Круг замыкая или где мой Тренер, вашу ...

Дикие Земли. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Предрассветный час. Дом Мерлина. Накануне похода Рэймонда.

Тёмная комната была наполнена стылой влажностью. Вода, находящаяся в воздухе, буквально оседала на коже, заставляя чувствовать и сырую одежду, и пронизывающий холод. Рэй, слегка мёрзнущий с момента попадания в Камелот, зябко поежился. Слабые лучи едва поднимающегося солнца с трудом освещали тёмное помещение. Смит разглядел пару дубовых шкафов с толстенными книгами и что-то вроде полки с кухонной утварью — котелками и поварёшками, сосудами и склянками. Сушеные травы выглядели удручающе - подвешенные под потолок, чтобы высохнуть, они явно отсырели и были покрыты плесенью. Рэймонд оглянулся, внимательно осматриваясь. В комнате был камин. В самом углу, недалеко от стола - тот, видимо, предназначался для приготовления как еды, так и зелий с настоями. Да только сейчас Смит наблюдал совсем другую картину. Напротив камина сидел мужчина лет тридцати-сорока, выглядевший весьма запущенно. Спутанные длинные волосы, седые и пронизанные редкими полосками блёклого темного цвета, были всклокочены и неряшливо завязаны в растрепанный пучок. Одежда была грязной и потрепанной. Рэй не видел его глаз, только был уверен, что те тоже поблёкшие, грязно-серые, едва ли отражающие жажду жизни, и явно нездоровый цвет кожи. Смит готов был поклясться, что этот человек был как-то связан с Тренером - оттого, что единственного взгляда на силуэт было достаточно для учащенного сердцебиения и волны беспокойства. Да и общий абрис фигуры был слишком знакомым. — Я не звал тебя, — голос был хрипл и едва различим. Рэй намного лучше слышал завывающий ветер, но был уверен, что собеседник обращается к нему. А вот что ответить, он не знал. Молчание же мужчину лишь покоробило. — Убирайся! — голос мага звучал озлобленно, в то время как Смит ощущал его боль и одиночество. Всепоглощающую пучину тьмы и безысходности. Ни луча надежды, лишь смирение и ожидание. Потухший огонь. Нет, маг не накладывал на себя руки… Но больше не рассчитывал на обычное течение жизни и забывал о мирском, предпочитая отдавать внимание терпким, тленным и плесневым воспоминаниям, воздавая надежды прошлому и не обращая внимание на настоящее, с каждым заходом солнца все сложнее заставляя оторвать свой взор от вида огня. Уничтожающего всё огня, выжигающего жизни и оставляющего лишь пепел. Огня, который в его груди практически не горел. — Думаю, ты не вправе решать, что мне делать. — Смит, возможно, будучи собой, даже не попытался бы, но молодая кровь короля прекрасно помогала. — В конце концов это мой сон. Мужчина у камина вздрогнул, словно не ожидал услышать ответ. Он медленно обернулся, позволяя Смиту увидеть свое слишком молодое, противоречащее морщинам у глаз, лицо. — Так что не тебе решать, — Рэй взглядом нашел свечи и, подойдя к камину и достав одну из горящих палок, что так удачно торчала одним краем наружу, запалил несколько потухших. — И всегда ты так проводишь досуг, маг? — Кто ты? — маг недоверчиво рассматривал Смита, в то время как Рэй старался не пялиться на слишком знакомое лицо. Мерлин был точной копией Тренера. Может, более потрепанной, может, более перемолотой жизнью, но слишком уж той самой наружности. — А то ты не знаешь, — Смит скривил губы в улыбке. — Твой король! — ответ был на сто процентов в стиле Артура. — Я более ничего не должен королю. Никакому. — Внимательный, едва загоревшийся взгляд снова безразлично переместился на очаг. — Ага, особенно учитывая это, — Рэй обнажил тень метки на своем плече, привлекая внимание к себе. — Тебе не удастся соскочить, маг. — Мерлин невольно коснулся своего плеча в том же самом месте. — Я отрекаюсь от связи, — попытался возразить маг, но Смит усмехнулся дрогнувшему голосу. — Не думаю. — Рэймонд отвесил шутливый поклон, ощущая, как время сна истекает. — Жди меня. Потому что найдя, я уже не отпущу. Образ короля истаял, оставляя мага в легком замешательстве. — Найдешь ли, вот в чем вопрос? — маг скептически глянул за окно. Небо было окрашено розовым. ***

Европа. Наше время. Гостиница. Конец отпуска.

— Для того, у кого были только девушки, — Тренер судорожно вздохнул, прогибаясь в пояснице, — ты слишком искусен в ласках, — его рука опустилась на растрепанную голову Артура, так старательно делающего минет. И Джеймс мог бы поклясться, что тот использует не только техники Смита. — Я быстро учусь, — наглый и самодовольный взгляд с очаровательной чертинкой лишь усилили эффект. Тренер все меньше ощущал связь с реальностью, растворяясь в поднимающейся волне удовольствия. — Слишком, — едва удается мужчине произнести на выдохе. — Слишком быстро. Артур не отвлекается, удваивая старания. Кажется, будто рука в волосах его и вовсе не напрягает (Смит бы уже что-то про это пошутил), а лишь раззадоривает. Тренер долго не выдерживает, с глубоким стоном изливаясь в горячий рот. Партнер не отстраняется, вылизывая член дочиста. Джеймс же расфокусированным взглядом смотрит в потолок, глубоко дыша. Каждая близость с родственной душой что-то меняла у него внутри. Ломала какой-то замок, открывала какую-то дверь. Дышать становилось легче. — Тебя там кондратий не схватил? — Артур улегся на подушку рядом, внимательным взглядом сверля Тренера. — Шуточки про возраст? — Джеймс сумел приподнять голову, вопросительно глядя на короля. — Да Вы совсем освоились, Вашество. Артур выглядел прекрасно: глаза блестели азартом и возбуждением, губы были припухшими, а обнаженное тело свидетельствовало о готовности продолжить. Так и хотелось прикоснуться к коже, провести подушечками пальцев по чувствительным местам. Смять губы в поцелуе, а рукой приласкать член, добившись одобрительного стона. Тренер не привык себе в таком отказывать, и раз уж Артур сам начал… — Говоришь, быстро учишься? — Обед они решили заказать в номер. День, начавшийся в постели, превратился в ленивый, и было решено никуда не идти до вечера. — Каким ты меня помнишь? — Артур с интересом посмотрел на мага, усаживаясь напротив. Джеймс задумался. — Ты вернулся другим. По крайней мере, Бедивер и Скользкий явно были рады. Предлагал прогрессивные идеи. Облегчил бюрократию. Систему податей поменял. Звал нас с магом на собрания. Девчонка явно была рада твоему возвращению, хоть и не показывала этого. Но мне сложно судить. Я познакомился сразу с Рэймондом, который напролом вытаскивал меня на разговоры, массовые беседы и обеды, и все такое, — Тренер махнул рукой. — Он буквально вытащил меня из пограничного состояния, расшевелил и не дал уйти в небытие. Когда вы поменялись обратно, стало по-другому. — Хуже? — Артур напрягся. — По-другому, — Тренер позволил себе улыбнуться. — Хоть вы и воплощения одной души, воспитание и окружение наградили вас разным опытом и знаниями, разными привычками и манерами. — И тем не менее, — проницательные серебристые глаза не отпускали. — Если я скажу тебе — это ведь повлияет на твое поведение. — Маг покачал головой. — Для тебя ведь это уже произошло, — мужчина пожал плечами. — Значит, вряд ли ты сможешь что-то изменить. — И да, и нет. — Джеймс покачал головой. — Давай мы сменим тему. — Ты любил меня? — Артур лукаво улыбнулся, и маг лишь фыркнул. — Любовь — очень сложное слово, — он потер лоб, тяжело вздыхая. Ему, видимо, все же придется ответить хоть на один вопрос нормально. — Я знаю, ты король, и хоть рос не при королевском дворе, кровь твоя королевская, а тогда это имело значение. Я предполагаю, что это такая награда судьбы тебе за страдания Сары, потому что Вселенная любит равновесие. Знаю, что ты не поймешь, но попробую объяснить. Её потеря для меня стала практически фатальной. Это было равносильно тому, что тебе перекрывают кислород, давая лишь необходимую для выживания толику, когда ты и вдох-то полный сделать не можешь. Когда каждый момент времени ты ощущаешь огромную потерю. Равносильно постоянной ноющей боли, которую ничем нельзя заглушить. Ты засыпаешь и просыпаешься с ощущением того, что ты один. Навсегда. Навечно. Один. — Тренер уставился взглядом в пустоту, погрузившись в воспоминания. — Чувствуешь постоянный холод, словно стоишь по колено в ледяной воде, в море, и каждая новая волна поднимается все выше и выше, а это лишь твое дыхание провоцирует подобные ощущения… И кажется, что ни один огонь, ни теплые шкуры, ни палящее солнце не смогут тебя согреть, потому что ты один… — Джеймс моргает, избавляясь от наваждения, едва горячие руки Артура берут его ледяные ладони в свои. — Прости. — Тренер встречается со встревоженным взглядом короля, выдавливая улыбку. Беседа как-то внезапно утратила шутливый тон. — Это всегда со мной было, есть и будет. — И ты помнишь каждую мою смерть? — Артур неверяще нахмурился. — В общем — да, — Тренер криво улыбается. — Магическое наследие всегда оставляет свой след. Но когда ты встретишься со мной — будет полегче. Человеческое сознание такое хитрое, что без труда позволяет адаптироваться, было бы желание. Твое перерождение не закрыло брешь, но дало шанс тому, чтобы рана хотя бы попыталась затянуться. Рэй положит хорошее начало. Он ведь прекрасный психолог. С его работой навык чтения людей — это необходимость. Я уверен, что и ты этим пользуешься. Потому что с баронами ты научился общаться мастерски. Как и с главами гильдий. — Думаю, мне есть чему поучиться, пока я здесь, раз ты говоришь, что я был хорош, — Артур кивает, переводя тему, но руки мужчины не отпускает. — К тому же отпуск подходит к концу. — Уверен, что справишься? Я могу попробовать что-то сделать с …- С языка чуть не сорвалось имя босса Смита. — Тс-с-с, — Артур так знакомо улыбается. — Сделаем вид, что я этого не слышал и Рэю не передам. Если уж я смог успешно управлять Камелотом, уверен, с травяным бизнесом я тоже справлюсь. То, что Артур действительно справится, Тренер понимает, когда по прилету их встречают карапузы. Разномастные истории их жизни, сопровождающие их всю дорогу до особняка Рэймонда, привычно разбавлялись комментариями Тренера. Артур лишь едва заметно посмеивался, да внимательно изучал сообщения в телефоне. Парни, напросившиеся на обед, тут же были пристроены на кухню. Король ловко раздавал всем указания, не путая имена и проницательно угадывая сильные стороны. Не то чтобы Рэй не допускал парней на кухню, но относился к этому более скептически. Тем не менее, парни внимания на это не обратили, и Артур, видимо неосознанно оставив на щеке Тренера теплый поцелуй, все еще не отрываясь от телефона, отправился в кабинет. Джеймс лишь проводил его скептическим взглядом, но ничего не сказал. Такого королевского отпрыска от Рэя было практически не отличить. Чудеса, да и только. — Артур, — Тренер аккуратно стучится в кабинет, открывая дверь после согласия. Король сидит на кресле за рабочим столом и невидящим взглядом рассматривает потолок. — Там ужин готов, — Джеймс проходит внутрь, устраиваясь у стола. — Все в порядке? — Не уверен. — Взгляд светло-серых глаз отрывается от потолка и перемещается на Тренера. — Я только что подбил налоговый отчет за месяц по логистике, хотя даже не представляю, что это слово значит. — Главное - не задумываться, — Тренер не сдержал легкой усмешки, присаживаясь на край стола. Даже сейчас явно работавший усердно Артур оставил край стола пустым, как это всегда делал Рэй, чтобы Тренер мог присесть там, подгоняя его внутреннего трудоголика своим присутствием и вниманием. — Магия подстраивает твои воспоминания и воспоминания Смита, помогая решать подобные моменты. — Так как у меня нет других объяснений, придется поверить. — Король так привычно опускает ладонь на обтянутое домашними штанами (Тренер, в отличие от него, сначала пошел переодеваться) бедро, и рука Джеймса тут же опускается сверху. — Карапузы закончили с ужином и даже не проворонили мясо. Нам стоит поторопиться, если хотим поесть. — Вопреки словам, Тренер не делает и попытки подняться. — Надеюсь, они не тронули мой любимый сервиз? — Артур аккуратно перебирает пальцами, поглаживая ногу Джеймса сквозь ткань штанов, и ладонь Тренера сверху ему никак не мешает. — Уже расставили и ничего не побили. — А бокалы? — К счастью, они не пьют, и их не тронули. — Хорошо, — Артур совсем по-Рэевски откидывает голову назад. Тренер тут же залипает взглядом на открытой шее, что так притягательна в свете настольной лампы. Хочется пальцами коснуться бархатистой на вид кожи, мягко огладив до линии роста волос. Пальцами очертить адамово яблоко. Артур бы наверняка сглотнул… — Мне кажется, я чувствую твой взгляд на коже, — Тренер с усилием воли переводит взгляд на лицо, видя, что король сидит с закрытыми глазами, но на губах играет улыбка. — Ты случайно не вампир? — Нет, — Джеймс усмехнулся, — но если бы мог, я бы положил к твоим ногам вечность. Артур открывает глаза, наклоняя голову, и взгляд его говорит больше, чем Тренер готов услышать. — Будет достаточно того, что ты просто будешь рядом, мой Маг. ***

Дорога от Камелота к землям барона Гавье. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Первые дни похода.

