему это? — недоумевающе спросил парень, прислоняясь к стене. — Он, конечно, очень милый, но не приходит только по одной причине, — она скользнула взглядом по Ричи. — А когда он болеет, то лучше его вообще не трогать, серьёзно. Смертельно опасный номер, так сказать. Девушка усмехнулась, вставая и подходя к столу с материалами. Ричи вскинул брови, услышав, что взаимодействия с Эдди могут быть небезопасны. Этим словам он не придал значения, благодаря светловолосую за информацию и закрывая за собой дверь. Сходить к нему домой было отличной идеей, особенно, когда Ричи знал адрес. Именно этим он и решил заняться. Правда, нужно было пережить ещё одну пару по актёрскому мастерству, которая точно была опаснее, чем один милый человек.

***

Последняя пара пролетела очень быстро, что не могло не радовать Ричи. Для него актёрское мастерство всегда было чуть ли не главной составляющей дня хотя бы из-за того, что это всё увлекало Тозиера настолько, что он полностью отдавался происходящему. Сегодня мастер придумал им довольно необычную задачу: представить, что ты работаешь уже пару лет кем-то определённым и рассказать о своей жизни максимально убедительно. Ричи же вытянул дизайнера интерьеров и настолько вжился в роль, что был готов сиюминутно поменять всю студию по новым дизайнерским канонам, которые он выдумал тогда же. В общем, сегодня он мог рассказать много интересного не только о поездке, но и о том, как работал дизайнером, пусть и всего минут сорок. Такого разнообразного опыта он мог набраться только тут, что и было одной из причин, по которой он поступил на театральное направление. Если тебе нравится всё, но ты не знаешь кем быть, то выбери того, кто может быть кем угодно. Задумавшись об актёрском бытие, Ричи и не заметил, как остановился перед нужным домом. Он вскинул голову наверх, мысленно считая этажи и смотря на плывущие по небу тучи. Эта зима была на удивление пасмурной, холодной и серой. Такая погода не могла не отразиться на самочувствии: ты либо простывал, либо чувствовал какую-то апатию, что была такой же серой, как и огромные снеговые тучи. Ричи взбежал по ступенькам, хватаясь за ручку подъездной двери и чуть ли не падая назад из-за того, что та оказалась размагничена и распахнулась в тот же момент. Он цокнул, ругаясь на работников управляющей компании за то, что не следят за такими вещами. Тозиер зашёл в тёплое помещение, держа очки в руках и замечая очертания ряда из именных почтовых ящиков, которые должны были ему помочь в какой квартире живёт Эдди. Белые прямоугольники с блестящими тёмными боками шли стройной полосой вдоль стены. Ричи подошёл к ним, озадаченно оглядывая их в хаотичном порядке, не зная за что и зацепиться. Всё же сконцентрировавшись на множестве информации, он начал медленный поиск нужной фамилии. Спустя минуты две парень зацепился за букву к, касаясь пальцами ящика, чтобы не потерять его из вида. Использовав все свои математические знания, Ричи смог предположить, что нужная квартира находится на седьмом этаже. Нажав на кнопку лифта, загоревшуюся красным кругом, Тозиер прикрыл глаза, понимая, что, войдя в раскрывшиеся двери, назад вернуться уже не сможет. И Ричи сделал шаг вперёд.

