Superposition

Somewhere in between who I used to be And who I'll be tomorrow when the champagne blows my mind Thrills don't come for free, the price you pay for dreams In a sea of strangers, I can't find me anymore Life of the Party, All Time Low

Через несколько недель ему звонит Котаро. Бокуто явно чертовски пьян, Тецуро понимает это в первые же минуты разговора с ним. — Тетсуууууу, — протягивает Котаро, его громкость сильнее обычной. — Пойдём на вечеринку! — Твоя вечеринка? — спрашивает Тецуро. — Какая вечеринка, приятель? — Какая вечеринка? — кричит Котаро. — Моя вечеринка! — Твоя вечеринка прямо сейчас? Бо, у тебя тур. Я не могу попасть на эту вечеринку. — Нееееет, — скулит Котаро. — Только не на этой вечеринке. Это глупая вечеринка. Мой день рождения! После нескольких минут попыток понять, о чём, чёрт возьми, говорит Котаро, в разговоре наступает затишье, а затем другой голос появляется на линии. — Привет, Тецуро. Котаро сейчас очень пьян. — Эй, Кейджи, — со смехом говорит Тецуро. — Я могу поговорить. — Он хотел пригласить тебя на свой день рождения, — говорит Кейджи Акааши, солист группы Котаро. — В следующую субботу, 18 сентября. К тому времени наш тур закончится, и мы проведём его в Чикаго. Я ожидаю увидеть тебя там. — Это звучит как угроза, — нервно говорит Тецуро. — Так и есть, — со вздохом говорит Кейджи. — Если ты не появишься, Котаро всё время будет ныть, а я не готов с этим мириться. Поэтому ты должен быть там. — Я приду туда, я приду, — обещает Тецуро. — Хорошо. Кроме того, будет выступать группа, которую ты рекомендовал Котаро. — Группа, которую я рекомендовал Котаро? — говорит Тецуро, обдумывая, что он рекомендовал? Какая группа?! И тут его осенило. — Срань господня — Кошачий бой?! — Да, он самый, — говорит Кейджи. — Кенма, их вокалист, был очень нерешителен, но ты же знаешь Котаро — он был очень полон решимости заставить их выступить для него, и он умеет убеждать. — Тогда я точно буду там, — снова говорит Тецуро, на этот раз более решительно. — Мне нужно поддержать молодую группу. Знаешь, это была моя работа — Кенма дал мне свой микстейп после одного из концертов Нэко, и я знал, что он станет грёбаной суперзвездой. — Мне жаль Кенму, — скептически произносит Акааши. — Чёрт, Кейджи. Ты холоден. Мы с Бо просто пытаемся поддержать его. Кейджи стонет. — Увидимся в следующую субботу, Тецуро, — говорит он и вешает трубку.

***

Тецуро не может отрицать, что ему не терпится снова увидеть Кенму. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз видел его лично, и он всё ещё чувствует, что они могли бы быть хорошими друзьями, поэтому он с нетерпением ждет возможности увидеть его и поговорить с ним. Он просыпается и собирается в абсурдно ранний час, затем садится в машину и пишет Мориске и Нобуюки, чтобы они тащили свои задницы в машину, прежде чем он оставит их. Поездка долгая, целых 12 часов, но они добираются туда до начала вечеринки. Яку проводит большую часть поездки, оскорбляя музыку Тецуро и декор автомобиля, а Нобуюки пытается говорить о нормальных вещах, таких как спорт и текущие новости, но быстро находит это бесполезным, поскольку Мориске пытается превратить всё в дискуссию (в которую Тецуро энергично вступает). Поэтому Нобуюки сворачивается калачиком на заднем сиденье с наушниками, не обращая внимания на оживлённый спор Тецуро и Мориске. Как только они добираются до места встречи, они обнаруживают, что Котаро и Кейджи ждут их у входа. Бокуто крепко обнимает Тецуро, затем одной рукой обнимает Мориске за плечи, а другой — Нобуюки. — Хэй-хэй-хэй, ребята! — весело говорит Котаро. — Я знал, что ты придёшь! Кейджи сказал, что сомневается в этом, но… — Я ничего такого не говорил, — перебивает Кейджи, хмуро глядя на Котаро. — Я сказал, что это долгая поездка, чтобы ожидать приезда всех троих. — Но они сделали это, не так ли, Кейджи? — говорит Котаро, убирая руки с Нобуюки и Мориске, чтобы взъерошить волосы Акааши. — Они сделали это, потому что любят меня! — Наверное, — натянуто говорит Кейджи, поворачиваясь к остальным. — Добро пожаловать на вечеринку. Пожалуйста, не стесняйтесь снять свои куртки и сумки и оставить их на хранение в комнате слева от вас. Как только они это делают, Тецуро немедленно начинает сканировать комнату взглядом. Кейджи довольно быстро замечает это. — Ты кого-то ищешь? — Ну да, — говорит Куроо, неловко почёсывая затылок. — Кенма... — Он пришёл сюда всего на несколько минут раньше тебя, — отвечает Кейджи. — Думаю, он прячется за стойкой. Тецуро слышит, как где-то позади него Котаро кричит о выстрелах в тело или о каком-то дерьме, но решает пока не обращать на него внимания — он услышит это позже. Вместо этого он прямиком направляется в угол комнаты, где, конечно же, находит одинокую фигуру, сидящую за стойкой. — Эй, — начинает он, но замирает, не в силах закончить фразу. Потому что это Кенма сидит там, определённо — это он, его длинные волосы, но теперь они светлые. Блондинистого цвета. И... срань господня. Кенма оборачивается, чтобы посмотреть на него, его золотистые глаза почему-то ещё больше выделяются на фоне мягких жёлтых волос. — Тецуро, — говорит он в знак признательности. — Т-твои волосы, — заикаясь, произносит Куроо, всё ещё застыв на месте. — Ты их покрасил? — Ага, — вздохнув, ответил Кенма. — Как только мы подписали контракт. Один из участников моей группы — Такетора, ты, наверное, встретишься с ним сегодня вечером — он всё время говорил мне, что с моими длинными чёрными волосами я похож на девушку из «Звонка».* — Ты мог бы просто подстричься, — замечает Тецуро, хотя при этом морщится. Мысль о Кенме с короткими волосами почему-то кажется неправильной. — Нет. Я не хочу видеть так много, — Козуме яростно качает головой. — Ты не хочешь видеть? — Тецуро приподнимает бровь, прислоняясь к стойке. — Я не люблю, когда мое поле зрения слишком широкое, — объясняет Кенма, глядя на Тецуро сквозь две пряди блестящих волос. — Это заставляет меня нервничать. Поэтому я решил, что окрашивание — лучшее решение. — Ну, ты больше не похож на Самару,* — говорит Тецуро и съёживается. — Я имею в виду, что никогда не был похож на неё. Раньше твои волосы выглядели прекрасно. Но если это то, чего ты пытался избежать, то сработало. — Я просто не хотел выделяться, — Кенма бросил на него удивлённый взгляд. — Ты думал, что единственный способ не выделяться — это покрасить волосы в блонд? — Тецуро фыркнул. Кенма нахмурился, потом обвёл комнату взглядом. — Я имею в виду, посмотри вокруг. У половины людей в этой комнате крашеные волосы. Честно говоря, я думаю, что это помогает мне слиться с толпой. В этом Кенма прав, думает Тецуро, оглядываясь вокруг. В любой другой обстановке волосы Козуме выделяли бы его из толпы. Однако здесь, в окружении таких людей, как Бо, с его серыми колючими волосами, Кенма выглядит как любой другой парень из группы. Тецуро собирается сменить тему, спросить, не хочет ли он выпить, когда на плечо Кенмы падает чья-то рука. — Кенмаааааа, — радостно закричал какой-то человек. — Не прикасайся ко мне, — ворчит Кенма, стряхивая руку. — Я думал, ты смешался с толпой. — Да, но теперь я здесь, — говорит парень, появляясь из-за спины Кенмы. У него был крашеный светлый ирокез и свирепый взгляд. — Эй, а кто этот чувак? Это твой друг, Кен? — Меня зовут не Кен, — отвечает Козуме, — и я уверен, что рассказывал тебе о нём раньше. Тецуро Куроо. Вокалист группы Нэко. — О, тот чувак, чьи песни ты всегда слушаешь? — с интересом говорит парень. Кенма сердито смотрит на него, но парень всё равно делает шаг вперёд, протягивая руку Тецуро. — Эй, я Такетора Ямамото — любимый товарищ Кенмы по группе и ведущий гитарист! А это значит, что я определённо самый крутой участник Кошачьего боя. Тецуро крепко пожимает ему руку, затем вопросительно смотрит на Кенму. Он ожидал, что товарищи Козуме по группе будут спокойными и тихими, похожими на него, но это не так. И его замешательство только увеличивается, когда к нему подбегают еще два высоких парня с широко раскрытыми глазами, останавливаясь по обе стороны от Кенмы. — Эта вечеринка такая классная! — кричит один из них. — Кажется, я только что видел Эшли Симпсон*! — Да, я тоже так думаю, — говорит другой. — Ты должен был предупредить, Кенма! Я бы оделся получше! — Я даже не знаю, кто это, — Кенма сердито смотрит на них. — Как ты можешь не знать? — кричит один из них. — Иногда мне кажется, что ты живёшь в другом веке. — Кенма сокрушённо вздыхает. Повернувшись к Тецуро, он говорит: — Эти двое — участники моей группы и заноза в заднице. Лев Хайба, — он показывает большим пальцем на высокого человека, с пепельными волосами и зелёными глазами, — и Соу Инуока. — Он показывает на другого, тоже высокого, но с более тёмными волосами и глазами. — Ритм-гитарист* и басист. Ребята, это Тецуро Куроо из Нэко. — О, — говорит Лев, глядя на Тецуро широко раскрытыми глазами. — О боже, ты есть на самом деле. — Во плоти, — смеётся Тецуро. — Это так круто! Я не могу поверить, что ты действительно его знаешь, — говорит Соу, его глаза такие же большие. — Ты тот парень, которому понравилась наша музыка? — Нет, спасибо вам обоим, — бормочет Кенма. — Моя гитара стала звездой нашего мини-альбома, — хвастается Такетора. — Вы все можете найти себе другое место? Иди поговори с этой Эми Симпсон или с кем-нибудь ещё, — Кенма потирает виски. — Она Эшли, — говорит Соу. — И я не думаю, что она захочет говорить с нами. — Не представляю, почему. Просто… пожалуйста, уходи. Оставь меня. Но если ты увидишь Шохея, то можешь сказать ему подойти сюда. Было бы здорово, если бы Тецуро встретился с единственным здравомыслящим человеком в группе. Тецуро ухмыляется, когда все трое уходят, Такетора обнимает Соу и Льва, как будто даёт им какой-то совет. — Твоя группа полна энергии, — говорит он, качая головой. — Ненавижу, — говорит Кенма в ответ. — Я подумывал подсыпать им в еду успокоительные. — Кажется немного неэтичным. — Они всё время действуют мне на нервы, это неэтично, — говорит Кенма. — О, они нашли Шохея. К ним подходит другой парень, на этот раз с короткими волосами и большими глазами. Он кивает Тецуро в знак приветствия, а затем поворачивается к Кенме. — Что случилось? Кто это? — говорит он гораздо тише, чем Лев, Соу или Такетора. — Тецуро Куроо, — говорит Кенма. — Тецуро, это наш барабанщик, Шохей Фукунага. — Круто, — говорит Шохей. — Рад познакомиться. — Я тоже, — кивает Тецуро, думая, что Шохей гораздо больше похож на человека, с которым Кенма будет играть в группе — спокойный и расслабленный. — Итак, вам нравится вечеринка? — Тут классно, — говорит Шухей. — Здесь много народу. Некоторые из них выглядят немного устрашающе. А ещё именинник попытался обнять меня. — Это Бо, — фыркнул Тецуро. — Он всегда такой. Если тебе неудобно, можешь послать его к черту, и он отстанет. Возможно. — Прекрасно, — Шохей пожал плечами. — Меня это не очень беспокоит. Просто это было просто удивительно. — Он посмотрел вдаль. — Я пойду прогуляюсь. Веселись, Кенма. Тецуро снова поворачивается к Кенме. Уголок его рта приподнимается. — Так могу я угостить тебя выпивкой? — Только если это что-то не грубое, — говорит Кенма. — Не пиво. — Не пиво, — обещает Тецуро, поворачиваясь к бармену. Он полагает, что Котаро простит его, если Куроо проведёт ещё немного времени с Кенмой. В конце концов, — думает он, бросая взгляд на Бокуто, окруженного членами его группы и другими людьми, — Котаро, вероятно, достаточно счастлив там, где он находится.

