Снежный мальчик

Imagine your face Say hello to me Then all the bad days They're nothing to me With you*

      — Ким Тэхён, наших слушателей очень интересует, почему столько Ваших песен посвящены зиме?       — Это моё любимое время года.       — Не могли бы Вы рассказать подробнее?       — В моей родной деревне зима снежная… Повсюду сугробы, красивые снегопады, узоры на окнах. Я люблю холод, люблю снег, люблю…

Девять лет

      Тэхёну девять лет, и он заблудился в лесу. Они играли с соседскими ребятами в догонялки, и в какой-то момент Тэхён понял, что за ним уже давно никто не бежит, а вокруг него деревья, заваленные снегом, похожие друг на друга как две капли воды. Ким не сразу растерялся, он решил возвращаться назад по своим следам. Но, как назло, началась метель, скрывая шансы мальчика добраться домой под толщей снега.       Но Тэхён был не из робкого десятка, поэтому настойчиво продолжил идти, сопротивляясь бьющему в лицо ветру и снегу. Его куртка, обувь и варежки уже промокли от валяния в снегу с друзьями, поэтому совсем скоро он замёрз. И как бы долго он не шёл, деревня не появлялась перед его глазами.       В итоге мальчик не выдержал и упал на снег спиной. Он смотрел наверх, там снежинки летали из стороны в сторону, закручивались по спирали, падали ему на лицо. Деревья трясли своими кронами, ссыпая снежные шапки на землю. А небо было белое-белое.       Воздух вырывался из приоткрытых губ Тэхёна паром, что тут же смешивался с ветром. Он почти перестал чувствовать ноги и руки. Мальчик растерянно всхлипнул. Слёзы горячими дорожками скатились по замерзающим щекам. Отчаянно хотелось домой, к маме и папе. Чтобы они его обняли, пообещали, что всё будет хорошо, посадили перед камином и дали в руки кружку горячего шоколада с зефирками.       Тэхён любил зиму. От этого ему стало ещё обиднее. Он зажмурился и из последних сил попросил духа зимы о чуде.       — Эй, мальчик… Мальчик!       Кто-то настойчиво тряс Тэхёна за плечо. Ким приоткрыл глаза, его ресницы уже покрылись снежинками. И увидел перед собой лицо человека. Это был молодой мужчина, с яркими голубыми глазами и белоснежными волосами, он обеспокоенно смотрел на него.       — Хён… — шепнул Тэхён еле слышно.       — Ты заблудился, да? — спросил незнакомец. — Пойдём, я провожу тебя.       Парень поднял мальчика и отряхнул от снега.       — Я не могу тебя согреть, — с извинением протянул он, — но остановлю метель.       Снежная буря вокруг и правда прекратилась. Но Тэхёну всё ещё было холодно, мокро и страшно, поэтому его губы опасно задрожали. От этого на лице парня отразился настоящий ужас.       — Эй, малой, только не плачь… Вот, смотри!       Тэхён с удивлением наблюдал, как после одного взмаха руки появился снежный кот. Он вальяжно махал хвостом и прохаживался по воздуху. От неожиданности мальчик даже перестал плакать. И, хотя незнакомец сказал, что не может его согреть, почему-то всё равно стало теплее.       — Вот так, — неуверенно улыбнулся светловолосый. — А теперь пошли.       Парень протянул ему руку, кот в ожидании замер с другой стороны, и Тэхён уже без сомнений взялся за протянутую руку. Даже через перчатку он чувствовал, что рука незнакомца ледяная. И одет он был не по погоде: в тонкие коричневые штаны, синюю толстовку, а обуви на нём и вовсе не было. Зато был интересный деревянный посох.       Несмотря на всё это, от него исходила тёплая и надёжная аура, которая согревала не хуже горячего шоколада.       Ким и заметить не успел, как они дошли до выхода из леса. Но у самого края светловолосый резко остановился и присел на корточки, поправляя шарф мальчика.       — Дальше я не пойду. Твои родители уже ищут тебя, они очень переживают… Так что иди к ним и больше не теряйся.       Потом он поднялся на ноги и развернулся, чтобы скрыться в чаще леса, но Тэхён схватил его ладошкой за руку. Парень с удивлением посмотрел на малыша.       — Хён, ты замёрзнешь, надень, — пробормотал Тэхён, стягивая с себя шапку и отдавая ошарашенному взрослому.       Тот смотрел на неё пару секунд, а потом с улыбкой надел обратно на мальчика.       — Я не могу замёрзнуть.       — Почему? — глаза Тэхёна удивлённо округлились.       Мужчина серьёзно посмотрел на него, раздумывая над чем-то, а потом тепло улыбнулся.       — М-м-м… Это секрет. Ты же никому не расскажешь?       — Никому! Честно! Я умею хранить секреты!       — Что ж, тогда, — светловолосый наклонился к его уху и прошептал, — я дух зимы.       Тэхён даже рот приоткрыл, смотря в серьёзные глаза светловолосого, на дне которых искрилось веселье.       — Правда?       — Правда. Меня зовут Юнги.       — А я Тэхён!       — Очень приятно, Тэхён. А теперь беги к родителям.       Но не успел он уйти, как Ким окликнул его снова.       — Хён! Мы увидимся? Ты придёшь ко мне поиграть?       Юнги облокотился на посох и взлетел на пару метров в воздух, кивая и легко улыбаясь.       — Конечно. Я здесь каждую зиму. Так что до встречи, Тэхён.       А потом он рассыпался снегом. Ким завороженно смотрел на то место, где недавно был дух зимы. А потом опять начал чувствовать, что замерзает, и вышел из леса. Совсем скоро он оказался в заботливых руках не на шутку перепуганных родителей.       Тэхён сказал, что сам выбрался из леса. Ведь он и правда умел хранить секреты.

