Атсуя/Харуна от А до Я.

— Да какого!.. Судя по недовольному выражению лица своего парня, Харуна поняла, что тот собирался нецензурно выразиться, но вовремя осекся. Такое его поведение не может не забавлять. Собственно, причины выражаться у него все же были, причем довольно веские. Фубуки так сильно и с недовольством хлопнул ладонями по полу, где ребята устроились во время игры, что подпрыгнуло игровое поле и все стоящие на нем фигурки и фишки. И дураку было понятно что, судя по такой бурной реакции, Атсуя проиграл. И не абы во что, а в монополию, которую Харуна сегодня удачным образом приобрела и в которую вся четверка решила сыграть в честь новоселья. — Не бесись и достойно прими поражение, — невозмутимо выдал Кидоу, поправляя свою игровую фигурку. — Надо уметь проигрывать. — Не тебе меня учить проигрывать, мистер «самый-большой-капитал»! — рыкнул Атсуя, за что получил несильный толчок в плечо от брата за то, что грубит старшему. — Как ты вообще оставался в миллионерах, если Харуна загребла себе половину всех предприятий?! — Ты еще не дорос до такой мудрости, так что я предпочту оставить свой секрет победы при себе, — Юуто позволил себе издевательскую усмешку даже находясь под испепеляющим взглядом Фубуки. Отонаши тем временем сохраняла молчание и в который раз пересчитывала свои игровые купюры, как бы тоже издеваясь над парнем. У него-то этих купюр не оставалось, что и поспособствовало скорому проигрышу. Хоть девушке и было в какой-то степени жаль Фубуки и его задетую гордость, но, тем не менее, своего рода удовольствие от победы над ним она все же испытала. Приятно понимать, что ты хоть где-то можешь обставить такого идеального и распрекрасного Атсую. — Я требую реванша! Вы все просто сговорились против меня и не давали развивать свои предприятия! — Ну, технически, на поле тебе мешала только одна Харуна-чан, — приложив указательный палец к уголку губ, выдал Широ, после чего поддерживающе улыбнулся близнецу. — Тебе вечно нужно было ей что-то выплачивать. — Тактика, связанная с бездумным скуплением всех предприятий на своем пути, довольно рискованная… — задумчиво протянул Кидоу. — Но в случае с Харуной, действенная. — Мы еще не успели толком съехаться, а ты уже бессовестно сдираешь с меня все до последней копейки! — театрально вздыхая и прижимая руки к груди, возмущенно обратился к Отонаши Атсуя. — Как я могу жить с женщиной, которая отбирает у меня все мои кровью и потом заработанные деньги? — Как жить? — переспросила девушка, саркастически передразнивая Фубуки. — В любви и согласии. — О каком согласии вообще может идти речь? — проигравший продолжал следовать своей роли обиженного на всю вселенную. — Это чистой воды абьюз, в этом доме меня не любят и не уважают! — Ты подожди, милый, — отмахнулась Харуна. — Мы ведь еще не загадали тебе свои желания. Ну как играть без какого-либо приза? Вся четверка дружно решила, что в таком соревновании, как монополия, должен быть стимул к победе, потому и поставили условие: первый проигравший выполняет желания остальных троих игроков. Это была идея Харуны, и что-то ей подсказывает, что за такие придумки Атсуя сегодня не купит ей любимого мороженого. *** — Я вас ненавижу. Всех троих, поголовно, вы знаете? Рыжий Фубуки стоял за дверью спальни, не желая выходить и показываться народу, и осыпал своих домочадцев всеми проклятиями, какие только приходили в голову. Желания, которые для него выбрали ребята, видимо, не особо пришлись ему по душе. Широ загадал брату целых две недели не оскорблять и не ругаться ни с кем из Хакурена, в особенности с Ширатойей. Даже после выпуска вся команда сохранила связи друг с другом, и они частенько выбирались куда-то все вместе, поддерживали контакт. Оттого Атсуя и продолжает демонстрировать бывшим сокомандникам весь свой словарный запас, правда, не с очень хорошей стороны. Вот капитан и загадал это желание: он не любит конфликтов в коллективе, да и будет интересно посмотреть на то, как братишка будет дуться от злости, но сказать вслух ничегошеньки не сможет. Кидоу выдал кое-что попроще: Атсуя должен прекратить брать его кредитку. По крайней мере, без разрешения. Хоть у Фубуки и есть свои деньги, ему все равно доставляет неземное удовольствие тратить чужие. Юуто не жалко, тем более что траты Атсуи не слишком велики и границ не переходят. Но иногда эти неожиданные списания с карточки