***

Остановившись перед двадцать пятой квартирой, он уже пару минут пялился на дверь. Кудрявый мысленно собирался, чтобы просто дотронуться поверхности и привлечь внимание. Задержал дыхание и отключил мозги на секунду, чтобы одно необдуманное действие пошло ему на пользу. Костяшки пальцев соприкоснулись с покрытием двери, и громкий стук эхом разнёсся по нескольким этажам. Ричи замер, вслушиваясь в происходящее за дверью. Ничего. Абсолютная тишина. Он постучал ещё раз, уже настойчивее, окончательно откидывая все сомнения. Затем ещё и ещё. Приглушённая возня последовала за надоедливым шумом. Отчётливые шаги приближались, останавливаясь неподалёку от тяжёлой двери. — Кто? Если ничего срочного, то пошли вон отсюда, я не открою, — раздался раздражённый громкий голос, заставивший Ричи поёжиться. Он совсем не был похож на привычный голос Эдди, но при этом в нём были знакомые очертания. И всё же Тозиер решил воспользоваться необычным шансом. — Это Ричи… — неуверенно проговорил парень. — Можешь открыть? Затяжная тишина с другой стороны будто оглушила кудрявого, но звук открывающегося замка привёл его в чувство. Ключ повернулся три раза, затем открылась щеколда и цепочка, а потом что-то щёлкнуло и дверь распахнулась. Взгляд Ричи сфокусировался на человеке у порога, и он вскинул брови, поняв, что смотрит на Эдди в приглушённом свете. Каспбрак был не менее удивлён, устало смотря на Ричи широко раскрытыми глазами. — Не стой в дверях, — кареглазый кивнул Тозиеру, пропуская его в квартиру. — Ты зачем вообще пришёл? — Ты не отвечаешь на звонки, на сообщения, не пришёл сегодня на пары, не встретился со мной, орёшь через дверь на людей и выглядишь очень странно, — перечислил Ричи, загибая пальца. Ожидая реакции, которая была слишком медленной для обычного Эдди, Тозиер пристально рассматривал Каспбрака, подмечая каждую необычную деталь. Красный след от подушки шёл шрамом по бледному лицу, становясь чётче на раскрасневшихся щеках. Волосы были растрёпаны, а покрасневшие глаза и сухие губы добавляли ещё больше баллов этому образу. Кареглазый еле заметно покачивался в разные стороны, что позволило Ричи сделать ещё пару выводов. — Во-первых, у меня беззвучка, а во-вторых, со мной всё… — Эдди не успел договорить, начав кашлять как простывшая собака. — Ага, вижу, как с тобой всё хорошо, — усмехнулся Ричи, протягивая руку к чужому лбу. Каспбрак заметно дёрнулся в сторону, сразу же возвращаясь в прежнее положение. Кудрявый приложил ладонь к коже Эдди, сравнивая это с прикосновением к начавшей остывать плите. — Мда… Ты явно не был таким безответственным в моих глазах… Ричи скинул пальто и обувь чуть ли не одновременно, вешая верхнюю одежду на крючок. Он ещё раз посмотрел на ничего непонимающего Эдди, замечая, что тот надел его худи. Тозиер интуитивно пошёл на кухню, слыша медленные шаги за спиной. Он щёлкнул выключателем, хватая пачку влажных салфеток со стойки. — Я просто ненавижу лечиться, — Эдди сел на один из стульев у стойки, сначала облокачиваясь на неё предплечьями, а затем и вовсе ложась. — И как же ты выживал до этого? — с интересом спросил Ричи, открывая один из настенных шкафчиков, наполненный посудой. — Блин… — Соседний… — протянул Каспбрак, анализируя вопрос. — Я не часто болею, но когда это происходит, то просто отрубаюсь от всего. Прибегаю к таблеткам только если совсем хреново. — А, то есть это ещё не совсем? — удивился кудрявый. — Моя мама была бы в ужасе от такого. — Моя тоже, — вздохнул парень, слыша где-то над собой чужой голос, наполненный шоком. Ричи открыл левый шкаф, поднимая дверцу вверх и нажимая на кнопку подсветки. Из-за такого отношения Эдди он думал увидеть пачку пластырей и просроченные леденцы от кашля, но множество разных баночек, похожих на мини версию аптеки, дали абсолютно противоположную реакцию. — Охренеть! — выругался Ричи, ойкая от того, что произнёс слова быстрее, чем успел подумать. — У нас с Бев на двоих даже столько нет… Прямоугольные блестящие упаковки лежали друг на друге, рядом стояли небольшие круглые баночки с обезболивающими таблетками, что шипели в стаканах с водой (Ричи обожал такие с детства, постоянно выпрашивая у мамы купить ещё витаминов). Простые пластыри и пластыри с рисунками, дезинфицирующие средства, непонятные стеклянные бутыльки с синими наклейками и ещё множество «пробников» расположились на