Глава 6. Одержимость
27 декабря 2020 г., 22:57
Приглашённый ученик Цанцюн Ло Бинхэ простудился.
Высокий лоб пылал, дыхание вырывалось с тяжёлыми хрипами. Хуже всего было необоримое упрямство — мальчишка совершенно не желал принимать лекарство. Может, юноша и впрямь считал, что сформировав ядро, достиг абсолютной неуязвимости?
Лорд Цинцзин не отходил от постели, чувствуя вину за столь тяжёлое состояние ученика. В его руках была фарфоровая чаша с густым травяным настоем. Сам Шэнь Цинцю не выносил даже запаха этого отвратительного лекарства, но ведь ему и не нужно было это пить. Он неспеша помешивал тёмную жидкость, уговаривая Ло Бинхэ, словно дитя. Обсидиановые глаза вспыхивали, останавливаясь на лице наставника, и недоверие то и дело мрачной вуалью затягивало юношеские черты.
Спутанное сознание отбрасывало его в далёкое прошлое.
— Бинхэ, открой рот. Ты должен это выпить. Слышишь?
— Учитель решил меня отравить? — едва слышно прохрипел ученик.
Недовольная складка залегла между тёмных бровей лорда Цинцзин.
— Неужели этот учитель совсем не заслуживает доверия?
Взгляд Ло Бинхэ на мгновение прояснился, и рваный вздох, переходящий в судорожный кашель сотряс его грудь.
— Достаточно. Ученик должен подчиниться. Открой рот.
Юноша и впрямь проглотил несколько ложек, прежде чем прошлое вновь настигло его пылающий разум. Пальцы сомкнулись на запястье Шэнь Цинцю, и тёмная жидкость пролилась на белые одежды из фарфоровой ложки.
— Что ты делаешь? — недовольно спросил тот.
— Учитель не уйдет? Он больше никогда… Никогда не должен уходить… Никогда… Не должен покидать меня… — голос юноши затухал, а речь становилась всё бессвязней.
— Тц! — бровь Шэнь Цинцю дёрнулась. Что творится в этой прекрасной голове? — Когда этот учитель оставлял тебя?
Горящий взгляд ученика впился в его лицо. Пальцы, наконец, разжались, и он послушно проглотил горький настой.
***
Перед глазами Ло Бинхэ проносились события прошлой жизни. Поверженный Шэнь Цинцю пришёл в себя в просторной светлой комнате. Из одежды на нём был только лёгкий верхний халат. Длинные волосы рассыпались тёмными волнами. Тело было опутано алым вервием бессмертных, сковавшим движения, остановившим ци. Оглянувшись, он попытался подняться, но даже сесть ему удалось с огромным трудом. Какое унизительное положение! Шёлковые полы одежд соскользнули, и обнажённые колени казались хрупкими и беззащитными. Шэнь Цинцю попытался сорвать вервие, ведь пальцам ничего не мешало двигаться — руки были связаны в запястьях. Но тут же оставил эту идею. Натягиваясь, вервие, размером чуть толще нити, впивалось в кожу, вызывая острые приступы боли. Опустив голову на согнутые колени, Шэнь Цинцю попытался справиться с нахлынувшим отчаянием. Оно было горьким, стояло комом в груди, ледяной дрожью пробиралось по позвонкам. Почему он раздет? Его пальцы белы, на них нет и следа земли. Рассыпавшиеся волосы полны ароматами трав. Кто позаботился о нём? И зачем? Разве не должен он быть заключён в тюремных стенах? Разве во Дворце Хуаньхуа не одна из надёжнейших темниц? Но Шэнь Цинцю проснулся в роскошных дворцовых покоях?! Какой изысканный способ унизить его достоинство! Лорд Цинцзин едва не задохнулся, осознав, что могло прийти в голову этому чудовищу. Неужели у столь строгого мастера мог вырасти ученик с таким извращённым вкусом? Не может этого быть! Нет! Он никогда не проявлял… Никаких признаков… Хотя… Был один случай, когда Шэнь Цинцю внезапно обнаружил Ло Бинхэ за спиной, раздеваясь для вечерней ванны. Это была случайность? Разве наказание за тот проступок было недостаточно жестоким, чтобы никогда больше ни единой мысли о подобном не закралось в его голову? Так почему же тогда Шэнь Цинцю оказался здесь? Мысли были столь мучительны и тягостны, что он был рад шагам, обрушившим тишину. — Учитель проснулся? — спросил Ло Бинхэ, появившись в поле зрения. Так элегантен и мрачен в своих чёрных одеждах с серебряной вышивкой, змеящейся живым узором. Шэнь Цинцю выпрямился. Негоже горному лорду гнуть спину перед демоническим псом! Но, увидев, в каком состоянии находится то, чему полагается скрывать человеческое тело от чужих взглядов, залился алой краской стыда. Ло Бинхэ опустился на постель. Ладонь легла на обнажённое колено Шэнь Цинцю. Тот отшатнулся, но пространство было небольшим, а движения скованы вервием. Рука Ло Бинхэ так и осталась висеть в воздухе там, где мгновение назад была нога