Прошлое не безупречно, но упрекать его бессмысленно. А вот изучать, полезно. 2

— Я просто возмущён до предела! Он просто закрыл дверь прямо перед моим носом! Так ещё и Оттон смотрит на это сквозь пальцы! — негодовал Даниэль, для драматичности поднимая руки вверх и жалуясь Византии. При этом лежа на своей кровати. — Да ладно тебе, не в первой ведь. — сидя на краю кровати друга, ответила гречанка. — Пусть и так, но он никогда не приводил незнакомцев в свою спальню. Тем более, не показывал себя другим кроме нас и Оттона. — тяжко вздохнув, сказал скандинав, думая, как бы вдолбить этому парню в голову правильные вещи. По сути, Империя не настолько старше императора. Он родился то лет двадцать-тридцать назад. Так что, для тех двоих он считался младшим братом, а может даже в какой-то степени ребёнком. Ну, сам Рим иногда и вправду мог вести себя по-детски. Хотя, может сказалось его прошлое? Он то и вправду рос немного, в стороне от всей людской массы. И всё из-за того, каким он родился. Вивиан это преодолела за всю свою долгую жизнь, прямо как и Даниэль. Но вот Ремус? Он ещё молод и может не замечать очевидных вещей и бывает даже груб, неучтив, а иногда даже, высокомерен. Не настолько, но иногда замечается. — Мы с ним поговорим сразу после банкета, в честь объявления наследника. Главное, чтобы он сам не убегал от нас с тобой. — спокойно говорила Византия. — Эх, нехорошее у меня предчувствие насчёт этого. Он начал игнорировать меня, когда я рассказал ему о своей семье. — Семье? — после этого датчан рассказал Вие о своей бывшей жене Эрн, о своём не прожившем и месяца сыне, о том, как после их смерти, он зарекался ни с кем не сближаться. Но как уже известно, скандинав этого не избежал. Тот парень Кир, опять таки, погиб из-за него. Винить в этом своих друзей и императора, Дан не собирался. Понимал, что изначально-то это он довёл всё до такого случая. Кто и виноват, так это лишь он сам. — Знаешь, у меня тоже был муж. — Серьёзно? Почему был? — немного удивлённо спросил Даниэль, приподнимаясь на локтях. — Ну, мы с ним встретились где-то сто лет назад. Я была счастлива, любила его и хотела обзавестись семьей. Но не смогла... Мы хотели иметь детей, но я просто не смогла забеременеть. О том чтобы обратиться к лекарю, мы и не думали. Ты наверное уже понимаешь, почему? — получив лёгкий кивок от друга, гречанка продолжила. — Собственно, мы никогда не смогли обзавестись детьми и приняли к себе в семью, простого ребёнка. Он был брошен на произвол судьбы и мы решили его усыновить. Всё было хорошо. Годы шли, а сын рос и в какой-то момент, захотел покинуть наш дом. Мы его не держали и отпустили, понимая, что ему есть куда расти. — собираясь с мыслями, Византия вновь продолжила. — Мой муж дожил со мной до старости и умер где-то в возрасте 50 лет. Я горевала некоторое время, но после этого, отправилась на поиски своего сына. Но отыскала я его слишком поздно, он уже был стар и немощен. И я смогла проводить его в последний путь, а его жену и детей я не трогала. Оставила на произвол судьбы, ведь никто не поверит молодой девушке, если она скажет что является их бабушкой. Так что, я уже давно потеряла с ними связь и после этого, жила одна. Дальше, всё началось с того, что я нашла Ремуса в лесу. Отбиваться тогда пришлось от целой стаи волков, но я справилась. А дальше, ты и так всё знаешь. Встреча с Оттоном, статус солдат, до командиров. А теперь, мы уже и советники. — Трудно тебе пришлось. — ответил Дан, но прекрасно знал, что понять он её не сможет. Он не прожил и половины стольких лет, сколько прожила Византия. Это будет трудно даже представить, не то что понять. — Не так трудно как тебе. — Каждый из нас через многое прошёл. Так что, жалеть друг друга бессмысленно. — присев рядом с девушкой, процитировал скандинав. — Эх, я надеюсь, ты будешь терпеливей к брату? Он ещё молод и пока не понимает, что значит терять и получать. У него и нормальной семьи то не было. А я, не смогла бы заменить ему мать. — тяжко вздыхая говорила Вивиан, думая, что им уже пора собираться. — Я лучше пойду. Банкет начнётся через несколько часов. Советую и тебе собраться. — Хорошо. Удачи нам всем. И не волнуйся, я поговорю с твоим братом. — тепло улыбаясь, ответил датчан. От его улыбки, Византии сразу полегчало, пусть некое беспокойство всё ещё присутствовало. — Спасибо. — поблагодарила девушка и вышла из комнаты, оставив друга наедине со своими мыслями. Да, сегодня, обычный банкет в честь объявления наследника и двух советников императора. Что может пойти не так?