Как выяснилось, Рэй очень зря опасался походов. Да, его представления о быте раннего средневековья были весьма скверные, но вот воспоминания Артура… В общем от похода мужчина ничего не ждал. Хорошего уж тем более. И хоть маг тогда его вроде как приободрила, первые пару дней выдались отвратительными. Во-первых — шел дождь. Мелкий, противный дождь, который и не льёт толком, и высохнуть не даёт. Рэю казалось, что за день сырость пробиралась до костей, выгоняя столь желанное тепло их тел. Приходилось заставлять себя тренироваться, чтобы хоть как-то разгонять кровь по телу. Во-вторых - Рэя мутило от езды на лошади. Нет, тело вполне себе прекрасно справлялось. А вот ум... Смит четко определил, что это какая-то психологическая херня. Потому что, если он ехал рядом с кем-то, да еще и был отвлечен разговором — проблем не было. Но вот стоило проехать пару миль в тишине, как тут же живот начинало крутить. Благо спутники его, видимо, догадались о чем-то и в одиночестве его старались не оставлять. И это бесило, потому что личное пространство в походной жизни отсутствовало как факт. В палатку заходили без предупреждения, мылись в реке или ручье, ели из одного котла. До первого замка Смит едва доехал, успев сделать приличествующее случаю лицо. А ведь хотелось ругаться, как сапожнику. В-третьих — латы и корона. Доспехи были хороши в бою, но в седле… А ведь не снимешь, потому что им пару раз встречались разбойники и в бой приходилось вступать, едва сходя с коня. Рэй и так надевал облегченный комплект под скептический взгляд Скользкого и хмыканье Джорджа. Персиваль, как правило, сам ограничивался минимумом, и Рэю лишь сочувственно кивал. В-четвертых — сны. Однажды попав в сон к Мерлину, Реймонд из раза в раз снова и снова оказывался рядом с магом. Так близко и так неотвратимо далеко. Мерлин оказался тем еще упертым бараном. Каждая их встреча теперь начиналась с пожелания проваливать на все четыре стороны и заканчивалась пожеланием больше никогда не видеться. Причем, судя по всему, он ничего не мог поделать с появляющимся Рэем, а тот еще и оказался чем-то вроде фантома. Маг не мог ни коснуться его, ни запустить в него чем-нибудь. В первый раз при подобной попытке мужчина даже увернуться не успел. Кубок прошел его тело насквозь в районе груди и с металлическим стуком встретился со стеной. Смит после этого громко рассмеялся, чем взбесил Мерлина еще больше. Тогда-то он и убедился, что маг еще и коснуться его не может. И хоть высыпаться и действительно отдыхать больше не выходило, Рэй все же этим слегка наслаждался. Мерлин, хоть и был очень похожей копией Тренера, всем своим видом вызывал образ кардинального отличия. Да только Смит не первое десятилетие жил. Какие-то черты характера так никуда и не делись, как и общий тип мышления. Да, возможно, поменялись приоритеты, но уж с чужими приоритетами Рэй умел работать лучше многих. — К ужину доберемся к первому барону, — Уилл обрадовал новостью на привале. — О, наконец-то не под открытым небом спать, — Джордж приободрился, как и пара его учеников, что ехала с ними. Настроение в отряде определенно поднялось. Даже маг, обычно никак не выражавшая эмоций, явно облегченно выдохнула. — О чём следует знать? — Рэй хоть общий восторг и разделил, тем не менее все ещё помнил о деле. Скользкий, что сидел рядом, тоже не разделял общей радости. — Барон Гавье потомок переселенцев с французских земель. Отличается излишним брюзжанием и попранием этикета. Тем не менее достаточно богат, чтобы держать небольшой отряд наемников, да задерживать налоги в казну. И хоть письмо с признанием Артура королем он подписал, на верность так и не присягнул. И наш отряд уже давно заметили его люди. Так что сделать сюрприз не выйдет. — Если я еще и сюрпризы организовывать буду, казна точно не пополнится. Манеры и речь я помню, короны не снимаю. В чем проблема, Билл? — Если вдруг у него взыграет гордыня и он захочет показать, что мы и гроша ломаного не стоим — мы не выстоим. — Мужчина покачал головой. — Персиваль, — Рэй обратился к сидящему рядом товарищу, что в походе вместе с магом был ответственен за соблюдение рамок времени и расстояния, — сколько мы сможем задержаться у барона? — Мы на пол-дня отстаем от плана, так что максимум сутки, — рыцарь перевел взгляд на девушку и та кивнула. — Послезавтра на рассвете мы должны покинуть окрестности. — Билл, этого хватит, чтобы соблюсти приличия? — Вы король, мессир. Вы можете не придерживаться каких-либо рамок, — Скользкий криво улыбнулся. — И тем не менее? — Более чем. — Тогда завтра, друзья мои, я покажу вам настоящий королевский стиль. И идея эта отнюдь не моя, а вашего короля. Я лишь возьму её на вооружение и слегка изменю. Билл внимательно всмотрелся в лицо Рэя и покачал головой. — Надеюсь, все обойдется. Маг достаточно многозначительно фыркнула. ***

Дикие Земли. Дом Мерлина. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. День осеннего равноденствия. Ритуальная комната. Вечер, после захода солнца.

Мерлин чувствовал, что что-то идет не так. Магия действовала не по его схеме, и образовывающееся облако отнюдь не собиралось исполнять его желание. Но обо всем по порядку. С того момента, как мужчина покинул Камелот, прошло уже более двадцати лет. Мерлин был вынужден взаимодействовать с другими магами, так как многие общины были вынуждены покинуть привычную землю и отправиться в поисках лучшей доли в Дикие земли. Так что, едва стоило ему пересечь границу, как он тут же стал натыкаться на представителей, не обделенных магическим даром. Многие имели детей, да только склонности к обучению не имели никакой. И как-то так вышло, что Мерлина сделали крайним. Он тогда еще достаточно не отошел от потери и затея здорово отвлекала его, не позволяя впасть в отчаяние. Дети были разные, многие были сиротами, так что импровизированный детский сад здорово бодрил. Ответственность привычно лежала на плечах, а возможность работать — даровала смирение и отгоняла разрушительные мысли. Мерлин успел вырастить многих сирот и даже подготовить помощницу сыну короля. О том, что он все еще является втянутым в чужую судьбу он старался не думать. Метка от первого контакта с ребенком не успела толком инициироваться, и Мерлин надеялся, так и не изменит своего статуса в дальнейшем. Никогда. Потому что представить их встречу мужчина не мог. Как он посмотрит в глаза своей родственной душе? Как посмотрит в глаза тому, чью жизнь не уберег? Не смог защитить? Не смог оградить? Не услышал… Не успел… Этого простить себе маг не мог. Не мог и не собирался, считая себя недостойным связи. Желал отречься от неё. Навсегда. Навечно. Поэтому параллельно мужчина очень долго и кропотливо изучал тему связи и меток. Этому также способствовали и выросшие дети. Многие отправились в путешествия, многие нашли свое предназначение, кто-то же нашел семью. Его дом, то убежище, что он создал в Диких Землях, полное детских шалостей и криков, наконец-то стало тихим и пустым. Таким, каким он ощущал себя. Мерлин частенько исчезал, мало контактировал с общиной, что была не так-то уж и рядом. И хоть отношение других магов было к нему теплым, видеть жалость при общении с ним он ненавидел. Поэтому едва нить, связывающая его с остальными, оборвалась, маг стал истинным отшельником, изучающим книги и жаждущим найти нужную информацию о связи, чтобы разорвать круг раз и навсегда. Обрывки историй, тени легенд — трудно было найти что-то дельное, так как мало кто воспринимал метку души как проклятье, ведь мало кто вообще мог пережить потерю партнера. Однако ищущий всегда найдет. Вот и Мерлин наконец в каких-то полуистлевших от времени талмудах вроде как нашел ритуал разрыва. Серьезный темномагический ритуал. К счастью, без жертвоприношения (Мерлин, видят боги, не был готов на подобное, как бы сильно ни ненавидел себя, но это должно было его насторожить). И вот, когда обряд уже был совершен, а магическая сила начала материализовываться, дабы: «Очистить кровь и помыслы предначертанных, дабы избавить их от страданий и разорвать губительные узы», маг почувствовал, как вместо того, чтобы исчезнуть с его руки, метка наоборот, проявилась так, как если бы инициация была завершена. Как если бы его родственная душа знала о нем. Как если бы они встретились уже. Тем временем магия, искрящая в пространстве, не рассеивалась, а преобразовывалась во что-то другое. Газообразное облако трансформировалось во что-то иное, изменяя пространство и время, преобразуя окружающую реальность. Мерлин мог бы сказать, что это портал, да только он ни говорить, ни осознать толком, что происходит, не успел. Магия, сконцентрированная в одном месте, явно по природе не одному магу принадлежавшая (кровь Пендрагонов и тут дала о себе знать), вдруг схлопнулась, враз исчезнув. А в оглушающей тишине тихий шёпот сотни голосов заставил мага ошеломленно замереть. — Не смертному разрушать то, что дано богами. — Не смертному решать, что верно, а что нет. — Не смертному играть в повелителя мира. — Не смертному нарушать устои. — Не смертному менять порядки. — Не смертному противиться судьбе. — Тебе, маг, придется принять. — Тебе, маг, придется смириться. — Тебе, маг, придется оберегать. — Тебе, маг, придется защищать. — Тебе, маг, не убежать. — Тебе, маг, не скрыться. — Ты должен принять это, или сгниёшь. — Ты должен изменить это, или сгниёшь. — Ты должен, так начертано звездами. — Ты должен выбрать, маг. — Ты должен выбрать жить или гнить, маг. — Ты должен сделать то, что не сделал в первую встречу. Мерлин, чувствующий, как с каждой фразой его пронзает волной боли, выдержать долго не смог. Прекрасную пустоту даровала потеря сознания и окружившая его тьма. В ту ночь разбуженная ритуалом Мерлина магия и создала воронку, меняя Смита и Артура. Давая магу шанс. Шанс, которого он не просил. Шанс, который лишил его возможности умереть. И вот, когда тени за его спиной, что преследовали с того ритуала, принимая форму то Сары, то Вортигерна, то Утера, впервые обернулись Артуром, Мерлину действительно захотелось выть. Он далеко не сразу понял, что этот образ отличался от теней проклятия, что боги оставили вместе с ним. Все же Смит не был тих и спокоен. Он ходил по дому, изучал книги, когда оставлял попытки растормошить мага. Он ощущался теплом, а не холодом, и он пропадал с рассветом независимо от того, попадал солнечный свет в комнату или нет, а ведь тени пугались только солнечных лучей, отчего маг каждый день был вынужден покидать свое жилье, дабы не тронуться умом. Идти на поводу у богов и отправляться к своей родственной душе он не собирался. Гнить — так гнить. Он знал, что это такое, однако если это способно искупить его вину, больше не тревожа ничью жизнь — пусть так. Мерлин еще не знал, что новое воплощение его родственной души, как и все последующие реинкарнации, было очень самостоятельным и предприимчивым, видимо, на уровне подсознания помня, что один раз смирение и бездействие привело к трагедии. Так что магу, терзаемому тенями днем и воплощением сознания Рэя ночью, было не до того, чтобы подумать о настоящем. И очень даже зря. ***

Земли барона Гавье. Замок барона. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Середина первой недели похода.

