Прошлое не безупречно, но упрекать его бессмысленно. А вот изучать, полезно. 2

      Событие за событием и вот, долгожданный банкет в честь рождения ещё одного воплощения с флагом, чьи родители были рады пригласить на празднование своих друзей, членов семьи и союзных партнёров. Будь это обычная страна, на банкет мало кто пришёл бы, но это рождение наследника из возможного союза нескольких стран, а значит, политическая значимость. Дания был рад получить письмо, особенно после того, как долгое время получал письма с просьбой помочь присмотреть за роженником и заодно рассказать, как всё это вообще проходит. Шотландия не волновался об этом, даже когда узнал, что забеременел, даже когда срок уже подходил к концу и даже когда рожал! Для него это всё прошло как само собой разумеющееся, с ожидаемой болью и своими проблемами, которые посещают всех женщин при беременности. Вот только, такого не скажешь про Англию, который волновался и паниковал без основания. Успокоился он слава Богу только когда малыш родился, а Арону уже ничего не угрожало. Истинное имя малыш получил красивое, немного вдохновляющее и по истине гордое. Будто это имя было дано соколу или же льву. Его назвали — Бэрут(конечно знают только родители) и его полноценное имя было — Британская Империя Бэрут.       Флаг британца был похож на наложение трёх флагов друг на друга. Флага Англии, Шотландии и Северной Ирландии. Оно представляет собой синее прямоугольное полотнище с изображением красного прямого креста в белой окантовке, наложенного поверх белого и красного косых крестов. (Ссылка на объяснение флага внизу. Можете пролистать, зайти, посмотреть, а потом и продолжить чтение). Сам мальчик оказался обладателем темных волос с немного тусклыми, зелено-голубыми глазами. Волосы от кого не ясно, но вот цвет глаз ему достался от обоих родителей. Англичанин этот, не сумевший скрыть своей радости, словно инфантильный дурак, устроил банкет в честь рождения сына и наследника. С тех пор как они подписали соглашение между Шотландией и Англией, это привело к образованию Британской Империи. Но это было неофициально, она всё ещё была не окончательной, но вот рождение Бэрута показало, что союз этот, уж точно будет окончательным.       Банкет будет проходить в одном из крайних городов территории Англии, чтобы многим было легче добраться до него. Приглашены были лишь те, с кем новоиспечённые родители имели хорошие, ну или более менее нейтральные отношения. Были приглашены такие страны как Священная Римская Империя, Королевство Пруссия, Дания, Норвегия, Австрийское Королевство, Русское Царство с её всё ещё молодым сыном Российской Империей, Казахское Ханство и много кого ещё. Таких стран как Королевство Франция, Испанскую Империю и Португалию, не звали лишь из-за нарастающего между ними недавнего конфликта, но это не значит, что банкет пройдёт лучше без них. В какой-то век страны дружат, в какую-то конфликтуют, политика есть политика, и никогда не знаешь, когда тебе вонзят нож в спину. Но сейчас не до конфликтующих врагов, а празднование, хороший повод собраться и провести время, немного отвлекаясь от своих пробели. Кому-то это поможет расслабиться, кому-то завести новые знакомства, особенно странам, которые только-только встают на ноги. Интересно, будут ли какие-либо последствия этого праздника? Поживем увидим.

