На долгие годы (For Years to Come)

Люди Джеффри испытывали последнюю каплю его терпения. Они по очереди дежурили в больнице, чтобы составить компанию Луи, что, в целом, хорошо. Вот только после того, как Джонатан спас мальчишку, он стал им по-настоящему нравиться, что безумно забавляло доктора. Они словно совершенно позабыли, что тот – вампир, всецело одобрили их дружбу и, заявляя, что тот отличный малый, призывали Джеффри чаще к нему заглядывать. Но что беспокоило Джеффри сильнее всего – новое прозвище, которым наградили доктора. – Твой лич сегодня выглядел очень уставшим, тебе стоит нанести ему визит, – сказал ему стоящий в дверях его кабинета Тревор. – Он не МОЙ лич! – раздраженно фыркнул Джеффри. – Сколько раз я должен это повторить?! – О, он определенно твой лич, – рассмеялся Тревор, занимая кресло с противоположной стороны стола. – Дьявол, он теперь лич Привена, если говорить о том, с каким восхищением относятся к нему парни. Они действительно рады, что Луи идет на поправку. И все благодаря твоей пиявке. – Прекрати это, умоляю, – вздохнул Джеффри, теперь он больше не мог сосредоточиться. – Почему? Ты был прав, он хороший человек, несмотря на то, что пиявка. А ты… ты изменился к лучшему, с тех пор, как познакомился с ним. Теперь твои мысли занимает не только охота, все парни это заметили. Джеффри напрягся – забеспокоился, что каким-то образом мог себя выдать. Вот только Тревор смотрел на него с весельем во взгляде. – И… теперь вы все его одобряете? – спросил он, стараясь выглядеть бесстрастным. – Да, Джеффри, мы одобряем. Признаю, поначалу я относился к нему скептически, но после того, как увидел его в больнице, увидел, как он обращается с людьми и… то, какой он в твоем присутствии, я изменил свое мнение, – пожал плечами Тревор. – Хорошо. Погоди… Что значит «в твоем присутствии»? – Ничего, – Тревор ухмыльнулся, поднялся с места и направился к двери, оставляя Джеффри наедине с отчётливым ощущением, что он что-то упустил.

* * *

В следующий раз, когда он пришел в больницу, Джонатан позвал его в свой кабинет, после того, как он пообщался с довольным Луи, которого избаловали все местные медсестры. – Есть два вопроса, которые мне хотелось бы обсудить с тобой. – Доктор уселся за стол и жестом указал Джеффри на кресло напротив. – Звучит серьезно, – поддразнил тот, отчего Джеффри улыбнулся. – Первое касается Луи. Я имел удовольствие познакомиться с этим молодым человеком за эти несколько дней, и я полностью согласен с твоим прошлым утверждением, что он очень добрый человек, ужасно непригодный для жизни охотника на монстров. Поэтому, мне хотелось бы сделать ему одно предложение, но я хотел сперва сообщить об этом тебе, дабы не вывести никого из себя, – застенчиво проговорил Джонатан. – Я хочу предложить ему работу, здесь, в больнице. У нас ужасная нехватка персонала, и он мог бы начать, помогая медсестрам и другим пациентам. Но, судя по тому, что я вижу, он умный молодой человек, и в будущем, если он захочет, я мог бы проспонсировать его, чтобы он смог выучиться на врача. Джеффри поначалу потерял дар речи. Он, конечно же, знал, что Риды не бедная семья, но… Джонатан на самом деле говорит, что покроет расходы на обучение этого мальчонки? – Ты, правда, готов на это? Для него? Мальчишки, которого едва знаешь? – спросил он. – Я видел достаточно, чтобы сказать, что он хороший человек, с потенциалом, и мне не хотелось бы, чтобы он пропал даром. Если в моих силах помочь, то почему бы не сделать это? – Большинство людей не стали бы делать нечто подобное… – недоверчиво улыбнулся Джеффри, качая головой. – Но, полагаю, подобное очень даже в стиле Джонатана Рида. Что ж, если ты готов пойти на это, я не буду стоять у тебя на пути. – Думаешь, он примет предложение? – улыбнулся Рид. – Да, он дурак, если не примет его. Возможно, ему будет трудно расстаться с остальными парнями, но, в конечном итоге, как врач он сможет помочь им больше, чем как охотник. Я поговорю с ним, если хочешь. – Я был бы очень признателен. Теперь о другом вопросе, который я хотел с тобой обсудить. – Джонатан слегка сник. – Я разработал вселяющее надежды лекарство от Крови Ненависти. Образцы крови Элизабет, которые я привозил, реагируют блестяще. Я изменил