Смирение

Статуя Равновесия осуждающе склонилась над обжимающимися: кривоногая Непризнанная навернулась на ровном месте, а сердобольный ангелочек не смог не помочь. Убогая лапает покатые плечи, обтянутые тканью белой рубашки, приоткрывает ротик, надеясь вызвать отклик, а белокрылый либо не видит всего этого, либо по привычке строит из себя дурака. Люцифер уже ни раз замечал, как Дино подобными уловками пытался отвадить от своей ширинки Лилу. Сцена заканчивается, и Непризнанная отлипает, но продолжает мерзенько лыбиться и виляет задом, уходя. Дино провожает женский силуэт взглядом и улыбается сам себе такой спокойной, смиренной улыбкой, что аж трясет, тоже мне. Дино подвисает, смотря в пол. Люцифер коллекционирует улыбки Ангела: самодовольная, гордая, вымученная, снисходительная… но такой, как эта Демон еще не видел. И он непременно хочет ее заполучить. С чего это у Непризнанной есть больше, чем у сына Сатаны, чем она заслужила? Люцифер стоит в кустах, не скрываясь, но и не стремясь обозначить свое присутствие, и наблюдает: Дино, стряхивая наваждение, обращает взор на успокоившуюся статую, прикрывает глаза, складывает ладони в молитвенном жесте и начинает что-то нашептывать. Люцифер подался вперед и выпустил свою энергию, та устремилась к энергии Дино, потихоньку подступая, прощупывая границы. Мята, морская соль и утренний ветер приветливо встречают пепел, жар и густую, тягучую пряную горечь. Энергии привычно сплетаются, не смешиваясь, но принимая друг друга. При таком тесном контакте нельзя не заметить чужого присутствия, но ангелочек, видимо, решает Демона проигнорировать, хотя энергия белокрылого явно в курсе: она светится и распускается, приветствуя сильного невраждебного гостя. — Крутишь с Непризнанной? — Люцифер вышел из зеленой тени, бесцеремонно прерывая молитву. — Не лезь не в свое дело, Люц. — Что скажет папочка, когда узнает, что еще одна Уокер взялась и за сыночка? — Люцифер выдавил усмешку. — Закрой рот. — Дино, открыв глаза, обернулся к темному силуэту Демона. Он говорит резко, грубо, с явной готовностью за слова ответить, а смотрит открыто, без неудержимой злобы, так знакомой Люциферу, или ядовитой обиды, но с присущим ангельскому личику спокойствием. Дино, в последний раз пробежавшись по Демону прямым взглядом, уходит. Люцифер раздраженно шикает на злорадствующую статую и взмывает вверх. *** Люцифер преспокойно светит своим недовольно-высокомерным таблом во дворе школы, собирая влюбленные вздохи Демонесс и Непризнанных, когда видит вдали открывающийся водоворот. С задания должна вернуться Ости, надо ее встретить, джентльмен же, поэтому Люцифер взмывает в воздух и секунд за пять преодолевает расстояние до водоворота. Вопреки ожиданиям, вместо грудастой красотки из портала неловко вываливается Убогая и, прямо за ней, Дино. Он не вываливается, конечно, а с ловкостью профессионала вылетает из жерла водоворота, но Люцифер все же раздражен так, будто увидел очередного олуха. Демон уже собирался покинуть сие представление и вновь окунуться в чужое обожение, как заметил в руках Непризнанной весьма занятный талисманчик. Такие новичкам не раздают… Убогая передает висюльку Дино, пряча ее в кулаке. А Ангел, подозрительно оглянувшись, убирает талисман в задний карман. Хм, кажется, Люцифер знает, зачем этот брелок хранится в кабинете Фенцио, Демон несколько раз пользовался им, чтобы сношаться со смертными. Они, к слову, с Демонессами ни в какое сравнение не идут. Только вот зачем эта побрякушка Дино с Непризнанной? Убогая благодарно чмокает Ангела в щеку и куда-то сваливает, Слава Шепфа, а вот пришедшее раздражение уходить от Демона никуда не собирается. Тупое желание пинать землю и толкать ни в чем не повинных ангелочков нагревается и растекается внутри, будто утяжеляя тело. Злость в Люцифере разрастается долго, но долго же горит. Нужно отвлечься. Дино прогулочным шагом направляется в сторону Лабиринта, о, отлично. Сейчас-то Люци выпустит пар, в красках расписав Дино, почему спать с Убогой очень плохое развлечение, какой тот наивный лох, что поверил человеку, как глупо рисковать своей репутацией и здоровьем: Фенцио явно не по головке гладить за такое будет, и какой Дино придурок, в конце концов. Ну так, поделиться впечатлениями. Демон опустился прямо за спиной Ангела и подстроился под