Интеллектуал: DC/Марвел

Бэтмен слушал не перебивая, и с каждой минутой его настроение становилось всё мрачнее и мрачнее. На широких скулах заходили желваки, плотно сжатые губы сдерживали растущее негодование. Когда я и Диана замолчали, изложив ему сжатую версию событий на Темискире, он подошел ко мне ближе и уставил такой недовольный взгляд, что у меня чуть живот от волнения не свело. -Скажи мне, Алекс,- строго проговорил он,- чтобы остановить Степного Волка, ты сделал всё, что было в твоих силах? Абсолютно всё? Что это был за вопрос? -Ты о чем? Я же рассказал всё как было,- не понял я подоплеку вопроса. -Рассказал,- согласился он.- И то, что я услышал, вызвало во мне подозрение, которое сначала я принял за ошибку, но теперь почти уверен в нем.- Он ткнул мне пальцем в грудь. Голос сделался не агрессивным, но подчеркнутым.- Думаю, ты позволил Волку забрать Материнскую Коробку. Диана вспыхнула благородным гневом, услышав столь серьезное обвинение в мой адрес: -Алекс — герой Темискиры! Он спас мой дом от разрушения, вернул моих сестер из Елисейских полей и исцелил всех раненых! Он сражался со Степным Волком лицом к лицу, используя всю свою силу! -Правда?- Бэтмен повернулся к ней и, подсыпая в ее уверенность яд сомнения, холодно спросил:- Ты в этом абсолютно уверена? Откуда тебе знать, что он использовал всю свою силу? Ты знаешь истинные пределы его возможностей? Твой рассказ только подтвердил мои догадки о том, что он делал вид,- Бэтс вновь уставился на меня, будто видел насквозь. -Это неправда!- негодование Дианы было горячим и искренним, контрастируя с ледяной рассудительностью Брюса. Она продолжала опровергать необоснованные обвинения величайшего детектива. -Брюс, что ты хочешь сказать?- спросил я, сохраняя спокойствие. -Ты знал, что Степной Волк явится за Коробкой. Задолго до этого. -Да, знал,- подтвердил я, глядя ему прямо в глаза.- Но, повторюсь, точную дату я не знал, и вообще думал, что до его прибытия еще несколько лет. Луч, пронзивший небо над Темискирой, стал для меня такой же неожиданностью, как и для амазонок. -Но что ты сделал, увидев этот луч?- настаивал Бэтмен, не отводя взгляда.- Ты ведь понял мгновенно: он здесь, он пришел за ней. Но ты не ринулся к месту его высадки немедленно. Ты задержался. -Мне казалось, что у меня еще есть время, не дать ему забрать Коробку. Бэтмен неодобрительно покосился на Диану, затем вновь уставился на меня: -Я понимаю, почему ты не побежал к Волку сразу же, а решил поскакать к нему на лошади вместе с амазонками. «Я сделал это, чтобы стать воином, который сражался с ними бок о бок, чтобы они приняли меня как боевого соратника»,- сказал я про себя, и понял, что Брюс уже догадался об этом. -Я знаю тебя, знаю твой характер и твои желания. Ты их не особо и скрываешь. -Ну, спасибо за анализ, доктор Фрейд,- съязвил я. -Мое недовольство вызвано не тем, что ты задержался, а тем, что ты в тот момент не был серьезен. Ты не воспринял угрозу с должной ответственность, которую она требовала. -Поясни. -Я не прав? Тогда скажи мне, сделал ли ты всё, что было в твоих силах, чтобы не дать Волку забрать Куб? Был ли ты в том бою максимально сосредоточен и решителен, понимая, что на кону судьба не просто острова, а всего человечества? Ты мог остановить его тогда, не так ли? -Я не уверен,- не смог я дать однозначный отрицательный ответ.- Не смотри на меня так, будто я могу решить любую проблему еще до ее появления! Даже если бы я использовал все силы, не факт, что у меня получилось бы победить Волка! Он силен как Супермен! -А ты — нет?- Бэтмен подошел к рабочему столу и несколькими быстрыми движениями вывел на огромные экраны мои данные.