Визит к первому барону прошел великолепно. Причем Рэй для этого практически ничего не сделал. Слабоумие и отвага — кажется, так Тренер иногда характеризовал своих пацанов. Так вот, Билл, кажется, бурчал себе под нос что-то подобное, когда они покидали замок барона Гавье вместе с двумя оруженосцами. Один был сыном самого барона. Второй был сыном кого-то из охраны, но очень уж дружным с первым. И Уильям, которому достался один из отпрысков, очень уж был недоволен. Блу же, в свою очередь будучи уже не единственным младшим и гоняемым в отряде, наоборот, улыбался слишком довольно. Рэй же успешно скрывал улыбку в отросшей щетине и старался не замечать недовольных взглядов мага. — Тебе не следует так расточительно демонстрировать свои умения, — Гвиневра выловила его, когда он направлялся в свои покои после пирушки. — Прости, дорогуша, но думаю, это только мне решать, — в крови Рэя гуляло торжество и вино, и оттого он даже философски воспринимал предстоящую бессонную ночь в компании едва различимого в темноте Мерлина, к которому он по какой-то причине не мог приблизиться ближе чем на пару метров. — Магия дана не для баловства. — Девушка нахмурилась, не отступая с пути. — А для чего же тогда, милая? Чтобы убивать? Или чтобы разрушать? А может, чтобы строить? Ну так я и построил хорошие и твердые отношения с этой семьей. Или ты хотела, чтобы я женился на его дочери? — Рэй по-птичьи склонил голову набок, смотря на мага с пристальным и нервирующим интересом. — Каков был твой план, Гвиневра? — Тебе не обязательно было ранить этих людей, — она все еще настойчиво не отступала. — А ты знала, что они хотели меня убить? — Рэй внимательно посмотрел ей в глаза и кивнул сам себе. — Вижу, что знала. Так скажи же мне, в чем я немилосерден? Я взял сына предателя короны под свое крыло, я простил его отца и даже не потребовал контрибуцию, хоть наша казна бы этому обрадовалась. Я поступил так, как посчитал нужным. И если ты думаешь, что это была игра — так я рад, что смог обвести вокруг пальца ученицу Мерлина. Потому что я мог и имел полное право убить каждого из них. И если тебя смущает то, что в моих руках был Эскалибур, так я закрою этот вопрос раз и навсегда. Меч чувствует меня, как и я его. И по тому, как звала меня его магия, как откликалась частичка этого внутри меня… Я бы не смог его даже поднять, если бы мои помыслы и намерения не были чисты, если бы я хотел навредить. Но я защищал, Гвиневра, — Рэй вздохнул, не позволяя хорошему настроению превратиться в бурю злости, — защищал моих людей, каждый из которых был на мушке. Защищал наш отряд, потому что люди Гавье не пощадили бы и Блу. Защищал тебя, потому что этот старый маразматик, теперь напуганный до смерти, имел на тебя очень большие планы, как и на корону на моей голове. — Смит поднял глаза на мага и увидел, и та уже не так радикально настроена. — Уж не знаю, чем ты сейчас отвлечена, но тебе стоит быть чуть более прозорливой. — Ты давно смотрел на свою метку? — Не переводи тему, — Рэй нахмурился, интуитивно ощущая подлянку. — Не перевожу, — она покачала головой. — Так что? Смит фыркнул, огибая девушку. Она тем не менее не отставала. Охранник у покоев короля (один из парней Джорджа) и глазом не моргнул, словно Смит каждый вечер водил к себе мага. Рэй присел на кровать, распутывая хитросплетение завязок и снимая наконец сапоги. Метка на ноге выглядела обычно, хоть и слегка бледновато. — Довольна? — Смит скептически глянул на склонившуюся девушку. — А вторая? — та все еще не выглядела достаточно убежденной. — Гвиневра, тень неподтвержденной метки не меняется, — Рэй устало откинулся назад. Уж о прописных истинах она должна была знать. — Давай, Рэймонд. — девушка была непреклонна. — Но я ничего не чувствую. — Мужчина стал устало высвобождаться из камзола, что был вынужден надеть по статусу, и рубашки, которая едва ли выполняла какую-то функцию. — Довольна? — Рэй не глядя протянул руку. Настроение быстрыми темпами падало. — Нет, дорогой король! — девушка как-то очень ощутимо провела по ставшей слишком чувствительной коже, и Смит несдержанно чертыхнулся, отдергивая руку. Ощущения, которых и вовсе не должно было быть, к сожалению, были, и могли сравниться с прикосновением к раскаленному металлу. Благо хотя бы эффект был секундным. — Какого черта? — Он наконец перевел взгляд на тень метки и замер. — Что это? Бледно-розовый, едва заметный след от метки его родственной души был окружен черной сеткой прожилок, словно кто-то пустил по его сосудам какую-то черную дрянь. И все это исходило от метки, а значит, исходило от его родственной души. — Я не знаю, — маг провела рукой, едва ли касаясь кожи, а глаза её на миг полыхнули золотом. — Гвиневра? — Рэй окликнул её, стараясь унять подскочивший пульс. — Как ты узнала? Маг отстранилась, сделав пару шагов назад. — Гвиневра?! — Рэй, пожалуй, совершенно не был намерен ждать. — Маги, учитель и ученик, связаны между собой, — она начала осторожно развязывать узлы у горла своего платья. То было красивым и выглядело недёшево, отчего Рэй, да и весь отряд были приятно удивлены её внешним видом за ужином. — И связь тоже в некотором роде метка. По ней наставник может чувствовать твое состояние, отслеживать местоположение, помогать, если это необходимо. — Маг убрала волосы и оголила плечо, поворачиваясь к королю спиной. — Когда ученик достигает определенного уровня, он может разорвать эту связь, убрав метку. Но только если захочет. Я такого не сделала, так как мой путь был спорным. И вот с того момента как ты появился, моя метка связи стала меняться. Я просто чувствовала это, но не придавала этому особого значения, потому что были другие дела. А сейчас она похожа на твою, — её платье спустилось достаточно, чтобы на хрупком женском теле Рэй увидел знак. Видимо в нормальном состоянии метка была совсем небольшой отметиной где-то на лопатке, но сейчас… Половина спины девушки была в таких же черных прожилках, только вот радиус их был много больше, чем тот, что на руке у Рэя. Если метка Смита была окружена где-то на пять-семь сантиметров с обеих сторон, то черные прожилки на спине у мага в некоторых местах отдалились на длину полутора ладоней. — И как давно ты это заметила? — Смит деликатно отвернулся. — Сегодня. — Гвиневра быстро начала одеваться обратно. — Но я здесь уже более двух недель. — Мужчина нахмурился. — Ты могла заметить это и раньше. — Я знаю, но не у всех есть слуги. — Девушка пожала плечами. Зеркал в её покоях и вовсе не было — про это, как ни странно, Рэй узнал от рыцарей. Мужчины часто в сплетнях дадут фору базарным торговкам. — Ладно, хорошо. — Рэй тяжело вздохнул, стараясь успокоиться. — И что это может значить? — Тебе не понравится мой ответ. — Она наконец разобралась со шнуровкой, замирая под пристальным взглядом короля. — И все же. — Я думаю, на Мерлине лежит проклятье. И это проклятье не из нашего мира. — Девушка покачала головой. Они так ни к чему и не пришли, однако вопреки бессонной ночи с тяжелыми мыслями (Рэймонд Смит был не тем человеком, который мог просто оставить это все и перестать анализировать), утром настроение у него было отличным. И хоть Рэй в мельчайших деталях помнил этот разговор, да и прошла едва ли ночь, он предпочитал решать проблемы по мере их поступления. ***

Лондон. Наше время. Ресторан скандинавской кухни Texture. Конец сентября.

- Ты уверен? – Артур нерешительно замер на пороге дорогого ресторана, куда его настойчиво вел Тренер. - Почему нет? – Мужчина нахмурился. Ради такого случая он и оделся весьма прилично, сменив тартановый спортивный костюм на приличные шерстяные брюки, черную рубашку и элегантный пиджак. Артур смог оценить, как все смотрелось на Тренере еще в зале, до того, как тот скрыл отсутствие галстука и по-мальчишески расстегнутые две верхние пуговицы рубашки шарфом (вообще не думал, что у тебя есть такие вещи, Джеймс) и пальто. Ближе к октябрю стало холодать. Артуру, наверное, еще тогда стоило насторожиться. - Я … -мужчина очаровательно отвел глаза, но все же тихо произнес. – Не силен в этикете. - Брось, - Джеймс лишь крепче сжал его руку и все же завел внутрь. – Мы здесь, чтобы не хорохориться, а хорошо поесть. Вечер проходил совершенно расслабленно. Тренер как-то ненавязчиво рассказывал про этикет то, что Рэймонд по сути и без него знал, но видимо, его память Артуру тут не очень помогала. Первую подобную проблему Джеймс заметил, когда король завис над количеством приборов в ящике на кухне. Тренер вспомнил, как обычно проходили приемы в Камелоте и пожал плечами. Там званый ужин скорее превращался в пир, а за тем, чем и как ест король, могли уследить разве что слуги и те, кто сидел с ним за одним столом. А вот на званом ужине, куда будущим вечером Артур должен был отправиться вместе с Майклом Пирсоном по работе, оплошать уже было нельзя. - На самом деле, - Джеймс усмехнулся, подливая благосклонному и кажется, даже что-то запомнившему мужчине вино. – Есть один простейший лайфхак со всей этой приборной мутотенью. - Да? – Артур поднял любопытный взгляд на партнера, любуясь, насколько тот был красив с благородной сединой и в прекрасном костюме. Одним из общих у них с Рэем определенно было чувство вкуса. – И какой же? - Просто смотри, только смотри, а не пялься, чем и как едят твои соседи и повторяй, - Джеймс пожал плечами, вызывая у спутника улыбку. - Ты мог сказать мне это и дома, - Артур улыбнулся, но на заметку определенно взял. - Тогда я бы не смог вытянуть тебя на свидание, - мужчина пожал плечами, получая теплый взгляд в ответ. Вечер и правда вышел прекрасным. ***

Дорога от земель барона Гавье к землям барона Ирвина. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Середина первой недели похода.

