Конечная

      Гаррет Хоук оказался неугомонным типом. Он заявлялся в библиотеку несколько раз в неделю, врывался в неё вихрем смеха и разрушений. В своё второе посещение он обрушил полку со сказками, чуть было не прибив ею Коула, а потом долго извинялся и пытался помочь собрать и расставить книги по местам. Именно пытался: из-за его стараний Фенрис провозился с расстановкой книг в три раза дольше, чем если бы делал всё один. К обрушению своего маленького мира Коул отнёсся довольно философски – перекочевал в раздел мифологии и религии к Лелиане. Полку Хоук заменил следующим днём, притащив инструменты и материалы и соорудив новую прямо на месте. Фенрис, конечно, был не против новой полки, но всё равно наорал и выгнал работничка и оставшийся день страдал от головной боли, слыша фантомные звуки шуруповёрта и молотка.       А ещё через неделю Хоук сломал стол. Варрик, правда, говорил, что тот и так на ладан дышал, однако Фенрис был уверен – если бы не Гаррет, стол бы простоял ещё не один десяток лет. За стол Хоук тоже очень активно извинялся, но и его починил. Точнее просто принёс новый, явно сделанный собственноручно. Для человека его профессии у него были слишком умелые руки. Он смазал петли скрипящих дверей, починил хромоногий стул Фенриса, когда библиотекарь только отошёл на несколько минут, и даже исправил ящики стола и теперь они задвигались ровно и плавно. С одной стороны, Фенриса устраивало, что теперь от скрипа дверей не хочется лезть на стены, а стул не норовит сбросить его на пол, как норовистый жеребец, да и ящики были не раз становились причиной его нервных срывов. Но подобная забота Хоука начинала раздражать и наводить на определённые мысли, особенно после неуклюжих попыток флиртовать со стороны Хоука и поползновений в личное пространство Фенриса, которые тот пресёк с помощью толстого медицинского фолианта. Фенрис хотел расставить все точки над «i», но тянул с этим. Время шло, а он всё молчал.       Он просто не умел разговаривать с людьми, уж тем более на такие темы. Особенно с врачами. И особенно с Хоуком, который вроде был не врач, но относился к медицинской сфере.       - Ей нравится Хоук, - сказал Коул, сразу же усаживаясь на угол стола. Фенрис лениво согнал его тряпкой. Он не любил, когда вещи использовали не по назначению.       - Возможно.       - Она словно оживает и молодеет. Ты ведь тоже это чувствуешь?       - Может быть, - неопределённо отзывался Фенрис.       - Он приклеил ручку-лапку к шкафу.       - Я видел.       - Она теперь даже блестит!       - Я знаю.       - Он ей точно нравится.       - Вы о ком? – поднял голову Варрик. На улице сгущались сумерки, поэтому писатель приволок в читальный зал лампу со стойки Фенриса и теперь что-то строчил в её тусклом круге света. Стоит ли говорить, что это место Фенрис старательно обходил, предпочитая полумрак.       - О библиотеке, - пояснил Коул, вновь усаживаясь на край стола и болтая ногами.       Писатель хохотнул.       - Понимаю. Так-то малыш прав – Хоук действительно оживил это тухлое местечко.       Фенрис медленно выпрямился и обернулся к писателю. В зелёных его глазах плескалось праведное негодование.       - Тухлое? – вкрадчиво переспросил он.       - Ну согласись, здесь было довольно уныло, - начал было писатель, но был прерван:       — Это не клуб, чтобы здесь было весело, а би-бли-о-те-ка. Здесь не должно быть весело, здесь должно быть спокойно. А твой Хоук всеми возможными способами нарушает этот покой! Вчера он сорвал дверь с петель! – указал Фенрис в сторону.       - Но приделал обратно. Теперь она плавно открывается и закрывается. Ты сам ругался постоянно, когда она хлопала тебя по заднице.       - На прошлой неделе он разбил стекло! – припомнил Фенрис.       - Так вставил же. Правда, оно несколько не гармонирует с другими – слишком чистое.       - И блестит, - вставил Коул.       - Вот именно! – рявкнул Фенрис. – Оно совсем не похоже на другие, что вносит дисгармонию!       - Так может кому-то просто надо лучше мыть окна? – опрометчиво сказал Варрик и сразу же получил обжигающий злой взгляд. Влажная тряпка плюхнулась ему на колени.       - Вот сам и мой.       - Не спорь, Фенрис, тебе нравится то, что делает Хоук! – услышал библиотекарь за спиной, но даже ухом не повёл.       В родном углу его ждала долгожданная тишина и темнота. Усевшись на стул, Фенрис бухнул локти на тёмную поверхность стойкий и уставился в глубину рядов полок. В конце их коридора мерцал свет настольной лампы и слышался шёпот переговаривающихся Коула и Варрик. За спиной тикали часы. Неровно, нервно, аритмично. Словно на последнем издыхании. Сперва Фенрис вслушивался в этот больной звук, а потом стал раздражаться из-за него, хотя раньше и вовсе не обращал внимание. Они так всегда что ли тикали или он только сейчас заметил это?       Тик. Тик-так-тик. Тик. Тик-так-тик. Скрррр. Тик. Тик-так. Тик. Скрррр.       Полностью погружённый в музыку часов Фенрис не заметил, как сзади сгустилась тьма. Лишь когда широкая ладонь легла ему на плечо, он вздрогнул от неожиданности и отшатнулся в сторону, чуть было не упав со стула.       - Эй-эй! Держись! – заговорила тьма знакомым голосом и сильный руки ухватили библиотекаря, удерживая от падения.       - Какого!.. Хоук?! – воскликнул Фенрис, цепляясь за эти руки. Треснуться головой о стойку не входило в его планы на вечер.       - Какие мы впечатлительные. Ну Хоук, - проворчала темнота. Фенрис вновь устроился на стуле и отпихнул от себя досадливо тёплые и уютные ладони, норовящие помочь ему. Иметь такие широкие ладони – это вообще не противозаконно? Они почти наверняка могли обхватить талию Фенриса целиком!       - Что ты здесь делаешь? Уже десять вечера!       - Тот же вопрос можно задать тебе. Закрытие-то в восемь.       Фенрис различил наконец-то силуэт Хоука. Большой, словно медведь, он с трудом помещался рядом с ним за стойкой.       Рядом. За стойкой.       - Уйди отсюда, - тихо сказал Фенрис, вжимаясь спиной в дерево.       - Чего? – недоумённо спросил Гаррет, положив руку на стойку и нависая сверху, чтобы лучше услышать.       - Катись отсюда! – рявкнул ему в ухо Фенрис и пихнул ногой. С таким же успехом он мог попытаться сдвинуть с места товарный состав пинком.       - Эй, не нервничай! Ты чего! – Хоук ловко поймал его за лягающиеся ноги. Фенриса охватила лёгкая паника.       - Ты вообще знаешь о существовании личного пространства?! – пытался вырваться он, но проще было бы избавится от захвата профессионального борца, нежели от рук Хоука.       - Да хватит лягаться, я не покушаюсь на твоё пространство. На, держи обратно.       Фенрис не ожидал, что Хоук так внезапно отпустит его ноги и случайно сам же ударился об угол стойки.       - Ты чего?! – испугался Хоук, глядя, как внезапно гадюкой зашипел Фенрис и согнулся в три погибели, схватившись за ногу. Но тот от боли не мог выдавить из себя ни звука. Решив, что произошло что-то страшное, Хоук стремительно стащил Фенриса со стула и осторожно устроил на полу. Он уже было приготовился провести профессиональный осмотр на наличие переломов, как толчок в плечо остановил его. Фенрис зло глядел на мужчину, упираясь ему в плечо кулаком.       - Ты идиот, Хоук, - прошипел он.       - Чуть что – идиот, - попытался обидеться Хоук. Хотя на деле у него камень с души свалился. Ругается – значит цел. – Что случилось-то? Стойка поди не бетонная. Ты же совсем легко стукнулся.       - У меня низкий болевой порог. Если хочешь понять, что я почувствовал, то пойди и пни со всей силы грузовик.       - А, вот оно что. Ну ты и напугал меня. Я-то уж подумал, что сломал чего ненароком. Уже в тебе, - и хихикнул.       - Хоук, что тебе нужно? – устало спросил Фенрис. После боли на него всегда накатывала какая-то непонятная апатия.       - Да я вот… часы принёс. А то твои того уже. Думал: как ты ещё не рехнулся с ними? – путанно пояснил Хоук и почему-то отвернулся, глядя на тусклый свет в читальном зале.       - Ты притащился посреди ночи, чтобы напугать меня до усрачки и отдать купленные тобой часы?       - Ну… да.       