22
6 мая 2021 г., 22:11
Почти полторы недели прошло с момента последнего разговора между Тедди и Оливией. И с тех самых пор они практически не виделись. Юноша явственно ощущал, насколько сильно отличалась та ссора от их привычных размолвок. Самым неприятным для него, как ни странно, стало то, что любимая как ни в чём не бывало здоровалась с ним с Большом Зале; во время Квиддича, когда их факультеты выходили на поле, могла привычно перекинуться с ним парой колкостей; непременно поправляла его галстук на перемене, когда ей казалось, что тот выглядит небрежно, но явно делала всё это только для поддержания видимости того, что у них всё по прежнему и в полном порядке. Тем не менее, по вечерам они больше не виделись, Оливия перестала упрашивать Энни поставить их в пару при составлении расписания патрулирования коридоров, из чего юноша сделал вполне логичный вывод, что любимая его избегает.
Как бы то ни было, Тедди понимал, что она делает это не с целью наказать его отсутствием секса. Ещё в детстве он осознал, что его проклятие, несмотря ни на что, даёт некоторое преимущество, заключавшееся в том, что на него действуют далеко не все виды магии. Так, например, не привыкшую слышать отказы в требовании поиграть с ней Мари Виктуар он несколько раз доводил до слёз, совершенно игнорируя ту. Тот же принцип с недавних пор начал работать и с такими любимыми Оливией чарами Гламура. С момента её последнего попадания в лазарет, когда ей было запрещено использовать магию, он и после выписки продолжал видеть её веснушки, покрасневшие от бессонных ночей глаза и с каждым днём всё сильнее проступавшие синяки под ними.
И хотя Оливия с завидным упрямством продолжала делать вид, что у неё абсолютно всё под контролем, для Люпина стало очевидным фактом, что это отнюдь не так. Теперь его невеста использовала практически любой повод, чтобы постоянно иметь доступ в Запретную Секцию библиотеки Хогвартса. Видя, с какой скоростью наполняется всё новыми изумрудами чаша Слизерина, он прекрасно осознавал, что она берётся за самые непростые задания только для получения заветного пропуска. И ещё понимал, что именно он сам вынудил её к этому своим ультиматумом.
То, что так больше продолжаться не могло, Тедди понял, когда во время завтрака Оливия оставила без ответа брошенный в неё Майерсом Дантисимус, который тот сопроводил пожеланием, что так станет проще грызть гранит науки. Вопреки своему обычному поведению, девушка просто выставила защитное заклинание, даже не повернув голову в его сторону. И хотя мотивы раздражённых её успехами когтевранцев были очевидны, Тедди решил плюнуть на то, что должен придерживаться принципа беспристрастности, снимая баллы с факультетов.
— Минус десять баллов Когтеврану! — буквально на секунду опередил его заметивший нарушение профессор Малфой, чем отнял у Люпина возможность привлечь к себе внимание невесты, которая продолжала сосредоточенно что-то записывать, не обращая внимания на то, что ест спаржу, которую на самом деле терпеть не могла. Приняв решение во что бы то ни стало вывести Оливию на откровенный разговор, молодой человек едва дождался окончания тренировки по Квиддичу и отправился в библиотеку. К его глубокому разочарованию, мадам Пинс сообщила, что сегодня в хранилище мисс Грейнджер не появлялась, а потому Теду не оставалось ничего другого, как продолжить её поиски уже в подземелье. Встретив по пути Скорпиуса Малфоя, он сумел выяснить, что этим вечером дополнительных занятий у того с Оливией запланировано не было, а также то, что в гостиную Слизерина после уроков она не возвращалась. Наудачу юноша открыл дверь кабинета зельеварения, после чего увидел, что его упорство в поисках невесты было вознаграждено.
Стоя у котла, девушка водила палочкой, бормоча какое-то не знакомое семикурснику заклинание, при этом не забывая сверяться с собственными записями. Будучи полностью сосредоточенной, она не обратила внимания, что была в кабинете уже не одна.
— Неужели Слизнорт назначил тебе отработку? — удивлённо задал вопрос школьный староста, прекрасно знавший, что никаких факультативов этим вечером в расписании не значилось.
