Хрустальное сердце

Так пролетел в институте почти год. Жизнь новенькой изменилась, но настолько, чтобы она сама изменилась. Мелисса продолжала удивлять окружающих своим спокойным, тихим характером, задумчивым, таинственным взглядом. И даже для Мари часто оставалось загадкой, о чем думает эта странная бледнолицая с темными волосами девочка, опершись о подоконник рукой и глядя куда-то вдаль невидящим взглядом. Учителей Мелисса удивляла своей неординарностью, необычными взглядами на многие вещи. Да, Мелисса была все еще ребенком, особенно об этом красноречиво говорили ее мечтательные, немного наивные голубые глаза. Но в ее речах чувствовалось что-то не совсем детское. Только одну учительницу Мелисса не радовала и не удивляла — это учительницу математике. Очень часто во время урока математики, когда на дворе стояла солнечная погода, а на стенах начинали плясать солнечные зайчики, девочка часто внезапно впадала в раздумье. Пока самая умная ученица класса, Лиза Золотаренко, звонко отвечала задачу, активно стуча мелом по доске, воображение Мелиссы разыгрывалось не на шутку; оно вырисовывало солнечные дворцы в темном лесу; устах девочки от потрясающей воображаемой картины появилась улыбка; видимо, Мелисса забыла обо всем, что в реальности происходило вокруг нее. — Тарковская! Что это значит? — и внезапно тяжелая указка ложилась на парту Мелиссы. Девочка от неожиданности вздрагивала и обращала растерянный взгляд на Анастасию Игоревну. — Что вы себе позволяете на моем уроке?! Немедленно к доске — отвечать то, что пыталась донести до вас ваша подруга Елизавета Золотаренко. И тогда вновь наставало время мучений для Мелиссы. Очередная пытка, унижение, головокружение… Очень часто Мелиссу наказывали. Причем не только за проблемы с математикой. Мелиссу заставляли мыть полы или убирать на кухне на нарушение дисциплины, хотя для многих в институте всегда оставалось загадкой, как такая спокойная, уравновешенная, тихая маленькая девочка может нарушать дисциплину. — Эй, девочка! — окликнула Мелиссу какая-то воспитанница из выпускного класса, когда та мыла пол в коридоре. — За что это тебя опять наказали? Вот уж не подумала бы никогда, судя по одному твоему облику, что ты можешь напроказничать. Мелисса улыбнулась и на минуту остановилась, опершись о палку с половой тряпкой. — Да вот, таки напроказничала, — ответила девочка сдержанно. Любопытная старшая воспитанница требовала от Мелиссы подробностей происшествия, но девочка не склонна была болтать. — Ну и ладно! — обиделась старшая воспитанница и оставила Мелиссу в одиночестве дальше драить полы. Мелисса действительно оказалась в очередной раз невинной жертвой из-за Лизы, которая постоянно придумывала способы отомстить гордой новенькой. В этот раз Лиза с подругами нашли крошечного котенка и ухитрились каким-то образом поместить ее на самой высокой ветке дерева, с которой несчастное создание боялось спрыгнуть на землю и жалобно мяукало. Лиза решила воспользоваться чувствительностью сердца Мелиссы Тарковской. Во время прогулки в сад, Лиза подошла к новенькой. — Мелиссочка, дорогая! Там котенок очень высоко на дерево взобрался, а спрыгнуть не может. Идем с нами! Без твоей помощи нам никак не обойтись. Мелисса последовала за Лизой. У нее сердце сжалось, когда увидела маленького рыжего котенка на самой высокой ветке дерева. Котенок так жалобно мяукал! В принципе по дереву взобраться и дотянуться до той ветки было несложно, но за это можно дорого поплатиться перед начальством. Но Мелисса забыла про все и, подоткнув юбки, принялась карабкаться по дереву. Она дотянулась до ветки, схватила маленького напуганного котенка и прижала к груди. Тем временем прозвенел звонок на урок, и Лиза с подругами побежали в институт, чтобы доложить о происшедшем классной даме: что новенькая лазит по деревьям во время урока. И вправду, скоро на месте происшествия стояла разгневанная Елена Валерьевна. Мелисса спустилась с дерева, держа в руках котенка, который мурлыкал и с благодарностью терся о девочку. При виде Елены Валерьевны она побледнела, но старалась не выказывать своего волнения. — Мадемуазель Тарковская, это уже слишком! У меня просто слов нет, чтобы охарактеризовать ваше поведение! Вы ведете себя как дикарка! Неужели в доме у своего опекуна вас совершенно ничему не научили? По правде говоря, когда я впервые вас увидела, я и подумать не могла, что такая прилежная, смирная девочка способна лазить по деревьям. Вы, верно, забыли, где учитесь! Тогда мне придется, втолковать вам это, раз по-другому вы не понимаете. Вы будете строго наказаны, — вылив весь этот поток гнева на воспитанницу, Елена Валерьевна широким шагом направилась в институт. Мелисса погладила ласково котенка, посадила на землю и последовала за классной дамой. Однажды накануне зимних каникул Мари получила письмо из дому. Родители писали, что ждут с