Hyunjin loves…

Машина, наконец, останавливается у ничем не примечательного, серого, как сама безысходность, здания. И Хёнджин вылетает из неё, будто из горящего ада — ошпаренный, выжатый, задыхающийся. Последние двадцать минут он варился в кипящем бульоне из несбыточных чувств и зубодробительной болтовни Ким Сынмина. Он готов благодарить всех несуществующих богов и класть поклоны под их невидимые стопы за эту маленькую, но такую сладкую свободу. Всего пару месяцев назад, Хёнджин считал, что судьба с ним сыграла злую шутку: их с Сынмином переселили в разные общежития. Он сокрушался, убивался, даже подумывал поговорить с Чаном и как-нибудь ненавязчиво заикнуться о «возможной рокировке». Убедить, что ему будет лучше во второй общаге, рядом с Сынмином. Но со временем пришло болезненное, но спасительное осознание: всё к лучшему. Быть под одной крышей с Кимом — значит ежедневно мазохистски наступать на одни и те же грабли. А сейчас, выпрыгнув из машины и оставив позади источник всех своих душевных проблем, Хёнджин чувствует абсолютное облегчение. Осталось совсем "малое" — морально вооружиться и подготовиться к будущим шуткам Сынмина о Феликсе. Ах да... Эти бесконечные издёвки, подколы, невинные на первый взгляд фразы, которые вонзаются в грудь, как отравленные стрелы. План уже зреет в голове, нехотя, с мучительным скрежетом: сократить контакт с Ким Сынмином до минимума, остаться приветливым, но отстранённым. Исчезнуть так, чтобы это не выглядело как бегство... Как же всё это иронично. Он когда-то делал всё, чтобы привлечь внимание Кима — ловил взгляды, жаждал близости, вёл себя глупо и по-детски. А теперь… сам пытается свести всё к нулю. Сам себе палач. Но впереди его ждут целых два выходных. И это не просто выходные. Это глоток воздуха и шанс спрятаться. Два дня без Ким Сынмина. Два дня, чтобы собрать себя по кусочкам. Если, конечно, получится. Утром, а точнее почти в полдень, до Хвана доходит, что кое-что изменилось, вернее он это осознает, когда видит непрочитанные сообщения от Кима. Глупое сердце пропускает ванильный трепет, Сынмин ему не часто писал, обычно все мемберы общались в чате, хотя в начале дебюта Хван и Ким могли зависать часами и что-то обсуждать в личке. И тут спустя столько лет очень странно и одновременно безумно приятно получать личные утренние сообщения от Кима: 5:44 MY SINGER: «УТРООО ПРОСНИСЬ И ПОЙ ДЖИНИИИ НУ В ТВОЕМ СЛУЧАЕ ТАНЦУЙ…» В носу предательски щиплет, и Хёнджин едва сдерживает нелепое желание всхлипнуть. Он вспоминает, как крался по комнате на цыпочках, стараясь не разбудить Сынмина, когда поздно возвращался с практики. Как задерживал дыхание, пробираясь к своей кровати, только чтобы не потревожить его покой. Тогда это казалось таким… уютным. Таким их. Даже тишина между ними была особенной. А ещё Хёнджин готов был захлебнуться в подушке от собственного восторга каждый раз, когда Ким называл его каким-нибудь нелепо-милым прозвищем. Эти тёплые, обыденные слова будто клеились к его сердцу, оставляя там алые следы. Может, всё не так уж и плохо. Может, в этом сближении есть что-то хорошее. Может, стоит рискнуть… или, наоборот, держаться на безопасной дистанции. Хёнджин не знает, он запутался. Но он точно знает одно: надеяться на взаимность опасно. Поэтому он собирает весь самообман в кулак, натягивает на себя маску глыбы льда и отвечает максимально сухо: 11:48 «???» Дисплей гаснет, и Хёнджин не хочет ждать ответа. Не готов снова скатываться в позорный приступ тоски, рыдая в подушку. Сообщения Сынмина, посланные в пять утра, бодрят сильнее любого кофе, поднимая его из самых глубоких провалов. Он встает на ноги и, на