Дети разведки: Финал

Лилия, нахмурив брови, потрогала свою голову, убедившись, что солнце действительно слишком сильно шпарит, и её макушка здорово так нагрелась. Сидевший за её спиной Ким, наклонив голову вправо и вопросительно выгнув бровь проделал такие же движения, как и Аккерман, наконец понимая, что она пыталась узнать — его голова тоже была нагрета. Они сидели на возвышенной точке, где тепло небесного светила ощущалось иначе. Жара стояла невыносимая. — Да уж, эти йегеристы нас опередили, — Лилия вытерла со лба пот, — Боже мой, я терпеть не могу жару. Как же люди выживают при такой температуре? Ким притащил флягу с водой, начиная её опустошать прямо на глазах у Лилии. Девочка недовольно свела брови к переносице, чувствуя, как в горле пересохло, и жажда стала невыносимой. Если она не поторопится, то всю жидкость выпьет Ким. — А ну дай сюда! Смотреть противно! Выпендрëжник! — она с силой выхватила из рук Патерсона флягу, радуясь, что она пуста только наполовину. Ким обиженно надул губы, показал язык и глянул вниз с высоты. Народ напяливал на себя приводы в абсолютной тишине, только один раз Ильяс ругнулся из-за того, что не выспался, но, увидев Кима, он широко улыбнулся и полез к нему наверх, при этом задев Линду, которая закатила глаза и мысленно послала его. Тем временем Лиза решила потрогать легендарный клинок, предназначенный для рубли титанов. Но как только она прикоснулась к лезвию, Микаса со скоростью света схватила оружие, убрала его и, схватив Лизу за руки тревожно произнесла: — Милая, ты же могла пораниться. — Мам, ты серьёзно? — удивилась Йегер, — Мне не пять лет. — Но ты же мой ребёнок. Я не позволю тебе порезаться. — Всё хорошо, — успокоила её Лиза, — Ты меня слишком опекаешь. Я буду в порядке. После этих слов Микаса более-менее успокоилась, но и Лиза всё же решила не трогать клинок. Мало ли что, может и вправду поранится? Лилия умилилась такой картине. Хоть она и не признавалась в этом, но на протяжении всей жизни она любила наблюдать за отношениями родителей и детей, желая, чтобы её также опекали от всех неприятностей, катали на шее, целовали больное место и на ночь читали книжки про принцесс. — Есть план, — раздался голос Магата, тем самым возвращая Аккерман на землю, — нужно убить всех йегеристов сразу, иначе машины нам не сохранить. Спускаясь с горы, Лилия услышала, как Мерида и Габи о чём-то щебетали. Прислушавшись она поняла, что девочки обсуждали какое платье подойдёт к серебряному ожерелью и красной помаде. Подумать только: ещё вчера Мерида зверствовала, придумывала план мести, облила Габи кипятком, а сейчас болтает с ней, как ни в чëм не бывало. Впрочем, это даже к лучшему. По крайней мере Мерида теперь сосредоточена только на миссии и больше не отвлекается на Габи, иначе им было бы куда сложнее. — Мы будем использовать и силы титанов, и ваше оружие. Договорились? — произнесла Энни, созерцая недовольные лица детей и взрослых. Жан, Микаса, Армин и Конни молчали, даже не зная, что ответить. Да, без убийств вряд ли получится обойтись, но с другой стороны все они топили за толерантность и пытались придумать что-то такое, которое опровергнет всяческие кровопролития. А вот дети были на все сто процентов против насилия, хотя в глубине души понимали, что шансы на такой успешный конец равны практически нулю. Однако Катрин пораскинув мозгами смогла выдвинуть несколько идей, даже план начала разрабатывать, но озвучить его не смогла, Джим вдруг недовольно заговорил: — Я сердечно извиняюсь, но… — Что тебе не ясно мальчик? — также с недовольством спросила Энни, окидывая Спрингера сканирующим взглядом. — Эй, выбирайте выражения! Какой я вам мальчик?! — вскипел Джим, — У меня так-то имя есть. Знаете, я тоже могу… — Если мы будем стрелять куда попало, то можем ранить и Адзумабито, — Лиза схватила друга за плечо, озвучивая те мысли, которые он не успел поведать. — Вообще-то, ваши предки напали на нашу родину. По сути они наши враги, — не унималась Энни. — Слушайте, вы у нас уже в печëнках сидите со своей ненавистью! — упёрла руки в бока Лиза, — Вы вообще сображаете, что будет, если Адзумабито погибнут? Кто из вас разбираться в механике, а? Чего замолчали-то? Энни театрально вздохнула, перечисляя все пункты, которые они должны соблюсти, всем своим видом показывая, что дело дрянь, а мясорубка — лучшее средство для сохранения своей шкуры. — Тяжело будет убивать тех, с кем они общались с кадетских времён, — развёл руками Тим, — Это же очевидно… Леонхарт поинтересовалась, что же в таком случае делать. Ведь чисто теоретически защитить Адзумабито и лодку, найти время для подготовки оборудования и при этом не убить врагов крайне тяжело. Энни принялась давить на Армина, вынуждая его придумать идеальный план, ибо он же способен на это. Арлерт просто молчал. Нет такого плана. Тут в разговор вмешалась Катрин. Сначала она замешкалась, откашлялась, сложила руки за спиной в замок и, немного стесняясь произнесла: — Знаете, у меня есть подходящий план. Я, конечно, не гарантирую стопроцентную удачу, но всё же, я думаю, что мы сможем избежать как можно больше смертей и выиграть время для подготовки… И ключевое звено будут составлять дети… — Мы не будем следовать плану одиннадцатилетней девчонки, — грубо перебила её Энни, — Вы хотите, чтобы взрослые солдаты были пешками в вашем наверняка бестолковом плане? Да как вам вообще позволили сражаться? Катрин сжала кулаки, потеряв дар речи. Никто её ещё так не оскорблял. — Значит так, дамочка! — снова вспыхнул Джим, — Если вы не умеете общаться вежливо, тогда мы тоже не будем напрягаться! Не смейте оскорблять Катрин! Она умнее всех вас вместе взятых! Готов поспорить, что вам просто завидно. Катрин — гений! Она в свои одиннадцать разбирается в органической химии, физике, психологии, литературе, искусстве, а про военную деятельность я вовсе молчу… — Джим, да что ты напрягаешься? — фыркнула Мерида, — Видно же, что им стыдно: плана у них нет, а у каких-то там детей, свалившихся с неба, есть. И вообще, я думала, что мы работаем одной командой и должны выслушивать мнения каждого независимо от его расы и возраста. — Мы должны спасать людей. Спасать без убийств. Вам предложили план, который даже слушать не хотите. Так что происходит? О каком взаимопонимании идёт речь? — покачал головой Джим. Армин опустился на колени перед дочерью, которая отвернулась от всех, скрестив руки на груди. Невооружённым глазом было видно, что она расстроилась: её лицо нахмурилось, и она с силой сжимала рукава своей кофты, прикусывая губу. Похоже Энни она невзлюбила ещё больше. — Катрин, дорогая, послушай меня, пожалуйста, — Армин взял её ручки, — Никто не сомневается в твоём уме. Но давай договоримся, что в серьёзных ситуациях решать проблемы будем мы. Катрин опешила. Ожидала она всё что угодно, но такого в своём роде предательства со стороны отца её убило окончательно. Она повернулась к нему лицом с глазами полными непонимания и потрясения. Уж на него-то она надеялась и ждала, когда он предложит выслушать её. — Вы сомневаетесь в моих умениях? Вы меня даже не выслушайте? — Катрин, тебе же сказали, инициативу в свои руки берут опытные бойцы, — вмешался Жан, — Поэтому давай уж планы будем мы придумывать, хорошо? — Честно сказать, вам лучше вообще не принимать участие, будете только под ногами мешаться. Спасать вас ещё потом, — добавил Райнер, — Здесь вы ни на что не годитесь. — Ребятки, послушайте, — ласково произнесла Ханджи, — мы ценим ваш боевой настрой и желание помочь, но буду откровена — вы пока не на том уровне, чтобы вашим планам можно было доверять. Я долго думала над этим, но вместе со всеми пришла к такому выводу. Я запрещено вам участвовать в этой битве. Вы останетесь здесь с Леви, Габи, Фалько, Оньянкопоном и Еленой. Это для вашей же безопасности. Казалось, что дети были готовы прожечь дыры в родителях своим угнетающим взглядом. Жан отвёл глаза, когда Тим и Линда с горечью посмотрели на него. Конни попытался обнять своих детей, но Джим взял за руку сестру, отойдя в сторону. Катрин выдернула руки из ладоней Армина и отошла от него, попросив, чтобы он к ней не приближался. Лиза уже успела начать спорить