одной полке, красуясь под белым светом. — Можешь считать, что у меня этого тоже нет, — хмыкнул парень. — Я всё равно этим не пользуюсь. Ричи, не желая слушать этот аптечный нигилизм, закатил глаза, начиная копаться в шкафчике. Он избирательно отсматривал баночки и упаковки, либо отодвигая в сторону, либо скидывая вниз или же складывая в левую руку, прижимая к себе. И вот в глубине показался пластиковый футляр для градусника, который Тозиер вытащил, окончательно скидывая остальные медикаменты на стойку. — Давай, — Ричи щёлкнул крышечкой, протягивая Эдди белый электронный термометр. Каспбрак нехотя взял вещь из чужих рук, нажимая на кнопку и еле протискивая её между шеей и горловиной худи. Ричи внимательно следил за каждым действием, стоя у раковины и облокачиваясь на кухонную тумбу. Минуты ожидания текли бесконечной рекой для Тозиера, который успел заново рассмотреть каждый миллиметр кухни, мысленно прикидывая, что покажет панель прибора. Эдди же закрыл глаза на секунду и открыл, когда градусник монотонно пищал. Он потряс кофту, поднимая упавший градусник с собственных ног. Чёрно-серые цифры расплывались перед глазами, и он никак не мог понять настоящее значение. Ричи мотнул головой, подходя ближе и выхватывая термометр. Тозиер задержался взглядом на результате, вскидывая брови и поднимая очки повыше. — Тридцать восемь и три, — произнёс кудрявый голосом робота, оборачиваясь на гору баночек позади. — Понятно, чего тебя так шатает: мозги варятся. — Очень смешно, — недовольно произнёс кареглазый, поднимая взгляд на Ричи и чувствуя некую вину внутри. — Да ладно тебе… — протянул Ричи, внимательно читая этикетку одной из круглых пластиковых баночек. Он налил воды в вытянутый стеклянный стакан, высыпая на ладонь две круглых белых таблетки. — Так, одна от температуры, а вторая тоже от неё. Удивительно, да? Ричи усмехнулся, ставя стакан напротив Эдди. Он положил в чужую ладонь препараты, следя, чтобы тот запил их водой. Кареглазый без каких-либо возражений выпил всю воду в попытке проглотить огромные круги действующего вещества. Кудрявый заметил, как Каспбрак свёл брови вместе, прикрывая глаза. Кудрявый с детства помнил ту самую особенную лекарственную горечь, от которой сводит челюсть и пробирает дрожь. А то, что он дал Эдди, всегда значило для него температуру тридцать восемь и выше, когда ты почти ничего не соображаешь и просто лежишь, закрыв глаза и прижимая холодное полотенце ко лбу, ожидая, когда же тебе станет хоть немного легче. Зато каким же приятным было чувство, когда просыпаешься полностью выздоровевшим и распахиваешь окно, вдыхая полной грудью свежий воздух. Правда, мама всегда ругалась, если замечала это, но и Ричи почти никогда не попадался. — Давно за мной не следили, чтобы я пил таблетки, — Эдди приподнялся со стула, чувствуя, как голова будто делает полный оборот, а земля уходит из-под ног. — Эдс! — Ричи широко распахнул глаза, вцепляясь в кареглазого мёртвой хваткой и смотря прямо в глаза. — Я бы не думал вставать так резко на твоём месте. — Ой, да я сам дойду, — цокнул Эдди, выкручиваясь из чужих рук. — Пусти… Тозиер молча покачал головой, ощущая себя нянькой, бегающей за четырёхлетним ребёнком. Он встал в проходе, прильнув боком к стене и смотря, как же Эдди справится сам. И Ричи каждый раз чувствовал, как сердце останавливается, если ему начинало казаться, что сейчас что-то произойдёт, а он не успеет добежать. И всё же Эдди справился, присаживаясь на край кровати и закрывая лицо руками. В голове шумело, глаза жгло, а кости были готовы разломиться на части. Он почувствовал взгляд на себе, устало поднимая голову. Ричи тепло смотрел на него, стоя у двери в комнату. — Можешь пересесть на стул? — резко спросил кудрявый. — Ага… — кивнул Каспбрак, выполняя просьбу. Ричи подошёл к кровати, скидывая всё с неё и снимая простынь. — Чё это ты делаешь? — Пытаюсь вспомнить, что делала мама, когда я болел, — задумчиво ответил Тозиер. — А это, между прочим, обитель микробов. Ну, и твоя тоже. — Хорошо, — усмехнулся Эдди. — Я не против, если ты побудешь хозяюшкой. — Тебе, кстати, следовало бы сходить в душ, но… — Ричи сделал привычный жест рукой. — Ты скорее помрёшь по дороге, чем сделаешь что-то полезное сейчас. — Я бы послал тебя, но ты так прав, — пробубнил кареглазый, устраиваясь поудобнее и наблюдая за тем, что делает Ричи. Очень