формулу, над которой работал раньше, и добавил несколько новых экстрактов. Все благодаря информации об ингредиентах в книге, которую ты мне одолжил. Я, правда, надеюсь, что оно сработает, но мне нужно вернуться к Элизабет, чтобы проверить его на ней. – О? Это же хорошо, великолепно, точнее! Так ты уезжаешь. Когда? – Сегодня вечером, вообще-то… Чем быстрее, тем лучше, – мрачно ответил Джонатан. Джеффри нахмурился. Что-то с доктором было не так, он должен быть счастлив, что нашел лекарство и что сможет снова увидеть Эшбери. Вот только он ни выглядел, ни чувствовал себя счастливым. – Конечно, – Джеффри подался вперед, заставляя Джонатана посмотреть на себя. – Почему ты не настолько уж и воодушевлён? Ты же так много работал над лекарством. Джонатан, что озадачило Джеффри лишь сильнее, покрылся румянцем и отвел взгляд. – Я воодушевлен! Я просто… Я бы предпочел не уезжать сейчас из Лондона, только и всего… Поездки утомляют, – ответил он. Джеффри видел, что доктор рассказал ему не все, но он и не лгал ему. Так что он решил не давить на него. – Ты вернешься в мгновение ока, и, будем надеяться, с хорошими новостями, – произнес Джеффри. – Мы присмотрим за больницей и за городом. Скажи мне, есть ли еще что-нибудь, что можем сделать? Джонатан одарил его странным взглядом, словно пытался понять по его лицу что-то. Но затем просто вздохнул и покачал головой. – Больше ничего. Просто… береги себя, не попади в неприятности, пока меня нет. О… так он беспокоится… – Со мной все будет в порядке. Я могу позаботиться о себе. Езжай спокойно, доктор-вампир, – поддразнил он. Джонатан на это улыбнулся – уже что-то. Они попрощались, и он уехал в Шотландию. Они достаточное время прожили относительно близко друг от друга, так что снова разлучаться, несколько нервировало, но в этот раз Джеффри удалось справиться лучше. Он действительно надеялся, что лекарство сработает, однако волновался не только о безопасности человечества, но также хотел, чтобы упала ноша, взваленная на плечи своего сира.

* * *

Пару дней спустя, он шел в больницу, проверить, как себя чувствует Луи. Вдруг его накрыла внезапная волна счастья и облегчения, за которыми тут же последовали странный всплеск удивления и толика грусти. Джеффри понимал, что эмоции не его собственные, это были эмоции Джонатана, но ему оставалось лишь гадать, что они означали. Спустя примерно час, он ощутил знакомое присутствие на задворках сознания, а затем и голос. «Джеффри, друг мой, ты слышишь меня?» – Да, я тебя слышу. Ощущения… не настолько неприятные, какими были, – ответил он, уходя в тихий переулок, чтобы остаться одному. – Все в порядке? «О, все чудесно, Джеффри! У нас получилось. Мы нашли лекарство от Крови Ненависти», – радостно воскликнул доктор, и Джеффри вздохнул, почувствовав облегчение за них обоих. – Это великолепно, Джонатан! Я знал, что у тебя получится. Человечество перед тобой в огромном долгу, ты спас их уже дважды. – Джеффри с удовольствием впитывал через связь чужие эмоции, в которых читалась гордость. «О, я… спасибо. Мы не знаем, не найдет ли Алая Королева другой способ заражать людей, но даже если так, теперь у нас есть лекарство. Элизабет наконец-то в безопасности», – он умолк на мгновение, после чего добавил: – «Мы вернемся через три дня, она скучает по городу. Я прав, предполагая, что за ней больше не будут охотиться?» – Нет, конечно, нет, – чувствуя некоторую потребность защищаться, фыркнул Джеффри. – Пока она держит свои клыки подальше от пациентов Пембрука. Если я могу выживать, питаясь крысами и скалями, значит, сможет и она. Мы в одной и той же ветви в нашей родословной, так ведь? «Да… Мирддин был как моим сиром, так и сиром Маршалла, а мы, в свою очередь, обратили тебя. Я не думал об этом в таком аспекте…» – задумчиво ответил он. – Ну… теперь подумал. «Ты… злишься? Ощущение, будто ты недоволен…» – с любопытством спросил Джонатан, и Джеффри ощутил, как тот прощупывает его через связь. – Я не злюсь, хватит разнюхивать. Мы поговорим, когда ты вернешься. Будь осторожен, – он резко оборвал связь, пока доктор не считал его полностью. По правде сказать, он не понимал, почему беспокойство Джонатана, а лучше сказать, его покровительство этой женщине, настолько его волновало. Возможно, дело