Когда долго смотришь в бездну...

Разгрузочная глава. Бонус. Благодаря вашим комментариям) Бильбо оказался прав. Торин даже сбился со счёта, когда мысленно благодарил молодого человека за его наводку, с помощью которой договора оказались подписаны в тот же день. Начальник отдела, правда, поинтересовался, откуда это мистер Дубощит узнал, что и у него можно такое дело провернуть, на что мужчина ответил туманно о наличии необходимых ему связей, чем вызвал понимающую улыбку. Так или иначе, но документы скреплены необходимыми печатями, а на уме у Торина навязчивая идея: как же отблагодарить? Пригласить пропустить по стаканчику кажется вполне безобидной и приличной затеей, мысли же куда менее скромные мужчина заталкивает в далёкие уголки своего разума, надеясь и мечтая, что когда-нибудь… - Торин? О чём задумался? - Фили усаживается в кресло напротив, потягиваясь спросонья и закалывая отросшие волосы в пучок на затылке. – Или о ком… Юноша невзначай поднимает глаза на дядюшку и вдруг резко подаётся вперёд, не скрывая искорок жгучего интереса во взгляде. - Боже, неужели не прогадал?! Да ладно?! – Фили всматривается в вытянувшееся ему в ответ лицо мужчины, взирающее с удивлением на оживившегося племянника. – Кто он?! Где познакомились?! Торин устало трёт лоб, прикрывая глаза ладонью и пропуская мимо ушей восторженное бормотание парнишки. Подумать только, как оживился этот шалопай! Словно сваха какая-нибудь кудахчет! - Я за кофе! Вернусь – расскажешь! Мужчина провожает глазами худую фигуру юноши. Ему кажется, хотя прошло уже лет этак пять, что совсем недавно он, тщательно подбирая слова, пытался объяснить как можно аккуратнее щекотливую ситуацию со своими предпочтениями в любви. Фили тогда молча всё выслушал, не перебил ни разу, а потом улыбнулся скромно и сказал, что ничего зазорного в этом не видит, и что не ему осуждать человека, которому всем обязан. Напоследок мальчишка дотронулся до его плеча и, склонившись к уху, шепнул о том, что будет ждать, когда Торин сможет представить ему его молодого человека. Мужчина тогда расхохотался над необычайной серьёзностью племянника, но до этого момента даже и не подозревал, насколько юноша был искренен в собственных словах. - Итак? Фили ставит на красивый резной столик две кружки с крепким кофе и придвигает кресло ближе к дяде. На первый тихий обречённый вздох племянник лишь нетерпеливо махает рукой. - Торин! Не первому же встречному душу изливаешь! Дай мне за тебя порадоваться! - Нечему тут радоваться. - Почему? - Потому, - резко отвечает Торин и добавляет после небольшой паузы. – Он служит в полиции. Я только и знаю, что его имя. Юноша задумчиво прихлёбывает кофе, постукивая кончиками пальцев по кружке. Несколько выбившихся светлых прядей спадают Фили на лоб, делая его так ещё больше похожим на своего отца. - Ну, а он? Он оказал тебе хоть какой-то знак внимания? Мужчина задумывается, вспоминает переданную записку, открывает было рот и закрывает его, покачав головой. Право слово, не считать же уже любое дело во благо тем знаком внимания, которое имеет в виду юноша? - Но ты ведь это так не оставишь, дядя? Надо ведь что-то делать, завязать с ним дружбу, потом уже и пригласить куда-нибудь. А вдруг он тоже…? – Фили многозначительно округляет глаза. - В этом и заключается вся трудность знакомства, мой мальчик, - печально улыбается Торин и тянется к своей кружке. Тишину раннего утра нарушает писк только что пришедшего сообщения. Фили склоняется над телефоном, бегает по строчкам глазами и вдруг совершенно неожиданно спрашивает: - Слушай, Торин. Можно определить гея по внешнему виду? - Можно. Увидишь манерного мужика в блестящих узких штанах и белом пиджаке на голое тело – это гей. - Нет, Торин. Я серьёзно. - Зачем тебе это, Фили? – с ироничной