Китай. Глава 6. Красота – это страшная сила
30 марта 2022 г., 21:52
3 марта 1994 г.
Ухань, провинция Хубэй, КНР.
***
Молодой перспективный офицер по прозвищу «Тигр» нанёс очередной визит на базу генерала Чэнь. Там нашего героя встречали так, как и подобает встречать настоящего народного героя. Несмотря на отсутствие медалей и знаков отличия, там уже знали Тигра в лицо и чувствовали момент его приближения. Едва неприметная фигура командира показывалась в ста метрах от ворот, как часовые добрели в один момент. Своими победами Тигр удостоился того, что у него никогда не спрашивали пропусков; достаточно было лишь назвать кодовое имя, чтобы беспрепятственно оказаться по другую сторону ворот. Так было и в этот раз. Увы, но ничего этого нельзя было сказать о самом генерале. Тот почему-то встретил Тигра в совершенно другом настроении. Обмен рукопожатиями носил скорее формальный характер; сам Тигр почувствовал, как его прошибло холодом от выражения лица генерала. Чэнь ни на секунду не находил себе места и словно отдёргивался от гостя, как от горячего утюга. Но, возможно, на то имелись веские причины, и наш инкогнито догадывался, что произошло нечто ужасное — иначе бы его сюда не звали. — Товарищ Тигр, прошу прощения за холодность, но сейчас возникла экстремальная ситуация, — незамедлительно начал инструктаж Чэнь. — Как вы уже знаете, генерал Сато благословил предателей китайского народа на создание марионеточного правительства в Нанкине. Но что больше всего меня беспокоит, так это то, что на фоне шаткого положения всё больше офицеров склоняется к переходу на сторону предателей. Мои подчинённые не исключение… Как ни странно, наш герой выслушивал рассказ Чэнь с каменным лицом. Видимо, он не считал подобный расклад невероятным и был уверен в неизбежности оттока офицерских кадров. Действительно, разве не логично, что под давлением более современных и смертоносных армий кое-кто разочаровывается в НОАК? — В окрестностях Уханя мы обнаружили группу таких неблагонадёжных офицеров, — продолжал Чэнь. — Эти командующие входят в число ключевых специалистов по военной пропаганде. Если они перейдут в стан японцев, то смогут применить свои знания против нас! Миллионы военных и гражданских последуют за ними и отвернутся от партии и правительства. А это недопустимо! — Товарищ генерал, где они? — загорелся от нетерпения Тигр. — Мы не можем потерять их! — На сей момент эти офицеры находятся на трёх базах, каждая из которых хорошо охраняется. Как сообщила разведка, японцы намереваются вывезти их в Нанкин, прямиком в ставку генерала Сато. Транспортная авиация прибывает ориентировочно через пять часов. У нас очень мало времени на то, чтобы возвратить командующих целыми и невредимыми домой. Если хоть один из них погибнет — головы нам не сносить. Для облегчения выполнения задания Генштаб санкционировал использование «куртизанок» — они сыграют решающую роль. Гуэйцзы склонны недооценивать наши спецслужбы, но вам по плечу заставить их изменить своё мнение. Более того, отныне вам дозволено проводить массовую мобилизацию гражданского населения. Пусть прозвучит во всю мощь глас народа! Нельзя было больше терять ни минуты. Оба командира немедленно разошлись по своим постам.***
Ограниченная по времени операция началась с затяжных оборонительных боёв. Едва на небосклоне забрезжил рассвет, как имперцы атаковали по всем направлениям. Они точно вычислили все уязвимые места в китайской обороне и атаковали в своём привычном стиле: быстроходные «Тануки» разорвали боевые порядки солдат, живой стеной заслонявших западную сторону базы Тигра, а «Цунами» подсобили им, врезаясь прямо в солдат. Китайцы спешно строили танковые бункеры, но это помогало плохо: вражеские танкисты прорывали периметр быстрее, чем они успевали заслониться от них. — Стоим до последнего, товарищи! — кричал в эфир генерал Чэнь. — До последнего