***

— Дания! Добро пожаловать! — *крепкие объятия*. — И я рад тебя видеть Англия... Угх... Может отпустишь уже? — Ах да, извини, пойдём. Шотландия наверно не ожидал того, что ты приедешь намного раньше праздника. — Просто захотелось увидеть вашего сына первее других. — Тогда пойдём.       Поднявшись в одну из спальных комнат огромного особняка, страны увидели занимательную картину. Арон сидел в кресле и смотрел на лежащего и запеленованного малыша, который уже не спал. Дания успел умилиться, узнать имя и как вообще поживают родители, особенно шотландец после родов. Выглядел он получше, чем Даниэль после своих, что уже хорошо. Может разница в том, что у того был один ребёнок, а у него близнецы? Вполне возможно. Страны успели обсудить быт детей, уход и вообще всё, что им нужно для жизни, но вот тема медленно перетекала в более серьёзную, пока не дошло и до общей проблемы. — Дания, ты так и не ответил на то предложение о выборе стороны. Если ситуация с землями не решится и ты не подашь голос, боюсь, что войны не избежать. — Аллан выглядел слегка обеспокоенным. Неудивительно, он ведь прямо сейчас, со своим положением буквально ходит по лезвию ножа и одно лишнее движение, посеет хаос. Главное то, что заденет оно не пару прибрежных стран, но и многих на центре и севере, центр особенно. — Англия, я не успел написать тебе по этому поводу, так что заранее прости. Но, ты же знаешь, что ещё с 1397 я состою в Унии с Норвегией и в случае конфликта, он должен будет меня поддержать. Я не могу ввязываться в нарастающую войну, не узнав всей ситуации, поэтому дождись ответа. — Хорошо, но чем раньше тем лучше. Шотландия уже согласился с этим и остался на моей стороне. Ему тоже не выгодно отдавать испанские земли из-за наследия. Голландская Республика также встал на наши позиции и рьяно отказывал в подаче наследия и разрыву соглашения. Недалёк тот момент, когда Франция вместе с Испанской Империи не станут этого терпеть. — Я знаю, но ты же понимаешь, что втягиваешь в этот конфликт ещё и Австрию? Насколько я помню, вы подписывали Гаагское соглашение через Голландию и таким образом, австриец становится на защиту региона от контроля Франции. Они ведь оба вновь получали свои коммерческие права в Испании. — Сейчас меня больше волнует Рисвикский договор 1697 года. Рим ведь принимал в нём участие, он не рассказывал? — Рисвикское соглашение? Не то соглашение о завершений десятилетней войны Аугсбургской лиги? — уточнял скандинав. — Да, оно самое. Франция нагло нарушает пункт своего договора! Это уже крайняя наглость! — разозлившись, Англия стукнул кулаком по столу, из-за чего некоторые бумаги упали на землю. Он вспомнил то условие о которых они договаривались. Разрыв договора и нарушение, у них наказуемо. Выплаты будут большие в случае проигрыша. — Было же всего три условия со стороны Франции. Это отказ поддержки на английский трон Якова II, прекращение вмешательства в дела Кёльнского курфюршерства, являвшегося одним из выборщиков императора Священной Римской Империи, и отказ от претензий на земли Курпфальца. И какой же из них он нарушил? — спросил Даниэль, собирая упавшие бумаги в руку и читая условия договора. — Он вновь поддерживает Якова и даже его сына! И это не просто не поддержка, это заявление об единственном наследнике Вильгельма! — Тогда причём здесь Голландия? — Из-за того что французы внедрили в Испанские Нидерланды своё войско. — Поэтому вы начали собирать армию? — Да. — Тогда ты уже должен понимать, что это косвенное объявление войны. — Сказав это, датчан положил бумаги на стол и стал пальцем указывать на пункты последнего соглашения. — Он не просто нарушил условия договора, он начал мобилизацию и открыто позволил это увидеть! Провокация на лицо и ты хочешь на это повестись? — Если бы я повелся на эти дешёвые провокации, то уже объявил бы им войну вместе с Голландией. — Так значит, твоя мобилизация это предупреждение? — Да. Я дал им отсрочку на год. Если нападут, терпеть такое я не стану. — Хорошо, тогда я пришлю тебе ответ и в случае положительных последствий, датско-норвежская уния будет на твоей стороне. — Благодарю. — Что ты будешь делать с Римской Империей? Он ведь тоже из-за Австрии будет втянут. — Я собирался поговорить об этом сегодня и из-за встречи, даже договориться по случаю объявления войны. Если он согласится, у нас будет