Blue Alert. Remake

      Вместо пролога.       К октябрю 1994 года Тибет по-прежнему оставался больным местом на теле Китая.       Несмотря на то, что «синих» давным-давно выбили из Лхасы, и они удерживали только отдельные населённые пункты глубоко в горах, они яростно цеплялись за этот регион. Тибет обладал практически сакральным значением для империалистов, мечтавших о расчленении Поднебесной по национальному признаку. На подконтрольных им землях достигла максимума экзальтация местного населения, которое видело в Союзниках своих освободителей от китайского гнёта.       Но по мере ухудшения дел росло отчаяние буржуинов, а вместе с ним и экстравагантность новых мероприятий. В надежде на взрыв патриотических настроений тибетцев Союзники решились на крутой шаг: по их настоянию Далай-лама собственной персоной отправился в турне по подконтрольной им части Тибета. В ночь на 13 октября он впервые пересёк китайскую границу со стороны Непала и въехал в округ Нгари — именно оттуда по задумке Союзников начиналось его путешествие.       Это был апофеоз лицемерия духовного лидера. С одной стороны, Его Святейшество трындел на весь мир, казалось бы, правильные фразы о пацифизме и общечеловеческих ценностях, с другой — благословлял империалистов на кровавые злодеяния по всему свету. Он казался безобидным до поры до времени и лишь с обострением международной обстановки обнажил истинное лицо.       В связи с вышеперечисленным Генштаб поручил Тигру секретную миссию. Ему было приказано найти и уничтожить Далай-ламу, не оставив никаких следов китайского присутствия. В дальнейшем инцидент предполагалось преподнести общественности как несчастный случай. Если удастся избежать утечки реальной информации, то тибетские сепаратисты не смогут теснее сплотиться вокруг имени Далай-ламы, а у мирных жителей не будет лишнего повода переходить на сторону Союзников…       Утром 13 октября наш герой экстренно прибыл в неспокойный регион.       Ещё до наступления рассвета он взобрался на высокую гору, с которой хорошо просматривались позиции противника. В пятистах-шестистах метрах от его текущей дислокации располагались три равноудалённых друг от друга аванпоста. Чуть южнее приютился уезд Буранг. Как сообщила разведка, аванпосты служили своего рода станциями раннего оповещения, задача которых — поддерживать связь с конвоем Далай-ламы. Если уничтожить их до того, как Его Святейшество войдёт в зону операции, то он ничего не узнает о присутствии «красных». Но в запасе у китайцев было крайне мало времени, поэтому любоваться пейзажами было некогда — Тигр и его команда отправились на выполнение задания.