***

В тот вечер выступление «Кошачьего боя» для совершенно новой группы, откровенно говоря, было довольно феноменально. Тецуро ловит себя на том, что кивает в такт песням, которые они исполняют, очарованный голосом Кенмы. Он скрещивает руки на груди, довольный своим решением. Котаро возбуждённо толкает его локтём. — Они действительно хороши, — говорит он. — Я знал, что они всего добьются. — Заткнись, — ласково говорит Тецуро, толкая его в ответ. — Я первый это знал. — Почти достаточно, чтобы простить тебя за то, что бросил меня на моей собственной вечеринке. — Чувак, я потусуюсь с тобой после их выступления. — Ты должен опрокинуть пятнадцать стопок, чтобы нагнать меня! — Ты сам столько бы не выпил. Кейджи никогда не позволит тебе зайти так далеко. — Ой, чееееел, Кейджи действительно меня продал! Ладно, ты всё равно должен выпить хотя бы три, чтобы компенсировать то, что болтаешься у бара, а не тусишь вместе с остальными! — Договорились. И я подумаю о том, чтобы сделать съёмку порнухи, хотя, надеюсь, не с тебя. — Да, чёрт возьми. Тецуро усмехается и качает головой, возвращаясь к выступлению. Он наблюдает за тем, как Кенма двигается, как остальная часть его группы, кажется, направляет свою энергию на Козуме, как Кенма, почему-то не так уж нервничает, когда он на сцене. Он улыбается Кенме, который на этот раз на сцене — полная противоположность первому разу, когда он увидел Кенму внизу, в толпе, когда выступал. Он почувствовал что-то вроде притяжения к Кенме — такое же притяжение он чувствует сейчас, когда они смотрят друг другу в глаза, и губы Кенмы слегка приподнимаются. Тецуро чувствует себя более уверенным, чем когда-либо, что Кенма Козуме далеко зайдёт.

***

На следующий день Тецуро просыпается на койке Котаро. Бокуто, сидящий рядом с ним, легонько толкает его локтём. — Как ты себя чувствуешь? — Как дерьмо, — с трудом выговаривает Тецуро: в горле пересохло. Он приподнимается на локтях. — Чёрт, что я делал прошлой ночью? Скажи мне, что не было ничего унизительного. — Ты выдал довольно ужасное пение, — смеётся Котаро, — но в тот момент почти все ушли. Э-э, ты много пил со случайными девушками, и в какой-то момент я почти уверен, что ты наткнулся на какого-то чувака. — Что я сделал?! — стонет Тецуро. — Скажи мне, что это был не ты. — Скажи мне, что это не Кенма, — думает он, а потом удивляется, почему Кенма был первым, кто пришёл ему в голову. Вероятно, потому что он провёл большую часть ночи перед тем, как напился до чёртиков, разговаривая с Кенмой, предполагает он. — Не-а, — легко отвечает Котаро. — Не узнал парня, наверное, это Кейджи кого-то пригласил. Но Мориске и Нобуюки сочли это чертовски забавным. У них есть несколько фотографий, чтобы использовать их в качестве шантажа. — Чёрт, эти придурки, — Тецуро хватается за голову. — У тебя есть тайленол? — Да, в ванной, — отвечает Котаро. — Спасибо, — выпаливает Тецуро, с трудом поднимаясь на ноги. Он бросает взгляд на Котаро. — Почему у тебя не похмелье? — У меня устойчивость к алкоголю лучше, чем у тебя, — гордо хвастается Котаро, выпячивая грудь. — Никогда больше не хочу слышать, как ты называешь меня поверхностным. — Боже, — стонет Тецуро. Он открывает свой телефон, чтобы увидеть сообщения от большого количества людей, но, в первую очередь, от Кенмы. прошлая ночь была интересной, — писал Кенма. — никогда не знал, что ты так хорошо танцуешь. в любом случае, надеюсь, твоё похмелье сегодня не слишком сильное. Тецуро снова стонет. чувствую себя смертельно, но спасибо за поддержку. жаль, что тебе пришлось видеть меня в таком состоянии, — быстро отправляет он и молится всем вообразимым богам, чтобы у Кенмы не сложилось о нём плохое мнение. Хотя, не секрет, что Тецуро Куроо немного тусовщик, особенно в паре с такими, как Котаро Бокуто, который только усиливает свои махинации. Он выключает телефон, решив разобраться с остальными последствиями в другой день, включая неизбежные издевательства со стороны членов его группы. Сегодня он просто свернется калачиком на койке Котаро с одеялом и небольшим количеством тайленола и посмотрит какое-нибудь ужасное реалити-шоу.

