Благими намерениями вымощена дорога в ад

— Видимо, придётся прибегнуть к принуждению, — досадно вздохнула Шарп. Заложник поначалу вырывался, но, осознав провальность затеи, прекратил. И всё же, показывать сторону выхода он явно не собирался. Пытать, применяя огонь или тень, у девушки не было сил. Оставался один выход — просмотреть воспоминания, но она не знала его имени.       Мельком взглянула на парня, сомневаясь, что с таким выражением лица ей окажут услугу, даже в подобной просьбе.       «Получится ли без? Стоит попробовать, » — промелькнуло в голове у Шарп.       Подняла подрагивающую руку к его руке. Он сжал свою в кулак, видимо не желая соприкасаться. Тогда она накрыла ладонью поверх. Секунда, и перед глазами Шарп проскальзывают множество десятков воспоминаний. Голова начинает гудеть, уши — закладывать.       «Значит невозможно дать точной цели без изначального знания имени. Приходиться из всего изымать нужную информацию.» — Достаточно, — в полшёпота проговорила, отступив назад. Примерный выход ей стал известен, оставалось надеяться на его незаметности. Также у неё получилось узнать имя и не только, но нет времени переваривать все воспоминания. Сейчас Шарп нужно удержать в голове маршрут. — Арахнис, побудешь пока заложником. Никто не гарантирует мне спокойный уход, — если бы взглядом можно было убить, она бы не стояла уже на ногах.       «После выхода отсюда придётся ориентироваться на месте и поступать по ситуации. На звук выбитой двери никто не прибежал, значит, поблизости никого. По дороге сюда видела лестницу, можно предположить, что и этаж пуст. Но опасно просто расхаживать по коридорам, судя из того, что я узнала — обитателей здесь много. Может, окно?»       Оно было вполне большим и зашторенным. Открыв его, Шарп не сразу заметила другой цвет неба. — Мы на шестом кругу Ада. Круг жадности, — понимает она из воспоминаний о ранее изученных материалах из книг в детстве. — Но как теперь убраться от сюда? — в размышлениях она заламывает пальцы, осматривая тёмную улицу. Взгляд её улавливает крылья с чёрными перьями. Высокая фигура в чёрной одежде вела за руку ребёнка рептилию. — Неужели ангел? — надежда найти кого-нибудь «своего» поселилась у неё в груди.       «Стоило проверить, вот только высоковато. Были бы мои…» — от самого упоминания боль в спине ощутимо возросла. Нет, ещё не время расслабляться. «Прыгать — быстрый и более надёжный вариант в плане скрытности. При удачном падении, возможно, обойдётся без травм. Правда, сомневаюсь в том, что будет с Арахнисом. Приподнимая его над землёй, требуется прилагать свои силы и держать руку и пальцы в напряжении. Если упаду, то он может тоже. Нет времени размышлять, те двое уже уходят. И ещё, стоит надеть мантию на паука, будет паршиво увидя кто-нибудь как «шишку» этого круга тащит за собой какая-то особа.».       Шарп садиться на оконную раму, глядя вниз: только каменная дорога, ничего, что могло бы смягчить падение. — Ничего страшного. Выживу, — с этими словами вдыхает побольше воздуха и, опираясь ногами о внешнею стену, прыгает. За ней, словно верёвка, летит Арахнис. Секундный полёт, и чувство боли от ступни и выше. Кожа с кулака и ладони содралась. Шипя, поворачивается к пауку, который упал… лицом в землю. С усилием поднимает руку и видит на нём лишь лёгкие ссадины.       «Значит, не удержала лишь под конец».       Пересиливая боль, бежит за угол, куда свернули две фигуры. Сворачивая, тут же замирает: в самом конце переулка ангел с тёмными крыльями раздевал маленького мальчика-грешника. Шарп, недоумевая, не могла поверить в то, что происходило у неё на глазах. Следом её охватывает злость, быстрым шагом она подбегает к падшему и что есть силы бьёт его в челюсть. — Какого хуя?! — падая на землю, тот раздражённо шипит. — Это я тебя должна спросить, что ты творишь?! — в порыве злости она приподнимает его за ворот одной рукой, процедив сквозь зубы каждое слово раздельно. — Как ты смеешь? Ты ангел! — щурясь, он поднимает на неё глаза и тут, замечая нимб, он всё понимает. — Ты Серафим? Но… — в его глазах мелькает страх, затем взгляд цепляет отсутствие крыльев и наличие рогов. — Тоже скинули? Чего же