с Микасой, которая старалась объяснить, почему их так жёстко киданули. — Достаточно, — спокойно проговорила Лилия, — Мы всё услышали. Никто нас так ещё не унижал, — она громко крикнула, — Второй отряд, отныне действуем сами по себе! Давайте уйдём сами, смысл работать с теми, кто в нас не верит! Те, кто не согласен, можете дальше кланяться им в ноги и терпеть унижения! Я не дам оклеветать себя и мой отряд! Пошлите, сами справимся. С ними бесполезно разговаривать. Абсолютно весь отряд последовал за Лилией, отходя от «команды спасателей» всё дальше и дальше. Дети не могли поверить, что их так отшили, да ещё и унизили. У Джима чесались руки — он старался не врезать Энни, которая первая и начала этот разговор, спасибо, Катрин его остановила, хотя у самой внутри всё взрывалось от злости. Разведчики побежали за ними, стремясь объяснить, что это на их же благо. Но дети бы ушли, если бы не Райнер: — Вам всем не нужно лезть в бой: ни взрослым, ни детям. Оставайтесь лучше в стороне. — Я не хочу быть зрителем, — отозвалась Ханджи, — За моей спиной уже четыре убитых. Но главное, у человечества не осталось времени. Взгляды всех присутствующих был устремлён в сторону Ханджи. Дети остановились по знаку Лилии, вопросительно хлопая глазами, слушая, как Зоэ говорит что-то про титанов в открытом море, которые уже достигли Маре, что города наверняка превратились в руины, что скорее всего погибло уже множество людей. Дальше началась какая-то котовасия между Магатом и Еленой. Марейский командир ни с того ни с сего принялся выпытывать у бедной женщины маршрут Эрена, параллельно ломая ей руку. От неожиданного крика Елены девочки подпрыгнули, а Лиза и Катрин, забыв про всю боль и обиду инстинктивно вцепились в родителей. Но на счастье всё закончилось хорошо: Ханджи успокоила Магата, Лилия и Линда помогли пострадавшей подняться и перевязали ей сломанную руку. — Конни, Армин, Микаса, Жан и вы юные солдаты, — начал Магат, — Простите за то, что наговорил ночью. Мы были не правы… Вся разведка слушала исповедь марейского командира, который говорил о страхе признать свои отвратительные поступки действительно отвратительными. Нельзя обвинять людей в преступлении их предков. Однако Эрен хочет стереть всё живое с лица земли, такого допустить нельзя. Надо наконец перестать вести себя как идиоты, иначе этот земной ад не остановить… — Поэтому я вас прошу, закройте глаза на наши идиотские поступки, — закончил Магат. Лиза и Катрин перемолвились взглядом и пожали плечами. Кирштейны скривили лица в непонятном жесте. Лилия устало прикрыла глаза. Спрингеры театрально вздохнули, покачав головой. — Я отказываюсь, — отчеканил Армин, — Я не могу стоять в стороне и притворяться правым, не замарав руки. Будем честны; с Арлертом согласились все. Сейчас в такой ситуации уже нет ни правых, ни виновных — замешаны все. И каждый имеет шанс внести свой вклад в спасение мира — именно такие мысли озвучила Катрин, лаконично намекая, что на детей можно положиться, они не подведут и зря на них наехали. — Катрин, не оправдывайся, — Лилия похлопала её по плечу, — Если они считают нас лишними, мы не будем унижаться и что-то доказывать. Наша совесть чиста; чем смогли, тем помогли, а всё остальное пусть уж сами решают, без нас. — Ребятки, оставить обиду, — произнесла Ханджи, — У нас и в мыслях не было вас унизить. Вы храбрые и сильные будущие солдаты… Что мы будем делать, если вы погибните? Однако дети назад не повернули, плавно удаляясь вдаль. Микаса, Армин, Жан и Конни что-то кричали им вслед, уверяя, что они всё не так поняли и не нужно так обижаться. Но поняв, что всё тщетно, они только тяжело вздохнули, надеясь, что в скором времени дети поймут что к чему. Отойдя как можно дальше, юное поколение присело: кто на камни, кто на землю и пошло-поехало. Лилия пробежалась глазами по всему отряду, оценивая их реакцию. Ким, Ильяс и Рина надули щëки и видимо что-то бормотали под нос. Линда и Мерида чуть ли не плакали, говоря, что жизнь несправедлива. Братья обнимали сестёр за плечи, яростно соглашаясь с их высказываниями, мол возомнили тут из себя спасателями, естественно, малышня им не нужна, а отец вообще предатель, и ради чего они попёрлись в эту разведку, чтобы их вот так оскорбили? Лиза, размахивая руками говорила, что они ещё вспомнят о них и на коленях будут молить о прощении, а Джейк её доблестно поддерживал. Алекс пытался не ругаться, попутно удивляясь, почему Катрин его не бьёт. Внезапно Арлерт встала с земли, закричала так, будто её режут вживую, а потом с силой пнула камень, лежащий рядом. Камень отлетел на несколько метров, а девочка села обратно обратно, тяжело дыша, как будто её держали в закрытом помещении без окон и дверей. — Катрин, ты чего так разбушевалась? — обняла подругу Лиза. — Ненавижу её, — прошипела Арлерт сквозь зубы и слëзы, — Я ненавижу эту Энни. Задушила бы. Мало того, что она на отца моего засматривается, так ещё и меня соизволила унизить. Да меня в жизни никто так не оскорблял! Сидела бы дальше в своём кристалле, идиотка, фофанка. Да я её в кислоте растворю! Или… — Катрин, пожалуйста, успокойся, — попросила Линда, — Я тебя боюсь. — Действительно, подруга, не кипишуй, — улыбнулась Лилия, — Мы сами возьмём инициативу в свои руки, побудем немного плохими детьми. Катрин, выкладывай, что за план? Голубоглазая убрала светлые пряди волос за уши, поправила белый воротничок, который на самом деле был уже серый и задумчиво проговорила: — Начнём с того, что у нас есть усыпляющая жидкость… Хлороформ

***

План Катрин был прост. В отличие от взрослых разведчиков дети имели несколько флаконов с «чудо-водичкой», которая способна усыпить человека на неопределённый промежуток времени. Эту жидкость когда-то разработали Лилия и Катрин, которые оставались после тренировок на дополнительные по химии, где и изготовили такой мощный препарат, который не раз их выручал. Стоит только застать Флока врасплох и усыпить, как йегиристы без своего лидера и его приказов станут никем. Конечно, к Флоку так просто не подобраться, поэтому ключевую роль играла Лиза, которая должна убедить Флока в том, что она готова вступить в ряды йегеристов, ибо же она дочь Эрена. А пока она будет ему пудрить мозги, дети потихоньку устранят остальных и самого Форстера. Из своего укрытия ребята наблюдали, как Армин и Конни тоже пытались обвести Флока вокруг пальца. Естественно, дети ещё дулись на родителей, но жутко за них переживали, да так, что вся обида сходила нет. Наконец, отцы Катрин и Спрингеров ускакали куда-то к набережной, где собственно и стояла летающая машина. Лиза была в боевой готовности, ждала, когда ей отдадут приказ действовать, она даже успела предварительно прорепетировать свою драму, на что Алекс расхохотался, получил по башке от Катрин, а Джейк похоже влюбился ещё больше. Однако Катрин резко издала звук похожий на крик чайки только чуть потише и приложила руку ко лбу, после, немного стукнув по нему. Ребята в тишине смотрели на неё, и только Алекс сказал, что она похожа на его батю, когда тот выпьет. И теперь Фергюсона била уже Лиза. — Ребят, я забыла про третий отряд. Вероятность того, что они последовали за йегеристами равна 95%. Вряд ли мы сможем провести нашу аферу, ведь они знают про усыпляющее средство и могут догадаться о нашем плане, плюс они знают, что эту жидкость обычно носит Лиза, ведь она уже один раз их атаковала. — Это не проблема. Мы столько с ними боролись, что знаем и их приёмы, и секреты, и повадки. Разбить их в очередной раз — это в ряду наших интересов, — успокоила её Линда. — А меня другое волнует, — отозвалась Лилия, — Этот Кристиан Белл. Он странно себя ведёт: молчалив, далёк от общества, ни разу напрямую с нами не говорил, очень подозрительно на нас смотрит и как-то хищно улыбается. — Ты своего отца описала? Точь-в-точь его портрет. Ну, кроме хищной улыбки, — засмеялась Рина. — Ринка, не перебивай, — шикнула Аккерман, — Когда мы начали спорить с родителями, этот Белл по-тихому куда-то свалил, спустился с горы и направился прямиком к порту. Вам не кажется, что он шпион? — А помните, когда разведчиков повязали в ресторане он оказался единственным, кого не