Долг или любовь?

- Домой! - Голос Кацуми был теплый и заботливый. Саске внимательно взглянул на похитительницу и не увидел ненависти, а даже, наоборот, ее черты лица были мягкими и добрыми. Пока они были не одни, девушка была безразлична ко всему, не было ни единой эмоции, а сейчас она излучала тепло. То тепло, которого так не хватало парню после смерти матери. Он хотел встряхнуть головой, отогнать те чувства, о которых он уже начал забывать, но парализующая техника не давала возможности прийти в себя, откинуть путы добра, которые излучала девушка. Саске закрыл глаза, в голове пронеслись все воспоминания связанные с братом, и парализующая печать начала ослаблять, ненависть парня затуманила сознание. Кацуми почувствовала всплеск чакры и начала направлять животное на землю. «Печать слабеет… нужно садиться… вот и поляна…» - красноволосая приземлилась на той поляне, рядом с водоемом, на которой провела последнюю ночь с Итачи. Бросив парня в траву, делая вид, что не заметила ослабления печати, девушка отпустила Ами, сняла плащ и подошла к Саске, который скривился, то ли от боли, то ли от злости. - Вставай! Я знаю, что ты снял печать, нам нужно поговорить! - Где мы? – парень встал со спины девушки, приложив катану к горлу. - Это место недалеко от деревни, мое любимое место. Я обычно прихожу сюда, когда мне одиноко или мне нужно подумать. – С правой стороны, из леса вышла еще одна Кацуми… Саске обернулся. - Это было наше с Итачи тайное место для свиданий. - Слева по воде шел еще один клон девушки. – Саске оглянулся. - Что это все значит? Зачем ты привела меня сюда? – Саске переставал себя контролировать, поэтому перешел на крик. - А еще Итачи был здесь за день до смерти… - сзади еще один клон подошел и заблокировал его. – Я привела тебя сюда, потому что нам нужно поговорить. – Боком к парню, на пеньке, возле водоема сидела еще одна клон. - Зачем?! – кричал брюнет. - Потому что твой брат предпочел не прощаться со мной лично, решил, что записки хватит! А сам направился к тебе, чтобы ты осуществил смертный приговор, который сам себе вынес восемь лет назад... чтобы спасти тебя! Чтобы смыть с себя грехи прошлого, быть убитым своим братом, чтобы тебе стало легче. Он хотел твою боль и ненависть забрать с собой в могилу. – Кацуми срывалась на крик, но постепенно стала успокаиваться. - Да что ты можешь знать об Итачи?! Кто ты такая, чтобы говорить о нем?! Ты не представляешь, чем он пожертвовал ради вас! – Саске стоял и размахивал руками, у него по всем признакам началась истерика, мальчик был нервно истощен. Слишком много свалилось на его плечи за столь короткое время. - Успокойся! – Кацуми прикрикнула на парня, но тот не слушал, только пошел в лобовую, выхватив катану из рук клона. Девушка мастерски отбивала атаки и все выпады. - Что мне стоит тебя убить?! Брат меня любил, и моя жизнь для него была дороже, чем жизнь всей деревни! – куноичи продолжала отбиваться, совсем не напрягаясь. Саске хорошо владел холодным оружием, но сейчас он был вымотан продолжительной битвой с несколькими сильными соперниками, что было на руку девушке. - С чего ты взял, что меня так легко убить? – голос оставался совершенно спокойным. – И с чего ты взял, что ты был для Итачи дороже всей деревни? Это тебе Тоби сказал? - Это я сам понял! - Итачи знал, что Некто, поведает тебе «правду», но только ту, которая будет выгодна ему. Поэтому он попросил меня проследить за тем, чтобы ты узнал об истинных намерениях твоего брата. - Кто ты такая, чтобы говорить об Итачи. Если ты была его любовницей, это тебе не дает право говорить о нем, словно ты его знала! Клоны исчезли, и Кацуми подошла к тяжело дышащему брюнету, он слишком много сил потратил. - Кто тебе это сказал?! – девушка начинала злиться, врезав коленом в солнечное сплетение, повалила Учиху на землю, ногой придавив лицо. - Мадара еще сказал, что ты была в акацки общедоступная. Кто хотел, тот и пользовался. - Учиха продолжил насмехаться, но терпение куноичи не безгранично, врезав второй раз по ребрам, заставила замолчать на некоторое время. - Если ты думаешь, что мне нравится твоя компания, ты глубоко заблуждаешься, как и в том, что слушаешь человека, который не только скрывает свое лицо, но и настоящее имя, прикрываясь местной легендой. А теперь слушай и не перебивай, я не повторяю дважды! Ты спросил, откуда я могу знать, чем пожертвовал Итачи? Так вот, у меня встречный вопрос: с какого хуя ты решил, что ты знаешь, чем пожертвовал твой брат и зачем он это сделал? До недавнего времени ты больше жизни желал убить его. Неужели ты действительно думаешь, что дороже тебя у него никого не было? Или ты думаешь, что быть рядом с глупым маленьким братиком это предел мечтаний? - Саске хотел что-то ответить, но Кацуми надавила ногой сильнее, но потом полностью отпустила парня, присев рядом. - Ты хочешь знать, почему твой брат врал тебе до последней секунды? – Саске мучил этот вопрос, он спрашивал об этом Мадару, но тот уходил от ответа, потому что знал, что тогда Саске изменит свое решение не в пользу акацки. Парень кивнул, и устроился удобней. – Он так поступил, не потому что хотел тебя защитить, нет. Он хотел защитить деревню от твоей неконтролируемой мести. Он предугадал поведение Тоби и именно поэтому он поручил Наруто остановить тебя. Даже если для этого потребуется убить тебя. - Хм! Наруто! Остановить меня?! – Кацуми жестом приказала заткнуться. - Я уже поняла, что ты недооцениваешь Узумаки, но сейчас не об этом. Знаешь, почему Итачи согласился на ту злополучную миссию? - Он хотел защитить меня! – твердо ответил брюнет. На, что Кацуми рассмеялась, пробуждая ярость Учихи. - Это тебе Тоби сказал? Хотя и так понятно, кто же еще. Нет, конечно, я не утверждаю, что это было не так. Нет. Просто он не только ради тебя пошел на это. Все началось из-за того, что в вашем клане готовился переворот, Учихи хотели стоять во главе деревни, и твой отец был инициатором. Видите ли, к Учиха относятся так же, как и к остальным кланам