в ее таинственном прошлом, знание того, какую на самом деле роль она сыграла в последней эпидемии. А может быть – эта мысль в особенности была ему неприятна – дело просто в том, насколько она, кажется, была важна для Джонатана. В конце концов, Джеффри понимал – если Привен пойдет против нее, доктор-вампир разорвет их всех в клочья, невзирая на то, насколько они стали близки. Любовь может ослепить человека, особенно настолько благородного, как Рид. По крайней мере, он считал, что это любовь, он не был уверен в том, какие отношения связывают этих двоих, но даже сама мысль о том, чтобы попытаться это выяснить, была ему по-настоящему неприятна. Как бы то ни было, он был рад, что все закончилось, и они вскоре вернутся домой. На пути в штаб-квартиру он проходил мимо книжного магазина, в витрине которого была выставлена книга для записей в коричневом кожаном переплете с окрашенными красным краями. Джеффри замер на несколько минут, глядя на нее – вещица, определенно, была дорогая, но вот… она могла бы стать идеальным подарком. Да и с него причиталось. Он со вздохом подивился, когда успел стать настолько сентиментальным, и вошел в магазин, до закрытия которого оставались считанные минуты.

* * *

Джонатан снова был в больнице, когда Джеффри решил нанести очередной визит Луи. Парнишка был чрезвычайно воодушевлен и благодарен доктору за предложение. Он, как Джеффри и ожидал, чувствовал себя виноватым за то, что покидает стражу, но теперь, перестав беспокоиться, с нетерпением ждал новой жизни. Когда он вошел, склонившийся над пожилой пациенткой Джонатан поднял голову и встретился с ним взглядом. Его лицо озарилось улыбкой, и, вежливо извинившись, он отошел от женщины. Джеффри вдруг осознал, что держит под мышкой завернутую в оберточную бумагу книгу. Он надеялся, что ему удастся оставить ее в кабинете доктора до его приезда, но сейчас отступать некуда. – Джеффри! Как же я рад снова тебя видеть. Пришел проведать Луи? Он быстро идет на поправку, – подойдя ближе, доктор заметил сверток. – Что это? – Я… эмм. Я купил это. То есть, я купил это для тебя, это подарок, – запинаясь произнес он, и отвесил себе мысленного пинка за неловкость. – Для меня?.. – приятно удивленный Джонатан перевел взгляд с подарка на покрасневшее лицо Джеффри. – Да, чтобы поздравить тебя с тем, что ты нашел лекарство от… ну, ты знаешь. Я просто подумал, что… это может тебе понравиться. Держи! – он впихнул книгу в руки доктора. – Это пустяк, на самом деле. Джонатан, к смущению Джеффри, начал разворачивать бумагу прямо тут же. Но что хуже, он с болью осознал, что они стоят в вестибюле, и весь персонал сейчас поглядывает на них с плохо скрываемым любопытством. – Джеффри, она потрясающая! – воскликнул Джонатан, едва вытащив книгу, рассмотрев ее со всех сторон и даже понюхав страницы. Охотник ощутил приятную волну радости, исходящую от мужчины, и это практически перекрыло смущение. – Тебе не стоило. Она, должно быть, стоила целое состояние. – У меня припасены кое-какие деньги, Рид, – он сдержал притворное раздражение. – Я так захотел. Ты это заслужил. – Спасибо, друг мой. Я обязательно найду ей хорошее применение, – улыбнулся Джонатан и затем жестом показал ему подниматься наверх. Они говорили о замке, об испытаниях, которые Джонатан проводил на собственной крови и на крови Эшбери, и о том, как перепроверил результаты несколько раз, чтобы быть абсолютно уверенным. Оба были рады, что все закончилось, по крайней мере, пока им не нужно беспокоиться о новой волне эпидемии. – Чем будешь заниматься сейчас? – спросил Джеффри. – Я… ну, как только основная волна спала, я связался с несколькими коллегами насчет того, кто займет в будущем освободившуюся должность в Пембруке. Мне, как говорится, пока удается держать лодку на плаву, но мы с тобой оба знаем, что в конечном итоге мне придется уйти, – задумчиво произнес доктор. – Жизнь забавная штука… Ты знал, что несколько лет назад я на самом деле подавал заявление на прохождение стажировки именно в этой больнице? Мне отказали, и тогда я решил поехать во Францию. Тогда мне было так обидно из-за этого… А сейчас я наконец-то получил возможность работать здесь, но судьба распорядилась так, что я не смогу остаться дольше, чем