Расстрел

      Голова странно гудела. Казалось что вот-вот она должна взорваться.       — С добрым утром.       Это было неожиданно. Олегсей давным-давно перестал слышать эту фразу по утрам у себя в доме. Даже от Димы, который не так давно появился в его жизни.       — С добрым…       Голос был хриплым. Кажется, он опять забыл закрыть окно, уже привыкнув спать в холодной квартире.       — Я ждал, когда ты проснешься.       Дима был отчего-то счастлив. Он улыбался, вдыхая морозный воздух.       — Готов сегодня взорвать что-нибудь?       Олегсей смотрит в вечно растрепанные волосы, переводит взгляд на движение занавески и падает на кровать, задыхаясь. Что-то было не так.       — О, у тебя приступ, всё хорошо, Олежа. Не беспокойся. Он скоро пройдет.       Олегсей хватается за горло и сипло дышит под чужую указку. По сигналу сработал будильник, начиная громко играть классическую музыку.       — Наверное, здорово задыхаться под арию Паганини. Как считаешь?       Олегсей хрипит под громкий смех Димы и падает на пол. Такие приступы были для него в новинку.       — Что… это…?       Олежа чувствовал, как воздух в дыхательных путях остановился. Он видит бензиновые пятна на воде. И ему становится чертовски хорошо, а затем чертовски дерьмово. Его отпускает.       — Словил кайф, мазохист? Ха-ха! Больной на голову ублюдок.       Олежа должен понимать, что это ненормально. Он должен вызвать скорую, но продолжает лежать на полу. Сейчас всё придет в норму, и он сделает всё, что захочет Дима.

***

      Голова идет кругом от свежего декабрьского воздуха. Ему хорошо, невероятно. Он вдыхает мороз, желая чтобы его легкие превратились в иней.       — Чего ты там возишься?       Олежа не знает. Возможно, он просто расхотел взрывать частный сектор.       — Невероятно. Ты такой сентиментальный. Стоило тебе один раз задохнуться и ты готов поставить все наши планы на корню, подышав.       Олежа смеётся и устанавливает бомбу в назначенное Димой место. Здесь давно не жили люди.       — Просто старые дома, в которых обитали бомжи. Этот взрыв ничего не будет стоить для государства, но всколыхнет общественность. Правда невероятно как быстро люди объединяются против одной проблемы?       Олежа грустно кивает, и где-то на закромах мозга пробегает здравая мысль, что то что он делает чертовски неправильно.

***

      Взрыв.       С высоты многоэтажки это было красиво. Он с замиранием сердца смотрит вниз и думает, что сейчас ворвались не старые дома на окраине города, а его сердце.       Это же нормально наслаждаться разрушением?       Олежа думает, что да. И Дима согласно кивает.       Но Дима — всего лишь плод фантазии Олегсея.