Выдвинулись они из уже гостеприимного замка (барон после показательного боя короля тут же стал шёлковым и активно почитающим монарха), едва небо на востоке сменило черный сумрак на оранжевые тона, и двигались достаточно быстро. И в целом Смит был настроен позитивно. Персиваль как раз в очередной раз попытался затеять с Гвиневрой разговор, нарушив череду бросаемых ею хмурых взглядов на короля. Они ведь так ни к чему и не пришли. Улыбка Рэя стала еще шире. Не потому, что ему нравилась ситуация. Совсем нет. Тень метки на руке все еще была окружена сетью черных прожилок, а прикосновение к ней даже самим Рэем провоцировало неприятные ощущения. Только вот они выезжали из замка победителями, и Смит не мог не радоваться удачно осуществленной авантюре. — Хорошее настроение, Вашество? — Уильям, закончивший ворчать, все же сократил расстояние, пристраиваясь рядом. — Отвратительное, Уильям, — Рэй тем не менее с улыбкой кивнул на плетущихся в хвосте еще толком не проснувшихся новоявленных оруженосцев. — Я планировал на плюс один. С такими темпами мы приведем в замок целый выводок. — Если все бароны присягнут — казна не обеднеет. — Мужчина покачал головой, — а выкормить новые рты проще, чем ожидать подставы. — Тебе виднее, тебе виднее. — Смит задумчиво перевёл взгляд вперед, внимательно смотря, как маг старательно отшивает Персиваля. — Как думаешь, у него есть шансы? — У Персиваля? — Уилл тоже глянул на парочку впереди. — Надо подумать. — Я думаю, нет, — Джордж подъехал с другой стороны. — Ваше Величество. — Рыцарь почтительно кивнул.  — Полноте, — Смит усмехнулся. — Неужто наш Персиваль так плох? — Персиваль-то хорош, да вот маг уж слишком чудна, — мужчина покачал головой. — А я думаю, есть, — задумчиво нахмурился Скользкий. — Согласитесь, того стражника у Гавье она отвадила одним взглядом. А тут даже отвечает. — Все маги прокляты, сэр Уильям, — со знанием дела сказал азиат. — Еще бабка рассказывала, что на них легче легкого всякие гадости цепляются, боги их не любят. Так что я бы на Вашем месте предостерег товарища от проклятья. — Проклятья? — Рэй настороженно перевел взгляд на товарища. — Что ты имеешь ввиду? — Да хотя бы то, что своей смертью они умирают редко. Обычно от руки другого мага, либо от внутренней хвори, когда их же сила против них работать начинает. — Джордж охотно подхватил тему, да и Скользкий с интересом посмотрел на товарища. — Страшная штука. Видел я одного такого мага. Весь в черных, будто бы наросших, прожилках, глаза пустые, и рот со словно углем измазанными зубами. Казалось, что он гнил изнутри, и вечно нёс какую-то околесицу про проклятье богов. Не самое аппетитное зрелище. — И что с ним стало? — Да не знаю, — мужчина задумчиво почесал затылок. — Он странствовал, все искал кого-то. Девки судачили, что его родственная душа его прокляла. Да только кто там правду скажет. Сам старик явно не в себе был. Говорили вроде, что он то ли в пепел обратился, то ли закаменел. Я еще мелким был, так что не скажу точно. Знаю лишь, что стража таких странников опасалась и обычно запросто пускала в город, боясь к ним даже подходить. — Проклятье? Так может, это болезнь какая была? Мало ли хворей всяких. — Рэй нахмурился. Часть про черные прожилки-наросты ему совсем не понравилась. — Я тоже, Вашество, про подобное знаю. — Уилл подал голос, обращая на себя внимание. — Мне дважды за мои путешествия попадались такие люди. И если это и правда хворь — так лекарства ей пока нет, да и с магами она точно связана. — Рэй и Джордж вопросительно посмотрели на рыцаря и тот пожал плечами. — Первый случай был сразу после смерти Вашего отца, короля Пендрагона. Я, как и многие другие рыцари, был вынужден покинуть замок. И пока странствовал в поисках союзников, проскакал немало верст. Маги тогда хоть и уже были подвержены сильным гонениям, да только отец Ваш не слишком привечал подобное, а без его прямой указки только люди Вортингерна одаренных магией прогоняли. В некоторых же деревнях, тех особенно, что далеко от Камелота, маги еще лет десять, а то и двадцать могли нормально жить и работать, пока шестерки вашего дяди туда не добрались. Вот и я оказался в одной из таких деревень. Странников и путников, да еще и знатного происхождения в такие места заносило редко, но метко. Местный люд был беден, но гостеприимен. Я же попал к ним раненым и едва ли живым — наткнулся на отряд черноногих и едва унес от них ноги, пришлось долго пробираться через лес, так я к ним и вышел. Так вот их знахарка была из тех, кто наделен и даром, и меткой души. Метка была яркой, видной, прямо на запястье. Но что меня поразило, абсолютно черной, и с большой сетью черных прожилок, и доходили они аж до плеча. Мне, правда, не было до этого никакого дела, так как я едва ли был в сознании, а потом просто не обращал на это внимание. И местные тоже особого интереса к этому не имели. Тем не менее, уже прощаясь, я все же спросил про странный узор. Четкого ответа (ну вы же знаете магов) я так и не получил, но понял, что её родственная душа то ли темный маг, то ли от темного мага получил смертельное проклятье. И связь таким образом говорит второй родственной душе, что первая в опасности. — Уильям задумчиво замолчал. — И что стало с той женщиной? — Джордж первым не выдержал паузы и Рэй был ему благодарен. — Я не знаю, — рыцарь пожал плечами. — Но когда я был в той деревне, наверное, лет через десять, мага там уже не было. А местные были запуганы пропагандой короля. Староста, что узнал меня, сказал, что она сошла с ума. Возможно, проклятье наконец настигло её родственную душу. — А второй раз? — О, это был очень похожий на твой случай, Джордж. — Мужчина скривился. — За пару месяцев до того, как мы, наконец, познакомились с Артуром, а вода отступила, обнажив Камелот и явив миру Эскалибур, я встречался с информатором в одной из таверн, на не самой оживленной дороге. Была поздняя осень и ливень так прекрасно сочетался с промозглым ветром, что, проскакав с полсотни верст, я был готов убить за горячую похлебку и сухую постель. А информатор опаздывал, и мне приходилось цедить скисший эль, да сидеть мокрым в самом темном углу — я успел примелькаться, и черноногие где-то раздобыли мой портрет, так что с постоем могли быть большие проблемы. Было уже близко к полуночи, когда ко мне за столик подсел старик. Потертые обноски, полудырявый плащ и спутанные волосы. Я вообще удивился, что у него были все зубы и горели глаза, потому что обычно в таком виде крестьяне и осень не переживают, не то что зиму. «Твой знакомый не придет, Билли» — голос его был хриплым, но четким. А вот едва свет упал на лицо, я не смог не отстраниться. Вся его серая, выцветшая кожа была пронизана такими же черными прожилками, только они, словно проступившие вены, выделялись на исчерченной морщинами коже, словно набухшие жилы. Сначала мне показалось, что он весь покрыт этой сеткой, но затем, приглядевшись, я понял, что они тянутся откуда-то от самого тела, потому что на шее их было больше, чем на лице и руках. — Билл передернул плечами. — Зрелище так себе. Я же был зол, и, честно говоря, слегка напуган. Если какой-то старик узнал меня, вместо полуспокойной ночи меня ждал очередной галоп на коне в темную неизвестность. «Не стоит пугаться, славный рыцарь» — он негромко рассмеялся. — «Я не выдам тебя. Да и трактирщик достаточно глуп, и за лишнюю монету даже не подумает интересоваться личностью». «Что тебе надо и кто ты такой?» — понятное дело, что у меня было больше вопросов. «Спокойно, сэр Уильям, я здесь как весть от друга» — старик хрипло рассмеялся. — «Мерлин просил передать, что скоро времена изменятся и тебе стоит перестать рыскать по окраинам, ведь сердце короля не покидало окраин Камелота». — Уильям фыркнул. — Больше всего на свете ненавижу их загадки. Старик тогда взял мой лук и словно бы заговорил его. Практически перетершаяся тетива наутро выглядела как новая, а мишени поймать стало много легче. Тем не менее этим он привлек внимание. Многие все же прекрасно могут ощутить, когда рядом творится магия. «Снимай комнату и спи спокойно, рыцарь. Черноногие не потревожат тебя. А информаторов выбирай лучше, — он окинул меня странным взглядом, но, махнув рукой, прибавил. — Ладно, это все равно не поможет» — это были его последние слова. Я был так поражен и измучен, что действительно воспользовался советом, кинул трактирщику последние монеты и ночевал в тепле и комфорте, насколько это возможно. А утром в деревню нагрянул отряд черноногих. Конечно, я помянул старика бранным словом, судорожно ища пути отхода — проклятые прислужники короля выбрали именно мою таверну в качестве столовой. И вот едва я собрался выбираться через окно, как услышал магический шум. Знаете, от тех фокусов, что красивы, но безобидны. Выглянув в окно, я увидел, как маг стоит на площади перед таверной, фокусничая, словно развлекая детей. Те и правда стояли чуть поодаль и смотрели на разлетающиеся фейерверки. Для черноногих это же была как путеводная звезда. Они тут же высыпали во всеоружии, окружив старика. Еще бы, привести в Камелот живого мага для показательной казни. За такое король мог и золотом осыпать. Только вот маги слова на ветер не бросают, — Уильям как-то грустно усмехнулся. — Старик подпустил их достаточно близко, что-то сказал старшему, но тот лишь рассмеялся. А затем произошло то, что вполне обосновывает страх Вортигерна к их братии. Не было ни вспышки, ни крика, ни раската грома. Просто в один момент, словно по щелчку пальцев, старик превратился в концентрированный сгусток тьмы, которая в мгновение ока поразила каждого гвардейца, после последнего развеявшись в небытии. И все это практически мгновенно. Они даже вскрикнуть не успели. Просто застывали с замершими лицами, враз серея и покрываясь такой же сеткой черных капилляров, а затем уже мертвыми падали на землю. Детский крик стал единственным звуком на враз замолчавшей площади. И практически до захода солнца никто так и не рискнул выйти и проверить, что стало с людьми короля. — Это наверняка было какое-то хитрое проклятье, — Джордж первым подал голос. — Скорее всего, — Уилл согласно пожал плечами. — Но это все еще не показатель считать магов плохими, — Рэй постарался никак не выдать своей реакции. — Плохие, хорошие, это все относительно. — Уильям покачал головой. — Тем не менее природа их поступков более сложна. — Скользкий перевёл взгляд на Персиваля, что все еще активно добивался от Гвиневры разговора. — Возможно, — Рэй задумчиво поглядел на девушку, хоть и мысли его сейчас совсем не о ней. — Возможно. ***

Лондон. Наше время. Дом Рэймонда Смита. Конец сентября.

— Так значит, ты всё ещё маг? — Артур с интересом и каким-то детским восторгом смотрит на то, как Тренер заговаривает какой-то кулон. Вечер среды удается провести вместе, хоть обстоятельства им максимально мешают. Работы после отпуска на Артура свалилось много, но радовало, что решалось все быстро и просто, и король даже не задумывался толком, как это происходило. Тем не менее он устал, и теперь вот медитировал над чашкой чая на кухне, наблюдая, как Джеймс над чем-то шаманит. — Все еще, — согласно бурчит Тренер, не отвлекаясь от своего занятия. Украшение на цепочке кажется чем-то знакомым, но король все никак не может вспомнить, что же небольшая фигурка, кажется, из серебра, ему напоминает. — И что ты можешь? — Артур, — Джеймс тяжело вздыхает, все же прерываясь и поворачиваясь к мужчине. — Если ты хочешь спросить про что-то конкретное, то просто спроси. Читать тебе лекции о том, что такое магия и как она работает, я не хочу. — Не хочешь или уже прочитал однажды? — Тебе не стоит так явно ходить по тонкому льду. И я прекрасно чувствую твой взгляд уже второй день. Ты явно что-то придумал. — Я знаю, что Рэя, как впрочем уже и меня, безумно бесят очки и это ужасное зрение. Это очень солидный недостаток. — Мужчина хмурится, задумываясь, стоило ли говорить это вслух, но Тренер все еще сверлит его внимательным взглядом, ожидая продолжения, так что приходится продолжить. — А в мое время магов считали отличными врачами. Вот я и подумал, что ты бы мог — фух, - тут мужчине приходится сделать паузу, чтобы правильно подобрать слова. — Ты бы мог исправить это? — В конечном итоге просьба переходит в вопрос. Только вот выдержать паузу у пока еще не так сильно поднаторевшего в искусстве диалогов Артура не выходит. Он отводит взгляд в сторону и начинает оправдываться. — Врачи отказались оперировать и исправлять что-либо, пока ситуация совсем не ухудшится, а видя, какой я трудоголик, сомневаюсь, что Смит еще раз найдет время и силы, чтобы попытаться … — На губы мужчина опускается палец подобравшегося слишком близко Тренера, заставляя остановиться. — Я определенно рад, что вы поменялись местами. Видеть тебя смущенного, да такого интеллигентного, очень приятно, — Джеймс касается губ партнера своими, по связи передавая волну тепла. — А еще ты много охотнее говоришь со мной, и, пожалуйста, не теряй это. После первой потери тебя я стал тем еще замкнутым козлом, и хоть не так много изменилось, я знаю, что все это благодаря тебе. — … — Артур солнечно улыбается. — Я постараюсь все запомнить, но все еще пребываю в недоумении. Это твое завуалированное "да", или ты так мягко соскальзываешь с темы? — И первое, — он снова касается губ короля, получая легкий нежный поцелуй, — и второе. — взгляд Джеймса не отрывается от Артура, словно пытаясь увидеть того насквозь. — Думаю, мне все еще по силам настоящая магия и я с радостью восстановлю твои глаза. — И даже не попросишь в жертву девственницу или сердце козла? — Только твою любовь. — Этого у меня достаточно. Магия Тренера для Артура сродни силе Эскалибура. Пока еще он не чувствует её на себе, но уже ощущает её в теле Тренера. Словно враз внутри мужчины переключился какой-то тумблер, позволивший ощутить его по-другому, словно какая-то маскировочная преграда мгновенно спала. Тренер просит его расслабиться и сесть поудобнее в любимом кресле Рэймонда. — Будет больно? — Артур облизывает разом пересохшие губы, но Тренер лишь качает головой. — Просто расслабься. Знаю, медицина во времена Камелота была паршивая, но больно быть не должно. — Джеймс устраивается позади, локтями упираясь в спинку кресла по бокам от головы короля. Артур закрывает глаза, и Тренер тут же устраивает поверх свои руки. — Так как в момент воздействия я скорее всего смогу почувствовать твои мысли, подумай о чем-нибудь отвлеченном, мой король, — голос Джеймса звучит с легкой улыбкой, однако Пендрагон даже не удивляется подобной внезапной подробности. Он сразу почувствовал некую подставу, уж слишком охотно Тренер согласился. Так что в ответ король решил вспомнить их первый поцелуй. Тренер же принимается за работу. Магия ощущается приятной прохладой на коже, как легкий морской бриз в жаркий день. Она более ласковая, чем магия Эскалибура, но явно имеет тоже происхождение. И она ластится к Артуру, словно просящий ласки котенок, а в другой раз сама обволакивает его, обнимая невидимыми потоками. И что-то внутри него, так же как и во времена Камелота, откликается. Не такое сильное, менее покорное, но такое же родное и первородное. Артур чувствовал нечто подобное, беря в руки Эскалибур в первые разы, и вот снова. Словно внутри него тоже живет какая-то сила. За этими размышлениями он не замечает, как родные руки уже не просто касаются его глаз, а совершают какие-то движения. Не замечает, как чувство тепла сменяется нарастающим жаром, который однако не обжигает. Тренеру хватает пары мгновений, чтобы осознать, что ушедший в свои размышления Артур под его руками просто заснул. Мужчина заканчивает свои манипуляции над уже спящим партнером и улыбается. Артур слишком хорошо держится в современном мире для короля раннего средневековья. Да и магия явно ему помогает. Джеймс и хотел бы оставить уставшего мужчину дальше отдыхать, да только тело ему утром спасибо не скажет. Тем не менее он дает королю еще пару минут, потому что выглядит он практически так же расслабленно, как в первые дни отпуска, а это дорогого стоит. ***

Дорога от земель барона Гавье к землям барона Ирвина. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Конец первой недели похода. Лес.