на несколько лет… – Им очень с тобой повезло, Джонатан. Пусть это и не продлилось долго, – Джеффри попытался подбодрить его изо всех сил, ему, должно быть, удалось – доктор слегка улыбнулся ему. – Я обязательно спрошу у Элизабет, как один человек может прожить разные жизни в течение всех этих лет. Я, может быть, и чистокровный Экон, но, в конечном итоге, всего лишь такой же новичок во всем этом деле, как и ты, – заметил он. – Ты, похоже, всецело ей доверяешь? – Джеффри при упоминании имени Эшбери, нахмурился. – Джеффри, я знаю, что она тебе не нравится. Не пытайся отрицать, я отчетливо это чувствую, – добавил он, прежде чем охотник успел возразить. – Но она самый дорогой для меня друг, и я ей доверяю. И если ты доверяешь мне, то будешь доверять и ей. – Друг… Вот кто она для тебя? – спросил, просто не мог удержаться, Джеффри. Джонатан удивился вопросу и слегка покраснел. – Эмм… Прежде, я думал, что между нами, возможно, что-то большее… Даже любовь. Я был готов на все ради нее. Когда я сказал ей, что она больна, я был готов остаться с ней, быть с ней. Но она испугалась, что я могу пострадать, как-то заразиться. Мы отложили этот вопрос, решили дождаться времени, когда сможем без опасений быть вместе. Но… ситуация для меня изменилась из-за расстояния… – Голос Джонатана звучал спокойно, грустно, как если бы тема причиняла ему боль, но он явно хотел объясниться невзирая ни на что. – Когда мы точно убедились, что она исцелена, она была настолько взволнована и рада, что поцеловала меня. Но я… не смог и оттолкнул ее. Да, я все еще люблю ее. Но не так, как ты считаешь. Когда я связался с тобой, ты упомянул, что у нас всех общая родословная, и я начал задаваться вопросом, не сыграло ли это какую-то роль в нашей связи. Не возникла ли моя первоначальная симпатия от того, что я чувствовал в ней что-то на уровне подсознания, что-то, что было в нас общего из-за нашей вампирской природы. – Это… возможно. И как она это приняла? – Джеффри постарался задавить в себе чувство довольства произошедшим, или, как минимум, не показать его. – Она была опечалена по началу. Но все поняла, и мы решили остаться друзьями до конца наших, скорее всего, очень длинных жизней. Между нами нет обид, – Джонатан взглянул на книгу для записей, лежащую у него на коленях. – Я не испытываю к ней чего-то кроме восхищения и приязни… Надеюсь, это удовлетворило твое любопытство. – Я не хотел… – Все в порядке, я хотел, чтобы ты знал, – он снова посмотрел на него своими темно-синими глазами, он словно искал в нем что-то. – Джеффри, если честно, я… Резкий стук в дверь заставил их обоих едва ли не подпрыгнуть. – Доктор Рид? Нам нужна ваша помощь с пациентом, – позвала медсестра. Джонатан вздохнул и виновато ему улыбнулся. Джеффри очень хотелось узнать окончание того предложения, но он принял тот факт, что пришло время расходиться. Спустившись вниз, он нанес визит Луи, который уже был почти готов выписываться из больницы. Остальным парням было жаль отпускать его, но они планировали устроить небольшое празднование в пабе в честь его выздоровления и начала новой жизни. Они даже, что было подозрительно, сказали ему не стесняться и пригласить доктора Рида. Идея была неплоха, тогда ему было бы с кем провести время, пока все остальные напиваются, вот только он подозревал, что дразнить его после такого станут еще больше. Парни, похоже, начали относиться к доктору еще лучше после того, как Джеффри рассказал им о найденном лекарстве. Не все из них, конечно, некоторые до сих пор ненавидели пиявку лютой ненавистью. Джеффри их понимал – они потеряли любимых, близких людей, они не были готовы прощать. Но он четко дал им понять, что Джонатан неприкосновенен, и пока ему подчинялись. Странное это было ощущение – защищать кого-то таким вот образом. Защищать человечество в целом? В этом заключалась его работа. Но испытывать ярость от одной только мысли, что кто-то причинит вред этому конкретному мужчине? Это нечто совершенно иное… Ему оставалось лишь задаваться вопросом, просто ли это еще одно проявление их новообретенной дружбы, или же еще одна сторона их связи. Таким образом, учитывая собственные эмоции, он не должен был настолько удивиться тому, что произошло несколько дней спустя.

