Улыбка дракона. Грифоны

Ждать пришлось не очень долго. Минут через пятнадцать внизу стукнула входная дверь, послышались осторожные шаги. К этому времени серп ночного светила практически полностью скрылся за верхушками деревьев, но, одновременно, небо заволокло не то туманом, не то легкой дымкой. В результате, хотя Диона и скрылась за горизонтом, но отраженные от ее поверхности лучи Солена все равно проникали через капли тумана, наполняя пространство рассеянным светом. Привыкшие за время ожидания к такому освещению глаза парней могли отчетливо видеть практически каждую деталь происходившего вокруг здания. Когда человек, отдалившись от дома, пошел по направлению к лесу, они узнали в нем Сиета. Бритоголовый мужчина, не дойдя нескольких метров до опушки, остановился, огляделся по сторонам, прислушиваясь. Так прошло около пяти минут. Сиет все так же неподвижно стоял у края леса, когда едва слышно зашуршали ветви низкорослых деревьев, и рядом с преподобным возник какой-то крупный мужчина. Можно было подумать, что версия о тайном любовнике жреца находит свое подтверждение. Но, обменявшись парой слов с Сиетом, этот неизвестный повернулся лицом к лесу. В его руке блеснуло лезвие меча, мужчина тут же поднял его над головой. Повинуясь команде предводителя, из-за деревьев стали появляться все новые и новые люди. Каждый держал в руке клинок. У двоих или троих помимо этого на плече висел еще и лук. Макс насчитал уже больше десятка воинов (или, скорее, разбойников – одеты они были в какое-то отрепье, определенной формы одежды не было), когда услышал, как Эл натягивает тетиву своего лука. Тут что-то нашло на Макса и, импровизируя на ходу, он заговорил, мысленно обращаясь к Сиету: – А ну, посмотри мне в глаза, жрец. Что ты надумал делать? Не боишься небесной кары? Так как Сиет стал изумленно вертеть головой, пытаясь определить, откуда звучит голос, Макс продолжил: – Это говорю я, древний грифон, стоящий здесь, на крыше уже сотни лет. Но такой отвратительной мерзости, которую задумал ты, я еще никогда не видел. Жрец поднял глаза вверх, вглядываясь в каменные фигуры на крыше, сделал шаг вперед. Тем самым он открылся. Главарь банды до этой секунды частично прикрывал его свой широкой спиной. Макс увидел даже, как блестят глаза преподобного. Эл понял, какая для него открывается возможность. Засвистела отпущенная на свободу тетива. Сиет упал на землю, хватаясь руками за впившуюся куда-то в голову стрелу. На несколько секунд бандиты замерли. Но их главарь быстро опомнился, он что-то заорал, указывая мечом на дом. Нападавшие, разбившись на две группы, стали с двух сторон обходить здание. Всего в банде, как показалось Максу, было примерно человек двадцать. Пока бандиты перегруппировывались, Эл сразил еще одной стрелой молодого парня, который как раз снимал с плеч свой лук, одновременно пытаясь разглядеть, где именно на темной крыше притаился враг. Макс хотел тоже найти себе цель, но его отвлек призыв Рода, который услышал шум, и пожелал узнать, что происходит. Самих бандитов он еще не видел, они не успели обойти ближний к нему угол дома. Макс, уже не таясь, громко крикнул ему, что нападение началось, спросил: – Какая обстановка в доме? Посол ответил на всякий случай безмолвно: – Я закрыл дверь на этаж ножкой от стула. Некоторое время она выдержит. Я сейчас пойду, разбужу Раава и преподобного Мунка. Пока они разговаривали, те из бандитов, которые обходила дом с севера, нарвались на засаду, которую устроили атуанцы под прикрытием душистого кустарника. Воина, который шел во главе группы (к сожалению, это был не главарь – тот обходил дом со стороны пирамиды), пронзил дротик, посланный рукой Мирна. Бандит захрипел и упал на землю. Пока нападавшие не опомнились, в их сторону полетело еще одно короткое копье. К сожалению, этот бросок был менее результативным. Бронзовый наконечник лишь задел бандиту предплечье. Со стороны домиков привлеченные шумом сражения показались два помощника Сиета. Они были безоружны, и ввязываться в сражение, которое начиналось на северной стороне, им явно не хотелось. Они повернули в другую сторону, наткнувшись там на группу, которую вел главарь банды. Бандиты из этой группы успели за это время потерять еще одного человека – Эл не терял времени даром. Кто-то из лесных разбойников крикнул слугам, что их господин ранен и лежит у опушки леса, и они ринулись искать Сиета. Макс понял, что пора бы и ему поучаствовать в сражении. Его интересовало, прежде всего, что делает Марк. Доставая лук и готовя стрелу, он глянул вниз. Давно уже пора было это сделать. В этот