Четвертьигровой мир

10.

      — Вы прибыли, Кауфер… — произнёс мужчина, хмуро оглядывая подъехавшего на коне мага. В голосе авантюриста слышалось лёгкое удивление, его лицо не показывало ничего, но внутри человека рокотало некое недовольство в отношении этого мага.       Его черты лица были невыразительными и незапоминающимися, кожа немного тёмная, словно слегка загоревшая, плотная фигура, обычная походка. Чёрную кожаную одежду можно было легко принять за одеяние обычного путника, а ножны прямого меча на поясе не выдавали какого-либо изысканного оружия — тусклый блеск окрашенного Волшебным красителем мифрила было невозможно отличить от блеска обычной стали.       Это был глава группы мифриловых авантюристов «Оникс» — Алик Миллиан, опытный разведчик и следопыт, назначенный ответственным за сбор, организацию и управление рейдом.       — Мне интересна судьба Э-Рантэла не меньше, чем вам, Миллиан. — бесстрастно ответил Ами.       — Ваши мотивы — не моё дело. — скупо отозвался Миллиан. — Но, поскольку Глава одобрил ваше присоединение, вам выделено место в третьей повозке. Если вы, конечно, этого желаете. — сказал он настороженным тоном. Ами заметил, что «Глава» было сказано с заметно большим почтением, чем он слышал из уст прочих авантюристов. Это была интересная деталь, ведь, в этом случае, возможно, Шарль Шоп, глава гильдии авантюристов, назначил Миллиана верховодить операцией вне боя не только из-за каких-либо личных умений, но из-за личной преданности.       Для Кауфера эта «деталь» была важна. У Ами была репутация, полученная благодаря громким, но далёким от истины, словам, которую было необходимо подкрепить действиями. Он хотел узнать об этом мире как можно больше: о том, что было ранее и о том, что произошло с ним, а ведь ещё была Магия! Вот уж книги по ней Кауфер бы очень хотел почитать, но человеку с улицы в гильдии магов с радостью продавали магические свитки и слабые предметы, но никак не научные труды и иные плоды теоретических изысканий.       Вынырнув из потока мыслей, Ами посмотрел на повозки, а потом вернул взгляд к Миллиану, поочерёдно смотря то на человека, то на голема под собой. Вот уж трястись в повозке декаду, а то и две, Кауфер точно не хотел. Наездился уже.       Алик покачал головой. Авантюрист не был в настроении спорить, но, похоже, намёков этот маг не понимал.       —Я вижу, вы взяли… коня? Вы уверены, что лошадь в тяжёлых доспехах выдержит темп? — Ами едва слышно выдохнул. — Я сказал что-то смешное?       — Увы, но нет. Передвижению по земле я предпочитаю воздух, однако, раз это не рационально, мои симпатии будут на стороне личного транспорта. — поняв, что его облегчённый выдох собеседником был воспринят несколько неправильно, ответил Ами.       — Это… не лошадь. — сказал Миллиан, и насторожился, вставая, как заметил Ами, в стойку, похожую на стойку для иайдо. Его рука двинулась так, чтобы мгновенно схватиться за рукоять клинка.       — Вы правы. — Алик ещё больше насторожился: маг, по словам самого заклинателя, 5-го ранга, но и точно не ниже 3-го, с внешностью двадцатилетнего парня, скрывает глаза, возможно, пытается скрыть рога, волосы такие пышные, что закрывают уши, а теперь — является укротителем? Более, чем просто «нереалистичная» картина в случае просто «человека». Ами, видя, что шутка не удалась, решил прояснить ситуацию до того, как его транспорт признают опасным. — Это магический голем, когда-то найденный мной в путешествии. Не имеет своей воли и полностью подконтрольный магу, в скорости не уступает обычной лошади, не нуждается в отдыхе и питании.       — Весьма полезное существо. — Миллиан даже слегка кивнул головой. На первый взгляд Ами не мог сказать, что авантюрист был напряжён, но подсознание шептало об обратном, и Кауфер предпочитал себе доверять.       — Не скажете, что его выдало? — Ами с интересом посмотрел на следопыта.       — Не двигается. — взгляд Миллиана прикипел к чему-то в стороне от Ами. — Отправление через половину часа, при отправлении — двигайтесь за авантюристами на лошадях, я предупрежу, но сейчас мне необходимо вас покинуть. — и авантюрист, не прощаясь, ушёл.       Ами посмотрел туда, куда был направлен его взгляд.       Десять крытых повозок, каждая запряжена двойкой лошадей.       Они двигались от ворот Ре-Эстиза в сторону сборного пункта в стороне от тракта — больше было просто негде собирать такую ватагу людей и телег. Предстоял долгий путь, стоянка на неопределённый срок, и путь назад — в общей сложности, на взгляд Ами, уже собралось около сотни самых разных телег, каждая была запряжена двойкой лошадей, несколько десятков всадников, часть из которых была в полных латах с едиными королевскими гербами Ре-Эстиза в соседстве с различными личными гербами на их броне, и совершенно точно уже больше двух сотен человек.       Количество различных припасов, необходимых для обеспечения этой мини-армии — было немалым, если не сказать — огромным.       Весь вечер и всю ночь Ами провёл, перебирая свой инвентарь, и неплохо подготовился. На его плечах, скрытый плащом, висел небольшой рюкзак, магическое хранилище, в которое были помещены множество заказанных в ресторанах столицы блюд, припасов, с расчётом на два месяца, магические предметы, что могут быть полезны, а также дюжина зелий, изготовленных в этом мире и свитки с заклинаниями, купленные в гильдии магов. Кроме того, к пластинам брони позади седла Ами закрепил магическую палатку из стартового набора, сложенную в небольшой белый саквояж.       ***       Многие верили, что, если человек умирал раньше, чем должен был, его душа оставалась рядом с телом, и тогда, душа могла вернуться в тело, чтобы завершить дела среди живых. Душе нужно было указать Путь, и для этого священнослужитель или близкий родственник молились рядом с телом, а для того, чтобы душа не вернулась в тело, нужно было спрятать его, из-за чего, зачастую, умерших хоронили в тот же день.       Были те, кто в это не верил, но Алик Миллиан был опытным авантюристом и знал, что это частично верно.       После смерти души покидают тела и задерживаются недалеко от места смерти. Мёртвые ненавидят живых и тех, кто сделал живого мёртвым, из-за чего в мир выплёскивается негативная энергия. Душа должна очистится от ненависти прежде, чем исчезнуть из мира живых, а дальше начинается область догадок и Веры, в которых Миллиан был не силён. Искренняя молитва могла помочь душе очистится, и тогда в мир выплеснется меньше негативной энергии, однако жреческие заклинания справляются качественнее и быстрее.       Всё вокруг — энергия.       Так говорил Минотавр Мудрец, но, если это и было так, ещё никому в здравом уме не удавалось ощутить энергию мира, однако все живые существа были чувствительны к негативной энергии. Она была тяжёлой, и в местах, где погибало много людей, могла уплотняться. Тогда ненависть мёртвых захватывала труп и восставала нежить. Из-за страха, что мёртвый станет нежитью, зачастую тело захоранивали в первые сутки после смерти. Мёртвые, умершие естественной смертью, восставали очень редко, если провести надлежащие ритуалы, однако всё ещё это было возможно, из-за чего около мест массовых захоронений ставили стражу и часто огораживали захоронение стеной — так было и в Э-Рантэле. Кладбище охранялось стражей города, и каждую неделю в мэрию должны были поступать отчёты об упокоенной нежити. Это была небольшая зацепка, которая могла дать подсказку о причинах произошедшего, но, к счастью, задача по изъятию архива не было первостепенной.       