Десять лет

      Тэхёну почти десять лет, и он всё также любит зиму. Возможно, даже чуть-чуть сильнее, чем раньше. Наступления декабря он ждёт с замирающим сердцем. Потому что его друг, Юнги, всегда приходит с первым снегом. Или, вернее, первый снег приходит вместе с ним.       После чудесного спасения они встретились через пару дней, когда мальчик увидел из окна сидящего на заборе Юнги. Тот, кажется, тоже не на шутку удивился, что Тэхён всё ещё видит его, но с радостью воспринял эту новость, ведь давно не общался с людьми, а только наблюдал со стороны.       Никто не мог его видеть, кроме Тэхёна, ведь тогда, когда мальчик замерзал в лесу и просил о чуде, оно и позволило ему видеть Юнги. И Ким честно исполнял своё обещание, никогда и никому не рассказывая о своём волшебном друге.       Дух зимы поначалу казался зажатым. Он не так часто улыбался, чаще слушал весёлый лепет ребёнка, чем говорил что-то сам. Но исправно помогал Тэхёну лепить снеговиков, даже когда не было снега, ведь мог наколдовать его сам. Они рисовали на окнах, дух — морозные узоры, а Тэхён выводил тёплым пальцем забавные рожицы. Юнги делал из снежинок разнообразных животных по запросам мальчика: кроликов, кошек, хомячков, белок, цыплят, лисиц, а один раз даже сотворил коалу, такое экзотичное животное вызвало бурный восторг у Кима.       Постепенно они сближались, и Тэхён стал чаще замечать тёплую улыбку на лице старшего. Теперь не только младший нёсся в лес, чтобы повидаться со снежным духом, но и тот исправно ждал его на опушке.       В конце февраля Тэхён рыдал горячими слезами, даже не пытаясь их стирать. Юнги, с выражением истинного ужаса на лице, то приближал руки к мальчику, чтобы вытереть слёзы, то убирал. Ведь коснись он их, солёная вода просто-напросто застыла бы на детском лице. Тогда он объяснил, что они могут общаться только три месяца в году.       Поэтому первое декабря было помечено красным фломастером в настольном календаре Тэхёна. Ровно в двенадцать ночи, когда он уже должен был спать, мальчик тихо выбрался из кровати и сел около окна. До самого утра он ждал, когда на улице пойдёт снег, и в итоге заснул там же. А утром его ждала за окном снежная сказка. Родители удивлялись, как же такое могло произойти за ночь да ещё и в начале декабря, а Ким крутился на стуле, нетерпеливо ожидая, когда же его отпустят на улицу.       Дав родителям обещание вернуться до сумерек, он вихрем понёсся на опушку леса, на которой они обычно встречались с Юнги. Когда он прибежал, старший уже сидел там, он парил в воздухе, по-турецки скрестив ноги. За то время, что они не виделись, дух зимы ни на чуточку не изменился, тогда как Тэхён вырос на целых три сантиметра!       — Хён! — воскликнул мальчик, разгоняясь так быстро, что бухнулся в снег.       Послышался тихий смех, и когда Тэхён открыл глаза, он увидел лицо старшего перед собой, как когда-то давно.       — Привет, малой, — улыбнулся Юнги, поднимая его и отряхивая от снега.       — Я больше не малой, — запыхтел мальчик на прозвище, которое прицепилось к нему за прошлую зиму. — Мне почти десять! И я стану выше тебя, вот увидишь!       — Хорошо-хорошо, — покорно кивнул Юнги. — Как тебе мой сюрприз? Я старался украсить деревню и лес за эту ночь.       — Очень красиво! Спасибо, хён, — искренне поблагодарил Тэхён и бухнулся в объятия старшего. — Но лучше бы ты сразу пришёл, я ждал тебя… Я так скучал, хён!       — Я тоже, Тэ-тэ. Но мне надо сделать свою работу.       Ким отстранился, смотря в лазурные глаза духа.       — А я… Могу помочь?       Брови парня взлетели вверх.       — Помочь мне устроить зиму?       — Да!       Юнги смотрел на раскрасневшегося Тэхёна, в глазах которого горел восторг. Он был таким очаровательным, что дух зимы не смог его разочаровать.       — Да, конечно. Пошли.       Он протянул мальчику руку, и они пошли гулять по лесу, развешивая на деревьях сосульки, укрывая кроны снежными шапками, украшая узорами озёра. Тэхён восторженно рассказывал обо всём, что произошло с ним за те девять месяцев, что они не виделись. А Юнги с интересом слушал об обычной жизни людей.       День пролетел незаметно, и, когда они уже дошли до ворот дома Тэхёна, мальчик внезапно осознал, что так и не помог «устроить зиму». Уголки его губ тут же опустились вниз.       — Хён… Я ведь так тебе и не помог. Ты сам всё сделал.       — Вовсе нет, — тут же ответил старший, смахивая с шапки мальчика снежинки. — Ты развлекал меня разговорами, и мне было не так одиноко.       — Правда?       — Конечно. Поможешь мне и в будущем украшать лес и деревню?       Тэхён с готовностью кивнул.

Одиннадцать лет

      Тэхёну уже одиннадцать лет, и родители подарили ему новенькие коньки на новый год. Юнги пообещал научить его кататься, так что мальчик спешит к озеру в лесу, который старший собирался подготовить.       Он находит Юнги сидящим на берегу и смотрящим на лёд. На лице Тэхёна появляется ухмылка, не часто удаётся застать старшего врасплох. Так что он делает снежок, подбирается ближе и кидает, попадая прямо в голову. Мальчишка восторженно кричит и делает новый снежок, уже готовясь обороняться, но видит, что повернувшийся к нему дух вовсе не выглядит радостным. Вместо этого его щёки блестят дорожками замёрзших слёз.       Сумка и снежок выпадают из ослабевших пальцев Тэхёна, и он спешит к старшему, обхватывает за шею крепко-крепко, отогревая слёзы.       — Хён, прости! Тебе больно? Я хотел просто пошутить…       Тэхён чуть ли не плачет, он очень боится, что ранил и обидел своего друга, боится, что он больше не появится… Его обнимают чужие прохладные руки.       — Эй, Тэ-тэ, всё в порядке, мне не больно.       — Но… Ты же плакал.       — Это не из-за тебя, ты не сделал ничего плохого.       Голос старшего звучит убедительно, так что Тэхён отстранятся и смотрит на него испытующе.       — Тогда что произошло, хён? Ты можешь рассказать мне!       Юнги улыбается и поправляет сбившуюся шапку на мальчике.       — Я расскажу тебе, когда ты немного подрастёшь, хорошо?       На это Тэхён обиженно надувается и вырывается из заботливых рук хёна.       — Мои родители тоже так всё время говорят! Я уже взрослый, хён!       — М-м-м, правда? — Юнги подминается с корточек, возвышаясь над ребёнком. — Я расскажу тебе, как только ты станешь выше меня.       — Но это нечестно! — топает ножкой мальчик. — Это будет ещё очень нескоро!       — Тогда хорошо питайся, слушайся родителей и занимайся спортом. Не успеешь заметить, как перерастёшь меня.       — Не смейся, хён, я и правда перерасту!       — Конечно. А теперь надевай коньки, давай учиться.       Всё ещё недовольно пыхтя, Тэхён натягивает на ноги чёрные коньки и неуклюже выбирается на лёд, почти тут же растягиваясь на нём.       — Тэхён, ты в порядке? — Юнги обеспокоенно опускается рядом с ним.       Но Ким, всё ещё обиженный недоверием к нему старшего, с гордостью отпихивается от его рук и, качаясь, поднимается назад на ноги. Юнги горестно вздыхает, раздумывая, что же ему делать с этим ребёнком, а потом хлопает в ладоши, ободряюще улыбается и колдует себе ледяные коньки. Наблюдая за очередным чудом, Тэхён нехотя немного отмерзает внутри, хотя пытается сохранять обиженное выражение лица.       Но по мере того, как Юнги учит его правильно ехать и тормозить, он забывает о своей обиде окончательно. Он ещё много раз почти падает, но старший посылает к нему ветер, который подхватывает его и аккуратно ставит назад на ноги или опускает на лёд. Через пару часов, уставший, но довольный Тэхён уже неплохо может проехать по прямой и развернуться. Юнги аплодирует ему и хвалит, из-за чего на щеках мальчика расцветает радостный румянец.       Тогда он думает, что может и подождать пару лет, чтобы услышать секрет Юнги. Он станет высоким и взрослым, и уже сам сможет ловить старшего при падении. А пока что он просто доверится ему.