момент трое головорезов нападали на отчаянно сопротивляющегося Марка. Один из нападавших стоял к Максу спиной. Спина была настолько широкой, что промахнуться было невозможно. Скорее всего, Максим в спешке перепутал левую и правую сторону жертвы, и неизвестно – попал ли он бандиту в сердце, но, в любом случае, стрела вонзилась в голую спину; разбойник захрипел и упал навзничь. – Спасибо, – донеслась до него мысленная реплика напарника. Следующая стрела Макса полетела мимо цели, и только задела плечо еще одного нападавшего на Марка. Но бандит все же отшатнулся, замедлил темп атаки. Макс увидел, как он неловко попытался атаковать Марка и, как его друг резким ударом рубанул по мечу бандита. Крепкая сталь перерубила бронзовое лезвие, и в руках у нападавшего остался только обрубок оружия. Против напарника Макса в данный момент было полтора бионца. Теперь за исход поединка можно было не волноваться. Макс начал высматривать, кому следует помочь раньше – Мирну, который уже не мог использовать дротики и отбивался от двоих здоровенных мужиков, размахивая тяжелым мечом, или Свену, который уже справился с одним из бандитов, и тот с размозженной головой валялся в пыли неподалеку. Теперь секретарь посла успешно атаковал еще одного лесного разбойника. Но тут мимо уха Макса что-то прожужжало, с грохотом разбив черепицу где-то за его спиной. Увлеченный атакой, Макс не заметил, как один из лучников из южной группы, обойдя их импровизированную крепость, выбрал удобную позицию и начал стрельбу по крыше. Макс еле отклонился от следующей стрелы, прячась за статую; бронзовый наконечник вражеской стрелы, причинив резкую боль, чиркнул по коже немного выше локтя. Макс потрогал это место рукой – кровь выступила, но серьезной раны не было – лишь неглубокая царапина. Третьей стрелы не последовало. Эл, который лишился объектов для приложения своих сил после того, как остатки южной группы вломились на первый этаж дома, обнаружил, что у него появилась новая цель. Его выстрел был абсолютно точен. Стрела, выпущенная из лука блондина, вошла в ямку чуть выше соединения ключиц бандита. Убедившись, что неудачливый лучник не движется, Эл быстро переместился ближе к Максу. К этому времени Марк уже справился с одним из своих противников и агрессивно наступал на оставшегося. Его хитон был забрызган кровью, и не только чужой. По тому, как неуверенно атуанец действовал левой рукой, Макс понял, что его друг ранен. Не желая, чтобы Эл опередил его, Макс быстро вставил стрелу, не очень внимательно прицелился и тут же выстрелил. Стрела его пошла низом, едва задев ногу бандита, и он неловко дернулся, пытаясь понять, что случилось. Но этого было достаточно для Марка, парень сделал выпад, достигнув груди раскрывшегося противника. Метал с противным скрежетом прошелся по кости. Эл в это время, не конкурируя с Максимом, пришел на помощь Мирну, пытаясь поразить одного из тех, кто пытался приблизиться к здоровяку. Но оценивать результаты его вмешательства Макс не мог, так как он услышал громкий призыв Рода: – Помогите! Увлеченные сражением парни не заметили, как Род вскарабкался вначале на карниз, а потом с него к ним на крышу и теперь, держась на самом краешке водосточного желоба, протянул руки вниз, пытаясь помочь влезть еще кому-то, кого Макс не видел. Парень ринулся на помощь, подхватывая протянутую к нему снизу руку. Через полминуты у края крыши показалась голова Раава. Посол был в явно подавленном состоянии, но не терял самообладания. А вот старик Мунк был переполнен смертельным страхом. Колеблясь между боязнью высоты и ужасом перед рвущимися снизу бандитами (грохот от взламываемых дверей был слышен даже на крыше), он все же стал ногами на подоконник, протянул руки вверх. Но когда Род с Максом потянули худое тело преподобного вверх, оно вдруг обмякло и безжизненно повисло, став неожиданно тяжелым. У бандитов обнаружился еще один стрелок. Он вышел из дома и поднял глаза наверх как раз в тот момент, когда они начали поднимать старого жреца. Сидевшие на краю крыши с мертвым телом в руках Род и Макс были замечательной мишенью для стрелка. Но увлеченный такой удачей и уже достававший из колчана следующую стрелу, бандит не заметил, как к нему подбирается разъяренный и одновременно сосредоточенный Марк. Последовал резкий удар, от которого у стрелка с хрустом лопнула ключица, и безвольные руки выпустили лук. Стрела по низкой траектории полетела куда-то в сторону дома. Макс послал мысленный вздох: – Спасибо. Счет один-один. Марк поправил: – Два-один. Тот последний был тоже очень кстати. Но подводить окончательные