Конохи, безобразие! – наиграно разводила руками девушка, а Саске сжимал кулаки, но продолжал слушать. – Твой отец ставил клан превыше деревни, а Итачи и Шисуи ставили деревню на первое место. Ведь в первую очередь, мы все одна большая семья – Коноха. Для Итачи это было главное, а то, что он из клана Учиха было на втором месте. Так же как и Шицуи. И те потери, которые бы понесла деревня в случае восстания вашего клана, для твоего брата были бы очень болезненными. Он хотел, чтобы его братик жил свободный от клана, чтобы он жил в деревне, в той самой, которую он так любил. - Я все равно уничтожу Коноху! Всех до единого! – Саске сжимал кулаки, понимая, что сейчас он беспомощен. - Ты как попугай! Заладил: уничтожу и уничтожу. И что тебе это даст? - Я очищу имя Итачи, клан Учиха вашей кровью! – парень встал, отряхнул одежду, и бросил косой взгляд на девушку, которая была абсолютно спокойна. - А ты кровожадный, весь в отца. То есть, ты не изменишь своего мнения? – Кацуми встала напротив парня, приготовив меч. Брюнет отрицательно покачал головой, отвечая на вопрос. - Ты не выполнила просьбу брата, - с некой насмешкой взглянул на куноичи. - Теперь тебе придется остановить меня. - Ты ведешь себя как ребенок. Ты обижен не на Коноху, а на брата, который до последнего продолжал служить во благо деревни. Даже, когда он был в акацки, Итачи обеспечивал защиту Конохе. И теперь после смерти старшего брата, который так сильно обидел тебя, ты хочешь поломать его любимую игрушку. Только вот Коноха не игрушка, а ты уже не маленький. Если потребуется остановить тебя, желающих будет много. Ну, раз ты все для себя решил, то это твое право. Прежде чем отпустить тебя, я хочу показать кое-что. – Кацуми призвала Ами, снова схватила за шиворот и взошла на спину соколу. - Куда на этот раз? – не сопротивляясь, парень спокойно стоял. - Ты же хотел уничтожить Коноху? Так вот твой шанс! – Кацуми очертила рукой деревню. Сейчас они приземлились на «голову» пятой, и всю деревню было очень хорошо видно. Пред Саске предстала картина, которая заставила его с ужасом расширить глаза. – Сейчас удачный момент, такая возможность, чего ты стоишь, добей! – пихала в спину парня, подталкивая к действию. - Где мы? - с трудом смог сформулировать вопрос юноша. - Как это где? В Конохе! Не узнаешь? Прежде, чем ты задашь еще один тупой вопрос, я сама все расскажу. Некоторое время назад на Коноху напали акацки, в лице лидера, Пейна, и его напарницы Конан. Произошло это примерно тогда же, когда ты отправился за восьмихвостым. Пейн пришел в деревню за Наруто, но шиноби отказывались выдавать своего товарища, потому что мы одна семья. Нагато убил многих: Шизуне, Какаши, меня… и еще очень многих. - В смысле убил? - Саске внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять, не воскрешена ли она с помощью техники Эдо-тенсей. - В прямом. Ну, конкретно мне он свернул шею. До сих пор помню звук хруста шейных позвонков, эту боль, а потом пустота и тишина. Умиротворение и спокойствие. Но потом пришел Наруто и победил все тела Пейна, и каким-то чудесным образом переубедил Нагато. И тогда все убитые были воскрешены с помощью Гедо Рино Тенсей. Теперь Наруто стал героем, его любят дети, взрослые просят автографы, те, кто раньше презирал его за девятихвостого, сейчас кланяются с уважением. Мне рассказали, что во время боя с Пейном Кьюби вышел из-под контроля, и показалось восемь хвостов, но несмотря, ни на что, он сам подавил демона-лиса, и победил Пейна своими силами. - Наруто? – Саске с непониманием уставился на деревню. – Герой? - Да. А теперь представь, что ты станешь реальной угрозой для деревни, Наруто будет первым, кто остановит тебя. - Саске? Что происходит? – за спинами появился Тоби, по интонации можно было понять, что он зол. – Я же тебе сказал отправляться в логово! - Я не понял, с каких пор ты мне отдаешь приказы? - абсолютно спокойно отреагировал брюнет. Девушка напряглась и поняла, что влипла. Сил противостоять Тоби, не зная его способностей, не было. - А я смотрю тебе все неимётся? – человек в маске повернулся к девушке. - Тоби-Тоби… Тоби – плохой мальчик! – помахав пальчиком возле маски, отдернула руку, увидев активированный шаринган. - Ты зачем мальчишке мозг промыл? Зачем он тебе? Чего ты хочешь добиться? – Кацуми держала катаны наготове, чакра струилась по обоим лезвиям. - Не твое дело! Пожалуй, представлюсь – Мадара. – Насмешливо поклонился. - Ага! Если ты Мадара, тогда я - Рикудо Сеннин. Меня ты не обдуришь, Тоби! - Что это значит? - Тоби начал надвигаться на девушку, подталкивая к обрыву. Он схватил за руки и приблизил лицо девушки к активированному шарингану. - То и значит. Есть у меня одна способность… - Кацуми улыбнулась и отпихнула парня от себя. – И один секрет … - Саске наблюдал за спором и удивился, когда понял, что девушка, смотря в шаринган, не попадала под действие гендзюцу. - Как? Как ты это делаешь? – Тоби начал зажимать к скале девушку, он был удивлен ее устойчивостью. Ранее противостоять гендзюцу Учих могли только сами обладатели шарингана, исключением стал Какаши, но даже он не смог полностью противостоять додзюцу Итачи. Дело в том, что с прощальным письмом на подушке Итачи оставил маленький подарок, на будущее. - Все очень просто, но тебе не скажу! Об этом знал только Итачи, - Кацуми начала впадать в панику, она раньше никого так не боялась, даже перед смертью не было дрожи в коленках, она не могла пошевелить ни руками, ни ногами. «Значит, эти линзы все-таки защищают только от слабого шарингана.» - Так ты поддаешься влиянию… - было слышно по голосу, что Тоби разгадал загадку. – Что тут у нас… - мужчина приблизился к глазам девушки, и смог рассмотреть защитный слой на зрачке, линзы. - Откуда они у тебя? Итачи и тут подстраховался… - Пошел ты! - Кацуми медленно погружалась в плен гендзюцу, несколько раз блокировала и перемешивала чакру, но это не помогало, она умоляюще смотрела на Саске, но тот не желая лицезреть пытки, равнодушно осматривал