хотелось закрыть глаза, но он старался поддерживать зрительный контакт, хотя и голоса Тозиера ему вполне хватало, чтобы чувствовать, как ему становится лучше. Кудрявый бережно складывал однотонное постельное бельё в прямоугольники, скидывая их друг на друга. Чувствовалось, как устают руки, поднимаясь и опускаясь туда-сюда. Он повернул голову, спрашивая, где взять новое. Тёмно-синяя ткань была вытащена из верхнего ящика тумбы; на ощупь она была такой мягкой, что, казалось, в ней можно утонуть. Слегка переливаясь, она поблёскивала под естественным светом. Пока Ричи пытался запихнуть одеяло в пододеяльник, Эдди встал, не двигаясь с места. Он отвёл плечи назад, выдыхая и чувствуя лёгкую боль в рёбрах, или лёгких, или везде. Тозиер кивнул ему, жестом спрашивая, что он собирается делать. — Всё же ты прав, — кареглазый отодвинул соседний ящик, доставая оранжевые штаны с рисунком из тыкв и большую светло-лиловую футболку. — Тогда захвати и это, — Ричи всучил Каспбраку стопку из ткани, подталкивая на выход. — Надеюсь, ты справишься. Темноволосый снова легко улыбнулся, отводя взгляд в сторону. Эдди исчез в коридоре, и замок двери ударился о вырез, звонко щёлкая. Каспбрак прижался спиной к двери, утыкаясь лицом в наволочки. Глупая улыбка проступила на его лице, и он не понимал: его лицо горит от смущения или от температуры. Ричи же времени не терял. Посмотрев по сторонам и вздохнув, он понял, что нужно с чего-то начать. Распахнув окно пошире, он мимолётно посмотрел на небо: всё такое же серое, даже ещё темнее. Вечер медленно крался к тебе, а ты и знать не мог, что он готовит каждому из нас. Пепел на краю карниза зацепил его, но он подумал, что кто-то из соседей тоже не против постоять с сигаретой у окна. Только он хотел заняться делами, как беглый взгляд поймал частички пепла с внутренней стороны окна, что вызвало пару вопросов в голове у Ричи. Стряхнув серо-белые кусочки сгоревшей бумаги вниз, он отошёл от окна, вздыхая и смотря на гору разноцветных кружек у кровати. Покачал головой, ставя их одна в другую и пытаясь не уронить все сразу. Еле дойдя до кухни, Тозиер быстро составил посуду на стойку, чувствуя, что если бы он помедлил хоть немного, то всё бы точно разбилось вдребезги. Повернув кран с холодной водой и набрав чайник, Ричи завис, рассматривая узоры на керамике. Вода чуть не перелилась через край, и он быстро поставил чайник на подставку, щёлкая кнопкой нагрева, смотря, как подсветка внизу загорается фиолетовым. Дно пошло мелкими пузырьками, который поднимались вверх, исчезая на половине. Ричи налил моющего средства на жёсткую губку, сжимая её так, чтобы пена проходила сквозь пальцы. Он помыл около десяти кружек, слушая, как шумит вода вокруг него: льётся из крана за стеной, смывает пену с его рук, кипит в сантиметре от него, отдавая теплом. Положив последнюю кружку на подставку, он провёл рукой по лбу, понимая, что оставил пенный след. Ричи прикрыл глаза, смахивая апельсиновое средство чистой рукой. Повесив тряпку на кран и кинув губку в специальную коробочку, Тозиер открыл ближний к нему шкаф, вскидывая брови и понимая, что с первой попытки нашёл заварник. Следующей задачей было найти чай, с чем он тоже справился вполне удачно, захватив ещё пару пряностей и даже сушёных цветов и ягод. Собрав всю энергию Майка, что жил внутри него, вспомнив его советы, он ещё раз осмотрел разные баночки и пакетики, протягивая к ним руку. Бордовая сушёная вишня, тёмные зелёные листочки чабреца и мяты, тягучий мёд — всё это Ричи поместил внутрь прозрачного заварника, заливая кипятком, поднимающим клубы пара. Стеклянные стенки быстро запотели, и кудрявый закрыл крышку одновременно с тем, как открылась дверь ванной. Эдди вышел с полотенцем на плечах и покрасневшей пятнами кожей там, где её было видно. Крупные линии красных точек, сливающихся в один узор, шли по бледной коже, обегая родинки. Влажные пряди коротких волос завернулись в небольшие кудряшки, возвращая причёске прежний вид. Он глубоко вдохнул прохладный воздух, обмахивая лицо ладонями; тогда Ричи вспомнил, что забыл закрыть окно в комнате. Тозиер прошёл мимо Эдди, что отпрянул к стене, освобождая проход. Кареглазый медленно прошёл на кухню, останавливаясь у стойки и открывая заварник. Медово-вишнёвый запах невидимым паром вылетел из-под крышки, заставляя зажмуриться от сладости. Услышав чужие