Мой лучший друг

Более или менее решительно шагая по переполненными людьми школьным коридорам, Ринго никак не могла выбросить из головы вчерашнюю фразу матери:             И для Соры тоже. Возможно ли, что мама знала о Соре с самого начала? Рин не слышала их с отцом разговор, случившийся восемь лет назад, когда тот ушел из дома, да и слушать и запоминать его у нее не было особенного желания. Но, если подключить, наконец, логику, то Соре, которому, по словам бабушки, было двенадцать-тринадцать лет, на момент развода матери с отцом было примерно два или три года. Послужило ли его рождение для отца последним толчком для ухода из семьи и достаточно весомым аргументом для ее, Рин, матери? Единственное, что Рин помнила об отце, когда тот жил вместе с ними, так это то, что он всегда попрекал свою дочь, когда та попадалась ему на глаза. Мама в ответ говорила, что тем, кто виновата, была она, родившая ему дочь, а не сына. Отец всегда хотел себе мальчика, это Ринго навсегда усвоила за десять лет жизни с этим человеком. Тогда значит ли это, что мама знала о Соре изначально, но никому ничего не рассказала и проигнорировала его существование, когда его мать умерла, а отец стал отъявленным наркоманом и загремел в больницу? Рин вздохнула, успокаиваясь и разгоняя нараставший ком возмущения и самонакручивания. Нет, она не имеет права обвинять свою мать в безразличии к чужому ребёнку. К тому же, то, что надумала себе Ринго, могло (с низкой вероятностью, конечно) оказаться неправдой. Мама же могла ненавидеть Сору за то, что тот стал веской причиной для их с отцом развода.