Двенадцать лет

      Тэхёну уже почти двенадцать лет, и он получил первую в своей жизни двойку. Домой он даже не думает идти, а сразу направляется в лес. На знакомой опушке лежит Юнги, над ним танцуют снежные звёзды, он задумчиво смотрит на них. Ким плюхается на снег рядом и показательно горестно вздыхает.       — Что случилось? — интересуется старший, смотря на него снизу вверх.       Но в ответ слышится ещё один вздох.       — Эй, Тэ-тэ, — Юнги тыкает в его рёбра пальцем пару раз для надёжности, — я же вижу, что что-то произошло.       Ким пару секунд раздумывает, потом роется в рюкзаке и отдаёт старшему в руки дневник. Дух с интересом рассматривает обложку с персонажами видеоигры и с криво выведенным именем. Потом открывает и листает, доходя до последней заполненной страницы.       — Так… Ты из-за этого расстроен? — с осторожностью уточняет он.       Тэхён со вздохом кивает и морщится. Но Юнги, против его ожиданий, молчит и листает дневник в обратном порядке.       — А ты прилежный ученик, Тэ-тэ. Молодец!       Но не успевает рука старшего коснуться шапки мальчика, как тот отшатывается в сторону и смотрит на него с недоверием.       — Ты что, не видел двойку?       — Видел, — пожимает плечами Юнги, а потом поворачивает дневник к Тэхёну разворотом. — А ещё видел, что тут сплошные хорошо да отлично.       — И всё же… — с сомнением тянет Тэхён, — родители будут разочарованы во мне.       — Хм, — задумывается Юнги, — должно быть, у тебя была причина, чтобы получить такую оценку.       — Я… Просто не выучил. Устал после прогулки и не сделал домашнее здание. Нет никакой причины.       — Как это нет, ты её только что назвал.       — Какая же это причина?       — Самая настоящая. Тэхён, ты не обязан всё время быть идеальным. Жизнь состоит не только из учёбы, но ещё и из прогулок, развлечений, хобби. Просто выучи эту тему в будущем и ответь ещё раз. Это вовсе не трагедия, родители поймут тебя.       Тэхён недоверчиво косится на серьёзного хёна, вспоминая, что тот вовсе не знаком с его родителями.       — Даже если ты прав, мне всё равно страшно идти домой…       — Ну, тебе придётся, рано или поздно.       — Не хочу, — дуется мальчик. — Можно я останусь с тобой?       — В лесу? — фыркает Юнги.       — Ага. Ты же тут живёшь.       — Я совсем другое дело, Тэхён, — улыбается тот, и всё же тянется потрепать своего младшего друга через шапку по голове. — Ты замёрзнешь.       — Ты всегда так говоришь, но я никогда не мёрзну рядом с тобой. Да и вообще я люблю холод.       — Тэхён, ты говорил, что уже взрослый, но рассуждаешь как ребёнок.       Ким обиженно поджимает губы и отбирает из рук старшего дневник, чтобы упаковать назад в портфель.       — Тебе нужна семья, что бы ты там ни думал, — продолжает старший, не обращая внимания на недовольное пыхтение сбоку. — Нужен тёплый дом, еда, нужна школа и друзья. Научись ценить это, и тогда действительно вырастешь.       — Легко тебе говорить! — в сердцах восклицает Ким, и тут же замечает, как тень боли пробегает по обычно спокойному лицу Юнги.       — Ты прав… Я научился ценить это слишком поздно.       — Хён, я… Не это имел в виду.       Кажется, впервые с их знакомства они сидят в неуютной морозной тишине. Тэхён кусает обветренные губы и бросает расстроенные взгляды на задумчивого Юнги.       — Прости, я не хотел расстроить тебя.       — Я знаю, — тихо улыбается Юнги. — Прислушайся к тому, что я сказал тебе. Никогда не отказывайся от семьи так легко. Они хотят тебе только лучшего, поэтому иди домой и расскажи всё честно.       — Хорошо, хён, — кивает он и неловко спрашивает: — Проводишь меня до края леса?       — Конечно.       В тишине они доходят до того места, где обычно прощаются (если Юнги не решает проводить младшего до ворот). Тэхён мнётся на месте, а потом бросается к старшему и крепко обнимает его.       — У тебя тоже есть семья, хён. Я.       А потом разворачивается и убегает, не замечая, с какой тёплой улыбкой Юнги провожает его взглядом.