Восставшую нежить нужно было уничтожать, поскольку там, где много нежити, со временем негативной энергии становится больше, и, если в одном месте соберётся большое число низшей нежити, может зародится нежить более сильная, такая как лич, рыцарь смерти или костяной дракон. Это было явление, известное как Спираль смерти. Каждый из этих монстров мог в одиночку уничтожить команду авантюристов мифрилового ранга, и это была основная причина, по которой отправка экспедиции была задержана. Предполагалось, что Красная Капля успеет вернуться в Рэ-Эстиз прежде, чем обезумевшие от страха люди дойдут до столицы, но их позиции сегодня всё ещё были лучше, чем декаду назад благодаря проведённой разведке, команде адамантовых авантюристов и подготовленным магическим предметам. Алик всё ещё надеялся, что Красная Капля присоединится к ним в течении недели, но, вероятнее всего, они останутся защищать Королевскую Столицу, чтобы обуздать панику.       Отряд из авантюристов, рыцарей и магов двигался быстро благодаря тому, что не было пеших, а ехать предстояло по хорошо утоптанной тысячами ног дороге, однако Миллиан не спешил загонять лошадей. Они могли бы прибыть в Э-Рантэл меньше, чем за неделю, но, оценивая ситуацию здраво — в этом не было смысла. Живые уже проиграли мёртвым первый бой, и всё, что оставалось живым — подготовить достойный ответ. Для этого было нужно время — больше, чем люди, обезумевшие от страха, были готовы ждать, но Миллиан планировал прибыть под стены Э-Рантэла настолько готовым, насколько это будет возможно. Это требовало работы с людьми, но в первый день Алик просто наблюдал, позволив себе немного расслабиться.       Он мог это сделать ещё и благодаря тому, какая сила собралась в одном караване. Слабые монстры повинуются инстинктам и никогда не нападут, будучи в меньшинстве, а сильные монстры слишком редки в глубине человеческий территорий около городов и оживлённых трактов.       Весь день на пути авантюристы видели множество семей, бегущих от нежити под стены столицы: иногда — это были повозки, опасливо съезжающие с дороги, чтобы большой караван проехал мимо, но больше людей просто шли прочь от нежити, беря лишь то, что могли унести.       Авантюристами становились по разным причинам. Кто-то был движим исключительно деньгами, кто-то — идеями, но, несмотря на причины, Миллиан знал, что большая часть была людьми. В подчинении Миллиана было сто семнадцать авантюристов, тридцать рыцарей со слугами и сорок пять магов, и он, пока была возможность, присматривался. Меньшую часть авантюристов Алик знал лично и немного понимал, чего от них ждать, но в наблюдении за большей мужчина провёл весь день.       Сражаться с монстрами — работа авантюристов, сопереживание — священников.       Алик оторвался от исписанной именами бумаги, когда в палатку вошёл Тайян Нек. Блайд Морро, один из его непосредственных подчинённых, сейчас сидел рядом и тоже посмотрел на молодого мужчину. Тайян совсем сжался, когда два авантюриста мифрилового ранга обратили на нём своё внимание.       — Я зашёл сказать, что… ч, что ужин почти готов.       Когда солнце зашло за горизонт, Миллиан объявил остановку на ночлег. Последние дни были суматошными, и Алик, несмотря на высокую выносливость, чувствовал себя выжатым, но заставлял двигаться, мыслить и командовать установкой лагеря, однако были ещё вопросы, требующие рассмотрения.       — Ах, как же хорошо! — воодушевлённо произнёс Морро. Его руки, покрытые шрамами, расслабились, до этого сжатые на писчих принадлежностях, а уши, достаточно вытянутые, чтобы подозревать в нём присутствие эльфийской крови, чуть подрагивали. Он посмотрел на Миллиана, а потом продолжил: — Мы, пожалуй, скоро подойдём.       