***

К счастью, в начале их следующего тура Тецуро получает еще один звонок от Кенмы — небольшое подтверждение, что Козуме не полностью ненавидит его. — Мы едем в тур с Full Soul, — говорит Кенма вместо приветствия. — Ха, это ты? — говорит Тецуро, садясь на диван их автобуса и прижимая к себе телефон. Мориске лишь приподнимает бровь, а Нобуюки ухмыляется. Раздражающие ослы, — думает Тецуро и показывает им язык. — Да, — отвечает Кенма. — Это наш первый тур, но Бо настоял, чтобы мы выступили у них на разогреве, потому что это важный этап или что-то в этом роде. Я... я не знаю, чего ожидать, наверное. Тецуро проводит рукой по волосам, откидываясь назад. — Я имею в виду, что Full Soul определённо не самая плохая группа для гастролей. Бо, ну, он Бо, но Акинори и Кейджи довольно спокойны, и Юки обычно тоже довольно крутая. К тому же они гастролируют уже около трёх лет, так что у них есть приличный опыт. Не волнуйся слишком сильно. Я уверен, что с тобой всё будет в порядке. — Наверное, — говорит Кенма с сомнением. — Хотя надо признать, что меня больше всего беспокоит не Full Soul. Придётся проводить месяцы в автобусе со Львом, Соу и Торой... — Господи, я встречался с ними только однажды, но блин, я полностью понимаю тебя. Кенма слегка фыркает в ответ. — Они ужасны, — признаёт он. — Но они мои... знакомые, и они действительно хороши в музыке, поэтому я держу их при себе. Надеюсь только, что к концу тура меня не арестуют за умышленное убийство. — Я выручу тебя, если ты это сделаешь, — говорит Тецуро. —Хотя на данный момент у меня как бы мало средств. Быть умеренно успешным фронтменом поп-панк группы недостаточно. — Поэтому ты всегда ешь хлопья? — спрашивает Кенма. — Кто тебе это сказал? — Тецуро вздыхает. — Это слух, который распространяют твои фанаты, — говорит Кенма. — Но я подозреваю, что кто-то из членов твоей группы, вероятно, распространил этот факт, если это правда. Тецуро стонет. — Да, это правда! Но у меня нет денег, чтобы каждый день покупать шикарные омлеты на завтрак, понимаешь? Я голодный художник. — Голодающие художники могут иметь некоторую степень разнообразия, — говорит Кенма. — Но это напоминает мне, что я немного боюсь еды в течение тура. — Алкоголь и сигареты, детка, — весело говорит Тецуро. — Боже, — вздыхает Кенма. — Скажи мне, что ты не куришь. — Только иногда, — говорит Тецуро. — О чёрт, ты знаешь парней из «Нелетающих птиц»*? Они всё время курят. Держись подальше от их автобуса, если не хочешь рака лёгких второй степени. — Принял к сведению, — говорит Кенма, и Тецуро не может не ухмыльнуться снова. Когда он кладёт трубку, Мориске и Нобуюки смотрят на него с одинаковым любопытством. Тецуро закатывает глаза. — Давайте, скажите это. Я знаю, что вам очень хочется. — Ты много улыбался во время того разговора, — самодовольно говорит Мориске. — Кенма, да? — Он хороший парень, — признаёт Нобуюки, как всегда дипломатично. — Забавный чувак, — ворчит Тецуро. — Что, мне нельзя иметь друзей? — Нет, — говорит Мориске, забрасывая свои мерзкие ноги на колени Тецуро. — Только мы. — Отвратительно, — говорит Тецуро, бросая одну из своих использованных салфеток на колени Мориске. — Поешь дерьма.

***

На следующую ночь Тецуро направляется в ближайший бар после шоу. Именно там он начинает танцевать с девушкой с длинными тёмными волосами и ярко-голубыми глазами. Она заманивает его согнутым пальцем, и Тецуро думает, какого чёрта он приближается к ней. — Ты солист группы «Нэко», — деловито говорит она. — Да, — отвечает Тецуро. — Ты фанатка или что-то в этом роде? — Или что-то в этом роде, — усмехается она. — Шучу. Сегодня вы устроили довольно хорошее шоу. Думаю, мне придётся это обдумать. — Я рад, что мы были так убедительны, — усмехается Тецуро. — Я немного слабовата для горячих парней в группе, — признаётся она. — Я немного слабоват для горячих девушек в клубе, — говорит Тецуро с лёгким смешком. — Ты назовёшь мне своё имя, или мне просто придётся называть тебя горячей девчонкой? — Я Бетани, — хихикает она. — На самом деле, я менеджер Strike Anywhere*, если ты можешь в это поверить. — А, так ты с нами в туре, — подмечает Тецуро. — Тогда, наверное, мы будем видеться гораздо чаще. — По крайней мере, я на это надеюсь, — ухмыляется Бетани. Она придвигается ближе к Тецуро, обнимая его за шею. — Хочешь потанцевать? Тецуро всего лишь человек, поэтому он с готовностью соглашается и идёт к танцполу с Бетани. Он больше ни о чём не думает. Было бы ненормально с его стороны думать о другом парне, когда он танцует с девушкой. И достаточно легко забыть обо всем остальном, когда он прижимается к кому-то другому, кто шепчет слова похвалы, кто привлекателен и хочет Тецуро. Другие его кризисы могут подождать: по крайней мере, пока.

***

На следующее утро, когда они просыпаются из постели, Тецуро кое-что понимает. Он устал от одной ночи. Идея завязать отношения становится всё более и более привлекательной: у Нобуюки есть девушка, и Тецуро не может не завидовать его мягкому виду удовлетворения, когда Нобуюки разговаривает с ней по телефону. Поэтому он решает сделать прыжок веры и спрашивает Бетани: — Эй, хочешь встречаться? Бетани моргает, похоже, в полусне. Потом пожимает плечами. — Я имею в виду, ты горячий, и это не худший секс, который у меня когда-либо был, так что... почему бы и нет, думаю, — она улыбается. Таковы в высшей степени романтические корни первых отношений Куроо Тецуро за многие годы. Он улыбается и целует её в щеку, потом вдруг отстраняется, широко раскрыв глаза. — А... кстати, как твоя фамилия? — Уокер, — она смеётся. — Уокер.

***

Мориске и Нобуюки замечают, как он разговаривает с Бетани после шоу, затем наклоняется, чтобы поцеловать её в щеку, прежде чем вернуться в автобус. Они оба сталкиваются с ним, как только он входит. — Что за херня, Тецу, — говорит Мориске. — Ты поцеловал ту девушку. — Она моя девушка, — отвечает Тецуро. — Мне разрешено это делать. — Девушка? — Когда это случилось? — спрашивает Нобуюки. — Прошлой ночью, — с лёгкой улыбкой говорит Тецуро. — Мы встретились в клубе и просто... поладили, если вы понимаете, о чём я. — Ну, если это не самая романтичная история, которую я когда-либо слышал, — фыркает Мориске. — Что, вы трахались, а потом решили поговорить об отношениях? — Мужчина не целуется и не говорит, — говорит Тецуро, скрещивая руки на груди. — Срань господня. Ну ты же это сделал, — вздыхает Мориске. — Оставь его в живых, Мори, — говорит Нобуюки, но в том, как Нобуюки прищуривается, чувствуется нотка подозрения. Тецуро отмахивается. В конце концов, эти двое ничего не знают о его личных отношениях. Они не могут судить о том, о чём ни хрена не знают. Он и Бетани — единственные, кто знает всю историю, и он счастлив, что всё так и осталось.

***

Дела с Бетани идут отлично до конца тура. Они занимаются сексом, вместе ходят в клуб, а иногда по ночам просто сидят и смотрят фильмы вместе. Это почти идеальные отношения Тецуро. Она даже не возражает, когда он ненадолго ускользает, чтобы поговорить с Кенмой. Она только улыбается ему, когда он возвращается, и спрашивает: — Кто это был? — Мой... мой друг, — говорит Тецуро, потому что не знает, как ещё описать Кенму. — Я помог ему подписать контракт, ну, на самом деле, с лейблом звукозаписи. — Ты это сделал? Как называется его группа? — Кошачий бой, — говорит Тецуро. — Но они новички — они ещё не выпустили свой первый альбом. Так что я уверен, что в будущем вы услышите о них больше. — А, — говорит она, туша сигарету и похлопывая по кровати рядом с собой. — Я уверена, что если ты их обнаружил, то они, должно быть, действительно хороши. У тебя отличный вкус. — Именно это я и хочу услышать, — говорит Тецуро, сверкая зубастой улыбкой и наклоняясь, чтобы поцеловать её. Но, когда они лгут друг другу, Тецуро понимает, что бывают такие моменты, как сейчас, когда он лежит рядом с Бетани и не знает, что сказать. Такое ощущение, что их разделяет миллион миль, хотя она рядом с ним, всего на расстоянии вытянутой руки. Он полагает, что это всего лишь часть новых отношений. В конце концов, он почти не знает Бетани. Но у них ещё есть время, думает он. Всё время в мире. (Он демонстративно старается не думать о том, что тур заканчивается всего через пять дней.)