учителя. Священный император непонимающе смотрел на лорда Цинцзин, нахмурившись. — О чём ты подумал, Шэнь Цинцю? — холодно спросил ученик. Мастер не ответил. В его глазах поднималась тревога. Он ошибся? К каким последствиям эта ошибка может привести? Не натолкнул ли он сам демонического ученика на грязные мысли? Ладонь Ло Бинхэ, скользнув по щеке учителя, запуталась в тёмных волнах волос. — Хм, — усмехнулся демон в лицо Шэнь Цинцю. — Неужели лорд Цинцзин настолько извращён? Может быть, этому Ло стоит навестить сны учителя? «Навестить?!» – взгляд заклинателя на мгновение стал растерянным, словно душа, содрогнувшись, раскололась. Ло Бинхэ расхохотался, оттолкнув его. Лорд Цинцзин, связанный по рукам и ногам, не смог удержаться, и его тело послушно опустилось на кровать. — Ты весьма соблазнителен и... коварен. Но, к твоему несчастью, этому ученику хватает и женского внимания. Лицо Шэнь Цинцю пылало от стыда. Как вообще этому ублюдку пришло такое в голову?! Он что, думает, что этот Шэнь пытается его… соблазнить?! Какая чудовищная чушь! От ярости он закусил губу, ощутив вкус крови во рту. — Этот Император пришёл сообщить, что у учителя есть выбор: пасть безмолвной жертвой или встать на мою сторону и покорить небеса. Ло Бинхэ резко вздёрнул лорда Цинцзин за плечи, поставив на ноги. — Что? — взгляд учителя затопило презрение. — Ты хочешь, чтобы Шэнь предал Цанцюн? Шэнь должен помочь тебе убить всех, кто ему дорог?! Ты, собачье отродье, не в силах понять, кто тебе друг, а кто навсегда останется твоим врагом? Неужели ты думаешь, что сможешь заставить меня перейти на сторону демонической расы? Никогда! — Никогда? — Ло Бинхэ приблизился к самому уху, коснулся губами виска, скользнул по скуле. Нутро лорда Цинцзин затопила паника. Он не сделает этого! Этот демон слишком сильно его ненавидит! Ненавидит до тошноты, до отвращения! Ло Бинхэ швырнул его на постель, и учитель в панике отполз как можно дальше. Шэнь Цинцю удалось сесть, и он сжался, пытаясь унять крупную дрожь. Казалось, его губы побелели от пережитого страха. — Никогда… — усмехнулся демон. — Учитель ещё не понял, в каком он положении? Что же, этот ученик готов дать тебе время. Шэнь Цинцю остался в одиночестве. Мучимый тревогой и страхом, он не мог закрыть глаза, боясь провалиться в сон. От предчувствия новой встречи ледяная дрожь поднималась по спине, холодя руки. Странная слабость, словно его опоили ядом, не позволяла подняться с постели. Лорд Цинцзин провёл остаток дня и целую ночь, пытаясь заглянуть под своды высокого потолка. В комнате царил мягкий полумрак — она освещалась огненными сферами, словно в насмешку. Ведь этому Ло Бинхэ научил сам Шэнь Цинцю. В груди всё переворачивалось от мысли о том, что этот ублюдок может вернуться в Цанцюн, чтобы уничтожить клан. Сейчас, когда Юэ Цинъюань ослаблен… Лорд Цинцзин почти желал, чтобы Ло Бинхэ предстал перед ним. Он хотел убедиться своими глазами, что этот демон здесь, удержать его рядом, словно послушного пса. Но разве Ло Бинхэ когда-то был послушен? На третью ночь Шэнь Цинцю соскользнул в мир сновидений. Нет, он не встретил там своего ужасного ученика. Его лорд Цинцзин увидел, проснувшись. Ло Бинхэ полулежал рядом, опираясь на локоть и играл с прядью тёмных волос учителя. Обсидиановый взгляд был прикован к ненавистному лицу наставника. Не стоит и говорить о том, как напуган был заклинатель этим внезапным появлением — его словно окунули в ледяную воду. Пусть всего на мгновение, но он потерял самообладание, и надменная маска слетела с лица. — Учитель так кроток и нежен, когда спит, — тихо произнес Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю не нашёл слов. — Этот ученик пришёл за ответом. Чью сторону примет учитель? Молчание. Что за вздор. Разве он мог бы выбирать? — Молчишь? — усмехнулся демон. — Чтобы развеять твои сомнения, что ты предпочтёшь: мучительную медленную смерть или жизнь, в которой я готов исполнить все твои желания? — … … Ло Бинхэ навис над ним. Взгляд пылал такой ненавистью, что обжигал, словно плеть. — Говори со мной, Шэнь Цинцю. Или мне следует заставить тебя? Запястье Ло Бинхэ коснулось обнажившейся кожи плеча, и лорд Цинцзин внезапно вспыхнул до корней волос, вспомнив, что почти раздет. К сожалению, это не добавляло уверенности. Он никак не мог проглотить огромный ком в горле. — Как же долго ты просыпаешься, учитель, — шепнул на ухо Ло Бинхэ, усмехнувшись. — Можешь кивнуть. Но Шэнь Цинцю отрицательно покачал головой. — Нет? Всё-таки нет… Так странно. Кажется этот ученик и впрямь ждал другого ответа. Надеялся на твоё благоразумие. Как жаль, мастер никогда себя не жалел, — глубоко вздохнул священный император и поднялся на ноги. — Мне действительно жаль. Уничтожить столь редкий цветок, обрывая лепесток за лепестком. Какое изысканное удовольствие… В тот день для лорда Цинцзин открылся путь в Диюй сквозь чудовищные судилища, полные крови...***