такого сделал Серафим, чтобы оказаться здесь? — мерзкая кривая улыбка растягивается на его помятом лице. — Как ты докатился до такого?! Ты же… — он зло и громко перебивает её. — Ангел? Нет, сучка, я уже давно им не являюсь. Меня бросили в эту жопу мира, где я вынужден гнить, — он бросил похотливый взгляд на мальчика, — почему я один должен страдать? Я имею права получить хоть какое-то удовольствие. Ты тоже станешь такой. Забудешь о принципах, правилах и морали. Утонешь в этом адском пекле, — мерзкий хохот доносился из его горла, пока удар не заставил его заткнуться. Затем ещё и ещё. Пока не пошла первая капля крови, отрезвляя Шарп от ослепляющей ярости. От напряжения у неё из носа начинает идти кровь. Вытирает её, отступая назад: — Ты жалкий ублюдок. Стоило бы убить тебя на месте, но твоя жизнь и без того никчёмна. И разбираться с ней тебе. Если в этой оболочке осталось хоть капля чего-то светлого — ты поднимешь себя, в противном случае сгниёшь здесь до костей, — после этих слов она подбегает к мальчику, хватая за плечо маленькое тельце, что осело на пол тряпичной куклой. — Эй, мальчик, ты в порядке? — голова его запрокинулась назад, смотря пустым взглядом сквозь неё. — Чёрт, что здесь делает ребёнок? — берёт его себе на спину, оглядываясь по сторонам и не замечая, как из ран на спине стекает кровь. — Если опираться на твои воспоминания, то… — осматриваясь, обращается она к Арахнису. — Что вы здесь делаете? — к ним подбегает парень светлой внешности. — Кто вы такая? — представшая перед ним картина видимо заставила его напрячься. — Не важно, я забираю этого мальчика, — с твёрдой уверенностью заявляет девушка, давая понять незнакомцу, что ему её не остановить. — Но вы не можете. Он работник сети самого Валентино. — Что? — Шарп не могла поверить, что Вэл промышляет таким. — Подождите, вы ведь ангел, которого показывали по главному телеканалу. Вы работник Отеля Искупления, — с неким воодушевленным удивлением констатировал он. — Как вы здесь оказались? Хотя не важно. Скажите, вы ведь возвращаетесь туда, да? Пожалуйста, заберите меня. Я давно хочу попасть к вам, но не имею возможности перейти на другой круг ада. — Как ты связан с ним? — она кивает в сторону мальчишки. — Я тоже работник Валентино. Мой клиент сейчас ждёт меня. Обещал ему принести напиток, на самом деле вышел проследить за Вишней.       «Верить простым словам нельзя». — Мы не можем взять вас обоих. Оставь мальчика, и идём. — Но… — глаза парня забегали по Вишне и своим рукам, пока со вздохом он не выдал, — Нет уж, забирайте… меня клиент ждёт, — лёгкая грустная ухмылка на последних словах. — Как же стыдно. Идём, — полные надежды и удивления очи немигая смотрят на ангела. — Знаешь, незаметный и короткий путь к лифту? Маршрут Арахниса нам не подходит, слишком заметен, — конечно, ей можно было передумать, но состояние не позволяло. — Да, конечно. Но неужели это главный приемник главы мафии? — Скорее всего, так и есть. Долгая история, времени мало. И разве у тебя не ограничено время? — Шарп попыталась намекнуть, что расспрашивать не стоит. — Понял. Тогда прошу за мной, — вместо того чтобы выйти к улице, он забрался на мусорный бак и принялся перелезать через стену. — Если вам не удобно, я могу взять Вишню. — Послушай как твоё имя? — недоверчиво она взглянула на парня. — Понимаю ваше сомнение, моё имя Томас. И поверьте, видя, как в ваших «руках» находится приёмник самого крёстного отца мафии, подумаю лишний раз, прежде чем переходить вам дорогу. — Убедительно, держи. — Может, вам помочь? — видя как с её ростом сложно забраться, предложил Томас. Да и внешнее состояние было далеко не лучшим: синяки на лице, окровавленная и обугленная спина, обожжённые запястья. — Я не нуждаюсь в помощи, — забираясь одной рукой, отрывисто ответила ему. — Говоришь, нужны будут деньги? — рвано дыша, девушка переводит дыхание. Они прошли чуть ли не пол города, постоянно пробираясь через узкие ходы и препятствия между домов. Время от времени у неё кружилась голова, но она всеми усилиями пыталась удержать фокус и ускользающее сознание. — Да, также можно использовать и специальный пропуск. Ну или вас пропустят, если вы