Нек кивнул и засеменил назад, пока за ним не захлопнулся полог палатки, а затем шумно выдохнул, и даже не нужно было иметь обострённые чувства, чтобы это услышать.       — Ну как, что-нибудь складывается? — Блайд, после кивка своего шефа, взял исписанную бумагу, исписанную именами и названиями групп и начал сравнивать со своими выводами.       — Особых проблем возникнуть не должно. — Миллиан покачал головой. — Кирхе обещал подготовить списки тех, кто не создаст проблем при работе вместе к утру, а значит этот вопрос можно отложить… далее?.. Далее, — взгляд Миллиана забегал по ящику, который он использовал вместо стола. Импровизированный стол был небольшим, и Авантюрист быстро нашёл ещё один исписанный листок и подтолкнул к своему напарнику. Сгруппированные в четыре колонки, на листке были выписаны имена лидеров и названия команд. — далее, я в черновую набросал состав групп зачистки, нужно будет начать слаживание. Есть идеи лучше?       Миллиан замолчал и уронил голову на руки, предпочтя закрыть глаза ни о чём не думать.       — Вот этих нельзя ставить вместе. — Морро указал пальцем поочерёдно на два названия команд. — Кавалькада и Белые Тигры что-то не поделили пару лет назад. В самый неподходящий момент они могут вспомнить былые обиды, хотя Бенджамин и Рэак, я слышал, утром договорились вспомнить об этом только по возвращении в столицу.       — Да? — Миллиан поднял голову и вытянул шею, заглядывая в листок в руках Блайда со стороны. — Не слышал об этом раньше.       — Сам узнал утром, пока ты принимал припасы. Просто вспомнил, что пару лет назад они друг друга избегали, когда услышал разговор. — Морро протянул лист грубой бумаги, созданной магией, шефу.       — Тогда, хм. — мифриловый авантюрист задумался, вертя карандаш в руках. — Куортер и Рэак хорошо ладят, но тогда во второй группе возникнет перевес в магах… хм? Да, подойдёт… — Миллиан быстро стёр несколько строк, а после поменял местами Золотые Хлысты и Кавалькаду. — Посмотрим, что получится завтра. У нас ещё есть как минимум неделя.       — Да-да. — Блайд закивал. — Среди остальных вроде бы разногласий не замечал.       Миллиан неопределённо махнул рукой.       — Мы обсуждали с Шарлем это всю ночь, и всё равно уже кто-то успел показать, что нетерпелив к другим.       — Кстати о нетерпеливых. — Блайд посерьёзнел и положил руки, сжатые в кулаки, на стол. — Ты разговаривал с Де Хэвиллендом после начала похода? Похоже, среди рыцарей есть смутьяны.       Миллиан заметил метаморфозы друга.       — Да, всё в порядке. У него есть горячие головы, которых нужно будет вывести в бой, и есть те, кто готов сотрудничать и играть по правилам во время зачисток, но в основном рыцари согласны оставаться на защите лагеря. Уже успели что-то учудить?       — Пока нет, но, я послушал, что они говорят, и большая часть из них считает, что будет как во время Ежегодных Войн. Гибнут обычные люди, тогда как те, кто выше, просто смотрят на шоу.       — Ах, вот оно что. — Миллиан усмехнулся. — Де Хэвилленд предупредил меня об этом, таких мы поведём в первых рядах, но нужно быть аккуратнее, чтобы золотые мальчики не убились. Большая часть нашей группы — третьи и четвёртые дети баронов, так что, если действительно хотят показать себя — покажут.       — Тогда… — Блайд задумался и вновь взял исписанный лист. — я думаю, всё в порядке? Пока группы не вступят в бой, всё равно большего не поймём.       — Прекрасно, тогда утром распределишь по повозкам согласно спискам, чтобы притирались. График дежурств сменим завтра. — Миллиан выпрямился на табурете, постучал пальцем по ящику, ставшему для него столом, и поднялся на ноги. — Что думаешь о Кауфере? — Алик махнул к выходу из палатки. Шарль не нашёл о нём информации, кроме того, что он поучаствовал в недавнем инциденте с воином-капитаном. — Сейнс и Фаэрон видели его, у врат столицы, сорящем золотыми в караване, но всё, что он показал — безразмерный кошелёк и [Полёт]. Я попросил госпожу Эвилай приглядеться к нему, но вопрос нужно решить.       