Тринадцать лет

      Тэхёну уже тринадцать лет, и он впервые влюбился. Это новенькая девочка в их классе. Она очень симпатичная и милая, у неё две косички, повязанные красными бантиками, красные же босоножки, белая блузка и чёрный сарафан.       Её подсаживают за парту к Тэхёну, и он постоянно развлекает её рассказами о школе, деревне и любимых мультиках. Но Ким знает, что она нравится не только ему. Совсем недавно его одноклассник провожал её до дома и даже нёс её рюкзак. Он потом хвалился об этом всем соседским мальчишкам. Тэхён тогда подумал, что не стал бы хвастаться чем-то таким, а ещё подумал, что завидует.       На встречу к Юнги он идёт в ужасном настроении, и тот сразу подмечает это, ведь давно научился улавливать малейшие изменения на лице своего подопечного.       — Что случилось, Тэ-тэ?       С мученическим вздохом Тэхён валится на спину. Совсем скоро Юнги аккуратно ложится рядом, головой к нему.       — Хён, — зовёт младший.       — М-м-м?       — Наколдуй что-нибудь?       — Что-что?       — Мне просто нужно маленькое чудо. Ну, наколдуй!       Юнги поднимает руку в воздух, и из его пальцев вылетает снежный кот. Он резвится в небе, пока мальчик наблюдает за ним внимательным взглядом.       — Не нравится? — хмурится дух.       — Нравится, — вздыхает Тэхён, — но всё равно как-то невесело.       Светловолосый растерянно вздыхает, и после ещё одно взмаха руки кот мягко опускается на живот Тэхёна и сворачивается калачиком. Мальчик протягивает руку, и гладит холодную гладкую спину животного.       — Жаль, что он не может мурчать.       — Не слишком ли много запросов у тебя в последнее время? — с улыбкой уточняет Юнги и садится. — Так и не расскажешь, что произошло?       — Девушка, — трагично вздыхает он.       Дух зимы пару секунд смотрит на его серьёзное детское личико и еле сдерживает улыбку, боясь обидеть младшего.       — И что с ней? — искренне интересуется он.       — Мне она очень нравится, но вот я ей, кажется, нет.       — И с чего ты это взял?       — Ну… — мальчик задумывается, — я всегда первый с ней заговариваю. На переменах она уходит к подругам. А ещё её провожал до дома мой одноклассник. И даже нёс её рюкзак!       — Рюкзак — это серьёзно.       Тэхён с подозрением косится на старшего.       — Это не смешно…       — Знаю, прости, — всё же улыбается тот.       — И ты даже ничего мне не посоветуешь?       — Я не особо хорош в любовных делах, — пожимает плечами Юнги. — Но могу сказать тебе универсальное средство на все случаи жизни — будь честен. Бессмысленно гадать, что чувствуют другие люди или обижаться, что они не понимают всё без слов. Если эта девушка тебе и правда нравится, то сделай шаг вперёд.       Мальчик слушает его, нахмурив брови, и задумчиво грызёт обветрившуюся губу.       — Страшно, — в итоге выдыхает он.       — Понимаю, но по-другому никак, — пожимает плечами дух.       — Но ведь и ты сам не следуешь этому правилу, — замечает Тэхён. — Ты так и не рассказал мне, почему плакал тогда…       — А разве ты стал выше меня? — усмехается Юнги.       — Тогда и я признаюсь ей, когда стану выше, — заключает мальчик.       — И упустишь момент.       — Если этому суждено быть, то не упущу.       Юнги хмыкает и падает назад на спину. Снежный кот тут же спрыгивает с груди Тэхёна, идёт к своему зимнему хозяину и укладывается под бок. Мальчик следит взглядом за зверьком, который до странного похож на его друга. Такой холодный и тёплый одновременно. Ким улыбается и думает, что маленькое чудо всё же подняло ему настроение.

Четырнадцать лет

      Тэхёну сегодня исполняется четырнадцать лет. Ему всегда нравилось, что его день рождения зимой, а особенно 30 декабря, прямо перед тем, как настанет новый год. А ещё благодаря этому он мог отмечать день рождения и с Юнги.       Вот и сегодня, как только стрелки перевалили за двенадцать, в его окно скребётся лапой снежный кот. У Тэхёна внутри всё замирает от нетерпения. Он надевает приготовленную заранее уличную одежду, закидывает на плечо сумку с коньками и открывает окно, сразу краснея на морозном воздухе. Юнги хорошо постарался к дню рождения своего друга: земля укрыта новым слоем мягкого снега, блестят на крышах и деревьях сосульки.       Снежный кот как будто улыбается Тэхёну. Его шёрстка переливается мерным голубым свечением, и он проплывает по воздуху дальше, призывая мальчика пойти за собой. Ким выскальзывает из окна и идёт к заранее построенной Юнги снежной горке, по которой может скатиться с крыши. Он падает в кокон из снега, выныривает из него и спешит вслед за котом по скрипящему под ногами снегу.       Чем дальше они уходят в лес, тем больше он напоминает сказочный. Юнги каждый год старается удивить его чем-то. На этот раз снег на деревьях принимает форму лепестков, которые светятся голубым и белым, а под ногами расцветают прекрасные ледяные цветы. Но Тэхён почти не обращает на это внимания, потому что спешит вперёд за котом, чтобы побыстрее дойти до Юнги.       Когда он выходит на их поляну, то замирает на месте, рассматривая снежный городок, что построил ему дух зимы. На поляне расположены небольшие домики, рынок с прилавками, на другом берегу озера виднеется замок, а на улицах прогуливаются снежные животные. Тэхён исследует улочки, заглядывает в окна домов и трогает руками ледяные фрукты, что тают в его руках.       Юнги обнаруживается уже у самого озера. Он приветливо машет другу, и в груди Тэхёна поднимается ещё больший восторг, чем при виде всех остальных чудес. Он спешит вперёд и бухается в объятия Юнги. Тот гладит его по спине и голове, и мальчик жмётся ближе.       — С Днём рождения, Тэ-тэ, — тепло шепчет он.       — Спасибо, хён! — искренне благодарит ребёнок, отрываясь от старшего. — Ты превзошёл сам себя!       — С каждым годом всё сложнее тебя удивлять, — вздыхает он.       — Но у тебя получается.       — Я рад, — тепло улыбается он. — А теперь идём кататься.       Тэхён натягивает коньки, пока Юнги уже нарезает круги по блестящему озеру в ледяных коньках. Мальчик давно научился хорошо кататься, так что уверенно направляется к духу зимы. Сначала они просто демонстрируют своё мастерство, а потом играют в догонялки. Под конец Тэхён обессиленно растягивается на льду, а дух продолжает кружиться вокруг него.       — Это нечестно, — поджимает губы мальчик, — ты не можешь устать, в отличие от меня.       — Но это делает тебя человеком, — улыбается Юнги.       — Что хорошего в том, чтобы быть человеком?       — М-м-м, — тянет дух и опускается рядом с ним на лёд, — например то, что сегодня ты стал на год старше. Ты меняешься и учишься, у тебя есть будущее. Дома тебя ждёт семья. Это здорово.       — Когда ты говоришь так, становится очень грустно… — хмурится Тэхён. — Но ведь и духом зимы быть здорово! Ты можешь создать столько удивительных вещей.       — Это правда, — кивает Юнги, и в его руке возникает ледяное яблоко, которое он рассматривает. — Но все они в итоге растаят. Я бы хотел подарить тебе что-то, что не исчезнет весной...       — Ты уже подарил, хён.       — О чём ты?       — Ты подарил мне все эти чудесные моменты. Мои воспоминания не могут растаять.       И искренняя улыбка Юнги становится ещё одним подарком, который Тэхён прячет в своём сердце.