- Я знаю, на что ты способен, Алекс. Ты сам дал мне доступ к базе данных Вавилона и Нидавеллира. Я знаю, какие проекты там исследуются и разрабатываются, в некоторых я принимаю участие лично, в других — консультирую. Никто лучше меня не знает, насколько ты силен, и тем не менее я не берусь утверждать, что знаю о тебе всё. У тебя есть силы, которые ты обрел за пределами стен двух лабораторий. Твои возможности уже фактически сравнялись с Суперменом. -Это преувеличение,- попытался я возразить.- Я бы сказал, что я приближаюсь. Но утверждать, что мы равны, самонадеянно. -Тогда ты согласишься, что в схватке с ним тебя ждет неминуемое поражение?- перефразировал он вопрос, загоняя меня в ловушку. -Нет. Я не проиграю. Но и победить его в честном бою не смогу. Это будет патовая ситуация. -Это и значит — сравняться, Алекс,- произнес он, выигрывая этот словесный поединок. Он снова подошел ко мне, на этот раз его взгляд смягчился. Сейчас передо мной стоял не величайший детектив, а друг, взявший на себя бремя ткнуть меня носом туда, куда никому другому он не позволил бы меня ткнуть.- Я знаю не только о твоих силах. Я знаю твой характер, твой образ мыслей. Мне они никогда не были близки, но я понимал, что ни изменить их, ни изменить тебя я не в силах. О чем ты думал, когда Степной Волк явился за Коробкой? О том, что даже если он заберет ее, это еще не приведет к катастрофе, верно? -Опять ты возвращаешься к тому, что я позволил…- начал я, но он меня перебил. -Прости, но корень проблемы — в твоем отношении ко всему происходящему! Если ситуация не кажется тебе критической, если она не ведет к немедленной и неминуемой гибели, ты не относишься к ней с должной серьезностью! Ты знал, что Волку нужны все три Коробки. И твое подсознание тут же просчитало: вероятность катастрофы при потере одной — всего 33%. Ты подсознательно успокоил себя этим! Ты будешь действовать серьезнее, когда мы будем сражаться за вторую, ведь риск возрастет до 66%. И только когда на кону будет третья, последняя Коробка, и вторжение станет неизбежным, ты включишься на полную! Ты превращаешь апокалипсис в увлекательную игру с повышающимся уровнем сложности! -Хочешь сказать, что я беспечен? -Разве это не так?- его вопрос повис в воздухе.- Твои знания, источник которых для меня остается загадкой, стали твоим проклятием. Они породили в тебе опасную беспечность, небрежность! Ты сдерживаешь себя в боях, потому что в быстрой победе не видишь азарта. Ты веселишься, живешь, спасаешь людей и побеждаешь врагов с улыбкой на лице, как будто участвуешь в каком-то грандиозном шоу! Меня это всегда раздражало, но я мирился, потому что не видел в этом прямой угрозы. Но сейчас всё иначе, Алекс! Твое легкомыслие приблизило конец всего сущего на один шаг! Позволив Волку забрать Куб, ты поставил под удар миллиарды жизней! -Я не позволял ему, Брюс!- вырвалось из меня возмущение.- Я бился с ним, и я не хотел, чтобы он забрал Куб! -Но ты и не рвал себе жилы, чтобы этого не произошло! Потому что в глубине души ты был спокоен! Ты знал, что Коробок три! А теперь ответь: если бы ты не знал этого? Если бы ты был в неведении о его намерениях, планах, был бы ты столь же беззаботен? Сомневаюсь. Ты бы сделал всё, чтобы не позволить инопланетному захватчику забрать Коробку, которая может привести к потенциальной гибели мира! -Намекаешь, что мои знания вредят? А тебе разве не нравится пользоваться ими? Быть в курсе всего, знать планы врагов, предугадывать события? Ты же сам пользуешься этим! -Я говорю не о знаниях, а о твоем к ним отношении!- Брюс резко повысил голос, что даже летучие мыши проснулись.- Ты слишком на них полагаешься, и это затуманивает твое восприятие реальности! Ты умен, Алекс, но ты беспечен. И прости меня, но ты начинаешь вести себя как бог, который спустился на землю, чтобы поучаствовать в забавах смертных. -Что?- я отшатнулся от подобного сравнения.