— Артур, — Рэй старается без промедления поднять голову. Еще на выезде из Камелота они с рыцарями условились, что пугать люд и звать короля Рэем они не будут. Но к чужому (своему, Рэй, своему!) имени привыкнуть быстро не удавалось. — Прости, Ваше Высочество и его оруженосец будут дежурить последними. Перед ними - Персиваль. Джордж и его парни — будете перед ним. Я с оруженосцами будем сразу после леди Гвиневры, что будет первой. Кухня сегодня на Персивале. Возражения? — Кто поручил тебе командовать, Скользкий? — Рэй усмехнулся подачке Джорджа. — Сэр Уильям, я попрошу. — Билл покачал головой. — Хочешь перетянуть одеяло? — Мужчина прищурился. — Проверяю твердость, — ответил азиат. качая головой. — Вот и славно, что все согласны. Эти места отличаются топями и привидениями, так что палатки ставьте близко и ночью не куролесьте. — Про призраков — правда? — Рэй обратился к стоящей рядом Гвиневре. — Мы ушли с основной тропы, а где-то здесь рядом есть место силы. — Девушка пожала плечами. — Я бы скорее боялась живых, а не мертвых. Мертвым до нас дела нет. А вот наемники из таверны, где мы спешивались утром, слишком внимательно смотрели на наш отряд. — Стоит дежурить по двое? — Не сегодня, — девушка скривила губы в улыбке. — Я сделаю защитный круг — нас не побеспокоят. Но когда мы вернемся к тропе, это уже не сработает. За ужином Гвиневра подсела к ним с Уильямом, и Рэй был уверен, что Персиваль смотрел в их сторону с тоской, пока Джордж не взял его в оборот. — Я сделала защиту вокруг лагеря. Если мы не хотим потерять никого из своих — надо приказать людям не высовываться с поляны до рассвета. — Гвиневра покосилась в сторону оруженосцев и весёлой толпы рыцарей. — Уверена ли ты, что это сработает? — Уилл нахмурился. — Я знаю, что здешние места неспокойные. — Да, места неспокойные, но нас не тронут и не увидят, если никто не будет уходить с поляны. Для нужды хватит и ближайших кустов, а с рассветом творите что хотите. — Ладно. Надеюсь, послезавтра мы успеем добраться до барона Ирвина. — Думаешь, там будет тёплый прием? — Рэй попытался вспомнить хоть что-то про барона, но, как и Артур, он не знал толком ничего. — В свое время я помог ему, — Билл пожал плечами. — Да и с другими баронами он не слишком ладит. Кроме того, он был одним из немногих, кто прислал гонца с поздравлением. Ну, и с Вортигерном они не дружили. У нас есть неплохие шансы. Кроме того, насколько я знаю, у него в замке или окрестностях точно живут две семьи магов. Смит кивнул, понижая голос и переводя взгляд на Гвиневру. — Что скажешь? — Скажу, что буду рада отдохнуть от ваших мыслей хотя бы ночь, — девушка скривила губы в улыбке. — Я думаю, нам будет, что у них спросить. Про того же Мерлина и Дикие Земли. Или ты знаешь, где его искать? — Они пока обходили тему того, что будут делать, когда дойдут до финальной точки первой части маршрута. До Диких Земель оставалось еще добрых полторы недели пути. Одну из которых они проведут бок о бок с караваном торговцев. А вот на дальнейшее у Рэя план был очень зыбким. — Маги не всегда любят других магов, Артур, — маг фыркнула. — И тем не менее. — Хуже от встречи с ними точно не будет. — Будешь говорить им о том, что творится с меткой? — Мир не так добр и наивен, Рэймонд. — девушка нарочито обратилась к нему по имени. — И не все могут желать тебе добра, даже если хорошо настроены, как и не все могут желать тебе зла, даже если показывают отнюдь не дружелюбие. — И все же? — Из нас всех именно ты бежишь искать мага в земли, куда простым смертным путь заказан. Ты собираешься перед этим посетить всех влиятельных баронов, будто бы шутя решив добиться их благосклонности. Если ты думаешь, что здесь магия может все — ты очень ошибаешься. И я не знаю, смогу ли помочь найти Мерлина, как и не знаю, что будет после следующей развилки. — Ну, шутя мы благосклонности не добиваемся, — Рэймонд усмехнулся и кивнул Скользкому, что внимательно прислушивался к их разговору. — Иногда стоит отвлечь внимание для того, чтобы кто-то другой сделал свою работу. — Я видела, что достопочтенный сэр Уильям отсутствует, и догадываюсь, по каким причинам. Но я все еще считаю, что подвергать жизнь короля опасности — это ужасный план. — Брось, Гвиневра, — Джордж подключился к разговору, и Рэй ощутил, что приватности ему в этом времени очень не хватает. — Мы контролировали ситуацию. — К тому же с Эскалибуром он практически неуязвим, — подтвердил Персиваль. — Да, наемники барона были сильны, — Уильям поддержал молодого рыцаря, — но и наш король не промах. Отряд согласно заулюлюкал. — Я просто пытаюсь понять, будем ли мы теперь всегда рисковать твоей жизнью, Артур, — девушка выделила имя, словно в насмешку, — или у достопочтенных рыцарей будут и другие хорошие идеи. — Уверен, барону Ирвину будет достаточно нашего личного присутствия. — Скользкий качнул головой. — Кроме того, уверен, у него будет гостить еще парочка баронов или ближайших соседей, что к нам так же лояльны. Поэтому тут навыка красноречия будет достаточно. — Соглашусь с нашим другом, — Джордж кивнул. — Самые отвратительные типы нам встретятся на обратном пути. И если здесь, просто обнажив меч и сразив всю дружину в одиночку, король смог впечатлить барона, то там потребуются фокусы посерьёзней. Рэй с интересом наблюдал за разворачивающимся разговором. План брать Гавьена на зрелища пришел ему в голову спонтанно. И Билл сразу сказал, что против, но как будто Смит, как впрочем и Артур, кого-то слушал, если был уверен в своей идее. Бедивер бы наверняка на него за это наорал. — Ваше Величество, — Персиваль, славный Персиваль, был одним из немногих, кто все еще чтил этикет. — Кого вы возьмете с собой в Дикие Земли? — Никого, — Смит покачал головой. — Я пойду один. — Бред, — Скользкий фыркнул. — Разумеется, — маг подтвердила. — Я пойду с тобой. — Как и я, — поддержал Джордж. — Мы все, вообще-то, шли с Вами, милорд, потому что не собирались отпускать в Дикие Земли в одиночку. — Скользкий покачал головой. И Персиваль кивнул в ответ. — И если ты думаешь, Вашество, что сможешь нас переубедить, то не старайся. — Ладно, — Рэй пораженно смотрел на товарищей. — Вернемся к этому на границе. А теперь по палаткам. Я подниму всех с рассветом и не желаю слышать ни единого стона недовольства. Ночь прошла беспокойно. Смена дежурства Рэю досталась одна из самых удобных. Можно было раскачаться перед общим подъемом, размяться и не страдать прерванным сном. Хоть какие-то королевские привилегии. Тем не менее перед самым рассветом Смит мог поклясться, что на границе поляны и леса слышал и непонятные звуки, и видел размытые силуэты, что явно пытались пройти к ним, но не могли из-за какой-то преграды. Явной магической преграды, которую он с трудом, но видел: мерцающий купол, окружающий их лагерь. Маг знала свое дело. Уже выходя к тракту они почувствовали запах костра. Рэй кивнул Биллу, и тот, взяв Блу, отправился по ветру, дабы проверить что это такое. Нагнали они их уже на тракте и Блу был слишком бледен. — Нам есть о чем волноваться? — Рэй притормозил коня, поравнявшись с вернувшимися. — Благодаря Гвиневре скорее всего нет. — Скользкий выглядел хмуро. — Уж не знаю, кто были те парни и с чем столкнулись, да только там даже хоронить было нечего. Не знаю, были они простыми наемниками, разбойниками или посланными по наши головы, да только до утра они не дожили. Костер потух где-то перед рассветом, и судя по следам, звери, или кто-то очень похожий на зверей, решил этим воспользоваться. — Здесь слишком близко Дикие Земли. Ночевать и жить в этих местах без мага — небезопасно, — пожала плечами Гвиневра. — Так что не за что. — Если мы не будем сбавлять в скорости — можем попробовать успеть доехать до деревни. Тогда переночуем в таверне. — Это отличная идея, Персиваль. Так что пришпорьте своих коней, друзья. Думаю, никто не откажется от ночевки не на земле. — Рэй усмехнулся, первым понукая коня. ***

Лондон. Наше время. Зал Тренера. Конец сентября.

