Когда долго смотришь в бездну...

Кили не просто отрабатывает деньги в мастерской. Он живёт своим делом, дышит им, наслаждается. Выполняя обязанности помощника, которыми Торин загрузил его, мальчишка старается разглядеть весь процесс ковки: в свободную минутку он подбирается то к одному мастеру, то к другому. Мужчины на него прикрикнуть могут, двинуть кулаком под рёбра несильно, чтобы не мешался, но нет-нет, да и поглядят на вытянутое от восторга лицо украдкой, для виду пробормочут что-то ворчливо, а потом и минуты не пройдёт, как попросят поднести что, подержать или подсобить. - Занятный мальчонка. Торин, просматривая с Двалином эскизы будущих изделий перед тем, как приняться за составление конструктивных чертежей, отрывается от созерцания бумаг и поднимает голову, прослеживая за взглядом друга. Кили в это время как раз вертится около наковальни, слушая советы кузнеца по вытяжке – вытягивании металлической заготовки в длину. Паренёк, к тихому одобрению предпринимателя, так же, как и он сам, проявляет интерес к процессу в целом, от самого начала и до конца, что выдаёт в нём натуру, стремящуюся выйти за рамки наложенных на работу ограничений. - Твоему Фили достойная пара нашлась, хоть и с яйцами, а не грудью. Ты же переживал за него, с кем он да как. Теперь не будешь, - поясняет Двалин, как будто Торин до этого и не понял такого очевидного намёка. Мужчина выразительно оборачивается к компаньону, но тот нисколько не смущается красноречивого взгляда, чесанув пальцами покрытую татуировками руку, после чего – щетину на щеке. - А Кили безумно схож с тобой характером. Знаешь, я даже, кажется, догадываюсь, почему ИМЕННО ты предложил ему такой вариант. От Двалина невозможно ничего скрыть. Недосказанное он учует, как бы глубоко это ни пряталось. А что самое интересное – согласится с другом и поддержит. - Значит, вот из этого «ходячего приключения» мы сделаем преемника. Мужчина вовсе не спрашивает: он утверждает очевидный факт. - Если он сам того захочет, Двалин. - Захочет, - невозмутимо уверяет его товарищ. – Да так, что в штанах засвербит. Он же, чуть только покончив с уроками, сюда несётся. Конечно, если не с Фили куролесит. Кстати, что там Бильбо? С минуту Торин молчит, просто разглядывает друга, вопросительно вздёрнувшего перечерченную шрамом бровь. Шутить с необычайной серьёзностью, подкалывая собеседника – это конёк Двалина в разговоре. Собственно, как и ловко увиливать из-под тяжёлой руки Торина. - Сегодня приехала его мать. Завтра я иду к нему. Вроде как знакомиться. - Вечер в обществе нетерпимой женщины, - фыркает мужчина, качнув головой. - Двалин! – Предприниматель понижает голос, глянув по сторонам. – Угомонись! Двалин вздевает руки как раз тогда, когда к ним подходит Кили, забирая назад завившиеся от жара пряди и словно стряхивая с короткого ёжика невидимые крохи обжигающего тепла, которые обычно витают возле горна, дотрагиваясь до головы кончиками пальцев. - Снова везде суёшь свой нос? Мальчишка смеётся, спрятав за спину обожженные пальцы, но потом послушно протягивает руку Торину, сходившему за мазью и вернувшемуся обратно. - Кстати, Торин. К Бильбо ведь его мать приехала. Не знаешь, как он там? На «ты» они перешли абсолютно непринуждённо некоторое время назад. С тех пор даже их общение стало проще и легче, а у парнишки стёрлись остатки прошлого стыда и чувства обязанности, которые были написаны на его лице. - Он мне сам позвонит, когда выкроит минутку, - со вздохом отвечает мужчина. Двалин, судя по его глазам, тихо радуется вновь поднятой теме. - Только бы не ляпнула его мать чего лишнего, - без стеснения говорит Кили. – Страшная женщина, судя по поведению самого Бильбо. Он когда раньше упоминал её, ёжился аж, хотя во взгляде и сквозила не то любовь, не то жалость. Отвратительное чувство, - мальчишка передёргивает плечами. - Вот и я говорю, что нетерпимая она женщина. - Нетерпимая, видимо, не то слово! – Кили с жаром подхватывает слова Двалина. – Меня мать, ладно, с самого начала не любила, раз бросила, - произносит, вдруг странно закаменев лицом и напрягшись. – А выгнать с порога дома