стоим! Это приказ! На его участке неприятель использовал протонные орудия. Мгновенные пучки протонов словно ветром сметали вновь построенные огнемётные башни, тем самым помогая наступающей пехоте. Один бульдозер оказался в буквальном смысле просверлён таким точным залпом. — Протонные пушки? Это нечестно! — заявил один охотник на танки, отстреливаясь от надвигающихся «Тануки». — Танки! Где танки? — вопил второй бронебойщик. Японцы навязали генералу Чэнь настоящую мясорубку. Они смеялись над его, как им казалось, устаревшей пехотной стратегией. Остановить эту кровавую вакханалию под силу было нашему сумрачному гению, умело сочетавшему все роды войск, но и он испытывал серьёзные затруднения. Даже имея в распоряжении танковую роту, он едва сдерживал внезапный натиск врага. — Товарищ Тигр, во Вьетнаме вы близко подружились с минным вооружением. Может быть, стоит сделать эту дружбу крепче? Намёк был прост и понятен. Когда атака была отражена, Тигр вызвал в зону операции самолёт, который сбросил кластерные мины, а затем вывел на передовую миноукладчик. Затишье длилось недолго. Убедившись, что блицкриг на земле провалился, противник поднял в небо новые самолёты, которые наш сумрачный гений ещё не видел вживую. Эти «стальные птицы», вооружённые тремя волновыми суперконденсаторами, представляли собой большую опасность против любых наземных объектов. Наш герой читал множество отчётов, из которых следовало, что при синхронном выстреле из всех стволов в месте попадания разгорался пожар, который прожигал даже толстую броню «Нюйвы», не говоря о «Мастерах битвы» и «Драконах»… — «Райдзины»! Сколько я от них натерпелся, пока вас не было, — сказал Чэнь Чжихао. — С виду такие хлипкие, а проблем от них… — Ничего страшного, товарищ генерал! — самоуверенно ответил Тигр. — У меня есть чем ответить им. Вы спокойно занимайтесь себе на суше, а воздушное пространство я беру на себя. Накануне операции нашего сумрачного гения буквально одарили разрешениями на новые образцы оружия. Так, кроме «куртизанок» и народного ополчения он имел право тренировать пилотов автожиров — конкурентов имперских «боевых ангелов». Также ему впервые санкционировали производство боевых самолётов, что было весьма актуально на фоне возросшей активности японских ВВС. Первое звено МиГов вылетело на перехват штурмовиков, летевших без поддержки истребителей. Лётчики остановили противника буквально на самых подступах к базе, и, противник был вынужден отклониться от первоначального курса. Штурмовики нацелились на правый фланг, который ещё не прикрывался «гатлингами», но там наш герой уже сосредоточил гирокоптеры. Пилоты последних не помешали отбомбиться как следует, но всё-таки сбили один «Райдзин». «Зато хотя бы не станут думать, что мы беззубые, ответить ничем не сможем» — решил наш герой.***
Ценою больших потерь удалось отстоять рубежи и сохранить равновесие на поле боя. Тигр выкроил немного времени и ресурсов на то, чтобы детальнее изучить новинки его арсенала. Первым делом он сосредоточил внимание на «куртизанках», которые ждали своего часа на задних дворах баз. Эти красавицы, отобранные со всех концов Поднебесной, должны были сыграть решающую роль в срыве коварных планов имперцев. Обладая идеальными пропорциями тела в сочетании с ярким макияжем и отточенной до блеска пластикой движений, они имели все шансы обворожить даже самого сурового врага. Но Генштаб строго предписывал бросать их в бой с предельной осторожностью: «куртизанки» не имели никакого вооружения и полагались исключительно на скорость и внешние данные. Под далёкий гром перестрелки они репетировали будущий захват предателей. Так как «свои» уже знали все их фокусы, то устроенный «куртизанками» мини-спектакль со стороны смотрелся слишком наигранно. Но если со «своими» их штучки вряд ли бы прокатили, то на противника они бы точно возымели ошеломляющий