— Артур? — Тренер был удивлен, увидев короля в своем кабинете. — Выдался свободный обед, решил заскочить. Ты же не против? — Вот этим он и отличался от Смита. Не слишком, конечно, но Рэй бы сразу сказал про вкусную еду и коварное соблазнение Тренера. Пендрагон же словно перечитал книг про личные границы, которые он, к слову, прекрасно нарушал. Но нарушал вот так вот, с невинным лицом и: — Я прихватил вкусный обед из Виктории, и уверен, ты не будешь требовать от меня соблюдения этикета. — Ты же знаешь, — Джеймс усмехнулся, закрывая дверь. В зале в это время оставались только карапузы, но и те ушли на пару часов на обед. — Я тебе всегда рад. — Это не всегда понятно по твоему удивленному лицу, которое скорее говорит: «В какой пиздец кто успел попасть, что у меня на пороге Рэймонд Смит, опять?!». Ну или «Он тут по работе или нет? Надеюсь не по работе, потому что иначе я кого-то прибью!» — мужчина усмехнулся. — Неужели это все читается на моем лице? — Тренер потер шею, смотря в сторону. Артур был слишком проницателен и слишком искренен с ним. От Рэя такого точно можно было даже не пытаться услышать. — Нет, но это то, чего Рэй боится. — Король с улыбкой откинулся на спинку дивана. — И видимо, не без причины. Неужели у вас все еще сложности в отношениях? Вы же вместе уже сколько? Больше трех лет? В мои времена, знаешь ли, за это время у нормальной семьи уже несколько ребятишек должно было родиться, а дом мог уже пару раз гореть от разбойничьих наездов, если бы они жили где-то не в городе. — Все немного сложнее, Артур. — Нет, Тренер. — Пендрагон упрямо сжал губы в полоску, нахмурившись. — Ничего не сложно в системе — скажи мне что происходит с тобой и я смогу тебе помочь. Вы ведь говорите, Джеймс. Говорите, но почему-то не про то. — Артур скривил губы в усмешке. — Уж не знаю, каким будет мое знакомство с Мерлином, и что там у нас случится, да только ты и здесь не перестаёшь отталкивать. Не перестаёшь держать дистанцию. — Король вздохнул и вроде как хотел продолжить, но остановил себя. — Ладно, не будем об этом. — Артур снял очки с уже обычными стеклами и отложил в строну, поднимая на Тренера чуть виноватый взгляд: — Прости. Я не буду лезть не в свои отношения, в конце концов тебе уже не первая сотня лет и кто я такой, — мужчина развёл руками, — чтобы пенять тебе на это. — Он мельком бросил взгляд на нахмурившегося Тренера и растянул губы в беззаботную улыбку. — Так что убери это сложное выражение со своего лица, и давай пообедаем. — Артур щелкнул тумблером чайника и полез в шкаф за кружками и приборами. Он был смущен своей порывистостью, но и смолчать не смог. Отношения Рэя и Тренера сначала казались ему чем-то безоблачным и достаточно взрослым. Но воспоминания его будущей версии натолкнули на мысли, что не все так гладко. И слишком склонный к справедливости король не смог смолчать. — Тебе чая? Тут остался только черный и черный с бергамотом, — Артур обернулся с двумя полупустыми коробками, когда Тренер сгрёб его в свои объятья. — Я совсем и забыл, каким ты был наблюдательным и проворным, — Джеймс с неким уважением смотрит на замершего в его руках мужчину. — Мой король. — Пендрагон хмурится, но попыток вырваться не предпринимает. — Ты прав каждым своим словом, — Тренер сокращает дистанцию, наклоняясь к Артуру. — Но я не могу позволить себе забыть то, как каждый раз терял тебя. Забыть, как ощущал твою смерть. Каждую из сотен, что отбирала тебя у меня. — Он закрывает глаза, прижимаясь ко лбу мужчины своим. — Я ни в жизнь не пожелаю тебе того же. Потому что легче сойти с ума, чем пережить это. — Прошло практически полторы тысячи лет, Мерлин. — Артур редко обращался к Тренеру так, поэтому Джеймсу пришлось открыть глаза. Серые омуты напротив были наполнены любовью и всепоглощающим прощением. Рука Пендрагона осторожно коснулась загривка, пройдясь по ежику отросших волос, остановившись где-то на затылке. Прикосновение было до того нежным и наполненным теплом, что Джеймс прикрыл глаза, на мгновение возвращаясь в свою самую первую жизнь и встречу с Сарой. Девушка касалась точно так же, осторожно и неуверенно, словно до конца не верила, что это все реально. И каждый раз отпускала Мерлина куда-либо так, словно прощалась. О, у него было достаточно времени для рефлексии, чтобы пересмотреть все их время вместе и переварить его во многом под совсем другим соусом. — Ты можешь быть убит горем, бояться боли, бояться поверить и еще сотни разных вариантов. Обманывать самого себя всегда намного легче, чем достать голову из песка и осмотреться. Судьба сталкивала нас из раза в раз, а в моем случае еще и насильно перебросила во времени не просто так. Думаю, сейчас там, в прошлом, моя душа точно также пытается достучаться до тебя, и если в итоге я все же вернусь в свое время, значит, миссию свою выполнит. Но и здесь я бы не хотел, чтобы мне пришлось разгребать всё те же проблемы, потому что уверен, твоя душевная организация и приоритеты много сложнее той версии тебя. Я просто хочу, Джеймс, чтобы Рэй здесь был не просто доволен жизнью, а счастлив. Счастлив так, как был счастлив ты, а ты был, не спорь. Я хочу, чтобы он почувствовал, что такое та самая связь родственных душ, которую описывают в легендах и хрониках. Потому что я слышу лишь отголоски, и я не он. Ты и вовсе не обязан меня любить и принимать. Ведь я занимаю чужое место и … — Тш-ш-ш-ш, — Тренер прикладывает к губам короля палец, призывая к тишине. — Я понял тебя, мой король, но ты ошибаешься. Вернувшись в Камелот, ты поймешь, что здесь ты тоже на своем месте. И ты действительно заставил меня кое-что вспомнить, — мужчина кривит губы в усмешке. — Ты абсолютно прав, я снова стал прятать голову в песок. И велика вероятность, что время выбрано это не случайно. И мы еще вернемся к этому разговору. — Джеймс выдыхает, на мгновение чуть сильнее сжимая мужчину в своих руках прежде чем отстраниться. — Пока же давай все-таки поедим. Уверен, Майкл не отпустил тебя надолго. ***

Земли барона Ирвина. Промежуток между 5 и 6 веками н.э. Вторая неделя похода. Замок барона.