— А, это ты, — бросив на него мимолётный взгляд, вновь обратилась в чтение Оливия. — Да, Редверс достала, я наложила на неё Силенцио, а ты знаешь правило Слизнорта о том, что запасы потраченного Болтливого Зелья нужно восполнять.
— С каких это пор в Болтливое Зелье добавляют волчий аконит? — невинно поинтересовался Тедди. — Или ты правда думала, что я не почувствую его запах?
— Почувствовал и молодец, возьми с полки пирожок и иди в свою башню, я занята, если ты не заметил, — отмахнулась она, продолжив колдовать.
— Ливз, прекрати, — попросил он. — Тебе совсем не обязательно меня избегать и работать на износ. Я сдержу обещание и не стану ничего предпринимать, не посоветовавшись с тобой!
— Обязательно. Я уже почти семнадцать лет живу без секса, это полный отстой, — бросила она, быстро зачеркнув что-то в тетради, после чего погасила пламя под котлом.
— Ливз, ну хватит, ты ведёшь себя как капризный ребёнок. — Вздохнув, покачал он головой. — Я ведь вижу, что причина совсем не в этом. Припоминаю даже, что другие виды секса в нашем исполнении были не так уж плохи. И без них в последнее время действительно полный отстой.
— Ладно, Тед, раз ты сегодня неожиданно такой догадливый, я объясню, почему избегаю тебя, — смахнула со лба успевшие изрядно растрепаться светлые волосы Оливия. — Я не дура и понимаю, что ты совершенно не веришь в то, что мне удастся избавить тебя от проклятия. Поверь, мне и так непросто приходится, учитывая, что в этой Запретной Секции нет ничего стоящего, так ещё видеть твой скепсис хочется меньше всего! Ты мне потакаешь, я это осознаю! — отрезала девушка, после чего начала возвращать неиспользованные ингредиенты для зелий на их законные места. — Тем не менее, раз кроме меня самой, в меня верить некому, я должна стараться не допускать частого общения с теми, кто пытается убедить меня в моей несостоятельности. Так что давай как-нибудь сам, это ведь тоже другой вид секса, — съязвила она.
— Ты закончила здесь? — проигнорировав явную грубость, уточнил парень.
— У меня ещё эссе по ЗОТИ не сделано, Малфой замучил тем, что я не умею вызывать Патронуса, задал три больших свитка по заклинанию Патронус Чаминг. — Непрозрачно намекнула на свою занятость его невеста, безжалостно вылив не получившееся экспериментальное зелье, после чего наложила на котёл очищающее заклинание.
— Учебник у тебя с собой? — деловито уточнил Тедди, а затем призвал её сумку и повесил себе на плечо.
— С собой, — подозрительно посмотрев на него, тем не менее ответила Оливия, отправляя котёл на место заклинанием Левитации.
— Пойдём, у меня позанимаешься, в вашем бедламе наверняка сложно сосредоточиться.
— Тедди, слушай, я не кокетничаю, мне действительно некогда, — попыталась слабо посопротивляться она.
— Торжественно клянусь, что не стану приставать ни с какими видами секса, — провозгласил юноша, игнорируя слегка разочарованный взгляд ещё несколько минут назад избегавшей его общества невесты. — Просто в тишине доклад на три свитка получится подготовить гораздо быстрее, я преследую только одну цель — выгадать лишние часок-другой для так явно недостающего тебе сна. Слизеринская стерва на тропе войны — это страшная перспектива.
— Какая война, Тедди? — устало отмахнулась Оливия, беря его под руку и направляясь к выходу из кабинета. — Вот наши родители действительно делали великие дела, а что мы? Так, совершенно праздно тратим время на всякие глупости, — задумчиво протянула девушка.
— На войне погибли мои родители, — тихо напомнил Тедди. — Так что я с твоего разрешения буду наивно радоваться мирному времени. Как-то морально легче видеть, что их жертва хотя бы не была напрасной.
— Это как посмотреть. Как по мне, могло быть и лучше. Я много раз говорила крёстному, что если бы наше Министерство действительно было сильным, оно бы само определение чистокровности сделало вне закона.
— Слушай, Ливз, мне кажется, ты перегибаешь палку, — покачал головой в ответ юноша. — Даже у твоих любимых магглов есть королева, ясное дело, она давно ничего не решает, но это часть их истории, дань традициям, — продолжил он. — Впадать в крайности всегда плохо.