шаги, он решил вернуться в комнату и забраться под одеяло. Ричи снова появился на кухне, выбирая кружки. Эдди заметил, что Тозиер точно взял светло-жёлтую с рисунком яблок и обычную из тёмного стекла. — Какой же ты суетливый, — произнёс Каспбрак, скрываясь за углом. — Неплохой комплимент! — крикнул Ричи, хватаясь за ручки посуды и чувствуя, как медленно плавятся костяшки пальцев от жара. Эдди открыл шкаф, встав на цыпочки и доставая с верхней полки тёмно-синий махровый плед с вышивкой золотых звёзд, поблёскивающих в свете оконных гирлянд. Он кинул его на кровать, чуть не попадая в Ричи, ставившего кружки на их родное место — прикроватную тумбочку. Хихикнув, прикрывая рот рукой, Каспбрак взял ноутбук со стола, отдавая его Тозиеру. — Включи что-то на свой вкус, — кареглазый завалился на кровать, расправляя плед по всей ширине. Ричи присел на самый край, думая, что посмотреть. На улице почти совсем стемнело и ему показалось, что обычные жанры не слишком подойдут такой атмосфере. — Смотрел ходячих? — обернулся Ричи на скучающего Эдди, который непонимающе помотал головой. — Ну, никогда не поздно начать. Кудрявый быстро пробежался пальцами по клавиатуре, нажимая пару раз на тачпад. Ричи уже хотел спросить куда поставить ноутбук, как Эдди откинул одеяло в сторону. — Ты идёшь? Там вроде уже началось, — Каспбрак указал на место рядом с собой. Ричи, ничего не понимая, скинул свитер, оставаясь в цветастой футболке с инопланетянином. Он подал Эдди устройство, держа за экран, от чего парень чуть не сжёг его взглядом, а после перелез на свою половину. Тозиер поставил ноутбук на свои колени, подавая кружку кареглазому. — А это о чём вообще? — спросил Каспбрак, пытаясь поудобнее взяться за горячую керамику. — Короче, в него, — Ричи указал на главного героя, мелькнувшего на экране, — стреляют на задании, и он впадает в кому, а когда просыпается, то все вокруг зомби. — И как? Звучит довольно глупо, — хмыкнул Эдди. — Тебе кажется, первые сезоны очень крутые… потом, правда, так себе, — вздохнул Ричи, зная все серии наперёд. Эдди внимательно следил за происходящим на экране, пытаясь вникнуть в сюжет. Ричи же лениво пил чай, теребя край пледа и периодически посматривая на экран. Внутри у него было странно. Зачем Эдди позвал его лечь с ним? Хотя что он должен был делать? Поблагодарить за оказанную услугу и выкинуть за дверь? Ни то, ни другое не устраивало Тозиера, но текущее положение нравилось ему куда больше. — Кстати, я когда первый раз посмотрел, то у меня такая паранойя была, что это реально может произойти, — со смешком произнёс Ричи. — Мы были бы крутой командой выживших, — мечтательно произнёс Эдди, ставя наполовину пустую кружку на пол. — Или нас бы съели в первый же день, — кивнул кудрявый. — Прикинь, Стэн бы стал зомби. Я бы его тогда на поводке таскал… Мне бы ещё катану как у Мишон! — У кого? — переспросил кареглазый. — Потом появится… — Всё, не спойлери, — Каспбрак ударил тыльной стороной руки по плечу Ричи. — Молчи и смотри. — Да смотрю я, — ответил Тозиер, отводя взгляд вбок и видя в стёклах очков увлечённого Эдди. Ричи прикрыл глаза, погружаясь будто внутрь подушки. Он думал о том, что холодное оружие лучший вариант, а ещё нужно спросить у Эдди как он себя чувствует. Но дальше этих мыслей была только темнота, в которую он упал как в глубокую лужу, смирившись с участью и переставая пытаться вылезти. Ему показалось, что он закрыл глаза на минутку, но когда открыл их, то за окном не было ничего видно, и, судя по происходящему на экране, прошло уже несколько серий. Жёлтые гирлянды медленно затухали сетью по всему окну, отбрасывая свой свет на потолок. Тозиер позвал Эдди по имени, чувствуя тяжесть на груди. Никто не отозвался на его тихий голос, и Ричи приподнялся на кровати, пытаясь понять происходящее. Эдди лежал, зарывшись в футболку кудрявого. Он прижимался к нему тёплым лбом и выглядел так, будто спит впервые за пару дней. Ричи осторожно коснулся чужой кожи, понимая, что температура почти спала. Кареглазый шумно выдохнул, из-за чего темноволосый отдёрнул руку, но тот так и не проснулся, лишь повыше натягивая одеяло и сильнее прижимаясь к Тозиеру. Кудрявый подумал совсем немного, ложась обратно и притягивая Эдди к себе. Тёплое чувство уюта разливалось в груди, и Ричи понял, что получил самый лучший подарок: он был по-настоящему счастлив.

