Обречённые на любовь

       Как волшебница и думала — Гарри оправдали. Это событие не оставило никого равнодушным: Фред, Джордж и Джинни станцевали какой-то дикий танец, подпевая: "Оправдали, оправдали, оправдали!" А Джеймс выкрикивал победные кличи. Создавалось такое впечатление, что оправдали не Гарри, а его, и парень радуется, что смог уделать министерство магии. Даже Молли на радостях извинилась перед Сириусом и Ирмой, которая уже забыла почему у неё было плохое настроение. На следующее утро, в воскресение, всё было как нельзя лучше. На кухне царила уютная и расслабленная атмосфера, а Гарри, Гермиона, семейство Уизли, Тонкс, Ремус и Джеймс уже во всю завтракали. И как всем уже известно, хорошее утро начинается с чашечки свежесваренного кофе, но наше утро началось с… — СИРИУС ОРИОН БЛЭК! Пронзительный женский крик быстро разнёсся по огромному дому. Присутствовавшие на кухне люди повернулись в сторону двери, откуда доносились лающий смех и не самые приличные ругательства. В следующую секунду, в помещение влетел Сириус, который еле увернулся от какой-то книги. — Ха-ха-ха! — А ну иди сюда, придурок! В дверном проёме появилась разъяренная Ирма, одетая в пижаму, с метлой в руке. Её черные волосы торчали во все стороны и были в каком-то белом порошке. Казалось, что женщина изрядно поседела от злости и ей очень не понравилось, когда на неё устремилось несколько пар глаз. — Бог ты мой, — запричитала миссис Уизли, когда увидела эту картину. — Мам, пха-ха, чего это с тобой? — спросил Джеймс, пытаясь изо всех сил не засмеяться. — А ты спроси у этого козла, какого Мерлина он засыпал в мой фен муку! — воскликнула Ирма, пытаясь приблизиться к Блэку, чтобы хорошенько огреть того метлой по голове. — Так вот куда она пропала! — догадалась Молли. — А я думаю, куда она могла деться? — Фен? — уточнила Тонкс. — Что это такое? — Это такое приспосо… — начал объяснять Гарри. — Эй, я вообще-то пёс, а не козёл. Неужели позабыла? — перебил своего крестника Сириус, ищя пути отступления. — Артур, помоги! — и мужчина спрятался за спину рыжеволосого волшебника. — Сириус, что это значит? — потребовал ответов мистер Уизли, но ему не ответили. — Сейчас я покажу тебе, псина! — Поттер была настроена решительно. — Да не злись ты так, Гордая, — проговорил анимаг, пытаясь успокоить черноволосую. — Это же была просто шутка. — Как ты вообще догадался до этого? — наконец послышался недоуменный голос Ремуса, до которого наконец дошло, что здесь творится. — Я просто очень изобретателен, Лунатик, — усмехнулся Сириус, и в нескольких миллиметрах от его уха пролетела ложка Рона, которую Ирма неожиданно выхватила у него из рук. — Эй! — возмутился рыжеволосый. — Я же ел! — Тебе бы только поесть, Рональд, — заметила Гермиона. — Так, хватит кидаться посудой! — воскликнула Молли. — Сядьте на свои места! — Изобретателен он, конечно, — фыркнула черноволосая, пытаясь избавиться от муки в волосах. — Просто у кого-то снова шило в заднице заработало. — В любом случае признай, что розыгрыш удался, — хохотнул Блэк. Он уже достаточно расслабился и теперь начал искать огневиски в старом комоде. Однако Ирма до сих пор грозно смотрела на него своими пронзительными голубыми глазами, которые не предвещали ничего хорошего. — Тогда готовься, Бродяга — тебе достанется вдвойне, — Ремус, с палочкой на готове, подошёл к Ирме. — С этим можно хоть что-то сделать? — спросила волшебница у оборотня. — Думаю да, — ответил мужчина и взмахнул палочкой. Муки как будто и не было, но голову всё равно следовало бы помыть. — Спасибо, — поблагодарила Ирма Люпина, а потом обратилась к Блэку. — Ещё раз попробуешь такое учинить и ты нежилец! — Ой, да я тут смотрю у вас любовь, — хихикнула Тонкс, переглянувшись с Ремусом. — Любовь? — переспросили Сириус и Ирма в унисон, а потом, оглядев друг друга, одновременно выдали: — Бе-е-е-е! — и залились смехом, который подхватили все остальные. Волшебники так ещё со школы всем отвечали на вопрос о том, не встречаются ли они. — В общем, ты, надеюсь, меня понял? — спросила черноволосая. Сириус же поднял руки, мол он не причём, и как только женщина покинула кухню, к анимагу обратились близнецы. — Сириус, а научи нас, — начал Джордж. — Таким приколам, — продолжил Фред. — Я вас научу! — Молли пригрозила братьям половником. — Только попробуете! Я вас ещё как научу! — Миссис Уизли, спасибо, — Джеймс отодвинул от себя пустую тарелку, — было очень вкусно. — Всегда пожалуйста, милый, — улыбнулась Молли. — Тебе ещё добавки? — Нет, спасибо, — ответил русоволосый. — Ремус, ты поел? — А? — оборотень переключился с Тонкс на Джеймса. — Да, поел. Бери Йора и пойдём. — И куда вы идёте с филином? — поинтересовался Гарри. — С ним гулять надо. А вечером я не смогу, потому что буду у мистера Олливандера сидеть до поздна. Поэтому мы с Ремусом решили выгулять его с утра, — объяснил Поттер.