***

      В этой операции Тигр обзавёлся достойной компанией. Спецагент «Железный Лотос», группа спецназовцев, миномётчики и охотники на танки — вот с кем он направился останавливать оголтелого «святошу».       Если Лотос не нуждалась в представлении, то со спецназом наш гений срабатывался вживую впервые. Эти ребята, обученные выживанию в условиях отсутствия связи и снабжения на чужой территории, гарантировали быстрое завершение миссии — так, по крайней мере, считал командующий. Вооружённые переносными «гатлингами» и напалмовыми зарядами, спецназовцы также не подавлялись огнём и не боялись гусениц танков.       Охотники на танки тоже пришли сюда не просто так. Согласно отчётам разведки, в округе присутствовала ударная авиация, поэтому без бронебойщиков вряд ли можно было обойтись. Роль миномётчиков в объяснении не нуждалась — лёгкая артиллерия пришлась бы как нельзя кстати при штурме укреплений противника.       — В нашем распоряжении всего час, — сказала Лотос. — Мы должны успеть всё сделать, иначе мы пропали.       Над горами откуда ни возьмись закружил самолёт, похожий на «Мститель». Непонятно, зачем он отправился на разведку при полном отсутствии воздушных угроз. Вероятно, всё дело в неизбывной паранойи «синих», которая набирала обороты с каждым тяжёлым поражением от коммунистов.       «Да, это я заставил гуэйцзы оглядываться по сторонам! — хвастливо думал про себя Тигр. — Если раньше весь мир боялся разведки Союзников, тогда как они сами не боялись никого, то теперь всё изменилось. Мои разведчицы показали, насколько крепок наш невидимый фронт.       Истребитель пролетел на опасной близости от диверсантов. Последние плелись по извилистой каменистой тропе, и их текущая позиция представлялась весьма удачной для укрытия.       — Прячемся! Прячемся! — скомандовала Лотос.       Китайцы прижались как можно плотнее к камням. Они проводили взглядом хвост самолёта, который после этого сделал поворот налево, а затем ещё и направо, пока не скрылся далеко за горами.       — Кажется, ушёл далеко. Продолжаем движение! — сказала спецагент.       Далее путь становился всё более крутым и опасным. Под грузом снаряжения китайцы двигались всё медленнее и осторожнее. Один миномётчик едва не сорвался с крутого склона и лишь чудом остался на ногах.       Наконец, преодолев триста метров, они вышли на первый аванпост. Тот затесался между высокими скалами и охранялся достаточно хорошо: четыре дота прикрывали передний край, а на внутренней стороне периметра расположились две крио-башни. Причём «синие» поставили их таким образом, что радиусы обстрела этих башен и дотов совпадали, и диверсанты рисковали превратиться в мороженые отбивные.       — Тут в лоб не попрёшь, это точно, — заключила Лотос. — Нужно найти лазейку.       Сказано — сделано. Спецназовец Цзян Вэйюань первым обнаружил уязвимое место в обороне. В северной части аванпоста работала небольшая энергосеть, а ещё севернее располагался узкий проход, через который «красные» могли проникнуть прямо на периметр.       Диверсанты не теряли ни секунды. Они живо проскользнули через обнаруженный проход и пробили брешь в стене, после чего спецура оперативно заминировала электростанции.       Когда таймеры дотикали до нулей, здания заполыхали. В этом-то и заключалась «подлость» используемых китайцами взрывчаток: они не сносили здание в один момент, но огонь охватывал его изнутри и постепенно пожирал без остатка, приводя к напрасным расходам на ремонт со стороны неприятеля. Теоретически можно было завести инженера в подожжённую постройку, но это лишь отсрочивало её гибель.       Пока горели электростанции, китайцы зашли далеко вглубь периметра. Там их уже поджидали дроны «Страж». Одинокие «Росомахи» рассредоточились по всей площадке, и их легко можно было уничтожить поодиночке. Никого живого на периметре не нашлось.       — Умные ребята, — заметил Цзян Вэйюань. — Жалеют своих людей, тогда как наших готовы изрубить на фарш.       Охотникам на танки пришлось туже других — они приняли на себя основной удар боевых зондов. Спецназовцы поддерживали их огнём из «гатлингов», но последний наносил лишь средний урон бронированным целям. Правда, и такой мощи хватило, чтобы бронебойщики вышли из схватки победителями без потерь.       А пока суд да дело, Железный Лотос довершала начатое спецурой. Здания одно за другим охватывались огнём и погибали, несмотря на жалкие потуги неприятеля спасти их. Бойцы продолжали работу на восточной стороне аванпоста: они подожгли казарму и центр управления дронами.       А когда дело было почти сделано, миномётчики для верности расстреляли прямой наводкой все доты на переднем крае, лишь после этого продолжили путь через горы. Обесточенные крио-башни остались нетронутыми: они не представляли вреда без энергии и теперь годились только как памятники военному присутствию «синих».