***

Эдди перевернулся на спину, раскидывая руки во всю ширину кровати, что оказалась пустой. Он сел, жмурясь от яркого солнца, лучи которого пробивались через окно — сегодня был по-зимнему удивительно солнечный день. Парень чувствовал, как голова стала легче, а мышечная боль почти не чувствовалась. Воспоминания начинали прибавлять в чёткости, воспроизводя вчерашний день. — Ричи! Ричи, ты дома? — крикнул Эдди, не слыша ничего в ответ. Он провёл руками по лицу, замечая клетчатый цветной листок на прикроватной тумбе. Эдди перевалился через половину матраса, хватаясь за край бумаги. Простой карандаш тускнел на светло-желтой клетке, а острые буквы бежали вниз по ней. Надеюсь, что ты заметишь её быстрее, чем успеешь зайти в сеть и прочитать примерно то же самое. Чарли приучила нас всех оставлять друг другу записки, ибо, по её мнению, это куда чувственнее, чем обычные сообщения. Не знаю насчёт неё, но мои руки явно теряют свою «чувственность», когда я исписываю целый лист. Так вот, я встал сегодня куда раньше, чем обычно, чтобы приготовить тебе гренки на завтрак! Это, знаешь ли, многое значит. Можешь спросить у Бев или Стэна. А ещё могу сказать, что такая ?забота? понравилась мне, но на многое не рассчитывай. Это была разовая акция. В общем, не забудь выпить лекарства и позвони мне, как прочитаешь.

Ричи

Эмоции скакали по лицу Эдди, меняясь одна за другой, пока он читал записку. Прикроватные часы показывали одиннадцать утра, а стакан с водой и пластиковая чашечка с белыми круглыми таблетками только сейчас привлекли его внимание. Каспбрак испытывал смешанные чувства из-за написанного. Конечно, он не мог рассчитывать на большее, хотя ему безусловно очень хотелось этого. Кареглазый отложил листок в сторону, укрываясь прохладным одеялом. Ему показалось, что температура снова поднялась, а иначе из-за чего ему было так жарко? Щёки пылали, и единственное, что он мог сделать лишь бы ни о чём не думать — снова уснуть, чтобы не приближать себя к тому, о чём он размышлял, пока читал записку. Потому что если бы он выполнил просьбу, то смог бы узнать, каким могло быть то, что никогда не произойдёт: их совместная жизнь.

***

Ричи скучающе листал книгу о сценической речи, опираясь на автомат с кофе и слушая шум шестеренок внутри. Звуковой сигнал оповестил о том, что можно забрать стакан, и, как только парень потянулся к затвору, то почувствовал лёгкий удар по спине. Тозиер недоумевающе повернулся назад, собираясь узнать в чём дело, как увидел перед собой явно недовольную Беверли. «О нет…» — единственное, о чём подумал кудрявый. — Я могу всё объяснить, — произнёс Ричи, прижимая книгу в твердом переплёте к груди. — У тебя есть десять секунд, пока я думаю, как тебя убить за то, что ты не ночевал дома и не отвечал на наши звонки, — улыбчиво произнесла рыжая. Сотни мыслей нервно бегали внутри черепной коробки, и Ричи замер, вспоминая, что забыл сказать, что не придёт домой. Увидев пару пропущенных и несколько сообщений от Неудачников, он подумал, что незачем писать: всё равно встретит их в университете. А потом как-то замотался, пробегав до самого обеда, не вспоминая о переживающих друзьях. — Как видишь я жив, а это очень хорошо, — попытался отшутиться Ричи, слыша ответное «Не беси меня» от Беверли. — Ладно, я ночевал у Эдди! Так тебя устроит? — Ты что? — удивлённо спросила девушка, широко распахивая глаза. Рыжая схватила Тозиера за запястье, поднимая рукав и смотря на кожу. Всё те же метки. Ричи непонимающе отдёрнул руку, встряхивая её в воздухе. Он взглядом спросил, что только что было, как Беверли виновато наклонила голову. — Прости… Просто… — она пожала плечами, отводя взгляд. — Господи, ты про… — Ричи недоговорил, нервно усмехаясь. — Этот дурачок просто заболел, так что пришлось остаться. — И как ты сейчас? — спросила девушка. — Прекрасно! Моему иммунитету многие позавидуют, — самодовольно ответил кудрявый. — Очень смешная шутка от мистера «Я пошёл покурить в минус три, а теперь буду болеть неделю с температурой тридцать восемь», — съязвила рыжеволосая. — Ой, не