схватили, его и не искали? И он пытался всячески предотвратить любые стычки между нашими отрядами. Убегая от йегеристов в лесу, он стрелял по ним, но ни разу не попал, — вспомнил Ильяс, почëсывая затылок. — Вот-вот, я об этом же, — подтвердила Лилия, — Что-то тут не чисто. Внезапно сверху послышался ядовитый и противный смех похожий на хохот психопата. Дети в страхе подняли головы вверх, жмурясь от солнца, пытаясь разглядеть мужскую фигуру, находившуюся на краю крыши. В его руках было огнестрельное оружие, а по сторонам его окружили дети-солдаты из третьего отряда. — Лилия Аккерман! Кровная дочь командира разведкорпуса и сильнейшего воина человечества! А ты довольно умная и сообразительная! Я думал, что никто меня не вычислит! — Приветули, Лилечка! — крикнул с высоты Пьер, помахав рукой, — Вот ваша тайна и раскрылась, дети разведки! — Линда, свет очей моих! — засмеялся Шон, — Спасибо, что просветила нас! Теперь-то мы вас будем ненавидеть ещё больше. Думаете, заберёте всю славу себе только потому, что вы дети разведчиков? Ребята в шоке уставились на Линду, смотря на неё немного с презрением. Никто подумать не мог, что она проболталась гадам из третьего отряда. Они ведь клялись до последнего скрывать свои личности. И ладно бы там проболтался Ким от переизбытка эмоций, но чтобы Линда… — Кирштейн, что б тебя, как это понимать? — Джим сам не заметил, как схватил подругу за воротник, притянув к себе со злостью, — Какого чёрта ты проболталась? — Я… Я испугалась, когда папу схватила рикша и… На эмоциях не сдержалась… Я не хотела, — оправдывалась Линда, хватаясь за руки Спрингера, — Джим, прошу, отпусти… Тим вцепился в Спрингера, оттолкнув его от сестры. Джим отлетел прилично далеко и ударился головой об какое-то каменное сооружение. Между двумя лучшими друзьями началась первая в их жизни драка. Линда просила их успокоиться, ибо виновата она и бить нужно её… — Правильно, малышка, — ехидно улыбнулся Кристиан, — Бить нужно тебя. Никто не понял, что дальше произошло, был слышен только громкий выстрел, звук падающего тела и вид истекающей кровью Линды. Девочка лежала на голой земле с закрытыми глазами, однако, дышала, зажимая рукой кровоточащее плечо. Под оглушительный смех тварей с крыши, дети бросились к Линде. Тим и Джим, позабыв о ссоре, подбежали к девочке, в истерике прося её не отключаться. Катрин и Мерида начали рвать свои кофты, дабы сделать из них перевязочный материал. Ринка в испуге разорвала свою любимую накидку, которую надевала просто для красоты, протянув лоскутки девочкам. Остальные же встали по кругу, доставая оружия и проверяя приводы на прочность. — Вы психопаты, которым требуется лечение! — во всё горло прокричала Лиза, — Я вас на куски разрежу! Никто не смеет стрелять в моих друзей! — Что мы вам сделали?! Мы никогда не приставали к вам! Если вся эта резня только из-за зависти, то это глупо и бесполезно! — продолжила Катрин. Хоть Лилия и была холодна как камень, но её запястья тряслись, губы посинели, а вечно бледное лицо вдруг стало красным. Она в жизни не испытывала такого давления, как сейчас: на её ответственности лежит жизнь Линды и вся судьба второго отряда. Аккерман даже признала, что зря они ослушались взрослых и сунулись сюда. Зря они обиделись на разведчиков, ведь они и вправду оказались бессильны и неопытны до такой степени, что не уберегли подругу от ранения. Вдруг к ней подбежала Катрин и еле слышно проговорила: — У Мериды в запасе оказался сигнальный дым. Она уже готова выстрелить им прямиком во врагов. Пока они будут копошиться, мы найдём место, где спрятать Линду, но дальнейшие прогнозы не ясны. Походу, нам придётся с ними сражаться. Лилия аккуратно кивнула Мериде, давая разрешение запустить сигнальный дым, краем глаза наблюдая, как мальчики уже взяли раненную Кирштейн за руки и ноги. Спрингер немедля проделала все нужные манипуляции. Третий отряд закашлял и начал задыхаться, бросаясь врассыпную, пока наши детки на всех парах неслись куда глаза глядят, выискивая хоть какое-то укрытие. К счастью, Ким нашёл что-то наподобие погреба, заваленный досками. Подойдя ко входу, Лилия с треском выбила ногой дверь, пропуская вперёд Тима с сестрой на руках, а после, когда все оказались внутри, прикрыла дыру остатками досок и камнями, которые обнаружились в укрытие. Места не хватало. Было тесно. Но это лучше, чем быть убитыми какими-то лохами-дебилами. Дети положили Линду на каменный пол, подстелив те самые лоскутки Рины. Радовало, что девочка дышала, но бедный Тим был уже на грани нервного срыва. Он держал холодную ладонь сестры, когда Лилия и Катрин перевязывали подруге плечо, благодаря Бога, что выстрел попал ни в голову, ни в живот, ни в грудь, а именно в плечо. Да и сама Линда более-менее оклемалась и просила не зацикливаться на ней, а если надо и бросить здесь. Послышалось, как Тим всхлипнул. Да, он был очень серьёзным и сдержанным человеком с самого детства, но младшую сестрёнку любил искренне. Иногда даже Джим не понимал, как так можно обожать младших сестёр. Сам он познал это чувство только тогда, когда они оказались в военном училище, ведь кроме него у Мериды никого не было. А если смотреть на чистоту, то Тим и Линда действительно никогда не ссорились, нежели Спрингеры, которые раньше могли сердиться друг на друга днями-ночами. Тим обнял сестру, стараясь не потревожить её больное плечо и расплакался. — Линда, как ты можешь говорить такие вещи? Я в жизни тебя не оставлю одну, моя маленькая сестрёнка. Я обещал себе, маме и отцу, что буду оберегать тебя, а в итоге даже не заметил, как эти гады целились в мою сестру. — Ого, Тим, ты всё-таки умеешь плакать? — засмеялась Линда, прижимаясь к брату, — А я думала ты непробиваемый. — Да ну тебя, — брат щëлкнул её по лбу, игнорируя возмущения на подобие «Ай, ты уже не плачешь?» — А у тебя уже походу всё прошло. Линда бросила взгляд на своё плечо, которое немного болело, но было терпимо. Оказалось, что Линда успела отскочить и не пострадала слишком сильно. Конечно, слабость и лёгкое головокружение присутствовали, но это не волновало так сильно. Девочка решила, что во что бы то ни стало отправится сражаться дальше, иначе будет жалеть всю свою жизнь. — Линда, дорогая ты наша, тебе нужно набраться сил, поэтому пока останешься тут. Если почувствуешь, что всë в порядке, то подумаем, — ответила Лилия, прикрывая глаза и радуясь, что Кирштейн согласилась на такие условия, — Одну тебя здесь бросать тоже нельзя, поэтому нужно, чтобы один-два человека остались с тобой. Дети задумались. Надо решать быстрее, так как их могут обнаружить в любой момент. Они уже слышали, как раздавались голоса третьего отряда и Кристина Белла, который оказался той ещё крысой, что охотился на их жизни. Несомненно был в его голове какой-то план, иначе бы он просто так в них не стрелял. — Я останусь с сестрой, — решил Тим. — И я останусь с ней. Тем более я и так виноват перед Линдой. И как я вообще осмелился ей делать больно? — твёрдо произнёс Джим. — Это, конечно, похвально, — ответила Лилия, — Но, мальчики, без вас нам будет тяжело. Нужно оставить того, кого битвы не особо забавляют, например, Катрин… — Аккерман призадумалась, — Тогда мы лишимся главного стратега… — Ладно, давайте будем мы, — вдруг предложила Рина, толкая в бок Ильяса, — У меня причёска, а этот должен научиться с Линдой нормально общаться. На том и решили. Выбираясь из укрытия, ребята помахали рукой раненой и её сиделкам, отходя немного в сторону, думая, как им дальше поступить. Пока было затишье, но враги могут напасть в любой момент, поэтому медлить нельзя. И они оказались правы. Примерно в ту секунду третий отряд напал на них со спины. И вот тут дети резко осознали, что они настроены серьёзно их убивать. Это были уже не шутки, а реальная битва, от которой зависит их судьба. Положение оказалось крайне тяжёлое, противники, застав врасплох наших ребят успели отобрать у Лизы флакон с усыпляющий жидкостью, да ещё и чуть не пырнув её ножом. Лиза со скоростью света взлетела вверх, наблюдая, как подруги и друзья также разлетелись в рассыпную, продолжая отбиваться от третьего отряда, как от комаров. Тим и Джим уже успели вырубить