Обречённые на любовь

       Вернувшись в штаб-квартиру, Ирма и Ремус насильно затолкали вора в кухню. Половина собравшихся была порядком удивлена, когда перед ними предстал неловко улыбающийся Флетчер. Молли уже полезла за половником, чтобы как следует отлупить его, но Грозный глаз гаркнул, что собрание ордена не место для перепалок. Пока Наземникус рассказывал всю информацию, что ему удалось раздобыть, Ирма через каждые пять минут пыталась сдержать свой чих. Женщина буквально промокла до нитки и ужасно замёрзла, однако сейчас ей было это совершенно до лампочки. И если бы не угрозы миссис Уизли, волшебница даже и не подумала бы сменить мокрую одежду на сухую. — Ну вот я незаметно за ним проследил. Кросби зашёл в один из баров Лютного переулка. Я значит, сажусь за соседний столик, чтобы послушать разговор Корнелиуса… — Апчхи! — по кухне прошёлся громкий чих Поттер. — Ирма, может, ты всё-таки пойдёшь в кровать? — забеспокоился Сириус, видя состояние черноволосой. Нос и щеки женщины покраснели, свидетельствуя о жаре, который начал проявляться. Глаза потускнели и немного слезились. Чего нельзя сказать о Ремусе. Мужчина выглядел немного уставшим, но не более. Люпин свёл брови на переносице — ему тоже не нравилось состояние подруги. — Я в порядке, не переживай, — закутавшись в тёплый плед, Ирма шмыгнула носом, а потом обратилась к вору: — Продолжай. — Давай уже ближе к делу! — рявкнул Грозный глаз на Флетчера. — У нас и так время не резиновое, а ты всё воду льёшь! Что ты там услышал от этого пожирателя? — Кросби с неким «М» решили устроить переговоры с американской бандой, — договорил Наземникус и достал из кармана сигарету, собираясь закурить. — И это всё? — возмутилась Тонкс. — Ни названия, ни время когда пройдут переговоры? — Цыц! — перебив волшебницу, мужчина втянул первую затяжку и, когда выпустил дым, продолжил. — Название они, видимо, сократили специально, да ещё и переговаривались шёпотом. Это было вообще чудо, что я их смог услышать. — Пчхи! Что за абривиатура-то хоть? — поинтересовалась Ирма. Её голова ходила ходуном, перед глазами изредка появлялась белая пелена, а в ушах как будто что-то пищало. Кажется, женщина окончательно и бесповоротно заболела. — Они называли их ССЧК, — таинственно произнёс Наземникус, получая по голове половником. — Я же говорила тебе здесь не курить! — грозно воскликнула Молли. — Виноват! — и вор в ту же секунду потушили сигару. — ССЧК? Впервые слышу такое, — в разговор ввязался мистер Уизли. — А что за некий «М»? Ты его смог разглядеть? — Нет, я к ним спиной сидел. Боялся, что услышат. — ССЧК? — хохотнула метаморфиня. — Это что? Собрание сумасшедших чудо-колдунов? И кто вообще придумал это херовое название? — Нимфадора, не выражаться! — Аластор громко стукнул по полу своим посохом. — Сколько раз мне повторять, — тихо прошипела мракоборец, в то время как её волосы приобрели алый оттенок, — что не нужно звать меня так? — Уж извиняйте! — вскинул руки Флетчер, словно он не при делах, и указал на оборотня с ведьмой. — Я бы больше узнал, если бы не они! — Ты смотри поосторожнее, — прорычал Ремус, немного оскалившись. — ССЧК, значит… — Кингсли задумчиво потёр подбородок. — У меня через несколько дней будет доступ к архивам министерства магии. Если эта группировка очень опасна, то её вполне могли внести в какой-либо список. Ирма перевела взгляд на чернокожего мага. Он выглядел расслабленно. Говорил неторопливо, смакуя слова. Но было в нём что-то такое, что говорило о напряжённости в его теле. Вдруг Поттер почувствовала как в носу сильно засвербело. — АПЧХИ! — и снова чих резко раздался на всю кухню. Да так, что Наземникус невольно подпрыгнул на месте. — Извините… — Так, всё. Это никуда не годится! Ирма, бегом в постель! — воскликнула Молли, махая руками, словно могла поднять черноволосую с помощью силы мысли. — Хорошо, — женщина встала со стула, по сильнее запахнувшись в тёплый плед. — Давай я тебя провожу, — Ремус встал со своего места и хотел положить руки на предплечья Ирмы, но не решился. За этим, как ни кстати, наблюдал Сириус, из уст которого вырвался короткий смешок. — Как знаешь, — отмахнулась волшебница. Но не прошла она и пяти шагов, как почувствовала как голова наливается чугуном, а слабость ударила по всему её телу, заставляя ноги подкоситься. Не выдержав напряжения Поттер упала на пол без сознания. — Ирма! — почти все встали из-за стола, обеспокоено пытаясь найти источник грохота. Ремус в ту же секунду поднял женщину, положив руку на её лоб. — Она вся горит, — оборотень посмотрел на миссис Уизли и обратился к ней: — Молли, у тебя есть настои, снимающие температуру? — И без тебя всё знаю! — женщина стала метаться по кухне в поисках пузырьков. — Ну, что стоишь? Ремус, неси её в комнату, живо!