* * *

Он шел мимо Северных доков, когда услышал странный шум в темном переулке. Он не слышал биения чьего-либо сердца и не видел крыс, отчего у него возникло дурное предчувствие. С мечом наизготовку он направился в сторону источника шума, чтобы посмотреть, что происходит. Навстречу ему из теней вышел другой вампир. Это не был обыкновенный лич, это был вулкод. Исполинское чудище, гораздо крупнее всех, с которыми ему когда-либо приходилось иметь дело. Этот монстр назвал его по имени и сказал, что знает все об охотнике, ставшем вампиром, лгавшим своим людям и продолжающем преследовать себе подобных. Он считал это грехом, ошибкой – охотнику быть благословленным кровью бессмертия. Также он сказал, что поклялся уничтожить отродье. Джеффри то время, пока тот говорил, готовился к бою, но все же был застигнут врасплох сверхъестественной скоростью бросившегося в атаку вулкода. Пролетев несколько метров, он с силой врезался в стену и свалился на груду деревянных ящиков. Его меч приземлился всего в паре шагов, но лич настиг его в мгновение ока. Ему удалось нанести ему колющий удар обломком деревянного ящика, рывком уйти в сторону и схватить меч. Бой был жестоким. Джеффри всегда много тренировался, но его противник был, очевидно, старше и гораздо опытнее. Собственные силы быстро иссякали, конец поединка был все ближе и ближе. Он мог попытаться сбежать, но боялся, что этим может втянуть в драку какого-нибудь бедолагу. Всего одна ошибка и он попал в острые когти вулкода. Рухнув на землю, он ушел в перекат, он действовал быстро, но зверь оказался еще быстрее. Монстр схватил его за руку и резко дернул его на себя, вывихнув ему плечо, а затем впился зубами ему в шею. Джеффри издал жуткий вопль и приложил все силы, чтобы выбраться из хватки. Выхватив из-за пояса кинжал, он пырнул монстра в шею, отчего тот выпустил его. Рухнув на землю, Джеффри тут же отполз подальше от вампира, тот же вытащил нож и отшвырнул его в сторону. Вся его морда была залита кровью, но он лишь улыбнулся охотнику и нанес ответный удар такой силы, словно собственная рана всего лишь царапина. Джеффри уворачивался от ударов, едва не пропустив несколько. Ему удалось поцарапать вулкода еще пару раз, но тот и не думал останавливаться. В итоге, усталость взяла свое – опоздав всего лишь на мгновение, он получил удар по ноге такой силы, что ощутил болезненно ломающуюся кость. Он потерял уже столько крови, что рана не могла излечиться достаточно быстро. Упав на землю, он развернулся лицом к монстру, готовый принять последствия, как вдруг перед ним оказался вышедший из дымки теней Джонатан. Однако стоящий перед ним мужчина ничего общего не имел с тем вежливым доктором Ридом, которого он знал. Это был до предела разъяренный вампир, способный привести в ужас самых смертоносных созданий. Вулкод отступил на пару шагов, по-видимому, оценивая нового противника. Джонатан обнажил клыки и низко зарычал, показывая ему тем самым держаться подальше. Но этого ему словно не было достаточно – Джеффри вдруг накрыла волна ненависти к монстру, подпитанная еще сильнее пронизывающей мыслью, которую Джонатан, похоже, хотел донести до оппонента. «Он мой! Не смей его трогать!» – совершенно отчетливо услышал Джеффри. В голове словно что-то щелкнуло, и он ощутил ком в горле. – О… боже, нет… Этот собственнический инстинкт… Он происходил не из-за их связи, как сира и потомка, это было нечто более глубокое и мощное. Это были влечение, тоска и желание, слившиеся в единый беспорядочный клубок эмоций, который Джонатан, похоже, не мог должным образом сдержать в данный момент. Джеффри это привело в восторг. То, что настолько свирепый и благородный человек как Рид, может хотеть его, может заявить на него свои права и может защищать его. Бушевавшие в душе его сира эмоции ощущались весьма естественно, словно теплое покрывало, вес которого он до сих пор не замечал, но которое, скорее