***

Когда волшебники прибыли в ближайший парк, который заприметили для прогулок несколько дней назад, Поттер открыл клетку, и из неё вышел филин, разминая свои крылья. — Далеко не улетай, — парень легонько щёлкнул по клюву Йора и тот, ухухнув, взлетел в небо. — Совсем скоро вам должны будут прислать письма из Хогвартса, — заметил Ремус, неспешно идя по выложенной из бетонных плитой дороге. В парке людей практически не было, и можно было вдоволь насладиться запахом цветов в перемешку с прохладным воздухом. Летнее утро воскресенья выдалось довольно холодным, но даже несмотря на это солнце светило очень ярко, грея всех тех, кто попадал под его лучи. Где-то вдалеке были слышны звуки автомобилей, но это совершенно не портило идиллию. — А ведь и правда, — Джеймс также неспешно шёл вперёд. — Бьюсь об заклад, что новый учитель по ЗОТИ будет хуже Локонса. — Почему ты так решил? — поинтересовался оборотень. — Не знаю, — парень пожал плечами, — плохое предчувствие. Самое смешное, что я, после того как ощущаю его в Косом переулке, постоянно натыкаюсь на Драко и его папашу в ателье мадам Малкин. Причём в одно и то же время. Просто жуть. — Надеюсь, что хоть ваши отцы не дерутся, — хмыкнул Ремус. — А то мне рассказывали тут про один случай с Артуром. Джеймс резко остановился. — Что-то не так? — обеспокоено спросил Люпин, повернувшись к парню. — У меня нет отца, — отрешённо ответил русоволосый. — Я… — оборотень не ожидал такого ответа. — Извини, я сказал не подумав. — Я уже привык, — махнул рукой голубоглазый и продолжил идти. — Мне часто эти вопросы однокурсники задают, с которыми я не слишком хорошо знаком. — Ты хочешь об этом поговорить? — задал вопрос Ремус, видя состояние парня, и присел на ближайшую лавочку. Поттер посмотрел на мужчину, как бы взвешивания рассказывать ему это или нет. Как бы оно ни было, но за десять лет у парня накопилась страшная обида на того человека, которого он мог бы назвать отцом. С одной стороны, доверять свои сокровенные мысли и тайны человеку, с которым ты был знаком от силы месяц, было очень странно. Но ведь всем же рано или поздно хочется высказаться? И если пришлось бы выбирать между знакомыми людьми, кому Джеймс мог бы доверить всё, что происходило у него на душе, то это был бы Ремус, ставший ему в самые кратчайшие сроки настоящим другом. — Да… Пожалуй, да, — Джеймс присел рядом с мужчиной и провёл рукой по волосам. Он делал это всякий раз, когда волновался. — Даже не знаю с чего начать. — Начни с самого начала, — посоветовал оборотень, внимательно смотря русоволосому в глаза и тот тихо заговорил. — Сколько себя помню, со мной была только мама. В детстве я довольно часто расспрашивал её про отца, но видя то, как она была в любой момент расплакаться, эти вопросы сошли на нет. Каждый раз, смотря на детей, у которых был папа, я завидовал им. Пока до меня наконец не дошло то, что он нас с мамой бросил. — Ирма всё-таки тебе рассказала? — уточнил Ремус, в ответ получив отрицательный кивок. — По её реакции это можно было легко понять. Если бы он умер, заболел она бы точно рассказала. Не в её характере рассказывать только о тех, кто кинул её на произвол судьбы. Оставалось два варианта: либо он бросил маму ради любовницы, либо он просто струсил и сбежал. С одной стороны, я бы очень хотел с ним познакомиться, но с другой… — в следующую секунду Джеймс повысил голос. — Почему он даже не попробовал навестить меня? Где он был всё то время, когда мы с мамой перебивались с хлеба на воду? Именно мама заменила мне отца, стала другом, на которого действительно можно положиться и рассказать все секреты. Ей всегда приходилось нелегко. После смерти дяди и тёти, она перестала пользоваться всем, что связано с магией, даже деньгами и, уговорив нашу соседку, устроилась на работу к ней в магазин. Я мало, что помню об этом, но, кажется, она разгружала машины с товаром. Для это, как правило, не обязательно нужно магловское образование. Всё это продолжалось около четырех лет, может пяти — не знаю. Но тогда было особенно тяжело. Мама практически не вылезала с работы и приходила домой с больной спиной, а из еды были только макароны и овсянка. До сих пор от них воротит. Я тогда мелкий был, часто хотел ей помочь и, когда со мной сидела миссис Джонс, то я просил устроить меня на эту работу к маме, но она только трепала меня по голове, говоря о том, что это я ещё слишком маленький. А потом, когда миссис Джонс увидела мамины короткие романы, которая она порой строчила по ночам, отнесла их в одно издательство. Мамины мини-романы стали очень популярны, — Поттер улыбнулся, вспоминая этот момент, — и ты бы видел её радостное лицо, с большой улыбкой до ушей, когда ей выдали первый гонорар и она прибежала домой с огромными пакетами еды. В семь лет я впервые попробовал шоколад. Мне казалось, что это самое вкусное, что могло придумать человечество. Сейчас, думая об отце, я понял, что мне даром не сдался. У меня есть мама, которая всё это время пыталась дать мне всё самое лучшее. И если у меня выдаётся такой шанс, то я стараюсь её радовать по максимуму. С виду может казаться, что мама очень серьёзная, но на самом деле она очень ранимая маленькая девочка, которая хочет, чтобы её любили и которую нужно баловать. Моя мама — моё всё, а отец просто помог мне появиться на свет, на этом ему и спасибо. Когда парень закончил говорить, Ремус посмотрел на него с восхищением. Он даже и подумать не мог, что Ирме и Джеймсу пришлось пережить. Оборотень видел, что парень всей душой рвётся помогать своей матери, понял почему он так часто обнимал её и при любой возможности, целовал в щеку. И если сейчас взглянуть на Ирму, то поверить в то, что эта красивая, статная, умная писательница романов когда-то работала чуть-ли не надрывая спину, было просто не возможно. — Уху! Волшебники подняли головы. Филин Джеймса радостно ухал, летя над парком, а через несколько минут он приземлился на плечо своего хозяина и клюнул того в щеку. — Ай! — Поттер схватился за ушибленное место и возмущённо обратился к филину. — Йор, тебе постоянно меня надо клевать, когда ты хочешь есть? — Уху! — птица снова клюнула русоволосого, но только на этот раз в руку. — Да понял я, понял. Залетай и мы идём есть, — Джеймс открыл клетку для птицы, а потом обратился к оборотню. — Ремус? — Да? — Когда я поеду в Хогвартс, ты сможешь присматривать за моей мамой, а потом писать мне? Просто она слишком гордая, чтобы писать о том как ей плохо. Ну а я, естественно, беспокоюсь. — Конечно, — согласился Люпин, кладя руку на плечо голубоглазого. — Я обязательно тебе буду всё рассказывать. Уж поверь, в обиду её никто не даст. — Спасибо, — Джеймс улыбнулся и тоже положил руку на плечо оборотня. — Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