***

Когда Молли проделала все необходимые процедуры, а собрание ордена закончилось, в комнату Ирмы зашёл Сириус. — Как Гордая? — спросил анимаг у Ремуса. Оборотень сидел на стуле перед кроватью писательницы, которая сжимала его руку. Ирма морщилась и тихонько стонала, как будто ей действительно кто-то зарядил молотком по голове. Однако волшебница всё-равно была без сознания. — Плохо, — Люпин наклонился к женщине, убирая со лба мокрые пряди волос. — Вероятно к температуре прибавилось и видения. Помнишь, когда они у Ирмы только появились, она не вылезла из нашей спальни или медицинской палаты? — Такое забудешь. Тогда из нас вообще никто не спал. Будем надеяться, что всё скоро пройдёт, — Блэк осмотрел комнату в поиске места, куда можно было бы присесть. — Вы пришли хоть какому-то итогу? — поинтересовался оборотень, подойдя к окну в комнате. — Да, — анимаг устало потёр переносицу и, сев на место Люпина, выдохнул. — За Кросби теперь будет следить Эммелина Вэнс. И на счёт ССЧК… Если Билл ничего не перепутал, то это действительно самая большая преступная группировка магов. Переводится как Союз Спасения Чистой Крови. — У меня только один вопрос — зачем этой группировке помогать Волан-де-морту? — А ты сам подумай, дружище. Если с их помощью Волан-де-морт победит, то велика вероятность того, что они смогут установить контроль за всей магической Британией, — Блэк недовольно поморщился, а потом тихо добавил: — Ещё есть вероятность того, что после победы тёмных сил, они попытаются убить Тёмного лорда. — Это слишком рискованный шаг для них, — отрезал оборотень, посмотрев Сириусу в глаза. — А может нет, Ремус? Может победить его, им как щёлкнуть пальцами? Между мужчинами образовалась напряжённая тишина. Каждый думал об одном и том же, только их взгляды заметно отличались. Вдруг Ирма начала сильно ворочиться и что-то шептать, словно в бреду. Не долго думая, Сириус положил пальцы на виски волшебницы. — Похоже боль очень сильная, — сделав вывод, Блэк беспокойно посмотрел на друга. — Сириус, последи за Ирмой. Я спущусь за «Сном без сновидений». Надеюсь, он сможет помочь. Ремус быстро направился на кухню оставляя Сириуса наедине с Поттер. Анимаг подсел к женщине чуть ближе и взял её за руку, которую она тут же сжала. Мужчина нежно провёл костяшками свободной руки по щеке Ирмы, а затем погладил её по волосам. — Эх, Гордая… У тебя прекрасно получается заставлять нас волноваться за тебя, — начал шептать Сириус, видя, что подруга по маленьку успокаивается. — Гордая, красивая, нежная. Жаль, что я заметил так поздно. Неожиданно для самого себя, Блэк осторожно взял изящную ладонь и поднёс к своим губам, едва касаясь бледной кожи. Подумать только, он не видел её столько лет… Теперь перед ним лежит не просто красивая школьница, а умная и статная женщина, наверняка прошедшая через столько трудностей и невзгод. Да, Ирма изменилась до неузнаваемости. И тем не менее, он всё ещё видит в ней маленькую девочку с чёлкой и нелепыми косичками. — Рем… — прошептала Ирма. В груди Сириуса в миг всё перевернулось. Даже будучи без сознания она зовёт Люпина, а не его. В какой-то момент ревность захватила Сириуса. Его зубы сжались, а глаза потемнели. Но что поделать, если спустя столько лет она до сих пор видит в нём лучшего друга?

