Десять баллов Когтеврану!

      Гостиная Пуффендуя всегда пахла свежей выпечкой, разлившимися чернилами и лёгкой сыростью подземелий, соседствуя с кухней Хогвартса, на которой неустанно день и ночь трудились школьные домовики. Бочка, по которой каждый день приходилось выстукивать определённый ритм, приветливо открыла перед Дино дверь, впуская семикурсника в тепло родной факультетской гостиной и лёгкое потрескивание разожжённого камина.       Семикурсника несколько раз облило уксусом, потому что дрожащие пальцы не могли с первого раза выстучать на истрескавшейся от времени бочке верный пароль, и теперь он был уверен он еще несколько дней будет распугивать всех своим запахом — на вход были наложены чары и избавиться от следов своего позора или шалости было не так просто, как это могло бы быть.       Камин приятно грел даже на расстоянии, и Дино откинулся на спинку дивана. Пальцы сами потянулись к тугому черно-жёлтому узлу на шее, окрасившемуся в этот вечер в багровые узоры, и оттянули его. Дышать стало легче, но ноющий болью нос не собирался так просто отпускать юношу из объятий болезненных воспоминаний. Зубы то и дело срывали с губ засохшие багряные корочки, принося на кончик языка металлический вкус и лёгкие хвойные нотки Запретного леса.       — Что это за запах? — неожиданно раздалось недовольное бурчание со стороны спален, и Дино настороженно напрягся, замерев на месте.       Мими появилась в ведущем к спальням круглом проёме буквально через несколько мгновений, забавно морща острый вздёрнутый носик, хмуря тонкие тёмные брови и едва удерживаясь от того, чтобы сладко зевнуть. Забавная жёлтая в черную пчёлку пижама вызвала у Дино улыбку и с трудом подавляемые приступы хихиканья, которые все-таки прорвались сквозь плотную оборону юноши и привлекли к нему внимание девушки. Мими замерла на месте, полуслепым заспанным взглядом всматриваясь в прыскающего от смеха Дино, а через мгновение ее глаза распахнулись, полные ужаса.       — Мерлиновы панталоны, Дино, — последние несколько ступеней Мими практически перепрыгнула, подлетая к другу, и опустилась рядом с ним на диван. — Что с тобой стряслось?       Дино облегчённо выдохнул: Мими относилась к тем нескольким людям, кому Дино мог рассказать некоторые из своих тайн, не боясь, что на следующий день о них узнает вся школа. Будучи сестрой Люцифера, — пусть и не самой близкой по родству, — Мими тем не менее никогда не относилась к Дино с тем же пренебрежением, а обычно скорый на сплетни язык девушки никогда не раскрыл ни одной тайны своего друга, даже когда Мими этого очень хотелось под пронизывающим и испепеляющим взглядом старшего брата.       — Все в порядке, Мими, — Дино небрежно отмахнулся от девушки и попытался увернуться от ее ловких и уверенных пальцев, уже схвативших юношу за челюсть. — Иди спать.       — Я не позволю тебе сидеть здесь в таком состоянии в одиночку, — холодно процедила Мими, внимательно рассматривая лицо Дино.       Мягкие кончики пальцев скользнули по длинным ссадинам, и Дино поморщился. Мими немного виновато посмотрела на парня и продолжила изучать его лицо: рассечённая губа, припухший нос и расплывающаяся под глазом синева. Девушка цокнула языком и покачала головой.       — Совсем не бережёшь себя, Дино, — Мими старалась спрятать проступающую на губах улыбку, но получалось это из рук вон плохо. — Хорошо, что ты попал в нужные и знающие руки. Никуда не уходи. Сейчас вернусь.       Дино не успел ни возразить, ни спросить, куда Мими так спешно улетела, потому что лёгкие шаги девушки вновь послышались за его спиной буквально через минуту, за которую он успел, наблюдая за потрескивающими в камине поленьями, поразмышлять за что ему все это в жизни досталось и почему именно он должен нести на своих плечах все, что окружающие щедрой рукой сбрасывали на него.       Мими вернулась с лёгким воздушным запахом булочек, но Дино решил, что ему показалось. Небольшая девичья сумка опустилась на столик, подвинув самопишущее перо и несколько горшков с растениями. В руках у шестикурсницы уже покоилась волшебная палочка, которую Мими, тут же направила в лицо Дино с самым суровым и устрашающим видом, на какой только был способна.       — И даже не думай сопротивляться, — покачивая палочкой в такт каждому слову, протянула Мими.       Гордо вскинув подбородок, отчего Дино невольно поймал ее сходство с Люцифером, Мими отбросила за спину волосы и аккуратно взмахнула палочкой, чтобы случайно не угодить ей в глаз или еще куда-нибудь.       — Эпискеи!       Дино охнул, тут же схватившись за нос. Маленькие ссадины и порезы стали заживать на глазах, а рассечённая губа затянулась. Кожа на месте травм стала приятно покалывать и немного жечь, но Дино это не сильно беспокоило. Мими внимательно следила за тем, как лицо юноши приходит в норму, и по мере того, как раны исчезали, губы девушки все больше и больше растягивались в самодовольной улыбке.       — Ну вот, теперь никто не узнает о том, что кто-то посмел разукрасить твоё миленькое личико, — Мими с видом знатока оценивающе осмотрела Дино, крутя его лицо за подбородок, пока юноша не сопротивлялся. — Хотя шрамы делают мужчин намного мужественней.       Она еще несколько мгновений изучала лицо Дино, а затем подняла взгляд на небесно-голубые глаза юноши, замерев слишком надолго. Дино улыбался, нет, не губами, но там на дне этой лазури плескались маленькие заливающиеся смехом чёртики. Но было в этом взгляде и что-то тяжёлое, что-то, чему даже сам Дино не мог дать объяснения. Мими видела это, чувствовала, как это липкое чувство протягивает к ней свои длинные пальцы, но не двигалась, позволяя внутренним демонам Дино затягивать все глубже и глубже, топить в океане таящихся за спиной Дино тайн и сбивать с ног неожиданными открытиями.       — Это из-за тебя, — как можно тише прошептал Дино, словно боялся, что Мими его услышит. — Люцифер сказал…       Дино осёкся, когда Мими предупреждающе шикнула и приложила к его губам аккуратный девичий пальчик, и вопросительно изогнул светлую бровь. Мими молчала, о чем-то задумавшись, и все так же продолжала удерживать Дино от того, чтобы произнести вертящиеся на кончике его языка с самого вечера слова. Слова кололи, отдавались привкусом миндаля и сворачивались в шипящие клубки, стоило Дино хоть на мгновение погрузиться в свои мысли.       Наконец Мими отстранилась, задумчиво накручивая на палец тёмную прядь и постукивая кончиком палочки по виску.       — Что? — непонимающе спросил Дино.       — Не обращай на моего брата внимания, — на одном дыхании выпалила Мими. — Люцифер считает, что если он самый старший, то может решать, что нам делать, с кем разговаривать или… дружить. Ты не видел, что с ним было, когда Ади рассказал о них с Сэми. Встречаться с гриффиндорцем… Порой Люц бывает слишком ограниченным в своём мышлении. Как и его отец.       Мими скривила губы в виноватой улыбке. Она хотела бы сказать все, что крутилось в ее голове относительно своего брата, но вместо этого могла лишь запинаться и неловко хихикать в присутствии семикурсника. Реакция Люцифера была для неё ясна как день, а заалевший на щеках Дино румянец лишь еще больше подтверждал сложившееся у девушки мнение.       Мими отложила в сторону свою палочку, откинулась на спинку дивана рядом с Дино и уставилась на сложенные в замке руки.       Дино молчал, напряженно вглядываясь в раскалившиеся до бела поленья, кроткими алыми всполохами выбрасывавшие в воздух снопы оранжевых искр, а затем негромко, но чётко и твёрдо произнёс:       — Я сломал ему нос.       Мими тут же вскинула голову. Девушке показалось, что ей послышалось то, что только что выдохнул Дино, так что шестикурсница тут же немного растерянно захлопала ресницами, устремив на юношу взгляд своих чистых темных глаз.       — Что?       — Я сломал Люциферу нос.       