***

В последний день тура Бетани обнимает его и кладёт голову ему на грудь. — Ты ведь позвонишь мне, правда? — Да, конечно, — говорит Тецуро. — Ты моя девушка, чёрт возьми. Бетани смеётся и быстро целует его в губы. — Я приеду в гости, — говорит она, лукаво подмигивая. — Всегда пожалуйста, — мягко отвечает Тецуро. Когда она уходит, это кажется странным — как будто он должен быть расстроен больше, чем на самом деле. Он расстроен в какой-то степени, но это больше похоже на скрытое чувство одиночества, которое становится более заметным только сейчас, когда он один. Вместо этого он объясняет это чувством грусти из-за того, что его девушка ушла, и сразу же достаёт телефон, чтобы отправить сообщение. надеюсь, ты доберёшься домой в безопасности. уже скучаю по тебе. Почему-то кажется, что он притворяется. Всё наладится, говорит он себе. Он будет больше с ней разговаривать и узнавать о ней все мелочи, и постепенно он начнёт влюбляться в неё. И, наконец, он поймёт, о чём все эти дурацкие дрянные любовные песни. Боже, он задаётся вопросом, убили бы его фанаты, если бы он отошёл от эмо-песен, которые он обычно пишет, чтобы написать дрянные баллады. Возможно. Тем не менее, мысль о написании глупых любовных песен для кого-то, кого он любит, чтобы однажды спеть серенаду, вызывает у него улыбку, и в ту ночь он мирно засыпает.

***

Однако, буквально через неделю, Котаро звонит Тецуро снова. — У меня есть для тебя предложение, — говорит он. — Давай сыграем шоу с нами и Кошачьим боем. — Понял, — кивает Тецуро. Ему не нужно ничего более убедительного, чем это. Итак, он снова оказывается лицом к лицу с Кенмой Козуме. Кенма улыбается ему, когда он видит его, лёгкой улыбкой, которая кажется почти застенчивой. — Вижу, Бо и тебя втянул в это, — говорит он. — Ему не нужно было меня уговаривать, — подмигнув, говорит Тецуро. — Он сказал мне, что будет Кошачий бой, и я сказал ему, что я обязательно буду там. — Щёки Кенмы слегка горят, и Тецуро продолжает — Как прошёл тур? По крайней мере, о той части, о которой я ещё не слышал. — Всё было хорошо, — говорит Кенма. — Каким-то образом я не убил никого из своей группы, вероятно, потому, что продолжал укрываться в автобусе Full Soul. Ты был прав — они все довольно спокойные, кроме Бо, конечно, и Юки, когда она слишком много выпивает. Но Бо продолжал обещать, что сделает что угодно, так что в конечном итоге мы прятались в их автобусе. — Похоже, неплохо провели время, — ухмыляется Тецуро. — Мне придётся уговорить Бо взять меня на следующий тур. — Я уже сказал ему не пускать вас в тур, — прерывает другой голос. Кейджи подходит, скрестив руки на груди. — Котаро принимает существенно худшие решения, когда ты рядом. — Да ладно тебе, Кейдж, разве это не самое интересное в туре? — Тецуро смеётся. — Нет, и не называй меня так, — говорит Кейджи. Он поворачивается к Кенме, его взгляд смягчается. — Заранее прошу прощения за этого парня. — Я даже ничего не сделал, — жалуется Тецуро. — Кроме того, я нравлюсь Кенме. Он мой фанат! — Он также фанат Full Soul, — говорит Кейджи, качая головой. — Всё хорошо, Кейджи, — говорит Кенма, наклоняя голову. — Он меня не беспокоит. — Он поднимает взгляд и встречается со взглядом Тецуро, его рот немного изгибается, когда он добавляет, — Пока что. — Пока что?! — кричит Тецуро. — Я никогда никого не побеспокою. — Поговорим позже, — Кейджи качает головой и уходит в сторону Котаро, вероятно, потому, что тот пытается взобраться на стропила* сцены. Тецуро снова поворачивается к Кенме. — Вы с Кейджи, кажется, очень близки, — Кенма пожимает плечами. — Я думаю, мы во многом похожи, — просто говорит он. — Но он всегда был тем, кем я восхищался, так что приятно получить возможность поговорить с ним. — Вот дерьмо, разве я пустое место? — Я не собираюсь говорить тебе в лицо, что восхищаюсь тобой. Это глупо и неловко. Тецуро не может не просиять от такого непреднамеренного признания. — Значит, ты восхищаешься мной. — Я этого не говорил. — Я всё равно понял, что ты имеешь в виду, — говорит Тецуро, легонько толкая его локтём. На секунду они встречаются взглядами, и Тецуро чувствует, как у него перехватывает дыхание. Он всё ещё подбирает слова, чтобы что-то сказать, когда его телефон жужжит в кармане. Он проверяет номер звонящего: это звонок от Бетани. — Я должен ответить, — говорит он с небольшой улыбкой. Кенма поднимает бровь. — Не знал что ты общаешься с кем-то, помимо присутствующих здесь — Ха-ха, очень смешно, — говорит Тецуро, засовывая руку в карман. Он обнаруживает, что не хочет рассказывать Кенме о Бетани, что не имеет никакого смысла. Он рассказал о ней всем своим друзьям, без проблем, но когда он смотрит в глаза слегка осуждающему взгляду Кенмы, он чувствует себя иначе. Тем не менее, ему нужно что-то сказать, поэтому он заставляет себя сказать: — На самом деле, это моя девушка. — Девушка, да, — повторяет Кенма. Тецуро широко раскрывает глаза в притворной обиде. — Эй, не надо так удивляться! Ты же знаешь, я вполне способен разговаривать с девушками. Кенма качает головой. — Я не сомневаюсь в этом. Иди, отвечай на звонок. Тецуро уходит, внезапно не желая говорить с Бетани так много, когда у него все друзья на месте. Но он это делает — он заводит разговор о сегодняшнем шоу, говоря ей, что никто из здешних менеджеров даже не сравнится с ней, на что она фыркает и отмахивается как от чепухи. Это милый кокетливый разговор, и после него Тецуро становится немного легче, но он всё равно кажется неправильным. Дай ей ещё немного времени, — говорит он себе. — Ты безнадёжный романтик. Не все клюют с самого начала. Отношения требуют работы. Он возвращается туда, где находится Кенма, но обнаруживает, что его внимание сосредоточено на чём-то другом. Тецуро проследит за взглядом Кенмы, чтобы найти Мориске в сопровождении очень нетерпеливого Льва Хайбы. — Льву очень нравится Мориске, — говорит Кенма, словно отвечая на вопрос, который Тецуро ещё не задал. — Он считает, что барабанщики действительно крутые. Вроде хотел им стать, но думаю, он слишком высокий. Его конечности ударяли по барабанам. — Тецуро смеётся над этим. — Боже, это было бы что-то. Хотя, похоже, Мориске не слишком любит Льва. — Я так не думаю, — говорит Кенма. — И мне жаль твоего товарища по группе, но я просто рад, что Лев беспокоит кого-то, кто не я. — Нет, всё в порядке, — говорит Тецуро. — Поверь мне, Мориске заслуживает того, чтобы немного пострадать. — Эй, ребята! — раздаётся громкий голос у них за спиной. Тецуро слегка подпрыгивает, затем оборачивается и видит, что к ним присоединился Котаро, сияющий от уха до уха. — Сегодня вечером будет самый крутой концерт во всем грёбаном мире. Это же состав мечты! Нэко, Кошачий бой, Full Soul — чего ещё можно желать?! — Группа с полным альбомом, — тихо говорит Кенма. — Я слышал, у тебя скоро выйдет полный альбом! — усмехается Котаро, хлопая Кенму по спине. — В начале следующего года, — подтверждает Кенма. — Если до этого у меня не будет нервного срыва. В этой дискуссии есть что-то такое, от чего по спине Тецуро пробегает холодок; Тецуро предполагает, что это напоминание, что скоро ему придётся выпустить ещё один альбом. Боже, когда музыка, которая когда-то была такой весёлой, стала такой рутиной? Он боится мысли о том, что ему придется снова сесть и попытаться сделать альбом, который звучит так же, как и другие, но каким-то образом отличается, каким-то образом лучше, альбом, который может удовлетворить его фанатов и критиков одновременно. Он любит свою группу (большую часть времени); он любит ездить в туры, но создание музыки превратилось в рутинную работу. Он выбрал дешёвый выход и написал о Кенме для последнего альбома — но, конечно, все заподозрят неладное, Кенма заподозрит неладное, если он снова напишет про него. И, конечно, у него есть девушка, о которой стоит написать, но он... Он не может представить, чтобы писать о ней песни, так же, как он не мог вообразить сочинения песен о Котаро или Мориске. Он не совсем понимает, что это значит. Но, опять же, он напоминает себе, что это должно произойти со временем. — Чувак, — голос Котаро прерывает его мысли. Он моргает, чтобы обнаружить Бокуто практически прямо перед собой, его большие глаза всматриваются в Тецуро. — Земля вызывает Тецуро. — Я здесь, — выдавливает Тецуро, снова моргая. — Блин, я чертовски устал. Думаю, я просто засыпаю стоя. — Наберись сил, парень, — кричит Котаро, хлопая Тецуро по заднице. Куроо бьёт его по руке в ответ. — Мне пора, — говорит Кенма, наблюдая за ними с чем-то вроде веселья или осуждения в глазах. — Мы идем на саундчек. Выпей кофе или что-нибудь ещё, Тецуро. — Удачи, — говорит Тецуро, показывая Кенме большой палец вверх. — Убей там всех. Или, по крайней мере, если ты этого не сделаешь, ты позоришь и Бо, и меня. — Да, меня больше всего беспокоит то, насколько стыдно тебе и Бо, — говорит Кенма, закатывая глаза и качая головой. — Но спасибо. — Он слегка машет рукой, уходя, и Тецуро замечает, что его глаза следят за Кенмой, когда он уходит. — Ты слишком беспокоишься, — говорит Котаро, легко ударяя его по руке. — Кенма справится! — Я не волнуюсь, — говорит Тецуро. Нет, как и сказал Котаро, он уверен, что Кенма будет потрясающим. И это посылает по его спине другой вид трепета — трепет возбуждения.