удивление самому себе, кажется нелепо счастливым. Но эта радость как горькая пилюля. Хёнджин просто до раздирающей желудок тошноты терпеть не может своё неумение сдерживать эмоции, но списывает всё на голод и идёт на общую кухню, где застаёт спящего за столом лидера. — Хён? — Сегодня в пять утра меня разбудил Сынмин своим внезапным звонком, — бормочет Чан, не поднимая головы, — и сказал, что хочет жить в этом общежитии, и ты готов с ним поменяться местами. Потом он еще говорил, что хочет быть поближе ко мне, но учитывая, что это Сынмин, я думаю, что он опять испортил какую-то вещь Минхо и пытается от него спрятаться. Все же плохая была идея, заселять кота и щенка в одну общагу… Всё наконец сложилось в единую картину. Хёнджин с горечью признаёт, он безоговорочно выиграл в своей личной номинации «Осёл года». И, на удивление, теперь уже не корит себя за холодный, сухой ответ Сынмину, ведь это была единственная попытка хоть как-то защититься от собственной уязвимости. — Я не собираюсь ни с кем меняться, — никакого голода он больше не ощущает, лишь всепоглощающую пустоту. День обещает быть отвратительным. — Тебе нужно нормально выспаться, а я в душ. Буду занят до вечера, хочу немного поработать над хореографией. — Подожди, Бин же звал сегодня всех позаниматься… — Сегодня я хочу поработать один. Хорошего дня, хён. Телефон в руке вибрирует, блондин опускает глаза и натыкается на еще одно сообщение. Теперь ему уже нисколько не интересно, что там пишет Ким Сынмин, но руки сами не выдерживают и яростно открывают чат. 12:03 MY SINGER: «Я звонил Чану, пока ты пускал слюни в подушку ТЕПЕРЬ ТЫ МОЖЕШЬ ЖИТЬ С ФЕЛИКСОМ ПОД ОДНОЙ КРЫШЕЙ НЕ БЛАГОДАРИ!!!» 12:04 «Я уже в курсе И я не хочу жить в другом общежитии» 12:06 MY SINGER: «Я могу попросить Чана, чтобы он поменялся с Феликсом местами? Ты же знаешь, Феликс такое солнышко, он не умеет отказывать ЭТО ЖЕ АХУЕННЫЙ ПЛАН!!!!!! И ТЕБЕ НЕ ПРИДЕТСЯ ПЕРЕЕЗЖАТЬ ФЕЛИКС САМ К ТЕБЕ ПЕРЕЕДЕТ И ВЫ СМОЖЕТЕ ПРОВОДИТЬ БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ ВМЕСТЕ33333» 12:06 «НЕТ БЛЯТЬ ХВАТИТ ЛЕЗТЬ В МОИ ДЕЛА НЕ НУЖНО НИКОГО НИ О ЧЕМ ПРОСИТЬ» 12:08 MY SINGER: «Не злись (((((((((((((((( Я же хотел как лучше» 12:09 «Лучше просто не лезь ко мне с этим» 12:11 MY SINGER: «Прости, ты прав. Я просто хотел, хоть как-то помочь тебе. Я же знаю, какой ты ранимый… Самый настоящий меланхоличный сентиментальный художник из фильмов» Хвана передергивает от сообщения, и пальцы непроизвольно сжимают айфон сильнее. Мало того, что Сынмин, ничего невидящий дальше своего носа, идиот, так он ещё оскорбляет его. 12:12 «Ты меня сейчас тряпкой назвал?» 12:13 MY SINGER: «БЛЯТЬ ТЫ ЧТО МОИ МЫСЛИ ЧИТАЕШЬ… ОЙ НУ ТО ЕСТЬ ХЕНДЖИН ТЫ МОЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ ТЫ НЕ ТРЯПКА А еще… если бы ты не был тряпкой, то признался бы Феликсу» 12:15 «Просто заткнись, Ким-высрать-хуйню-как-раз-плюнуть-Сынмин» 12:15 MY SINGER: «ДА Я НЕ СЧИТАЮ ТЕБЯ ЛОХОМ ОЙ ТРЯПКОЙ» На сегодня с Хенджина хватит этих издевательств. А еще ему правда глаза колит, ведь получается он действительно тряпка, еще и не та, которая стоит как почка, а самая дешманская, ведь только такая может продолжать общаться с объектом своей симпатии на протяжении пяти лет и безнадёжно пускать слюни. Сердце сжимается, он блокирует телефон, так и не ответив на последнее сообщение Сынмина. Медленно плетётся в душ, чтобы смыть с себя всю эту горечь и отчаяние. Немного остудив пылающий разум, Хёнджин решает всё-таки ответить. И тут, словно последний удар дня, на экране всплывает ещё одно новое сообщение от Кима: 12:18 MY SINGER: «Хен, ну простиииииииииииии Это Я