Дино повторил слова так же чётко, как и в первый раз, но теперь его голос эхом разносился по светлой и опустошённой в середине ночи после крепкого сна головушке Мими. Обычно тёплые голубые глаза Дино теперь казались девушке двумя прозрачными холодными кусочками льда, а исходивший от голоса юноши мороз заставил Мими поёжиться и едва заметно задрожать. Казалось даже комнатные растения почувствовали исходившие от Дино волны: ближайший к ним небольшой кустик несмело втянул свои листья, а висевшие на стенах в горшках декоративные лозы, похожие на виноградные потянулись ближе к камину, к спасительному огню и теплу.       Мими тяжело сглотнула подошедший к горлу ком и решила все же уточнить, прежде чем писать отцу Люцифера свои соболезнования:       — Но… все ведь живы?       — Разумеется, — улыбнулся Дино и, потянувшись, зевнул. — Правда теперь и Слизерин, и Пуффендуй плетутся где-то после Когтеврана и Гриффиндора, но уверен, что мы сможем наверстать потерянные баллы. А вот завтрашнее наказание никто за меня не отработает.       Если бы Мими могла читать мысли, она непременно нашла бы в светлой головушке Дино подтверждение того, что он сожалеет лишь о том, что не сломал Люциферу что-то еще помимо его красивого и ровного носа. Довольная улыбка, горящий взгляд — Дино определенно ни о чем не жалел и, если бы у него была возможность, он бы определенно снова повторил все.       Начиная с произнесённых днём слов.       — Я всегда думал, что если буду делать все, как хочет отец, он будет гордиться мной. Что я стану таким же как он, продолжу его дело, а он будет смотреть на меня как на… своего сына, — Дино горько усмехнулся, отчего его полузажившая губа вновь вскрылась багровыми капельками. — Когда твой мир вертится вокруг одного человека — это практически уничтожает тебя самого. Даже если тебе всего лишь шесть лет.       Дино болезненно сжал кулаки, вглядываясь в глубь разгорающегося огня камина. Губы стянулись в тонкую обескровленную полоску, а едва затянувшиеся с помощью Мими раны начали вновь вскрываться алыми трещинами на светлой коже юноши.       — Отец хотел, чтобы я учился на Слизерине, — тон бархатного голоса Дино был спокойным и размеренным, вводил Мими в едва ощутимый транс и завораживал, — чтобы продолжил его дело, стал его лучшей версией. Мы долго разговаривали с Распределяющей шляпой в тот день, но она так и не смогла найти во мне того, что хотел отец. А когда она спросила, чего хочу я… — Дино повёл плечами. — Я ответил, что доверяю ее выбору. Отец не был в восторге от того, что я пуффендуец. Считает нас всех мямлями и отбросами Хогвартса. До сих пор помню его письмо-кричалку, — голос Дино было сорвался, но юноша сохранил самообладание и продолжил уверенно и не дрогнув ни на мгновение: — Никогда не испытывал большего позора, чем в тот день.       Они молчали, напряженно вслушиваясь в тишину. Мими нервно сжимала пальчиками длинные пижамные штаны. А Дино пустым взглядом смотрел на трещащие поленья в камине.       Стрелки медленно отсчитывали минуты до утра, а подходящие слова найти было все сложнее.       — Вся моя семья ждала, что я поступлю на Слизерин, — подала голос Мими, когда тишина стала слишком невыносимой. — Когда же пришло время… Папа поддержал меня. Мама отнеслась спокойно, сказав, что факультет — это лишь неполное отражение заложенных в нас качеств, но он помогает нам их раскрыть в полной мере. Недоволен был лишь Люциус. Но и он смирился со временем.       Смирился. Это было слишком громкое слово, чтобы описать им холодные презрительные взгляды, бросаемые Люцифером на Мими и ее друзей, все подколки, которые девушка выслушивала от своего брата, и высокомерие, с которым Люцифер отзывался о других факультетах. Люцифер не смирился, и никогда бы этого не сделал. Он просто затаился, выжидая момент для нанесения решающего удара.       От вздоха, которым Мими ответила на свои мысли, листики комнатных растений задрожали, а Дино усмехнулся.       — Что? — нахмурилась Мими, развернувшись всем корпусом к юноше.       — Ты сейчас сказала это вслух. Про затаившегося Люцифера, — улыбка на губах Дино стала еще шире. — Затаившийся Люцифер, крадущийся тигр.       