Шона: Кирштейн нанёс ему сильный удар по голове каким-то камнем, а Джим добил его парочкой взмахов кулаком. Конечно, пацан дышал, потому что хоть что-то человеческое в ребятах осталось и убивать ребёнка, который старше них примерно на год, было как-то страшно. Кстати говоря о Линде. Она всё-таки не смирилась с тем, что её так быстро подстрелили, она поняла, что ей ужас, как хочется всех там перебить, поэтому, игнорируя просьбы Рины и Ильяса остаться в укрытии, она схватила лежащую возле неё железную палку и взлетев высоко в небо устранила сразу же троих неприятелей. В разведку она шла не для того, чтобы из-за какого-то дурацкого ранения пропустить весь бой. Такой дочерью отец точно гордиться не будет. Тим начал что-то выкрикивать, его чуть инфаркт не схватил, а Линда всё парировала в воздухе, ловко уворачиваясь от выстрелов. Мерида тем временем, отобрала у одно из мальчишек оружие и с помощью своего острого глаза выстрелила в последних врагов. Их тела остались лежать на крыше, и Мерида прикрыв глаза, старалась выровнять дыхание, осознавая, что она убила людей. Остались только Пьер и собственно сам Кристофер Белл. Задача была проста — просто убрать их со своего пути и добраться к разведчикам живыми и невредимыми. Но это оказалось сложнее, чем думалось. Практически все дети жутко выдохлись и устали. Спрингеры, Кирштейны и Ким уже не могли сражаться в полную силу, им бы сейчас наоборот восстановиться не мешало. На ногах стояли: Лилия, Лиза, Джейк и Алекс, который защищал Катрин. Арлерт оказалась в душе самой ранимой и толком не могла спокойно дать отпор, а уж тем более убить. Единственным, с чем она смогла помочь это быстро придумать план отступления, по которому выдохшиеся ребята следовали. Алекс смело, как настоящий мужчина смог огородить Катрин от опасности, но в конце концов и он тоже рухнул без сил. А вот девочке было стыдно и страшно одновременно, потому что только она единственная не может нормально сражаться. Но грустить ей долго не пришлось, где-то со стороны набережной послышались выстрелы. Девочка забралась по выше, и её глаза расширились — в её отца выстрелили. Страх сразу же куда-то улетучился, и она молниеносно понеслась в сторону моря. Её руки тряслись, она вспотела, ссадины и царапины болели, от зрелища с мёртвыми телами тошнило, но разум чётко говорил — «сейчас тебе придётся тяжело, держись». Рина и Ильяс, получив тяжёлые ранения от Пьера опустились на землю и закрыли глаза, не двигаясь. — Лиза, проверь их сердцебиение! — приказала Лилия. — Пульс слабый, но они живы! — отозвалась Лиза, — А где Катрин? Однако Лилия её не слышала, она вдруг почувствовала прилив какой-то необычной будоражащий силы, как будто её способности возросли с гигантской космической мощью. Она не чувствовала ни боль, ни страх, ни отчаяние. — Лилия, ты активировала силу Аккермана! — радостно крикнула Лиза. — Лиза, а ты можешь её активировать? — спросил её Джейк. — Не знаю. Во мне течёт кровь как Йегера, так и Аккермана. Мне даже по наследству не достался знак этой фамилии. Его выжигают на руке, и мама отказалась портить жизнь своей дочери такой ношей. А ещё в детстве я подслушала, как командор Ханджи говорила папе, что с вероятностью 50% я могла перенять половину силы титана, но это не доказано. — Да уж, Лиза, ты действительно девочка-загадка, — протянул Джейк, — Знаешь, если бы меня спросили, на ком бы я в будущем женился, я бы сказал, что на тебе. Оба раскраснелись, смотря друг на друга, а потом здание рядом с ними начало рушиться, и двум голубкам пришлось разлететься в противоположные стороны. Однако сердце Лизы билось так часто и сильно, губы тронула счастливая улыбка, она всем сердцем пожелала, чтобы эта свадьба реально состоялась, и к алтарю её вёл отец. Вдруг зелёные глаза загорелись точно изумруд и она ощутила силу во всём теле. Да, вот и её сила Аккермана — прямое наследие от матери. Лилия и Лиза встали вместе бок о бок, достав оружие. Их чёрные волосы развевались на ветру, глаза сияли, сейчас они были похожи на сестёр-близняшек: обе бесстрашные, прекрасные и холодные, смахивающие на своих родителей. — Дочь Леви Аккермана никогда не испугается любых препятствий! — А дочь Микасы Аккерман не опустит руки, если даже весь мир погибнет! Я защищу его! — На тебе Кристофер Белл, а я займусь Пьером, — произнесла Лилия, — Не подведи, Лиза, — улыбнулась она. — Можешь на меня положиться! — крикнула Лиза, взлетая в воздух, словно свободная птица и понеслась прямиком к своей цели. Лилия, развернувшись к Пьеру, одним только движением смогла уложить его на землю, завести руки за спину, согнув под таким углом, что при малейшем неправильном движении обе конечности окажутся сломанными. Пьер зверски завопил, но Лилия стукнула его кулаком по башке, заставив застонать от боли. — Всё, Лилия, я сдаюсь! Не убивай меня, умоляю! Я больше не буду вам мешать! — Неужели? — возмутилась Аккерман, — Ты даже не будешь со мной драться? — Бестолку с тобой сражаться! Ты же Аккерман! Тем более, если нанесу тебе вред, твой отец мне шею скрутит, — он завопил вновь, — Прошу, отпусти меня. Я раскаиваюсь и сожалею! — Ну будь по твоему, — смилостивилась Лилия, ослабляя хватку, — Одно условие: сейчас ты поможешь раненым тобою Рине и Ильясу добраться до госпиталя. Если они оба умрут, я тебя уничтожу, уяснил? Девочка наконец-то освободила мальчишку окончательно, и тот, пролепетав благодарность понёсся помогать страдающим, несколько раз оглядываясь на Лилию, боясь, что она в любой момент передумает, догонит и точно убьёт. Но Аккерман просто проследила за тем, как Пьер позвал несколько солдат, начал жестикулировать руками и помог сопроводить раненных прямиком до тележки, которая доставит их в ближайший лазарет. Лиза, тем временем, успела прострелить Кристоферу одну руку, а потом и вовсе сбила того с ног, замахиваясь снова, чтобы окончательно его добить. Она ещё никогда не ощущала такой прилив силы, как сейчас, и это было поистине потрясающе. Однако опять всё пошло не по плану, Кристофер схватил её за ногу, направляя на девочку пистолет. Но вдруг на секунду время как будто замерло, Лизе показалось, что очутилась где-то в другом месте, она сидела на песке и смотрела на звёздное небо. А потом, когда всё исчезло, Кристофера с космической силой отбросило назад. Саму девочку тоже прилично откинуло. Последнее, что она увидела, это бездыханное тело Белла. Лиза почувствовала, как влетела в окно, закрываясь от осколков и падая на пол. — Лиза, ты жива? — раздался голос Линды. Она подошла к подруге, помогая встать. — Что это было? — спросил Тим, прикладывая мокрую тряпку к кровоточащей ране на лбу. — Что было? — не понимала Лиза, трогая себя за голову, — Это произошло так мгновенно. Я ничего не поняла, только… Звёздное небо и песок. А потом нас обоих в разные стороны. — Звëзды и песок, говоришь, — промычала Лилия, резко залетая в разбившиеся окно, — Может моя теория правдива не на все сто, но, по-моему, ты оказалась в путях. — Получается, отец за ней наблюдает, — продолжил мысль Джейк, — Он как-то увидел, что его дочь на грани смерти, и устранил этого Кристофера, а Лизу перенёс в безопасное место. — Папа спас меня? — зрачки Йегер расширились, — Он видит мои действия и слышит мои мысли? — Возможно, — кивнула Лилия, — Но мы не можем знать наверняка, хотя факт остаётся фактом, — она самодовольно улыбнулась, — Сила Аккерманов прикольная, да? — Ага, ощущение будто наркотиками накачали, — отшутилась Лиза. Ребята не смогли сдержать смеха. В любой самой тяжёлой и плачевной ситуации Лиза всегда шагала вместе с юмором и шутками, только это ей помогало не слететь с катушек окончательно. Сейчас даже Лилия хохотала до слëз, держась за живот. — Так, ладно. Повеселились и хватит, — хлопнула она в ладоши, — Подведём итоги: Кристофер Белл убит, третий отряд полностью уничтожен, Пьер О’Нил раскаялся и помог Ильясу и Рине добраться до госпиталя. Да уж, у нас выбыло двое. — Ну, думаю мы справимся, — произнесла Линда, хотя в её голосе читалась некая неуверенность, — А что нам сейчас делать? — Я предлагаю осмотреть дом на наличие врагов, — ответила Лилия, подойдя к одной из дверей, приоткрыв её. Потом