Ло Бинхэ, вздрогнув, проснулся. Он ещё не пришёл в себя после глубокого забытья и не понимал, где находится. Большая светлая комната. На низком столике целый ряд бутылочек с лекарством, а где-то в глубине дома слышится тихий голос Шэнь Цинцю. Кажется, он беседовал с лордом Цаньцао. Юноша медленно выдохнул. Лихорадка прошла. Он был почти здоров. Ло Бинхэ хотел встать на ноги, но с удивлением понял, что не может этого сделать. Ему явно что-то мешало — он был связан. «И что это значит?!» — подумал он. Кричать не хотелось. Да и неизвестно, стоит ли. Учитель сошёл с ума? К нему вернулись воспоминания? Или сам Ло Бинхэ выскользнул за грань реальности и очнулся в ином мире? Эй, Шэнь Цинцю, ты снова злишь меня?! Юноша не заметил, что дом погрузился в тишину. Может быть, поэтому вздрогнул, услышав рядом голос наставника: — Очнулся? Хорошо. — Мастер Шэнь, что происходит? Почему этот ученик связан? — Почему? — лазурные глаза Шэнь Цинцю вспыхнули гневом. — Ты ещё спрашиваешь?! Да что же тут произошло? Что он мог натворить?! — Только то, что этот ученик был в беспамятстве, оправдывает его действия! – чуть покраснев, процедил заклинатель сквозь зубы. — Этот ученик оскорбил мастера? – спросил Ло Бинхэ, едва дыша. Пальцы Шэнь Цинцю сжались в кулак. Он промолчал, но глаза продолжали метать молнии. — Оскорбил? — вспыхнул лорд Цинцзин. — Я убил бы любого и за десятую часть того, что ты натворил! Губы Ло Бинхэ удивлённо раскрылись. Небеса, он его… В голове не укладывается! Взгляд обсидиановых глаз заметался по телу учителя, выискивая следы насилия. Не выдержав, Шэнь Цинцю опустил ладонь на его лицо, заставив закрыть глаза — Достаточно, — прошипел лорд Цинцзин. — Учитель должен сказать, что опять натворил этот ученик! – воспротивился юнец. – И как я, по-твоему, это должен сделать?! – возмутился Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ сглотнул. — Мастер Шэнь весьма изобретателен в методах наказания! Мучить ученика неведением — один из них? Тонкие пальцы на его лице задрожали. Ученик вскинул голову и прижался губами к сухой горячей ладони Шэнь Цинцю. Тот отпрянул. — Опять? Ты опять?! Словно гора свалилась с плеч юноши. Он улыбнулся и тихо произнес: — Неужели мастер Шэнь считает оскорблением то, что этот ученик готов целовать руки, спасшие его от холода и смерти? — Когда это ты собирался умереть? — холодно спросил Цинцю. — Когда учитель решил отправить его обратно во Дворец Хуаньхуа. Брови лорда Цинцзин гневно дрогнули. И впрямь, этот ребёнок — сущее наказание! Все эти долгие дни болезни он то и дело умолял его не уходить, не оставлять, не бросать… Никогда-никогда… Никогда… Все эти дни при любой возможности он хватал его за руки, целуя ладони, запястья и пальцы. От этого можно было сойти с ума! Святые небеса, спасите этого Шэня от самого себя! Ещё никому не удавалось вызвать в его душе такую бурю чувств. И как же он должен был поступить, если не связать его?***
Наказание Ло Бинхэ окончилось полным провалом. После тяжёлой простуды мастер Шэнь не смог заставить себя применить на нём ещё и плеть. Благодарности ученика не было предела. Так и получилось, что Шэнь Цинцю обзавёлся собственной тенью в лице восемнадцатилетнего юнца, преследующего его даже там, куда было запрещено ступать адептам Цинцзин. Не один вечер провели они в неспешных беседах на вершине пика. Гуцинь был расчехлён, и мастер Шэнь мог насладиться редким талантом Ло Бинхэ к музыке. Наставник впервые видел ученика, который давно перерос период ученичества. Ло Бинхэ в мгновение ока перенимал все умения и техники, словно уже был с ними знаком. И впрямь редчайший талант. Даже в бою он зачастую был равен наставнику по силе, и отчего-то Шэнь Цинцю казалось, что это вовсе не всё, на что этот юнец способен. В прекрасной голове заклинателя созрел коварный план. Близилось Собрание Двенадцати Лордов Цанцюн, и Шэнь Цинцю уже выбрал себе цель…