Пятнадцать лет

      Тэхёну пятнадцать лет, и он наконец-то решил, кем хочет стать. За свою жизнь он в голове перебрал множество специальностей: от пожарного до актёра. Ким с детства ходил в местный дворец культуры, до которого надо было ехать час на автобусе, там он изучал живопись, музыку и актёрское мастерство. Ему нравилось рисовать и играть на сцене тоже, но музыка всегда привлекала всё же больше.       В отличие от большинства своих одногруппников, вместо фортепиано Тэхён решил учиться играть на саксофоне. Его привлекало звучание этого духового инструмента, низкие и протяжные ноты. Ещё ему нравилось петь, и преподаватель говорила, что его голос очень хорошо подходит этому инструменту, как будто он заранее это чувствовал, когда ещё в детстве выбрал именно его.       И вот, когда в школе им задали вопрос, кем они хотят быть, когда вырастут, чтобы определить дальнейшую специализацию, Тэхён серьёзно задумался. Он был неплох и в точных, и в естественных науках, но они никогда его особо не интересовали. До этого музыку он воспринимал больше как хобби, а тогда понял, что именно с ней он и хотел бы связать свою жизнь.       Родители, которые поначалу пытались его переубедить, в итоге всё же сдались и поговорили с преподавателем по музыке. Все вместе они наметили примерный дальнейший план. Так что теперь, в свои пятнадцать лет, Тэхён взялся за дело ответственно.       У него уже несколько лет был заведён небольшой блокнотик, куда он записывал приходящие на ум стихи. А на саксофоне давно стал отходить от нотного текста и импровизировать. Вот и сейчас он сидел в своей комнате вместе с музыкальным инструментом, и отрывался от него только чтобы записать в тетрадь ноты.       Как вдруг к нему в окно прилетел снежок. Мальчик вздрогнул, и, отложив саксофон, подошёл к окну. Но за ним никого не оказалось. Тогда Тэхён открыл его и выглянул на прохладный воздух. Он ожидал увидеть под окнами своих хихикающих друзей или Юнги на заборе, но впереди никого не было. И тут морозный ветерок забрался ему за шиворот, и Тэхён развернулся вправо, нос к носу сталкиваясь с духом зимы.       — А я думал, когда ты догадаешься, — ухмыльнулся Юнги, сидящий на крыше.       Тэхён расплылся в счастливой ответной улыбке и отошёл от окна, приоткрывая его для гостя пошире. Юнги редко заходил к нему, предпочитая звать младшего друга к себе в гости в лесные просторы. На улице он чувствовал себя свободнее. Но в редкие дни, когда родителей Тэхёна не было дома, он стучался к нему в окно и залетал внутрь, покрывая пол тонким слоем изморози.       — Ты занимался? — спросил дух, кивнув на саксофон.       — Ага, мне надо больше практиковаться, если я хочу поступить в консерваторию.       — Получается, ты уже окончательно решил? — Юнги садится на стул и внимательно смотрит на Кима.       — Ну-у-у, — тянет тот, усаживаясь на кровать — пока что да. Конечно, многое может измениться за четыре года до выпуска, но мне очень нравится музыка… Нравится играть на саксофоне, петь и сочинять тексты. Это делает меня счастливым.       — Ясно, — тихо улыбается дух, — я рад за тебя.       — Но радостным почему-то не выглядишь, — растерянно замечает Тэхён.       Дух зимы и правда выглядит разбитым: его плечи опущены, уголки губ смотрят вниз, а в глазах можно рассмотреть тоску. Юнги неловко передёргивает плечами, как будто сомневается, что стоит говорить, но всё же произносит:       — Просто я только сейчас начал осознавать, что когда-нибудь ты уедешь отсюда.       — О, — только и выдаёт Тэхён.       Юнги был очень большой частью его жизни. Был его спасителем, старшим братом, близким другом, тем, кем он восхищался. Юнги был прекрасным чудом, что случайно произошло с самым обычным мальчишкой. Но всё же он был лишь частью.       У Тэхёна была семья, другие друзья, влюблённости, будущее. А Сеул манил его огнями большого города и возможностями. Чем старше он становился, чем больше разнообразием наполнялась его жизнь, тем меньше места в ней было для Юнги, с которым у них и так было всего три месяца.       Зимний дух же, как появлялся в декабре и исчезал в конце февраля, неотступно следовал за своим единственным другом. Только повзрослев, Тэхён осознал, каким важным был для него, хотя раньше думал, что это ему самому больше нужен взрослый и потрясающий хён.       И мальчику расхотелось уезжать. Смотря на грустного Юнги, который так много сделал для него, он подумал, что был бы не против провести всю жизнь в этой деревне, если каждую зиму он сможет видеться с духом.       Не найдя слов, способных выразить его чувства, Тэхён соскользнул с кровати и крепко обнял замершего от неожиданности Юнги, неудобно наклонившись вниз.       — Эй, мелкий, ты чего…       — Я почти что одного с тобой роста, не зови меня так, — всхлипнул ему в плечо Тэхён.       — И всё такой же плакса, — по-доброму ухмыльнулся Юнги.       — Я не плачу! — воскликнул мальчик, через силу сдерживая слёзы.       Юнги вздохнул, встал со стула и крепко обнял Тэхёна, который тут же уткнулся ему в шею. Холод и тепло столкнулись друг с другом, но обоим было комфортно. Перепады температур с недавнего времени стали приносить уют.       — Хён, — приглушённо пробормотал Тэхён, — я никуда не уеду. Останусь жить тут…       Дух удивлённо захлопал глазами и отстранил мальчишку от себя, увидев покрасневшие глаза и щёки.       — О чём ты, Тэ-тэ?       — Не хочу, чтобы тебе опять было одиноко…       — Глупый, — рассмеялся Юнги. — Я не это имел в виду. Ты должен поехать, чтобы исполнить свою мечту, о большем я и мечтать не могу.       — Но как же ты?       — А я буду ждать тебя тут. Буду устраивать самую красивую зиму, украшать все деревья и дома. Чтобы тебе хотелось вернуться хотя бы на денёк и увидеть эту красоту.       — Я обязательно буду навещать тебя каждую зиму!       — Обещаешь? — Юнги вытянул мизинец вперёд, как ещё в детстве научил его Тэхён.       Мальчик улыбнулся и переплёл их мизинцы, а потом они запечатали обещания большими пальцами.       — Обещаю, хён.