его шаг. — Люцифер? Демон молчит, втыкая в землю недовольный взгляд, и пытается найти на Дино остатки энергии Непризнанной. Его собственная вновь тянется к светлой мяте, но та вдруг ускользает, не дается. Люцифер поднимает негодующий, наливающийся злобной краснотой взгляд. Ой, есть что скрывать все-таки? Вот придурок, как можно было… еще и на эту. — Что ты хочешь? — Дино преграждает дорогу и снова своим мягким, почти заботливым, блядь, взглядом осматривает Люцифера. — Ничего. — Люцифер фыркает, сводя брови к носу в недовольстве и собирается уйти, как Дино хватает Демона за локоть и поворачивает лицом к себе. Люцифер с непривычки тут же проваливается в омут голубых глаз. Дино не поставил барьер? Чтобы он, Люцифер, узнал, что он там хотел узнать? Придурок. Люцифер весело фыркнул, но по воспоминаниям все же прошелся и вот нашел: лицо Убогой занимает все пространство — она очень близко, в светлой комнате отеля витает какая-то знакомая энергия, а внутри пульсирует сомнение. О чем ты так переживаешь, ангелочек? Убогая тянется к Дино, но тот отскакивает, как от огня и вызывает водоворот. Умничка. Люцифер доволен и с чистой совестью выскальзывает сначала из воспоминания, а потом и из омута. — Нашел, что хотел? — Дино смотрит прямо, на дне глаз, глубоко за радужкой плещется веселье, и Люциферу кажется, что Дино сейчас посмеется над ним. Но Дино молчит. Только смотрит прямо. И заботливо, черт его дери. — Да. Что ж не взял ее, умник? Не стоИт? — Люциферу стремно. Разговаривать нормально он не особо привык, а от неуместных грубостей у него и самого начинается изжога. Дино недовольно отстраняется и уходит. Снова. *** Мудак Фенцио издевается, и еще непонятно над кем больше: над Люцифером, который последнее время так и брызжет ядом или над проблемной Непризнанной. На кой черт мерзкую слабачку поставили против, мать его, Люцифера, кто додумался вообще? Неужели они считают, что Люцифер будет с ней хотя бы вежлив после того, как спалил ее в объятиях Дино у мыслительного древа? Убогая от ангела не отлипает, таскается за ним, а он в ответку лыбится. Засранцы. Дино перестал цепляться с Люцифером при любом удобном случае, больше не принимает все поражения так близко к сердцу, не огрызается, а раньше так трогательно злился на каждую подначку… сейчас же Люцифер для него будто исчез. Они всю жизнь были друг для друга чуть ли не на первом месте. Самые сильные, единственные друг для друга конкуренты, всегда на одной волне, истерзанные жестокими отцами и тренировками, они находили стабильность друг в друге всю жизнь, теперь же белокрылый возится с этой инвалидкой, будто устав от Демона. Люцифер торчит в опустевшем классе, а Непризнанная опаздывает на собственный экзамен. Дура. Демон зол, он быстро, поверхностно дышит, под ребрами нестерпимо жжет и хочется драться. Желательно с Дино, но и с кем угодно другим сойдет. Люц был бы рад вцепиться Непризнанной в глотку и разодрать артерию короткими ногтями, ярости и упорства в нем бы хватило. Энергия почти ощутимой угрозой висит в воздухе и вот-вот спалит все вокруг, но в кабинет вламывается запыхавшаяся Непризнанная, как не навернулась-то, и стыдливо опускает глаза, извиняясь. Тоже блин, ангелочек, откуда таких святош достают. Люцифер по привычке огрызается, и призывает водоворот. *** На задании Убогая с легкостью нарушает план Люци, вынуждая его показаться, да и потом не сдается. Ее слабая, едва ощутимая энергия чуть разгорается, а мордашка складывается в решительную гримасу. Такое лицо ей идет куда больше, чем то блядское, с которым она пытается пропихнуть ладошки Дино под брюки. Конечно, задание Непризнанная провалила, но потом с таким отчаянием и искренностью просила о разрешении в последний раз навестить отца, что Люцифер отчего-то не только позволил неугомонной это, но и решительно вознамерился приглядеть за ней. Отец Вики выглядел ужасно, опытному бессмертному без труда бы удалось почувствовать слабенькое биение жизни и кислое на вкус отчаяние. Люцифер тактично бакланил у заборчика, не проходя на территорию, на которую его не звали, но в удовольствии подслушать себе не отказывал. — Этот мужчина с Вами? — мужской голос, с надрывом произносивший каждую фразу, вдруг будто окреп. — Да. Иди сюда, Лю… Питер. — Вики усмехнулась, наклонив голову в бок и по старой привычке из