быстро закрыв, развернулась к своему отряду, — Эм, у меня две новости: хорошая и плохая. С какой начать? — Пока мы на весёлой ноте, давай с хорошей, — махнул рукой Джейк. — Врагов тут нет, — Лилия наблюдала за ожившими лицами друзей, понимая, что сейчас вся радость пропадёт, — За этой дверью много трупов, истекающих кровью. Зрелище не для слабонервных. Дети так и застыли, прожигая дырку в двери, не решаясь войти. Не боялась походу только Лилия, ибо она всё же, закатив глаза, эту дверь не просто открыла — выбила ногой, открывая вид на множество мёртвых тел йегеристов. Аккерман смело прошла вперёд, отбирая у трупов нескольких снарядов и порох. — Пригодится, — сказала она, — Ну чего встали? Мёртвых не надо пугаться, бояться нужно живых, которые на улице орудуют. Вы же в Либерио так смело сражались, вас ничего не пугало. Неужели встреча с родителями так на вас повлияла? — она вздохнула, — Мне в отряде трусы не нужны. Пусть слова Лилии прозвучали слишком жестоко, но бодрость духа скакнула вверх. Переборов страх и тошноту дети двинулись вперёд, начиная помогать Лилии «обворовывать» мёртвых солдат. И в конце концов отвращение куда-то ушло, как будто ребята всегда занимались этим делом. Покончив с «грабежом» дети подсчитали, что они в конечном итоге нашли: несколько коробочек с порохом, немного снарядов, абсолютно новая винтовка, которую забрала себе Лиза и, пожалуй, самая лучшая находка — усыпляющий раствор, видимо оставленный кем-то из третьего отряда. Флакон с жидкостью Лиза убрала в свой карман, на этот раз она его не потеряет. Пройдя несколько метров ребята обнаружили лестницу, ведущую в подвал. Переглянувшись друг с другом, они кивнули и аккуратно стали спускаться вниз, но чем дальше они заходили, тем становилось темнее. — У меня есть спички, — внезапно сказал Джейк, доставая коробок и протягивая его Лилии, которая, естественно, шла впереди всех. — Чего же молчал, рыженький ты наш? — Лилия зажгла спичку. Видимость была так себе, но это лучшее, чем ничего. Вдруг второй отряд чертыхнулся, потому что откуда-то издалека раздались голоса. Нет, это были не йегеристы, а разведчики. Дети вообще не понимали что лучше: будь то йегеристы, они бы вновь сражались, а если это разведчики, сейчас им прилетит хороший выговор. Бежать смысла нет — не успеют, поэтому Лилия приказала всем успокоиться, вести себя достойно, а всю ответственность она как всегда возьмёт на себя. — Истинный командир, — отметил Тим, прислушиваясь к голосу Жана, — А нам снова перед отцом отчитываться, — он обнял сестру, — Ты его своим плечом не пугай слишком сильно. — Я позову капитана Леви, остальных и… — Жан замер, — и детей. Лиза и Джейк немножко попятились назад, Тим старался скрыть свой кровоточащий лоб и раненое плечо Линды. А Лилия нервно улыбнувшись, произнесла: — Э-э-э, добрый день! А мы тут с поля боя… — она ожидала ответов, но разведчики молчали, уставившись на них, — А вы знали, что Кристофер Белл оказался предателем, он вместе с третьим отрядом хотел нас убить? — Как убить?! — испугалась Ханджи, подбегая к дочери, — Милая, скажи, что все живы… — В тяжёлом состоянии только Ильяс и Рина, я их отправила с госпиталь. Но мы чуть Линду не потеряли. Кирштейны глянули на Аккерман с лицом, мол: «Ну и нафига ты всё разболтала», но потом сама Линда продемонстрировала своё перевязанное плечо, на тряпке до сих пор просачивалась кровь. — В меня выстрелил Кристиан Белл, — еле слышно проговорила она. За здоровое плечо её схватил Жан, заглядывая в глаза. — Скажи, что рана не серьёзная, и ты будешь жить, — в его читалась неподдельный страх и ужас, а также надежда. — Не переживайте, я в порядке, — ответила Линда, ощущая, как отец прижал её к своей груди.

***

Катрин не понимала, что сейчас вообще происходит: отец еле-еле дышит, а на его теле следы от выстрелов. Да, конечно, девочка понимала, что сила титана способна на регенерацию, но она не мгновенная, а в лоб Армина уже снова целятся. Рядом Конни пытался разобраться с каким-то очередным солдатом. По слухам Катрин слышала, что они вместе учились в кадетском училище. Да, грустно, но ничего не поделаешь. Руки и ноги девочки стали неконтролируемыми, они сами сподвигли со всей силой, что у неё была вмазать Дазу (так звали солдата). Конни перепугался ни на шутку, даже прекратил бойню со своим противником, с ужасом наблюдая, как Катрин подобрав оружие, навела его на Даза и зажмурилась. — «Почему, спасая мир, мы должны убивать? Боже мой, как бьётся сердце, как дрожит тело, меня тошнит, я не хочу убивать, но… От моего действия зависит судьба моего отца… Я должна была понимать, что когда-нибудь мне придётся это сделать, поэтому…» Катрин открыла глаза. — «Прощай, прошлая Катрин Арлерт, больше мы с тобой не увидимся, сейчас ты станешь другой». И она выстрелила. Это было похоже на замедленную съёмку: вот пуля пробивает голову Дазу, вот фонтаном хлещет кровь, вот бездыханное тело падает в океан и тонет. Катрин, бросая оружие, подбегает к отцу и обнимает его за шею, игнорируя жар от пара, помогающий Армину восстанавливаться. Собравшись с последними силами, он прижался своим лбом ко лбу дочери. Её присутствие помогало ему ещё больше. В мгновение ока откуда не возьмись появились Джим и Мерида и без всяких колебаний устранили проблему в лице Самуэля. Тот даже оглянуться не успел, как к нему в голову и грудь прилетели два выстрела. — Успели, — облегчено выдохнула Мерида, — А то я уж испугалась, что вас тут всех перебьют. — Ну что, мы вам до сих пор не нужны? — спросил Джим, уперев руки в бока, — Как вы там говорили? Не тот уровень, будете только под ногами путаться, слабаки и обузы… Но дальше злиться не получилось. Конни набросился на них с такими крепкими объятиями, что чуть кости не треснули. Мерида даже было намекнула, что их сейчас задушат, Джим всё пытался состроить хмурое, недовольное лицо, мол он до сих обижен, однако, этого сделать ему не удалось. — Умеете же вы пугать, — прошептал Конни, — Ваша мама была такой же в молодости…

***

Как и предполагала Лилия, оставшиеся йегеристы во главе с Флоком (ну как же без него?) во всю орудовали снаружи. Выбравшись из подвала, взрослые кинулись на помощь Энни и Райнеру, которые в обличии титанов сражались с подчинёнными Форстера. А дети взяли на себя ответственность сопроводить Адзумабито до корабля, защищая их взрывов и снарядов. Естественно, ребята решили, что после обеспечения безопасности Адзумабито, они вернутся в пекло сражений и помогут родителям расправиться с врагами. В этот раз их уже никто не останавливал, только чуть ли не слёзно умоляли быть осторожнее и остаться в живых. Задача оказалась не из лёгких. Несмотря на то, что судно было в нескольких метрах, детям пришлось знатно попотеть. Йегеристы лезли отовсюду, обстреливая каждый сантиметр, каждую точку на своём пути. Лилия чувствовала, как в ней кипит кровь, каждая часть её тела горела невидимым огнём. Она с одного удара отправила противника в нокаут, при этом отобрав у него клинки. В следующие секунд десять она зарезала троих йегеристов. Такому зрелищу испугались не только разведчики, ребята и Адзумабито, но и Флок со своей свитой немножечко затрясся. Никогда не предупреждали, что на свете живут такие необыкновенные дети. А вот Лиза внезапно поняла, что это же как бы её родственники, поэтому она обязана их защитить любой ценой — это её долг. Она ловко проскользнула между йегеристами и открыла по ним огонь. Когда с этими людьми было покончено, Лиза решила помочь Энни, не дав солдатам запустить в неё громовые копья. Однако на этот раз всё пошло не сладко. Спасти Энни ей удалось, но вот обезоружить одного из военных не смогла. Он был крупнее и массивнее, чем другие, поэтому Йегер не сумела его выбить из колеи окончательно. Пока она искала способ его добить, её ногу пронзила невыносимая, острая, адская боль. По ощущениям будто ей эту ногу отрезали. Девочка истошно закричала, чувствуя, как по колену вниз потекла кровь. Потеряв равновесие, она начала падать. Однако с землёй так и не столкнулась, её бережно подхватили на руки, раздался взволнованный материнский голос, она ощутила, как её прижали к груди и поцеловали в лоб.