***

Кошачий бой идёт первым, как раз перед Нэко. Тецуро проводит всё представление, наблюдая из-за кулис, пятизвёздочный вид, если он мог бы оценить. Он видит всех сразу — Лев и Такетора, прыгающие со своими гитарами; Инуока, пытающийся прыгнуть со своим басом; выражение сосредоточенности на лице Шохея, когда он играет на барабанах, и, возможно, самое главное, Кенма. То, как он вкладывает душу в это выступление, то, как его волосы выпадают из конского хвоста и цепляются за его лицо, как голос Кенмы звучит почти так же вживую, как и на записи, настоящий подвиг. Когда Кошачий бой поворачивается, чтобы покинуть сцену, Кенма встречает его взгляд, приподняв бровь, как будто спрашивая, что там делает Тецуро. Он поднимает бровь в ответ, желая сказать поддерживаю вас. Когда Кенма проходит мимо него, вспотевший и явно всё ещё находящийся в слегка приподнятом состоянии эйфории на сцене, он врезается плечом о руку Тецуро. — Твоя очередь, — говорит он, и это звучит как вызов. — О, поверь мне, — говорит Тецуро, толкая Кенму в ответ. — Я родился готовым. Я впервые прикоснулся к Кенме, — думает Тецуро, готовясь выйти на сцену. Он довольно обидчивый парень, так что рано или поздно это неизбежно произойдёт, но инициатором этого был Кенма, который, как он видел, почти никого не трогал. И это было так естественно. Что ж, может, им всё-таки суждено было стать друзьями. Когда он выходит на сцену, он лучезарно улыбается публике и говорит: — Чёрт, я не думаю, что мы сможем следить за этим представлением. Бросьте всё ради Кошачьего боя — и следите за их новым альбомом в ближайшие пару месяцев. Он почти слышит раздражённый вздох Кенмы из-за кулис, и это вызывает у него улыбку, когда он начинает представление.

***

Тецуро быстро звонит Бетани после шоу, говоря, что всё идёт отлично, да, он скучает по ней, да, он скоро увидит её, надеясь, что после этого шоу у него будет время приехать и навестить. Завершив разговор, он возвращается в бар и обнаруживает, что Кенма выпил уже много алкоголя. — Тецуро! — радостно восклицает Кенма, подбегая к нему, и Тецуро думает, в какой, чёрт возьми, вселенной я только что проснулся? Ни разу за те месяцы, что он знал Кенму, Козуме не произносил ничего столь радостного, не говоря уже об имени Тецуро. — Эй, Кенма, — говорит Тецуро, легко обнимая Кенму за плечи, потому что он почти уверен, что Кенма может упасть, если он этого не сделает из-за того, что он шатается. — Кажется, тебе весело. — Это довольно весело, — невнятно бормочет Кенма, его взгляд рассеян. — Но я надеялся, что ты придёшь. — Что ж, теперь я здесь, — говорит Тецуро, похлопывая Кенму по спине. — Эй, а с кем ты тусуешься? — Кенма морщит нос. — Хм. Бо, я думаю! И Юки! И некоторые из друзей Бо. Они действительно любят выпить. — Так они и делают, — говорит Тецуро, делая мысленную пометку ударить Котаро позже. Это нормально втягивать Тецуро в свои безрассудные схемы, чтобы проглотить как можно больше алкоголя, но всё в Кенме кричит о лёгкости — его крошечное тело, то, как он пьёт только крошечные глотки алкоголя, и боже, как мало Кенма, кажется, ест. — А ты хорошо себя чувствуешь? — Конечно, — говорит Кенма, кладя голову на грудь Тецуро. Сердце Тецуро, кажется, бьётся чуть быстрее, но он списывает это на то, что никогда раньше не видел Кенму так близко. — Эй, Тецуро — длинное имя, тебе так не кажется? — Наверное, — говорит Тецуро, не совсем понимая, к чему ведёт линия разговора. — Я должен дать тебе прозвище, — говорит он. — Некоторые люди называют меня Тецу, — предлагает Тецуро. — Это скучно, — говорит Кенма, слегка надувшись, и Тецуро кажется, будто он задыхается. — Хммм. Тецуро Куроо. Тецуро Куро. — В уголках его губ появляется озорная усмешка. — Куро! Как японское слово, обозначающее чёрный. Теперь ты для меня Куро. — Конечно, — говорит Тецуро, потому что он на сто процентов уверен, что Кенма не вспомнит об этом на следующее утро. — Тогда Куро. Эй, давай принесём тебе воды, хорошо? — Он тащит Кенму к бару, где Кейджи подбегает к ним с испуганным выражением лица. Тецуро бросает на него взгляд. — Где ты был? — Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — шипит Кейджи, скрещивая руки на груди. — Он пил с Бо и Юки, — Тецуро многозначительно смотрит на Кенму. — О боже, — стонет Кейджи. — Похоже, вы оба сердитесь, — весело говорит Кенма. — Может, тебе стоит ещё выпить! Кейджи хватает проходящего мимо человека — Акинори, осознаёт Тецуро. Кейджи, прищурившись, смотрит на Акинори. — А я-то думал, что ты ответственный человек. — Он казался счастливым, — невозмутимо произносит Акинори. — Я не собирался вмешиваться в это. — А где Котаро и Юки? — Кейджи нахмурился ещё сильнее. Акинори ткнул большим пальцем в угол. — Я думаю, у них какая-то грёбаная конкуренция, — говорит он. — У них есть две дюжины пончиков, и они соревнуются, кто сможет съесть дюжину первым, выпивая стопку после каждого пончика. — Кейджи тяжело вздыхает, и Кенма переводит широко раскрытые глаза на него. — Я хочу увидеть Котаро и Юки, — объявляет он, дёргая Кейджи за рукав. — И выпей ещё. — Не думаю, что это хорошая идея, — сухо говорит Кейджи, похлопывая Кенму по плечу. — Я всё же пойду с ними поговорить. Почему бы тебе не остаться с Тецуро? — Взгляд Кенмы снова падает на Тецуро, и он улыбается. — Ладно, — удовлетворённо говорит он, хватая Тецуро за руку, — ха, это интересно; он никогда не замечал, какие крошечные у Кенмы руки, но это слишком очевидно, когда его маленькая ладошка прижимается к бицепсу Тецуро. — Больше не пить, — говорит Тецуро. — Почему бы нам не полежать немного? — Хм, — говорит Кенма, сморщив нос, как будто пытается что-то решить. Он едва заметно кивает. — Ладно. Я останусь с тобой, Куро. Он ещё не забыл, — думает Тецуро, качая головой. Кенма протягивает руку и берёт его за руку, и, чёрт возьми, он очень цепкий, когда пьян, — думает Тецуро. Рука Козуме кажется ещё меньше, когда она заключена в руку Куроо. Тецуро решительно не зацикливается на этом факте. Вместо этого он ведет Кенму в номер в отеле, который он забронировал для Мориске, Нобуюки и себя. По пути он проходит мимо Кейджи, который ругает очень обескураженного Котаро и довольно упрямую Юки, качающую головой. Ему удается затащить Кенму в свою постель, уложить его, дать ему стакан воды и попытаться убедить, что ему определённо не нужно возвращаться и искать Котаро. Тецуро обычно не слишком любит пьяных людей, но Кенма определённо не самый надоедливый пьяница, с которым ему приходилось иметь дело. Как только Кенма засыпает, Тецуро собирается улизнуть обратно, когда появляется Мориске. — Вечеринка становится скучной, — говорит Мориске, а затем, заглядывает внутрь, — Чёрт возьми, скажи мне, что ты не трахался с кем-то в нашем общем гостиничном номере. — Боже, я не настолько отвратителен, — говорит Тецуро, хмурясь. — Это всего лишь Кенма. Он был вовлечён в одну из пьяных игр Бо и Юки, поэтому я привёл его обратно, чтобы он выспался. — Ах, бедный ребенок. — Пойду накричу на Бо. Я вернусь минут через десять. Не позволяй Кенме захлебнуться во сне. — Почему ты не заботишься обо мне, когда я пьян? — Потому что ты засранец. — Рыбак рыбака видит из далека. — Да пошёл ты, — отвечает Тецуро, отталкивая Мориске, хотя он знает, что Мориске этого не видит. Он возвращается на вечеринку и немедленно направляется к Котаро. — Тетсууууу, — невнятно бормочет Котаро. — Эй, я тебя сегодня так часто не видел! — Я заботился о Кенме, — рявкнул Тецуро. — Не каждый может зависнуть с твоими безумными играми с выпивкой. — Он не выглядел таким уж пьяным, — комментирует Юки рядом с ним, вызывающе поднимая бровь на Тецуро. — Иначе я бы не позволила ему продолжать пить. — Он едва мог ходить, Юки. — Чёрт, — говорит Юки, прерываясь икотой. — Извини. Я только что надрала задницу Бо в игре с пончиками. — Ты этого не сделала! — громко скулит Котаро. — Ты жульничала! — Я этого не делала. Как я вообще смогу обмануть? Куда мне девать пончики, а? — Не знаю, может, у тебя есть секретный мусорный бак! Знаешь, ты хитрее, чем выглядишь. — Где бы я вообще спрятала мусорное ведро?! — Это глупый разговор, — нетерпеливо перебивает Тецуро, пощипывая переносицу. — Просто не втягивай Кенму в свои дурацкие пьяные игры. Вот и всё. — Кейджи уже накричал на нас, — Юки вздыхает. — Этого больше не повторится. Клянусь. Я не хотела, чтобы он так облажался. Как я уже говорила, он казался нормальным, иначе я бы не позволила ему продолжать. Может быть, это была запоздалая реакция или что-то в этом роде. — Алкоголь, как правило, работает именно так, — насмешливо говорит Тецуро. — Но спасибо за заверение, Юки. И для протокола, Бо — ты грёбаный лузер. — Юки жульничаааааала, — причитает Котаро, а Тецуро только ухмыляется ему, качая головой. — Ты собираешься тащить эту идиотскую задницу обратно сегодня вечером? — спрашивает он Юки. — Я, наверное, заставлю Акинори помочь мне, — отвечает Юки. — Бо — плаксивый пьяница. Но сейчас я немного боюсь Кейджи, и он, наверное, злится на Бо. — Да, Акинори — твой лучший выбор. — Он хлопает Юки по плечу. — Удачи. К сожалению, я не могу остаться, — думает Тецуро с кривой усмешкой. У него есть свой собственный пьяница, о котором нужно позаботиться. (Он не особо задумывается о том, что взял на себя ответственность за Кенму, даже не задумываясь об этом. Если он подумает об этом, он уверен, что начнет находить это странным или что-то в этом роде.)

