Улыбка дракона. Грифоны

Чем дальше они удалялись от города, тем более дикими становились берега реки. Если севернее, ниже по течению Дафны леса встречались редко, лишь иногда вклиниваясь в обжитые территории с сельскими усадьбами, с плантациями овощных культур или хлебными нивами, то далее по пути следования следы жизнедеятельности человека встречались все реже, а лес становился все гуще, временами превращаясь в настоящие джунгли. Русло Дафны было богато на поросшие камышом островки, разделявшие течение реки на узкие рукава. Некоторые из этих островов были довольно значительных размеров, на них кроме камышей были заросли кустарника, встречались и отдельные деревья. Для полноты картины не хватало только крокодильих морд, выныривающих из воды. Но ничего подобного видно не было, хотя лес не был безжизненным. Раздавалось щебетанье птиц, довольно часто можно было увидеть, стоявших на одной ноге у самого берега цапель. Они походили на тех, которых видел Макс у себя дома, разве что отличались желтым оперением. В воде была рыба, во всяком случае, парни увидели нескольких рыбин, проплывавших возле самого борта лодки. Примерно часа через два пути сзади, со стороны моря подул ветер, по небу побежали низкие облака. С каждой минутой они становились более плотными, приобретая густо синий цвет. Птицы, словно по команде, умолкли. Резко потемнело. Там же на севере иссиня-чёрное небо перерезала вспышка молнии, через несколько секунд раскатистый гром возвестил о начале грозы. Вспышки молний последовали одна за другой, и вот уже тяжелые капли забарабанили по деревянной палубе, зашуршали в листве деревьев. Путешественникам повезло, что эта гроза не застала их в море, кто знает, насколько был способен выдержать шторм «Стремительный». Дождь был теплый, и после изнуряющей духоты, которая мучила их весь день, парни приняли его с благодарностью. Но Раав и в особенности его бритоголовый спутник были настроены иначе. Они стояли под тентом на капитанском мостике, и Сиет с озабоченным лицом что-то объяснял капитану, показывая рукой куда-то вперед выше по течению реки. Наконец, капитан кивнул и, перегнувшись через бортик, крикнул что-то барабанщику, задававшему ритм движения гребцам. Когда этот ритм ускорился, и гребцы с надувшимися от усилий руками чаще стали погружать весла в воду, толкая лодку вперед, стало ясно, что где-то впереди их ждет место, где можно укрыться от непогоды. Дождь быстро перешел в ливень, и парни решили, что уже достаточно хорошо очистились от морской соли и пота. Ткань хитонов намокла, плотно прилипая к телу. Когда Максим вслед за другом направился в каюту, ему бросились в глаза облепленные тканью ягодицы Марка. То ли оттого, что освещение было примерно такое же, как во время их недавних ночных посиделок в Лемко, то ли еще из-за чего, но Макс почему-то очень ярко представил, что это Марк танцует в коротенькой юбке на площадке таверны в барсальском порту. И Максу показалось, что он был бы не против того, чтобы посмотреть на этот танец. Около входа в кают-компанию они столкнулись с идущим вдоль борта бритоголовым Сиетом. Он бросил на мокрых парней брезгливый взгляд, даже не подумав уступить им дорогу. Это было так неожиданно, что Макс забыл о предмете его недавних размышлений. Этот мужчина был каким-то уж очень странным… Посол Раав тоже держался высокомерно – некуда правду девать. Но за все время их пусть и короткого плаванья он никогда не позволил себе обращаться с атуанцами так, словно они не люди, а грязь под ногами. Макс в очередной раз пожалел, что может читать не все мысли окружающих, а только обращенные к нему послания. Но этот бионец парню ничего мысленно не говорил. Прошло не меньше часа, прежде чем движение лодки замедлилось и они, похоже, достигли точки назначения, где им предстояло провести эту ночь. Успевшие немного просохнуть в каюте парни выскочили на палубу. Дождь к этому времени почти стих, небо стало проясняться. Солен пока еще достаточно высоко висел над кронами деревьев на западе. Слева по борту они увидели сколоченную из толстых досок пристань, неподалеку от нее примостилось похожее на барак длинное строение. Архитектурным центром этого маленького поселка была пирамида – сходная