эффект. Отдельное внимание Тигр уделил отрядам народного ополчения. В своё время эти добровольцы по разным причинам не подпали под первоочерёдный призыв, однако чувство долга и любовь к родине перевесили всё остальное. Для них было почётным делом разделять с «регулярными» солдатами тяготы боевых действий и смерть за свою страну. Для нашего героя было важно канализировать благородный порыв ополченцев в правильное русло, при этом не заваливая противника трупами. — Товарищ Тигр, всё-таки вы будьте осторожны с ними, — сказал генерал. — У этих ребят нет даже брони, одной шальной пули хватит на каждого. Наш герой ни на секунду не терял самоуверенности: — Не волнуйтесь, товарищ генерал! Вы же знаете, что я почём зря людьми не разбрасываюсь… Тигр сформировал два отряда добровольцев и приставил к каждому из них офицера. Имперцы как раз намеревались прощупать восточную сторону его базы, используя «Кагэ». «Хорошо, что не синоби, — решил командующий. — Как бы я потом оправдывал потери?» Добровольцы бесстрашно встали наперерез незваным гостям. Четвёрка «Кагэ» остановилась в трёхстах метрах от восточной стороны базы. К ужасу Тигра, среди высадившихся воинов императора и плазмомётчиков были замечены двое ниндзя в чёрных плащах. «Твою мать, синоби! — испугался командующий. — Они у меня первые в списке» Офицеры отважно вышли на поединок с синоби. В их противоборстве было что-то средневековое, архаичное: китайцы с шашками наголо вышли наперерез вооружённым длинными мечами противникам. Пока за спинами офицеров шла перестрелка, синоби даже не доставали сюрикены, а спокойно поджидали возбуждённых китайцев с ниндзято в руках. Такой поединок мог бы смотреться весьма эпично, если бы не очевидное превосходство японцев в рукопашном бою. Они с лёгкостью разрубили бегущих офицеров надвое и даже не поморщились. Остальные японцы угодили под шквальный огонь и даже были вынуждены залечь, тогда как ополченцы усилились ещё одной группой из десяти человек. На помощь им выступили пилоты автожиров, которые взяли на мушку синоби. При их поддержке «красные» отразили нападение с минимальными потерями. Пожалуй, этот момент был достоин увековечивания в прессе. «Вот что значит глас народа! — радовался Тигр. — Если у меня получилось, то что говорить о генерале Чэнь? У него-то добровольцы творят чудеса и погромче этого». Вскоре группа гирокоптеров, отправившись на рейд, столкнулась с «боевыми ангелами», точно так же вылетавших на разведку. Лидер группы Юань Фэн не стал давать заднюю и подвёл своих ребят почти в упор к вражеским реактивщицам. Он лично всадил порцию крупнокалиберных пуль в одну из них, но сам при этом едва не рухнул вниз под градом ракет. «Боевые ангелы» высоко оценили храбрость китайцев: под градом пуль они струхнули и сдали назад, но тут подоспели БТР и окончательно разогнали их… Имперцы пошли в очередную атаку на позиции «красных». Правда, последние к тому моменту основательнее подготовились к защите: они выстроили длинную цепь оборонительных сооружений всех видов. Так, наш сумрачный гений по просьбе генерала Чэнь построил на его территории шесть танковых бункеров для усиления защиты от бронетехники. Он использовал «Кузнечики» для ударов по флангам, тем самым облегчая жизнь генералу в столкновениях со скороходными танками. Такая цепкая защита доказала свою оправданность. За сорок минут сражения имперцы потеряли гораздо меньше, чем в предыдущем столкновении. МиГи блестяще показали себя в бою со вражескими «курочками», а также в очередной раз снизили эффективность налетающих штурмовиков. Во время очередного затишья китайцы решили, что пришла пора приступать к ключевой фазе операции. Командующие снарядили три небольших отряда, главной целью которых стал не штурм баз противника, а отвлечение внимания для облегчённого проникновения «куртизанок». Шпионки прекратили бездельничать на задворках баз и живо присоединились к свежеобразованным отрядам. — Ну, в добрый путь! — сказал про себя наш герой, отдав приказ на перемещение.***