— Мерлин, Тедди, и почему Шляпа тебя не отправила на Пуффейндуй? — фыркнула Оливия. — Мне довелось видеть побольше твоего, так что уж поверь, я знаю, о чём говорю.
— Как же глупо поступил Малфой, продемонстрировав тебе свои воспоминания, — неодобрительно покачал головой юноша в ответ.
— Тедди, дорогой, а дело даже не в них! — не согласилась Оливия, покорно направившись в Башню Старост. — Ты посмотри на Майерса, на Редверс и всю их компанию! Они мнят себя выше остальных, это факт! Причём им совершенно не интересно, что та же Энни Эгберт маггловского происхождения, а колдует гораздо лучше! Из-за таких как они волшебное общество только деградирует! — горячо воскликнула Оливия. — Знаешь, что мне заявил Скорпиус Малфой? Что ему совершенно не обязательно уметь варить зелья, ведь в их фамильном хранилище столько галлеонов, что он в любой момент сможет отправить эльфа за любым из них! — зло закончила она, от переизбытка эмоций топнув ногой. — Ты можешь себе это представить? Молодой волшебник, сын профессора, а заклинание Левитации получается через раз, про трансфигурацию я вообще молчу, благо хоть Люмосом свет зажечь может, при этом ему это совершенно безразлично! Стыд и позор!
— Ливз, а не из-за того ли ты на него так злишься, что он твой… — начал было Тедди, но Оливия быстро его перебила.
— Тихо ты! Не хватало ещё, чтобы портреты начали болтать! Подумай только, как его невежество может отразиться и на моей репутации! Хватит с меня того, что я нахожусь в вечной тени маминого триумфа, так ещё и при каждой моей неудаче будет всплывать тот факт, что мой… Родственник почти сквиб!
— Не сомневаюсь, что тебе под силу подтянуть его, — попытался немного польстить ей Тедди. — Помнится, на вашем факультете были экземпляры и побезнадёжней! Постарайся относиться к нему как к любому другому студенту, — посоветовал он, пропуская Оливию вперёд в гостиную Башни Старост. — Потому что пока в твоих оценках новенького слишком много личного.
Не ответив на его реплику, девушка прошла внутрь, увидев Энни Эгберт и Стефани Редверс возле большого зеркала, занимавшего практически половину одной стены в гостиной.
— Доброго вечера, леди, — улыбнулся староста, увлекая Оливию за собой, но она неожиданно замерла, продолжив критично рассматривать явно купившую в Хогсмите новое платье Энни.
— Здравствуй, Тедди, — густо покраснев, ответила Эгберт, очевидно, совсем не ожидавшая, что её застанут за примеркой.
— Люпин, — слегка снисходительно кивнула Стефани, демонстративно игнорируя присутствие Оливии.
— Энни, ну ты же видишь, что это на самом деле полная катастрофа? — отмерла тем временем слизеринка, порывисто подойдя к девушкам.
— Ливз, напоминаю про доклад на три больших свитка, — попытался отвлечь её юноша, но та в ответ только отмахнулась.
— У мадам Малкин была распродажа? — предположила тем временем Оливия. — Как же она любит втюхать туфту наивным студенткам, — продолжила она, после чего прошептала: «Приори Инкантантем». Школьная староста покраснела ещё сильнее, поскольку все несовершенства её фигуры стали видны всем присутствующим в гостиной. — Редверс, откровенно говоря, я бы даже с тобой так жестоко не поступила. Мало того, что в этом платье совершенно сбит магический баланс подгонки под фигуру, так ты ещё и Утягивающие чары на бедняжку наложила? — неодобрительно цокнула языком Оливия. — Остаётся только начать покупать в «Волшебных Вредилках» блевательные батончики, чтобы похудеть!
— Грейнджер, шла бы ты к Люпину, а не лезла не в свои дела, — обратилась к ней Стефани, нарушив свой бойкот.
— Энни, послушай меня, — повернулась к девушке Оливия, не обращая никакого внимания на Стефани. — Редверс правду тебе никогда не скажет, чтобы на твоём фоне на Рождественском балу выглядеть ещё более очаровательно! Сдай это уродство мадам Малкин с советом самой носить нечто подобное всю оставшуюся жизнь! Если тебе не хватает денег, я могу одолжить, копила на новую сумочку, но обойдусь, только купи себе что-то нормальное!