больше шансов уменьшить их общее влияние. Франция лезет в конфликты даже слишком часто и это отражается на общих торговых интересах. — Это случаем не из-за Гегемонии во Франции? — Знаешь что он наделал?! Он отрезал меня и Нидерланды от торговли с Испанией, что серьёзно угрожало нашим коммерческим интересам! Не исправь мы это заранее, экономика в какой-то момент пошла бы в скачок и я даже не знаю, уменьшилась бы она или нет. — Тогда ты должен был сразу разрешить этот вопрос ещё до отрезки и при первых же вмешательствах за наследие. — Я не думал, что этот кретин решится на такое, особенно после нашей последней войны и его проигрыша в 15-16 веке. — Как видишь, может. — Забудь, если уж это неизбежно, я постараюсь ускорить мобилизацию. — Я пришлю тебе ответ через пару недель, когда успею обсудить это с Норвегией. — Хорошо, тогда буду ждать.       После удачного, но неприятного по своей теме разговора, начались приготовления. Слуги носились по особняку и пытались всё подготовить до того, как приедут высокопоставленные гости. Англия своим вкусам не изменяет, весь особняк был украшен дорогими статуями, картинами, некоторые детали даже из чистого золота. Первая проблема которая была в начале банкета, это громкий спор между гостем и хозяином поместья. Дания ни в какую не соглашался одевать всю эту вычурную одежду которая по меркам того времени, считалась «красивой». Она была похожа больше на короткое женское платье, чем на мужской костюм, поэтому протест датчанина понять можно. Он ещё с самого первого собрания дал понять, носить что-то «модное» он не будет! Ни в какую! Его приоритетом будет всё, что не доставляет дискомфорта и в чём можно сражаться, ну а если под ним ещё и оружие спрятать можно, то вообще влюбится. А вот Аллан сказал, что если скандинав будет ходить по банкету в плаще или в одной рубашке и деревенских штанах, то пусть лучше вообще приходит полуголый. Спор продолжался долго и в результате, Даниэль сдался на потеху англичанина, но со своими условиями. Никакой мужской сорочки до колен!(что-то по типу пальто). Никакой обуви на каблуках! И никакой кюлотов(обтягивающие штаны до колена). После таких запретов, Англия немного повозился и в итоге, сделал тому более праздничный и презентабельный вид, несмотря на то, что он носил обычные штаны и кожаную обувь. Низ он не трогал, но вот сверху заставил надеть белую рубашку с манжетами, но без жабо, а сверху что-то на подобии современного жилета из под костюма тройки, причём красного цвета. Перчатки также стали обязательным, чтобы хоть это показывало, что он человек со статусом. Попытки надеть головной убор или парик, закончились тем, что Дания был готов уйти из города в ту же секунду, даже не смотря на то, что англичанин держал его со всех сил. Шотландия очень позабавился с этой сцены и подумал что теперь, стоит почаще приглашать датчанина раньше самого торжества. Хотя бы будет чем заняться и отвлечься от всей этой суматохи.       После пыток с одеждой, который ещё будет продолжаться весь банкет, Дания наконец-то смог отцепить от себя Аллана. Ему не нравилось то, во что он одет, особенно перчатки и отсутствие оружия, но вот спрятать кинжал под жилетом ему всё-таки удалось. Главное, чтобы хозяин самого торжества не узнал об этом. И вот, началось!       Гости приходили один за другим, заполняя весь зал и с каждым часом слышался лишь смех да разговоры. Это мероприятие не только как поздравление родителям и появление их наследнику, но и способ вновь обговорить тему политики, которую они бы обсудили месяцем позже, не будь этого праздника. Присутствовали страны союзники и страны нейтралитеты. Врагов своих звать кончено никто не будет, но вот то, что между знакомыми Англии и Шотландии были враждующие страны, увы нельзя было избежать. Ну хоть проблем они не создавали и на том спасибо. Скандинав пришёл только к середине мероприятия, сказав перед этим, что уж лучше он кое-что обсудить с Шотландией, всё равно он уже успел поздравить англичанина с сыном. Но когда он узнал, что были приглашены и его дети и Римская Империя, всё-таки спустился на банкет. Вокруг было много стран, как знакомых по политике, так и те, кого он редко видел. Особое внимание на этом торжестве привлёк сын Русского Царства. Она уже давно говорила о своих намерениях уйти с поста и передать всё сыну, поэтому это было что-то на подобии дебюта и неофициального представления новой страны. Зная этих русских, все ждали многого, особенно учитывая размеры их территории, а они как многие знали, просто огромные. Может и меньше чем у когда-то Монгольской Империи, но явно близкий к этому числу. Всех удивляло то, насколько мать с сыном не похожи. Нет, основные черты лица и красота у них явно одна, тут даже не скроешь заинтересованность, но вот характеры у них разные. Российская Империя был элегантен, сдержан и явно умнее своей матери, или точнее сказать, не такой наивный. Ну, интересно будет узнать судьбу этой новой страны.       