с теми, что они видели в Диисе, только меньше размерами. Недалеко от пирамиды расположилось сравнительно приличное двухэтажное жилое здание. С десяток меньших домиков выстроились в два ряда, образуя что-то типа улицы, которая вела от этого богатого здания к бараку. На всех строениях в этом храмовом поселке лежала печать забытости и запустения, хотя, похоже, кто-то в последнее время пытался навести здесь порядок: виднелись пни от свежесрубленных деревьев, кучи вырванной травы были свалены у берега реки. То здание, что стояло у пирамиды, совсем недавно побелили, а еще освежили краску на дверях и окнах. Когда лодка стукнулась бортом о мостки пристани, на них спрыгнули два матроса, чтобы закрепить лодку, спустить трап. Первым из пассажиров на причале оказался один из слуг Сиета. Он тут же направился вглубь поселка. Пока остальные пассажиры выходили из лодки, этот мужчина вернулся с каким-то ветхим старичком – тоже бритоголовым. Но ранг его был все же ниже, чем у Раава и его спутника – встречая их, он поклонился, почтительно сложив ладони на уровне груди. Так как предполагалось, что они проведут здесь всего одну ночь, основной багаж оставили на корабле. Взяли с собой только самое необходимое, а также продукты для ужина. Как выяснилось, в поселке жил один храмовый настоятель, у него в распоряжении было шестеро слуг, еще четверо молодых мужчин служили охраной. Жила охрана, как раз в этом длинном бараке у пристани, если точнее, то в левой, жилой его части. В пустующей, другой половине барака предполагали разместить гребцов. Капитан с несколькими членами команды оставался ночевать в своих каютах на корабле. Пока шла кутерьма с высадкой и размещением, Максим направился к опушке леса – «слить тормозную жидкость». Марк составил ему компанию. Чтобы не маячить на глазах у посторонних наблюдателей, парни зашли чуть глубже в мокрый от дождя лес. Сам дождь к этому времени уже стих. Влаги в мочевых пузырях накопилось много, кроме того, у Макса запуталась шнуровка на плавках – в итоге вся процедура заняла, наверное, минут пять. Они уже собрались двинуться в обратный путь, когда рядом послышался чей-то приглушенный говор. Повинуясь охотничьему инстинкту или интуиции (как хотите!) парни осторожно выглянули из-за деревьев. У опушки леса стоял тот самый их ненавистник со своим слугой. Они хорошо расслышали только последнюю фразу Сиета: – Поспеши. Ты хорошо понял? Сразу после того, как месяц скроется за деревьями. Не раньше. Смотри, чтобы тебя никто не увидел. Слуга коснулся кончиками пальцев обеих рук лба и низко поклонился, после чего повернулся и, пройдя всего в метрах двадцати от затаивших дыхание парней, скрылся в лесу. Бритоголовый проводил его взглядом, опасливо оглянулся по сторонам и заспешил обратно в сторону барака. Марк, перейдя на беззвучное общение с другом, на всякий случай повторил ему слова жреца, не надеясь на то, что Максим понял не адресованную ему речь. Хотя кое-что из сказанного Сиетом Макс понял и без перевода – жесты бритоголового были весьма красноречивы, парню стало не по себе не столько от самих слов, сколько от скрывающегося в них подтекста. Он не замедлил поделиться своими опасениями с напарником, продолжая общаться беззвучно: – Что-то мне это все не нравится. Что будем делать? – А как мне это не нравится, – покачал головой Марк. – Мы зажаты в поселке, словно в мышеловке. Гребцов вроде бы много, но они будут ночевать около реки. Кроме того, у них нет оружия. Впрочем, достаточно их просто запереть, когда они будут спать. Макс вмешался: – А еще им можно чего-нибудь подсыпать в питье, чтобы они спали покрепче. А Род будет, наверное, ночевать в том свежеокрашенном доме у пирамиды. Интересно, знает ли Раав о планах своего соплеменника? Что именно он задумал? Марк нахмурил брови: – Надо предупредить Рода и остальных наших. Что-то здесь не чисто. Нам же с тобой до захода Дионы, похоже, лучше не ложиться спать. Когда парни вернулись на площадку посредине поселка, посол Род, сохраняя внешнюю вежливость, о чем-то спорил с бритоголовым бионцем, Раав молча стоял рядом. Подойдя ближе, Марк понял, что речь идет о них с Максом, а если точнее, о том, где будут размещаться атуанцы. Послу выделили комнату