Следующая неделя действительно выдается для Рэя удивительной на события. Во-первых, наконец изменилась локация сна. Смит впервые оказывается рядом с магом не в полусырой пещере или доме (он так до конца и не понял, что это было за место), а на поляне, к которой перед этим они буквально продирались сквозь заросли. Рэю с этим, конечно, больше повезло. Он около Мерлина в подобных путешествиях оказывался сущностью бесплотной, а вот маг явно не слишком был счастлив отсутствию тропинки. Тем не менее, результат того стоил. Поляна оказалась аккурат у обрыва близ горной реки. Вид с неё открылся прекрасный. Долина с дикими лесами и река, уходящая куда-то к горизонту. — Надеюсь, ты сюда не броситься с уступа пришел, — Рэй внимательно осматривал местность, надеясь, что это сможет ему как-то помочь в Диких Землях. — Маги так легко не умирают, — Мерлин бросил на него быстрый взгляд, но все ж удостоил ответом. — И зачем мы здесь? — Я тебя сюда не звал, тень. — Мужчина пренебрежительно передернул плечами, отворачиваясь к обрыву. — Уж простите, великий маг, но я это тоже не контролирую. И лучше бы спал спокойно, чем каждый раз переноситься хрен пойми куда, — Рэймонду тем временем все это уже порядком осточертело. И хоть его ночные сны оставались будто бы только снами, отдыха они не давали, изрядно подтачивая выдержку и самоконтроль. — Неужто королевские дела столь сложны, что Вы устаете за день, милорд, — съязвил маг, впервые проявляя хоть какую-то эмоцию, кроме гнева и тоски. И Рэй бы засчитал себе победу, да только эта была следующая ночь после ночевки у болот. И хоть они и добрались до таверны, Смит устал настолько, что даже сил на радость не осталось. Он даже отказался от ванной, опасаясь, что просто не вылезет из деревянного корыта обратно. Поэтому колкость мага просто проигнорировал, останавливаясь рядом на почтительном расстоянии и пытаясь полюбоваться видом. К сожалению, ощутить ветер и лучи солнца ему в таком состоянии было не под силу. — Мы договаривались о встрече один на один, маг, — хриплый голос, раздавшийся позади, застиг задумавшегося Смита врасплох. Он обернулся, но никого не увидел, хотя был уверен, что голос раздался прямо за его спиной. — Это всего лишь тень, и она скоро исчезнет. — Мерлин говорил спокойно и уверенно, совершенно отличаясь от той сдавшейся фигуры, которую Рэй наблюдал на протяжении всех своих снов предыдущих ночей. Единственное, что говорило о нездоровье мага — бледная кожа, морщины на лице и глубокие круги под глазами. И при свете дня это еще больше бросалось в глаза. — Тень, говоришь? — голос снова раздался будто бы совсем рядом, да только Смит все еще никого не видел, начиная оглядываться. Мерлин фыркнул, но не подсказал. — Интересная у тебя тень. — Рэй наконец поднял голову и застыл. Над поляну опускался дракон. Самый настоящий ящер из детских сказок и старинных легенд. Смит чертыхнулся под нос, но самообладание его не подвело и он удержался от слишком яркой реакции. Нервное моргание и дергающаяся щека — мелочи. Да и в подобной форме он явно не ощущает всей мощи приземлившегося перед ним зверя. — Такая яркая и живая, — дракон с интересом рассматривал Смита, абсолютно игнорируя мага, хотя и к нему обращаясь. — Да еще и с временной петлей связанная. — Он наконец удостаивает Мерлина взгляда и кивка. — Я готов отдать хвост на отсечение — время тебе неподвластно. Но этот юноша совершенно не из этого века. Как ты смог призвать такую тень? — Я его не призывал, — а вот Мерлин контролировал себя хуже. Рэй заметил изменение в настроении мага, но не обратил на это должного внимания, все еще переваривая наличие дракона рядом. Тот поражал размерами и энергией. И хоть Смит был практически безликой тенью, он ощущал первородную магию магического существа. Она была чем-то похожа на силу Эскалибура. И в то же время напоминала дикую природу, сильную в своей неукротимости и мудрую в своем проявлении. Перед ним хотелось трепетно склоняться в поклоне и почтительно опускать взгляд. Но Рэймонд не был поклонником сиюминутных необдуманных желаний, и оттого (а еще потому что все же был бесплотной сущностью, оказавшейся черт пойми где, да еще и формально в собственном сне) он лишь с восхищением рассматривал отдающую золотом чешую да массивное тело. — А вот ваши связи говорят обратное, — дракон с интересом уставился на Рэймонда. — Очень похоже, что этот юноша твоя родственная душа, Мерлин. — Сайрос, — голос мага прозвучал достаточно тихо для того, чтобы Рэй отвлекся от разглядывания дракона и повернулся к магу. Вокруг того буквально клубилась черная, похожая на сгустки темной пыли, энергия. — Я отказался от связи. — Его голос отдавался в голове Смита стылым холодом. Тем самым, что преследовал его в каждом сне. — Я провел чертов ритуал отречения, — дракон неодобрительно заурчал, но Рэй едва обратил на это внимание, ощутив, как пространство становится зыбким — один из предвестников возвращения в реальность. Но ответ мага был очень важен и Смит цеплялся ускользающим сознанием за само место. — У меня больше нет души, дракон. — Мерлин поднял голову и Рэй увидел темные провалы глаз: — Ни своей, ни родственной нет. Конечно, сон с таким финалом больше напоминал кошмар, особенно когда проснулся Смит от тряски и обеспокоенных лиц мага и Уильяма. Персиваль маячил где-то на входе в комнату (Смиту, как королю, без возражений нашли отдельную, правда, всех благ оценить он не смог). — Ну и напугал ты нас, Рэймонд, — Уильям перевел дыхание. — Уже думали, не добудимся. Рэй осоловело моргал, стараясь прийти в себя. Впечатлений было слишком много. — Который час? — Да уж солнце давно встало, — Билл нахмурился. — Мы всегда можем сделать день отдыха, если дорога настолько сложна. — Мужчина внимательно всмотрелся в лицо Смита. — Дело не в дороге. — Рэй откинулся обратно на кровать, ощущая, что весь взмок. — Сколько вы меня будили? — Уже несколько часов. Что только не пробовали, — подал голос Персиваль. — Седлайте коней, — Смит тяжело выдохнул. — Я поем в дороге. Пусть принесут два ведра воды на задний двор. — Тело прошивала неприятная дрожь и Рэй был уверен, что источником является нервное перенапряжение. — Да, Джек пусть там будет. — Оруженосец был бы очень кстати — слишком увлеченный и восхищенный, он не задаст лишних вопросов. — Все в порядке? — маг, внимательно наблюдавшая за Смитом, нахмурилась. — В полном. — Рэй растер руками лицо, поднимаясь. — Почему все всё еще здесь? Во-вторых, тень метки на руке после этого случая стала намного бледнее, и хоть вместе с ней побледнели и черные прожилки, их площадь не стала меньше, а наоборот увеличилась. И, как понял Рэй по поведению мага, у той была та же проблема. Это несколько осложняло ситуацию. Теперь носить закатанные до локтя рубашки стало невозможно. Гвиневра же где-то раздобыла платок, который не снимала с шеи. И если Рэю метка не приносила никаких хлопот, маг от неё, видимо, все же страдала. — Это как открытая рана, — призналась она на привале, когда Рэй выцепил её у ручья. Девушка держалась со слишком прямой даже для аристократки спиной и ни к чему старалась не прислоняться. — Только не рана. Я не знаю в чем причина, но магия на неё не действует. — Тебе стоит попробовать немагическую мазь и повязку. — Мужчина тяжело вздохнул. — Если тебе нужна будет помощь… Конечно, за подобное предложение он едва не отхватил пощечину. Тем не менее под покровом ночи она пришла к нему в покои со стопкой бинтов и склянкой мази, раздобытой у магов замка, в который они успели до темноты. В-третьих, в замке барона Ирвина им пришлось задержаться на три дня. Соседние бароны не успели собраться с установленный срок, а не дожидаться желающих присягнуть на верность королю лично стало бы слишком дурным тоном. Барон Ирвин действительно оказался очень лояльным крови Пендрагона. А еще не обделенным внимательным взглядом и магическим даром. Слабым, недостаточным для развития или учебы, но все равно проявляющимся. — Ваше Величество? — мужчина, что был скорее всего ровесником отца Артура, Рэймонду нравился. Нравился настолько, насколько вообще может нравится человек, что по сути является таким же могущественным, как ты. Чуйка молчала, Уильям ходил расслабленный, а маг впервые ела с удовольствием — все эти небольшие показатели утверждали, что барону можно если не верить на слово, то по крайней мере, не ожидать подставы сразу. — Барон, — Рэй, обернувшись, кивнул и снова повернулся к балкону. — Наш прием утомил Вас? — Дело было в первый вечер аккурат к завершению приема в честь короля. Смит был уверен, что покинул зал достаточно проворно, чтобы его хватились не раньше, чем через четверть часа. Но видимо, в подобных интригах он совсем забыл, что гостем в замке все же был желанным. — Нет, что Вы. Просто захотелось подышать ночным воздухом. — Смит изобразил приличествующую случаю утомленность. — Осень в этого году и правда достаточно теплая, — Ирвин задумчиво погладил седую бороду. — Хорошо бы, чтобы зима была снежной. Это способствовало бы урожайности. — Ваши маги не дают прогноза? — Они, конечно, сведущи в природе больше моего, да все ж не Боги. — Мужчина усмехнулся. — Здесь как мать-природа пошлет, так и будет. Но я вышел к Вам не за этим. — Ирвин перевел серьезный взгляд на собеседника. — Я приношу извинения, если моя просьба окажется слишком дерзкой, но могу ли я задать личный вопрос? — Личный? — Рэй с удивлением посмотрел на барона. Личный вопрос королю — это что-то интересное. — Это необычная просьба, барон Ирвин. Необычная и действительно дерзкая, но мои люди отчего-то Вам доверяют, и потому можете спросить. Хоть я и не гарантирую ответ. Мужчина кивнул в ответ, соглашаясь с подобным раскладом. — Я не мог промолчать, и надеюсь, Вы сочтете мои пояснения и порывы проявлением поддержки, а не праздности и скуки. В силу своего происхождения я, как и Вы, обладаю небольшим магическим даром. Но если Ваш позволяет использовать силу магических предметов, то мой позволяет видеть… — Мужчина запнулся. — Маги называют это связями. Связи людей между собой. Дружеские, семейные, любовные. — Барон вздохнул, и Рэй уже подозревал, о чем будет вопрос. — Ваше Величество, Вы знаете, что у Вас есть родственная душа? Конечно, если бы у Артура была родственная душа, все королевство было в курсе. Смит не был дураком (дурак бы не продержался так долго рядом с Майклом Пирсоном, не имел бы той должности, что Рэй, и явно не мог быть в прошлой жизни королем). И тактичность, и осторожность, с которой Ирвин подвел свое беспокойство, заботу или шкурный интерес (это сейчас не имело никакого значения), обличая вопрос в слова, было достойно похвалы. Разговор же этот при правильном повороте мог многое прояснить для Смита не только об Ирвине, как о союзнике, но и, возможно, пролить свет на ситуацию с Мерлином. — С чего Вы взяли, барон? — Рэй ответил нейтрально, тем не менее внимательно смотря на собеседника. — Кроме запутанного клубка связей в отряде, от Вас тянется прочная красная нить в противоположную от замка сторону. И если это не дама сердца, про которую не ходит даже крохотного слуха, то скорее всего, это родственная душа, про которую Вы знаете. — Мужчина уважительно смотрел в сторону. Рэй сделал вид, что слегка нахмурился, намеренно продолжая молчать и смотреть на Ирвина. Этот прием прекрасно работал, когда нужно было заставить сказать собеседника больше, чем он изначально желал. И тут Смит не прогадал. — Я ни в коем разе не хотел влезать не в свое дело, — мужчина неуверенно замялся, что было достаточно странно, но под взглядом Рэя продолжил: — И я бы не обратил своего внимания на это — не мне лезть в чужие тайны. Только вот нить Вашей связи уж слишком необычной оказалась. — Необычной? — Красный цвет и насыщенность, как правило, говорят о том, что связь закреплена. Но тогда нить обычно двойная. От каждого из партнеров. У Вас же нить одна. Но не это необычно. Я встречал много людей, и знаю, что такое может быть. Просто Ваша нить опутана черной мелкой сеткой, словно оболочкой. Клубящейся черной оболочкой. Черной тьмой проклятья, которое несет Ваша родственная душа. Магического проклятья. — И откуда у вас такие широкие познания в магии? — Рэй прищурился, глядя на барона. — Ваше Величество, у меня в отряде служит несколько магов. Я прекрасно видел, как они расправлялись с некоторыми неприятелями. Тьму проклятия я отличу на раз. Кроме того, очень похожая нить связи тянется в ту же сторону и от Вашего мага. И это уже подтвердили мои люди. — Ирвин извиняюще склонился. — Извините за проверку, но несущих опасность для окружающих, будь они хоть богами этого мира, в замок я бы не пустил. — У меня действительно есть родственная душа, барон. И у нас есть некоторые проблемы с принятием связи. А вот про проклятье, если не знаете деталей, Вам лучше помалкивать. — Я услышал, Ваше Величество. — Ирвин выдохнул, потому что король говорил спокойно, а значит, гнева не последует. Рэй тем временем удивлялся, как Артур до сих пор не встретился с соратниками. Ведь этот барон, например, был всецело за его авторитет и корону. — Тем не менее, если у тебя есть люди, кто мог бы рассказать мне больше — я бы хотел с ними встретится. — Я уточню, Ваше Величество. — А теперь, почему бы нам не вернуться к гостям? — Рэй отсалютовал пустым бокалом и барон поддержал его, первым покидая балкон после кивка короля. Смит последовал за ним. На вопросительный взгляд Скользкого, что он поймал, едва вернувшись к празднику, он лишь улыбнулся и покачал головой. Беспокоиться прямо сейчас действительно было не о чем. В-четвертых, уж не знал Рэй, были ли это связано с магическим куполом над замком, или просто что-то в потоках изменилось, но ему удалось обе ночи проспать без путешествий хрен знает куда. Иными словами — он перестал видеть Мерлина. В первую ночь это определенно обнадежило. Потому что как бы дракон и смена места дислокации мага ни радовали Рэя, да только он держался в седле на силе воли и упрямстве. А вот на второе утро стало уже не по себе. Потому что тень метки стала очень бледной, в то время, как сеть черных капилляров стала значительно больше. Рэю это все категорически не нравилось. Хорошо хоть барон действительно переговорил со своими магами, и Смиту удалось получить некоторые ответы. Гвиневра организованной беседе не слишком была рада, но Рэй настоял на её присутствии. Кроме того, чутье или обострившаяся интуиция подсказывали, что старая колдунья, которая согласилась говорить с королем, не принесёт им неприятностей. — Бабушка Ягелла у нас самая мудрая, а еще и с духами говорить может, да судьбы дороги видит. — Все, что сказал барон напоследок. — Она с порога сказала, что не против поговорить с путниками, так что, думаю, даст вам какой совет. Рэй, который уже ничему не удивлялся, лишь пожал плечами, да загнал внутреннее беспокойство подальше. — Вы ведь не совсем наш король, верно? — женщина преклонного возраста (считай старушка) с порога расставила акценты. Смит поблагодарил провидение, что барон с ними не пошел. — Не переживайте, Ирвин догадывается. Этот прохвост, — прозвучало совсем по-отечески, — не так прост. Но можете не терзаться на его счет — он действительно предан короне и монарху, так что задаст Вам вопросы в следующий раз. — Я король, уважаемая Ягелла, но и правда, не совсем этого времени. — Рэй почтительно кивнул, останавливаясь у входа. Маг, явно напряженная, стояла позади. — Проходите, чего на пороге замерли. Да и ты, дитя, не трепещи. Сама уже не маленькая, а все за предрассудки учителя цепляешься. — бабушка (Рэй по-другому не мог ассоциировать старушку) с улыбкой кивнула на лавку. — Да, вижу, интересные у тебя приключения, — она кивнула Рэймонду. — Душу твою, конечно, потаскало. Но ты молодец. Иной бы в панику впал или страхом парализован был, а ты словно и готов ко всему. — Ягелла с интересом заглянула Смиту в глаза. — Не думал, отчего так? — Времени все не было, — мужчина усмехнулся. — Но Вы так спрашиваете, словно знаете ответ. — Ответ только боги знают, голубчик, — бабушка усмехнулась, — да духи еще что увидеть могут. Нам же, кто из плоти и крови, лишь постигать и постигать это все. — Она потянулась к подвешенным под потолком сушеным травам, выбирая какие-то особые пучки. — Гвиневра, будь добра, сними котел с водой. Чаю заварим. Уж больно-то вопросов у вас много. — Откуда Вы знаете мое имя? — маг настороженно замерла. — Так коль духи его тебе дали, мне его почему бы не знать? И то, что короля сейчас не Артуром кличут, тоже знаю, только ты, Рэймонд, не переживай, только те, кому сам ты рассказал, знать будут. Пендрагон не пострадает. Уж очень вы одинаковые. Все ж одна душа, да еще и древняя. — Ягелла как-то многозначительно замолчала. Маг кивнула, наконец расслабляясь и действительно начиная возиться с водой. Бабушка одобрительно хмыкнула и снова повернулась к Рэю. — Путь тебе, конечно, не легкий выпал, да только все в балансе. Сейчас и опыта у тебя побольше, и интереса, чтобы за Мерлином пойти. Артур бы не рванул, и маг бы так и сгинул. — Сгинул? Значит, про проклятье правда? — Рэй невзначай потер руку. Ягелла это конечно же увидела. — Покажешь? — Смит кивнул. Пришлось снять жилет да рубаху. В доме старушки было тепло и светло, несмотря на ливший за окном дождь. Пока Рэй возился со шнуровкой, старая колдунья попросила Гвиневру разлить закипевшую воду в два кувшина. В один были брошены сухие травы, что старушка достала из пучков. А второй отставили в сторону. Ягелла повернулась к Рэю как раз, когда тот отложил одежду в сторону. — Могу я прикоснуться? Рэй снова кивнул. Но касания практически не ощутил. Женщина словно проводила руками у самой кожи, но не касалась. Выцветшие глаза её при этом светились теплым золотом, а Смит буквально кожей ощущал прикосновения чужой магии. Старушка хмурилась, водя руками над кожей, но так и не дотронулась. Наконец она закончила, задумчиво отстраняясь. — Странные дела творятся, Вашество. — она обернулась к Гвиневре. — Голубушка, в соседней комнате, в шкафу, на верхней полке слева ступка деревянная с пестиком, принеси, будь добра. Да со стола там захвати горшочек меда. — Девушка кивнула, удаляясь. — А ты, Вашество, с печки достань мне пучок листьев, да из самой печки горшочек достань, будь добр. — Рэй конечно же не отказал. Бабушка тем временем продолжила рассуждать. — Связь твоя, Рэймонд, интересная очень.  