Теперь уже и Мими не смогла сдержать улыбки и рассмеялась, смахнув с ресниц невидимые слезы. Но уже через мгновение девушка неожиданно замолчала, чем заставила Дино напряженно замереть. Мими колебалась несколько мгновений, но уже вскоре придвинулась немного ближе к другу, не сводя с него взгляда.       — Ты слишком хороший, Дино, — кончики пальцев скользнули по искусно вычерченной челюсти и небрежно мазнули по покрытому лёгкой щетиной подбородку. — Не думай о том, что скажет кто-то ещё. Делай только то, чего хочешь для себя. Поступай так, чтобы в первую очередь было лучше для тебя, а не для твоего отца. И уж тем более не оглядывайся на мнение Люцифера.       Взгляд Мими слишком долго тонул в глубоких и кристально чистых омутах. Дольше, чем это было положено правилами приличия, но рядом с Дино девушка уже давно стала забывать обо всем, чему ее учили дома. Мысли начинали роиться в голове стайками растерянных птиц, биться о крепкие костяные стенки и взрываться фейерверками, оставляя после себя лишь блаженную тишину и пустоту. Мими требуется шесть секунд, чтобы заметить на дне глаз Дино то самое, что девушка так долго искала в этих холодных и манящих к себе глазах.       Взаимность.       Губы у Мими были мягкими и на вкус отдавали корицей. Аромат ее воздушных духов проникал в каждую оставшуюся у Дино мысль и распускался там яркими бутонами чайных роз. А немного кислый привкус лимоном отдавался на кончике языка лёгким покалыванием. Мими напоминала первый весенний ветер: такой же тёплый и едва уловимый, долгожданный и неотвратимый. Дино же был ураганом и сбивал Мими с ног. Он был глотком свежего воздуха в затхлых старинных коридорах. Он был давно желанной свободой. Он был…       Он просто был.       Они отпрянули друг от друга, словно две испуганные лани. Смотрели друг на друга большими полными непонимания и восторга глазами, ловя каждую вылетевшую из взгляда другого искорку, внимали каждому вырвавшемуся из груди вздохну и несмело касались рук, словно боялись, что все это лишь мираж и плод агонизирующего от бессонницы сознания.       Они сидели молча, считая медленно утекающие сквозь переплетённые пальцы секунды, вдыхали тёплый воздух гостиной и бросали смущённые взгляды на распустившиеся в горшках цветы, приветливо качающие им своими яркими зелёными листьями. От прикосновений между кончиками их пальцев, казалось, пробегали воздушные искры, и наконец парень с девушкой отпрянули друг от друга, неловко улыбаясь и перекидываясь лёгкими ничего не значащими смешками.       — Перед отбоем я заглянула на кухню, — Мими рассеянно заправила за ухо выбившуюся черную прядь волос и опустила взгляд на брошенную на столик сумку, — и домовики оказались настолько милыми, что испекли парочку свежих булочек. Я подумала… Я подумала, ты захочешь поесть.       Когда Мими все же спустя несколько мгновений колебаний взяла в руки небольшую школьную сумку и открыла ее, в ней действительно оказалась парочка свежих румяных булочек. Пуффендуйка вытащила их и протянула одну Дино. Щеки девушки неожиданно залились слабым румянцем, и сама она смотрела на юношу уже несколько другим взглядом: теперь помимо дружеской теплоты было в нем что-то… незнакомое, что-то, что могло выделить Мими среди всех студенток Хогвартса.       Дино улыбнулся и взял булочку, тут же откусив от неё мягкий кусочек под пристальным взглядом Мими.       — Спасибо, — одними губами прошептал Дино, наслаждаясь свежайшей выпечкой, и снова откинулся на спинку дивана прикрыв глаза.       Мягкая обивка рядом с ним тут же прогнулась, и юноша почувствовал, как Мими осторожно и неуверенно прильнула к его плечу, боясь спугнуть такой хрупкий и звенящий хрустальной тишиной момент. Тишина гостиной Пуффендуя нарушалась лишь потрескиванием поленьев в невысоком камине, негромким шуршанием самопишущего пера да размеренным дыханием двух уставших подростков. Дино даже не заметил, как одна его рука приобняла Мими за плечо и притиснула, тихонько пискнувшую от неожиданности, девушку поближе.       Эта ночь была слишком длинной.       И Дино хотел, чтобы она не заканчивалась.