***

Оборотень наконец-то дошёл до кухни, где за столом сидела Тонкс, одиноко попивая какао. — Рем, — заметив его, девушка встала из-за стола, — как там Ирма? — Плохо, — однотино ответил мужчина, пытаясь найти в полках стеклянную бутылочку со снотворным. — Но будем надеяться, что скоро всё утихнет. — Я смогу чем-то помочь? — розововолосая подошла к Люпину. Её карие глаза с беспокойством смотрели на мага. Девушка невольно прикусила губу, чувствуя себя крайне неловко. Ремус, тем временем, нашёл нужную ему склянку и, повернувшись к своей собеседнице, улыбнулся. — Нет, спасибо. Ложись лучше спать, Дора. Ты и так не высыпаешься. Тонкс покраснела, сжав губы. Ей было приятно, что Люпин о ней беспокоится. А спать и вправду хотелось сильно. Все эти смены в министерстве, собрания ордена очень выматывают. — Ремус, — мракоборец положила руку на плечо оборотня, — если что ты всегда можешь на меня рассчитывать. — Спасибо. И снова образовалась неловкая тишина. Тихо выдохнув, Тонкс, видимо, на что-то решается. Девушка потянулась к лицу мужчины, который замер, почему-то не смея сдвинуться с места. Однако их идиллию прерывает недовольный голос. — Проклятые осквернители дома благородных Блэков. Ходят тут, грязь разносят по всем этажам, а бедному Кикимеру приходится за ними убираться. Домовой эльф, ворча, подметал полы, попутно не забывая жаловаться на свою жизнь. Очнувшись, словно ото сна, Ремус неожиданно делает шаг назад, не позволяя Доре закончить начатое. — Извини, — прокашлявшись, Люпин снова делает шаг назад. — Ирме плохо, мне нельзя задерживаться. Спокойной ночи. С этими словами, мужчина покидает кухню, оставляя мракоборца в одиночестве.

***

На следующий день Ирма пришла в себя, но она по прежнему была слаба. — В следующий раз нужно будет смотреть прогноз погоды, прежде чем выходить на улицу, — прохрипела женщина, засовывая в рот ложку с куриным бульоном. — Ближайшую неделю улицы ты точно не увидишь, деточка! — заявила миссис Уизли, потирая кухонный стол. — Как ты? — спросила Тонкс без особого энтузиазма. — Спасибо, хорошо… — ответила Поттер, заметив перемену в настроении подруги. — Только вот голова раскалывается. — Оно не удивительно, — отметил Сириус, задумчиво жуя гренок. — У тебя была жуткая пульсация в висках. Неужели видения это настолько больная штука? — Насколько мне известно, — в кухню зашёл мистер Уизли, — в большинстве случаев видения проходят безболезненно. Однако случай Ирмы действительно интересен. — Мне в голову как будто каждую секунду отправляли миллионы картинок, — начала описывать свои ощущения Поттер, активно жестикулируя. — Они возникали резко. Вспышками. Я никак не могла сосредоточиться. — Ты вообще ничего не запомнила? — спросил Артур. Ирма мешала суп, пытаясь хоть что-то вспомнить. Её глаза устремились в одну точку, и со стороны это выглядело так, будто женщина потерялась в пространстве. Сириус переглянулся с Ремусом, на что тот лишь пожал плечами и достал откуда то чернильницу. — Единственое, что я так чётко помню, — черноволосая посмотрела Артуру в глаза, — это острую боль в области плеча и воду. Точнее в воде находилось несколько человек. — Ты можешь описать их? — мистер Уизли достал газету и начал на ней что-то писать ручкой, пытаясь успевать за Ирмой. — Нет. Всё происходило быстро и силуэты были расплывчаты, — помолчав пару минут, Поттер выдала: — Ладно, пойду в свою комнату, — а когда увидела, что Сириус встаёт со своего места продолжила. — Провожать меня не надо, спасибо. Тонкс тихо хихикнула, посмотрев на растерянно выражение лица Блэка. — Эй, дружище, что это ты там пишешь? — заметив, что Ремус выводит буквы на бумаге, поинтересовался анимаг. — Да так, ничего особенного, — отмахнулся оборотень и продолжил писать. Пожав плечами, Сириус отправился в комнату к гиппогрифу, а Люпин наконец-то закончил своё письмо.