— Ливз, идём уже, — больше не церемонясь, Тедди легко подхватил её под локоть и повёл в направлении своей комнаты, несмотря на сопротивление. — Хорошего вечера, леди! — бросил он через плечо когтевранкам.
— И тебе, — пробормотала определенно мечтавшая провалиться сквозь землю Энни. Стефани молча кивнула.
— Скажи на милость, зачем ты к ним полезла? — покачал головой юноша, когда они оказались в его комнате.
— Поверь, с моей стороны это был жест благотворительности, — легко отмахнулась Оливия, сняв в его плеча свою сумку и выложила на стол изрядно потрёпанный учебник по ЗОТИ. — Просто поэтому я и не завожу подруг! С такими как Редверс и врагов не надо!
— Зато твоему энтузиазму в заведении последних можно позавидовать, — тяжело вздохнул он в ответ. — Бедняжка Энни готова была сквозь землю провалиться.
— Лучше сейчас, чем на балу, когда все вокруг хихикали бы за её спиной, — упрямо настаивала на своём девушка. — Уж поверь, в таком случае припомнили бы и её происхождение, и материальное положение, да и по внешности прошлись! К слову, она была в паре мгновений от потери сознания из-за Утягивающих чар, а Редверс это прекрасно понимала, но ни словом не обмолвилась! Это и есть то, о чём я говорила до этого! Могу себе только представить, как бы они смаковали её конфуз, как часто звучало бы, насколько не место магглорожденной в Хогвартсе!
— Спорить с тобой просто бесполезно, ты во всём видишь вселенский заговор, — покачал головой Тедди. — Готовь свой доклад, я с твоего разрешения схожу в душ.
— О нет, это ты чересчур наивен, — покачала она головой и, устроившись поудобней, склонилась над свитком, но через несколько мгновений не удержалась и продолжила. — Я знаю, о чём думают эти люди, чем они дышат и о чём втайне жалеют! И нельзя позволять их планам сбываться даже в таких мелочах, как дурацкое платье! Как же ошибается крёстный, думая, что они смирились с поражением!
— Лучше бы Шляпа всё-таки отправила тебя на Гриффиндор, — покачал головой юноша.
— Нет-нет, Шляпа всё сделала правильно! Она позволила мне изнутри посмотреть, что из себя представляют студенты этого факультета! Я должна была узнать, почему они вырастают теми, кого раньше называли Пожирателями Смерти! И поверь, когда придёт время, я буду готова им противостоять! То, что я расту в их окружении, станет моей силой, которая их уничтожит!
— В душ-то отпустишь перед началом боевых действий? — позволил себе усмехнуться Тедди. — А то если война начнётся, неизвестно, когда ещё такая возможность выпадет!
— Да ну тебя с твоими шуточками! — немного обиженно ответила Оливия. — Иди в свой душ и не мешай мне исполнять прихоти очередного чистокровного самодура! Тоже мне родственничек сыскался.
Оставив очередной её выпад без ответа, Тедди поспешил покинуть комнату, а когда вернулся, то увидел, что девушка уснула прямо за столом, уютно расположившись на незаконченном докладе. Вздохнув, он аккуратно левитировал её на кровать, магией снял школьную форму, чтобы не разбудить, после чего трансфигурировал розовый лифчик в короткую майку и уже без использования магии собственноручно накрыл клетчатым пледом. После недолгих раздумий молодой человек призвал с полки маггловскую книгу собраний сочинений Уильяма Шекспира и покинул комнату. От своей бабушки он слышал, что знаменитый маггловский поэт был сквибом, а у Раминны Прейскотт, чей портрет висел на входе в Башню старост, в былые времена якобы был с ним бурный роман.
Не застав в гостиной Эгберт и Редверс, Тед облегчённо выдохнул. Раз старост в комнате не было, то некому было и доложить, что Оливия осталась у него на ночь. Осталось только договориться с весьма вредным и педантичным портретом.
— Милая леди, доброго вам вечера, — постаравшись подключить всё природное обаяние, поприветствовал он изображение темноволосой женщины, оценивающе пробежавшей по нему взглядом.