всего, было накинуто на него уже какое-то время. Джонатан, к счастью для него, был слишком занят, чтобы заметить состояние прострации, в которое впал Джеффри. Доктор вступил в яростную схватку с вулкодом – тот решил, что шанс добраться до охотника стоил риска; вот только ему дали хороший отпор. Джеффри изо всех сил старался остановить опасный поток мыслей и успокоиться. Охватившая его паника не была настолько сильной, какую можно было бы ожидать от человека, пришедшего к подобному осознанию. Но ему все же не хотелось, чтобы доктор уловил его противоречивые эмоции… Потому что, да, Джеффри прекрасно понимал, что Джонатан достаточно привлекателен. Он подумал об этом еще во время их первой встречи, но тогда это была просто мысль, точно так же можно было бы восхищаться красотой картины. Сейчас, однако, он болезненно осознавал, что даже звериная ярость, с которой мужчина бросался в бой, была в какой-то степени ошеломительной. И, конечно, Джеффри всегда предпочитал компанию мужчин. Не сказать, что ему не нравились женщины, но ему всегда нравилась некоторая грубоватость, так что партнеры-мужчины подходили ему лучше. Беспокоило его не это… просто… дело в НЕМ. Джонатан не только его сир, но также и его друг… Первый друг за столь долгое время, и он не был уверен, что готов это менять… или даже просто сделать попытку. Он не особо разбирался в том, что такое настоящая близость с кем-то, но был уверен, что между ними может возникнуть именно она. Потому что за яростью и желанием защищать, читались глубокое чувство влечения и тоска… Он и сам испытывал то же, он был в этом уверен, и это-то и пугало его больше всего другого. Рид не тот человек, который может быть мимолетным увлечением, он достоин куда большего… Так что он усилием воли заставил себя успокоиться, выкинуть из головы мысли о неожиданном открытии и сделал вид, что ничего не случилось. По крайней мере, на время. Вместо размышлений, он сосредоточился на разворачивающемся перед глазами бое. Джонатан был меньше, чем вулкод, но двигался он в два раза быстрее, а его атаки были яростнее. Джеффри еще ни разу не видел, чтобы он использовал свои умения таким вот образом, вероятнее всего потому, что действия были жестокими и приводили в дрожь. Вампир совершенно не сдерживался. Его глаза заволокло кровавой пеленой, в них не осталось ничего человеческого. Вулкод ощутил перелом боя и сделал попытку защититься, но Экон оказался быстрее – пара сильных ударов, и монстр рухнул на колени. Джеффри, не веря собственным глазам, наблюдал, как Джонатан схватил монстра за челюсть обеими руками и разорвал ее на две части, после чего безжизненное тело рухнуло на сырую от крови землю. Зрелище оказалось ужасающим, но в то же время бесподобным… Джонатан стоял к нему спиной, и Джеффри видел, как тот глубоко дышал. Когти, подчиняясь чужой воле, втягивались обратно, возвращаясь в привычное состояние. В воздухе висел сильный запах крови, но от него лишь мутило. При этом он чувствовал, как медленно заживали его собственные раны, а кости пытались срастись, что означало – ему нужна кровь. – Джонатан?.. – позвал он, но ответа не получил. – Джон! Это сработало. Он увидел, как мужчина вздрогнул от удивления и, резко обернувшись, уставился на него широко распахнутыми глазами. Его губы были в крови – он вцепился в вулкода зубами, – а волосы в беспорядке, но глаза снова стали голубыми. Джеффри облегченно выдохнул – он понятия не имел, что бы делал, если бы ему пришлось иметь дело с вышедшим из себя Ридом. – Джеффри! Как ты? Насколько все плохо? – Джонатан бросился к нему, чтобы осмотреть его ранения. – Чертовски больно, но ничего такого, чего не смогут вылечить несколько глотков крови… Помоги встать, – он протянул ему здоровую руку. Джонатан перекинул ее через плечо и, встав на ноги вместе с охотником, обхватил его рукой за талию. – В больницу? – мягко спросил он. – В больницу, – кивнул Джеффри.