подростка, чтобы через несколько лет, ощутив своё одиночество, завлекать обратно, да ещё и так подло… - Я не хочу с нею ссориться, - честно признаётся Торин. – Не хочу грубить незнакомой мне женщине. И судить её тоже не хочу. Всего лишь защитить Бильбо и сохранить в нём уверенность. - Если не может Бильбо дать матери отпор, это должен сделать ты, - категорично заявляет Двалин. Кили молчит, но по его глазам мужчина понимает: мальчишка с ним полностью согласен. Уже вечером, отправив племянника ночевать к пареньку и оставшись один, Торин наконец-то с радостью и волнением бросается к мобильному, едва загорается его дисплей. Голос любимого на другом конце кажется бестелесным и тонким. Призрачным. - Бильбо?! - Торин, - как-то вяло говорит ему молодой человек полушёпотом, после чего, будто пронзённый волнением, - ты же придёшь завтра?! Столько в этих словах надежды, просьбы не оставлять его, что мужчина даже головой кивает и принимается нервно расхаживать по гостиной, бросая задумчивые взгляды на зажженный камин. Бильбо говорит быстро, урывками, словно его мать то проходит мимо где-то у него дома, то и вовсе останавливается рядом, потому что молодой человек замолкает и отвечает на чьи-то вопросы односложно и робко. А потом и вовсе быстро прощается, повесив трубку. Торин ещё долго ворочается в постели, обдумывая, что можно сказать этой женщине, как держаться рядом с ней. А потом ловит себя на мысли: он рассматривает её со всех сторон, изучает, как нечто опасное и угрожающее. И сразу же вспоминает свою мать и естественное чувство гнева к ней, когда даже болезнь Фрерина не успокоила её. - Просто буду самим собой, - решает мужчина, закрывая глаза. – Двалин прав. Как всегда. Белладонна Бэггинс производила впечатление одинокой, но страшно гордой женщины. Ухоженная, с идеально уложенными волосами, красивым маникюром и строгими чертами лица. И совершенно холодная. В её глазах не было места для любви к своему сыну, - это Торин понял очень быстро, - в них лишь необходимость в нём. Не более. Она поздоровалась с ним за руку и отдёрнула её тут же, пытаясь скрыть брезгливость: не вышло. Миссис Бэггинс была явно неприятно удивлена, женщина никак не ожидала, что объектом злорадных мыслей станет высокий подтянутый мужчина с суровой красивой внешностью, прекрасно одетый, обеспеченный, образованный и умный. Это вогнало ещё глубже занозу уязвлённого самолюбия в её сердце. А Торин не стеснялся выражать поддержку в адрес Бильбо: он ласково гладил его ладонь, стоя рядом, иногда соприкасался плечом с ним или же и вовсе нежно целовал в висок. Молодой человек бледнел и пытался отстраниться под пронизывающими взглядами матери: мужчина не удерживал, но и далеко не отпускал. Лёд в жестоких глазах придавал ему пущей уверенности в себе, Торин вспоминал, каково это, защищать своего любимого, и тогда его сердце яростней и уверенней стучало в груди. В какой-то момент предприниматель заметил за собой, что уже и сам с лёгким раздражением поглядывает на женщину, на её тонкие губы, пока она что-то коротко и резко говорит, на пальцы, нервно отбивающие такт ногтями по столешнице, смотрит в холодную глубину мастерски подведённых глаз, внимательно следящих за сыном с собственническим чувством. Белладонна Бэггинс перехватила его взор и внезапно гадко ухмыльнулась, словно радуясь возникшему поводу начать их неприятный разговор. - Что Вы так глядите на меня, Торин? – Тонкая рыжая бровь взлетает кверху. - Как ТАК? Бильбо, вздрогнув и передёрнув плечами, жалко улыбается матери, пытаясь добавить в голос укор. - Мама… - Не мешай мне! – Женщина тонко взвизгивает, заставляя взрослого сына сжаться от окрика. Торин чувствует на себе косой взор молодого человека, чувствует его смущение и боль, а ещё – любовь к матери, пусть и такой несносной и жестокой. Мужчина в чём-то разделяет мысли Бильбо, его желание быть понятым и принятым. Но иногда нужно уметь смириться, чтобы в один прекрасный момент, взрастив из неудачи уверенность в себе и отогнав чувство страха, шагнуть из бездны навстречу солнечному свету. - Мы ВСЕ тут взрослые люди, Белладонна, - начинает Торин, и