Блайд кивнул и поднялся следом.       — Маг пятого ранга — сила, которая нам нужна. Он почти весь день молчал, и я не подъезжал близко. Но, мне кажется, в одном ты был прав: он не человек. Кроме того, весь обвешан магическими предметами, а чтобы слезть со своего голема — взлетел.       — Кабы не оказалось, что он просто прикидывается магом. Минимум, нужно прояснить, насколько он готов подчиняться приказам. — Миллиан был настроен скептично. — Кроме того, он может быть одним из тех, кто ответственен за инцидент, или иностранным шпионом.       — Или убийцей. — усмехнулся Морро. — Он не показался мне кровожадным.       Алик кивнул и вышел из большой палатки, ненадолго остановившись в шаге от выхода, чтобы привыкнуть к неровному освещению костров. В палатке стояла лампа, зачарованная на [Вечный свет], а снаружи свет давали только два десятка костров. Авантюрист осмотрелся, оглядывая ровные ряды палаток и рваную стену из повозок, ограждающую их импровизированный лагерь.       Лагерь делился на три условные части: центр, где разместились маги из гильдии магов, а округу примерно поровну поделили авантюристы и рыцари с боевыми слугами. И хмурый мужчина уверенно направился к импровизированной кухне. Повозки с припасами выставили борт к борту близко к месту пересечения трёх частей лагеря, и сейчас около них горело четыре костра.       Люди подходили, брали порции и уходили к своим компаниям, а некоторые оставались недалеко и находили новые компании.       — Вот сейчас и проясним. — пробормотал Миллиан, взглядом найдя Синюю Розу в полном составе. Они сидели около костра, что-то тихо обсуждая и редко позвякивая ложками, и за вокруг того же костра сидели Сейнс Шоу и Фаэрон Кэлоу, вторая половина мифриловой группы авантюристов Оникс. Миллиан огляделся, высматривая хоть кого-то, кого не отвлечёт от ужина, и быстро нашёл человека с пустой миской. — Майк! — Алик окликнул своего знакомого. — Пригласи Ами Кауфера на ужин к нам. — и указал на костёр, вокруг которого собрались адамантовые и мифриловые авантюристы.       Пора было прояснить некоторые детали.       ***       — Эээ… — мужчина замер на пороге, только переступив полог крупной белой палатки, в которой, стоило только объявить остановку на ночлег, скрылся маг. Майк Катлер не считал себя особо умным, но достаточно крепко дружил со здравым смыслом, как и любой авантюрист со стажем более года.       Майк сделал шаг назад и огляделся, а после вновь заглянул внутрь палатки. Когда маг опустил небольшую сумку на траву, а потом на её месте появилась большая разложенная палатка, стало ясно, что маг далеко не так прост, но то, что Катлер видел, не укладывалось в его голове.       — Вы что-то хотели? — внезапно авантюрист понял, что не один. Вежливый вопрос заставил мужчину вздрогнуть. Ами Кауфер, этот загадочный маг, сидел во главе стола, установленного посреди огромной залы, и смотрел на авантюриста рыжими глазами. Стол начинался метрах в десяти от занавешенного практически не пропускающим свет тюлем входа, а заканчивался ещё в дюжине метров далее, и ещё не меньше места оставалось за спиной слишком молодо выглядящего мага.       Движением резким, как удар кинжала, Кауфер убрал из рук вилку, положил на стол корешком вверх книгу и аккуратно вытер салфеткой губы. Серия этих действий не заняла и десяти секунд, не потребовала и взгляда, а эти горящие огнём глаза продолжали сверлить не готового к такому мужчину.       — Вам что-то нужно? — вновь повторил вопрос Ами, в то время как его руки, казалось, жили своей жизнью. — Катлер, если не ошибаюсь?       Майк быстро-быстро закивал, но замер, стоило только нечеловеческим глазам закрыться. Кауфер быстро стянул очки в чёрной полированной оправе, и Катлер заморгал, когда свет от массивной серебряной люстры, подвешенной под потолком, заиграл всеми цветами радуги на толстых линзах, огранённых подобно драгоценным камням. Когда человек проморгался, маг смотрел на него сквозь очки с тёмными линзами.       — Я могу повторить и в третий, и в четвёртый раз, однако, моё терпение не безгранично. — произнёс маг, немного хмурясь и откидываясь на высокую резную спинку.       — А? — нечто нечленораздельное вновь вырвалось из уст авантюриста. — А, да, прошу прощения, господин маг! — по его тону Ами понял, насколько вошедший «сожалел», и тихо — Катлер этого бы, не обладая сходным с восприятием игрока слухом, явно не услышал — хмыкнул. — Господин Миллиан пригласил вас на ужин… — осторожно выдал человек.       — Хм… — Ами задумался — слишком много может быть подоплёк в подобном действии. — Передайте Миллиану, что я с благодарностью приму приглашение и приду через несколько минут.       — Хорошо. — кивнул авантюрист и аккуратно попятился назад из палатки.       С глухим звуком белый тент на входе в палатку сомкнулся.       ***       Быстро закончив трапезу, Ами ополоснул руки в раковине, расположенной в основном помещении небольшой кухни. Он вышел из палатки, расправил «входную арку» и мысленно запретил кому бы то ни было входить в неё. Всё, что для этого нужно было сделать — приложить руку к жёсткой рамке входа и чётко сформулировать желание. В Иггдрасиле приватность реализовывалась через интерфейс, и Кауфер был рад, что, вместе с Волшебными палатами шла инструкция прямо в мозг.       Ами медленно оглядел лагерь, прислушиваясь и чувствуя узнавание. Он был шумным, ибо когда три сотни человек, ранее лишь отдалённо знакомых друг с другом, вдруг собираются на небольшом клочке земли, ещё и принудительно уплотняются в ограниченное число палаток — непременно возникают разговоры и споры.       Последние полчаса Кауфер занимался тем, что пытался сопоставить то, что услышал с реальным миром, но, кажется, свёрнутое пространство заставляло пасовать даже его сверхъестественное восприятие. Однако, выйдя из палатки на свежий воздух, полудракон испытывал дежавю, осматривая лагерь, из-за картинки шумов и звуков, которая сама собой выстроилась в его мыслях.       Он уже знал, где сидит Миллиан. Рядом с ним сидела около костра прямо на траве его команда, а напротив — адамантовая команда авантюристов «Синяя Роза». Ами пытался представить, за что удостоился такой чести, как ужин в круге подчинённых главы экспедиции, но, как минимум, было бы невежливо отказываться. Взглядом он не мог найти ни одного из членов групп авантюристов орихалкового ранга, но знал, что они осматривают округу.       Ами подумал, что будет лучше не выделяться так явно, и сделал небольшой круг, чтобы и себе взять порцию. Маг ощутил некую неловкость, когда подходил, собирая на себе множество взглядов, но он видел, что его ждали.       — Добрый вечер, дамы, господа. — Ами поприветствовал авантюристов лёгким поклоном и сел на траву, подогнув ноги под себя. Из-за жёстких сапог Кауфер чувствовал, будто сидит на низкой лавке. — Мне передали приглашение присоединиться.       Он сел на свободное место между огромной воительницей в шипастых малиновых доспехах и мужчиной экзотической внешности в плотной робе.       