в доме около пирамиды, трое его помощников, сотрудников создающегося посольства: Свен, Эл и Мирн – должны были разместиться в одном из домишек, расположенном на единственной в поселке улице. Большинство из домиков были непригодны для жилья, в одном жили слуги, и только в двух можно было разместить гостей. В одном остановились бионцы – спутники Сиета, второй выделяли атуанцам. Что касается молодых парней, этот бритоголовый решил, что их статус позволяет им ночевать только с гребцами. Род воспринял это, как знак неуважительного отношения ко всей делегации. Когда Макс понял, в чем дело, после короткого обмена мысленными сообщениями с Марком, он вступил в контакт с Родом. Посол, конечно же, знал о способностях Максима, и во время пути из Атуа на юг они не раз практиковались в подобном общении. Поэтому он никак не выдал себя, когда у него в голове зазвучали слова Макса: – Род, мы с Марком заметили признаки того, что этой ночью должна произойти некая неприятность. Я говорю так расплывчато потому, что мы сами толком ничего не понимаем. Мы не знаем, что именно должно произойти. Не знаем – замешан ли в этом Раав. Но тот, с кем ты споришь – однозначно да. Его решение о нашем размещении, возможно, часть плана. Пусть будет так, как он хочет. У нас будут развязаны руки, если он ничего не будет подозревать. Предупреди, если сможешь, Свена и остальных, чтобы они не ложились спать, а оружие на всякий случай держали наготове. Еще будьте осторожны с питьем, не пейте ничего такого, что не будет пить этот лысый. Род коротко просигналил: «Понял» и постепенно свел спор на нет, согласившись с планом размещения – мол, он понимает, что это вызвано чрезвычайностью ситуации, но хозяева должны понять, что статус всех членов посольства, включая двух молодых людей – самый что ни на есть высокий. Конфликт был урегулирован – во всяком случае, на данный момент. Парни пошли посмотреть на место их предполагаемой ночевки – барак, который находился у пристани. Он был поделен на две неравные части стеной и имел два отдельных входа. Меньшая часть была оборудована кроватями и минимальным набором другой мебели. Здесь жили охранники. Вход в эту половину был со стороны пристани. В другой половине барака, в большом пустом зале на полу лежала гора тростниковых циновок, на которых, как предполагалось, должны были спать Марк и Макс, равно как и парни – гребцы. Вход в эту половину барака был со стороны леса. Тем временем начались приготовления к вечерней трапезе. Она тоже должна была быть разная, в соответствии с рангом человека и тем местом, где он должен ночевать. Из-за недавнего ливня дрова намокли, запас сухого топлива у слуг был небольшой. Поэтому простолюдины, а вместе с ними и Марк с Максом, должны были обойтись без горячего питания. Для них достали сушеную рыбу, немного вяленного соленого мяса и особым способом приготовленные рисовые шарики – нечто среднее между хлебом и кашей, щедро приправленное специями. Все было вполне съедобным, но после такого ужина очень хотелось пить. Появление в зале бочонка с просяным пивом, как дар от преподобного Сиета, было встречено одобрительными криками. Макс переспросил у проходившего мимо гребца, и тот подтвердил, что Сиет – это имя спутника посла Раава, организовавшего эту поездку, а настоятеля этого храма зовут преподобный Мунк. Он не настолько богат, чтобы проявлять такую щедрость. Марк с Максом переглянулись и, ни слова не говоря друг другу, пошли к выходу. Надо было осмотреться на местности. Пить пиво, подаренное тем, кто с такой ненавистью смотрел на них, они не собирались. К этому времени уже стемнело, но серп Дионы довольно хорошо освещал все вокруг. Парни прошли вдоль стены барака, стали на дорогу, ведущую от пристани. Река оставалась у них за спиной. Храмовый поселок был виден, как на ладони. Справа от них был барак, оттуда все еще раздавался гул голосов гребцов. Пиво развязало им языки. Охранников не было видно, но в окошке на их половине горел свет. Далее, вдоль вымощенной из камней дороги (дорога была очень старой – многие камни потрескались, поросли мхом и травой) выстроились в два ряда восемь (теперь парни могли точно подсчитать их количество) одноэтажных домишек. В ближнем