Шестнадцать лет

      Тэхёну шестнадцать лет, и он рисует Юнги. Они сидят на поляне, которая успела стать для него вторым домом. На руках большой альбом с твёрдой картонной подкладкой. В руке карандаш. А напротив Юнги.       Недавно Ким узнал, что дух зимы не помнит, как выглядит. Он не мог отражаться в зеркале и в воде, не мог быть запечатлён на снимке. И тогда Тэхён вызвался нарисовать его.       Сказать честно, иногда он делал наброски своего хёна в альбоме, но никогда не решался попросить его позировать. Поэтому был рад выдавшейся возможности.       Поначалу Юнги было неловко, но потом он расслабился за непринуждёнными разговорами, в которые его вовлёк Тэхён. А потом и вовсе прикрыл глаза и как будто задремал, если бы мог спать. На самом деле он слушал шум ветра, звук шуршащего карандаша по бумаге и дыхание Тэхёна.       Младший же скользил взглядом по растрёпанной чёлке, овалу лица, милым округлым щекам, прикрытым глазам с короткими тёмными ресницами, носу и выразительным губам. Юнги был очень красивым. Даже было немного обидно, что его видеть мог только Тэхён. Но Ким бы соврал, ели бы сказал, что совсем не наслаждался своим исключительным правом на общение с духом зимы.       Ему нравилось, что Юнги всегда ждал его. Всегда был готов прийти на помощь. Нравилось, что в детстве он поддерживал все его игры. Нравилось, что, когда он стал старше, с не меньшим интересом Юнги слушал каждое его слово.       Тэхёну нравились холодные объятия и тёплые улыбки. Ему нравился тихий голос, что рассказывал о чудесах света. Ему нравились уверенные руки, что останавливали его от падения.       Юнги был его драгоценным хёном. Но когда же он стал не просто хёном? Когда он стал так много значить для него?       Карандаш замирает над рисунком. Тэхён смотрит на графитную копию на холсте, что и в малую долю не передаёт выразительный взгляд и внутреннюю силу. Он сжимает карандаш крепче и громко вздыхает.       — Что такое, Тэ-тэ?       Тэхён вздрагивает, отрывает взгляд от рисунка, чтобы тут же утонуть в глубоких голубых глазах.       «Тэ-тэ». Так его называли только родители в детстве. От других ему не нравилось такое уменьшительно-ласкательное сокращение имени, но каждый раз, как его произносил Юнги, в груди покалывало холодными иголочками.       Щёки окрасились в розовый, и Тэхён, сам не понимая почему, вернул взгляд на рисунок.       — Я закончил. Но получилось не особо хорошо…       — Можно посмотреть?       Юнги протянул руку, и Тэхён вложил в неё альбом. Дух внимательно разглядывал рисунок с минуту, и, когда Ким окончательно занервничал, на его лице появилась улыбка, под стать той, что была на рисунке.       — Ты нарисовал меня красивее, чем я себя помню.       — О чём ты? — удивился Тэхён, даже поднимаясь и заходя за спину Юнги, чтобы ещё раз взглянуть на рисунок. — Наоборот, тут ты даже на малую долю не так хорош, как в жизни!       — Так я красивый? — смеётся Юнги.       — Будто сам не знаешь, на комплимент напрашиваешься… — тушуется Тэхён, опять краснея.       — Я и правда плохо помню себя, может быть, ты прав, — идёт на попятную дух, и трогает своё лицо, как будто это поможет ему убедиться.       — Я могу потом нарисовать тебя в цвете, — добавляет Ким. — У тебя белоснежные волосы и ярко-голубые глаза.       — Что? — восклицает Юнги и смотрит на него в шоке.       Они оказываются так близко, что Тэхён отшатывается и бухается на снег.       — Эм, я что-то не так сказал? — пытаясь вернуть себе самообладание, говорит Ким.       — Я уверен, что они тёмные.       — Ну… Нет.       Разговор кажется Тэхёну глупым. Он же не дальтоник и ясно видит Юнги. Но тот продолжает тянуть волосы вниз, как будто это поможет ему их увидеть. Даже дёргает один волосок, но вырвать его не получается.       — Хён… — тянет Ким, видя отчаяние на лице старшего.       — Как же так? У меня были чёрные волосы и карие глаза… Я ведь кореец.       — Ну, ты же не человек, — осторожно замечает Тэхён.       — Но я им был, — роняет Юнги.       Тэхён даже приоткрывает рот от неожиданности. Он никогда не задумывался о происхождении Юнги. Он казался ему чем-то вечным, как природа. Хотя иногда дух вспоминал о своей семье или о том, каким был раньше, но Тэхён был слишком маленьким раньше, чтобы связать одно с другим.       — Я… Я не знал, прости.       Они замолкают. Юнги продолжает смотреть на рисунок, а Тэхён на него. Он думает, что дух и правда очень дорог ему, но на самом деле он так мало о нём знает. Но сейчас не хочется расспрашивать о болезненном прошлом. Тэхён уже намного старше, чем был семь лет назад, когда они познакомились. Так что он медленно опускает руку на волосы Юнги и гладит их, заставив духа посмотреть на него.       — Тебе очень идёт такой цвет волос. Он похож на первый, самый чистый снег. А глаза напоминают синеву замёрзшего озера. Ты очень красивый Юнги. Прямо как из сказки.       Щёки Юнги окрашиваются в голубоватый. Тэхён давно понял, что это происходит, когда тот смущается. Старший откашливается, а потом снова смотрит на рисунок, но теперь с улыбкой.       — Раскрась его, пожалуйста, для меня. Тоже хочу это увидеть.