Кауферу не понравился взгляд, с которым на него смотрели ниндзя-близняшки — аккуратно, профессионально, лишь периферийным зрением. Ами моргнул, и это ощущение исчезло. Всё же, возможно, это лишь паранойя…       — Я рад, что вы приняли моё приглашение, Кауфер. — Миллиан легко кивнул. — Не поймите меня неправильно, но, как глава экспедиции, я несу ответственность за людей, входящих в неё. В том числе и за… вас.       — Право слово, это лишнее. — с улыбкой ответил Кауфер. Отложив ложку, Ами поднял к глазам палец. — И всё же, я надеюсь немного развлечься с нежитью и, уверяю вас, мне хватит сил постоять за себя. — маг щёлкнул тонкими серебряными кольцами на пальцах и начал медленно крутить пальцем, немного приоткрывая эфемерную клетку, удерживающую океан буйной силы. Миниатюрная волшебница и дёрнулась за секунду до того, как из пальца начало выходить пламя, закручивающееся в спираль. Жар ударил в лица авантюристов, заставив жмуриться.       Алик переглянулся с Фаэроном, магом его команды, и, увидев растерянность на лице друга, быстро вернул взгляд к другому магу и произнёс:       — Я не ставлю под сомнение ваши возможности. Мне нужно знать, готовы ли работать в команде, и без этого не может быть и речи о вашем дальнейшем участии.       — А если нет? — улыбка не покидала уст Кауфера, а яркое пламя, танцующее на пальце, создавало на тёмных очках причудливые блики, похожие на глаза демонов.       — Тогда я настоятельно попрошу вас покинуть состав экспедиции. — Миллиан пристально посмотрел в глаза Кауфера, стараясь разглядеть сквозь тёмные очки хоть что-то.       — Это исход, который был бы лично мне не приятен. — Кауфер усмехнулся и, сжав ладонь в кулак, запер океан энергии в эфемерной клетке. — С тех пор, как я разговаривал с главой гильдии, моё решение не изменилось: пока это не противоречит здравому смыслу, я буду командным игроком.       — В таком случае, я надеюсь на наше плодотворное сотрудничество. — Алик смягчился, но Ами слышал в его голосе настороженность.       Ненадолго Кауфер выпал из разговоров между людьми, проведшими вместе больше нескольких минут, и просто стучал ложкой. Он погрузился в мысли о прошлом, тогда как настоящее стало лишь фоном.       — А как считаете вы?       Лакюс перевела взгляд на Ами, задав неожиданный вопрос. Ами встрепенулся, быстро собирая мысли в кучку и отбрасывая ностальгию прочь. Сейчас было не место и не время, но Ами в последнее время стал чаще вспоминать о своей гильдии и самых славных днях Иггдрасиля.       Ами задумался, что отвечать. Ами отлично разбирался в логике работы Иггдрасиля, по крайней мере той её стороны, что была видна игрокам, и мог рассказать многое о различных типах нежити. Однако это были знания об Иггдрасиле, и, если в общем этот мир тщательно следовал правилам Иггдрасиля, компьютерной игры, ставшей для него реальностью, то в мелочах Дитрих всё чаще и чаще видел различия.       — Я не думаю, что нежить могла собраться и атаковать сама по себе. Более логичное поведение для нежити — собираться вместе, повышая концентрацию негативной энергии вокруг. Кроме того, Фаэрон прав, говоря о том, что в первых донесениях были сведения о монстрах, для зарождения которых нужны слишком специфичные условия.       — Вы говорите о гулях?       — Не только. — Кауфер покачал головой. — К тому же, насколько мне известно, существует как минимум один естественный способ получить… м, скорее, стать гулем. — Ами подобрался, чувствуя на себе внимание и коря себя за оговорку. Люди в этом мире использовали термины, присущие компьютерным играм и Иггдрасилю, однако ему не довелось слышать разговорах об уровнях в стиле RealRPG. Местные делили монстров по силе и опасности и присваивали соответствующие уровни сложности, объединяя небольшой промежуток уровней в буквенные обозначения, но это, скорее, просто было свойственное людям желание поиска закономерностей. — Однажды я видел, как семья, за десятилетие убившая тысячу человек, вся, вплоть до новорождённого ребёнка, стала гулями, и, я не думаю, что это совпадение.       