Руководство

Чимин закусил язык, забывшись в тексте и с увлечением листая пыльную книгу. — Что-то интересное, хен? Чимин вздрогнул и с силой сжал зубы на языке от неожиданности. Тут же схватился руками за подбородок и с укором посмотрел на Чонгука. — Прости-прости, — Чонгук едва сдержал улыбку. — Так что? — Ну, такое. Помнишь ту заброшенную церковь недалеко от кампуса? Глядя на то, как хмурится Чонгук, вспоминая, Чимин уже простраивал в голове маршрут. Эта церковь пришла ему в голову первой, и когда он наткнулся на книгу, которую так крепко сжимал в руках, мысль о том, что неплохо было бы туда попасть, прочно поселилась в его голове. Чонгук распахнул глаза. Его открытый заинтересованный взгляд заставил Чимина довольно улыбнуться и откинуться на спинку не слишком удобного стула. — Это та, к которой через лес идти? — Именно, — Чимин щелкнул пальцами и наклонился ближе. — Смотри! Они затихли на несколько долгих для Чимина минут, пока Чонгук вчитывался в строчки. — Хен, ты серьезно? Он, может, и бросал на Чимина недоверчивые взгляды, но то, как горели его глаза, окончательно убедили Чимина в том, что его поддержат. Он пожал плечами и перелистнул страницы, забирая книгу обратно и готовясь выписывать строчки в блокнот. — Я впервые сталкиваюсь с такой штукой, но не верю в это абсолютно. А церковь, — Чимин вздохнул, — она красивая, даже жаль, что вокруг нее столько разговоров. В любом случае, я хочу на это посмотреть. — Разговоров? — Про священника, помнишь? Первачков всегда пугают духом священника-самоубийцы, чтобы не бродили по лесу кампуса. — Да бред же, — фыркнул Чонгук. — Поэтому и хочу посмотреть. Или ты боишься идти туда со мной? Грязная попытка взять Чонгука на слабо оказалась удачной более чем на все сто. Тот размял плечи и с готовностью облокотился на стол. — Когда идем? Чимину стоило приложить много усилий, чтобы не растянуть губы в улыбке, подобно Чеширскому коту: он практически не сомневался, что Чонгук заинтересуется этим так же, как и он, но церковь… Их и правда немало запугивали разными историями, чтобы отбить интерес к посещению заброшенного места. К сожалению, в случае Чимина, это сработало ровно наоборот. — Итак, что нам нужно знать, — протянул Чимин, ведя пальцем вдоль строчки. — Во-первых, неплохо было бы взять с собой еще кого-нибудь… — Мы можем взять с собой Юнги-хена. — Как вариант. Думаешь, ему это будет интересно? — Чимин задумался. — В любом случае, предложим. Честно говоря, не хочу брать еще кого-то. Чонгук кивнул: — Я поговорю с хеном. — Отлично, — Чимин хлопнул в ладоши. — Так, дальше… хм-м-м… Никакого вина, — он сверкнул глазами в сторону Чонгука, и тот вздохнул. — Нет, Чонгук! — Да, Чонгук, — он слабо улыбнулся и как-то сжался, заглядывая в лицо Чимину, но тот только сурово скрестил руки на груди. Чонгук снова вздохнул и поднял руки, сдаваясь. — Нет, Чонгук. Я понял: никакого вина. — Хороший мальчик, — похвалил его Чимин, сдержав смешок. — Ну и в принципе ничего такого, об остальном более подробно расскажу на месте. Не потребовалось много времени, чтобы определиться, когда именно все трое свободны. — И ты серьезно предлагаешь идти туда на ночь глядя, — скептично хмыкнул Юнги. Чимин пожал плечами. — У тебя есть другие варианты? Или ты готов свалить со смены в своем магазине инструментов, чтобы пойти туда? Юнги пожевал щеку. Закатил глаза и проворчал: — Окей. Черт с вами, мы идем в эту церковь. Только ради того, чтобы присмотреть за двумя любопытными идиотами. — Не прибедняйся, хен, — Чонгук обхватил его в обнимашки со спины, и Юнги совсем по-кошачьи вывернулся и потянулся к его груди, чтобы попытаться отпихнуть обеими руками. — Ты же тоже хочешь туда. — Мне больше дорого спокойствие, чем желание утолить любопытство, — фыркнул Юнги. Глядя на препирающихся друзей, Чимин едва не скорчился от внезапной сильной боли в грудной клетке. Она прошла так же быстро, как и стрельнула где-то внутри, но чувство опустошения и невероятно сильной тоски до слез никуда не делось. Оно сменило боль, став чем-то новым и слишком похожим на чувство тревоги и ощущения, что что-то пойдет не так. Но что в принципе могло пойти не так, — отмахнулся Чимин. Уже у порога церкви, раздав всем дубликаты руководства, Чимин снова вспомнил о том, как больно тогда было смотреть на хена. Тот, словно не заметив косых взглядов в свою сторону, наоборот словно преобразился. С таким ажиотажем толкнув массивные деревянные двери, Юнги уверенно шагнул в пустоту, и Чимин вцепился в руку Чонгука, чтобы скрыть собственное волнение. Руки потряхивало, кожа на тыльной стороне ладони Чонгука была такой теплой, что он быстро успокоился, но продолжал следить за мягкой поступью хена. Тот словно знал, куда идти. Исследовал ряды скамеек, уверенным шагом обходил все неровности и скопившийся на полу мусор, словно свет ему в принципе был не нужен. И наблюдая за таким уверенным в себе Юнги, Чимин и сам невольно выдохнул. Все будет хорошо, — кивнул