деревню. - Значит, придется их забрать, вместе с глазами. – Лезвие куная коснулось уголка левого глаза, Кацуми не могла пошевелиться, не могла сбежать или дать отпор. Она даже не могла позвать на помощь. Только оружие скользнуло глубже, по щеке потекла кровь, Кацуми больше не видит одним глазом. Веко плотно сжималась, закрывая рану. Боли практически не было, только тепло на щеке от струйки крови. Теперь на очереди был второй глаз, но мужчину остановило лезвие катаны у горла, поэтому ему пришлось дематериализоваться, и на долю секунды отпустить девушку. Тогда перед ним предстала девочка с длинными черными волосами, собранными в хвост, тем временем мальчик очень похожий на маленького Саске, забрал куноичи. Тоби выглядел растерянно, как и Саске. - Мама! Посмотри на меня! – накричал Минато, и Кацуми подняла взгляд, увидела активированный шаринган, а через секунду паника прошла, и девушка могла твердо стоять на ногах и понимать, что происходит. Левый глаз был ранен, но его еще можно было подлечить. - Минато! Микото! – женщина бросилась обнимать сына, а потом потянула дочь от преступника, осмотрела заботливо, а потом спрятала за спину детей. Но они отказывались прятаться, и стали по обе стороны от матери. - Мы не дадим обидеть нашу маму! – Микото сделала шаг вперед, делая вызов мужчине в маске. Девочка моргнула и ее глаза стали красными с двумя черными запятыми, выставила катану, направляя на мужчину. - Микото? И ты? – Кацуми не могла поверить, что дочка так повзрослела. - Было дело, совсем недавно. – За нее ответил брат. – Кто они? И почему этот на тебя напал? - мальчик показал на человека в маске. - Да так, кое-что не поделили, - красноволосая подмигнула Саске. Наступила тишина. Саске в который раз широко раскрыл глаза, пытаясь понять, что происходит, но мысли путались, юноша полностью растерялся, не понимая, кто говорит правду, а кто лжет. Тоби тоже замолчал. Саске не мог перестать пялиться на детей. А еще внимание парней привлекли семейные мечи Учиха. Минато с Микото стояли на полшага позади мамы, но при этом они отлично видели врагов. - Слышь, мелкая? – брат позвал свою сестру, не отводя взгляда от Учихи-младшего. - Чего тебе, недоносок? - девочка смотрела в туже самую точку. - Чего этот на нас так вытаращился? - Ну, ты дебил что ли, или слепой? - девочка поставила руки по бокам. – Ты чего совсем забыл, это же Саске, нам папа про него говорил. «Папа?» - в голове Саске всплыл вопрос, но так и не смог произнести вслух. «Итачи, я совсем тебя не знал…» - А точно! Это типа наш дядька? «Дядя…» - Саске снова посмотрел на мальчика, словно смотрел в зеркало прошлого, и он сейчас смотрел на себя, до того, как все рухнуло. - Ага. – Девочка кивнула. – Слушай, так значит, это воронья жопа у тебя на голове будет всю жизнь? – тыкая в прическу брата, девочка смеялась заливистым смехом. «Мама?» - Саске вспомнил улыбку матери, когда она наблюдала за спором своих детей. - «Как же она похожа на маму…» - Минато! Микото! Не расслабляться! Не отвлекаться! - Кацуми отвесила два подзатыльника, приведя в чувства детей. – Сейчас это наш враг, и только потом он ваш дядя. Теперь я надеюсь, ты понимаешь, почему я знала Итачи, лучше, чем ты. И почему я лучше кого-либо другого знаю, чем именно твой брат пожертвовал ради деревни. И в отличие от некоторых, - Кацуми указала на Тоби, - я тебе не вру. - Саске, мы отправляемся. – Тоби хотел переместиться, но заявления куноичи, заставили снова обратить на нее внимание. - Подумай, он тебя использует! - Не лезь, куда тебя не просят, а то пожалеешь! Или ты думаешь, эти выродки что-то изменят? Все уже решено. – Тоби стал подходить к детям, но Кацуми прикрыла их собой. Поэтому мужчина схватил девушку за горло и поднял вверх, сжимая руку, перекрывая доступ воздуха. Кацуми жадно хватало ртом воздух, губы стали синеть, девушка пыталась убрать руку, но хватка была стальная, сил не хватало достать ногами до брюнета. - Мама! – дети начали плакать, пытаясь оттащить мужчину, но все было тщетно. – Отпусти ее! - Сначала, я обездвижу тебя, переломаю руки и ноги, потом на твоих глазах я буду убивать спиногрызов, медленно и искусно, чтобы ты стала молить меня о смерти. И после того, как я получу от тебя все, что мне нужно, - мужчина провел свободной рукой по груди, опускаясь ниже, просовывая руку под кофту, сильно сжимая грудь, до боли оттягивая соски. – Если мне все понравиться, то может, я убью тебя быстро… - брюнет приблизил уже посиневшее лицо девушки, и провел пальцем по пересохшим губам. - Са-ске…- девушка прошептала одними губами, но этого хватило, чтобы юноша, который увлеченно наблюдал за движениями союзника, пришел в себя. Саске начал понимать, что Мадара собирается убить не только девушку, но и ни в чем не повинных детей брата, а в том, что это дети Итачи сомнений не осталось. - Мадара! Нам пора! Не хочу светиться в деревне раньше времени! – Саске положил руку на плечо мужчине, привлекая внимание, потому что на голос он не реагировал. Он был слишком увлечен компанией куноичи. - Мы закончим в следующий раз, без свидетелей. Ты особенная, если покорила сердце одного из Учих. И я намерен выяснить, что именно заставило Итачи предать нас. – Напоследок он провел рукой по талии, опускаясь на бедра, двигаясь к внутренней стороне бедра, больно надавливая на промежность, заставляя девушку задергаться от неприятных ощущений. – Ладно, нам действительно пора, - Тоби посмотрел на мальчика, который начал медленно складывать печати. - Катон: Огненный шар! – Минато выпустил в исчезнувших преступников шар огня. - Мама, а почему наш дядя – преступник? Почему этот мужчина хотел навредить тебе? А Саске не помог тебе! А ведь папа говорил, что он хороший… - Микото еле сдерживала слезы. – Он так похож на папу. – Дети подхватили маму, которая начала падать, ноги не держали ее совсем. «Мне так противны эти прикосновений, мне нужно срочно помыться!» - Да, доченька. Очень. Но, к сожалению, они похожи только внешне. - Красноволосая гладила дочку по