надо тут… — цокнул парень. — Когда это было последний раз? — Три месяца назад, сразу после моего дня рождения, — мысленно посчитала девушка. — А всё почему? Потому что ты хотел быть самым красивым на открытой террасе в октябрьский вечер. — Слишком вычурно звучит, — вздохнул Ричи, включая телефон и смотря на время. — Слушай, ты когда болеешь, то во сколько встаёшь примерно? — Это у тебя какая-то исследовательская работа? Нафига тебе? — со смешком произнесла Беверли. — Да я оставил записку и просил позвонить, но… — Тозиер пожал плечами, скидывая рюкзак. — В любом случае думаю зайти к нему потом. Ричи снова посмотрел на время, понимая, что осталось несколько минут до начала пары. Он кивнул рыжей, жестом говоря, что им нужно идти. Беверли кивнула в ответ, продолжая смотреть на Тозиера, будто ожидая ответа на незаданный вопрос. Тот не обратил внимания, проводя рукой по волосам с мыслью о том, что хотел бы отрезать их. Но чужой взгляд не давал концентрироваться на собственных мыслях, отвлекая и выводя из себя. Наконец он не выдержал, поворачивая голову в сторону и смотря на девушку точно так же, как и она сама. Тёмные глаза столкнулись с серо-зелёными, прожигая на сетчатке друг друга дыры. И Ричи никогда не мог противостоять этому взгляду, в очередной раз не выдерживая этих гляделок. — Ну что? Говори уже, только перестань так смотреть, — мотая головой, бросил кудрявый. — Нет, это, конечно, не моё дело, но… — Ричи понял, к чему она ведёт. Все её подобные речи начинались именно с этой фразы. Парень уже приготовился к обычным ответам, но этот раз не был таковым. — Ты правда думаешь, что между вами ничего нет? Ноль повдоль, так же говорят? Ричи потребовалось время, чтобы понять, что она говорит о нём и Эдди. Он никогда не мог понять, почему всех так интересовали подобные вопросы. Всё же это было его личным делом, и если он хотел, то мог сам начать этот разговор. Но, если честно, он и сам не знал как ответить на свои внутренние вопросы. — Я не думаю, что ничего нет. Но я и не хочу думать, что что-то есть, — Тозиер вытягивал из себя слова, не понимаю до конца их смысл. — Да и вообще… Нет у меня желания говорить об этом… — Как скажешь, — Марш легко подняла руки в воздухе, заставляя рукава свитшота спасть с тонких рук. — Как появится желание — я всегда выслушаю. — Нет, ну, одно желание у меня есть, — хитро улыбнулся Ричи. Резкий звонок заставил дёрнуться чуть ли не каждого в здании, оглушая и заставляя разочарованно вздохнуть. Тозиер и Марш остались стоять чуть ли не в центре быстрого потока студентов: их разговор ещё не был закончен — они могли немного опоздать. — И какое же? — чуть громче сказал рыжая. Ричи покрутил головой из стороны в сторону, смотря жёстким взглядом прямо в девичье лицо. — Дай мне пачку, — взгляд снова переменился, будто теплея. — Пожалуйста? Беверли цокнула, отворачиваясь от Ричи и идя в сторону своей аудитории. Тозиер раскинул руки в стороны посреди полупустого коридора, крича ей вслед: «Серьёзно?!». Рыжая остановилась, смотря на него через плечо и выжидая. «Я куплю блок», — крутя кистями рук, произнёс кудрявый. Девушка окончательно повернулась к нему лицом, расстёгивая маленький кармашек рюкзака с вышивкой подсолнуха. — Твоё универсальное «пожалуйста» всегда работает как надо, — ухмыльнулась девушка, кидая красно-белую пачку «Винстон». Ричи в воздухе поймал небольшой прямоугольник, слегка сминая его. Он быстро сунул пачку в карман, махая подруге. Добежав до лестницы, кудрявый крикнул ей, что точно придёт сегодня домой. Она же ответила ему, что без блока может даже не возвращаться; это заставило Ричи усмехнуться и показать ей сердечко. Уже успокоившись, когда волны эмоций застыли внутри, кудрявый вернулся в свою аудиторию, замечая, что пара ещё не успела начаться. Ричи кинул рюкзак на парту, сразу вливаясь в разговор одногруппников и бросая какую-то шутку, язвительно отвечая на историю и заставляя всех посмеяться. Увлечённый обыденностью, он чувствовал, что что-то не даёт ему покоя. И про кофе, забытый в автомате, он вспомнит уже потом.