итоги было рано. Снизу раздался грохот от наконец-то сломанной двери, ведущей на второй этаж. Род с Максом поспешили втянуть тело старика, бережно уложили его на крыше. Раав стоял чуть в стороне, держась за статую. В эту же минуту к ним присоединился Эл. На безмолвный вопрос Макса и Рода парень ответил коротко: – На северной стороне, возле кустарника все кончено. Наши все живы. Потом блондин добавил, показывая вдоль улицы в сторону реки: – Смотрите, кто-то приближается. Марк, который уже вновь соединился с Мирном и Свеном – теперь около входа в дом, тоже заметил движение, объяснил: – Это команда корабля. Мне кажется, они не должны быть вместе с бандитами. Что будем делать? Пока Род раздумывал над этим, снизу, со второго этажа раздался разочарованный рев. Ворвавшись на второй этаж, бандиты обнаружили, что комнаты пусты. Главарь выглянул в окно, через которое пару минут назад прошла эвакуация послов. Он тоже увидел приближающихся моряков. Трое атуанцев, вооруженные клинками, которые были покрыты пятнами крови поверженных врагов, с решительным видом стояли у двери, демонстрируя, что легко могут блокировать единственный выход из здания. – Уходим,– крикнул предводитель лесных разбойников своим оставшимся в живых соратникам и выругался. Бандиты поняли, что прорываться через дверь глупо. В том, смысле, что вырваться они, конечно, смогут, но многие из них при этом будут серьезно ранены, если не убиты. Но в доме было достаточное количество окон, в том числе и на первом этаже. Пока бегущие на помощь моряки не блокировали и их, через окно, ведущее на север, была спешно проведена эвакуация, и бандиты стремительно помчались по направлению к лесу. От первоначального их числа осталось меньше половины. Преследовать банду в лесу у парней не было ни сил, ни желания. Поняв, что опасность миновала, Макс с Элом опустили лестницу, позволили сойти вниз послам, бережно передали вниз тело преподобного Мунка и, наконец, сами ступили на твердую землю. Марк обнял друга. Когда ладони коснулись плеч, они одновременно обнаружили, что получили ранения оба на одной и той же руке и примерно в одном и том же месте. Только вот рана Марка, как показалось Максиму, была немного глубже, чем его собственная. На тревожный взгляд друга Марк ответил взмахом здоровой руки: – Ничего серьезного, немного задел мышцу, не успел увернуться. За несколько дней, думаю, заживет. А тебя стрела задела? Макс не ответил. Он увидел, как Раав смотрит на них, словно видит их в первый раз. Парень понял, что за эту ночь их с Марком авторитет у бионца значительно вырос. Осматриваясь по сторонам, Раав увидел лежавшее у опушки тело в жреческих одеяниях. По сторонам валялись еще трупы. Медленными шагами Раав направился в сторону леса. Вслед за ним туда направились и Род с Максом и Марком, а также пока ничего толком не понимающий капитан корабля. Эл остался стоять в обнимку с Мирном у дома. Усталый Свен без сил опустился на траву, отрывая с хитона полосу ткани, чтобы перевязать все еще кровоточащую рану на бедре. Когда группа во главе с послами подошла к опушке, стало ясно, что Сиет мертв. Стрела Эла вошла точно в левый глаз, не оставив жрецу-заговорщику ни единого шанса выжить. Потрясенные атуанцы увидели рядом с телом господина трупы его слуг. Причем у толстяка, под пытливым взглядом которого Макс с Марком имитировали сексуальную близость на полу в бараке, было перерезано горло. На его лице застыла маска ужаса. А более худощавый слуга Сиета – тот, что ходил с посланием к разбойникам в лес – убил себя сам. Его тело лежало около тела господина, из груди торчала рукоятка кинжала; её до сих пор сжимали мертвые руки. Раав ничего не сказал по этому поводу, только молча постоял с минуту, глядя на мертвые тела. Наконец он произнес: – Надо будет все убрать здесь. Так много мертвых тел… Так много крови… Надеюсь, хоть какие-то верные нам слуги остались в храме. Голос его выдал – в нем присутствовала едва заметная легкая дрожь. – А с вами,– посмотрел он на атуанцев,– я хотел бы поговорить немедля. Я хочу знать, как все произошло – от начала и до конца. Идемте. Рассеянным взглядом Раав посмотрел на капитана судна: – Возьмите ваших людей и осмотрите все вокруг, найдите и разбудите храмовых слуг. Пусть уберут хотя бы тела. И вообще – проинспектируйте все вокруг. Совершена измена, надо выяснить все подробности. Было уже далеко заполночь. Но ни о каком сне пока никто не помышлял. Капитан корабля, принадлежавший к военному сословию (его волосы были завязаны на затылке в узел), в знак покорности Рааву опустил голову и побежал исполнять