***

      До прибытия Далай-ламы в зону боевых действий оставалось около получаса. Положение становилось всё более критическим для китайцев, которые не имели права оставлять ни один объект в рабочем состоянии, если не хотели упустить «святого».       Но всего в трёхстах метрах от ворот второго аванпоста им пришлось сделать остановку и затаиться. Судя по всему, отблески страшных пожаров донеслись и до второго аванпоста: местные военные не знали покоя ни на минуту. Они снарядили группу «Росомах» для расследования событий на первом аванпосту, и прямо сейчас БМП поднимались вверх по крутой дороге.       — Сейчас устрою им фаер-шоу, — с этими словами Лотос подползла к обочине дороги и заложила мину с напалмом.       План спецагента сработал с невероятной точностью. Мина разорвалась прямо под днищем ведущей «Росомахи», чем заставили всю колонну остановиться. Бронебойщики не дремали: двое из них швырнули заранее приготовленные сумки с тротилом, пока остальные вскинули безоткатные пушки. Всеобщее замешательство не позволило экипажам сообщить об опасности, и «красные» спокойно разобрались с ними.       — Всё, уходим, пока нас не засекли!       Но череда взрывов неизбежно привлекла внимание гарнизона. Вдалеке раздался треск вертолётных лопастей; «Апачи» выдвигались на разведку.       — Хорошее место для пряток, — сказал охотник на танки Янь Лэй.       Естественные укрытия надёжно защищали от пуль и ракет, чем и воспользовались бронебойщики. А постоянная смена позиций лишь увеличивали их шансы на выживание в борьбе с воздушными целями.       — Прямо в хвост попал! — похвастался Янь Лэй. — Сейчас грохнется.       Непосредственно у стен второго аванпоста фортуна вновь улыбнулась диверсантам. Они нащупали в тылу врага узкий, но удобный для проникновения проход, который к тому же не был укреплён. При таком раскладе падение базы было лишь вопросом времени.       Вновь раздались плюющиеся звуки миномётов. У спецназовцев осталось в запасе достаточно зарядов, и они немедленно приступили к поджогу, тогда как миномётный огонь ускорял гибель зданий.       — Интересно, из чего они построили свои хибары? — спросил один миномётчик, глядя на горящие постройки. — Уж больно легко они горят…       На аванпосту №2 было довольно много живой силы. Но Железный Лотос умела внушать страх отрядам любой величины, не стал исключением и гарнизон аванпоста.       — Ишь как хорохорятся, сволочи! Но хорошо смеётся тот, кто смеётся последний…       Полевой офицер — командир пехотного взвода стал первой её жертвой; от него осталась только кучка горящих останков, а взрыв пули нанёс повреждения слишком близко стоявшим солдатам. Но, как ни странно, паники в рядах «синих» не наблюдалось — в критический момент они приняли боевые стимуляторы, которые ненадолго продлили им жизнь.       Тем не менее Лотос неумолимо продолжала отстрел, а спецура выкосила неудавшихся супергероев из пулемётов. Сзади прилетали «гостинцы» в виде миномётных снарядов.       С присутствовавшими на поле зондами разговор был короткий: бронебойщики подбили четвёрку «Стражей», потеряв убитым лишь одного. Недавно собранные дроны-разведчики «Термит» так и остались тлеть у ворот завода.       — Тоже мне экономисты, чёрт бы их побрал! — усмехнулась Лотос, разглядывая обломки зондов. — Зачем столько денег на ветер бросили?       Теперь миномётчикам оставалось лишь попрактиковаться на дотах, заслонявших главные ворота. И они вновь доказали, что не просто так вошли в состав спецгруппы — все цели были поражены с убийственной точностью.       Но перед тем как уйти, Лотос случайно обнаружила два бесхозных джипа в восточном закутке базы. «Вот это сюрприз!»       — Вижу два «Хамви», как насчёт захватить их? Быстрый рейд на Буранг не помешает.       — Прекрасно, — одобрила его идею Лотос. — Пусть миномётчики и садятся за руль! Спецназ и охотники на танки ещё пригодятся нам.       Двое миномётчиков отделились от группы и пересели в «Хамви». Таким образом, теперь диверсанты могли быстрее добираться до контрольных точек маршрута.       Что до третьего аванпоста, то неприятель догадался, что случилось на двух предыдущих и кто виноват, и принял все меры к защите последнего пункта связи. «Таймер смерти» показывал всего десять минут до прибытия Далай-ламы, поэтому было решено не заморачиваться со стиранием базы с лица земли.       — Уничтожаем самые важные постройки, с остальными разберёмся потом, — сказала Лотос.       Разумеется, природа и там не обещала однообразного горного рельефа. Диверсанты нащупали аж два лаза в камнях: один — западнее аванпоста, другой — восточнее, и оба без надлежащей защиты. Но рассредоточиваться по разным направлениям было бы слишком рискованно, и они все вместе проникли через западный проход, который вёл к электростанциям.       «Вот интересно, откуда у них такой широкий полёт архитектурной мысли? — на ходу задумалась Лотос. — Они всегда размещают свои энергосети настолько удачно, что ставят их под удар первыми».       Китайцы мало заботились о количестве уничтоженных врагов и уделяли больше внимания ключевым сооружениям. Они заминировали аванпост и центр управления роботами, после чего поспешили смотаться.       — Подкрепление прибывает! — объявил миномётчик, ведший огонь с невысокой скалы.       «Центурион» сбросил у ворот базы отделение солдат. В свете сложившихся обстоятельств было не обязательно вступать с ними в бой, но Цзян Вэйюань решил:       — Запишу-ка я на свой счёт ещё этих пятерых.       «Синие» что есть мочи спасали свою драгоценную базу, и китайцы внимательно следили за тем, чтобы у неприятеля ничего не вышло. Цзян подобно герою боевиков вышел один на пятерых и расстрелял всех до одного. Покончив с ними, он заложил очередной заряд взрывчатки под казарму.       — А теперь валим отсюда! — сказал Цзян, садясь в машину.       Диверсанты улепётывали быстрее ветра. Позади них уже догорали пожары, испепелившие надежду на безопасное прибытие Далай-ламы в Тибет…