прищуренные глаза впиваются в него ненавистным взглядом. – Я хочу серьёзно поговорить с Вами, если Вы, конечно, способны на это. - Ч-что? – дрожащим от ярости голосом переспрашивает женщина, теряясь на секунду от такого заявления в свой адрес. Румяна на её скулах становятся ярче из-за разливающегося под кожей жара. - Для Вас всё это слишком сложно, но я люблю Вашего сына и не вижу здесь ничего плохого. - Вот как? – Надменно переспрашивает миссис Бэггинс, кладя ногу на ногу и откидываясь глубже в кресло. – Не видите ничего плохого в том, что противоречит самой природе? - Вы хотите внуков? - Я хочу, чтобы моего сына не трахал мужчина! Это омерзительно! На последних словах женщина пронзает полным презрения и гнева взглядом Бильбо. Молодой человек не смотрит ни на мать, ни на Торина. Но последнему и не нужно видеть его глаза, чтобы понять, о чём тот сейчас думает. Как-то раз полицейский рассказал ему, что после самого первого и страшного предательства своей юности, выставленный под осуждение всех соседей, он даже был готов согласиться с матерью, попытаться перебороть себя. Попытка познакомиться с девушкой закончилась оглушительным провалом, и когда паренёк рассказал, что женщины его никак не привлекают, миссис Бэггинс вышвырнула на улицу сына, сказав, что не желает больше видеть. Но, спустя годы, всё чаще отвечая на звонки уже повзрослевшего Бильбо, она забыла о своих словах, нагло влезая в жизнь, которую вычеркнула из сердца, не прекращая попыток вернуть «на путь истинный». - Значит, так Вы представляете себе поведение Бильбо? - Я люблю его, мама, - вдруг подаёт голос молодой человек, садясь прямо и стараясь не выказывать всей боли от этого разговора. – Я люблю Торина. - Знакомые всё слова, - отмахивается женщина, фыркнув и закатив глаза. – Мне напомнить тебе, что случилось потом? Бильбо, кстати, расскажешь мне, через сколько рук ты прошёл, прежде чем снова разбрасываешься такими фразами? - Я люблю Вашего сына, - ледяным тоном повторяет мужчина, нахмурившись и больше не сдерживаясь. К чёрту. – Я достаточно опытный и взрослый, чтобы с уверенностью Вам сказать, что не шучу. Какая же из Вас мать, если столько лет спустя Вы так и не поняли его, не попытались этого сделать? Бильбо Вас до сих пор любит и терпит оскорбления от родного человека. Я же больше терпеть не намерен! Торин встаёт, скрестив на груди руки. Белладонна Бэггинс принимает вызов, поднимаясь следом, белая от гнева. Женщина упряма, но и противник её вцепился в сына мёртвой хваткой. Нет, даже не так, к сожалению: это она вцепилась, а мужчина защищает изо всех сил, что уже заставляет миссис Бэггинс проигрывать. - Вы не любите сына. И не любили. Ещё с того самого момента, как ушёл Ваш муж. Вы перенесли на маленького мальчика вину за это, и она росла с каждым годом его взросления. Тонкое запястье резко взлетает в воздух. Шумно вздохнув, Белладонна отвешивает предпринимателю пощёчину, царапнув ногтями по губе. Торин невозмутимо и со спокойствием поворачивает лицо обратно к ней, слизывает выступившую каплю крови, поднимает глаза и с лёгким удивлением обнаруживает перед собой спину Бильбо. Молодой человек задыхается от переполняющих его чувств и мыслей: любимый смог сказать матери самый большой его страх, которым он даже с ним не поделился. Ощущать себя виновным за уход отца. Все эти годы. - Не смей его бить! Ты обиделась на правду?! Бильбо сам не знает, спрашивает ли он или утверждает. Но женщина бледнеет ещё больше и, размахнувшись во второй раз, отвешивает пощёчину уже сыну, стискивая зубы, чтобы не разрыдаться. - Я расскажу о вас двоих на твоей работе! – Шипит она Бильбо, спешно собирая свои вещи, которых и так взяла не много. Видать, надолго не собиралась приезжать. - Рассказывайте, - отвечает ей Торин, привлекая молодого человека к себе. – Но только знайте: даже если Вы и посмеете это сделать, я его всё равно не брошу. В самый последний момент перед тем, как за женщиной захлопнулась дверь, мужчина успевает заметить слёзы в её глазах и, возможно, осознание своей неправоты. Возможно, но не точно. Под боком устало и обречённо выдыхают: Торин