все-таки напрягают. Желание Харуны превосходило все ожидания. Ехидно потирая ладони, девушка взяла проигравшего под ручку и отвела в спальню под недоумевающие взгляды остальных. Там Отонаши открыла свой шкаф и стала что-то спешно искать. С губ ее не сползала самодовольная улыбка. — Ну что ты там копошишься, куколка? — вздохнул Атсуя, спиной оперевшись о стену. — Если мы тут задержимся, наши старшие невесть о нас что подумают. А в первую очередь — о тебе, это ведь ты меня сюда потащила. Харуна отвечать не стала, полностью погрузившись в поиски заветного наряда. Ох, как же сильно «обрадуется» ее парень, когда увидит, что она для него подготовила… Мысленно Отонаши уже была готова запечатлеть этот шедевр. -Та-дам! — все так же ехидно улыбаясь, девушка наконец вытащила из глубин шкафа свою самую гениальную придумку. Форма горничной. Именно женская. — Ты не посмеешь, — с надеждой покачал головой Атсуя и испуганно попятился к двери. — Сожалею, мой дорогой, но я уже посмела, — пожала плечами Харуна и с чувством выполненного долга протянула парню вешалку с нарядом. — Пяти минут в этом будет вполне достаточно. Девушка уже давно сидела в гостиной и ждала фееричного появления своего ненаглядного. Тот все так же отказывался выходить. — Ну давай, Атсуя, желание есть желание. Каким бы оно ни было, — попытался поддержать брата Широ. — Выполнить его — дело чести. — Какая, черт вас дери, честь?! — ругался за дверью Фубуки. — Если я в этом покажусь, у меня никакой чести вообще не останется! Я даже знать не хочу, где ты это все раздобыла, Харуна. — Я и сама не помню, почему не выбросила это, — задумчиво протянула девушка. — Помнишь снимки с матча против Шуую Мейто? Это моя старая форма с того события. Я просто ее перешила, специально для такого случая. Мы уже давно планировали эту игру, а я уже давно предвкушала твой проигрыш. — Заранее выстраивать дорогу с мышеловками для своего противника? — усмехнулся Юуто. — Впечатляет, сестренка. — Это все потому что я смеялся и издевался над фотографиями с того матча? — жалобно и с надеждой вопросил Атсуя. — Я больше ни слова об этом не скажу, клянусь, только не вынуждай меня в этом перед вами показываться! — Давай-давай, дама моего сердца, выходи уже! — хихикая в кулачок, упрашивала Харуна. Наконец дверь в спальню резко распахнулась, и Фубуки явил себя миру. Отонаши так и упала на бок, беззвучно рассмеявшись: это зрелище куда более забавно, чем она себе представляла. Костюмчик был немного мал Атсуе, но это не мешало наряду сидеть довольно неплохо. Все было так аккуратно надето, и передник, и чепчик… У Харуны аж промелькнула мысль о том, что парень и раньше примерял на себя подобное. В общем, оставалось только мысленно хвалить саму себя за эдакую придумку. Судя по реакции Широ и Юуто, им тоже нравится представление. — Фетишистка, — бросил в адрес девушки Атсуя. — А пусть и так. — Постыдилась бы перед старшими свои похабные мыслишки напоказ выставлять. — Поверь мне, мой хороший, оно того стоило. Харуна достала из-за спины то, от чего Фубуки наверняка бросило в пот: фотоаппарат. С улыбкой победителя она нацелила объектив на парня, словно охотник навел ружье на жертву. — Только попробуй нажать на кнопку, — угрожающе прошипел парень, со страхом глядя на новенький полароид возлюбленной. Харуне было до коликов смешно наблюдать за поведением Атсуи. Из-за беззвучного смеха, вырывающегося из груди, тряслись руки и было сложно держать камеру. Но стоило только Фубуки закончить говорить, как девушка моментально взяла себя в руки и издевательски щелкнула кнопкой. — Я повешу фото над нашей кроватью и буду любоваться им перед сном, — Отонаши легонько потрясла снимок, который с приятным жужжанием выполз из полароида. — Если хочешь любоваться мной — просто повернись в мою сторону и любуйся на здоровье! — Ты знал, что тебе идет этот чепчик? — сдерживая смех, обратился к проигравшему Кидоу. — А ты знал, что тебе идет помалкивать? — сердито фыркнул Атсуя. — К тому же… Чепчик портит мою прическу, так что ничерта он мне не подходит. — Хотел бы я посмотреть на лица ребят из Хакурена, если бы они увидели это произведение современного искусства, — невинно, но в то же время издевательски улыбаясь, подал голос Широ. Атсуя раздраженно топтался на месте и бросал на присутствующих взгляды, кричащие о ненависти. Харуна продолжала незаметно фотографировать его и