усмешкой интересуется мужчина. Юноша мнётся, кусает губы, а потом как на духу рассказывает дяде о своём знакомстве с Кили. Торин слушает внимательно, когда Фили начинает приводить свои умозаключения, сравнивая мальчишку со своим дядей, последнему остаётся лишь удивляться прозорливости племянника, подмечающего в нём почти что всё. - Ну, если опираться на мой пример, - улыбается мужчина, - то, скорее всего. Но Фили, ты эту затею брось. Кроме него самого это никто не подтвердит. Спроси прямо, если так переживаешь. Юноша покрывается румянцем, безотчётно протирая пальцем экран мобильного телефона. - Я не переживаю… Просто тогда в любом случае кому-то из нас или обоим придётся врать друг другу… И потом мне вообще нравятся девочки... Торин кивает головой, хотя знает, какой переменчивой может быть любовь. Фрерин раньше тоже за девушками бегал, как пришибленный на всю голову, а себя нашёл лишь в объятиях брата. - Но мне с ним интересно, - вдруг ни с того, ни с сего продолжает Фили. – Кили удивительный парнишка. Знаешь, Торин, у него же вообще родных нет. Я поначалу думал, что он обычный хулиган, но, оказывается, не только… - Так хулиган всё-таки? – раскатисто смеётся мужчина, чувствуя, как от их с ним беседы сразу же теплеет в душе. – Это он тебе сообщение прислал? - Да. Предложил пропустить по бутылке пива. - Ему же ещё вроде восемнадцати нет. Пусть сок потягивает, - улыбается Торин, вспоминая, как сам лет в шестнадцать с младшим братом от родителей тайком банку пива распивал. - Он выглядит даже старше меня. Ему не только пиво продадут, но и что покрепче, - хохочет Фили. – Я в душ. Едва только шлёпанье босых пяток смолкает на верхнем этаже, мужчина с ногами забирается на диван, задумавшись и откинувшись головой в расшитую чёрно-белыми узорами подушку. Может, стоило Фили рассказать нечто большее, посоветовать, как лучше себя вести с Кили? Торин вдруг морщится и качает головой. Что за чепуха?! Его племянник взрослый парень и не смущённая неопытная девица, чтобы раскладывать всё по полочкам. Да и что раскладывать? Только сам Фили поймёт, как себя вести, что говорить, что делать. В крайнем случае, спросит совета. Он умный мальчик, разберётся. Торин устраивается удобнее и запускает пятерню в короткие встопорщенные волосы. Теперь, пожалуй, стоит вернуться к своей ситуации… Кили нервно грызёт губу и в волнении кусает щёки с внутренней стороны. Фили вот-вот должен подойти, а тут такое! - Эй, привет! Мальчишка разворачивается, по-прежнему странно поддерживая оттянутую на животе изумрудного цвета кожанку, и юноша в замешательстве поднимает на него глаза, опускает их вниз и вновь вздёргивает кверху. - Кили… Это чего такое? Кили тянется пальцами к вороту куртки и осторожно расстёгивает молнию. Раздаётся тихий скулёж, и слезящаяся грязная щенячья мордочка высовывается наружу, разражаясь тонким воем. - Господи, где ты его нашёл?! – Фили подступает к парнишке вплотную, запуская руки в отворот куртки, чтобы рассмотреть несчастного щенка. – Это же ещё кроха! Голубые собачьи глазёнки с болью и страхом смотрят на юношу, шёрстка вокруг них слиплась от гноя. - У него там ещё лапа кем-то покусана. А нашёл тут, неподалёку, пока сюда шёл. Сидел и плакал в подворотне возле мусорки. С утра холодно, замёрз, бедный. - У него блохи, - Фили чуть не отскакивает прочь от Кили, в последний момент посчитав, что выглядеть это будет как-то не очень. - Я знаю, - отзывается Кили. – Домой вернусь, так простирнусь тут же. Слушай, Фили. Не против пропустить по бутылке у меня? Его бы в ветеринарку отвезти сейчас… Щенок завозился и вновь заскулил. Круглый такой, толстый ещё за малостью прожитых дней, а уже покинутый и одинокий. Фили кивает, и Кили со вздохом застёгивает куртку чуть выше, чтобы собачонка не продрогла