— И вам того же, мистер Люпин, — снисходительно ответила она, видимо, всё же решив, что он сойдёт за достойного её внимания собеседника. — Отчего вдруг вы вспомнили о старом пыльном портрете, которого используете только в качестве швейцара?
— Вы так проницательны, что я даже не знаю, с чего начать, — Тедди сделал вид, что слегка стушевался под напором её догадливости.
— Ой, оставьте ваши хождения вокруг да около! Я всё-таки десятки лет нахожусь здесь и привыкла к тому, как часто старосты мальчиков обращаются с весьма наскучившими одинаковыми просьбами! Нет, я не стану умалчивать директору Дамблдору о том, что некая юная особа осталась в вашей спальне после отбоя! Несколько лет назад я уже имела неосторожность совершить подобную глупость, за что этот мерзкий сквиб Филч едва не отнёс меня в подвал, поскольку глупая девчонка умудрилась забеременеть! И не просите, юноша! Здесь довольно скучно, но остаться в полном забвении и тишине для меня самое страшное наказание!
— Уверяю вас, что ничего предосудительного в моей комнате сегодня не происходило и не произойдёт, — возразил ей Тедди, при этом даже не солгав. — При подготовке доклада мою невесту сморил сон, а мне очень не хочется её будить. — Продолжил он, якобы случайно вытащив из мантии томик Шекспира. — Она лучшая студентка на своём курсе, в последнее время слишком рьяно взялась за учёбу, а потому отдых вне стен общей спальни ей просто необходим.
— Мистер Люпин, вы что же, подкупить меня пытаетесь? — подняла брови дама, заметив книгу в его руках.
— И в мыслях не было, — развёл руками юноша. — Но, раз уж вы так сильно беспокоитесь о моральном облике моей любимой девушки, я готов всю ночь провести в вашей компании за чтением книги. Оливия отдохнёт, а вы можете быть уверенной, что вряд ли я одновременно могу сидеть здесь в вашем обществе и предаваться плотской любви в своей комнате, не так ли? — уточнил Тедди, наколдовав себе стул и демонстративно обратив всё своё внимание в произведение.
Прошло несколько минут, пока леди на портрете уже сама вступила в беседу:
— Что ж, мистер Люпин, я оценила ваш спектакль, но боюсь, что уже лично не готова всю ночь следить за тем, что вы проведёте её на этом стуле. Студенты после отбоя должны быть в собственных постелях.
— Что тут попишешь, мне очень жаль, но вы не оставляете мне выбора, — пожал плечами он. — Вам ведь известно, что правило об отбое на школьных старост не распространяется? В случае, если здесь появится кто-то из преподавателей, я всегда могу сказать, что слежу за порядком в этом коридоре. — Закончил мысль Тедди, вновь обратившись в чтение.
— Вы что же, теперь меня шантажируете? — воскликнула леди Прейскотт.
— Как вам подобное только в голову пришло, достопочтенная леди? — совершенно искренне удивился молодой человек. — Коль скоро вы отмели всякую возможность того, что единственный раз сможете сделать исключение для моей невесты, то я смиренно не ропща принимаю ваше решение и ни в коем случае не хочу навлечь на вас гнев нашего грозного завхоза. — Развёл он руками, вновь обратившись в чтение.
— Вы тогда хотя бы вслух читайте, раз твёрдо намерены не позволить отдохнуть ни себе, ни мне, — попросила спустя некоторое время дама. — Видеть ваше хмурое лицо и не знать, чем вызвана эта эмоция — коварством короля Лир, смятением Гамлета, или же гибелью Меркуцио — истинная пытка.
— Боюсь, что на декламирование в течение всей ночи меня точно не хватит, — вздохнул Тедди, перелистнув страницу. — Вот если бы мы могли договориться, что скажем, я прочту вам любое из произведений, а вы потом позволите мне вернуться в комнату, при этом дадите обещание не докладывать о моей гостье директору, то, пожалуй, это устроило бы нас двоих куда больше. Тогда и вы отдохнёте и насладитесь маггловской литературой, и я смогу не тревожить свою невесту.