***

Увидев приближающегося Магата, Катрин с горем пополам, с помощью Конни, Мериды и Джима дотащила отца до командующего Маре, передав Армина в его надёжные руки. — Он ранен в грудь и живот, — объяснил Конни. — Да, ещё в челюсть, — кивнул Магат, — До свадьбы заживёт. Катрин тут же превратилась в настоящего повелителя зла, голубые глаза начали сверкать, маленькие кулачки сжались, а рот с нежно-красными губками скривился в недовольной ухмылке. Мерида, чтобы подбодрить подругу, погладила её по спине, и это впрочем помогло. Катрин вдруг стала весёлой, на лице расцвела лёгкая улыбка, и она обратившись к Спрингерам произнесла: — А-а-а, наверное, имелась в виду моя свадьба. Джим и Мерила с улыбкой закатили глаза. И с каких это пор Катрин начала думать о таких вещах? Неужели разведка так на неё повлияла? — Что вы будете сейчас делать? — спросил их Магат. — Ну как что? — пожала плечами Мерида, заряжая оружие, — Устроим кровавые танцы. — И не останавливать нас, — дополнил Джим. Конни даже ничего не успел сказать, как его дети уже словно орлы взлетели вверх, мчась прямиком навстречу смерти. Смирившись с тем, что птенчики Саши уже вовсе не птенчики, а настоящие взрослые птицы, он тяжело вздохнул, пытаясь догнать сына и дочь. Он не допустит, чтобы кто-то из них отправился к Саше на небеса. Он и так потерял всех родных, близких и только Джим и Мерида остались у него. Катрин, осознав, что убивать ей теперь не страшно, решила тоже в стороне не оставаться. Она проверила приводы, на всякий случай ощупала своё тело, будто старалась на нём отыскать золото, хотя на самом деле она убеждалась в том факте, что ещё жива. Ну пока вроде бы дышит. Поэтому, не теряя времени, девочка уже приготовилась к кровавой бане, как вдруг сзади послышался хриплый, слабый голос: — Катрин, доченька, прошу, не надо. Если с тобой что-то случится, я не переживу. Не уходи… — Я так и думал. Вы их дети, — проговорил Магат, — У вас такая сильная духовная связь, на расстоянии чувствуется. Катрин повернулась к отцу. Он еле-еле держался на ногах, но Магат его больше не придерживал, кровь на рубашке уже застыла, от самого тела исходил пар, и на отцовских глазах блестели слëзы. Катрин сама чуть не расплакалась, где-то в глубине души она с радостью бы бросила всё и отправилась на корабль вместе с раненным отцом. Но она повзрослела, пересилила себя, убила человека — останавливаться смысла нет. Тем более все её друзья бесстрашно сражаются, а значит она тоже должна, назад пути нет. Девочка подбежала к отцу, обняла его и прошептала: — Не переживай, я вернусь, — она поцеловала его в щеку, — Я люблю тебя, папа. Очень-очень люблю. — И когда ты у меня стала такой взрослой? — с грустью спросил сам у себя Армин, смотря вслед удаляющейся дочери.

***

Лиза кое-как оклемалась со своей больной ногой. Ей удалось остановить кровь и перевязать больное место оставшимися у неё тряпками. Боль утихала, но иногда проявлялась в виде небольшого жжения, а так в принципе жить и сражаться можно. Поэтому юная Йегер, собрав всю волю в кулак хотела было отправиться дальше рубить йегеристов, но Микаса, как оказалось думала совсем иначе. И как бы Лиза не доказывала матери, что с ней ничего не случится, а нога это просто несчастный случай, Микаса стояла на своём. Она даже отобрала у дочери всё оружие, вызвав у Лизы неконтролируемый гнев: — Мама, хватит относиться ко мне, как к беспомощному ребёнку! Я в разведку шла, чтобы сражаться с тобой бок о бок, а не отсиживаться где-то на корабле! Ты думаешь отобрала у меня винтовку, и я так просто сдамся? — Лиза, я говорю тебе последний раз! — холодно произнесла Микаса, от чего по спине у Лизы пробежались мурашки, — Больше никаких сражений, иначе я лично погружу тебя на судно! Спор мог продолжаться ещё долго. Лиза отметила, что это первая крупная ссора с матерью, однако, она больше не боялась пойти против её слова, она наконец-то смогла сказать ей в глаза «нет», поняв, что материнская гиперопека переходит все границы, и надо с этим что-то делать. Нужно дать понять, что Лиза формируется, как личность, как взрослый человек, и мать не сможет опекать её всю жизнь. Так вот, выяснения отношений могли затянуться на неопределённый срок, но внезапно вдали что-то взорвалось. — Опа, смотрите, поезд с подкреплением взорвался, вот умора, — захохотал Джейк, — Не знаю, как это произошло, но такой расклад событий мне нравится. Воспользовавшись случаем, пока Микаса отвлеклась на инцидент с поездом, Лиза молниеносно сорвалась с крыши и сию же секунду скрылась с поля зрения, подлетев к Джейку. Тот любезно сунул ей в руки клинки, которые он подобрал у мёртвых солдат. В следующую минуту Лиза с горящими глазами и превеликим удовольствием резала йегеристов. Где-то вдалеке она наблюдала, как Спрингеры также расправлялись с врагами, у них даже получалось не убивать их насмерть, а просто оставлять без сознания. Кирштейны исподтишка прострелили головы нескольким солдатам, а Линде удалось ещё кому-то и челюсть сломать. Никто не знал, как это у неё получилось, но Жан снова чуть ли не схватил повторный инфаркт. Лилия со своей силой Аккермана крушила всё налево и направо, и кажется, она вошла во вкус. Но самой удивительной оказалась Катрин, которая в воздухе была похожа на настоящую богиню разрушения: такая красивая, миловидная, похожая на ангела, она с одного движения, с одного выстрела устраняла нескольких противников сразу. Алекс даже начал ей поклоняться, когда она спасла его и Кима от очередных снарядов. Дети устали. Вспотели. Их маленькие тельца дрожали от перенесённого стресса, от бушующего адреналина в крови, от жуткого изнеможения. Лиза и Катрин в ужасе переглянулись и не узнали друг друга: их одежда и волосы были залиты кровью. Обе в болячках: Лиза с простреленной ногой, Катрин с глубокой раной на щеке. Кудрявые волосы Мериды превратились в гнездо: оттуда виднелись листья, какие-то ветки и опилки, локоны давно уже спутались, и девочка всячески старалась их распутать. Плечо Линды начало ныть и болеть, видимо перестаралась. Кирштейн зашипела и присела на край крыши, уверяя брата, что всё нормально. Сам Тим на пару с Джимом понял, что ещё немного, и они не продержатся — умрут на месте. Даже Лилию чуть не устранили, она собой закрывала Ханджи, но на благо всё обошлось. Ах да, ещё же Фалько ни с того ни с сего в титана превратился, это, конечно, было зрелище, дети аж рты открыли. Зато сразу же целая орава йегеристов лежала мёртвой на земле. Дальше дело было за взрослыми, поэтому ребята с восхищением смотрели, как их мамы и папы добивали солдат. — Да уж, нам до них далеко, — театрально вздохнул Джим, — Так, а где Мерида? Через секунд тридцать дети и взрослые увидели, как главную занозу в заднице в лице Флока подбили. Это оказалась Габи с корабля и Мерида с материка. Девочки одновременно подпрыгнули и завизжали. — Габи, красавица! Поделом ему! — помахала Мерида своей новой подружке. Безусловно, Спрингер вдохновила остальных вновь сражаться, поэтому дети, собравшись с последними силами, сделали окончательные выстрелы и упали без сил. — Мы отчаливаем! Все на борт! — позвал Оньянкопон. — Пошли, ребят, — проговорила Лилия, — Остальное действительно лучше оставить родителям. С горем пополам маленькие герои добрались до судна. На палубе они оказали друг другу первую помощь, параллельно наблюдая, как Фалько вытаскивают из титана, и