***

      Итак, первая цель миссии была блестяще достигнута.       Тем временем Его Святейшество неторопливо вступал в зону операции. В состав его конвоя помимо стандартных «Бульдогов» входили танки-невидимки и даже лазерные ЗСУ «Метеор». Казалось бы, зачем такая мощная ПВО, когда линия фронта пролегает за сотни километров отсюда, а авиация дальнего действия у китайцев не ахти какая? Но опять же — паранойя стала обычным делом для «синих», да и самому Далай-ламе была позволительна подобная роскошь. Вряд ли бы Союзники поскупились на охрану уважаемого ими человека, претендующего на нечто большее, чем просто духовное лидерство в Тибете.       Что же входило в его концертную программу? Встречи с мирным населением, бесконечные пресс-конференции, духовное окормление солдат без различия национальности и вероисповедания и, конечно же, оголтелая антикитайская и сепаратистская пропаганда. Едва ступив на территорию Тибетского автономного района, этот клоун в пёстрой кашае собирал восторженные толпы почитателей, готовых внимать каждому его слову. В его публичных выступлениях было что-то от Гитлера или Муссолини, несмотря на внешний пацифизм и смирение. У китайских войск не было другого способа остановить это безумие, кроме его физической ликвидации.       В уезде Буранг конвой святителя совершал очередную остановку для дозаправки. Далай-лама ничего не знал о том, что произошло на аванпостах, и выкроил немного времени для того, чтобы сходить в ближайший храм и помолиться. «Пока с аванпостов не поступают тревожные сигналы, волноваться не о чем» — решил святитель и удалился в сторону храма.       Тем временем вдалеке раздавался скрип колёс трофейных «Хамви». Диверсанты неумолимо приближались к главной цели. Крутые извилистые дорожки вели их прямо в городок, где в сию секунду, возможно, уже остановился духовный лидер. До Буранга оставалось всего четыреста метров, когда Лотос приказала группе притормозить, а сама взялась за бинокль и уставилась в бескрайние просторы Буранга.       Лотос разглядела через бинокль чью-то лысую фигуру в пёстром балахоне.       — О, вот он! — сказала Лотос. — Пошёл молиться за победу зелёных бумажек. И почему-то он один.       — Святоше ещё невдомёк, что за ним охотятся, — произнёс Цзян Вэйюань. — Походу мы вовремя успели лишить его связи.       — Лишили мы его связи, не лишили, но на то он и буддист, чтобы смиренно переносить любую неурядицу, — заметил второй спецназовец. — Не думаю, что его сейчас заботят какие-то там военные лагеря.       — Пока он молится, мы продолжаем путь. По машинам! — скомандовала спецагент.       Диверсанты проехали ещё два километра, сделав полукруг в объезд военной базы. Лотос не отрывала глаз от бинокля во время езды.       — Ждём, когда этот паяц сделает свои дела и вернётся на базу. Тогда-то мы и нанесём удар!       Томительное ожидание растянулось на целый час. Китайцы не спешили атаковать и ждали, когда Его Святейшество возвратится к машинам. Ведь если первым делом разгромить конвой и только потом ликвидировать Далай-ламу, то разоблачение операции неизбежно. Да и «сарафанное радио» в лице простых тибетцев — свидетелей появления Далай-ламы — никто не отменял…       Наконец, «герой» этого дня неспешно протопал из города в сторону колонны. Всё внимание было приковано именно к нему — в какую машину он сядет через несколько мгновений?       — Он идёт к джипу в центре колонны. Ну, по газам!       «Хамви» проследовали в сторону конвоя святителя. Опознавательные знаки Альянса на дверях джипов служили превосходным прикрытием, и, когда китайцы подъехали достаточно близко, затесавшись в проходных дворах, неприятель даже пытался установить радиосвязь, но никто не ответил.       — Вперёд, товарищи! — прозвучала команда Лотос.       Солдаты всей толпой повалили на улицу. Охотники на танки нашли укрытие в ближайших хибарах и повели оттуда огонь.       Первой мишенью стал тот самый джип, в котором ехал Его Святейшество. «Хамви» угодил под град снарядов и пуль и загорелся очень быстро.       — Да! Да!!! Поделом тебе, клоун паршивый! — ликовали бойцы.       Следом за джипом они переключились на другую технику. Выкурить их из укрытий было чрезвычайно затрудительно, что и помогло китайцам выдерживать осаду. У бронебойщиков имелось достаточно тротила для подрыва «Бульдогов» и «Миражей».       Неожиданность нападения сказалась на координации действий противника; у танкистов напрочь отключился инстинкт самосохранения. Лишь один «Мираж» попытался уехать в обратную сторону, но его настигли спецназовцы и расстреляли практически в упор.       — Тьфу, карточный домик какой-то, — сказал Цзян Вэйюань. Ему не понравилось, что броня оказалась чересчур хрупкой против пуль «гатлингов».       Наконец, дело было сделано. Китайцы насчитали четверых убитых со своей стороны.       — А теперь сваливаем, пока местные не очнулись, — сказала Лотос.       Победители сели обратно в джипы и покинули место событий. Конвой остался тихо тлеть на дороге посередине города…