Фенрис вздохнул. Вот что ему теперь делать? Прогнать наглеца прочь? Так тот спорить начнёт, а сил на это уже нет. Проще заставить его всё-таки поменять эти клятые часы, смирившись с судьбой.       - Ладно. Только сам их поменяй.       - Отлично! – слишком уж обрадовался мужчина.       - Хоук.       - Да?       - Слезь с меня.       - Оу…       Хоук вскочил и помог Фенрису поняться. Тот, воспользовавшись его рукой, сразу же оттолкнул её, как только твёрдо встал на ноги. Брюнет сделал вид, что ничего не заметил. На замену часов у них ушло минуты три. Одна – чтобы в конец раздолбать больные часы, уронив их на пол, и две – на то, чтобы повесить на гвоздик новые.       - Луна? Хоук, это луна? – удивлённо спросил Фенрис, глядя на круглый лик небесного тела с чёрными стрелками и римскими цифрами.       - Чтобы ты выл на неё по ночам, - шутя ответил Хоук.       - Я похож на волка?       - Немного. Тоже рычишь на всех, но на самом деле ты пушистый щеночек внутри.       Фенрис нахмурился, но промолчал. Опять этот нелепый флирт. Сидя на корточках, он собирал развалившиеся на винтики часы и бросал детали в пакет из-под новых.       - Они своё оттикали, - Хоук тоже присел рядом и принялся помогать.       - Что тебе тут нужно? – вдруг спросил Фенрис, бросая шестерёнку обратно на пол.       - Книги беру, забыл что ли? – беззаботно отозвался мужчина, подбирая ту шестерёнку. Это прозвучало так неестественно и наиграно, что Фенрис, разозлившись, ударил Хоук по руке. Шестерёнка звякнула и покатилась.       - Ты прекрасно понял вопрос! Эта самая старая библиотека в городе и книги по медицине здесь с давно устаревшими фактами! Дориан специально ходит сюда ради этого, чтобы развлечься и высмеять это устаревшее дерьмо! А зачем ты таскаешься сюда каждую неделю сразу после работы несмотря на то, что ехать тебе два часа по всем пробкам?!       Хоук остановил пальцем шестерёнку. Тускло блестя, она завертелась на месте.       - Здесь познакомились мои родители.       - Не неси чепуху, Хоук! Это произошло больше двадцати лет назад!       - Двадцать пять.       - Двадцать пять! Они даже поженились в другом городе! Таскаться сюда только потому, что здесь когда-то встретились твои родители? Ты меня совсем за идиота держишь? – окончательно вышел из себя Фенрис. Хотя, если честно, и не заходил никогда.       - Здесь они познакомились друг с другом. Здесь я познакомился с тобой.       Фенрис замолчал. Устав вертеться, о пол стукнула шестерёнка.       - Это что, традиция у вас такая что ли? – устало спросил он.       - Скорее судьба.       В голосе Хоука не было привычного смеха. Он был необычно серьёзен. Можно даже сказать пугающе. Фенрис снял очки и потёр переносицу. Потом взъерошил волосы на голове и скривил губы в кривой усмешке.       - Фенрис…       - Ты не можешь просто ворваться в чужую жизнь и навязать себя, назвав это судьбой. Таскаться сюда почти каждый день, флиртовать со мной и лезть в моё пространство, – сказал Фенрис тихо, сжимая свои волосы в кулак. В груди нарастало знакомое чувство, которого он всеми силами избегал. Страх тёк по его венам и грозил перерасти в настоящую панику, причины для которой были только в голове Фенриса. Из последних сил он выдавил: - Иди домой, Хоук.       Когда закрылась дверь, Фенрис неспешно собрал все оставшиеся детали часов в пакет и завязал его. Было как-то никак, словно уйдя, Хоук забрал с собой его эмоции и чувства. Не в силах преодолеть странное желание, Фенрис улёгся прямо на пол и подтянул колени к груди. Приятно холодило бок и щёку. Это почему-то успокаивало.       - Тебе пусто, - прошептал возникший из темноты Коул. Свет лампы отражался в его глазах и на коже, придавая ей болезненный жёлтый оттенок.       - Уйди.       - Тебе хочется, чтобы всё было как раньше.       - Уйди.       - Ты боишься перемен.       - Пошёл вон.       - Ты боишься, что всё повторится.       - Да пошёл ты! – крикнул Фенрис, чувствуя, как вибрацией отдаются его голос в полу.       Тихо закрылась дверь. Теперь он точно один. Как и хотел. Но почему-то легче не стало.