снимать видео на своей старенькой камере, которую очень удачно и вовремя достала. Ей даже показалось, что в какой-то момент парень стал специально позировать. — Если те… люди увидят меня в этом позорище, то я сдохну со стыда! — с недовольством в интонации повысил голос парень, вовремя осекшись из-за загаданного братом желания. — А потом буду преследовать вас троих в качестве призрака и никогда не дам забыть, до чего вы все меня довели! — О, Атсуя, а знаешь что? — щелкнула пальцами Отонаши, привлекая к себе внимание возлюбленного и все еще направляя на него камеру. — Давай ты будешь называть нас всех своими господинами? В качестве дополнения к твоему сегодняшнему наряду. — Свои извращенные фантазии, моя Госпожа, я попросил бы не выносить дальше дверей нашей спальни, — неожиданно на устах Атсуи всплыла хищная улыбка, от чего Харуна почувствовала, как у нее краснеют уши и пылают щеки. — Эй, давайте только не при нас, ладно? — рассмеялся Широ, завидев, как Юуто хмурит брови. Отонаши готова была поклясться, что гневная аура Атсуи витала по всей комнате и наводила ужас. Гордость его наверняка задета. Страшно было представить, какой план мести уже вынашивает в своей голове проигравший. А месть наверняка будет, ведь Атсуя не из тех, кто позволяет прилюдно позорить себя просто так. Даже если позор этот видели всего лишь три человека. «Ничего, мой дорогой, всем иногда полезно выйти из своей зоны комфорта…» — Пять минут прошли, — неожиданно провозгласил проигравший. — Я отсчитывал каждую секунду. — Ладно уж, на сегодня горничная свободна, — махнув рукой, как бы смилостивилась Харуна. Атсуя пошел, или, вернее сказать, побежал переодеваться. Девушка смотрела ему вслед и с малой долей стыда понимала, что ей слишком даже понравилось то, что она сегодня увидела. Интересно, а существуют костюмы для горничных-мужчин? «Видимо, я и правда буду любоваться теми снимками перед сном…» *** Четверка уже разошлась по комнатам, занимаясь каждый своим делом. Атсуя вроде как планировал сходить в магазин (теперь уже, правда, без кредитки Юуто), но почему-то не спешил и продолжал валяться на кровати, пока Отонаши наводила порядок в своем шкафу. — Эй, куколка. Фубуки позвал ее довольно тихо и даже, кажется, неуверенно, поэтому Харуна с любопытством повернулась к парню и устремила на него вопросительный взгляд. — Что такое? — Я надеюсь, ты этот костюм не собираешься выбрасывать? Фубуки, пока говорил, избегал зрительного контакта, и Отонаши это не нравилось. Но, быть может, возлюбленный просто хочет заставить ее чувствовать вину за то, что загадала такое позорное для него желание? Если это так, то Харуна точно не собирается поддаваться на провокацию. — А что? Тебе так понравилось в нем ходить? — с хитрым прищуром усмехнулась девушка. Парень не стал отвечать, а лишь молча поднялся с кровати и подошел к Отонаши почти вплотную, заставляя ее прижаться к стенке позади себя. Харуна непонимающе хлопала глазками, до нее все никак не доходило, чего хочет Атсуя. Такое его поведение даже малость напрягало. — Просто… Я собираюсь взять реванш. Пронизывающий до глубины души взгляд Фубуки заставил девушку почувствовать дрожь по всему телу. Парень медленно выговаривал каждое слово, будто смакуя, и звучало это как мурлыканье хитрого и самовлюбленного кота. — Я обязательно обыграю тебя, куколка. Костюм придется примерять тебе. И тогда… Обе руки Атсуи уперлись в стену, к которой Харуна оказалась прижата, словно тот боялся, что Отонаши сейчас дернется и сбежит из этой хватки. Девушка почувствовала его горячее дыхание на своей шее, от чего невольно поежилась. Всего за пару мгновений Фубуки перевоплотился из жертвы в хищника. А Харуна и рада, что попала к нему в лапы. — И тогда пятью минутами ты у меня не отделаешься. «Что ж, милый мой… Этот спектакль можно играть и вдвоем.» — Тебе так хочется, чтобы я называла тебя Господином? — копируя томный шепот парня, поинтересовалась Отонаши. — О-о, знала бы ты, сколько всего мне хочется. Атсуя резко отпрянул, освободив девушку из своего капкана, и направился к двери. Уже у выхода он обернулся и бросил возлюбленной свою фирменную ухмылку. — Но пока остановимся на Господине. — Сначала обыграй меня. — За мной не заржавеет. Парень вышел, оставляя Харуну в гордом одиночестве. А та поймала себя на мысли, что была бы совсем не против проиграть следующую партию в монополию.