правом жили слуги – помощники старика Мунка, вслед за ним был тот, в котором поселились те бионцы, которые сопровождали Сиета. Ближе к опушке леса дорога упиралась в недавно отремонтированный большой дом. Там сейчас пировал посол Род с Раавом и с двумя преподобными. Впрочем, возможно, Раав тоже преподобный, то есть, жрец или священник. Справа на некотором отдалении высилась громада пирамиды. Ну и, наконец, в ближайшем к ним левом домике расположились их новые друзья – трое сотрудников атуанского посольства. Все это парни уяснили (и на всякий случай запомнили) во время спора об их собственном месте ночевки. Не сговариваясь, парни направились к домику атуанцев. Если этой ночью случится что-то серьезное, двоим им вряд ли удастся справиться с проблемами самостоятельно. Марк тихонько постучал в окно. Атуанцы еще не спали. Практически сразу на пороге появился Свен. Судя по голосу, он был не на шутку встревожен: – Что произошло? Род сказал, что вы обнаружили что-то неприятное, что желательно не спать и чего-то ждать. А еще не пить лишнего. Мы и не стали пить местное пиво, благо у меня была припасена бутылочка настоящего пуарского. А источник родниковой воды мы обнаружили вон там, на площади у пирамиды. Давайте, говорите – в чем дело? Марк коротко изложил то, что им удалось невольно подслушать, и свои мысли по этому поводу. Свен задумался, потом сказал: – Пойдем, посоветуемся с остальными. Через минуту все пятеро уселись в кружок на полу. Пока Свен и Марк вводили своих коллег в курс дела, Макс оценивал тех, с кем бок обок, возможно, придется встречать опасность. Во время морского путешествия, когда молодые люди загорали голышом на верхней палубе, другие члены посольства, чтобы не умереть со скуки, проводили время в тренировках. Так что их пристрастия в плане выбора оружия для боя были им известны. Свену тридцать пять лет, у него очень сильные руки, ловко управляющиеся с любым колющим и рубящим оружием. Мирн – тридцатилетний крепыш с каштановыми волосами – утверждал, что больше всего любит метать дротики, но мог при необходимости орудовать и холодным оружием. Блондину Элу нет и двадцати пяти; он не расстается с каким-то особо ценным луком. Макс видел, как он упражнялся в стрельбе во время путешествия. По словам Марка, он один из лучших в Атуа стрелков. Марк, как Максим сам мог убедиться, отличный фехтовальщик. В принципе, у них получалась довольно гармоничная команда, пусть и малочисленная. Марк окончил рассказ, все замолчали. Наконец, Эл начал рассуждать вслух: – Если после захода Дионы будет нападение… А всё, что мы знаем сейчас, это: подслушанный разговор, ушедший куда-то вглубь леса посыльный, необычный выбор места для ночевки, а также то, что послы расположились так далеко от тех, кто может им оказать помощь в случае опасной ситуации. Это свидетельствует в пользу версии о готовящемся нападении. Так вот, если оно будет (и, кажется, мы знаем, кто подвергнется нападению), то в нашем распоряжении осталось всего часа полтора для подготовки к нему. Марк, хоть и не был старшим среди присутствующих ни по возрасту, ни по рангу, взял инициативу на себя: – Ты прав. Ждать нечего. Надо начинать готовиться. Давайте определимся, как у нас обстоят дела с оружием. Сабли есть у всех? Эл ответил: – Мне будет достаточно и лука, я надеюсь. Но у меня в колчане маловато стрел. Подал реплику и Мирн: – Мне хотя бы десятка два дротиков… –Хорошо, – кивнул Марк, – у нас с Максом клинки при себе. Они, так получилось, недавно испытаны при не самых приятных обстоятельствах. Давайте сделаем так. Мы с Максом пойдем, разведаем, где лучше всего устроить засаду или хотя бы наблюдательный пункт. Ты, Эл, вместе с Мирном осмотришь в данный момент пустующие, не жилые дома. Вдруг что-то из оружия найдется. А ты, Свен, сходи к стражникам. Ничего определенного им не говори, но разведай обстановку. Наверняка охрана высокопоставленных гостей их обязанность, возможно, они помогут с оружием. На все это у вас не больше чем полчаса. Встречаемся здесь. Действуем тихо. Никто не должен ничего заподозрить. И будем молить великих Отца и Мать, чтобы эти страхи оказались ложными, и в полночь к преподобному Сиету придет всего-навсего его тайный любовник.