***

Ещё утром, когда Ричи готовил гренки — единственное, что он мог сварганить из всего, что было у Эдди дома — он подумал, что ему обязательно следует зайти в магазин. Именно поэтому кудрявый парень сейчас шёл по тротуару, держа в зубах сигарету, а в руках несколько пакетов с продуктами. Тозиер всегда скупал чуть ли не половину каждого отдела, цепляясь взглядом за яркие упаковки со стилизованными рисунками. Ричи свернул в знакомый переулок, чувствуя, как руки слабеют от тяжести. Он воодушевлённо прошел по заснеженной дорожке, выходя к нужному дому. Тозиер планировал задержаться у Эдди до вечера, но его планы, как обычно, не воплощались в жизнь так, как он этого хотел. Парень кинул тлеющий бычок в синюю урну, стоящую неподалёку от него. Ухмыльнувшись из-за успешного попадания, Ричи открыл по-прежнему размагниченную дверь, заходя в подъезд. Механический голос в лифте сообщил о прибытии на нужный этаж, и Ричи подошёл к нужной квартире, перекладывая все пакеты в одну руку, прежде чем постучать. Шаги снова послышались с другой стороны и ключ повернулся в замке; Эдди показался на пороге. Каспбрак сделал шаг назад, смотря на улыбающегося Ричи. Тот быстро прошёл в коридор, закрывая за собой дверь и ставя пакеты на пол. — Короче, я переборщил и купил слишком много, но не важно. Мама учила меня одному обалденному рецепту черничного пирога, так что сейчас часть купленного просто исчезнет, — Тозиер активно рассказывал кареглазому о том, что и для чего он купил. — Ричи… — Эдди попытался привлечь внимание кудрявого, обращаясь к нему по имени. — А ещё я купил банановое мороженое с мармеладом. Я только потом вспомнил, что тебе нельзя его сейчас. Ну, ничего, убери в холодильник на потом. А, кстати, я ещё купил тебе витаминов в форме медведей. Должны быть ягодными, если я не путаю… — улыбчиво продолжал кудрявый. — Ричи, стой… — Каспбрак коснулся Тозиера, всё ещё пытаясь привлечь внимание. — Прости, я просто увлёкся, — темноволосый остановился, давая слово Эдди. Кареглазый сжал своё запястье рукой, хмуря брови. Он поднял взгляд на Ричи, смотря прямо в его глаза, вдыхая его запах. — Спасибо за то, что сделал для меня, но… — он помедлил пару секунд. — Но мне это не нужно. Нет, правда, я очень это ценю. Я переведу тебе деньги за всё это, напиши сколько. Ричи не решил спорить. Он понимал, что переубеждать кого-то очень глупо, и если Эдди решил, что так ему будет лучше, то это его право. Тозиер, всё ещё чувствуя давящую ладонь на своей груди, отступил, распахивая дверь. — Если ты так считаешь, то, конечно, — ответил кудрявый, смотря на излом чужих бровей. — Я не считаю… — Эдди оборвал себя на полуслове. — Просто, сейчас тебе нужно домой… — Тогда позвони или напиши потом, — Ричи замер на секунду, решаясь продолжить. — Для меня это важно, я всё же переживаю. Эдди молча кивнул, закрывая дверь и оставляя Тозиера непонимающе смотреть на тёмную сталь. Услышав удаляющиеся шаги, кареглазый вскинул голову наверх, задерживая дыхание. Глаза снова зажгло уже не от температуры, и он раздражённо цокнул. Каспбрак отнёс пакеты на кухню, просто кидая их на стойку, наплевав на мороженое и всё, что там ещё купил Ричи. И если говорить о нём, то он не сделал ничего неправильного с точки зрения обычного человека. Просто сейчас было не лучшее время, чтобы видеть его. Своим присутствием он дал Эдди ощутить, как внутри него всё медленно срасталось вчерашним вечером. Но эта явная забота только всё усугубила. Как давно он не ощущал такого, забыв, что другие тоже могут что-то чувствовать. И сейчас, снова придя к нему таким прекрасно-заботливым, готовым на всё, он сделал только хуже. Им наверняка стоило поговорить, но Эдди не знал, как найти тот самый момент, не понимая, что любой момент может стать подходящим, если начать разговор. А несколько сигарет, которые Ричи выкурил по дороге, делали всё ещё отвратительнее. И потолок, на который уставились два карих глаза, не давал ответа на вопрос: «Когда всё это закончится?».