***

Тецуро просыпается на следующее утро и видит, что Кенма смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Что, чёрт возьми, произошло прошлой ночью, — говорит Кенма едва слышным шепотом. Тецуро неуверенно приподнимается на локтях. — Ничего интересного, — отвечает он хриплым голосом. — Тебя втянули в дурацкие пьяные игры Бо, так что я вернул тебя сюда, чтобы убедиться, что ты не умер. — На лице Кенмы промелькнуло чувство облегчения, которого Тецуро не понимает. — Чёрт, — говорит он. — Наверное, я действительно несерьёзен. — Да ты совсем охренел, — поддразнивает его Тецуро, тыча Кенму в руку. — А ещё ты прилипчивый пьяница. — Ни за что, — Кенма фыркает. — Ты схватил меня за руку и не отпускал, — говорит Тецуро. — Я этого не делал, — на щеках Кенмы появляется румянец, и он отказывается смотреть в глаза Тецуро, что тот считает победой. — Ты это сделал. — Нет. — Сделал. — Как скажешь, — говорит Кенма. — Но спасибо, что не дал мне умереть, Куро. Куро. Тецуро предполагал, что Кенма забудет об этом, но прозвище легко слетело с его губ, и Козуме, похоже, не думает, что в этом есть что-то плохое. Тецуро не может найти слов, пока Мориске не вмешивается. — Сейчас восемь, бля, тридцать утра, и у меня жуткое похмелье, — кричит он с другого конца комнаты. — Я умоляю тебя снова заснуть и заткнуться на хрен. — Кенма смотрит на кровать с немного подавленным видом. — Ты не возражаешь, если я посплю здесь ещё немного? — бормочет он. — Извини. — Прекрасно, — говорит Тецуро. — Я спал в постели с большим количеством парней, чем могу сосчитать. Насколько я понимаю, это нормальное явление. — Тецуро. Куроо. — Я сейчас сплю, Мори. Чёрт возьми.

***

На следующее утро у Кенмы адское похмелье, поэтому Тецуро отсылает его с водой и тайленолом, прежде чем он уйдет. Сжимая бутылку с водой, он смотрит на Тецуро и говорит: — Прости, что тебе пришлось присматривать за мной прошлой ночью. — Всё в порядке, — легко отвечает Тецуро. — Ты не самый плохой пьяница, с которым я когда-либо имел дело. — Я больше никогда не буду пить, — драматично говорит Кенма, прикладывая руку к голове. — Так все говорят, — Тецуро смеётся. — Это действительно до тех пор, пока не начнётся следующий тур и рюмки водки снова не покажутся аппетитными. — Я отказываюсь, — яростно говорит Кенма. — Кроме того, если я когда-нибудь снова буду веселиться с Full Soul, напомни мне, чтобы я оставался с Кейджи, а не с Котаро или Юки. — Наверное, это к лучшему, — соглашается Тецуро. На этот раз, прежде чем Тецуро нужно ехать домой, он обнимает Кенму. Козуме, похоже, раздумывает, отстраниться ему или нет, но через секунду он расслабляется в объятиях Куроо. Тецуро не может не улыбнуться. — Надеюсь, я скоро увижу тебя в туре, — говорит он. — Мориске может убить Льва, если мы поедем в тур вместе, — говорит Кенма и задумывается. — Не то чтобы я возражал, но будет хлопотно искать нового ритм-гитариста. — Я заставлю Мориске сдержаться, — усмехается Тецуро. — Скоро увидимся. — Рот Кенмы изгибается в улыбке. — Хорошо, Куро, — говорит он, и челюсть Тецуро немного отвисает от этого прозвища. Он полагает, что это будет что-то новое. Интересно.