«Дорогой, Джеймс здравствуй. Пишу тебе, чтобы сообщить, что Ирма заболела. Однако, хвала Мерлину, с ней сейчас всё в порядке. Можешь не беспокоиться, Молли не отойдёт от твоей мамы ни на один шаг, пока та не выздоровеет, и я тоже. Пока у нас всё тихо, а как поживаешь ты? Как тебе новый учитель по ЗОТИ? Буду ждать твоего ответа. С уважением, Ремус.»

— Ремус, — с улыбкой рыжеволосая ведьма похлопала оборотня по плечу, — будь добр, отнести Ирме этот чай, а то мне сейчас некогда. — Конечно, Молли. Давай. Убрав письмо в карман серого свитера, мужчина двинулся с чаем в руке к комнате Поттер. По пути он чуть не пролил горячую жидкость, из-за Кикимеру, который неожиданно появился у него под ногами. Извиняться не имело смысла. На волшебника просыпался шквал грязных ругательств, в который невозможно было пропихнуть хотя бы одно слово. Сбежать тоже было трудно, но Люпин с этим успешно справился и теперь он вновь стоял перед дверью в её комнату. Костяшки несколько раз ударились о деревянную поверхность. — Входите! — послышался женский голос и оборотень вошёл. Комната была озарена утренним светом, а через открытое окно доносится запах Лондона. Ирма сидела за письменным столом, над чем-то усердно пыхтя. В мусорной корзине уже валялось несколько клочков помятой бумаги. На хрупких плечах находился бордовый махровый халат, который Молли строго настрого запретила снимать волшебнице. — Снова пишешь? — Ремус поставил чай на стол и закрыл окно, на что голубоглазая недовольно посмотрела на мужчину и обиженно выпятила губу. — Без этого никак, — очередной комок бумаги полетел в мусорное ведро. — У меня много идей и вообще… Кха-кха! Я сильная, мне болеть не положено. Ирма приложила к своему лбу руку, словно она могла бы снять боль. Опустившись на стул, который стоял рядом со столом, Ремус с лёгкой улыбкой выдал: — Ну, знаешь, сильные тоже иногда болеют. Нужно же когда то восстанавливать свои силы. Ирма недоверчиво посмотрела на него, а потом шмыгнула носом. — Да, возможно ты прав. Трясущимися руками писательница взяла чашку с чаем и вздохнула аромат. Пахло ромашкой, чабрецом и ещё каким-то неизвестными ей растениями. Нет, не так. Пахло её домом, недалеко от которого она играла с Джеймсом в салки на мётлах. Пахло букетом цветов, подаренным ей сыном. На глаза навернулись слёзы. — Ты плачешь? — Ремус мысленно хлопнул себя по лбу. Он мог сказать ей всё что угодно, но изо рта вылететь смогла только эта глупая фраза. — Нет, — Ирма отрицательно покачала головой, заставляя резинку, находившуюся у неё на волосах, окончательно слететь на пол. Теперь её лицо прикрывали волнистые чёрные пряди. — Просто столько накопилось, уже не знаю куда всё девать. Ремус, забрав чашку из рук Ирмы, обнял её и та уткнулась носом в его ключицу, тихо всхлипывая. Она заболела и сейчас была лишена своих сил, ей хотелось выплакать всё, что было у неё на душе. Люпин ничего не говорил, только нежно поглаживал Ирму по волосам. Порыв ветра резко открыл окно, вновь пуская в озаренную светом комнату свежий воздух. Волшебник лишь покрепче приобнял женщину, которая вовсе расплакалась.

И кто это сказал, что сильные не могут болеть?