— Великий Мерлин, мистер Люпин, на вас же красно-золотой галстук, откуда столько коварства? — неодобрительно поджала губы леди Раминна Прейскотт.
— Что поделать, любовь порой может толкать нас на весьма сомнительные поступки, — философски заметил юноша. — Признаю, меня не красит подобное поведение, но ради Оливии я готов на гораздо большее.
— Ладно, мистер Люпин, так и быть, я вам поверю, — вздохнула дама с портрета, сдавшись. — Вы обещаете, что она точно не забеременеет?
— Обещаю, — кивнул он в ответ.
— Ох, Мерлин, ну что тут поделать, вы так напомнили мне одного любимого героя из трагедии Уильяма, что я просто не смогу уснуть, если не услышу «Ромео и Джульетту». Читайте, мистер Люпин. — Нетерпеливо поторопила она.
— Что насчёт нарушения правил? — уточнил он.
— Пусть ваша Джульетта остаётся. Но это в первый и единственный раз. Попрошу не злоупотреблять тем, что я однажды имела слабость пойти вам навстречу!
— Леди, как вы могли подумать подобное! — воскликнул Тедди и, открыв страницу, начал читать.
***
Когда Оливия проснулась, то первым ощущением, которое она испытала, было странное и ставшее в последнее время непривычным осознание того, что она выспалась. Она была уверена, что это чувство было совершенно обманчивым, однако открывшееся второе дыхание позволило решить ещё вчера казавшуюся непреодолимой головоломку. Попытка приготовить Волчье противоядие на основе зелья из мандрагоры потерпело неудачу. Добавленные остатки русалочьих слёз нейтрализовали волчий аконит, без которого, в свою очередь, было невозможно снять действие проклятия Полной Луны на разум и избежать начала физической трансформации. Следовало каким-то образом магически зачаровать волчий аконит, чтобы он, находясь в зелье, вступил в реакцию только после того, как действие мандрагоры, позволяющее снять проклятие, получит постоянный эффект, который благодаря слёзам русалок прекрасно проявил себя при изготовлении Амортенции. Вскочив с кровати, она быстро подбежала к столу, вытащив из сумки свою тетрадь с записями и начала лихорадочно записывать пришедшую в голову мысль, вспоминая при этом, что ни в одной из книг Запретной Секции не упоминалось, каким образом можно отсрочить действие крайне быстро вступавшего в реакцию с другими ингредиентами волчьего аконита. Нахмурившись, Оливия обратила внимание на одну из собственных заметок, в которой один из знаменитых зельеваров ссылался на книгу, посвящённую скрытым свойствам основного компонента Волчьего противоядия. К её сожалению, в Запретной Секции она не нашла ни одного экземпляра, а профессор Слизнорт на её вопрос о том, почему в Хогвартсе нет такого любопытного издания, пояснил, что оно было запрещено ещё во времена Первой Магической войны, но не пожелал вдаваться в подробности о том, что послужило тому причиной. — Доброе утро, Ливз, — услышала она голос Тедди, после чего почувствовала, что он подошёл к ней, поцеловав в макушку, до её ноздрей долетел знакомый аромат его любимого геля для душа. — Собирайся, хоть по моим меркам ещё вагон времени, но пока ты наложишь чары Гламура, мы имеем все шансы опоздать на завтрак. — Ага, сейчас, — кивнула она в ответ, после чего, наконец, поняла, что это утро в Хогвартсе радикально отличается от привычного. Так увлёкшись надеждой на прорыв в своём исследовании, она не обратила внимания на то, что проснулась в комнате Тедди в Башне старост, на недоделанный доклад по ЗОТИ, печально лежавший на столе, а также на то, что раз за окном только забрезжил рассвет, что означало, что эту ночь она провела не в спальне девочек в подземелье. — Тед Ремус Люпин, я придушу тебя! — подскочила она, схватив мантию и начав быстро одеваться. — Ты с ума сошёл, считай, что мы больше не старосты, наверняка Дамблдор уже идёт сюда со всеми деканами, чтобы сорвать с нас значки! Чёрт-чёрт-чёрт, как же я маме это объясню?! — в отчаянии воскликнула