На базу №1, где находился первый офицер, взяла курс «куртизанка» по прозвищу «Багира». Она дебютировала у ворот базы, возле которых уже вели бой китайцы. На фоне отвлекающего манёвра шпионка ловко преодолела ограждения, а способность к очарованию принесла свои плоды: целый взвод солдат замер, заворожённый сияющей улыбкой Багиры. Она с лёгкостью миновала передний край и ступила на огороженный стенами периметр. Правда, те, кто был в самой глубине базы, отнеслись скептически к такой гипертрофированной красоте. Один воин императора выстрелил вдогонку девушке, пока она приближалась к додзё. Раскалённая пуля царапнула предплечье. — И это называется — мужчины? — прошипела Багира. Наконец, она беспрепятственно проникла в додзё, где в сию секунду находился первый офицер. Никто не знает, что происходило за серебристыми стенками скромного здания. Так и осталось загадкой, в каком формате протекала беседа между «Багирой» и беглым офицером. Но дело было сделано — спустя всего лишь десять минут китайский командующий вылез наружу вслед за шпионкой. — Здесь слишком шумно! — заныл он, выходя на залитый кровью двор. — И слишком грязно. — Всё хорошо, товарищ ***, — сказала Багира. — Только идите за мной и не паникуйте. Там их уже поджидал БТР с открытой дверью отсека. На периметре уже не оставалось никого, кто бы мог остановить их. Экипаж БТР услужливо развернул машину задом к воротам базы, чтобы было проще забираться внутрь. «Эх, товарищ, товарищ! — грустно думал водитель, давая по газам. — И куда же ты так спешил? Видишь, как хорошо мы продвигаемся? Эх…» В скором времени первый спасённый прибыл в расположение Тигра. Он ещё не до конца понимал, что случилось, и лишь оставшись тет-а-тет с Тигром, окончательно пришёл в чувство. Но оставим подробности «задушевной беседы». Шпионка по прозвищу «Лотос» взяла на себя ответственность за базу №2. Там она столкнулась с определёнными трудностями в виде минных заграждений, тайно расставленных японцами. Лотос успешно оглушила воинов императора, но по пути в додзё рядом с ней сработали сразу две «музыкальных шкатулки». Шпионке пришлось бегом убегать от выскочивших наружу зондов, но она всё же получила несколько горячих пуль в спину. Превозмогая боль, она ворвалась в додзё и там переждала взрыв назойливых дронов. Когда Лотос заметила прячущегося офицера-перебежчика, она уже не сдерживала эмоций. Физическая боль от ранений помогла «куртизанке» войти в роль страстной обольстительницы. Она с криком накинулась на опешившего офицерика и со всей силы обняла его. Сладострастные стоны наполнили помещение, но жертва даже не думала сопротивляться. Сработал основной инстинкт: второй офицер всю жизнь прожил холостяком и втайне от других страдал без женской ласки — именно на это давила Лотос. Ей удалось подчинить волю несостоявшегося ренегата, и тот только послушно поддакивал каждому её слову: — Хорошо, хорошо! Только не надо так сильно сжимать меня! А то задохнусь! Но вошедшая во вкус Лотос не отпускала от себя офицера. Чтобы ещё сильнее парализовать его, она смачно поцеловала его прямо в губы, пока тот приходил в себя. Так она и протащила его через всё додзё, как охапку, навстречу торжествующим китайцам…***