Смит спустился с печки, протягивая листья. — Это чем же, уважаемая Ягелла? — Тем, что она существует вопреки всему. Так твоей душе захотелось поддержки в этом мире за долгие века перерождений, что боги не смогли отказать. — Ягелла устроилась за столом, указывая Рэю место напротив. Вернувшуюся Гвиневру усадили во главе. Старушка, ловко накрошив в ступку и сухоцветов, и какого-то порошка из горшка, что Смит достал из печки, дала девушке растирать. — Так бывает, когда или кто из духов или богов виноват перед тобой в чём, или просто судьба так сложилась. В вашем-то веке про это и не помнят, но мы здесь еще чтим традиции. И связь ваша с магом существует скорее вопреки всему, нежели по задумке Мироздания изначально. — С чего Вы взяли? — А ты сам посуди. В первую вашу встречу — маг тебя потерял. Во вторую — даже признавать отказался. А третью он и вовсе собирался предотвратить. — Это ж как же, бабушка? — Гвиневра недоверчиво посмотрела на колдунью. — Все ж знают, что от связи не откажешься, на другого не перекинешь, а магу так и подавно подобное не светит. — А здесь, красавица, наставник твой решил богов и духов обмануть, — Ягелла покачала головой. Она достала из шкафа глиняные чашки и разлила из первого кувшина заваренный сбор, угощая гостей. Рэю был заботливо придвинут мед и ложка. — Начитался древних, темных манускриптов этих южных кочевников, да решил, что сможет и связь порвать, и себя убить. Дурачок, — Ягелла с тихой грустью покачала головой. — И это великий-то маг, с его силищей. Да там такой магический всплеск случился, что не мудрено, что Рэймонда к нам боги подкинули. Только одна душа другую от погибели спасти сможет. — Значит, он все же провел какой-то тёмный ритуал? — Гвиневра исправно растирала что-то в ступке, куда Ягелла периодически что-то подкидывала. Принимать участие в диалоге магу это совершенно не мешало. — О, и не просто тёмный, моя дорогая. Этот умник решил отдать свою душу богам, думая, что те примут дань и разорвут и его замкнутый круг перерождений, и связь, что будто бы его тянула на дно. Но он же еще совсем зеленый, хоть и хлебнул боли. Вортигерн зря замахнулся на магов. Бедняга думал, что сможет утолить жажду власти, да не вышло бы. У магов-то он плохо учился. Гонор ударил в голову, а ведь мог таким чародеем стать…. — Ягелла снова грустно покачала головой. — Значит, ритуал не так пошел? — Рэй нахмурился. — Конечно. Говорю же, связь ваша существует вопреки, потому что самим Мирозданием тебе в награду дарована, чтобы ты один не был. А маг-то твой этого не понимает. Мало пожил, не докумекал еще, что иногда не ради собственного "я" надо стараться. Хотя… — старушка внимательно посмотрела на Смита, словно что-то считывая, — в твоем времени он не сильно-то что и понял. — Думаю, мое время мы оставим на откуп мне со всеми его проблемами, — Рэй вежливо, но холодно улыбнулся. — О, не переживай. Король там все поправит. Думаешь, только из-за мага ты здесь? Нет, мой милый, все сложнее, — Ягелла загадочно улыбнулась, отворачиваясь к Гвиневре и снова за чем-то посылая её в другую комнату. Девушка вернулась, нагруженная всякими мешочками, из которых половина содержимого отправилась в пестик. — Так, на чём я остановилась? — Ритуал, — подсказал Рэй. Чай, ну, или травяной сбор, оказали на него поистине расслабляющее действие. — Да, всплеск такой был, что даже границу Диких Земель прорвало. Боги и духи очень недовольны были. Связь ведь наградой считается, вот и прокляли твоего мага. — Он сказал, что отрекся от метки и от души. — Смит вспомнил последний сон. — Связь только боги разорвать могут, а мы, какими бы игрушками не баловались, не способны на такое. Так что ничего он не разорвал. Так, притупил немного, навлек на себя недовольство и проклятие и все. — Старушка пожала плечами. — Упрямец думает, что смог обмануть судьбу, но мужчины они все такие, — Ягелла подмигнула Гвиневре. — Тем не менее, все его игры закончились проклятьем, что от него, как противный паук по связи наползло и на вас. Тебе, Рэй, достается меньше, так как связь ваша на тебе держится. А вот тебе, Гвиневра, может и не повезти. — Всё в порядке, — маг упрямо сжала губы в полоску, опустив взгляд в стол. — Конечно, если ты хочешь не мёртвой стать. Твой жених-то наверняка оценит бледную и неживую жену. — Он мне не жених, — проворчала девушка. — Пока, — миролюбиво закончила старушка, а затем уже серьезно продолжила: — Так как никто из вас от связи отказываться не намерен, хоть тебе, голубка, я бы настоятельно посоветовала, выход у вас только один. — Что-то мне подсказывает, что он мне не понравится, — Рэй впервые тяжело вздыхает. — Наверняка, голубчик. — Старушка кивает. — В Диких Землях есть озеро Забвения. — Это плохая идея, — качает головой Гвиневра. — Для слабого мага — да. Только вот ваш товарищ совсем не слаб. В моем детстве это озеро называли Слезой Дракона или Чистым. — Быть такого не может. — Гвиневра даже прекратила толочь в ступке. — Я читала, что после того, как те земли стали Дикими, Чистое озеро скрылось под землей, дабы ни люди, ни маги не смогли больше искупить грехи перед богами. — Так и могло бы случится, но все почему-то забывают, что не только боги правят бал в этом мире, — Ягелла усмехнулась. — Они не смогли уничтожить то, что не сами создавали, а лишь усилили влияние воды. И теперь очищение стало полным буквально. — Старушка фыркнула каким-то своим мыслям. — Вам понадобится огонь дракона. Магическое пламя сможет очистить воду от проклятья богов. Этой водой облейте мага. И вода сможет перетянуть грязь его ошибок на себя. — Так просто? — Смит определенно искал подвох. — Озеро Забвения считается легендой даже для магов. Найти его практически невозможно. Как и уговорить дракона не поджарить тебя и воду. — Гвиневра нахмурилась. — Мерлин сам вам поможет, — старушка улыбнулась. — Он, в конце концов, совсем не монстр. И, к счастью, всё еще имеет чувство ответственности. — Не похоже, что он вообще будет мне рад. — И не будет, — Ягелла утвердительно кивнула. — Только ведь и ты, Рэй, не наивный ребенок. В людях-то разбираешься. И мага своего любишь. — Люблю, — согласился Смит. — Вот и славно. — Старушка хлопнула в ладоши. — Гвиневра, голубушка, вылей к своему порошку половину этого кувшина, — старушка подвинула к девушке второй кувшин. — Только мешать не переставай. Рэй с интересом наблюдал, как маг под руководством старушки делала какую-то диковинную мазь. Выходило медленно, но, судя по взглядам Ягеллы, хорошо. — Приезжайте ко мне с женихом, как король с походами закончит, — Ягелла обратилась к девушке. — Научу разному полезному. — У меня все еще есть наставник. — Гвиневра нахмурилась. — Мерлин занят будет, — Ягелла бросила лукавый взгляд на Смита. — Да и отпустил он тебя уже давно. Приезжай. Нам тут толковые руки всегда нужны. — Я не... — Гвиневра, ты ведь действительно не должна привязывать себя к одному месту, — Рэй кивнул старушке. — Камелот всегда будет тебе рад, но развитие могло бы быть для тебя приоритетом. — Я... — Девушка вздохнула. — Я подумаю, спасибо. — Вот и славно. — Старушка улыбнулась. — А мазь можно уже оставить. — Девушка отставила ступку. Ягелла взяла ту в руки и что-то зашептала. Рэй снова почувствовал магию колдуньи. Та была совсем другой, хоть и не враждебной, но на магию Мерлина и Эскалибура совсем не похожей. Стоило той закончить, как в дверь постучали. — Накинь рубашку, Вашество. Это за вами. — У меня еще остались вопросы, — Рэй поднялся, начиная одеваться. — Так я и не гоню. Просто не хочу, чтобы ты девок моих смущал своими мышцами, — усмехнулась старушка. — Войдите! - крикнула она в сторону двери, едва Смит надел рубаху. В покои зашли две девушки, явно из прислуги барона. — Ваше Величество, — обе низко поклонились. — Барон Ирвин спрашивает, вернетесь ли Вы к обеду, али сразу к ужину? — К ужину. Будет ли сегодня праздник? — Конечно, Ваше Величество. Много гостей приехало к Вам на поклон. — Хорошо. Передайте, что к ужину освобожусь. — Рэй кивнул, и девушки, стараясь не глазеть, удалились. — Хороший ужин будет сегодня. Добрый. Гости все желанные. Да и завтра ничего. А вот в караване вы осторожней будьте. Там хоть зла вам никто желать не станет, лучше гостеприимством их не пользуйтесь, а на ночь свои палатки ставьте. — Хорошо, — Рэй кивнул Ягелле. — Так что за вопросы остались у тебя, голубчик? — Бабушка переключилась с задумчивого тона на любопытный. — Сны мои… — Рэй замешкался. — Я с момента похода начал во снах рядом с Мерлином оказываться, а как сюда приехал — как отрезало. — Не в снах, голубчик. То боги тебя по связи вели. Чтобы проще тебе отыскать да понять мага было. Мол раз уж так связи желал — сам с ней и разбирайся. — Ягелла задумчиво покачала головой. — У нас тут очень магические потоки переплетены. Столько семей, да не на дикой земле, еще и с потенциалом большим магическим. Вот барон и старается, у заморских кудесников купол заказал. В него наши излишки уходят, да и замку хорошо. Вот связь твоя излишки энергии туда и отдает. Выйдете за границу, все вернется. — Можно ли это как-то контролировать? Они, — Рэй кивнул на Гвиневру, — один раз едва меня добудились. — Нет, голубчик, увы, — женщина развела руками. — Пока связь не станет нормальной или вы рядом не окажетесь, будешь около своего мага во сне бродить. — Ладно, — Смит в принципе что-то подобное и предполагал. — А что до проклятья? Я его только вижу, а вот Гвиневра скоро от болевого шока и подняться-то не сможет. — Ты не расслабляйся. Стоит вам с Мерлином встретиться — тоже все углы ощутишь, — Ягелла серьезно посмотрела на Рэя. — Метка-то подтверждена будет. Рэй об этом не подумал. — Мазь вам дам. — Старушка подвинула ступку. — Будет убирать боль. Хватит её вам недели на две-три. Так что до озера надо скорее постараться добраться. Помогать нужно будет друг другу. Гвиневре здесь я компрессы сделаю, эту, — старушка кивнула на ступку, - с собой упакую. А уж в пути, ты, Вашество, не брось мага в беде. Она девочка сильная, да только поддержка и помощь лишней не будет. — Я могу справиться и сама, — подала голос Гвиневра. — Не можешь, — старушка, нахмурившись, глянула в её сторону. — Ты уж не обессудь, Вашество. — Разумеется, — Рэй бросил предупреждающий взгляд на готовую возмутиться Гвиневру, заставляя её замолчать. — Вот и отлично, — Ягелла улыбнулась. — Вы сказали, что моя душа сама попросила метку, и что связь у нас с магом не обычная. И, насколько я понял, особо счастливых моментов у нас не так много будет. — Только там, где от тебя, дорогой, ничего не зависит. Но ты, согласись, тоже не лыком шит. Второе воплощение со связью, а уже король, — Ягелла усмехнулась. — Умеешь брать свое и не отдавать. Там, где ты это вспомнишь, все хорошо будет. В твоем же времени вы всё решили. — Не знаю вот теперь, до конца ли… — Не ищи проблемы там, где их нет. — Старушка развела руками. — У судьбы множество дорог, и оказаться здесь тебе было написано сразу. А вот каким уроком ты это путешествие сделаешь — решать лишь тебе. — Вернусь ли я к своему магу? — Смит уже не раз и не два вспоминал про Тренера. Особенно оказываясь во снах с его точной, хоть и потрепанной временем копией. — Мерлин и есть твой маг, Рэймонд. Так же, как ты и есть Артур. Тебе стоит принять это, не пытаясь разграничивать, — покачала головой Ягелла. — Это немного трудновато, учитывая, как он ко мне относится и отрекается от связи. Как пытается погубить себя, а губит окружающих, — слова вышли чуть более зло, чем Рэй планировал. — Думаю, фраза "ты должен быть умнее" не очень подойдет, но она полностью описывает ситуацию. Несмотря на возраст, ты более древнее и опытное создание, хоть судьба в этот раз миловала тебя не помнить прошлого. — Старушка тяжело вздохнула. — Ты здесь, потому что один раз уже рискнул всем, отдавая себя и принимая любой исход. И помнишь, чем и как это для тебя закончилось. — Женщина улыбнулась. — Так почему ты пасуешь сейчас? — Я не пасую, — Смит нахмурился, не совсем понимая, о чём идет речь. — Ты начинаешь торговаться со мной, — Ягелла улыбнулась еще шире. — А ведь я ничего не решаю. Но так и быть, разрешу тебе почувствовать справедливость. — Старушка о чем-то задумалась, нахмурившись и глядя куда-то в сторону, а затем снова улыбнулась. — Как вернешься домой — приходите ко мне. Я всегда оказываюсь где-то рядом с этим местом. Уверена, твои связи позволят меня найти. Тогда и поговорим. — Что-то мне подсказывает, что Вы говорите не про это время, — Рэй получив кивок, кивнул в ответ. — Вот и отлично. А теперь иди в замок и успокой своих людей. А я помогу Гвиневре с её спиной. — Что будет, если мы не обольем Мерлина правильной водой? — Рэй задал вопрос, уже практически уходя. — Вода из Озера Забвения, очищенная драконьим пламенем, смоет с Мерлина проклятье. Если не сделать этого через месяц — тьма поглотит его тело, а из ваших будет пить энергию, пока вы не станете живыми мертвецами, — старушка произнесла это словно что-то само собой разумеющееся. — М-да, — Смита подобна перспектива радовала мало, но манеры не отказали. — Спасибо, уважаемая Ягелла. — Не забудьте уж про старушку, — женщина кивнула Рэю. — И ты не бойся, Вашество. В тебе достаточно силы, чтобы всё пошло верным путем. Следующим важным, но не слишком интересным событием стал, собственно, сам прием у барона Ирвина. Рэю принесли клятву верности еще три барона. Это оказалось неплохим подспорьем. Да, возможно не все были рады открывшейся перспективе, тем не менее на подобное предложение ответить отказом — всё равно, что расписаться в неверности. А подобного допустить публично они бы не посмели.