разворачивает Бильбо к себе и подцепляет подбородок пальцами, рассматривая несколько красных полос на лице. - Прости, я не сдержался. - Такое чувство, что мне она дала всего лишь глотнуть немного свободы. Я так и не смог поставить точку. Молодой человек задирает голову, вглядываясь в синие ласковые глаза. А Торин не может оторваться от созерцания приоткрытых губ, чувствуя, что одними поцелуями и ласками Бильбо сегодня не отвертится. - Ты молодец, ты меня защитил. Полицейский тихо стонет, когда язык властно проникает в рот, изучая каждый кусочек этой глубины. С момента ухода матери прошло всего минут десять, а он уже течёт и хочет Торина, ощущая на ягодицах тепло грубых ладоней. - Трахни меня, - приподнимаясь на цыпочках, шепчет мужчине на ухо, потянув мочку губами и укусив. – Прямо сейчас. Они раздевают друг друга, отступая в спальню, оставаясь в одном нижнем белье. Присаживаясь на край кровати, Торин подтягивает Бильбо к себе, целуя живот с проступающими на нём аккуратными кубиками пресса, и стаскивает с полицейского боксеры. На головке напряжённого члена уже блестят капли смазки, молодой человек хватается за плечи любимого, не зная, в какую из сторон податься: то ли в глубину тёплого рта, то ли назад, сильнее насаживаясь на пальцы. И там, и там ощущения до безумия сладостны и хороши, так что подкашиваются ноги: Бильбо несколько раз оступается, и, опустив глаза вниз и перехватив потемневший взгляд мужчины, ему уже не терпится выжать Торина досуха и осушиться самому. Любимый встаёт, чтобы снять с себя нижнее бельё, и пока он это делает, его губы целуют полицейского. Бильбо чувствует во рту собственную смазку вместе с чужой слюной и успевает ненадолго приласкать член мужчины, прежде чем тот снова присаживается на край, помогая полицейскому протолкнуть в себя налившийся жаром орган. - То-о-орин! Бильбо выдыхает его имя, скрестив на пояснице ноги и крепко обхватив руками. Слово тут же оказывается слизанным с губ и размазанным по шее, плечам и груди: везде, докуда мужчина может дотянуться. Врываться в тело молодого человека кажется сущим блаженством. Торин уже знает, как к нему прикоснуться, как заставить застонать тоньше и протяжнее, почти что жалобно, умоляя не останавливаться, когда трахать до потери пульса, а когда – настолько медленно, что лицо Бильбо перекосит бешеным недовольством, а сам он начнёт рассержено шипеть и обернёт ситуацию вспять, то есть будет чуть ли не насиловать мужчину, забирая у него причитающееся. Они всё знали друг про друга, и всё равно каждый раз придумывали новый порядок таинства тел, заставляя сходить с ума от желания и ощущений. Задницу слегка саднит, но стоит внутри разлиться жидкому теплу, как Бильбо тотчас сменяет шипение на удовлетворённый стон, несколькими движениями руки догоняя партнёра. Скользкими пальцами он ещё выдавливает последние капли спермы, лёжа на груди Торина и тяжело дыша вместе с ним, после чего вытаскивает зажатую двумя телами ладонь и, придерживая член мужчины, осторожно высвобождает его из себя. Из растраханной задницы начинает медленно вытекать белёсая влага. - Мне полегчало, - усмехается Бильбо, вновь опускаясь на широкую грудь, покрытую испариной. Торин молча перебирает взмокшие пряди на его висках, вдыхает запах их вспотевших тел, ощущая в воздухе прощальную нотку духов миссис Бэггинс. И внезапно отчётливо понимает: он любит молодого человека настолько, что готов сделать ему предложение. С Фрерином они всё откладывали и откладывали подобную мысль, желая вначале прочно закрепиться в жизни. А потом уже стало не до того… - Чего ты как-то странно улыбаешься? По лёгкому дрожанию груди Бильбо понимает, что мужчина подавляет смех, и, приподнимаясь, глядит на него. В синеве глаз он успевает заметить нечто любопытное, но оно мгновенно ускользает куда-то дальше, растворившись. Затаившись. - Ничего. - Торин! Молодой человек недовольно тыкает его под рёбра, и мужчина, хохотнув, перекатывается со спины на живот, подминая под себя охнувшего Бильбо. - Я обязательно расскажу тебе. Но позже. Договорились? Снова поцелуй в губы, и Бильбо думает, что Торин умеет убеждать.