С третьим офицером вышло гораздо сложнее, чем с остальными. Чувствуя скорый провал, имперцы буквально вгрызлись в свою добычу, которая ещё вчера сама запрыгнула к ним в капкан. Они набросали вокруг дворика, по которому прогуливался офицер, мины-камикадзе и «музыкальные шкатулки». Офицер ничего не знал о том, что случилось с его товарищами, и не давал себе ни единого повода для тревоги. Как-то раз, обеспокоившись чрезмерным шумом вдалеке, он спросил охранявшего его плазмомётчика, что произошло, на что тот нахально ответил: — Ерунда! Это твоих бывших сограждан крошат в капусту. За коллег по цеху не переживай, с ними всё хорошо. «Фух, пронесло, — подумал про себя китаец. — Значит, осталось продержаться самую малость, и я смогу безопасно улететь в Нанкин». Всё изменилось с появлением на заднем дворе шпионки под позывным «Тигрица». Она пришла оттуда, откуда её никто не ждал — прямо с середины периметра! «Шляпник», успокаивавший офицера, вылупил глаза и выронил своё оружие на пол. Но сам китайский ренегат был ошарашен не в меньшей степени — неужели его схватят и расстреляют на месте? Тигрица схватила ошарашенного ренегата за грудки и вывела со двора, пока тот находился в трансе. Близко стоявшие имперцы так и замерли, глядя на завязавшиеся «любовные игры». Ну а сам офицер только молча таращил глаза на «куртизанку», словно хотел спросить: «Что, меня расстреляют?» Но у Тигрицы не было даже мысли казнить офицера, который нужен был китайцем только живым. Она отвела жертву не в додзё, как это сделали её коллеги, а в пункт сбора пехоты. Там она сделала то же самое, что и Лотос со вторым офицером — затискала до боли в теле и засыпала жаркими словами. Она дождалась, когда подъедет БТР и раскроет свои «ворота», и выволокла добычу наружу. «Красные» встретили обоих аплодисментами и победными кличами. Несмотря на то, что бой ещё не был доведён до конца, они считали свою миссию выполненной. — Ну что, он готов? — спросил один красногвардеец. — Вот он, — сказала Тигрица. — Держите, пока тёпленький! Стрелки взяли офицера под белые ручки и провели в отсек БТР. Двое огнемётчиков образовали своего рода почётный караул возле входа в отсек. — А что с остальными? — поинтересовалась «куртизанка». — Всех забрали! Все живы-здоровы. Лотос говорит, что залюбила своего офицера чуть ли не до смерти. — Сам поди изголодался, — заметил один огнемётчик. — Все ведь знают, что он волк-одиночка! Теперь оставалось приготовить «Хеликс» для перевозки офицеров в Пекин; эту почётную миссию доверили Тигру, и он с честью с нею справился…***
На следующее утро Чэнь Чжихао вновь принял нашего инкогнито у себя в штабе. — Вести из Пекина радуют как никогда, — докладывал Чэнь. — Наши товарищи полностью раскаялись в содеянном и были прощены. Председатель провёл с ними жёсткую воспитательную беседу, но, к счастью, не пошёл на более суровые меры. А всё потому, что нашим ведущим пропагандистам ещё не нашлась достойная замена! — Прекрасно! Представляю себе, как сейчас бесится генерал Сато. — А то! При таком-то упущении ему никогда не подмять под себя наш народ. С ним останется только жалкая кучка предателей, для которых домашние игрушечные роботы важнее родной страны. Кстати, какого мнения о вас наши вьетнамские партнёры? — Самого высокого. До сих пор получаю восторженные письма в свой адрес. Пишут, что скучают без меня и ждут следующей командировки в их страну. В конце концов, разве с бодуна сам президент наградил меня медалью Дружбы? — Конечно не с бодуна! Но этого слишком мало. Ведь про вас ещё ничего не знают корейцы! Как они там, бедные, под гнётом империалистов? — Честно говоря, уже хочется прямо сейчас бросить всё и прийти на помощь… — Надеюсь, это не приступ тщеславия? — нахмурился генерал. — А то я смотрю, ваши амбиции растут как на дрожжах. Это очень опасно. — Никак нет, товарищ Чэнь! Сердце болит за нашу безопасность. — Ничего, время покажет! Главное, что до коренного перелома осталось совсем чуть-чуть. А там, глядишь, и в Корее побудете. Вдруг наш герой хватился и нервно посмотрел на часы. — Чёрт меня побери, — быстро проговорил он. — Мне уже через два часа надо быть в Пекине, а я тут торчу как камень на дороге, мешаю вам работать! — Ну, ни пуха ни пера! — сказал генерал и пожал товарищу руку. — Удачи!
Примечания:
Прошу прощения за некоторую скомканность повествования. Хочется как можно скорее закончить работу над фанфиком, отсюда и спешка.