И тот, кто будет поедать плоть искренне любимых, ненавидя весь род людской, родит из чрева своего монстра, питание людское которому — яд, а плоть людская — мёд.       — Какая же мерзость! — Гагаран усмехнулась. — И как же за десятилетие их не заметили?       — Я просто разбирался с последствиями, леди Гагаран. — Ами открыто улыбнулся. — Думаю, если бы остался хоть кто-то, способный рассказать о преступлении, на него бы обратили внимание намного быстрее. А так… лес, финисты и волки могут списать и большие потери…       Ами видел натянутые улыбки и решил сменить тему.       — Далее… исходя из описания, могу предположить, что в армии нежити присутствовали яйца внутренностей и конгломераты скелетов: первые являются живыми плотоядными цветами, вскормленными человеческими внутренностями, а для того, чтобы скелеты собрались в конгломерат и осмысленно двигались — нужна воля заклинателя, ими управляющего.       — Вам приходилось раньше сталкиваться с некромантами? — Лакюс задала вопрос, повисший в воздухе.       — Да. — легко согласился Ами. — Мне приходилось сражаться со старшими личами, использовавшими различные тактики, в том числе быстрые призывы. Ох, — маг усмехнулся. — это на самом деле неприятно, когда на пути любой твоей атаки вырастает скелет.       ***       — Что скажите, госпожа Аиндра? — Алик, увидев, как маг скрывается в своей палатке, решил, обратился к жрице.       — Алик, я же просила — просто Лакюс… — с неким отчаяньем проговорила адамантовая авантюристка. — Мы же не в первый раз работаем вместе.       — Хорошо, госпожа Аиндра… — лицо самой Лакюс на этих словах словно потеряло краски, на заднем фоне послышались шёпотки, среди которых восемнадцатилетняя аристократка, кажется, отчётливо услышала: «Так тебе, Злой Босс!».       — И всё же, Глава попросил собрать информацию об этом маге. Должна признать, что никогда не слышала ни о чём из того, что он говорит, но наш мир слишком велик, чтобы это было подозрительно.       Мгновение, и стало понятно, что, если эмоции Лакюс были не напускными, то своё эмоциональное состояние Аиндра контролировала отлично. Мгновение, и на траве сидит способная выживать и побеждать в дворовых интригах леди, по какому-то недоразумению, не иначе, облачённая в доспех, а не в пышное платье.       — Обучен манерам. Неплохо держит лицо и эмоции, но не скажу, что этот навык у него на высоте. Сложно больше сказать о человеке, который не хочет говорить, и что-то не то с лицом…       — Словно маска на лице. — поняв, что лидер Синей Розы замолчала, сказал низенький паренёк — Сейнс из Оникса, всю неторопливую беседу просидевший тихой мышью. — Мышцы лица двигаются немного неправильно. — пояснил он под несколько непонимающими взглядами, получив в ответ нестройные кивки. — Заметил ещё когда увидел его в первый раз, но не придал этому значения. Сейчас думаю, что очень похоже на магические маски, продающиеся в Империи. Их создают в Теократии и с помощью них можно немного изменить лицо. Очень дорогой магический предмет.       — Хм, интересно. А что вы скажите, леди Эвилай? — Миллиан обратился к ещё одной «серой мыши» этого вечера — заклинательнице из Синей Розы.       — Ничего. Использует предмет для сокрытия. — спокойно ответила заклинательница.       — Или использовал магический предмет для полёта в столице.       — Маловероятно. Подобные предметы требуют хотя бы минимального количества магической энергии у пользователя, и, к тому же… — Эвилай задумалась, поднимая палец к глазам. — Это как минимум был довольно опасный фокус, но я не думаю, что найдётся маг, готовый рисковать пальцами ради подобного без причины.