Ленивый гений

— Там ребята собираются в Правду или Действие играть! Пошлите к ним! — с криком ввалился в комнату Яхаба. — М-м-м, Куро, ты идёшь? — немного лениво промычал с пола Ойкава. Он в позе морской звезды раскинулся на прохладном полу, так как открытое настежь окно никак не помогало от жары. — Нет, — тихо ответил Куро. Они приехали буквально два часа назад, и не прошло и получаса с того момента, как они пообедали в любезно предоставленной Шираторизавой столовой. К счастью Куро, долго на улице после приезда они не простояли: им сразу сказали, что свободны две комнаты на три человека и одна на два. Вмиг взбодрившийся Ойкава тут же сориентировался и первый забрал себе и Куро двухместную комнату, впоследствии никто и не возмутился. Ойкава всё-таки капитан, да и с Куро никто особо сильного желания жить вместе не предъявил. — А чего так? — Ойкава повернул голову и подполз к Куро. Тот развалился на своём футоне; один наушник был воткнут в ухо, а второй вместе с плеером валялся на полу. — Лень, — глухо промычал Куро, прикрыв глаза тыльной стороной ладони. Второй рукой отмахнулся от тыкнувшего его в лоб чужого пальца. — Яхаба, мы не идём, — скрестив руки под подбородком, сказал Ойкава. — Точно? — с надеждой переспросил тот. — Ага, — Ойкава зевнул во весь рот, перевернулся на спину и раскинул руки. «Они словно коты», — мелькнула мысль у Яхабы, глядевшего на развалившихся двух парней. Живое воображение мигом дорисовало лениво машущий чёрный хвост у Куро и коричневые ушки и усы у Ойкавы; довольно жмурящиеся глаза дополняли образ сытого кота. — Тогда я пошёл, — попрощался Яхаба и направился к двери. — Давай, — Ойкава приподнял руку и помахал ладонью, Куро привычно ответил молчанием. «И почему его так не любят? Вроде терпимый парень. По крайней мере не хуже Кьетани», — подумал Шигеру перед тем, как захлопнуть за собой дверь. — Жарко-о-о, — проныл Ойкава через пару секунд. Он приподнялся и с деланной мукой на лице потянулся к своему рюкзаку за бутылкой воды. Спустя пару глотков, Ойкава почувствовал, что жизнь снова возвращается в его тело, и настроение стремительно начало приподниматься из-за этого. — Будешь? — заметно повеселевшим голосом предложил он. Куро лишь отрицательно промычал. Он впервые чувствовал себя так потрясающе с момента попадания в новый мир: любимая жара, а не духота, рядом находящийся Ойкава, который не стал его бросать, и минимум три часа ничегонеделания, потому что тренировка только под вечер. Нет, Куро безусловно просто обожал играть в волейбол и учиться, но на этом его силы заканчивались. Он даже немного рад, что в Аобаджосай больше внимания уделяется волейбольному клубу, ведь будь это не так, Куро бы просто за несколько месяцев превратился в слабого школьника, а заставлять себя усиленно заниматься чем-то однообразным — гиблое дело, только настроение надолго портит. К одной из таких вещей можно отнести скучные пробежки. Своего максимального количества попыток он достиг пару дней назад — пять