она. — Какой позор, дочь Гермионы Грейнджер лишилась звания старосты из-за недостойного поведения! Ещё и задание по ЗОТИ не готово! О чём ты только думал?! Почему не разбудил меня вчера?! — Ливз, тише, успокойся, — попросил молодой человек в ответ. — Всё под контролем, никто не узнает, что ты провела здесь ночь. — Спокойно продолжил он, скинув с бёдер полотенце, в котором вышел из ванной, и невозмутимо начал одеваться. — Прекрати отвлекать меня от желания убить тебя! — возмущённо воскликнула Оливия, несколько секунд заворожено наблюдав за тем, как перекатывались мышцы под его смуглой кожей. — Ты хотя бы понимаешь, что натворил?! — Ливз, послушай же, — вновь попросил Тедди. — ЗОТИ сдашь позже, Малфой не лютует, ну не получишь «Превосходно» один раз за не сданную вовремя работу, неужели возможность отдохнуть того не стоит? Что касается проведённой здесь ночи, то всё под контролем, поверь мне, проблем не возникнет, я договорился с портретом. — Правда? — по-детски спросила она, перестав судорожно завязывать галстук. — Конечно, правда, — обезоруживающе улыбнулся он в ответ, обняв её. — Я люблю тебя, — прошептала в ответ Оливия. — Не знаю, как ты это делаешь, но что-то мне подсказывает, что тебя ждёт блестящая адвокатская карьера в Визенгамоте. — Да уж, оппоненты будут бояться со мной спорить, ведь в Полнолуние зверь внутри меня может возжелать мести, — вздохнул Тедди, призвав из шкафа брюки. — Собирайся, Ливз, а то останемся без завтрака, — подмигнул он, после чего, не удержавшись, притянул её к себе и поцеловал. — Если хочешь, можем задержаться тут, раз уж у тебя всё под контролем, — прошептала она, просунув ладонь в его боксеры и чувствуя, как моментально начал твердеть его член от её прикосновений. — Ты сделаешь карьеру без оглядки на всяких внутренних зверей, мы прогоним его, не будь я Оливией Грейнджер, — уверенно промурлыкала она, продолжив ласкать его. — Нет уж, не для того я полночи начитывал портрету маггловские вирши, чтобы ты выспалась, но осталась голодной, — покачал он головой, тем не менее, судорожно сглотнул, когда на несколько секунд позволив себе раствориться в волнующих ощущениях. Прозвучавшее в очередной раз обещание избавить его от проклятия он предпочёл вовсе не комментировать, чтобы вновь не ссориться. — Да прекрати, Тедди, должна же я тебя отблагодарить, — прошептала она, не прерывая своего занятия. — Прости, но на сегодня я уже воспользовался твоим вчерашним советом об альтернативных видах секса, — хихикнул он, мягко вытащив её ладонь из боксеров, после чего натянул форменные брюки, застегнув ширинку. — Я ужасный человек, да? — разочарованно вздохнув, уточнила Оливия. — Есть немного, — усмехнулся он в ответ. — Но никто менее ужасный мне не нужен. Ливз, прошу тебя, поторопись, — напомнил молодой человек, подойдя к зеркалу и начав завязывать галстук. — Тедди, слушай, у меня вопрос, — спохватившись, вспомнила девушка. — Ты не мог бы попросить свою бабушку позволить мне посетить фамильную библиотеку на Гриммо? — Без проблем, — пожал он плечами в ответ. — А что ищешь? — проявил любопытство молодой человек. — Да неважно, — отмахнулась она. — В Запретной Секции необходимого нет, а мне крайне нужно найти её. — Оу, боюсь, что если тебе нужен какой-то редкий фолиант, ты едва ли найдёшь его на Гриммо, — покачал головой юноша. — Крёстный рассказывал, что дом ограбил какой-то цыган, Наземникус Флетчер, кажется, ещё до начала Второй Магической Войны. Что-то действительно редкое и, возможно, не очень законное, может быть в библиотеках твоих обожаемых чистокровных семей. — Ты гений, Тедди! Точно! — подпрыгнула Оливия, накинув сумку на плечо. — Прости, я должна бежать! Увидимся в Большом Зале! — Ливз, куда ты? — Есть у меня на примете тот, кто может помочь и жаждет моего расположения! — победно улыбнувшись, девушка чмокнула его в щёку и стремительно выбежала из комнаты.