* * *

Они медленно брели обратно в Пембрук, плотно прижатыми друг к другу, и Джеффри чуть ли не радовался тому, что все тело болело – боль помогала удерживать мысли от определенных тем. Они двигались очень медленно, Джонатан едва ли не тащил его на себе. Джеффри чувствовал, что мог отключиться в любую секунду, но Джонатан продолжал звать его, уговаривая оставаться в сознании. Болело все, ощущения были словно от ожогов, организм пытался излечиться самостоятельно, но для этого он потерял слишком много крови. Едва они оказались в больнице, Джонатан поволок его наверх, где бережно усадил его на смотровой стол, после чего, едва умывшись, тут же вылетел из помещения. Вернувшись в мгновение ока, он протянул ему бутылочку крови и принялся стаскивать с него пальто, чтобы осмотреть повреждения. Джеффри издал жалкий звук от облегчения, которое принес ему первый же глоток крови. Он заметил, как Джонатан поморщился, но тут же взял себя в руки и продолжил ощупывать его вывихнутое плечо. – Нужно вправить, иначе срастется неправильно, – с болезненным выражением на лице произнес Джонатан. – Все нормально, не в первый раз. Сделай это, – отозвался Джеффри, внутренне приготовившись к новой порции боли. Это было мучительно, но кровь делала свое дело – поврежденные кости и ткани заживали со сверхъестественно скоростью. Вздохнув и вскинув взгляд, он увидел, что доктор смотрит на него с беспокойством. – Джонатан, успокойся… – он положил руку на плечо мужчины в попытке вернуть его в настоящее. – Я в порядке, раны заживают быстро, тебе не о чем волноваться. – Но, конечно же, я волнуюсь! Ты… – начал было он, но усилием воли подавил вспышку. – Твое благополучие для меня очень важно. Мне не нравится видеть, как ты страдаешь. – Я знаю. Знаю… И я это очень ценю, но сейчас все, что мне нужно, это немного отдохнуть. – Джеффри тоскливо уставился на койку Джонатана в углу комнаты. – Если ты не против разделить со мной… Джеффри понимал, что играет с огнем, но он был слишком вымотан, а присутствие сира в непосредственной близости успокаивало. Так что к черту правила приличия, к черту осторожность. У него еще будет время поволноваться из-за этого, позже, когда ему перестанет казаться, что ногу словно тычут множеством иголок. В глазах Джонатана промелькнуло удивление, но затем он просто кивнул и, подхватив его на руки, понес на кровать. – Эй! Поставь меня на пол, увалень! Я тебе не какая-то долбаная невеста! – возмутился Джеффри и попытался выпутаться из чужих рук, но через каких-то три шага оказался лежащим на матрасе. – Что? Так было быстрее, – пожал плечами Джонатан, изображая невинность, но тут же покрываясь румянцем. – Ты можешь занять кровать, я найду, где лечь. – Не будь идиотом, Джонатан. Койка узкая, но ее вполне хватит для нас обоих, – проговорил Джеффри, допивая остатки крови. – Хорошо, если ты уверен… только… напою сперва Лизу, – запинаясь, пробормотал он. – Лизу? – О, это мое растение, – Джонатан указал на большую кадку рядом со столом. – Ты… ты дал имя растению? – Джеффри не сдержал, впрочем, не особо-то он этого и хотел, широкую улыбку. – Ему просто нужно было название… – Джонатан покраснел еще сильнее. – Почему Лиза? – Я… я не знаю, – соврал доктор, но его лицо тут же приобрело виноватое выражение. – Это было после того, как я встретил Элизабет, так что, возможно… Но мне, почему-то кажется, что это имя ему подходит. Джеффри наблюдал, как он наливает воду в горшок. – Она была практически мертва, когда Эдгар предоставил мне свой кабинет. Понадобилось время, но в конечном итоге мне удалось воскресить ее и увидеть зеленую листву. Возможно, я был просто безосновательно счастлив этому, – стирая пыль с листочков, сказал мужчина. – Мне удалось сохранить жизнь хоть в чем-то. – Знаешь, ты мог бы завести кошку или собаку, – поддразнил Джеффри, снова укладываясь на постели. – Мне было бы страшно случайно причинить им вред… Что если жажда будет слишком