- Ты серьезно? -Подумай! Абстрагируйся и взгляни на себя со стороны! Ты считаешь свои действия единственно верными, так как опираешься на «знание будущего». Ты уверен, что никто не разберется в ситуации лучше тебя и не примет более верного решения. И эта уверенность порождает вседозволенность, беспечность! Ты позволяешь ситуации доходить до критической черты, рискуя всем и вся, хотя мог бы разрешить ее в зародыше. Ты делаешь это, потому что тебе интересно посмотреть, как всё обернется, зная, что в финале ты всё равно всех спасешь! Ты сам сказал, что Земля столкнулась с величайшим кризисом. Тебя избрали лидером. И я согласился с этим, потому что верю: никто не справится лучше. Ты умен. Ты знаешь будущее. Тебе ведомо даже то, что скрыто в настоящем. Но если ты и дальше будешь вести себя как на Темискире, мы рискуем проиграть. Я хочу, чтобы ты понимал, что стоит на кону, понимал, что на твоих плечах лежит ответственность за жизнь миллиардов людей. Ты можешь дурачиться, веселиться и улыбаться, но сделай всё возможное, используй всё, что у тебя есть, чтобы не дать Степному Волку забрать еще одну Коробку! Перестань думать, что раз есть третья, то не страшно, если потеряем вторую.- Бэтс замолчал, и мне пришлось выдержать долгий пытливый взгляд, как бы изучающий, внял ли я наставлениям. Честно говоря, я не ожидал услышать от Бэтмена такую пронзительную и точную лекцию о моих недостатках. В его манере — молча копить наблюдения, анализировать, а затем обрушивать на тебя весь груз своих выводов без права на апелляцию. И, черт возьми, в его словах есть смысл! Пожалуй, он попал в самую суть. Я правда не сделал всего, что мог, на Темискире. И он абсолютно прав в том, что я слишком полагаюсь на свои знания, которые в этой объединенной реальности не всегда оказываются верны. Они то указывают верный путь, то вдруг заводят в тупик, как старая карта, на которую нанесли новые границы и обозначения. Несмотря на то что я не знаю мира реальнее, чем этот, иногда забываю, что он состоит не только из страниц комиксов и киноэпизодов. Да, я часто бываю несерьезен и редко выкладываюсь на полную, предпочитая держать силу и козырь про запас, на чрезвычайный случай. Исключения, пожалуй, составляют те моменты, когда я растворяюсь в образе Джека из Тени. Надевая темную личину, я выжимаю себя на все сто двадцать процентов, не оставляя ничего, чтобы поддерживать миф о могуществе моего темного альтер эго. Это изнурительно, но необходимо. Однако причина, по которой я позволил Волку забрать Коробку, куда глубже и парадоксальнее, чем просто моя несерьезность, в которой обвиняет меня Бэтс. Может, я и не был тогда серьезен в должной мере, но я точно не собирался отдавать ему Коробку. Но! В самых потаенных глубинах моей души, там, куда я заглядываю с неохотой, тогда дрогнула крошечная ядовитая нотка облегчения. Облегчения оттого, что событие свершилось, что треклятый «канон» сделал свой очередной виток! Вся проблема — в этой загадочной силе Вселенной. Она, как капризный режиссер, то и дело норовит сунуть мне палки в колеса, всеми силами пытаясь вернуть сценарий к изначально прописанному сюжету. Я живу в постоянном опасении: а что, если я изменю слишком много? Что, если, предотвратив одно бедствие, я невидимой рябью запущу цепь других, куда более страшных и непредсказуемых? Знание будущего — мое величайшее оружие. Если я начну, как сказал Брюс, «разрешать проблемы в зародыше», известная мне карта будущего сморщится и станет чистым листом. Я потеряю свое главное стратегическое преимущество — предвидение. И окажусь слепым, как и все. Не то чтобы я получал удовольствие, спасая положение в самый последний момент. Ну разве что совсем немного. Просто я вижу в этом действии наименее рискованный путь. Путь, где я могу