далекой смертной жизни подхватила отца под локоть. Люцифер хмыкнул и подошёл к Уокерам ближе. Отец что-то щебетал про свою дочь, а потом запнулся, не смог подобрать нужного слова, потерялся на секунду и замолчал. — Особенная. — подсказал Люцифер и вдруг понял: и правда особенная. Но уж точно не ровня сыну Сатаны и черта с два он позволит ей получать от Дино что-то кроме вежливых приветственных кивков и открыточек на Рождество. Никогда в жизни белокрылый не будет больше пялиться на нее и лыбиться, как идиот. Пока Люцифер упивался своей решительностью и предвкушением скорой расправы, Непризнанная, еле сдерживая слезы, рванула куда-то. Не, ну у нее все с головой в порядке? Истеричная, самовлюбленная, шлюховатая… Люцифер бежит следом. — Да стой ты! — он резко разворачивает Вики к себе лицом: дрожащие, исказившиеся губы, страдальчески надломленные брови и блестящие от влаги глаза вызывают раздражение. — Не реви, Непризнанная. Хочешь покажу тебе свое любимое место на Земле? Она кивает, будто цепляясь за последнюю возможность не рассыпаться прямо здесь и обреченно хватается за рукав темной рубашки. Люцифер перехватывает ее руку, грубо сжимает запястье и утягивает в водоворот. *** — Хочешь сыграть в игру, Непризнанная? — Что за игра? — она заинтересованно приподнимает брови и смотрит прямо в спокойно-бурые сейчас глаза. Слишком много себе позволяет. — Ты задаешь три вопроса, правду я отвечаю только на один из них. — Ладно… А что будет, если я выиграю? — Непризнанная беззлобно задирает подбородок и манерно поправляет волосы, явно пародируя… Люцифер не знает, кого именно, наверняка, какую-нибудь никчемную цацу с Земли. Вопрос верный, и Люци увидел бы нечто демоническое в девчонке, но она будто веселиться, тут же позабыв и об отце, и даже о своем вопросе. Обо всем на свете. Человечишка. — Подарок. — Люцифер не может сдержать ухмылки, предвкушая. — На память. — Хм, тогда… Чем тебе нравится это место? — Серьезно? Из всех вопросов… — Демон уже было начал насмехаться, но резко передумал: ему же проще. — Хотя, насрать. Я просто ассоциирую себя с этим местом. Посмотри на горы, они такие большие и великие… Как я. Непризнанная закатила глаза, но промолчала. — Что у тебя с Ости? — теперь пришла пора Люцифера закатывать глаза, на губах сразу проявился густой, липкий вкус вишни, а шею затянуло навязчивостью. Стоило мнительной барышне пару раз оказаться под Демоном, как она возомнила себя чем-то большим, чем по сути является. Но Демонесса всегда знала свое место, понимала, когда стоит заткнуться и каждый раз прощала Люциферу его срывы, так что вполне законно занимала позицию за его правым плечом. — У нас ничего нет. Непризнанная дернула головой, недовольная коротким ответом и, судя по лицу, хотела начать возмущаться, но Люцифер решил избавить себя от лишнего трепа: — Следующий вопрос. — Почему ты так ненавидишь ме… Дино? — Люцифер еле заметно напрягся. Демон сам загнал себя в угол, оставив правдивый ответ на самый конец, и теперь был вынужден ответить серьезно и правду. — С чего ты взяла, что ненавижу? — Ну, вызвериваешься постоянно, кидаешься на него. — Он мой соперник, но не враг. Наоборот даже, мы на мир одними глазами смотрим. Следующий вопрос. — отрезал Люцифер, не давая и шанса развить тему. — Кончились. — Что? — Вопросы кончились. — Ну да. Так и на какой же я ответил правду? — Последний, Люц, это очевидно и… неожиданно. — дружеское сокращение имени вызвало новую волну раздражения: далеко не каждый мог позволить себе называть сына Сатаны так, и уж точно этого права не было у Непризнанной. От очередной вспышки агрессии Вики спасло лишь предвкушение, азарт, что наравне со злостью забегал по венам Люцифера. — Я обещал подарок за победу. — Демон, не дожидаясь реакции, прижал Непризнанную к себе и поцеловал вульгарно-пухлые губы. Она сначала напряглась и опешила, но потом втянулась, а Люцифер нагло мял талию, будто специально вылепленную, чтобы ее лапали и старательно имитировал страсть. Непризнанная активизировалась и опустила руку сначала на бедро, а потом провела ею и по внутренней его части, стараясь ухватиться за то, что в мыслях Люцифера уже давно находилось за щекой одного слишком правильного ангелочка. Люцифер брезгливо оттолкнул Убогую и призвал водоворот, бросив напоследок: — Я не сплю с Непризнанными.