дней подряд — и уже мысленно смирился с тем, что выносливость он не подтянет и в основу не попадёт. Но Куро и не сильно-то и расстроился по этому поводу. Он ещё пару месяцев назад решил, что в этом мире сделает карьеру какого-нибудь учёного, и в волейбол сейчас играет только для удовольствия и для того, чтобы совсем не заплыть жиром, ведь всё же полные люди, по его мнению, — не образец красоты. Вдруг Куро почувствовал, как тканевая маска медленно скользит по его лицу вниз. Он лениво приоткрыл глаза и почти сразу равнодушно закрыл, увидев лицо Ойкавы над собой с озорно высунутым кончиком языка. Тёплые ладони провели за ушами, немного зачёсывая пепельные волосы назад, и быстро сняли с ушей чёрные бретельки маски, предварительно вынув, а потом вставив, наушник. — И как ты её носишь? — услышал вопрос Куро. Он снова нехотя открыл глаза и посмотрел на Ойкаву вверх тормашками. Тот увлечённо крутился перед зеркалом в его маске на лице. На глазах Куро Ойкава достал из сумки свои очки, водрузил их на нос и быстро сделал пару селфи. Он выглядел настолько довольным, что Куро аж залюбовался. Заметив, что на него смотрят, Ойкава повернулся к Куро. — Ну, как тебе? — со смешинками в глазах он очертил своё лицо в воздухе. Вместо ответа Куро потянулся к рядом лежащему телефону и, немного покопавшись, навёл объектив на Ойкаву. Раздался негромкий щелчок в тишине комнаты. Ещё немного поводив по экрану, Куро выключил телефон и бросил его Ойкаве. Тот, до этого удивлённо наблюдающий за его манипуляциями, поймал гаджет и машинально включил. На экране блокировки неожиданно расположилась недавняя фотка Ойкавы. Довольно успешная фотография. Удачно падающий свет из окна мягко подсвечивал каштановые волосы, в карих глазах плясали чёртики, а расслабленная поза полностью показывала, как Ойкава сейчас доволен. Скорее поняв по малиновым ушам, чем по скрытому румянцу, что Ойкава смущён, Куро довольно ухмыльнулся. Небольшая шалость удалась. — Куро-о-о, — провыл Ойкава, приложив ладонь ко лбу, и поднял взор на него. — Вот любишь ты, видимо, так делать, — проворчал он, увидев смеющиеся янтарные глаза. Фыркнув, Ойкава снял маску и вместе с телефоном положил на тумбочку, а после потянулся к своей сумке и достал небольшую доску шахмат. — Смотри, что я взял, — гордо произнёс Ойкава и встряхнул доской. Послышались удары фигурок о дерево. — Я помню, что ты говорил про шахматы, так что вот. Ойкава, полный радости, шлёпнулся на пол перед Куро, расположил между ними раскрытую доску, предварительно вытряхнув фигурки, поднял взгляд на Куро и встретил выжидающе выгнутую бровь. — Что? — бровь приподнялась ещё выше. — Ладно-ладно, не говорил. Я просто увидел, как ты несколько раз смотрел игру Ананда и Крамника*, и тебе понравилось, даже не отрицай. Чуть улыбнувшись, Куро вынул наушник и принялся помогать расставлять фигурки. — Играем на желание, — хриплым от долгого молчания голосом произнёс Куро. — Всё, что захочешь, — Ойкава привычно ярко засветился улыбкой.

