Мой лучший друг

 — Посмотри туда, Ринне! Он широко улыбался, невежливо указывая куда-то пальцем. Его глаза, каре-серого, невероятно нежного цвета, лучились непонятной радостью. Там, куда был направлен его взгляд, Рин высмотрела небольшую спортивную площадку из тех, которыми не пользуется никто, находящийся в более или менее здравом уме.  — Подожди здесь! Я быстро сбегаю за мячом, — он еще раз улыбнулся, помчавшись в сторону своего дома. Она на это живо замотала головой, отказываясь, и спешно побежала за другом, время от времени неуклюже спотыкаясь о собственные ноги. Он притормозил, схватил ее за руку и продолжил путь уже куда медленнее. Он всегда был куда более спортивным, чем кто либо на её памяти. Сжав покрепче его теплую шершавую ладонь, Рин чуть ускорилась:  — Идём. Неуверенно улыбнувшись, Коши вновь решительно направился в сторону дома. Его мама сурово хмурилась, глядя на них с высоты своего роста и придавливая их своим непосильным влиянием. Скрестив руки на груди, Сугавара-сан холодно взглянула на Рин, затем перевела взгляд на сына и стальным голосом процедила:  — У тебя нет времени на прогулки, Коши. Твои оценки все еще неудовлетворительны. Неужели ты думаешь, что тебе хватит времени на выполнение домашнего задания, если ты заявишься домой поздним вечером?  — Но, мам, мы недолго, — тихо возразил друг, заложив руки за спину и пряча взгляд.  — Знаю я это «недолго». Пора учиться. Как ты думаешь сдавать итоговые контрольные и поступать в старшую школу через три года? Тебе тоже пора, Аяме-чан, — уже мягче она обратилась к Ринго. Та, подумав, послушно кивнула, ободряюще сжав ладонь друга перед тем, как уйти. В качестве прощания он поймала грустный взгляд нежных каре-серых глаз и слабую улыбку.

***

Она столкнулась с этими глазами, когда выходила из класса. И, стоит быть честной, искала именно их. Аккуратно заплетенные волосы теперь не уменьшали ее обзор и не закрывали заднюю часть шеи, так что было немного неловко. В очередной раз коснувшись пальцами своей замысловатой прически, в которую одноклассницы вложили время ещё и всего обеденного перерыва, Рин посмотрела на друга, стоявшего у подоконника и штудировавшего учебник литературы (который, как и всегда, впрочем, был аккуратно обёрнут в новенькую прозрачную обложку).  — Привет, — голос дрогнул. Рядом с ним стоять было вдвойне неловко. Он поднял на нее свой взгляд, все такой же нежный и мягкий, как и раньше, и тепло улыбнулся:  — Привет, Ринне. Она устроилась рядом с ним, опустив свой взгляд к собственной обуви. Что стоит сказать ему в таком случае? Поблагодарить за прошлый раз? Или предпочесть какую-нибудь более нейтральную тему?  — Красивая прическа, — мягко отметил Коши, все так же нежно и немного грустно улыбаясь.  — Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась Рин, тут же осекшись: это не её дело.  — Все нор…  — …мально. А теперь правду, пожалуйста, — все же не сдержавшись, буркнула Ринго, отводя взгляд.  — Как и всегда, — Сугавара тихо вздохнул, подняв уставший взгляд к потолку, — оценка по математике немного не дотягивает. Мама будет недовольна.  — Сколько баллов?  — Восемьдесят.  — Семьдесят девять, — вздохнула Ринго, теребя ленту в причёске.  — Я победил, — весело фыркнул Сугавара.  — Ненадолго, — беззлобно хмыкнула Рин, — наверное, нужно тебе поговорить об этом с учителем.  — Пересдать не разрешат.  — Я имею в виду, можно же попросить индивидуальные занятия?  — Только если ты пойдешь со мной, — весело приподнял брови Коши, лукаво улыбаясь.  — Я не могу, — неловко откликнулась Ринго, тут же почувствовав себя неудобно. Сугавара вздохнул, вновь опираясь о подоконник. Воцарилось молчание. Рин откашлялась, пытаясь избавиться от неприятного комка неловкости в горле:  — Как… твои дела в клубе?  — Хм? Все отлично, — весело откликнулся он, — я уже рассказывал о новеньких в клубе? Рин кивнула, радуясь, что нашла тему для разговора. Коши оживленно отложил учебник в сторону:  — Они все такие классные, что аж раздражает, — он рассмеялся, разворошив волосы на затылке, — а Дайчи, мой… друг, — он замялся на мгновение, но, не почувствовав никаких перемен в атмосфере, продолжил, — с каждым днем становится все строже. О, еще мы нашли тренера. У нас его не было до сей поры. Он немного жуткий, на вид, как хулиган, но какая команда это говорит, — он оживлялся с каждым произнесённым словом, кажется, его проблемы становились для него немного незначительнее, когда он думал о своей команде. Это и правда радовало. Действительно, какая разница, есть у тебя приставка «лучший» перед словом «друг», если твой друг при этом несчастен. Рин внимательно слушала его, временами комментируя и посмеиваясь над его шутками, которые жили в их разговорах еще, наверное, с младшей школы, и мельком улыбалась. Неловкость почти никуда не исчезла, но они оба почувствовали, как на душе становилось легче. Вздохнув, Рин оперлась плечом о друга, прикрыв глаза. Сугавара в мгновение замолчал, недоуменно взглянув на нее и нервным, немного ломающимся голосом спросил:  — Что-то случилось?  — Ничего, — Рин приподняла уголки губ в улыбке, — просто… Я рада, что мы поговорили. Коши в ответ тоже понемногу расслабился и оперся о нее в ответ, устроив голову на ее затылке. Он тоже, видимо, закрыл глаза, его дыхание выровнялось. Он будто заснул.  — Коши? — на всякий случай окликнула его Рин, обеспокоенно подняв на него глаза.  — М? — тут же отозвался он, впрочем, не двигаясь с места ни на миллиметр.  — Ах, нет, ничего, — Рин вновь закрыла глаза, улыбнувшись. Ее рука потянулась к его волосам, ласково вороша их, — тебе следует больше отдыхать. Всё успеется, не волнуйся.  — Да, — тихо откликнулись в ответ, — спасибо.

***

Уныло подперев щеку рукой, Коши медленно переписывал формулы в исписанную вдоль и поперек тетрадь. За окном пробегали его сверстники, игравшие в мяч, светило яркое весеннее солнце, а он сидел в холодной, мрачной комнате, горбясь над письменным столом, и изнывал от скуки и едва ли не плакал от обиды. На кухне ужин готовила мама. Она даже не зайдет проведать его, так зачем? Почему она не позволит ему проводить свое время так, как и все дети его возраста? За окном послышался негромкий стук. Вздрогнув, Коши вскочил из-за стола, быстро приближаясь к форточке. За окном стояла Рин, прижимавшая к груди волейбольный мяч. На ее лице промелькнула легкая улыбка:  — Идём. Площадка в центре уже опустела, — покопавшись в сумке, висевшей за ее спиной, она вытащила оттуда тетрадь, — переписывай скорее. Я всё сделала. Ответом ей послужила его широкая улыбка и оживленный кивок:  — Да! Подожди меня немного!  — Конечно, — в ее глазах мелькнула добрая нежность, — сколько угодно, Сахарок.