Семнадцать лет

      Тэхёну почти семнадцать лет, и он еле дождался декабря. Раньше отсутствие Юнги ощущалось, но именно в этом году он больше всего по нему тосковал. Ким нарисовал десятки его портретов, блокноты были наполнены стихами о зиме, а сердце рвалось на опушку леса. Там зеленела трава, распускались почки, затем росли и желтели цветы. Но нестерпимо хотелось почувствовать под ногами скрипящий снег.       Сразу, как стрелки на часах переваливают за двенадцать, Тэхён выбегает из дома, даже не дожидаясь приглашения. Он бежит через лес по знакомой тропинке, а сверху начинают лететь первые хлопья снега.       Юнги уже ждёт его у пруда. Сверху светит луна, пуская блики по белоснежным волосам парня. О ноги духа трётся снежный кот, который дремал вместе с хозяином.       Сердце Тэхёна пропускает долгий удар. Он останавливается на секунду, чтобы перевести дыхание, а потом с новым запалом энергии бросается вперёд и падает в объятия хёна. Холодные руки обнимают его крепко, а мягкие волосы касаются виска. Тэхён глубоко втягивает воздух, ощущая любимую морозную свежесть.       — Я так скучал, хён, — шепчет он.       Юнги отстраняется, придерживая его за плечи, и внимательно рассматривает. От этого взгляда по спине парня бегут мурашки.       — Ты так вырос, — в итоге говорит Юнги.       А вот Юнги ни капельки не изменился. Он всё такой же, как в день их встречи. Но сейчас он кажется Тэхёну совершенно иным, возможно, потому что изменился он сам.       — Мне почти семнадцать, — улыбается тот. — Я же говорил, что буду выше тебя, хён.       Дух зимы неуверенно улыбается, проводя руками по плечам младшего. Тэхён всё ещё мальчишка, но они уже почти одного возраста. Из его черт лица постепенно исчезает детская припухлость, голос стал ниже, телосложение крепче, взгляд серьёзнее. Юнги пытается найти в этом молодом человеке своего маленького мальчишку и видит только на глубине глаз прежнее восхищение и восторг.       — Хён, помнишь то обещание, что ты дал мне когда-то здесь? — спрашивает Тэхён.       Юнги переводит взгляд на озеро, вспоминает, как когда-то давно не сдержался и дал волю эмоциям тут, что увидел ребёнок.       — Ты тоже кое-что пообещал, — напоминает дух. — Ты сказал, что признаешься в любви… — Тэхён замирает, —… той девочке.       — А, это… — выдыхает младший.       За этот год он многое успел переосмыслить о себе. Ким начал замечать, что засматривается не только на девочек в школе, но и на мальчиков. Ему потребовалось время, чтобы принять это в себе, и до сих пор было немного страшно. Но не так страшно, как чувства к тому, кто был даже не совсем человеком.       Тэхён знал, что и сам был привлекательным. Многие девочки в школе проявляли к нему интерес, а ещё был мальчик из его актёрского кружка, который делал весьма недвусмысленные намёки. Только вот в сердце Тэхёна была зима.       Часть его надеялась, что он ошибался и просто слишком сильно скучал по своему снежному другу. Но вот он стоит рядом с ним, и сердце заполошно бьётся в груди так, как не билось ни с кем другим рядом.       — Она больше не нравится мне, — качает головой Тэхён.       — Вот как, — хмурится Юнги. — Я же говорил тебе, что можно упустить момент.       — Я не жалею. Думаю, если бы это и правда было что-то особенное, то чувства бы не прошли.       — Иногда, Тэ-тэ, не нужно выжидать момент, а нужно просто действовать. Ты никогда не узнаешь, что бы вышло, если бы ты попробовал.       Тэхён знает, что в словах Юнги нет скрытого смысла, но всё равно переносит их на свои чувства сейчас. Он краснеет и откашливается.       — Хён, ты думал, я не замечу, что ты перевёл тему?       — О чём ты? — невинно хлопает глазами тот.       — Ты знаешь о чём. Почему ты плакал тогда, у озера?       Юнги тяжело вздыхает, он правда хотел никогда об этом не вспоминать.       — Это очень грустная история, Тэ-тэ. Уверен, что хочешь её услышать?       Тэхён с готовностью кивает. Любые крупицы информации о Юнги подобны алмазам. Дух зимы утягивает его за край кофты к берегу озера и садится на пожелтевшую траву. Под ним сразу появляется слой инея, а когда он касается водной глади пальцем, на ней образуется тонкая корочка льда. Тэхён усаживается рядом, внимательно следя за страшим.       — Как ты думаешь, сколько мне лет? — тихо спрашивает тот.       Ким теряется. Он задумывался об этом иногда, но спросить боялся, ведь Юнги болезненно реагировал на упоминания о своём человеческом прошлом.       — Я… Если честно, до прошлого года я вообще не задумывался, что раньше ты был человеком. Ты же дух, поэтому, может быть, тысяча или миллион…       Юнги звонко смеётся, в уголках его глаз даже выступают замёрзшие слёзы. Младший понимает, что сказал какую-то глупость, и краснеет.       — Я имел в виду, сколько мне было, когда я погиб? — в итоге выдыхает дух, всё ещё хихикая, что совсем не вяжется с его словами.       — Ох, — тушуется Тэхён, — восемнадцать? Я не очень хорош в определении возраста…       — Ты почти угадал, — мягко улыбается тот. — Мне было девятнадцать. И это было восемьдесят шесть лет назад, так что… Мне, конечно, не тысяча, но сто пять лет. Хотя, если честно, я не очень это ощущаю. Как будто замер в одном времени и не могу двинуться дальше.       — Ты можешь не рассказывать, если не хочешь, — замечает Тэхён.       — Нет, я хочу рассказать, — качает головой Юнги. — Невозможно бежать от этого вечность. Да и… Я хочу, чтобы ты знал.       Тэхён пытается улыбнуться, хотя сердце сжимает от страха.       — Я тоже жил в этой деревне со своей семьёй, родителями и младшей сестрой. В том доме, что прямо у леса, знаешь?       — Да, сейчас там живёт семья Ли, это твои?..       — Нет. Мои родители давно умерли, у сестры появилась своя семья, и они продали этот дом. Я не знаю, что с ними сейчас. Ей уже должно быть девяносто три, так что, может быть, её и нет уже в живых. Наша фамилия была Мин.       — Мин Юнги, — тихо говорит Тэхён, впервые он произносит полное имя своего хёна.       — Давно я этого не слышал, — слабо смеётся Юнги. — Знаешь, тогда я хотел уехать отсюда, хотел забыть это имя… Но сейчас так приятно, будто я всё ещё тот Мин Юнги.       — Как… Как это произошло?       — Прямо тут.       — Что?       — Вот на этом озере, — Юнги машет в сторону воды, — я умер вот здесь.       Тэхён застывает в ужасе. Сколько раз они гуляли здесь? Сколько раз катались по замёрзшему льду? И всё это время Юнги вспоминал о прошлом?       — Моей сестре было семь лет тогда, и родители попросили научить её кататься на коньках. Был конец декабря, лёд казался замёрзшим. Но когда мы были на середине озера, он внезапно пошёл трещинами. Я смог спасти сестру, но сам провалился.       Юнги говорит об этом совершенно спокойно, как будто это произошло не с ним. А Тэхён отчаянно давит подступающие слёзы. Мин лишь немногим старше его самого, и его жизнь так несправедливо и рано прервалась. Должно быть, он был полон надежд и мечтаний, но оказался погребён в холодной воде.       — Следующее, что я помню, это огромную луну над собой. Я лежал на берегу и чувствовал себя странно. Я без проблем добрался до своего дома, но мои родители постарели, а сестра выросла. И сколько бы я не пытался до них докричаться, они не слышали меня. Как и другие люди.       Слёзы против воли срываются с ресниц Тэхёна, он прикрывает глаза руками и громко всхлипывает. Он знает, что должен вести себя как взрослый, должен поддержать хёна, но не может сдержать сотрясающих его рыданий.       — Эй, Тэ-тэ, ну ты чего?       Чужие руки мягко убирают его ладони от лица и касаются щёк. Слёзы тут же замерзают солёными дорожками, и Юнги испуганно одёргивает руку, но Тэхён перехватывает её и прижимает ближе.       — Тебе, должно быть, было так страшно, — выдыхает он. — Это так несправедливо…       — Сейчас всё хорошо, — убеждает его Юнги. — Когда я успокоился, то понял, что со мной произошло. Не знаю, как объяснить… Я просто почувствовал связь с природой, то, что я стал её частью. И знаю, что я не один такой. Это что-то вроде награды за то, что я спас свою сестру. Теперь я на многое способен и могу защитить тех, кто мне дорог.       — Какая же… Какая же это награда? Ты же был один всё это время. Даже не можешь уйти из этой деревни…       — Но у меня есть ты, Тэ-тэ, — улыбается Юнги.       Тэхён смотрит в его честные и нежные глаза, громко всхлипывает и крепко обнимает духа зимы, утыкаясь в шею. Мин гладит его рукой по спине и волосам.       — Знаю, наверное, я кажусь жалким. Поначалу и сам долго жалел себя. Я мечтал посмотреть мир, но оказался заперт тут. И мне было одиноко, ведь я мог наблюдать за всеми только издалека. Даже моя семья уехала отсюда… Но я наблюдал, как люди радуются зиме. Как благодарят меня за снег и лёд. Как дети играют в снежки и лепят фигуры. А потом… Потом я встретил тебя, Тэ-тэ. Помню, как нашёл тебя маленького, посреди снежной бури. Ты просил о чуде, и я тогда тоже о нём попросил. Я готов был отдать всё что угодно, чтобы ты мог увидеть меня, чтобы я мог вывести тебя из этого леса.       Дух зимы отстраняет мальчика от себя и убирает с его лица застывшие слёзы. В глазах Тэхёна отражается луна, и у Юнги сердце щемит от нежности.       — Я так благодарен, что смог узнать тебя. Смог наблюдать, как ты растёшь. Смог стать твоим другом. Я бы ни на что не променял это.       — А я бы… — твёрдо произносит Ким, — хотел всё изменить. Лучше бы мы не были знакомы, чем ты жил так всё это время. Я бы хотел родиться с тобой в одно время, или чтобы ты родился вместе со мной. Тогда бы… Всё бы было иначе.       — Тэхён, не жалей о том, чего не произошло. Сейчас мы рядом, и я хочу быть рад уже этому.       Мальчик назад прячет лицо на холодной груди хёна. Он крепко стискивает его в своих объятиях, пытаясь через них передать все те чувства, что клокочут у него внутри. Тэхён не уверен, что стоит так дорого, как об этом говорит Юнги, но обещает себе сделать всё, чтобы Мин никогда не пожалел о своём существовании.