он сам себе. — Конечно, хен, — удивленно пробормотал Чонгук откуда-то из-за его плеча. Чимин ошарашенно осознал, что ляпнул это вслух. — Или ты боишься? Мы еще можем вернуться. — И бросить его здесь? — Чимин кивнул на Юнги. Его, казалось, не беспокоило совсем ничего: он озирался по сторонам, словно следя за кем-то. На секунду Чимина словно окатило жаром, но за ним последовало такое спокойствие, что он тут же расслабился. — Нет, — он покачал головой. — Все в порядке, Чонгук-а, пошли. Он перехватил его руку удобнее и шагнул в другую сторону, пообещав себе не терять Юнги из вида. В конце концов, им нельзя оставлять его одного, в руководстве четко было сказано… Кстати, о руководстве. — Чонгук, — шепнул Чимин, рассматривая стены и с восхищением оглядывая кресты на них. — Ты слышишь? — Орган? — промычал Чонгук. Музыка, раздавшаяся из ниоткуда, пленила своей красотой и скорбью. Чимин было подался обратно ко входу, вспоминая, что им нельзя отходить далеко от него, но теперь уже не мог вспомнить причину. Он помнил, что обещал себе не отходить далеко. Но не мог вспомнить, от чего именно. Реальность казалась слегка поплывшей. Голову совсем немного повело — ему померещилось, что крест на стене дрогнул и накренился, но Чонгук быстро его отвлек, показывая на что-то пальцем. Чимин попытался рассмотреть, но его внимание отвлекла тишина: орган замолк, и в тишине Чимин услышал какой-то скрип. — Там лестница, хен, — потянул его за собой Чонгук, и Чимин безропотно последовал за ним. Когда карман парки перестало так оттягивать, как до этого, Чимин сунул руку внутрь и с разочарованием понял, что блокнот, с которым он пришел, выпал где-то по пути к лестнице. Чонгук продолжал настойчиво тянуть вперед, вынуждая плестись за ним, и он решил, что заберет его на обратном пути. — Красиво, — замер Чонгук, прислушиваясь. Орган снова заиграл, и на этот раз его звуки издавались откуда-то снизу. Это как минимум было странно, учитывая, что на первом этаже его совершенно точно не было в принципе. И если до этого момента игру инструмента можно было списать на чье-то баловство, то что думать сейчас — Чимин совсем не понимал. Не то чтобы он в принципе хотел об этом думать. Когда игра прекратилась, они отмерли. Чимину показалось, что он услышал чей-то стон, и тут же скрипнуло что-то под крышей. — Ветер, — прошептал он. — Это всего лишь ветер. Конечно, это был он, кому тут стонать, если во всей церкви были только они с Чонгуком? Они пролазили по второму этажу так долго, что ноги начало тянуть. Ничего необычного, просто залежи всякого церковного хлама. Какие-то драпировки, несколько кубков, разрушенный алтарь и старые скамейки — все это было на самом деле интересно. — Интересно, почему это все так и оставили тут? — А кому забирать? Церковь совсем опустела после того случая. Ее даже восстанавливать не стали спустя годы. — Того случая? — Чимин вздернул бровь. Он припоминал байки, которые рассказывали старшекурсники, но как ни копался в памяти — не мог припомнить, о чем они были. — Хен, — прошипел Чонгук, — ты сам мне рассказывал. О священнике, помнишь? Чимин не помнил. — А, — растерянно произнес он. — Да, конечно. Священник. — Все в порядке? Впервые за все время Чимин видел у Чонгука такое озабоченное лицо. В широкой щели стены мелькнула луна, скрытая до этого тучами, осветив лицо Чонгука, тот потянулся к Чимину, провел ледяной рукой по его щеке, и только сейчас Чимин осознал, что его собственные губы перекосило кривой ухмылкой. — Все хорошо, Чонгук, — кивнул он и зябко поежился. На секунду его словно охватила паника, когда он снова услышал тихий стон и почти сразу — хлопок двери откуда-то снизу. — Пошли отсюда, думаю, тут больше нечего смотреть. Уже перешагнув через порог церкви, Чимин вспомнил, что выронил внутри блокнот. Он обернулся, отстав от Чонгука, и увидел за собой только заснеженную поляну. — Хен? Чонгук приобнял его за талию и повернул к себе насильно — Чимин вскрикнул от неожиданности и схватился за грудь. — Чонгук, церковь! Тот улыбнулся непонимающе. Склонил голову и внимательно заглянул в глаза Чимина. — Ты о чем? Какая церковь? — Чонгук, — зашептал Чимин, — не прикалывайся так, мы только что из нее вышли! — Мы ходили гулять, Чимин-а, — вздохнул Чонгук. — Ты убедил меня в том, как красив может быть заснеженный лес, и мы пошли гулять. Какая церковь? Голову снова повело: Чимин рвано выдохнул, зажмурившись, и потер глаза. Кажется, он читал что-то о том, что когда-то в этом месте стояла церковь, но это было так давно, что Чимин не уверен, было ли это правдой. — Да, ты прав, — кивнул он. — Я читал об этом, и мне показалось, что эта поляна — отличное место для нее. Чонгук понимающе хмыкнул и обхватил его ладонь, безмолвно приглашая пойти дальше. Чимин сделал пару шагов и едва не зацепился за торчащий, но почти скрытый снегом куст, и внимательно осмотрел тропинку, протоптанную ими, когда они шли сюда. Следы на снегу принадлежали троим людям.