нетерпением дочь дома, а также приглашают Мелиссу вместе с Мари провести эти зимние каникулы с ними вместе. Это известие чрезвычайно обрадовало Мари и Мелиссу. К всеобщей радости, даже начальница согласилась отпустить Мелиссу: ей было на руку, если как можно больше девочек отправятся домой на время каникул, чтобы не пришлось за ними следить. Карета, которая должна была доставить девочек к супругам Ренет, остановилась у не совсем большого, но очень опрятного, уютного дома, у входа в который уже стояли отец и мать Мари. Как только счастливые девочки спрыгнули с кареты в пушистые сугробы, мать Мари не удержалась и тут же побежала навстречу дочери. Мари горячо расцеловала маму и повисла на шее у папы, который прижал с любовью девочку в груди. — Доченька наша! Мы так тебя ждали! Мать приготовила просто удивительный ужин. А на второе — фруктовые пирожные! — господин Ренет и сговорчески подмигнул Мари. — Я уже не могла дождаться дня, когда вы приедете! И я так рада, что приехала с тобой, Мари, наша замечательная гостья. Добро пожаловать, Мелиссочка! — обратилась госпожа Ренет к Мелиссе, которая с радостью и, немного смущаясь, смотрела на радостную встречу родителей с дочерью. Бледные щечки Мелиссы от мороза разрумянились, а радость, переполнявшая ее, отображалась в блеске голубых глаз. Госпожа Ренет крепко обняла Мелиссу и расцеловала. — Здравствуй, моя милая! Мы так рады, что ты приехала к нам! Чувствуй себя как дома. Мелисса редко улыбалась, но тут уголки губ тронулись у нее. Она с любовью и теплом смотрела на маму Мари. Госпожа Ренет выглядела еще совсем молодо. В ее красивом лице столько было добра, любви, ласки! Мелиссу очень тянуло к этой чудесной добродушной женщине. Судя по улыбке Мелиссы, девочке очень понравилась ласка и тепло, с которым встретила гостью госпожа Ренет. Мелисса с благодарностью окинула взглядом госпожу и господина Ренет. Господин Ренет тоже добродушно встретил гостью, но только по-своему, «по-мужски». Он пожал руку Мелиссы. — Добро пожаловать, юная леди! Присоединяюсь к сказанному женой. Мы очень рады вашему приезду. Мари очень много рассказывала и писала о вас. Мы тронуты вашей судьбой и благодарны за то, что подружились с Мари, ведь до вас у нее не было подруг; в вас она просто души не чает, прямо-таки обожает вас! — Я благодарю вас за приглашение. Мари стала дорога мне. И вас я теперь тоже очень люблю. Вы очень-очень хорошие! — произнесла Мелисса с сердцем. Растроганная госпожа Ренет отерла слезинки. — Ну полно, полно, моя хорошая! — отмахнулась она, хотя с еще большей любовью смотрела теперь на гостью. — Прошу, мои милые, проходите в дом! Что же это мы разговариваем на морозе! Все не медля, смеясь от радости, последовали в дом. Внутри было еще уютнее, чем снаружи. Обстановка не была роскошной и очень богатой, но все было подобрано с таким вкусом, кругом было убрано. Чувствовалось, что особенно постаралась создать уют в доме эта сама по себе уютная госпожа Ренет. По всему дому раздавался потрясающий аромат пирога, который как раз запекался на кухне. Грусть сошла с бледного личика Мелиссы, заменив ее выражением удовольствия и тихого детского счастья, которого до этого момента она никогтда не знала. — Какая же ты бледненькая и худенькая, Мелисса! Неужели вас в этом институте вообще не кормят?! — воскликнула госпожа Ренет, помогая Мари и Мелиссе снять мокрые от снега шубки. — Нет, мамочка, кормят. Просто Мелисса у нас такая… маленькая… — рассмеялась Мари в ответ на восклицание матери. Госпожа Ренет покачала головой, а потом радостно улыбнулась. — Ну, тогда, Мари, дорогая, покажи гостьей комнату, в которой она будет спать; переоденьтесь в сухое, отдохните — и живо за стол! Сияющая Мари схватила Мелиссу за руку и повела показывать комнаты. Но Мелисса и Мари поняли, что не смогут спать в разных комнатах, так как и минуты не могут пробыть без общения друг с другом. Мари нуждалась в том, чтобы изливать Мелиссе свои соображения и мысли, а Мелисса всегда внимательно выслушивала, чем делилась с ней ее первая и лучшая подруга, хотя сама предпочитала говорить реже и в больше молчала. Поэтому было решено: Мелисса расположилась в одной комнате с Мари. Зимние каникулы пролетели невероятно быстро и незаметно. Очень радостно и счастливо отпраздновали Рождество в доме семьи Ренет. На праздник в гости приехали даже некоторые дальние родственники. Счастье, радость, искренний, чистый, добродушный смех звучал в доме семьи, которую Мелисса сумела от всей души полюбить. И как ей было тяжело расставаться с госпожой и господином Ренет: надо было возвращаться в институт. Госпожа Ренет расцеловала во время прощания и Мелиссу. — Дитя мое, спасибо, что ты украсила дом своим присутствием. Знай, что мы тебя очень полюбили и всегда рады тебе в нашем доме. И что бы ни случилось в твоей жизни, мы готовы в любом случае поддержать и помочь тебе.