***

POV Ремус

      Опять Виа лезет со всеми этими жалобами! Бесит! Сколько можно-то? Мне уже и напряжение своё нельзя выпустить? Какая разница как я «расслабляюсь»? С мужчиной или с женщиной. Для меня даже не это важно. Я просто хотел выпустить пар. Хотя, скорее не пар, а злость. Тот рассказ скандинава о своей семье меня невольно разозлил. Нет, конечно, немного жаль что с ним такое произошло, но его слова о том, что он их никогда не сможет забыть, меня немного огорчили. Надо научиться контролировать свои вспышки гнева! Хотя нет, не гнева, а недовольства. Ух, они вдвоём наверняка думают что я ребёнок, который сперва делает, а потом уже думает. Честно, как бы не было неприятно признавать, но отчасти это так. Ну уж извините, что мне сложнее контролировать свои эмоции. Я не виноват. Это даётся мне труднее, чем этим двоим. Они и так прожили раз в десять, больше чем я. Здесь я бессилен.       Скоро начнётся банкет, а нам и мундир-то носить смысла нету. Всё равно проходим весь праздник в плаще и маске. Так что, я не переживал насчёт одежды и вышел так, как обычно. По дороге в зал, немного задумался о Дане. Я наверное его огорчил своими выходками, да так и не извинился. Нужно будет попросить прощения после этого праздника. Зайду к нему ночью и мы поговорим. Я надеюсь, что он войдёт в мое положение и простит меня на этот раз. Кстати, он так и не рассказал, чем закончился тот спарринг с Вивиан. Сестра, та ещё чертовка, отказалась говорить. Так что, не забудем и об этом спросить.       Вообще, хотелось бы не только извиниться перед ним, но и открыто выговорить ему всё. Я хотел бы побольше знать о нем, как о личности. Нет, его прямолинейность так и прет из всех щелей, это видно. Я больше хочу узнать о робкой стороне этого парня, если она кончено есть. Хотя, он вроде может смущаться? Вспомнить тот раз когда он зашёл в мою комнату без стука. Скандинав тогда поймал меня с рабами и пусть через маску это не видно, но глаза выдавали его некий стыд. Надо же какой он невинный оказался. Хотя вроде и жена была, и сын. Ну да ладно, не мне его критиковать.       Главное для меня сейчас, это пережить этот чертов банкет и наконец-то, попросить прощения у Даниэля. Надеюсь, я не проболтаюсь и не скажу ничего лишнего. Ведь если ненароком выговорюсь, даже не представляю чем это закончится. Я ни за что...