Восемнадцать лет

      Тэхёну уже восемнадцать лет, и, кажется, он окончательно попал. Этой зимой их отношения с Юнги пусть и почти незаметно, но изменились. Мин рассказывал всё больше о своём прошлом, а Тэхён, который раньше развлекал старшего разговорами, всё чаще слушал. Добавилось больше случайных прикосновений, которые заставляли сердце младшего биться чуть чаще положенного. И ему казалось, что на щеках Юнги тоже расцветает голубоватый румянец. Их общение походило на тот период перед отношениями, когда оба подозревают, что нравятся друг другу, но озвучивать боятся.       Вот и Тэхён боялся. Он не был уверен, что правильно расценивает поведение Юнги, а не принимает желаемое за действительное. Более того, они оба были мужчинами. Но даже если не брать в расчёт это, Юнги вообще уже не был человеком.       Все эти мысли заполняли голову Тэхёна постоянно, когда они были не вместе. Он отчаянно пытался проанализировать действия, подобрать слова. Но как только они встречались для прогулки в лесу, или Юнги стучался к нему в окно, все эти мысли вылетали из его головы, подобные зимнему ветру, чтобы оставить после себя только колотящееся сердце в груди.       Так и прошла зима восемнадцатилетия Тэхёна. Двадцать восьмого февраля они сидели на широкой раме окна Кима, опустив ноги на крышу. Почти весь снег уже растаял, только местами можно было найти последние подтаявшие сугробы. С крыш капала вода из таящих сосулек. Лёд на озере в лесу плавал маленькими кусочками. Почки уже наметились на деревьях, начала расти новая трава. В свои владения вступали духи весны.       Под конец февраля Юнги всегда становился сонным. Тэхён со смехом называл его за это медведем, который готовится впасть в спячку, пусть и не на зиму. Вот и сейчас тот облокотился об оконную раму, прикрыв глаза. И Ким беззастенчиво любовался тем, как растрепалась его чёлка, как он приоткрыл губы, как подрагивают его ресницы. Юнги уже начать чуть-чуть пропадать, его руки и ноги просвечивали.       — Тэ-тэ… — внезапно заговорил Юнги, заставив младшего вздрогнуть.       — Да, хён?       — Как выглядит лето?       — М-м-м, появляются листья на деревьях, распускаются цветы, возвращаются птицы, просыпаются животные… Буйство красок, звуков и запахов.       — Должно быть, очень красиво…       — Да, но… Зима мне нравится больше.       Юнги приоткрывает глаза, внимательно смотря на друга, и тот замирает, не в силах оторвать взгляд от ярко-голубых глаз, которые не увидит ещё девять месяцев. Тэхён уверен в своих чувствах как никогда раньше и думает о том, что ему придётся ещё так долго мучаться от неизвестности. И не факт, что он решится в следующем году. Поэтому он нервно сглатывает и пытается вспомнить все те слова, что подбирал раньше.       — Хён, мне… Надо тебе кое-что сказать.       Дух зимы видит, как другой переживает, и хмурится.       — Что такое? Ты же знаешь, что можешь всё мне рассказать?       Тэхён неловко трёт шею рукой, разворачивается корпусом к Юнги, но смотреть в глаза не решается.       — Я люблю тебя, — выпаливает он.       За этим следует молчание. Ким не выдерживает и поднимает взгляд, чтобы столкнуться с нежной улыбкой хёна.       — Я не привык такое говорить, — смеётся тот. — Но я тебя тоже, Тэ-тэ.       Стрелки часов неумолимо движутся к полночи. Почти всё тело Юнги уже просвечивает, только глаза также ярко смотрят на младшего. Тэхён сжимает руки в кулаки, сейчас или никогда.       — Я имел в виду, что люблю тебя как мужчину.       Юнги удивлённо расширяет глаза. И до того, как он успевает что-то ответить, Ким отводит взгляд и начинаешь заполошно говорить:       — Знаю, что это странно. Мы одного пола, и я даже не знаю, как ты к этому относишься. И ещё… Ты не совсем человек. Но ты мне правда, правда очень сильно нравишься. Я постоянно думаю о тебе, хочу быть ближе. Знаю, ты, скорее всего, меня отвергнешь, но я хотел хотя бы признаться тебе.       Его щеки касается холодная рука, и Тэхён резко поворачивает голову на хёна. В его исчезающих глазах виднеется сгусток разных эмоций. Удивление, благодарность и… Что-то ещё, что Ким не успевает понять.       — Тэхён… — начинает Юнги.       И рассыпается снегом. Тэхён удивленно смотрит на то место, где ещё секунду назад был дух зимы. Часы бьют полночь.       Он сдавленно выдыхает воздух, потому что задерживал дыхание всё это время, и прижимает руку к ещё прохладной щеке. Сердце рвётся из груди, к глазам подкатывают глупые слёзы. Тэхён обессиленно оглядывается вокруг, как будто Юнги может оказаться в другом месте. Но сверху всё ещё продолжают стекать капли с сосулек, медленно распускаются почки, весенний ветер проносится по пустынной улице.       А Тэхён всё также продолжает сидеть на крыше рядом с таящим снегом.