макушки, обнимая. Минато обнял обеих и утишающе похлопал по спине маму. Кацуми перенесла вес тела на детей, которые помогали ей добраться домой, где она исцелит себя и сможет хорошенько все обдумать. - Все будет хорошо. Я вас защищу! А с дядей мы потом разберемся! Сейчас нужно вылечить тебя, пошли домой, бабушка волнуется. - Но почему вы тут? – женщина шла, придерживаясь за обоих. - Все очень просто, когда мы прибыли в страну Реки, бабушка не отпустила птицу. А когда Ами сама начала исчезать, то мы все поняли, что произошло что-то плохое. Тогда у мелкой пробудился шаринган. – Девочка пихнула в бок брата. - Ай! - Не драться! Все пошлите домой. Как видите - я живая, а все остальное излечимо, - глаз был по-прежнему прикрыт, но кровь перестала течь. - Мадара! Потрудись объяснить мне все! – в логове акацки Саске не мог прийти в себя после увиденного. - Это всего лишь уловки этой женщины, иллюзия, чтобы запутать тебя. Ты же слышал, что она сказала, что пойдет на все ради деревни. – Тоби перенес Саске в свое измерение, давая себе время все обдумать. «Эта чертовка что-то знает обо мне! Но как? Она может все испортить, но и времени разбираться с ней, совсем нет. Но потом, когда я получу остальных хвостатых, я обязательно докопаюсь до истины…, что же в тебе особенного? Чем ты отличаешься от обыкновенной шлюхи? – под маской Тоби облизнулся, прикрывая глаза. - Мы еще с тобой поиграем, я об этом позабочусь…» Через неделю Кацуми сидела вечером на «голове» Пятой, смотрела на закат. Сейчас она свободна. Человек, который хотел ее убить мертв. Она с облегчением вдыхает вечерний прохладный воздух. Но теперь появился еще один враг, которого нужно опасаться, он слишком силен, и его извращенные наклонности пугают. Хотя она думала, что после Хидана, она не будет бояться «экспериментировать». Тсунаде до сих пор не пришла в себя, и ей не с кем поговорить. А на душе так тяжело. Несмотря на прохладную погоду, девушка была легко одета: короткое синее кимоно поверх шорт и бюстгальтера. Красноволосая сжавшись от холода, стояла и потирала плечи руками, пытаясь согреться. Она стояла на краю, задумавшись о том, что произошло, и совсем не заметила, как к ней подошел мужчина в маске настолько близко, чтобы можно было коснуться губами ушка. Хатаке снял свою маску, и хотел уже коснуться мочки, но девушка его прервала. - Не нужно… - Кацуми сказала, не поворачиваясь к мужчине. - Как скажешь… - Какаши натянул маску и отошел, на край скалы, любуясь закатом. - Что было на собрание? – Мадара объявил нам войну…, что с Саске? – таким же сухим тоном ответил мужчина. - Я думаю, что у меня получилось хоть немного, но поселить в его сердце сомнение. Но скорей всего Тоби постарается промыть мозг пацану. И еще кое-что, я практически уверена, что человек в маске не Мадара, его чакра слишком молода… - Посмотрим… - Ах да! Я хочу тебя поздравить! – Кацуми искренне улыбнулась, ведь это была радость за дорогого ей человека. - И с чем же? - немного не понимая Хатаке подошел к собеседнице и слегка наклонился, чтобы посмотреть в глаза. Кацуми занервничала, щеки налились румянцем, и девушка замялась, отворачиваясь от мужчины. Хатаке почувствовал свое превосходство, улыбнулся. - Я слышала, что ты станешь Шестым? Это правда? - Надеюсь, что Тсунаде спасет меня от этого кошмара и придет в себя. - Хатаке? Это значит, что на скале появится твое лицо? - Если мне не повезет, то да. - То есть, вся Коноха увидит твое лицо? – сейчас Кацуми вела себя словно маленькая девочка, которая дразнит симпатичного ей мальчишку. - В смысле? – Хатаке побледнел, и начал заикаться. - А ты решил, что тебя сделают с маской? Нет, конечно… - Кацуми рассмешила реакция мужчины. Подошла и успокаивающе погладила по плечу. – Да ладно, расслабься. Может и ничего не будет. Мне пора. Меня ждут. – Куноичи направилась к спуску, но мужчина ее окликнул. - Кацуми? – копирующий ниндзя нагнал девушку, схватив за предплечье, притянул к себе, обнял за плечи, прижимая к себе продрогшее тело девушки, желая согреть. - Сейчас не до этого. – Кацуми вырвалась из объятий мужчины и повернулась к нему лицом, приближаясь к скале. Девушка старалась отвести взгляд от лица мужчины, но это было очень тяжело. Ветер растрепал волосы, и несколько непослушных локонов легли на лицо. - Как ты себя чувствуешь? – Какаши подошел ближе к куноичи, а она отступала каждый раз, как мужчина пытался приблизиться к ней. Это продолжалось, пока куноичи не уперлась в холодную скалу, мурашки пробежали по телу. Хатаке невесомо убрал непослушную прядь за ушко. Снял с себя жилет и накинул на Кацуми. – Как глаз? – пепельноволосый провел от уголка больного глаза, опустился по щеке, чуть задевая губу, двигаясь ниже, останавливаясь в ямке на шее, двигаясь к ложбинке на груди. Кацуми тяжело дышала, ноги подкашивались, но нужно держать себя в руках. В то время как мужчина еле сдерживал себя. Он хотел уже коснуться столь желанных губ, как девушка вспомнила недавние прикосновения «хорошего мальчика» и стало так противно на душе, она пыталась оттолкнуть мужчину, но желание затуманили разум Какаши, он не мог остановиться, и тогда Кацуми зарядила сильную пощечину, вернув трезвый рассудок на свое место. Оттолкнув от себя мужчину, она посмотрела на него холодным, осуждающим взглядом. - Я сказала, нет! И со мной все в порядке, можешь не беспокоиться обо мне. - Почему ты так… - не спрашивая, скорее утверждая, натянул свою маску, облокотившись на скалу, умоляюще взглянул на куноичи. - Скажи мне, зачем ты собой прикрыла меня от Пейна? И что означало «только не его»? - Ты о чем? В тот день я сильно ударилась головой и могла бредить. И если честно, я смутно помню все, что тогда происходило. – Затараторила девушка, отводя взгляд. Не дожидаясь ответа, девушка медленно начала спускаться, перед этим отдала вещь хозяину. - Чего ты боишься? - выкрикнул блондин в след красноволосой, но ответа так и не дождался. «Я боюсь потерять тебя…, как и всех остальных. Меня нельзя любить… остальных