Ища знакомые лица, Даниэль заметил знакомую расцветку с красным флагом и сине-белого креста. Норвегия! Он общался с своим младшим братом Исландией, поэтому скандинав посчитал это возможностью начать их разговор. — Норвегия, здравствуй. — О, Дания, не думал что ты будешь здесь. — После его ответа, Исландия оставил своего брата и друга одних, понимая, что уже начинается другой, личный разговор, в который ему вмешиваться не стоит. — Если бы меня не пригласили, даже не знаю чтобы сделал с Англией. — Надеюсь не убил бы? — Как будто ты меня плохо знаешь? — с довольной усмешкой спросил датчан. Разговор всегда лучше начинать с простой и лёгкой беседы, чем сразу переходить к основной теме, особенно если она касается чего-то сложного и малоприятного. — Я хотел поговорить насчёт... — Не волнуйся, Англия мне уже рассказал о выборе участия в войне против Франции. — И что ты ответил? — Думал обсудить это с тобой. Но если уж выбирать, то я присоединюсь. Франция уже в конец наглеет и продолжается это уже на протяжении сотни лет. Я уже не говорю об его столетней войне с Англией. — Если бы он тебя сейчас услышал.. — Он бы прыгал от радости. — Пффф. Ахахаха... Как всегда на высоте! — Стараюсь.       Успокоившись, Дания продолжил беседу с норвежцем, пока не задал вопрос который хотел — «Где Римская Империя?» В ответ он получил отрицательный ответ, но подтверждение что грек присутствует на банкете, так как его уже замечали. Поблагодарив за разговор, Даниэль вновь решил пройтись по залу, надеясь встретить знакомую тёмную макушку и рост чуть больше 190 см, но пока не смог найти. Зато нашлись двое близнецов, что стояли не так далеко друг от друга. Они были красивыми, высокими как их отец и явно привлекали к себе внимание. Датчан сразу же пошёл к ним, надеясь хотя бы от них узнать где находится их отец, вот только, остановился он на полпути даже не дойдя до братьев, а всё из-за них самих.

Почему?

      Таким вопросом задался датчан, когда увидел взгляд Австрийского и Прусского Королевства. Они общались с другими странами, но при этом украдкой бросали друг на друга взгляды и в них нельзя было не заметить одну, единственную эмоцию. Эмоцию который скандинав никогда не хотел видеть, особенно в глазах дорогих ему стран. Австрия и Пруссия смотрели друг на друга глазами полной ненависти, злости и высокомерия. Они даже не скрывали того, что неприятны друг другу и многие это замечали. Дания совсем не то что огорчился, он был сильно шокирован этим! Он ведь видел их всего месяц или два назад, но чтобы из любящих друг друга братьев они стали такими?! Не могли они за такой короткий промежуток времени начать ненавидеть друг друга. Обидеться, невзлюбить, желать посоперничать да, это ещё объяснимо, но только не такую ненависть. Обычно так смотрят на злейшего врага, примером которого были Англия с Францией. Их взгляды были такими же, переполненными ненависти и горькой обидой за ту политику, которую они вели друг против друга. Скандинав никогда не думал, что между братьями может быть такое напряжение и отношение, это просто в голове не укладывалось. Что произошло за то время, пока они не виделись?! Желание получить ответы вспыхнуло также ярко как факел в ночи. Но, также быстро и угас.       Не успел Даниэль сделать и пяти шагов в их сторону, как его с детьми взгляды встретились. Меньше чем за долю секунды, они поменялись. Теперь, близнецы не смотрели глазами полной ненависти, было что-то и похуже. Это было презрение, обида и явное недоверие. Это ещё больше выбило его из колеи и по настоящему ударило в самое сердце. Ощущение, что его предали те, кому он буквально отдал часть своего сердца. Почему они смотрят таким взглядом на Данию?! Почему? Ответ пришёл сразу.