значимая фигура в аду. — Пропуск — может получиться, — спина Шарп нестерпимо болела, левая рука онемела так, что она её не чувствовала. Холодная кирпичная стена охлаждала, но при этом давила на раны. — Послушай, сейчас, как только мы поднимемся на первый круг, я должна буду отправиться в главную студию Валентино. Как я поняла, он имеет сеть таких. Тогда ты должен будешь меня дождаться. Пусть и с небольшим опозданием, но я вполне успеваю на встречу, если верить твоему времени. — Неужели вы… — в испуге он чуть отступил. — Нет. Всего лишь деловые отношения, имеющие вескую причину для существования. Сдавать вас не в моих интересах. К тому же, я веду вас в Отель, а это в приоритете, — глубоко дыша, она чуть прикрыла глаза. — Ладно, можем идти. — Постойте, у вас кровь, — Томас указал на стену, об которую Шарп опиралась, она была сильно измазана кровью. — Не важно, идём, — она вышла вперёд, направляясь к лифту, который представлял из себя полностью белый формой расплющеного цилиндра. — Чуть не забыла, — девушка вернулась к пауку. — Арахнис, скорее всего ты не отступишь. Найти меня и убить станет делом чести. При таком раскладе убытки будут у обоих, ведь ты скорее всего понял: я — Серафим. Бывшая, но этого не отнимает того, что от меня сложно будет избавиться. Фактически, мы квиты. Мои крылья за оружие, мучения за проблемы, доставленная морока за неразбериху. Поэтому у меня есть предложение, я имею равные связи с верховными демонами ада, с тобой может стать ещё одна. Она будет полезна обеим сторонам. Кроме того, так будет куда легче узнавать информацию о конкурентах. Вполне выгодная сделка. Конечно, сейчас я не прошу ответа, — каждое слово сопровождалось тяжёлым дыханием. — Уверена, тебе не составит труда снова найти меня. А пока, Арахнис, ты немного посидишь тут: тело слишком долго было сильно сковано. А это, — сняла с него мантию, — я забираю обратно. Томас, идём.       У входа в лифт стояли два демона, при приближении один из них жестом руки остановил троих. Сейчас у Шарп лишь один козырь — метка Люцифера. Она расстегнула пуговицы, открывая вид на область сердца. Только сейчас увидела, кроваво-красную будто бы выжженную метку, имеющую форму перевёрнутого треугольника с удлинённой вершиной, которые загибались над буквой V, с крестом внутри.       Без лишних слов, двери лифта открылись, пропуская их внутрь. — Пап, что происходит?! — девушка в страхе отступала назад, панически смотря на отца. Правая рука горела огнём, стремительно охватывая всё остальное тело. На левой красной руке начали образовываться чёрные руны, поднимаясь к лопатке. — Не бойся, Шарп. Просто иди сюда, ко мне, я помогу, — опустившись на колени, вкрадчивым тоном, он пытался её успокоить. — Нет! Я не могу это контролировать. Не хочу тебя поранить, — при каждом приближении отца огонь распалялся сильнее, норовя обжечь его. — Шарп, я здесь. Видишь, мы рядом, — около отца материализовался папа. — Послушай, сейчас ты должна успокоиться. Паника лишь всё усугубит. Ты должна взять контроль над эмоциями, получив контроль над силами. Они часть тебя и зависят также от тебя, — папа протягивает ей белоснежную руку.       «Мне страшно. Попытки переключить внимание лишь всё усугубляют. Слишком жарко, сложно привести дыхание в норму. »       Мысли рассеиваются, девочка вздрагивает от прикосновения к рукам. — Шарп. Шарп, взгляни на нас, — в удивлении она видит папу, строго смотрящего на неё. — Ты справишься. — Могу ранить, — Шарп отдёргивает руку, но её крепко держат. — Ты не ранишь нас. Мы пройдём через это вместе.       Смотря как её руки сжимают такая же чёрная, приятно прохладная, и белая, тёплая, руки, в груди у девушки становится тепло и спокойно. Прислушавшись к ощущениям, наконец-таки она понимает, что в безопасности, рядом есть они. Вместе с её эмоциональным фоном огонь утихает, чернота прекращает рост. — П-получилось, — с улыбкой восклицает Шарп, приоткрыв с опаской глаза. — Папа, папа, но что это бы… — лба девочки касается большая ладонь, подхватывая падающее тело. — Почему так рано началось, а ты пришёл слишком поздно? — По моему, ты сам ответил на свой вопрос. — Значит, это наша последняя встреча…