***

      На другой день периодические издания и телеканалы всего мира прогремели печальнейшей новостью о загадочной гибели Его Святейшества Далай-ламы.       По возвращении в Пекин наш сумрачный гений немедленно нанёс визит Председателю КНР. Он имел удовольствие ознакомиться с большой подборкой ведущих мировых газет, которую Бао Люсянь специально подготовил для этого случая. Кроме изданий Китая и стран-союзников, в подборку он включил номера газет из стран Альянса и Московского пакта.       — Вот видите, как мы взбаламутили целый мир! — хвастался Председатель. — Вся мировая пресса обсуждает гибель Далай-ламы с таким упоением, словно на планете случился армагеддон. Даже наши северные соседи откликнулись. Вот, читайте.       Тигр с интересом читал газеты разных стран, которые помощники Председателя щедро снабдили заметками на китайском. Источники по-разному реагировали на смерть святителя. Разумеется, громче всех истерили журналисты Союзных Наций. New York Times и The Guardian по традиции обвинили в случившемся китайские спецслужбы, не подкрепив свои заявления какими-либо доказательствами. В экстренном выпуске немецкого журнала Der Spiegel какой-то неизвестный автор разразился едкой карикатурой, высмеивавшей китайское государство. В этом параде «крокодильих слёз» особо отметилась индийская газета The Times of India: свежий номер оной был посвящён только Далай-ламе. Авторы отвели целые страницы под биографию Его Святейшества, архивные фоторепортажи с его выступлений, цитаты и афоризмы, высказывания сильных мира сего об этом человеке. И, конечно же, ни слова не было сказано о тёмной стороне этого «миротворца», которая заняла бы не меньше места на бумаге, чем все хвалебные заметки о нём.       Что касается газетчиков из стран Московского пакта, то они гораздо сдержаннее восприняли эту новость. Далай-лама никогда не представлял особого интереса для СССР и его союзников, так что отстранённый тон сообщений с их стороны был вполне предсказуемым. Но даже северные соседи Поднебесной отмечали тесную связь Его Святейшества с западными разведками и беспощадно клеймили его лицемерие. Тигр быстро пролистал советские газеты и отставил их в сторону.       — Вот видите, как они теперь нас боятся! — сказал Председатель. — Раньше они над нами смеялись, опускали ниже плинтуса, а теперь мы что видим?       — Видим то, что даже Союзники не всесильны, — ответил наш герой. — А если боятся нас, значит, уважают!       — Теперь самая главная забота — не допустить утечки информации. Ваши ребята должны держать рот на замке и быть ниже травы. Это касается и вас лично.       — Понимаю, товарищ председатель. Кстати, разведка что-нибудь сообщает о ситуации в Тибете? Как реагируют на последние события простые тибетцы?       — О, да нашей разведке просто не спится об этом регионе! Докладывают, что большинство всё-таки скорбит о Далай-ламе, правда, их траур не выходит за бытовые рамки. Какой-либо опасности для общественного порядка не отмечается.       — Значит, мы движемся в правильном направлении! Желаю, чтобы так было и впредь.       — Спасибо вам за ювелирную работу, товарищ Тигр! Если по-хорошему, то именно благодаря ВАМ о наших спецслужбах впервые говорят с придыханием, а не с презрением. Надеюсь, что вы продолжите в том же духе, когда мы будем воссоединять утраченные земли и строить новую китайскую империю…