окончательно. Юноша бы вообще посоветовал застегнуться парнишке до самого горла, иначе в такую холодную пору и заболеть можно, но, припоминая свой же вопрос дядюшке про знаки внимания, поперхнулся словами и замолчал, выдав всё за простой лёгкий кашель. В ветеринарке они проводят несколько часов: ждут своей очереди, потом ждут, когда щенка отмоют от грязи шампунем против блох, сделают ему прививки и вживят с уколом чип. Кили хмурится, когда большую часть денег, непомерно большую, всё же отдаёт Фили, но ничего не говорит, прекрасно осознавая, что и так всё потратил до последней копейки. Обоих настигает изумление, когда им сообщают, что щенок оказывается не какой-нибудь простой дворнягой, а хаски. Фили сразу же шепчет мальчишке, что не знает, как к собаке в доме отнесётся его дядя, поэтому Кили становится полноправным владельцем найденного возле помойки настоящего чуда, скрытого под слоем грязи и блох. - Как назовёте? – врач поднимает на парней глаза, приготовившись внести имя в базу данных. - Что, вот так? Прямо сразу? – Фили улыбается, глядя, как Кили нервно смотрит на мужчину и беспомощно переводит взор на него. – Идеи есть? Ветеринар оказывается человеком понимающим, он покорно ждёт ответа, пока ребята вслух и довольно громко перебирают имена. - Может, Вилка? - Это же мальчик, Кили! - Но у него на морде эти его чёрные пятна! Полосочка на лбу и две по бокам, как зубчики вилки! Фили с сомнением разглядывает озарённое внезапной догадкой лицо Кили, взбудораженное, словно у маленького ребёнка. Потом оглядывается на врача, с интересом прислушавшегося к их разговору. - Если по выставкам водить не будешь, звучит вполне оригинально. Я такого раньше не слышал, - смеётся он. – Ну, так что? - Будет Вилкой! – резюмирует Кили, подпирая щёку рукой и глядя, как ветеринар забивает имя в базу данных. Вилка всю обратную дорогу по-прежнему жалостливо подвывает, но выглядит вполне презентабельно. Мальчишка то и дело чешет ему мордочку и за ушком, успокаивая тихими словами и обещая устроить ему не жизнь, а малину. Вдруг Кили резко останавливается, поворачиваясь к Фили. - А у меня же нет ни корма, ни миски, ни игрушек для этой мелочи… Последние метры до дома паренька они уже несутся вприпрыжку, предвкушая отдых, вваливаются в квартиру и захлопывают дверь, Кили же ещё и съезжает по ней к полу, устало откидываясь затылком чуть назад. - Деньги я тебе верну. И за ветеринарку, и за вот эти два огромных пакета. Фили пытается что-то возразить, но мальчишка отмахивается от него, тяжело поднимаясь и затаскивая вещи на кухню. - Фили, подождёшь меня немного, пока я душ приму и вещи в стирку закину? – Кили осторожно выуживает Вилку и передаёт его юноше. – Будь как у себя дома. Мальчишка вдруг слегка краснеет, понимая, что какое уж тут сравнение с особняком в спальном районе, топчется на месте, после чего отправляется на второй этаж, откуда, спустя несколько минут, раздаётся шум воды. Фили глядит на притихшего Вилку, потом озирается кругом с интересом. Беспорядок у Кили творится, конечно, шикарный, но юношу это нисколько не смущает почему-то. Пыль в некоторых местах достигает рекордного по высоте слоя. Пройдясь по кухне, Фили бросает взгляд на гору грязной посуды в раковине и ему даже кажется, что в одной из заплесневелых кружек что-то шевельнулось. - Ужас, - усмехается юноша, вытаскивает миску для щенка, наполняет её кормом и, захохотав от одного имени собачонки, зовёт её. – Вилка, иди кушать! Вилка не дурак. Прихрамывая на перебинтованную лапку и поскуливая, он нетвёрдой походкой ковыляет к миске, в стороны щенка заносит от одного только взмаха хвостиком. Хаски неловко тыкается мордой в плошку и принимается так же неловко есть. Фили придерживает его, чтобы тот не свалился в миску окончательно, и