***

Тецуро отправляется в гости к Бетани, чтобы отпраздновать наступление 2005 года. Он полагает, что это то, что нужно сделать — быть со своей девушкой, чтобы встретить Новый год, и, кроме того, она пригласила его. Он взволнованно считает дни, заказывая рейс в Лос-Анджелес. По прибытии он останавливает такси и стучит в её дверь, держа в руках букет цветов, который он с трудом выбрал в аэропорту. Дверь открывает не Бетани. Это девушка, которую он не узнает. Она смотрит на Тецуро сверху вниз, приподнимает проколотую бровь и говорит: — Кто ты, чёрт возьми? — Я, э-э, ищу Бетани? — Тецуро медленно опускает букет. — Конечно, — говорит она. — Окей, заходи. Бетани! Какой-то парень пришёл за тобой. — О, Тецу! — говорит Бетани, выбегая в гостиную. — Эббс, это мой парень, Тецуро Куроо. Помнишь? Я тебе о нём рассказывала. — А, — говорит Эббс. — Да, я помню. Звучит не совсем так, как она подразумевает. Грудь Тецуро немного сжимается, но он говорит себе, что Эббс может быть забывчивой, что Бетани, вероятно, говорила о нём всё время, пока его не было. — Тецу, это моя соседка по комнате, Эбби Фергюсон, — представляет Бетани. — Она полная идиотка, так что не обращай на неё внимания. — Нет, — хмурится Эбби. — Я ухожу, Бет. Мне больше не хочется слышать звуки, исходящие от тебя. Бетани сердито смотрит на неё, когда она выходит. Тецуро дарит Бетани букет, сияя, когда она горячо благодарит его, а затем тянет его за воротник рубашки, чтобы поцеловать. Они проводят большую часть дня в горячем и жарком состоянии, но, вымотавшись, вместе лежат бок о бок в бирюзовой кровати Бетани. Тецуро говорит: — Ну и что теперь? — Не знаю, — говорит Бетани, вычерчивая узоры на груди Тецуро. — Эм... — Мы могли бы пойти перекусить, — предлагает Тецуро. — Верно, — говорит Бетани. — Мы могли бы это сделать. — Она вскакивает, быстро одевается и улыбается ему. Бетани... ну, она великолепна, — думает Тецуро в следующие несколько дней, которые он проводит с ней. Она весёлая, живая и красивая. Но почему-то всё ещё кажется, что между ними есть расстояние, и не похоже, что оно уменьшается, чем больше времени они проводят вместе. Он обнаруживает, что стал более скучным, чем он себе представляет: он не знает, о чём говорить, кроме своей группы, своих членов группы и других членов группы, которых он знает, и многие истории о дерьме, которое он сделал с Котаро, заставляют его выглядеть полным идиотом. И Бетани говорит с ним, но она, кажется, сталкивается с той же проблемой, когда она тоже не знает, что сказать. У нас просто нет близости, которая приходит со временем, — думает Тецуро. И он продолжает приставать к ней с вопросами, но чувствует, что они дальше не продвинутся. Они целуются в полночь, когда полагается целовать человека, с которым ты хочешь провести остаток года, но Тецуро не верит в это. И в этом нет никакого смысла. Бетани — именно та девушка, с которой он должен встречаться — великолепная, забавная, из тех, кого его фанаты не могут ненавидеть. Если он не хочет встречаться с ней, с кем именно он захочет встречаться?! Суждено ли ему идти по жизни одному или, что ещё хуже, провести свою жизнь в неудовлетворительных отношениях? Это вообще не имеет никакого смысла. Учитывая его опыт общения с родителями — с их постоянными ссорами и возможным разводом — он всегда полагал, что ему не повезёт в любви, но это выглядит по-другому. Так что, как мудак, которым он иногда был, он не расстаётся с ней. Он покидает её место с поцелуем, обещанием позвонить и незаполненной дырой в сердце.

***

Ближе к концу января Кенма снова звонит Тецуро. Он отвечает с большим энтузиазмом, чем хотелось бы признать. — Куро, — говорит Кенма. — Наш альбом выходит через несколько недель. — Вот дерьмо, — говорит Тецуро. — Блин, наконец-то. Я ждал этого дня много лет. — Он практически видит, как Кенма закатывает глаза. — Примерно один год. — Годы, Кенма, — подчёркивает Тецуро. — В любом случае, — говорит Кенма, полностью игнорируя его, — У нас вечеринка по поводу выпуска альбома 7 февраля. Не по моему выбору, но Тора, Лев и Соу подумали, что это хорошая идея, а потом Бо услышал об этом и вроде как взял на себя инициативу. Но ты приглашён. Если ты сможешь добраться до Чикаго, конечно. — За пару дней до этого я устраиваю фестиваль в этом районе, так что просто продлю своё пребывание в отеле. Я уверен, что Мори и Нобу не будут возражать. — Ладно, — говорит Кенма. — Хорошо. Я немного волновался, так как поздно предупреждаю. — Конечно, я бы изменил все свои планы относительно моей любимой группы. — Заткнись, — ворчит Кенма, и Тецуро не может не рассмеяться, услышав лёгкое раздражение в его голосе. Мероприятие определённо не было запланировано Кенмой; это становится очевидно, когда он входит в зал, чтобы увидеть отвратительные огни, громкую музыку и абсурдное количество в цветовой гамме: всё в красном и белом, в цвет обложки их альбома. Первый, кто его заметил, был Лев Хайба, вероятно, потому что его голова возвышается над толпой, что позволяет ему легко видеть людей. Он прыгает к Тецуро, как скакун. — Привет! — кричит он. — Кенма надеялся, что ты придёшь, ха-ха! Но не говори ему, что я это сказал. Он, наверное, убьёт меня. — Наверное, так и будет, — признаётся Тецуро. — Но я подумаю, не говорить ли ему. — Мориске пришёл? — глаза Льва большие и нетерпеливые. Тецуро чувствует, как на его лице появляется ухмылка. Хороший человек сказал бы нет, что Мориске решил пропустить мероприятие, потому что он плохо себя чувствовал, и если Лев встретит его позже ночью, сочинит какую-то чушь о его чудесном выздоровлении. К сожалению, Тецуро Куроо — плохой человек. — Да, он пошёл со мной, — говорит Тецуро, тыча большим пальцем в угол. — Он сидит вон там, на диване. Он с нетерпением ждал встречи с тобой всю неделю. — Действительно? Он так сказал? — Тецуро видит, как загораются глаза Льва, что делает всё ещё более забавным. — Спасибо, Тецуро! Я поговорю с ним! — Ты ужасен, — раздаётся мягкий, тихий голос у него за спиной. — Ну, я никогда не утверждал, что являюсь этичным существом, — Тецуро оборачивается и обнимает Кенму за плечи. — Поздравляю, Кенма. Эй, а где мой бесплатный экземпляр за то, что я твой первый фанат? — Моя мама была моим первым фанатом. — А твоя мама вообще считается? — говорит Тецуро. — Разве мама не обязана быть фанатом? — Не всегда, — отвечает Кенма. — Но я думаю, что так у большинства людей. — Ну, я не знаю, — машинально отвечает Тецуро, а затем съёживается от того, что поделился чем-то настолько личным в такое случайное время, особенно когда это праздник, ради Бога. Кенма, однако, не вздрагивает. Вместо этого он секунду пристально смотрит на Тецуро, а затем пожимает плечами. — Ты сам завёл себе кучу фанатов, — говорит Кенма. — По-моему, это впечатляет. Тецуро пожимает плечами, а затем толкает Кенму в плечо. Он думает, что это хороший ответ — не неловкий и не жалкий, а прозаичный. Кенма всегда был таким человеком, думает он и усмехается. — Не могу дождаться, когда услышу альбом. Ты ведь написал обо мне песню, верно? — Кенма тупо смотрит на него. — Может быть, песню о твоих петушиных волосах. — Мои что? — руки Тецуро взлетают к волосам. — Это изголовье кровати! Мне никогда не удавалось остановить это просто так. Но я принял это как часть своего фирменного образа. Но послушай, если мы собираемся поговорить о волосах — когда ты снова покрасишь свои? Твои корни начнут проявляться, знаешь ли. — Хм, — говорит Кенма, — Наверное, нет. — Наверное, нет? — Я, наверное, больше не буду их красить, — Кенма пожимает плечами. — Это большая работа, чтобы продолжать красить их снова и снова. — Чёрт, — уставился на него Тецуро. — Твои волосы превратятся в один из этих пудингов. Знаешь, те, что коричневые сверху и жёлтые снизу. Кенма сердито смотрит на него. Это становится чем-то вроде схемы, думает Тецуро, но взгляды Кенмы, обращенные к нему, по крайней мере, не вызывают у него никакого тепла. Ему вроде как нравится, как они легко ссорятся. Он снова кладет руку на плечо Кенмы. — Бо сказал, что искал тебя, — продолжает Тецуро. — Сказал что-то о новой игре с выпивкой, — когда глаза Кенмы расширяются, Тецуро хихикает, сжимая руку на его плече. — Шучу, шучу. Я ещё не видел Бо. — Тебе следует пообщаться, — говорит Кенма, но это звучит немного неохотно — как будто он не хочет, чтобы Тецуро уходил. — Я сделаю это, — говорит Тецуро, но не двигается. — Позволь мне поговорить с главной достопримечательностью ещё несколько минут. — Заткнись, — говорит Кенма, но не отстраняется.