хоть как-то просчитать последствия. Путь, который я хоть как-то контролирую. Тем не менее я понимаю Брюса. Его обеспокоенность не пустая паранойя. Сейчас на кону стоит уже не судьба отдельного города, как Готэм или Метрополис, на кону вся планета. Нет, даже больше — вся Вселенная. И перед лицом такой угрозы моя осторожность, мои расчеты и сомнения могут оказаться непозволительной роскошью. Пожалуй, пришла пора стать более серьезным. Но это не значит, что, став серьезным, я волшебным образом смогу вмиг решить все проблемы. Я всё еще не знаю, где прячется Локи, где рыщет Степной Волк и куда скрылся Арес. Так что я бессилен, как и все, но должен приложить максимум усилий, чтобы попытаться перехватить инициативу и добиться победы до того, как ситуация достигнет точки кипения, где цена ошибки будет измеряться континентами. Не факт, что мне удастся предотвратить вторжение Читаури, но будет прекрасно, если Нью-Йорк всё же минует атака орды пришельцев. Остается надеяться, что, если я перекрою все опасные направления в сюжете, Вселенная не станет искать обходные пути. Если она решит проявить изобретательность, нам всем действительно придется тяжко. Я, конечно, люблю сюрпризы, но в этот раз хотелось бы обойтись без них. -Я понял, Брюс,- похлопал я друга по плечу.- Ты прав, возможно, я вел себя несколько беспечно. Но таков уж мой непростой характер,- раскинул я руки в стороны.- И причина такого моего отношения к происходящему гораздо сложнее, чем ты можешь себе представить. К сожалению, рассказать тебе о ней я не могу. -Потому что это связано с источником твоих знаний? С тем, откуда ты черпаешь свою информацию о будущем? -Можно и так сказать. Я постараюсь в этот раз действовать на опережение. Но многого не жди. И я благодарен тебе за то, что встряхнул меня. Мне, кажется, это было нужно. В конце концов, для чего еще друзья, если не для того, чтобы говорить правду в лицо, верно?- улыбнулся я. Диана стояла и слушала нас, скрестив на груди руки. Ее прекрасное лицо было омрачено тенью негодования, а глаза с немым укором устремлены на Брюса. Ей явно не понравилось, как он отчитывал героя Темискиры. Мне бы тоже было приятно думать о себе как об идеальном человеке, — но это не так. Я совершаю ошибки, и мне нужно, чтобы кто-нибудь мне о них сказал. Успокаивает лишь то, что ошибки совершают все, ведь даже на карандашах есть ластики. Брюс, как и Диана, думает обо мне лучше, чем я есть. Но я крайне эгоистичный человек. Даже сейчас я хочу остановить Локи и Степного Волка не потому, что хочу спасти человечество и защитить мир, а потому, что хочу спасти в первую очередь своих близких и защитить свой дом. И я никогда этого не скрывал, но все почему-то продолжают видеть во мне только хорошее. -Диана,- я вложил в голос примирительный тон.- Поверь мне, Брюс — один из самых добрых и преданных людей, которых я знаю. И он — хороший друг. Всё, что он мне сказал, он сказал, потому что беспокоится за меня. Им движет забота. Забота обо мне, о тебе, о каждом члене нашей зарождающейся команды, о каждом человеке на этой планете. Его методы могут казаться суровыми, но его сердце мягкое. Мне бы хотелось, чтобы вы поладили, ведь от этого зависит, без преувеличения, судьба Вселенной. Буря негодования в глазах принцессы амазонок начала постепенно стихать. Она кивнула, давая понять, что услышала меня, даже если ее амазонская гордость не до конца смирилась с произошедшим. -Что ж, давайте поднимемся к остальным и расскажем, а лучше просто покажем запись нашего собрания о судьбе человечества. Ах, чувствую, нас ждут веселые и незабываемые дни. Главное — чтобы все мы дошли до светлого финала живыми и условно невредимыми, дабы потом отпраздновать это дело порцией вкуснейшей шаурмы с сомнительным содержанием! Жду не дождусь!