эта любовь привела к смерти. А ты живи… Просто живи…» На следующий день после разговора с Хатаке Тсунаде пришла в себя, и копирующий ниндзя был спасен от рутинной должности. Пять стран объединились и создали альянс шиноби для борьбы на войне против Мадары и Акацки. Все страны интенсивно готовятся к войне, не исключением стала и Коноха. Тсунаде с больничной койки сразу перешла к работе. Остальных глав скрытых деревень кандидатура Сенджу устраивала больше чем Данзо. Шли дни, подготовка к войне набирала свои темпы, но миссии никто не отменял. - Привет, подруга, что делаешь? – Кацуми, прошла в кабинет женщины и присела на рабочий стол каге, заставленный стопками документов. - Работаю. – Тсунаде не отрывалась от работы, даже не смотрела на девушку. - Дай мне миссию, я не могу так долго сидеть на одном месте. Крыша начинает ехать. Дай мне что-нибудь разведать, ну на крайний случай убить кого… - умоляюще посмотрела, словно нашкодивший котенок. - Посиди немного. Сейчас отправлю группы на подмогу Ямато и тогда займусь тобой. - Тсунаде-сама! Вызывали? – во временном кабинете появились Какаши, Шикамару и Гай. - Да. Проходите. Поступил сигнал из маленькой деревушки, граничащей со страной Огня. В деревне началась резня. С давних пор их земля считалась, священной. Эту деревню называют «норой». Прошел слух, что там спрятаны сокровища, и деревня огородилась, пытаясь таким образом защититься от бандитов. – Пока Хокаге рассказывала ситуацию командирам групп, Кацуми скучающе лежала на маленьком диванчике сбоку от стола главы деревни. Девушка изучающе смотрела на потолок, закинув ногу на ногу. Согнув ноги в коленях, задирая подол длинного кимоно, оголяла лодыжки и ноги немного выше колен. Эта картина привлекала мужское внимание, но девушка только развернулась со спины на живот, продолжая внимательно слушать рассказ подруги. Хатаке нервно сглотнул и уставился в противоположную стену, Шикамару, покраснев, осуждающе помотал головой, но красноволосой было все равно. - Итак, вы отправляетесь на подмогу Ямато и седьмой команде, как оказалось во всем этом замешан Кабуто с его экспериментами. – Кацуми приняла более удобную позу для того, чтобы внимательно слушать. – По словам Ямато, стало известно, кто стоит за «происшествиями» в деревне. – Тсунаде тяжело вздыхая, подала свиток Хатаке. Какаши прочитав документ, побледнел и понимающе кивнул Хокаге, соглашаясь с написанным, потом он передал этот же свиток Нара-младшему, и тот также кивнул, потом отдали свиток Гаю. Мужчина непонимающе уставился на коллег. - То есть Кабуто замешен в разграбление могил? И тот случай в лесу, с Х… - Да! - прервала Тсунаде, показывая глазами на красноволосую, которая вопросительно смотрела, то на подругу, то на мужчин. Все отводили взгляд, делая вид, что не замечают негодования девушки. - Раз ситуация с Кабуто так сложна, что на подмогу отправляют трех джунинов и девять чунинов, тогда я отправлюсь с ними… - Кацуми поняла, что они явно что-то скрывают. Услышав заявление девушки, все присутствующие явно занервничали. - Ты не пойдешь! – сорвалась на крик Тсунаде. - Тебе нельзя! - Почему? – куноичи встала, сложив руки за спиной, начала ходить по комнате взад-вперед, иногда бросая подозрительные взгляды на коллег. Воспользовавшись моментом она выхватила свиток из рук «зеленого зверя» и быстро отскочила в сторону, прикрываясь воздушным щитом от Хатаке и Нара, которые намеревались прервать чтение. Через несколько секунд беглого чтения, девушка изменилась в лице, стала бледно-зеленой, она плюхнулась на диванчик. Ее руки опустились, отпуская документ. Несколько минут ее лицо не выражало никаких эмоций, постепенно сменяясь злостью и желанием убивать. Тсунаде старалась оставаться беспристрастной, но все же, она беспокоилась за душевное равновесие подруги. – Так вот значит, какие эксперименты Кабуто проводит, и вот почему мне нельзя идти… - Теперь ты все знаешь, но ты все равно останешься! Это приказ! – пыталась объяснить девушке мотивы, но та ее не слушала. - Я пойду. Ты должна понять меня. Должна. Если вы думаете, что сможете меня остановить, то вы заблуждаетесь. Если Кабуто воскресил Хидана и остальных акацки – то это значит, что эта миссия непосредственно затрагивает мои интересы. Во-первых, этот – Кацуми сжала кулаки, сдерживая гнев. – Воскресил, чтобы использовать в своих целях МОЕГО ХИДАНА! – куноичи начала срываться на крик. – Во-вторых, акацки – мое задание, даже если они мертвые! – Кацуми стояла спиной к мужчинам, при этом смотрела, не отрываясь, в глаза женщине, которая просто обязана ее понять. Девушка не стала распинаться и что-то яростно доказывать, просто прошептала: - Я справлюсь… я пойду! С ними или сама, не имеет значение! – Кацуми развернулась к шиноби и последняя фраза была адресована Хатаке и Шикамару, которые хотели что-то возразить. - Так и быть. Еще один джунин не помешает. Я надеюсь на тебя… - Я буду ждать у ворот. – Девушка, как бы, между прочим, сообщила коллегам, перед тем, как покинуть кабинет, обратилась к Шикамару: - В этот раз я сама все сделаю! – он боялся пошевелиться, чтобы не усугубить ситуацию. Кацуми покинула кабинет Пятой и отправилась собираться на миссию. - Тсунаде-сама! Ей нельзя, она же… - Какаши хотел оспорить решение женщины, и Шикамару тоже хотел присоединиться к сенсею, но кареглазая стукнула кулаком по столу, так, что он разломался пополам, посмотрела на подчиненных, тем взглядом, который всех пугал, заставляя, молча подчиняться приказу. - Она идет с вами! Это мое решение! Все свободны! – мужчины покинули помещение, а Тсунаде окликнула копирующего ниндзя. – Какаши! Присмотри за ней. – Более мягким голосом женщина озвучила просьбу. - Это приказ? – Хатаке развернулся на половину к собеседнице. - Это просьба… - шиноби кивнул, в знак согласия и скрылся за дверью. Через час возле ворот деревни стояла красноволосая, облокотившись спиной на ворота, она ждала остальных, который показались на горизонте. Кацуми была одета по всем нормам и правилам: черные длинные лосины, водолазка под горло, зеленый жилет, волосы заплетены в высокий хвост, защитная повязка с символом деревни скрытого Листа красовалась на шее, так же как и Мацураси носил свою, мечи скрещенные были за спиной. Шиноби, которые уже были в нескольких метрах от выхода, вопросительно уставились на куноичи. Некоторые, а именно Неджи, Тен-Тен и Ли узнали девушку и насторожились. А остальные удивленно рассматривали незнакомку. - Какаши-сенсей? Она же из акацки? – еле слышно спросил Хьюга. - Если все собрались, тогда во избежание непоняток и недосказов я, пожалуй, представлюсь. Кацуми Узумаки, джунин. В акацки я была под прикрытием. Все. А теперь в путь, им нужна наша помощь. – Кацуми пошла вперед, не дожидаясь возможных вопросов. - Какаши-сенсей? – впереди всех по деревьям скакала красноволосая, остальные следовали за ней. Хатаке замыкал цепь. Сбавив скорость, Неджи и Тен-Тен сравнялись с копирующим ниндзя. - Это она была тогда? – Хатаке кивнул на вопрос Неджи. - Точно, я вспомнила ее! Она же нас тогда вылечила! – Хатаке снова кивнул. Напарники поняли, что мужчина не желает говорить на эту тему. Подмога прибыла вовремя, из-за экспериментов Кабуто, вырвался на волю клон Наруто в превращение. Ученый использовал змей, вживляя им ядра клеток, восстанавливая память, таким образом, он воскресил Хидана. Остальные были воскрешены с помощью эдо-тенсея. Кабуто нужна была сила, для улучшения техники нечестивого воскрешения. После оказания помощи седьмой команде, Кацуми сидела в лесу, возле озера, из которого, по словам Ямато, и был воскрешен язычник. На улице была ночь, красноволосая не стремилась стать душой компании, она старалась держаться подальше от всех. В отличие от остальных ее задача на этой миссии – остановить возлюбленного, любой ценой. «Я не знаю…, я не знаю, смогу ли я? Смогу ли убить тебя? Не откажусь ли от деревни, когда снова увижу тебя? Как ты отреагируешь, увидев меня в форме шиноби Конохи? Я так боюсь, что ты возненавидишь меня…» - Тебе здесь нечего делать! Возвращайся обратно! – к красноволосой подбежала Сакура и начала ее теребить за плечо. Кацуми терпеливо вытерла слезу на щеке, встала, отряхиваясь от травы, и медленно повернулась к куноичи, делая плавные шаги, заставляя испугаться. - Я сейчас немного не поняла, что это было? Видать, ты сегодня сильно ударилась головой, и не понимаешь, что делаешь? – интонация девушки была спокойной и злой одновременно. - Нет! Я понимаю, что говорю! Ты приперлась сюда и думаешь, что тебе все позволено? Никто не будет подстраиваться! Откуда ты вообще взялась на наши головы? Сначала Саске, теперь это? Чего ты хочешь? – розоволосую прервал Какаши, закрыв ладонью рот девушке, которая не стеснялась в выражениях. - Сакура! – прикрикнул на нее учитель. – Ты ведешь себя, как ребенок. Успокойся. – Сакура кивнула и мужчина убрал руку. Рядом появился Шикамару и Ямато. – Подбирай выражения… - сенсей предупредительно посмотрел на ученицу. - Я не собираюсь молчать! Пускай знает, все, что о ней думают! – Кацуми стояла, облокотившись о ствол дерева, слушая девочку. Немного улыбаясь, смотрела на мужчину, который пытался вразумить ученицу. – Что ты лыбишся! Я же знаю, что ты предашь нас, как ты вообще могла связаться с таким закончиным убийцей? Если ты была под прикрытием, то какой из тебя шиноби, если ты легла под своего врага? – Сакура накричавшись, стояла успокаивая дыхание. - Высказалась девочка? – Какаши насторожил тон куноичи, он был слишком спокоен, а значит, намечается буря. - Теперь, с твоего позволения, я отвечу. Начнем с того, что мне плевать, что обо мне думаешь ты или твои друзья. Мнения только нескольких людей, по-настоящему близких, важны мне, и ты к ним не относишься. Скажи, Сакура, ты действительно думаешь, что шиноби – это робот, который выполняет миссии и служит своей стране? Ну, тогда ты не шиноби, ты маленькая девочка, которая верит в сказку и принца на белом коне. Раскрой глаза, сними розовые очки – мир суров, шиноби умирают каждый день, принца не будет! Если уж на то пошло, то скажи: КТО ДАЛ ТЕБЕ ПРАВО ОСУЖДАТЬ МЕНЯ ЗА, ТО, ЧТО Я ПОЛЮБИЛА УБИЙЦУ И ВРАГА ДЕРЕВНИ??? – Кацуми начала кричать, постепенно надвигаясь на девушку, вжимая ее в деревья. - Скажи мне, пожалуйста, чем твой Саске лучше? Чем твой убийца и враг деревни, лучше моего? У тебя был шанс остановить его, но ты не смогла. И ты после этого, говоришь мне, что я не шиноби? Тогда, кто ты? Или ты забыла, что твой ненаглядный Учиха Саске, ушел из деревни, присоединился к Орочимару, хотел убить Наруто не единожды, собирался убить тебя, только при мне, дважды! Хотел убить учителя, убил одного из совета деревни, напал на совет каге, хотел похитить восьмихвостого… и он придет за Наруто, за твоим другом… Я сама много раз сомневалась смогу ли я…, но сейчас, после того, как этот остался жив, - Кацуми показала на Шикамару, - я могу сказать, что для меня деревня дороже любви! А если ты сомневаешься во мне, то это твое право, только впредь свои мысли держи при себе. Но сейчас ты права, я здесь не ради деревни. Я здесь ради Хидана. Если бы твоего возлюбленного воскресил подлец и использовал его в своих грязных делах, ты бы осталась в стороне, ты позволила бы другим разобраться?.. - Кацуми взглянула на девушку, но взгляд ее не изменился. – Ладно, что с тобой разговаривать, повзрослеешь – поймешь, - красноволосая махнула рукой и хотела уйти, но приостановилась. - Какаши-сенсей, ее нельзя отпускать, она предаст нас… - Сакура… - голос учителя был спокоен. – Не нужно… - Я смотрю, она вам запудрила голову? Да вы же ловите каждое ее слово, а она просто использует вас. Она же шлюха, а вы глупец, сейчас вы не головой думаете, а тем, что между ног… - Сакура развернулась, чтобы уйти. - Заткнись, дура! Пока все зубы на месте… - Кацуми с разворота влепила кулаком в челюсть, и девушка упала на землю. Хатаке, хотел что-то сказать, но его перебила куноичи. – Послушай деточка меня внимательно. Не смей говорить, что-то про Какаши, ты