сильной, или я приложу слишком много силы в попытке погладить животное? Может быть когда-нибудь… Думаю, мне бы захотелось собаку, – Джонатан неловко присел на кровать. Джеффри отодвинулся, освобождая ему пространство, и улегся лицом к стене. – Растения тоже неплохо. Этому городу в любом случае нужно больше зелени. – Ты уверен насчет этого?.. – пробормотал за его спиной Джонатан. – Бога ради, Джонатан. Просто ляг уже, ладно? – беззлобно произнес Джеффри. Он почувствовал, как позади под чужим весом прогнулся матрас, а затем ощутил тепло находящегося рядом человека. Несколько минут прошли в тишине. – Спасибо, что пришел мне на помощь сегодня… – поблагодарил Джеффри. – И что позволил остаться. – Ты мой потомок, мой друг, конечно, я не мог остаться в стороне. Одна мысль о… – Джонатан умолк и повержено вздохнул – Я не хочу видеть, что тебе больно. Он не сказал, «Я не хочу тебя потерять», но Джеффри все равно слышал именно эту фразу. Ему не нравился этот тон Джонатана, в нем читалась боль и прорывающиеся, словно вода через трещину в плотине, эмоции. Охотник не был ко всему этому готов, но вот утешить доктора хоть немного мог, мог показать, что его чувства, в какой-то степени, взаимны. – Ну, мне больше не больно, я… сейчас мне намного лучше… с тобой… – Господи, это прозвучало ужасно, так что он попробовал еще раз. – Я чувствую тебя лучше, когда ты рядом. Он ожидал, что доктор почувствует облегчение, но тот лишь забеспокоился сильнее. – Это из-за природы нашей связи… Она заставляет нас настраиваться друг на друга. Благодаря этому я узнал, что у тебя неприятности. Тебе, вероятно, с самого начала пришлось меня терпеть… – Джонатан, судя по голосу, испытывал некую неловкость. Внезапно Джеффри стало понятнее, почему Джонатан настолько насторожен. – Погоди, – силой воли заставив уставший организм двигаться, он перевернулся к доктору лицом. – Ты считаешь, что мое мнение о тебе изменилось только потому, что ты мой чертов сир? Как если бы ты каким-то образом мной манипулировал?! Джонатан, как минимум, был человеком умным, он быстро сообразил, что сказал что-то не то, и тут же попытался пойти на попятную. – Я тебя обидел. Я прошу прощения, я не… – …не это имел в виду, я знаю. Но именно оно и получилось, черт возьми. Что ты поверил, будто я, опытный охотник, так легко поддался твоему влиянию… Это и правда оскорбительно, – упрекнул его Джеффри. – Мое мнение изменилось не из-за твоей крови и не из-за нашей связи, а потому, что я увидел твои истинные намерения. Я увидел человека, который прилагает все усилия, пытаясь спасти свой город и искупить вину за то, что сотворил с собственной сестрой. Человека, который ищет ответы с упорством ученого, упорством, которого никогда не было у нас, охотников. Это правда, я улавливал твои эмоции, какие-то из них, но я отличал твои эмоции от своих. И я был бы способен абстрагироваться от них, если бы не был с ними согласен… Так что не будь глупцом, не думай, что ты каким-то образом виноват в том, что осквернил мои мысли собственными. Слышишь меня? Джонатан полностью покраснел, его губы приоткрылись, и, черт подери, как же Джеффри хотелось коснуться его, но сейчас не время для этого. Джонатан встряхнулся, выходя из ступора, и кивнул. – Да. Прости… – тихо произнес он с видом щенка, которому пнули под хвост. – А теперь дай мне уже отдохнуть и прекрати волноваться, – Джеффри закатил глаза и снова лег на бок, отворачиваясь от мужчины. Джонатан какое-то время молчал, скорее всего, переваривал услышанное. После чего он медленно перевернулся на бок и прислонился лбом к спине Джеффри. Охотнику уже много лет не приходилось испытывать настолько нежный, интимный жест, он едва не задрожал. – Я… Мне тоже нравится, когда ты близко… Я и представить такое не мог, – прошептал за спиной Джонатан. И, да, Джеффри нужно во всем этом разобраться. Потому что одно лишь это предложение заставило его вампирское сердце пропустить удар.