Они узнали!

      Лишних вопросов или действии уже не надо. Дания развернулся, чувствуя на своей спине взгляд обоих своих детей полный презрения и сжав зубы, ушёл в сторону выхода. Ему нужно найти Римскую Империю! Только он может поведать обо всём что произошло.

***

      Империя не нашёлся даже спустя час, а празднование уже подходило к своему концу. Пусть на улице и был вечер, не так уж и темно, но половина присутствующих уже разошлись, говоря о своих срочных делах. Удерживать их никто не стал. Когда людей явно стало вдвое меньше, найти римляна среди них так и не удалось. Наверное, датчан так бы и ушёл с этого празднования, так и не найдя его, если бы только Англия не решился тому помочь. Он сказал, что видел грека всё это время и замечал как тот его избегает, поэтому посчитал, что им нужно поговорить. Соврав о важном разговоре, Аллан попросил Ремуса подождать его в одной из гостевых комнат, куда и указал идти Даниэлю. Тот радушно поблагодарил его и отправился в нужную комнату. Открыв двери, он увидел стоящего к нему спиной Рима, который... — Англия, так о чём ты хотел по...?       Империя сразу же увидел проходящего в комнату скандинава и неосознанно сжал кулаки. Он был в панике. Старался избегать его, но всё равно они встретились. У него ещё теплилась маленькая надежда на то, что Даниэль ещё ничего не узнал и просто хотел поговорить. Но стоило ему лучше разглядеть взгляд датчанина, сразу же понял, что тот всё-таки увидел отношения детей. В такой момент, Ремус не нашёл что сказать, он просто ожидал реакции того, кого любит, того, кто стоит перед ним и смотрит глазами полных недовольства и обиды. — Священная Римская Империя, — от того как римляна позвали полным именем, с официальным тоном, который они оба не особо любили, Рим начал чувствовать угрызение. Не стоит сомневаться в том что их отношения в данный момент явно не самые приятные. Как будто они находятся в моменте перед супружеским скандалом или разводом. Ужасное чувство. — Как зовут ваших детей? — Королевство Австрия и Королевство Пруссия. — Ответ грека был слабым, без эмоций и какого-либо сопротивления. Он просто отвечал на вопрос, потому что понимал, что тут бесполезны другие слова. Он виноват! Он признаёт! И он будет отвечать за то, что не сдержал своего обещания и доверия! — Я спрошу ещё раз, как зовут ваших детей? — ... Астория и Прийт. — Я спрашиваю тебя! Как зовут ваших детей?! — Австрийское Королевство Астория! И Герцогство Пруссия Прийт! — Дания старался сдерживаться, но боль была сильная. Он со всех сил схватил Империю за ворот одежды и притянув к себе, вновь продолжил. — Ты ошибаешься! Слышишь?! Это не твои дети! Это НАШИ дети! Мы дали им обоим имена! МЫ! Не ты или кто-либо ещё, а именно МЫ! — Д-Дания... — Ты обещал мне, что позаботишься о них! Что ты их защитишь и дашь им то будущее, которое они заслуживают! Так скажи мне, Ремус, что произошло?! Почему они смотрели друг на друга ТАК?! Почему они разделились?! Почему они смотрят на меня с обидой и презрением?! Скажи мне, когда всё пошло не так?! Как долго ты собирался скрывать это от меня?! — Прости... — Прости? Прости?! Думаешь, мне это нужно?! Ты ведь уверял меня, что всё хорошо! Что ты их отец и всё в ПОЛНОМ порядке! Так когда этот необратимый процесс начался?! Почему ты врал мне всё это время?! — скандинав старался сдерживать слёзы и пытаясь выплеснуть эмоции физический, только сильнее сжал ворот одежды Рима.       