***

— Прошло уже полтора месяца. Какого ангела он ничего не делает?!

— Господин, успокойтесь. Лучше позвольте мне спуститься на Землю.

— Хм-м-м, если ты этого хочешь… Возвращайся только с хорошими новостями, Зел.

***

На совместной тренировке Куро старался держаться за Ойкавой. Он рассудил, что мало кто будет обращать внимание на него, если перед ним вовсю сверкает Ойкава. Может это было немного по-детски, но Куро так постарался оградить себя от лишнего внимания. Ойкава же, словно почувствовав его намерения, нарочно старался закрыть его своей спиной от любого, кто часто посматривал за плечо капитана. — Ойкава, — к нему решительно подошёл Ушиджима. — Да, Ушивака, — натянул улыбку тот. — Я не вижу Ивайзуми, — Вакатоши обвёл глазами зал, проверяя правдивость своих слов в который раз. — А, Ива-чан заболел, — Ойкава нарочито небрежно махнул рукой. — Ты что-то хотел? — опасные огоньки заиграли в глазах, и он инстинктивно сдвинулся вбок, незаметно закрывая собой сонно хлопающего глазами Куро. — Ясно, — без выражения ответил тот. — Ойкава, переходи в Шираторизаву. Ты ещё успеешь, всё же с начала учебного года прошло совсем немного. — Ушивака, я повторю ещё раз, и буду повторять всегда. Я не уйду из Аобаджосай! Сколько бы ты не просил и не уговаривал, — Ойкава ткнул в крепкую грудь пальцем, тем самым пытаясь придать своим словам твёрдости. — Ты же должен понимать, что только простаиваешь свой талант в этой ничтожной команде, — словно маленькому начал объяснять Ушиджима. — А вот где я свой талант простаиваю, пожалуй, решаю я! Куро вздрогнул, проснувшись от гневных ноток в обычно мирном голосе Ойкавы. Эту свою черту спать везде и всегда он, можно сказать, больше всего не любил. Такой неудобной деталью приходилось платить за активную и имеющую большую результативность работу мозга. В том мире мать очень беспокоилась за своего сына, ведь постоянная сонливость в раннем детстве не могла привести к хорошим или нейтральным последствиям. Врачи же, по которым водила мама, сказали, что им очень повезло. ЭЭГ** показала потрясающие результаты. В таком малом возрасте мозг работал на своих пределах, поэтому ребёнок периодически хотел спать, чтобы восстановиться. Но вкупе с частой ленью в настоящем, это всего лишь ещё больше помогало войти в царство Морфея. Очень большим соблазном было получить любое желание от Ойкавы. И Куро такой шанс упускать не стал. Ему пришлось буквально силой воли собрать мозги в кучу и, вспомнив множество тактик, обыграть Ойкаву всухую. Спустя практически два с половиной часа вырванные два желания оказались у Куро. Расплатой послужила дикая тяга прилечь на любой поверхности. Видимо, даже вертикальное положение не спасало слипающиеся глаза. — Ты ещё пытаешься уговорить его, Ушивака-чан? Не видишь, что без своего Ива-чана он и шагу ступить не может, — на плече Ушиджимы повис парень с красной копной волос. Его тонкие губы растянулись в издевательской улыбке. — Тендо, — обозначил Вакатоши и перевёл взгляд на теперь уже не скрывающего гнев Ойкаву. — Нет, у него походу теперь новый любимец, — в тон Тендо протянул голос из-за плеча Куро. Тот шарахнулся в сторону от неожиданности и врезался плечом в Ойкаву. — Ты ещё кто? — сузил глаза Ойкава и обхватил плечи Куро, поддерживая. — Новый член команды, — рассмеялся парень с ядовито-зелёными волосами и с намёком посмотрел на Куро, но никакой реакции не добился. Тот практически полностью расслабился, перенеся вес на Ойкаву, и высматривал более или менее безлюдные или дальние скамейки, где можно было спрятаться и вздремнуть. С игроками Ширатори пусть справляется Ойкава, он же капитан. Наконец, на глаза Куро попалась самая дальняя скамейка, которую буквально тут же с громким смехом освободила пара игроков в сиреневой форме. Они, громко переговариваясь, направились к раздевалке. Куро дёрнул Ойкаву за рукав и, когда тот обратил на него внимание, кивнул на пустую скамейку. — Поздравляю, — бросил Ойкава на прощанье и практически потащил на себе Куро по направлению к будущему месту отдыха. До начала тренировки около двадцати минут, так что есть время Куро немного полежать. — И почему ты такой тяжёлый? — на половине пути пропыхтел Ойкава. Куро, услышав жалобу, напрягся и постарался встать нормально, но Ойкава пресёк это. — Да ладно уже, виси. И какого чёрта ты уже так устал? Только что лежал же, до этого поспать успел. — Мысли отнимают много энергии, — выдохнул Куро и облегчённо лёг на скамью. — Какой ты энергозатратный. Неужели из-за этого мало говоришь? — проворчал Ойкава. — Угу, — невыразительно согласился он и прикрыл глаза. — Ну и ладно. Мне ты нравишься любым, — Ойкава улыбнулся и потрепал пепельные волосы под капюшоном. Второй ладонью приподнял чужую голову, сел на скамью и положил макушку себе на колени. Куро сначала удивлённо распахнул веки на открытый комплимент, а после, спустя секунду осознания, коротко рассмеялся. Ойкава буквально окаменел, когда впервые услышал, как всегда мрачный друг неожиданно засмеялся. Чистые и мелодичные ноты практически сразу затерялись в гуле спортивного зала, но Ойкава успел уловить их. Куро довольно прижмурился. Ещё со времён матери никто ему не дарил столь искренний комплимент. Почему-то от Ойкавы он больше всего и ожидался. Сейчас, размышляя, Куро догадался, что это было всего лишь дело времени. Всё же Ойкава действительно потрясающий. — Ками, за один только смех можно тебя перестать ненавидеть, — всё ещё пребывая в другом мире, еле слышно прошептал Ойкава. Улегшийся ранее на полу Ватари, расположившийся головой на рюкзаке, который был прислонён к ножке скамейки, согласно хмыкнул. Смех Куро тоже тронул его до глубины души.