***

Торопливо отклоняясь в сторону, чтобы избежать несущегося в ее сторону человека, Ринго, не обратив на него никакого внимания, вошла в кабинет, привычным маршрутом направляясь к своему месту — самой последней парте «на отшибе мира». И первым, что она заметила — класс казался немного более оживленным, чем обычно. Две одинаковые девушки-подружки (которые, к слову, оказались двоюродными сёстрами), перешептывались с парнем со светло-русыми вьющимися волосами, перегнувшись через свою парту. Тот изредка отвечал, по большей части задумчиво потирая пальцем подбородок и временами улыбаясь. Другой парень, проходивший мимо этих девушек, деликатно похлопал одну из них по спине, призывая встать прямо, чтобы избежать задравшейся юбки. Девушки тут же выпрямились, благодарно глядя на одноклассника. Тот добродушно махнул рукой, продолжая путь к своей парте. Некоторые бросили на Ринго пару быстрых взглядов, но тут же вежливо переместили свое внимание куда-то в другую сторону. Они все прекрасно понимали, что именно вызывало в Ринго дискомфорт и старались немного уменьшить его, не досаждая ей своими попытками пообщаться. Ринго слабо улыбнулась себе в ладонь, копаясь в своей сумке в поисках телефона. Это утро казалось ей… намного лучше прежних. Правда. Хочется увидеть Коши, чтобы этот день стал по-настоящему таким же, как и прежде. Внезапно дверь медленно открылась и весь класс вскочил на ноги, поднял, как один руки, и в унисон громогласно произнес:  — С возвращением, Сэо! В классе появилась девушка. Ее ярко-розовые волосы были перевязаны черной атласной лентой, примерно такая же красовалась на ее рубашке. В этой девушке легко было узнать ту самую, что Ринго встретила вчерашним вечером в школьном коридоре. Даже глаза ее были все такого же розовато-карего цвета. Однако солнечный свет, льющийся из окна, освещал ее красивое лицо и делал ее черты гораздо, гораздо мягче. Девушка весело, немного удивленно улыбнулась и доброжелательно помахала всем рукой:  — Йо! Давно не виделись, ребята. Ее внимательный взгляд переместился к единственному человеку, не поднявшемуся с места — Ринго, отчего та вполне закономерно почувствовала себя максимально неловко и быстро отвела взгляд. Девушка бодро зашагала к своему, видимо, месту, перебрасываясь короткими фразами с одноклассниками. Ринго уже приготовилась не обращать на неожиданно «новую» одноклассницу, как та бесцеремонно уселась на сиденье рядом:  — Привет, ты новенькая? — ее немного низковатый для девушки голос казался слишком уж настойчивым. Совершенно не контролируя себя, Ринго напряглась. Язык вновь, как и всегда, будто прилип к нёбу, отчего ответить получилось не сразу:  — Да. Ты совершенно безнадежна, Ринго. Однажды эти люди догадаются о твоей беспомощности перед обществом и точно начнут использовать это в своих целях.  — Меня зовут Хаттори Сэо. А тебя? Ребята вокруг хотели, будто, намекнуть Хаттори-сан о том, что их странноватая новенькая не настроена на общение, но при этом с надеждой глядели на то, как Сэо пытается разговорить её. Будто им всем хотелось поговорить с ней, но вежливость не позволяла им лезть в ее личное пространство. Ринго чувствовала как начинают трястись ее руки. Это не страшно. Это не страшно. Это не страшно, Рин.  — Аяме Ринго. Слава богу, имя она выговорила правильно. И голос не сорвался. Слава всем богам.  — У тебя такая красивая фамилия. Она означает «ирис», да?  — Не совсем. Оно означает «убить». Лицо Сэо вытянулось. Рин закашлялась, давя вырывающийся смешок. Давненько ей не приходилось так разрушать чужие иллюзии по поводу своей фамилии. Стало даже немного весело и смелости чуть прибавилось.  — Блин, так круто! — глаза Хаттори засияли, — я имею в виду, что моя фамилия скучная и старомодная, - она уныло подперла голову рукой. Рин не знала, что на это ответить, поэтому неловко отвела взгляд, промолчав. Пойми уже, что Аяме Ринго — странная и необщительная. Аяме Ринго не умеет общаться. Аяме Ринго — пустое место. Аяме Ринго…  — А! Кстати говоря! Это, случаем, не твоя мама работает менеджером центрального банка? — Сэо бесцеремонно заглянула ей в глаза, устроив свою голову на парту Ринго.  — Моя.  — О, вот как, — весело отозвалась она, прищурившись, — она такая красивая.  — Согласна, — вполне охотно отозвалась Рин, слегка кивнув. Ее волосы выскользнули из-за уха, закрыв ей лицо, словно непроутюженная штора. Некрасивая штора. Сэо внимательно посмотрела на ее попытки вновь закрепить прическу заколкой, а затем задумчиво протянула:  — У тебя такие красивые волосы.  — Что? — от неожиданности Ринго даже не задумалась об ответе.  — А тебе никто этого не говорил? Твой цвет волос очень красивый. Они такие… — девушка подняла глаза к потолку, задумавшись, — золотисто-медные? Медные? Золотые? Нет, не подходит. В общем, красивые.  — Сэо-ловелас пришла, — весело отметил кто-то, — ни одна девушка не устоит. Одноклассники согласно рассмеялись.  — Но я же правду говорю! — обиженно вскочила со своего места девушка, ее длинные розовые волосы упали ей на лицо.  — Мы знаем, — игриво откликнулся кто-то, — ты думаешь, почему тебя так девушки любят?  — Потому что я от природы очаровательна? — кокетливо смахнула волосы на плечо Хаттори.  — Теперь ясно, почему у тебя парня до сих пор нет, — по-доброму фыркнул тот самый парень с вьющимися светло-русыми волосами. У него были красивые янтарные глаза. Добрые глаза.  — И вообще, — Сео шутливо обиженно надула щеку, — я разговариваю с новенькой. Не мешайте.  — Крепись, Ринго-сан! Она так просто не отвяжется, — весело рассмеялся парень, поправив свои волосы и подперев щеку рукой. Его глаза весело щурились в улыбке.  — А я и не отрицаю, — довольно хохотнула Сэо и вновь повернулась к Ринго, — я хотела сказать, что ты очень красивая. И волосы твои очень необычного цвета.  — Кто бы говорил, — неловко отозвалась Ринго, косясь на ее волосы. Сэо вновь широко улыбнулась:  — У меня, вообще, черные волосы. Скучные, — недовольно протянула она, накрутив на палец прядь волос, — я выкрасила их в розовый недавно. И меня отстранили от уроков на месяц в самом начале учебного года, — Сэо неловко хихикнула, — но сейчас я выкрасила их снова и снова здесь. Учителя давно махнули на меня рукой. Слушай, — она неловко покосилась на Ринго, все пытавшуюся привести в порядок прическу, — можно я… потрогаю твои волосы? Ну, в смысле, заплету. Если ты не возражаешь. Рин недоуменно приподняла бровь, но все же кивнула, с непониманием глядя на ее просиявшее лицо.  — Ринго-сан! — ее окликнула одна из одноклассниц, — можно и нам тоже?  — Точно! У нас есть ленты, — другая девушка вытащила из сумки пару лент для волос.  — Но у меня не такие длинные волосы, — робко отозвалась Рин, часто-часто хлопая глазами.  — Ничего! Мы справимся! — просияли девушки, подлетая к ней и присоединяясь к довольно урчащей Сэо. Парни лишь посмеивались:  — Желаю тебе терпения, Ринго-сан. Они будут истязать твои волосы до самого начала урока.  — Н-ничего страшного, все нормально, — потерянно пробормотала Аяме, смущенно отводя взгляд. Никто никогда не обращал на нее такого внимания. Рин прикрыла глаза, слушая довольное щебетание девушек, колдовавших над ее прической. К щекам прилила кровь. Ну… Ей это… нравится, так что на этот раз все действительно нормально. На губах промелькнула робкая улыбка. Верно. Все хорошо.