ничего не знаешь. Он ради вас, своих учеников, умереть готов, а ты его обвиняешь в том, что он просто поверил мне. Ты ведешь себя, хуже ребенка. Ты хочешь, чтобы все было по-твоему…, но так не бывает. И сейчас ты обидела человека, который был для вас вторым отцом, тебе должно быть стыдно! И, если ты не заметила, то все присутствующие верят мне, даже Тсунаде доверяет, только ты продолжаешь возмущаться. Если я тебе не нравлюсь, то спешу тебя обрадовать, меня ты просто раздражаешь… не испытывай мое терпение – у меня его нет. – Кацуми старалась не смотреть на коллег. Махнув рукой на прощание, скрылась в лесу. - Какаши-сенсей? Простите… – дрожащим голосом обратилась девушка, голова была виновато опущена, челка закрывала глаза, но по голосу было слышно, что она сожалеет о сказанном. – Я, правда, не хотела вас обидеть, просто… - Хватит… - мужчина обнял за плечи девушку, поглаживая по голове. – Успокойся, просто ты еще маленькая и многое не понимаешь… Враг собрал все свои силы на окраине деревни, готовясь осуществить ритуал. Кабуто и его сообщник, преступник, который специализировался на призыве и вместе с Орочимару изучал Эдо-тенсей. Кабуто для выполнения ритуала нужен большой объем чакры, поэтому он похитил Наруто, и детей, чтобы манипулировать шиноби. Коноховцы собрались неподалеку от места сбора, Неджи проверил периметр бъякуганом, и Какаши совместно с Шикамару и Ямато проработали план. - Будем действовать так… - и Хатаке изложил план действий, через пять минут рассказа мужчина заметил, что Кацуми стояла вдали от всех и не слушала, а только изучала местность, обдумывая свои действия. – Кацуми! Тебя это тоже касается! Ты будешь здесь, - пальцем указал место на карте. - Все ясно? - Ясно-ясно… только я буду здесь! Когда Кабуто призовет воскрешенных – вы, - указала на команду ИноШикаЧо, - приведете Мацураси, вот сюда, где буду ждать я, а потом вы уходите на подмогу остальным. - Кацуми! - Что? – она не отреагировала на нотки раздражения в голосе пепельноволосого. – Я справлюсь сама… - ее тон не терпел возражения. – Мужчина кивнул, и куноичи отошла от сбора команды. - Шикамару? Присмотри… - после изменения плана мужчина тихо обратился к юноше и тот кивнул. Согласовав все действия, шиноби окружили преступников, вынудив Кабуто использовать запасной план - «эдо-тенсей». Среди призванных были Дейдара, Хидан, Хаято и еще несколько шиноби из разных деревень. Призвав змей, он начал нападать на коноховцев. Все шло по плану. Шикамару со своей командой сделали все как нужно: отвели в сторону язычника, подальше от всех, где их уже ждала Кацуми. Но Хидан, будучи сильно импульсивным, увидев своего убийцу не смог сдерживаться, и напал на Нара, чуть не испортив план. Кацуми уже ждала в проклятом кругу своего возлюбленного, который изменил окраску. В это же время Дейдара вовсю показывал всем свое искусство: к воскрешенным он прикрепил свои бомбы, взобравшись повыше, подождал пока враги будут окружены, и начал взрывать. Хидан бежал впереди и, подбежав к кругу Джашина, застыл, увидев девушку. Кацуми до этого сидела в центре и ностальгировала, вспоминая, как однажды они совершали «ритуал» на полу в комнате язычника. Куноичи сидела и проводила рукой по контурам, почувствовав чакру Мацураси. Подняв голову, она встретилась с его черными глазами. Так они простояли несколько минут, но эти минуты растягивались в вечность. Красноволосая все не решалась первая заговорить, она боялась гнева парня, боялась, что он ее возненавидит, узнав правду. Оба застыли, не решаясь сделать шаг навстречу, и вот наконец-то девушка заговорила. - Хидан, я… - но слова застряли где-то глубоко в груди, девушка смотрела на парня немного виновато, а Мацураси только удивил ее своей теплой улыбкой. - Так, значит, тебя все-таки доверили эту миссию, охуеть… - забавно почесав затылок, мужчина отвел взгляд, но потом не удержался и сделал несколько шагов. – А я думал, не позволят нам встретиться… - Так ты знал? – Кацуми была искренне удивлена услышанному. - Конечно. А ты обо мне такого хуевого мнения?.. - продолжая подходить к возлюбленной. - Я думала, что ты возненавидишь меня, когда узнаешь, что я… - Кацуми подошла впритык и уперлась ладонью в холодную грудь. - Что ты - шпион Конохи? Хрен тебе! – Хидан, хотел ладонью погладить по щеке возлюбленную, но понял, что находиться под контролем. – Детка! Я не могу себя контролировать, защищайся! - Как давно ты узнал? – Кацуми послушалась и выхватила меч, защищаясь от атак парня, при этом стараясь не попасть в него, потому что он был еще кровно связан с Шикамару. - После первой совместной миссии, когда Пейн интересовался тобой, очень уж подробно. А потом, когда оказалось, что те шиноби выжили, я сразу понял. - Почему ты меня не сдал? - девушка продолжала отбиваться. - Дура! Неужели ты до сих пор нихуя не поняла?.. я же тебя люблю! Глупая… - Хидан, сопротивляясь контролю, откинул косу и начал нападать в рукопашную. - Я думала, что ты не захочешь меня видеть после такого, но ты… - Кацуми не могла поверить, в то, что услышала. - На акацки мне всегда было плевать, а когда эти, - указал жестом на стоящего в стороне шатена, - напали на нас с Какузу – я понял, что они понятие не имеют о моих уязвимых местах. А это значит, что ты меня не сдала… значит, тогда в лесу ты не врала… - Я не смогла. – Куноичи перестала отбивать атаки, отпрыгнув в сторону. – Прости… но я так и не смогла отомстить за тебя, я пыталась несколько раз… но… - Это чистая правда! – из-за угла выкрикнул стратег. Парочка зло зыркнула, от чего шатен поспешил скрыться. - Получается, я не ошибся в тебе… ты человек чести, и я рад этому… - язычник подавлял контроль Кабуто, подошел к девушке и обнял. – Я люблю тебя такой, какая ты есть, хоть ты и «враг», но какой сексуальный... - И я тебя… люблю… хоть ты и преступник… такой извращенный… - красноволосая поднялась на носочки и слегка коснулась холодных губ. Пальчиком обвела контур лица, мужчина наклонился и они соприкоснулись лбами. Мужские