Это было больно! Им обоим было ужасно больно! Дети, именно ИХ дети, можно сказать отвернулись от них. Даже если они каким-то образом восстановят свои отношения и на словах простят, те отношения которые были с самого начала они больше не вернут. Глубоко в душе, близнецы всегда будут помнить, что когда-то им соврали, их обманули и они не стоят полного доверия. Самое страшное для родителей, это потерять детей, будь то физический или духовно. Именно вторая самая болезненная, так как ты знаешь о них, знаешь, что они живут своей жизнью и в этой жизни нет места для тебя. Это самая настоящая пытка, которая не закончится вплоть до твоей смерти и ты уже никогда это не исправишь. Дороги назад нет ни у кого. Время, увы, не властно никому. Таков закон этого ужасного и по настоящему страшного мира.       За прошедший час пара не проронила ни слова, ни одной слезинки и ни одного глубокого вздоха. Римская Империя сидел на полу, облокотившись спиной к стене и при этом прижимая к себе сидящего на его коленях Данию. Оба воплощения внешне были спокойны, но это только внешне. В душе же у них успел пройтись такой ураган, что обратно их соберёшь ты не скоро. Даниэль спрашивал у себя, винит ли он во всём Ремуса? Да, конечно винит! Не может не винить! Но с другой стороны, он и понимал что не может винить его полностью. Дети могли сделать такой выбор сами, сами решить разорвать отношения с семьёй и сами решить ненавидеть друг друга. Рим возможно старался удержать их как можно дольше и напоминать им о том, что они братья, но видимо это уже перестало работать. Скандинав не собирался и не хотел узнавать о том, что произошло. Ему казалось, что если он узнает о причинах такого поступка детей, окончательно сломается и возненавидит кого-то. Возможно Австрию, возможно Пруссию, но больше всего он боялся, что возненавиден и скинет всю вину на Рима. Того кто был на его стороне с самого начала и до конца. Как он может от него отвернуться? Дети в любом случае покинули бы их и начали бы жить своей жизнью, даже не будь этого случая. Но именно Империя тот кто останется с ним до конца, ведь они пара. Родители покидают, друзья со временем уходят, братья и сёстры начинают свою жизнь, дети в конце концов расправляют крылья и идут на встречу своей судьбе. Но, пара которую ты выбрал должна остаться с тобой до конца, вы есть друг у друга и спасаете друг друга. Когда трудно одному, второй помогает, когда больно второму, первый забирает его боль. Они одно целое и если Дании придётся выбирать между детьми или Римской Империей, он не задумываясь выберет Рима. Того, кто будет с ним до самого своего конца и будет тем, кто обязательно вернётся, что бы ни произошло. — Я-я... — Дания начал говорить с дрожью в голосе. У него как будто ком в горле застрял и не позволял зайти дальше простого обозначения «Я». Мысли путались, словно специально, не давая ему сказать то, что было на сердце. Слишком резко, слишком неожиданно, слишком... страшно. — Дания, ты можешь говорить. Скажи мне всё что ты хочешь, скажи, что у тебя на душе. — Ремус лишь сильнее прижал его, показывая, что ему никто за это ничего не скажет. Дания может говорить абсолютно всё, что хочет, его слышит только он. — Я-я не могу так больше. Я-я устал, банально устал от всего этого. Я больше не хочу править, управлять или бороться. Уже прошло тысяча лет с моего рождения и кажется... это мой предел... Рим, как долго я продержусь? — Боже, Дания, ты не должен терпеть всё это. Я не хочу менять твоё представление о твоей жизни, но ты знаешь, что есть те кто не хотят твоего ухода. Норвегия, Швеция, Шотландия с Англией и я. Ты можешь уйти когда захочешь, тебя никто не держит. Тебя здесь только ждут...

Отношения бросают нам вызов, который мы не хотим принимать. Заставляют нас видеть то, что мы не хотим видеть в наших партнерах и в самих себе.