Гарри Поттер и дом ключей.

      В школу Гарри вернулся примерно за час до ужина. В учительской, доступ к камину в которой ему специально дал директор, был только профессор Флитвик. Заверив декана, что у него всё в порядке и узнав, что директор находится сейчас в кабинете, Гарри решил не откладывать разговор по поводу домовика и спешно вышел в коридор.       Поднявшись на этаж выше и пройдя по коридору, в котором находится лестница в башню директора, Гарри понял, что пароля то он и не знает. Но, к счастью, пароль ему не понадобился, так как горгулья, что раньше охраняла лестницу, ныне несла пост напротив неё, и путь в кабинет директора был свободен. Поднявшись на вращающейся лестнице, Гарри постучал в массивные двери. – Войдите. – через несколько мгновений услышал Гарри из-за двери. Не став медлить, Поттер вошёл в кабинет директора. – А, сэр Гарри. Рад вас видеть. Надеюсь, вы успели сделать все, что хотели? – директор Саламандер искренне ему улыбнулся и жестом пригласил проходить.       Кабинет директора Хогвартса сильно изменился с момента его прошлого визита из-за того случая с Роном Уизли. Сейчас в кабинете, помимо стола директора, стояли шесть маленьких столиков, за которыми сидело шесть домовиков, что-то усиленно строчивших в пергаментах. – Пришлось раскошелиться из своего бюджета и купить в Гринготтсе писарей-домовиков. Никогда не любил бумажную работу. Какое-то время она даже была моим боггартом. – увидев удивление на лице Гарри, пояснил директор. – Цверги что, домовиками торгуют? Я думал, домовиков можно только в Хогвартсе или министерстве приобрести. – наблюдая за маленькими трудягами, спросил Гарри и подошел ближе к столу директора. – Не совсем. Домовиков, как вы и сказали, продает министерство магии и Хогвартс. Цверги же берут их на обучение. У домашних эльфов довольно странная логика мышления и классическому обучению они почти не поддаются. Цверги же смогли как-то разработать методику их обучения на кого-то, кроме слуги по дому и имению. Так что этих эльфов я приобрел в Гринготтсе, но заплатил лишь за обучение. – дал пояснения директор Саламандер. – Понятно. – отвлекся от разглядывания домовых эльфов Гарри. – Итак, сэр Гарри, думаю, вы посетили меня не только для того, чтобы сообщить, что вернулись в школу? – директор Хогвартса поставил печать на какой-то документ и убрал в небольшую стопку похожих бумаг на столе. – Я, кстати, по поводу домовика и зашел. Мне как раз нужен один. Вы можете с этим помочь? – улыбнувшись, спросил Гарри. – Если вы думаете о приобретении домовика, то я бы рекомендовал вам обратится за этим именно в Гринготтс. В школе и министерстве можно приобрести только простых туповатых слуг, что больше волшебства потребляют, чем пользы приносят. Хотя для вас у меня было бы другое дельное предложение. – задумавшись, сказал директор Саламандер. – Какое? – с интересом спросил Гарри. – Дело в том, что у меня есть один знакомый брауни. Если вы с ним поговорите, то, возможно, захотите нанять его на работу. Парень он толковый и берет немного. Всего один костюм в год и горшочек меда раз в месяц. Ну, и от пары галеонов на новые башмаки не откажется. – с улыбкой сказал директор. – Брауни, большая редкость. – озадаченно сказал Гарри, припоминая всё, что знает об этой разновидности малого народца. – О да! – кивнул директор. – А разве они не получают вольную, когда им вручают башмаки? – задумчиво спросил Гарри. – Вы это из магловских сказок узнали? Неудивительно, что они все перепутали. Особенно после принятия Статута. Домовые эльфы получают свободу с выдачей им одежды, брауни получают увольнение, если волшебник разорвет контракт и укажет ему за порог. Проще говоря – выгонит. Ну еще как вариант: брауни остается без работы, если дом, в котором он служил, был разрушен. Собственно, так мой знакомый и оказался безработным. Волшебник, на которого он работал, что-то перемудрил в своих экспериментах и сровнял свой дом с землёй. Там, на развалинах, я и встретил Панактика, убитого горем от того, что лишился дома, ну и хозяина. Интересует? – директор вопросительно вскинул брови. – А это не он свой дом разрушил? – припомнив еще одну, известную ему из сказок, особенность брауни, спросил Гарри. – Забудьте эти маггловские бредни. Для брауни дом свят! А хозяин главный в святыне. Вот так вот. Так что навредить дому и его хозяину для брауни – святотатство. Причем хозяин может и снести дом, но сперва ему нужно будет сообщить брауни о том, что он будет строить на его месте другой или переезжает в другой дом и увольнять его не собирается. Если этого не сделать, то тогда да, брауни может и рассердиться. – директор Саламандер развеял заблуждения Гарри. – Я всё понял и с радостью поговорю с вашим знакомым. – согласно кивнул Гарри. – Хорошо. Я сообщу вам, как поговорю с Панактиком. Думаю, пора нам спускаться на ужин. Не составите мне компанию по пути в большой зал? – спросил директор Саламандер у Гарри, поднимаясь из-за стола. – С радостью. – ответил Поттер, также вставая с кресла.       По дороге в большой зал Гарри не удержался и спросил директора. – А почему вы сами не наймете Панактика? – Гарри немного ускорил шаг, чтобы не отставать. – А куда я его найму? – спросил в ответ директор Саламандер. – У меня есть дом, но бываю я там редко. Так что он не очень-то обжит и для брауни не подходит. Мой чемодан для брауни тоже не годится, а в Хогвартс я его нанять не могу. Это в первую очередь школа, а не дом. Да и замки брауни не очень любят, как и домовиков. – дал разъяснение директор. – Понятно. Простите, я действительно мало знаю о брауни. Только то, что они лучше домовиков и очень редки. Ну, и остальное из маггловских сказок. Впрочем, это, как оказалось, неправда. Мне одно важно узнать. Брауни же хранят секреты хозяина? – задал очень важный вопрос Поттер. – Ещё как хранят, и не расскажут никому. Даже если их выгонят. Более того, они не только хранят секреты дома и хозяина, но и защищают их. Брауни – это не только слуга и хранитель дома, но ещё и его страж. – многозначительно ткнул пальцем вверх директор Саламандр и вошёл в большой зал, где сразу же направился к столу преподавателей. А Гарри, помахав Драко и Невиллу, поспешил за стол своего факультета, где его уже дожидались друзья.