Конец POV Ремус

***

      Банкет начался! Пиво, вино, редкие фрукты и закуски. Не пожалели даже мяса. Вся аристократия пришла в нарядном, ведь этот банкет устраивает сам император, нельзя выглядеть небрежно. Хотя, эти замечания вполне относятся к той троице, что пришла в плащах и маске. Никакого стыда! Византия, Римская Империя и Даниэль, оставались в зале, но в неком расстоянии друг от друга. Видимо решили не слишком выделяться, когда за каждым твоим шагом следят. Скандинав участвовал лишь как новая охрана Оттона Великого, так что, он был вне статуса — «слежка». А вот новые советники, чьё лицо ни одна живая душа не видела, стали объектом наблюдении. При чём для всех и каждого. И дело тут не только в настолько скрываемом лице за цветной маской, а в самой личности. Откуда эти двое вылезли? Кто их родители? Они из знатного рода? Откуда у них такие обширные знания, раз император так спокойно им доверяет и предложил пост советников? Ещё столько вопросов, но ни одного ответа. Единственное что о них известно, это имя, бывшая должность, да боевые навыки. Ни больше, ни меньше. Тут нужно быть предельно осторожным, ведь это даже может оказаться ловушкой. Вдруг Оттон желал такой выходкой выявить бунтовщиков и уничтожить их? Надо в ближайшее время быть тише воды ниже травы, ради сохранения своей же головы. Кто знает, чем всё в итоге может закончится?       А в это же время, молодые члены аристократии, в основном младшие братья да сыновья, не старше и двадцати лет, очень интересовались одной личностью. Византия привлекла внимание не только экстравагантным плащом и маской, но и своей рукой. Пусть никто из парней и не видел её лица, но её длинные изящные пальцы в тонких перчатках, давали совсем другое представление. Её, практически бесшумные шаги и неспешная походка, также завораживали. Слухи о том, что её лицо обезображено отошёл на второй план, да и они были лишь слухами. По сути, никто ведь и не видел её лица, так что, рискнуть стоит.       Всё бы ничего для молодых парней, но есть одна загвоздка. Вивиан была неприступной. Каждого кто к ней подходил, она вежливо и очень даже искусно, отшивала. Это не только начинало раздражать, но и подогревало лишний интерес. А самые несдержанные парни решили сыграть себе на руку. Афродизиак!       Афродозиак растительного происхождения. Вообще, он был слабым и использовался скорее как слабые жидкий прототип духов. Но вот парни умудрились смешать сразу несколько специальных нектаров роз, жасмина и многих других цветов. Отчего получился просто опасный яд, работающий как сильный афродизиак и возможно, со смертельным исходом. Но откуда этим аристократам, не изучающим ботанику, было это знать? Вот они и рискнули, налив в бокал вина, пару капель смешанного раствора. Отдали готовую бомбу замедленного действия в руки одного из слуг и приказали дать его девушке. Конечно, чтобы не вызвать подозрений и не выделять, пришлось поместить бокал среди остальных. — Вивиан, не видел Рима? Он опять куда-то пропал. Только что был в одном углу зала и опять его след простыл. — подходя к девушке спрашивал Даниэль, осматриваясь при этом по сторонам. — Нет не видела. Он наверняка стоит где-то в самом дальнем углу и следит за всем. Он часто так делает. Не переживай. — махнув рукой, ответила Византия, даже не переживая об этом. Для удобства и чтобы показать, что она ни с кем сейчас не собирается дальше разговаривать, гречанка облокотилась спиной к стене. Конечно же, это немое сообщение телом, было адресовано тем парням, что глаз с неё не спускали. — Заметил я их взгляды. Не к добру они. — предчувствуя что-то странное, приметил скандинав. —Как посмотреть. — Мадам, не желаете отведать вина? — подойдя к ним, слуга подал поднос с несколькими бокалами хорошего напитка. — Благодарю, можете идти. — ответил вместо девушки датчан и взял первые попавшиеся два бокала. Ничем не примечательные, ни цветом ни запахом. Совершенно обычные. — Спасибо. — поблагодарила гречанка и приняла бокал. Чтобы не привлекать внимание и спокойно попить, воплощения повернулись лицом к стене и приподняв маски, быстро осушили напиток. Нет у них времени церемониться. Лицо долго открытым держать нельзя, могут увидеть шею или ещё что. Для Дана ладно, могут посчитать просто бледным. А вот Вивиан с красноватым оттенком придётся труднее. Пока они продолжали общаться, держа уже пустые бокалы, вдалеке слышно недовольное цоканье. Те молодые парни, видели, что их обломили и девушка выпила обычное вино, вот только, тот что с ядом неизвестно где. Они забыли в какую добавляли и сейчас, его мог выпить любой кто здесь находился. Это могло принести немало проблем, так что парни решили сразу же уйти и быть подальше от всего происходящего. Кончено же, решив вообще не пить ни капли.       