разведчики вместе с марлийцами грузятся на борт. — Командир Магат вернул Фалько, — с улыбкой произнесла Габи, — А, кстати, где он сам? — Он за бортом с кем-то вместе, только я не могу разглядеть этого человека, — Линда прищурилась, — Похоже на инструктора Шадиса. Да, это точно он! — И что они собираются делать? — выгнул бровь Тим. — Это место скоро взлетит на воздух, — пояснила Катрин, — Видите там ещё один крейсер, на нём нас будет легко догнать. Видимо они его подорвут. — Нет, я не хочу, чтобы инструктор погиб. Он же обещал, что будет ждать нас в следующем году в кадетском училище, — замотала головой Линда, — Он обязан увидеть следующее поколение во что бы то не стало, поэтому я не дам ему умереть! С этими словами Линда покинула корабль и спрыгнула в воду, удивившись, что ноги достают до дна. Мелкий берег, однако, сыграл ей на руку, и девочка спокойно вышла на сушу, стараясь, как можно быстрее выжать свою мокрую одежду. — Линда, ты сумасшедшая! — заорал Тим, — Ох и получит она у меня, — ему ничего не оставалось, как спрыгнуть вслед за сестрой, — Стой, дурочка, меня подожди! — Тим, Линда, куда намылились?! — в панике крикнул Жан, хватаясь за перила, вот-вот пытаясь прыгнуть за своими детьми, и если бы не Микаса с Конни, он бы это точно сделал. — Ну, Мерида, раз на то пошло, — фыркнул Джим, — Стало быть и нам надо искупаться. — Ага, покажем Шадису на что способны дети Картофельной девушки и местного дурочка, — засмеялась Мерида, бомбочкой плюхнувшись в воду вместе с братом. — А вы куда собрались?! Немедленно обратно вернулись! Джим, Мерида, я кому сказал! — Конни схватился за сердце, — Мне потери Саши достаточно! — А что? Я тоже хочу выпендриться перед инструктором, — Лилия приготовилась к прыжку, — Надо же как-то намекнуть, что я непростая девочка, а будущий командир разведки, — она с разбега перескочила через железные перила и в воду. — Ну ты посмотри на неё! — возмутилась Катрин, — Может я тоже хочу разведку под себя нагнуть! Или по крайней мере показать многоуважаемому Кису Шадису, что Армин Арлерт воспитал прекрасную умную девочку-красавицу. И, кстати, Лиза ты идëшь со мной. Катрин и Лиза взялись за руки и собственно последовали такому же примеру. Микаса вдруг приложила руки рту, подумав, как она сейчас это будет объяснить Армину. Так она ещё у дочки прощения не попросила. После того, как Лиза резко исчезла после их ссоры, Микаса везде пыталась её найти, материнское сердце чуть не разорвалось, когда сознание дало понять, что искать дочь бессмысленно. Итак, добравшись до суши, ребята включили ультра скорость, мокрые на всех парах добежали до крейсера, в котором находились Магат и Шадис. Они понимали, что там внутри куча взрывчатки и пороха, который может в любую секунду взорваться, но голова так отключилась, что дети не боялись даже смерти. — Надо их быстрее найти, иначе нам конец, — скомандовала Лилия, — Ëкарный бабай, снова эти йегеристы, сколько их тут? Я не могу их видеть! — Спокойнее! — Лиза полезла в карман, доставая последний флакон со снотворным, — Носы закрываем, сейчас тут будет сонное царство. Йегеристы были успешно отправлены в царство Морфея, а Тим, найдя нужную дверь, с треском выломал её ногой, с помощью Джима, конечно. Шадис от неожиданности аж подпрыгнул. — Господа, вопросов лишних не задаём и быстрее на выход, — приказным тоном отвесила Линда, — И, пожалуйста, не нужно на нас так смотреть. Мы смущаемся. — План чётко продуман, можете положиться на дочь Арлерта, — дополнила Катрин. — Упомянул своих учеников, и пришли их дети, — грустно улыбнулся инструктор, — Ты посмотри на них, не побоялись сюда заявиться. Да уж, гены сработали отлично. — Скорее! — поторапливала его Лиза, — Я на время усыпила йегеристов, они могут очнуться в любой момент. — Опять ты, Лизка, себе всю славу присвоила, — проворчала Линда. — Уважаемая Кирштейн, помолчите, пожалуйста! Шадис рассмеялся, смотря, как девочки бросали друг другу колкие фразочки, пусть даже в шуточной форме. Но они так ему напомнили молодых Эрена и Жана, которые устраивали бои без правил в столовой за ужином. Как давно это было… — Ну что же, командир, — обратился он к Магату, — Стало быть нас спасли эти храбрые ребята, они настоящие дети своих родителей. — Вы идите, а я останусь. Моя жизнь пусть закончится здесь. Я подорву это место, чтобы наверняка не было никакой погони. И похоже он был серьёзен. Дети не стали его отговаривать, поблагодарили за всё хорошее, что он им сделал за эти последние дни и направились к выходу. На прощание Магат приказал им беречь своих родителей и вернуться к ним живыми. Мерида схватила за руку инструктора, и они всей толпой успели выбежать с лайнера, пока тот не взорвался. В это время у разведчиков, которые наблюдали за взрывом, случилась неконтролируемая истерика. Микаса, выкрикивая имя дочери, зарыдала так сильно, как никогда прежде. Она не могла поверить, что её любимой малышки Лизы больше нет. А если хорошенько подумать, то и Эрену жизнь не мила без дочери. Конни, смотря в голубое небо, начал в слезах умолять Сашу, чтобы та спасла их детей, ибо он не выдержит одиночества. Он потерял абсолютно всех из своей семьи: маму, папу, сестёр, жену, так пусть хотя бы дети останутся с ним. Он клянётся, что станет лучшим отцом на свете и воспитает сына и дочь достойными людьми. Жан, который всегда по своей натуре был серьёзным где-то строгим, внимательным, ответственным, скрывавший свои эмоции человеком, упал на колени, смотря в одну и ту же точку, не моргая. Слëзы мелкими каплями скатились по щекам, в голове сразу же промелькнул образ сына и дочери. Самые счастливые и тёплые моменты, проведённые с любимыми детьми всплыли в памяти. Не мог он поверить в то, что их больше нет, никак не мог. Это же его золотые, самые обожаемые, бесстрашные ребятки. Леви, выбравшись из каюты на палубу не вдуплял, почему все напрочь такие разбитые, да ещё и в слезах. Но, когда Ханджи дрожащим голосом оповестила его, что скорее всего их дочь теперь на небесах, он не смог даже скрыть дрожащих губ. Физиономия оставалась практически такой же безразличной, но в глубине души его и так чёрно-белый мир стал ещё мрачнее. Такой боли он не испытывал, даже когда погибли Фарлан и Изабель, его прошлый отряд и Эрвин. В который раз убеждается, что он обожал Лилию, просто не умел выражать эту любовь. Да, он был скуп на нежности и похвалу, но ведь Лилия всё равно тянулась к нему. — Упрямые дети, — процедила сквозь зубы Ханджи, — А мы даже не успели их толком обнять и поговорить по душам — А что произошло? Разведчики обернулись на источник звука. Армин, который немного оклемался поднялся на свежий воздух, удивленно разглядывая убитых от горя собратьев по оружию. — Армин, тебе нельзя напрягаться, — подошла к нему Микаса, прикусывая губу. Как она скажет другу, что его дочь погибла? — Что случилось? — вновь переспросил Армин, пристально смотря в глаза подруги детства, — И где дети? — Наши маленькие герои отправились спасать инструктора Шадиса и пали смертью храбрых воинов, — объяснила Ханджи, стараясь не сорваться на крик, — Армин, пожалуйста, только не убивайся. Нам пока некогда их оплакивать. Армин вздохнул, и его грудь немного заболела. Взглянув в небеса, он на удивление всех произнёс утешающие слова, хотя утешать, думалось, надо было его. — Не могли они так с нами жестоко поступить. Моя девочка обещала, что вернётся.