руки по-хозяйски лежали на ягодицах девушки, жадно сжимая упругие полушария. Куноичи не собиралась уступать блондину, жадно обводила мышцы груди. - Я начинаю терять контроль… - тихо прошептал парень. – Детка, ты должна выполнить миссию и остановить нечестивое воскрешение, пока я еще могу сопротивляться. - Я не могу… - слеза скатилась, останавливаясь на припухших губах, Хидан постарался мягко улыбнуться, но это было тяжело даже такому убийце, как он. Блондин слегка коснулся теплых губ, прикрыл глаза, наслаждаясь сладостью и теплом мимолетной близостью. Мужчина начинал углублять поцелуй, изучая языком ротик девушки, прижимая к себе ближе, подхватив за бедра, поднял любимую повыше, устраивая у себя на поясе. Мацураси сжал по сильней бедра девушки, и отстранился на расстояние вытянутой руки. - Перед тем, как ты сделаешь свою работу, ответь мне, тогда мужчина в маске сказал, что… - Я никогда тебя не использовала, чтобы забыться. – Куноичи приложила палец к губам, предугадав вопрос любимого, вспомнила рассказ Хатаке. – Никогда! Слышишь, я никогда бы не смогла использовать любимого мужчину… - Давай уже заканчивай! - Хидан махнул рукой и отвернулся. Ритуальная окраска исчезла, он стал снова прежним. - Я люблю тебя… прости… - слезы текли по лицу, рука с катаной дрожала, губы сжаты, было слышно только частое всхлипывание. Старая рана снова начала ныть, сердце разрывалось, дышать стало трудно, воздуха не хватало, паника начинала охватывать куноичи. - Детка… - голос язычника был нежным, и успокаивающим. – Не стоит лить слезы ради такого ушлепка, как я… у меня будет единственная просьба. – Кацуми кивнула, но слезы не останавливались. – Живи дальше… живи и радуйся жизни. Не бойся полюбить, ради меня. Окей? – Хидан подмигнул и улыбнулся. Кацуми больше ничего не говорила, только поцеловала, и голова язычника отлетела в сторону. Этого хватило, чтобы остановить экспериментальное клонирование язычника. Хидан снова мертв, только теперь она сама остановила его. Битва была в самом разгаре. Воскрешенные, взорвавшись, не регенерировали. Наруто вступил в схватку со своим темным клоном, из-за чего демон-лис смог взять верх над Узумаки. Поборов врага, Наруто перестал себя контролировать, начал нападать на своих. Ямато не мог остановить джинчурики, техника Первого не работала без амулета, который был разбит в стычке с Пейном. Кацуми наблюдала за всем со стороны, но увидев приближающуюся опасность, куноичи вспомнила слова блондина «Не бойся полюбить еще раз, ради меня». - Девушка, стряхнув головой, отгоняя печальные мысли, сложила печати, и цепи из чакры окружили девятихвостого, не давая возможность убить Хатаке. - Поторопитесь, я этой техникой плохо владею! – Хатаке случайно встретился с взглядом девушки, на секунду ему показалось, что он увидел там, что-то большее, чем просто дружба… Но куноичи сразу изменилась, становясь холодной и равнодушной ко всему происходящему, когда маленькая девочка смогла достучаться до Наруто, помогла вернуть контроль над хвостатым. Кацуми прервала технику, скрываясь в лесу. Все закончилось под утро. Все были спасены, а команда шиноби направилась домой. Сакура несколько раз пыталась заговорить с девушкой, но та ее посылала так далеко, что аж уши в трубочки сворачивались. Кацуми шла позади всех, замыкая цепь, слезы стекали, намочив одежду, на губах соленый привкус, взгляд пустой. Девушка всю дорогу молчала, только иногда крепко сжимала в руках свиток с оружием Хидана, которое она забрала на память… Вечером группа остановилась на привал в доме, который создал древесной техникой капитан Ямато. Была глубокая ночь, все спали, почти все… Сакура размышляла над тем, как загладить свою вину. И смогла бы она так же твердо сделать свой выбор? Кацуми сидела на крыше и смотрела на небо. Ночь была облачной, так же как и на душе девушке. Было тяжело дышать, но она пообещала. Пообещала жить… и возможно, однажды она сможет снова полюбить, но она знала точно: она никогда не забудет Хидана и Итачи, тех, кто заставил ее жить, когда жизнь потеряла всякий смысл. Какаши тоже не мог заснуть, он чувствовал душевные терзания девушки, и хотел поддержать, но боялся, что она прогонит его, так, же как и всегда - без объяснений, просто снова захлопнет дверь перед носом. - Ты не должна себя винить, ты сделала все правильно… - пепельноволосый присел рядом с девушкой, но выдержав небольшое расстояние, стараясь не навязываться. - Да ну? То есть, я правильно сделала, что отрубила голову тому, кого люблю? – сердце мужчины больно сжалось, но он привык к этой боли, когда тебе снова и снова разбивает сердце любимый человек. Так бывает, когда любовь безответная… - Я ни это имел в виду… я хотел сказать, правильно, что не дала Кабуто дальше его использовать, ты защитила его душу, хоть к жизни его не вернешь, но ты будешь знать, что его душа покоится с миром. Еще я хотел сказать, если нужна поддержка, я всегда рядом. Только попроси... - копирующий ниндзя положил руку на плечо, но красноволосая ее скинула, вставая на ноги. - Не нужна мне твоя помощь, не нужна мне твоя поддержка! Ты мне не нужен! Ты – никто! Пустое место! Не нужны мне твои чувства! Засунь свою любовь, куда подальше! – Кацуми, стоя спиной к собеседнику, поведала свои чувства, который были на сердце. Какаши застыл, он боялся увидеть во взгляде куноичи ту ненависть, что была слышна в голосе. Она повернула голову на тридцать градусов, так, что мужчина смог увидеть ярость во взгляде, направленную на него, соленая капля медленно скатилась по щеке, капнув на крышу. – Мне не нужна твоя жалость… лучше себя пожалей. - Прошептала девушка и скрылась в лесу. Какаши продолжал сидеть и смотреть в темноту, пытаясь усмирить боль в сердце, которое только, что еще раз разбила, та, что была так дорога. Мужчина умел справляться с чувствами, но в этот раз у него плохо получалось. Одинокая слеза скатилась, скрываясь под маской, кулаки были сжаты, сдерживая крик души… «Почему? Почему ты так со мной? Я же тебя любил…»