оглаживает чёрно-белую шёрстку пальцами, с нежностью глядя на это умильное создание. Кили застаёт их двоих в совершеннейшей идиллии и с блаженным выражением одного лица и одной морды. - Поел? - И уснул. Фили оттирает с шёрстки остатки собачьего корма и глядит на Кили. На мальчишке свободные шорты и растянутая майка, при любом движении очерчивающая бесспорно потрясающую фигуру и крепкие мышцы. Коричневые волосы потемнели от воды и слегка закудрявились, рассыпавшись тонкими прядками над плечами. Кили подходит и склоняется, упирается руками в коленки, смотря на юношу сверху вниз. От него пахнет шампунем или гелем для душа со вкусом лесных ягод. Безумно приятно пахнет. - Фили, тащи Вилку в гостиную. А я сейчас пиво достану. Юноша проходит через коридор в гостиную. На первом этаже у Кили, стоит сказать, только эта комната и небольшая кухонька. Всё. Никаких изысков. Ничего лишнего. Бордовые обои с разводами словно давят на тебя, они похожи по своему цвету на кровь и навевают дурные воспоминания. Фили укладывает Вилку на небольшой потёртый диван и садится рядом, ощущая лёгкий дискомфорт. Кили выдаёт себя голосом, застыв на несколько мгновений в дверном проёме. - Знаю. Мне они самому не нравятся. А устраивать ремонт пока что накладно. Мальчишка плюхается рядом по другую сторону от перебирающего во сне лапками Вилки и протягивает юноше откупоренную бутылку. Фили отхлёбывает глоток и откидывается чуть глубже, Кили же и вовсе бесцеремонно широко раздвигает ноги, ставя бутылку между ними. Правда, за высыхающими распущенными волосами паренёк прячет расцветающий на щеках румянец, радость от того, что сейчас кто-то сидит с ним. Здесь. В его доме. И даже не кто-то, а друг, если не сказать, что для самого Кили он значит нечто большее. Фили делает очередной глоток и замечает вдруг, что мальчишка странно его разглядывает, задумчиво обводя лицо прищуренными глазами. В горле всё пересыхает, и севшим от лёгкого волнения голосом юноша тихо спрашивает, стараясь не убирать с губ улыбки: - Чего ты? - А ты не думал что-нибудь сделать со своей внешностью? – Кили дёргает бровью, словно сбрасывает с себя глубокую задумчивость, и быстро поясняет, замечая округлившиеся глаза друга. – Нет, я не к тому, что ты… - мальчишка запнулся, покраснел и прокашлялся. – Я вот хочу подстричься, тут оставить пряди, а по бокам сбрить, - показывает рукой. – И ухо, наверно, ещё раз проколю. - Не знаю даже… - Тебе бы пошли дреды, - заявляет Кили. Фили поджимает губы, наблюдая за тем, как паренёк принимается поглаживать пухлый бок Вилки. В карих глазах мальчишки сквозит неприкрытая нежность, и юноша вдруг понимает, что это, скорее всего, первое живое существо, появившееся в доме после смерти старушки. Странно. Хочется сказать ему несколько ободряющих слов или легко похлопать по плечу. Вместо этого Фили разглядывает зелёное стекло бутылки, мешая в ней пиво по мутным стеклянным стенкам. Они сидят несколько часов. За это время Вилка несколько раз просыпается, ползает по их коленям и засыпает вновь в совершенно невероятных позах, смешно раскидав по сторонам задние лапки. Провожая Фили до двери, Кили ощущает нарастающую в груди грусть и пустоту, с тоской и ненавистью поглядывая на бордовые обои. - Ещё созвонимся. И спасибо за пиво. - Не за что. - И береги Вилку, - улыбается на прощание Фили. Кили закрывает за ним дверь, поднимается на второй этаж и уже из своей комнаты следит за отдаляющейся спиной юноши. Громкий вой оставленного без присмотра и компании Вилки оглашает квартиру, и мальчишка задёргивает штору, со вздохом сбегает вниз по лестнице, подхватывая щенка и вновь поднимаясь с ним к себе в комнату. - Ну что, Вилка? Ты же не написаешь мне в постель, если я тебя возьму к себе, правда ведь? Пухлый Вилка подозрительно молчит.