***

Откашлявшись и поднявшись с холодного бетона, дети с измученными лицами думали, как же им теперь добраться обратно до корабля, который отплыл уже довольно далеко, и вплавь его увы вряд ли догонишь. Да, слава Богу, каждый из них остался в живых, и взрыв не навредил им. А самое главное, они выполнили свою миссию — спасли Шадиса. Сейчас Мерида и Катрин осматривали его на наличие телесных повреждений, радуясь, что как таковых их нет. Мальчики стояли в стороне, обсуждая дальнейшие планы, Лилия молча их слушала, изредка кивая, а Линда с Лизой о чём-то спорили, потом заливаясь смехом. — Ну вылитые Йегер и Кирштейн. Такая манера речи может быть только у них, — он перевёл взгляд на Тима, — Мальчик, конечно, слишком серьёзный для своих лет, отец в его годы вытворял пугающие вещи, которые больше присущи Линде. Она на Жана как-то больше смахивает. — Она и ближе к нему, — ответила Катрин, — Мы с ней обе таскались за отцами. Я вообще от папы боялась отходить на любые расстояния. Любая разлука с ним давалась очень тяжело. Ох, а как же я рыдала. — Ну рыдать у нас умел только Арлерт, — Шадис засмеялся, — Внешне вас не отличить, да и острым умом тебя отец наградил. Но всё-таки в характере вы немного расходитесь. Я имею в виду, что ты повзрослела намного раньше, чем он. Но я не сомневаюсь, что ты его гордость. Армин и вправду воспитал хорошего человека. Катрин немного покраснела, смотря на Лизу. Зеленоглазка сорвалась с места и налетела на неё с обнимашками. Просто ей захотелось. — Ох, лучшие подружки, это сразу всем понятно, — инструктор присмотрелся в черты лица Лизы, — Зелёные глаза, игривая улыбка и чёрные волосы наряду с пронзительным холодным взглядом. В ней есть и часть Микасы и часть Эрена. Я уверен, она станет нашей спасительницей, может Лиза Йегер и родилась, чтобы спасти этот мир. — А как вам Лилия? — поинтересовалась Лиза, также краснея от похвалы. — Да что тут говорить? Ребёнок Леви — это ребёнок Леви. Бледная, серые глаза, тёмные волосы, спокойный и рассудительный характер. Нет вот этой импульсивности, как у Ханджи. Смотришь на неё и сразу понимаешь, что всё будет хорошо. Всё же она внушает этим взглядом какую-то умиротворенность и надежду, а не страх, как это обычно происходит с Леви. — Лилия самый лучший кандидат на пост будущего командира разведки, — ухмыльнулся Джим, подходя к сестре, предлагая ей половину моркови, — В нагрудном кармане отрыл, прикинь? — Опа, живём-живëм, — обрадовалась младшая, — С самого утра ничего не ела. Картошкой, конечно, я наелась бы быстрее, но это тоже сгодится. Шадис разразился смехом, смахивая слëзы. — Что смеётесь? Мы не на построении, — нахмурилась Мерида, — Не переживайте, если в следующем году, дай Бог, мы встретимся, я не буду есть картошку. — Она будет есть кабана, — вторгся в диалог Джим и расхохотался. — Тебе слова не давали, — сестра не больно ударила брата по ноге. — На вид глуповатые, но на самом деле лучшие в стрельбе и преданные товарищам. Да это Конни и ваша покойная мама. Мне очень жаль, что так случилось, но не забывайте, что Саша живёт в вас. Она никуда не ушла. Повисла недолгая тишина. — Я благодарен вам за моё спасение. А теперь позвольте помочь и вам. У пристани стоит небольшой катер, я думаю, вы сможете на нём добраться, — он проводил их до небольшой лодочки с мотором, — Я в вас верю, дети разведки. В следующем году я с удовольствием буду ждать вас в кадетском корпусе. Катерок оказался достаточного размера, чтобы в него уместились семь человек. Максимум Мериде пришлось залезть брату на плечи, чтобы места было побольше. Но походу ей приносило удовольствие быть выше всех. Ветерок легонько обдувал её лицо, развевая длинные кудрявые волосы. Да, ей это несомненно нравилось. Тим запросто разобрался с двигателем. Не зря оставался на дополнительные курсы по механики, и под такую более-менее весёлую атмосферу ребята добрались до судна и с помощью приводов забрались на борт, не понимая, почему у каждого так сильно бьётся сердце. — Гвоздь мне в ботинки! — закричал вышедший к ним навстречу Алекс, — Какого хрена? — Да-да, к твоему великому сожалению, я живучая тварь, готовая снова тебя побить за сквернословие, — закатила глаза Катрин, проходя мимо него, — Ну, даже не улыбнёшься? В итоге, Алекс не только улыбнулся, но и обнял Катрин, вызывая у неё уйму мурашек, хотя она всё же приобняла его за спину, норовя быстрее оторваться. — Лилия, я так испугался! — заплакал Ким, налетая на Аккерман, пуская слюни и сопли ей на грудь. — Патерсон, я тоже рада видеть тебя, но, пожалуйста, отойди от меня, не порти мне одежду окончательно! — Лилия достала платок, отталкивая Кима, — Боже мой, не реви. Лиза подошла к Джейку, который по всей видимости впал в оцепенение, настолько он был ошеломлён и впечатлён. Йегер щёлкнула пальцами, выводя его из транса. — Если бы меня спросили за кого бы в будущем я вышла замуж, я бы сказала, что за тебя, — выпалила она и убежала прочь, вгоняя Лэнгфорда обратно в ступор. И вот пока Лиза со смехом убегала вдаль корабля, она не заметила, как в кого-то врезалась. В спешке пролепетала извинения и, подняв глаза, она увидела перед собой ошарашенную и пораженную её появлением мать. Лиза открыла рот, но ничего не могла произнести, понимая, что сейчас ей, да и не только ей, знатно влетит. Однако реальность превзошла все ожидания. Микаса, стараясь не плакать от счастья, накинулась на дочь с объятиями, зацеловывая каждую часть её личика. — Мама, я… По поводу того спора… Мне жаль, мы обе погорячились… Своим исчезновением я, наверное, заставила тебя переживать. Прости… — Лиза, девочка моя, я уже увидела, как ты выросла, — ответила Микаса, — Я понимаю, что не смогу тебя держать под своим крылом вечно, но, прошу, позволь мне ещё немного с тобой понянчиться. Йегер одобрительно кивнула, прижимаясь к матери. Как бы там не было, а мама и по сей день остаётся самым преданным тебе человеком. И Лиза уже ни капельки не злилась на материнскую опеку. На шум прибежали другие разведчики. Не веря своим глазам, они протянули руки навстречу детям, которые кинулись к ним объятия. Мало того, даже Леви набрался смелости поцеловать Лилию и сказать, как же бы он без неё страдал. Думаю не стоит говорить, в каком восторге и шоке прибывала Лилия, да ещё и Ханджи со стороны душила обнимашками. Конни начал благодарить Сашу, за то, что спустила с того света детей, прижав их к себе, боясь отпустить. Как будто, если отпустит, они снова куда-нибудь умчатся. — Вы не представляете, что я пережил, — произнёс отец, целуя по очереди сына и дочь в макушку. Жану сначала хотелось накричать на Линду, отчитать за такое безрассудство, чтобы хорошо и надолго запомнила этот урок и не доводила его и брата до панических атак. Хотел, но не смог. Как только он увидел живую и невредимую дочку, вся злость исчезла, не оставив и следа. Он просто сжал её так крепко, насколько позволяли силы, ну не может быть строг с этой очаровательной малышкой. — Что же у тебя в голове творится, моя маленькая принцесса? — прошептал он, параллельно потрепав сына по волосам. — Эм, я прошу прощения, — промолвила Катрин, — А где мой отец? — Армин отдыхает в каюте, — ответила Микаса, указывая на дверь в конце, — Иди, он заждался тебя. Катрин поспешно поблагодарила мать лучшей подруги и понеслась по коридору, стуча небольшими каблучками и вдыхая свежий морской воздух. Девочка надеялась, что отец не смог окончательно расстроиться и надеялся на её возвращение. Она ведь обещала вернуться и сдержала данное слово. Катрин усмирила пляшущие сердечко, выровняла дыхание, постучала и открыла дверь. — Ох, Катрин, а я думаю, кто там так бегает? — Папа, я… — девочка начала давиться слезами, вытирая их грязным рукавом, — Я людей убивала! Я отвратительная, я знала, что придёт этот момент, но надеялась… — она всхлипнула, — Что он не наступит… Папа, мне так плохо… Армин аккуратно притянул дочь к себе, прижав к груди, убирая светлые пряди за уши. Катрин сжала его, пропитанную кровью, рубашку, даже не пытаясь себя успокоить. Кажется, все её переживания и страдания вырвались наружу. Армин молчал, гладя её по голове, осознавая какая же тяжёлая и страшная ноша навалилась на плечи его маленькой дочери. — Понимаю, милая, — наконец заговорил отец, дождавшись, пока дочь успокоится, — Я тоже в своё время через это прошёл. Пришлось убить девушку, чтобы спасти Жана… Но если бы я не пересилил себя, то ни Жана, ни Тима, ни Линды с нами не было бы. — А я стреляла, чтобы защитить тебя и своих друзей. — Вот видишь, это была вынужденная мера. Да, состояние после этого мерзкого дела крайне ужасное. Меня тоже и тошнило, и лихорадило, и кошмары по ночам снились. Я хотел, чтобы мой ребёнок никогда через это не проходил, но, честно сказать, я рад, что мы вместе. — Угу, я так долго к этому шла, — согласилась Катрин, — Люблю тебя, папочка. — И я тебя, солнышко. Моя отважная маленькая спасительница, — отец поцеловал дочь в щеку, — Пойдём воздухом подышим? Арлерты вышли на улицу, вглядываясь в бирюзовое небо, оно так ясно сочеталось с морем. Светило солнце. Летали чайки. Но в этот момент люди погибали. А Катрин и Армина вдруг окликнул женский голос. Обернувшись, они увидели сидящую на земле Энни, которая жестом предлагала присесть рядом вместе с ней.