***

Телефон Тецуро начинает звонить, когда он собирается выпить третью рюмку и вернуться на танцпол. Он бросает на него взгляд, замечает, что звонит Бетани, и вздыхает. — Я должен выйти, — говорит он, похлопывая Котаро по плечу. — Я вернусь, ладно? — Теперь он занятой человек, — насмешливо говорит Мориске. — У него нет времени на нас, одиноких парней. — У Тецу есть девушка? — ахает Юки. Тецуро бросает свирепый взгляд в сторону Мориске, но тот лишь усмехается в ответ. Тецуро предполагает, что он узнал, что именно Тецуро предупредил Льва о местонахождении Мориске. Ой. Тецуро выходит наружу и прислоняется спиной к стене. — Привет, детка, — говорит он, отвечая на звонок. — Тецуро, — говорит Бетани напряжённым голосом. Это не к добру. — В чём дело? — спрашивает Тецуро, чувствуя, как его голос повышается. — Всё в порядке? — Да, всё в порядке, я просто...— Бетани колеблется, потом вздыхает. — Не знаю, как тебе сказать... Дерьмо. Тецуро чувствует, как у него перехватывает дыхание, а сердце замирает. Его голова начинает гудеть с высокой частотой, когда Бетани продолжает: — Я встретила кое-кого другого, и я просто... ну, я не думаю, что было бы справедливо по отношению к тебе говорить с кем-то ещё, пока мы вместе. Впрочем, против тебя я ничего не имею. Ты отличный парень. Но... тебя всегда нет, и мы всё равно не живём близко друг к другу, у нас не так уж много общего... Она продолжает говорить, но Тецуро уже не слушает её говоря только «хорошо» и «я понимаю» в нужных местах. Она спрашивает его, есть ли у него что сказать, и его онемевший мозг может придумать только: — Спасибо, что дала мне знать, наверное, — и, наконец, — До свидания. После этого он сидит там несколько минут, пытаясь понять, что именно он чувствует. На самом деле, он не расстроен. Он предвидел это. Она была права: у них действительно было не так уж много общего, и он никогда не испытывал к ней никаких романтических чувств. Так что хорошо, что она нашла кого-то другого, к кому действительно что-то чувствует. Но… Но ему кажется, что всё сразу рушится. Бетани бросила его — как соломинка, которая сломала спину верблюду. У него нет девушки, популярность его группы падает, он больше не может найти вдохновения для создания музыки. Вообще, такое ощущение, что его жизнь разваливается. Через несколько минут он слышит лёгкие шаги, а потом тихое: — Куро. — Я вернусь через минуту, — устало говорит Тецуро. — Не беспокойся обо мне. Кенма не отступает. На самом деле Тецуро этого и не ожидал. Вместо этого Кенма подбирается к нему боком и садится, положив руки на колени. Он молчит. Через минуту Тецуро чувствует себя достаточно неловко, чтобы сказать: — Меня только что бросили. — Ммм, — говорит Кенма. — Я думал, что это могло произойти. Мне жаль. — Тебе не следует здесь находиться, — говорит Тецуро. — Это вечеринка по поводу выпуска твоего альбома. Иди веселись, — на что Кенма качает головой. — Там слишком шумно, — говорит он. — Мне нужен был перерыв. Тецуро полагает, что это достаточно хорошее оправдание. — Я думаю, — говорит он, чувствуя себя немного смущённым, но всё ещё испытывая сильное желание выпустить все мысли наружу и рассказать, — Я думаю, что я неудачник. — Хм, — говорит Кенма. Тецуро думает, что большинство нормальных людей немедленно сказали бы Тецуро, что он не неудачник: что он успешный, известный парень, у которого за плечами много альбомов. Вместо этого Кенма ведёт себя так, будто действительно обдумывает это, а затем качает головой. — Нет. — Нет? — Нет, — повторяет Кенма, как будто это делает его ответ менее запутанным. — Тебе всего 23. У тебя ещё много времени. И в любом случае, ты уже сделал многое — гораздо больше, чем большинство людей. — Кенма отрывает взгляд от стены и, наконец, поворачивается, чтобы встретиться взглядом с Тецуро. — И ты вдохновил меня на создание собственной группы. Ты вдохновляешь многих людей. Так что я не понимаю, как ты можешь считать это неудачей. Тецуро на секунду перестаёт дышать. Взгляд Кенмы слишком напряжён, полон чего-то, что Тецуро не узнаёт, но настолько непреклонен, что Тецуро вынужден ему поверить. Он слегка кивает, а потом говорит: — Я просто… я чувствую, что из меня выжали всё вдохновение, — признаётся он, прижимаясь к стене. — Мне больше нечего писать. И я знаю, что люди многого от меня ждут, но... — Ты слишком скован, — прерывает его Кенма. Он логично продолжает. — Ты уже много лет работаешь в Нэко, и у тебя появилось немало последователей. В этот момент люди ожидают от тебя определённых вещей. И это давление, с которым невозможно справиться. Происходит постоянно. — Тецуро смеётся. — Ты говоришь так, будто выпустил три альбома, — говорит он, — а не первый. — Я провёл своё исследование, — говорит ему Кенма. — Но если ты не хочешь застрять здесь, может, попробуй что-нибудь другое. — Что-нибудь другое? — повторяет Тецуро, моргая. Что-то совершенно другое. Он думает о том, что он мог бы делать с музыкой, если бы не был привязан к Нэко, и что люди ожидают от Нэко. Об этом определённо стоит подумать — о чём-то, что заставляет его чувствовать себя внутри немного легче. Он сидит ещё минуту или две, пытаясь взять себя в руки. Затем он вдыхает, длинный, глубокий вдох, который расширяет его лёгкие и очищает голову. Он поднимается на ноги, протягивая руку Кенме. — Давай вернёмся? — Думаю, мне следует, — говорит Кенма. — Прежде чем кто-нибудь пришлёт за мной ФБР. — Он берёт Тецуро за руку, чтобы подняться на ноги, и смотрит на него с кривой усмешкой, и Тецуро думает о чём-то очень странном. Он думает, что все девочки полюбят Кенму — потому что Кенма Козуме очень привлекателен. Ну, просто он объективен. По крайней мере, так он говорит себе, возвращаясь на вечеринку вместе с Кенмой. Котаро бросается к нему, прихватив с собой большую группу: часть своей группы, а также Кенмы и Тецуро. — Эй, как прошёл твой разговор с девушкой? — многозначительно говорит Котаро. К несчастью для Тецуро, Бокуто никогда не умел хорошо читать выражения лиц людей. Мориске бросает взгляд на Тецуро и подходит к нему, легонько похлопывая по руке. — Чертовски неподходящее время для такого звонка, — хрипло говорит он. — Ты способен на большее. Я это знаю, — это побуждает Льва выскакивать и кричать: «Что за телефонный звонок?!» — и заставить Мориске смотреть на него острым взглядом. — Всё в порядке, — говорит Тецуро после того, как Нобуюки крепко обнимает его. Он заставляет себя улыбнуться. В конце концов, он слышал, что улыбка должна вызвать прилив серотонина или что-то такое, что поднимает настроение, верно? — Всё было не так серьёзно. Кроме того, это означает, что я снова свободен. Так что, если кому-то интересно... — он подмигивает. — Я слышал, что секс с отскоком — лучший вид секса. — Ты отвратителен, — говорит Юки, закатывая глаза. Тецуро пытается не обращать внимания на то, как Кенма смотрит на него взглядом, который всё ещё полон сомнений и беспокойства. Ему не нравится ощущение, что кто-то видит его насквозь. Он наполняется алкоголем и снова погружается в танцы и общение, пока они, наконец, не начинают играть альбом через динамики. Затем он ускользает от толпы, прислонившись спиной к стене, когда слышит первые ноты альбома Кошачьего боя — альбома Кенмы, он не может не думать об этом. Голос Кенмы в этом альбоме ещё красивее, чем на мини-альбоме. Но он определённо звучит и стоит высокого качества с точки зрения производственной ценности. И голос Кенмы звучит ещё более эмоционально, когда он поёт: песни о его опыте с музыкой, его страхах, его друзьях и даже несколько о разбитом сердце, что Тецуро задаётся вопросом, что могло быть вдохновением. После того, как альбом наполовину закончен, Кенма подходит к нему, стоит рядом — молчит секунду, прежде чем наконец заговорить. — А я-то думал, куда ты подевался, — говорит он. — Я хотел спокойно послушать, — говорит Тецуро. — Я считаю, что прослушивание первого альбома чрезвычайно важно, поэтому мне пришлось уделить ему всё своё внимание. — Хм, — говорит Кенма, но под его типичным плоским выражением лица скрывается улыбка. Тецуро видит это по его глазам. — И о чём говорит тебе твоё полное внимание? — Только подтверждение того, что я уже знал, — отвечает Тецуро. — Вы чертовски талантливы, и вы, ребята, станете следующими звёздами. Кроме того, альбом чертовски потрясающий. Если бы я был критиком, я бы поставил 9,5 из 10 возможных. — Что за 0,5 мешает нам набрать наивысший балл? — спрашивает Кенма, в его глазах пляшет веселье. — Ну, то, что меня там нет, конечно, — отвечает Тецуро, ухмыляясь. Кенма закатывает глаза, но говорит: — Может быть, в будущем я позволю тебе там быть. Если тебя это не раздражает. В такие моменты, когда Тецуро лучезарно смотрит на Кенму и обнимает его за плечи, как будто это естественно, он почти жалеет, что Козуме не родился девочкой. Встречаться с Кенмой, вероятно, было бы так же естественно. К сожалению, Тецуро совершенно уверен, что ему нравятся женщины, поэтому о Кенме не может быть и речи.