За последующий час, ничего не произошло, а многие напитки уже были выпиты. Молодые не заметили ничьё отсутствие и решили, что яд либо не сработал, либо вылили, так что, со спокойной душой продолжили своё веселье. А вот когда наступал конец банкета, стало хуже. Даниэль конечно не знал, что то самое вино попалось именно ему! Вино с более крепким и горьким вкусом, словно сок хурмы, ничем не привлёк его внимание. Под конец вечера скандинаву становилось хуже. Стало очень жарко, хотелось снять с себя этот, кажущийся очень тяжёлым в данный момент, плащ. Да и не только его. Голова немного кружилась, а сердце начинало стучать громче. Казалось, что он сильно потеет, а дыхание стало сбивчивее. Датчан не видя альтернативы, просто ушёл из зала к выходу. Благо, что большинство присутствующих были немного опьянены алкоголем и не заметили его состояние.       С каждой минутой, шаги давались всё тяжелее и тяжелее. Ноги стали ватными, а тело очень тяжёлым. В глазах стояла пелена и было мутно, а голова словно в тумане. Кое-как отыскав дверь в свою комнату на ощупь, Дан зашёл внутрь. Сил становилось всё меньше и меньше, а он еле-еле дошёл до кровати и упал на него. Кругом темнота, больше ничего не видно, а вот невероятное возбуждение в штанах чувствовалось очень даже хорошо. — *От чего такая реакция? Что со мной? Я не мог напиться до такого состояния, так не бывает. Мне явно что-то подмешали в вино, надо было быть внимательней.* — думал про себя Даниэль, проклиная свою неосторожность и нынешнюю ситуацию. Голова заполнялась самыми неприятными мыслями, а именно, «Я хочу!». Уже по неестественной реакции датчан понял, что это афродизиак. И лишь вопрос времени, когда он потеряет контроль не только над телом, но и сознанием. Хоть какое-то внимание, привлёк звук открывшейся двери. Неспешные шаги, слышались как они идут в сторону кровати и прямо перед Даном, предстал он! Ремус стоял без своей маски, явно немного напуганный происходящим. Видимо он тоже не мог понять, что тут происходит. — Даниэль? Что происходит? Что это... — не успел он спросить, как почувствовал сильный запах, резко ударивший в голову. И это был не просто запах, это было благоухание. Оно действовало на сознание так, что просто туманило всё, что видишь и чувствуешь.       Страны I поколения имели свою, ещё не открытую ими силу. Физически они гораздо сильнее, чем их потомки в лице современных воплощении. Несмотря на их телосложение, силы у них было немерено, ведь в такое время, боевые навыки и сила ценились и имели очень важное значение. Интеллект повышать они не могли, он у них и так высокий был. Но главная способность, это не их физическая сила. Их особенность, это — феромоны! Да, да. Пока что, никто из этих воплощении не раскрыл свои способности к использованию феромонов, ведь их нужно научиться контролировать. Они могут использоваться, как контроль разума. Выпуская их, воплощения могут влиять на инстинкты своих жертв, пугая их до животного ужаса. Настолько, что от одного лишь вида люди бы боялись даже сдвинутся. Но прямо сейчас, когда скандинав не способен их контролировать, находясь под эффектом афродизиака, его феромоны были неустойчивы.       Это можно было понять и по лицу Империи, что лишь вдыхая их частицы, сам начинал терять отголоски разума. Инстинкты взяли вверх и он, словно животное в период гона, набросился прямо на жертву. Датчан даже не имел сил сопротивляться, настоль его тело пало под натиском этой дряни. А вот с желанием оприходовать свою жертву, с таким манящим до безумия запахом, придавало римляну огромное количество сил. Грек не терял времени зря, снимая с себя и с Даниэля всю одежду. Он не слышал ничего, ни мольбы последнего, ни просьбы и жалобы. Он уже не слышал ничего, что могло бы лишить его удовольствия. Было лишь это тело, что манило словно запретный плод. — Умоляю, хватит! Ремус! — молил его скандинав, но тот и не слышал. Каждое прикосновение Империи, отдавалась дрожью во всем теле. Хотелось просто взять и сдаться этим рукам, вот только, сознание ещё пыталось держаться. Но это ненадолго. С каждым движением по груди, животу и шее, заставляли содрогаться от удовольствия. — Прошу... не надо. — уже сквозь сбитое дыхание просил Дан, но его вновь не слышали. Слёзы невольно наворачивались на глазах от страха и непонимания возможного исхода. — Ты так вкусно пахнешь. Я не могу сдерживаться. — игнорируя любые слова, сам себе говорил Рим, продолжая целовать шею своей жертвы. Но попытки датчана оттолкнуть его, всё-таки мешали и пришлось запрокинуть его руки за голову. Уже скованный и ограниченный в движениях Даниэль, не имел и шанса на спасение. Он даже не может пнуть его или ещё что, лишь терпеть и содрогаться, от нехватки сил. А Ремус не терял время, вводя рукой по всем возможным местам и дальше...       Слышалось тяжёлое дыхание по всей комнате. Негромкие скрипы кровати, что растворялись на фоне этих стонов, были отведены на второй план. Тело под римляном дрожало от удовольствия, когда он в него так грубо и быстро проникал, задевая самые чувствительные и потаенные места. Скандинав уже давно потерялся в счёте. Сколько раз они уже это сделали? Сколько ещё он может продолжать? Сколько времени прошло? Ответы на эти вопросы он пока не получит, ведь Империя ещё был полон сил и энергии. Феромоны даже не думали ослабляться. Наоборот, они становились только сильнее и сильнее, и теперь, уже двое воплощении отдались своим инстинктам и желаниям. Сегодняшняя ночь, станет самым, тяжёлым для обоих...

Страсть лишена объективности, она лишена правды. Поэтому помните: если мозг охвачен возбуждением, вы в опасности...