распоряжение. Атуанцы же вслед за высокопоставленным бионцем направились к дому. После того как процессия прошла мимо лестницы, к ним присоединились и остальные их товарищи. Свен слегка прихрамывал, но на вопрос Рода ответил, что рана неглубокая, так что скоро заживет. У входа в здание их уже ждала горстка перепуганных слуг преподобного Мунка. Один из них, выглядевший чуть более уверенно, был у них вроде как за старшего. Он, видно, уже получил какие-то инструкции и информацию от капитана. По его распоряжению двое слуг уже направлялись куда-то навстречу Рааву с его спутниками. Эти двое почтительно пропустили процессию и вновь устремились выполнять поручение. Вскоре они появились, неся мертвое тело старого жреца. При виде мертвого господина несколько слуг не удержались от рыданий. Преподобного Мунка внесли в здание. Убедившись, что жрецу оказаны подобающие почести, Раав коротко приказал слугам, продолжать наводить порядок, а сам направился внутрь здания, жестом пригласив атуанцев следовать за ним. В большом холле, в котором они очутились, войдя внутрь здания, все носило следы нашествия разбойников: в хаотичном порядке была смещена мебель, едва держалась на одной петле сорванная дверь, валялись осколки разбитой вазы. В комнате, что была налево от входа, и которая служила апартаментами Сиету, со стены, похоже, были содраны ковры, пол был усеян осколками стекла из выбитого окна. Но в большой комнате справа, которая служила трапезной, сохранился относительный порядок. Там за большим столом они и расположились. Раав сел во главе стола, по правую руку от него расположился Род – далее, по обеим сторонам стола все остальные. Род еще раз коротко представил Марка и Макса и дал им слово, как главным действующим лицам сегодняшней ночи. Максим, который редко выступал публично, чтобы не бросалась в глаза его необычная манера говорить (он все еще недостаточно хорошо знал язык, чтобы произносить длинные речи), как всегда в таких случаях преимущественно молчал. Лишь иногда короткой репликой он подтверждал сказанное его партнером. Об эпизоде в казарме и, вообще о приходе толстяка Марк ничего не стал рассказывать, так что Максим смог оценить его деликатность. Для всех окружающих в их интимной близости не было бы ничего такого, чего можно было бы стыдиться или скрывать от окружающих. Но совсем по-другому это чувствовал Макс. Когда это стало необходимым, включились в рассказ и Свен с Родом. Род как раз дошел до того момента, когда разбудил Раава, после чего бионец уже мог видеть все происходящее своими глазами, когда в зал с легким поклоном вошел капитан. Его сообщение подтвердило рассказ парней. Охрана поселка и гребцы все еще находились в наркотической прострации, но были живы. Насколько капитан знал о такого рода зельях, его действие полностью нейтрализуется не раньше, чем к утру. По словам капитана, трупы разбойников уже снесли в одно место, равно как и тела Сиета и его помощников. Завтра можно будет начать похоронный обряд. Слуги преподобного Мунка при допросе ничего существенного сказать не могли. Они или и вправду ничего не знали о заговоре, или не хотели ничего говорить. В любом случае доказательств их сотрудничества с заговорщиками не было. Появились рабочие в поселке вместе с преподобным Мунком и отрядом стражников около двух месяцев назад, занимались ремонтом, восстановлением жизни в храме. Преподобный Сиет несколько раз навещал их, оказывал помощь, привозил строительные материалы, продовольствие. О том, что в местных лесах действует шайка разбойников, они слышали, но преподобный Сиет говорил, что она незначительна, и что скоро отряд стражников уничтожит её полностью. После некоторого размышления Раав распорядился: – Выставьте хоть какую-то охрану, организуйте дежурство. Скорее всего, бандиты уже не вернутся сюда, но как знать… Я не хочу быть вновь застигнутым врасплох. Несколько атуанцев хором вызвались поучаствовать в патрулировании, но Раав в возражающем жесте поднял руку: – Вы достаточно сделали в эту ночь, ложитесь отдыхать. Протестовать никто не стал. Все разом ощутили, как на них навалилась усталость. Идти в казарму, лицезреть картину застывшей оргии, парням не хотелось, поэтому они с благодарностью отнеслись к предложению Свена, переночевать у них в домике; там, оказывается, была еще одна свободная койка. Смертельно усталый Макс уснул быстро, не смотря на наличие голого Марка под боком. Снились ему кошмары. Окровавленные разбойники смотрели на него с укором, выдергивали из груди стрелы, протягивая их парню. Они тянули и тянули к нему испачканные в крови руки.