***

Ирма, закрыв за собой дверь, зевнула. Был уже вечер, а ради ответного подарочка для Сириуса, ей пришлось ехать в Лондон на машине, а потом ещё и стоять в часовой пробке. — О, мам, — из кухни к женщине подетел Джеймс, — ты чего так поздно? За столом уже все, кроме вас с Сириусом. И зачем тебе торт? У кого-то сегодня именины? — Тихо ты! — Ирма шикнула на сына. — Это месть Бродяге за сегоднешнее утро. Ты иди, зови его на кухню. Я пока подготовлюсь. — А-а-а-а… — догадался Джеймс и подмигнул матери. — Всё будет в наилучшем виде! Как только парень побежал на вверх, Ирма побежала на кухню. — А! Ирма, садись за стол. Всё уже готово. Что ты делаешь? — недоуменно спросила Молли, глядя на то, как черноволосая в спешке открыла коробку с тортом. — В общем так, — скомандовала голубоглазая. — Сидите так, будто ничего не происходит. Меня не палить. Фред, — она обратилась к близнецу, — как только Блэк будет в дверном проёме покажи палец вверх, а теперь всем тихо! Все затаили дыхание, но всё-таки продолжили делать свои дела. В кухню забежал Джеймс, а после послышался мужской голос. — Ну и зачем вы меня звали? — спросил Сириус. Черноволосая посмотрела на Фреда, тот резко показал палец вверх. Рывок! — ШМЯК! И Ирма со всего размаху вмазала Блэку тортом в лицо. Сириус замер, не понимая, что сейчас произошло. Липкий крем и части от коржей попали ему на пиджак и рубашку, а лицо скривилось в гримасу, показывающей то, что мужчина этого никак не ожидал. Первой не выдержала Ирма и рассмеялась, за ней подтянулись и остальные — до того нелепо выглядел анимаг, измазаный в сладком креме розового цвета. — И что это было? — спросил Блэк, покосившись на женщину. — Это вкус мести и четырнадцати фунтов, Бродяга! Ха-ха-ха-ха! Все смеялись схватясь за животы, а Ремус, который успокоился быстрее всех, посмотрел на смеющуюся Ирму. Её лицо просто светилось от счастья. А ведь Люпин говорил Блэку, что ему достанется вдвойне. Однако голову оборотня сейчас занимала совершенно другая мысль:

И всё-таки Ирма…

Действительно особенная