ЛОХ» Сынмин не называет его «хёном» и тем более он не считает себя лохом. Он просто пытается вымолить прощение, и они оба это понимают. Хёнджин отвечает лаконично и по делу, в надежде, что Ким заткнется: 12:55 «Я занят» 12:57 MY SINGER: «УРАААААА ответил Спасибо Хёниии <3 Ты так падок на подобное обращение ыхвххыы» Хёнджин истерично смеется, прикрывая глаза руками. Сынмин такой тупица и не понимает, что он не падок на такое обращение, он просто любит дразнить этим Кима. Хван выбирает тактику зануды и снова печатает в ответ: 13:01 «Я занят» 13:03 MY SINGER: «Я обещал что не буду лезть… НО Я ТАКОЕ ПРИДУМАЛ! У тебя шикарные длинные волосы, как у самой настоящей принцессы. Думаю, Феликс залипает на них… Тебе нужно попросить его, чтоб он заплел тебе косички или типа того. Я видел такое в дораме» Хёнджин закатывает глаза: тупее идеи он в жизни не слышал. Такое мог придумать только Сынмин. 13:05 «Я не буду его об этом просить, отстань от меня» 13:05 MY SINGER: «Ну хеееееен» 13:06 «Меня уже бесит твое хен И я занят Пока» 13:07 MY SINGER: «Чем занят?» 13:13 «Собираюсь немного поработать над новой хорео» 13:14 MY SINGER: «ТОЧНО!!! Тебе стоит попросить Ликса помочь с движениями, а потом случайно упасть на него ЭТО ЖЕ ГЕНИАЛЬНО!!!!!! Разве нет?!!?!» 13:24 «НЕТ!!!!!! ТЫ ИДИОТ?» 13:27 MY SINGER: «Как же я раньше не додумался... Ликс же задрот, тебе просто нужно попросить его научить тебя играть. Подарить тебе игровой ноут в качестве возвращения нашей старой доброй дружбы?» 13:40 "Подари мне покой» 13:41 MY SINGER: «Хорошо, хён))) На самом деле я просто тоже немного занят, увидимся вечером в зале» 14:04 «Ага» Хёнджину очень бы хотелось ответить, что ни в каком зале они вечером не увидятся, но он решает покорно согласиться и избавиться от надоедливого Кима с его тупыми идеями. А это ведь только цветочки. Хван выжимает из себя все соки, отдается музыке на растерзание, и спустя три часа обессиленно заваливается на скамейку, смотря на минуты медленно ползущие к назначенному Чанбином времени. Это значит, что очень скоро, Ким Сынмин завалит его воплями и будет попрекать за то, что он его нагло обманул. А пока Хёнджин видит от него очередные сообщения: 18:14 MY SINGER: «Я вернулся с практики По дороге я смотрел кое-что интресное… Вырезки 2kids room 2018 года С НАМИ!!! Стэй считают милым, что я держал тебя за руку, когда ты плакал в своей комнате в одиночку ыхыхыхыхы НАС ОКАЗЫВАЕТСЯ ТОЖЕ ШИППЕРЯТ… КОШМАР! Я ЧУТЬ НЕ ВСПЛАКНУЛ И МНЕ ПРИШЛА ГЕНИАЛЬНАЯ ИДЕЯ» Хёнджин, к своему несчастью, отчётливо помнит 2kids room 2018 года — эти воспоминания словно нежный шёпот души. Тогда он ещё не мог назвать своих чувств, но уже ясно ощущал, как непреодолимо тянется к своему другу. Он уютно устроился, свернувшись калачиком на худых ногах Сынмина, ощущая каждое его движение, каждое дыхание. В тот момент мир сжался до предела, и в его голове рождалась иллюзия — будто вокруг нет камер, нет посторонних глаз, нет суеты. Они были где-то далеко, далеко от шумного Сеула, просто двое близких, которым позволено забыть обо всём и наслаждаться заслуженным покоем, тихо разговаривая обо всём на свете. 18:38 «Какая?» 18:48 MY SINGER: «Тебе стоит заплакать перед Феликсом, а я могу случайно показать ему этот эдит по дороге в зал. И тогда он тоже возьмет тебя за руку, чтобы успокоить» 18:49 «Ты идиот?» 18:51 MY SINGER: «Согласен, заплакать просто так сложно, но можно просто сделать вид, что ты расстроен и Феликс обязательно утешит тебя» 18:53 «Отстань по-хорошему» *** — Господи, Ликс! — орет во все горло Ким, чтобы быть услышанным. — Это же... это та самая игра! — Чего? — Феликс стягивает массивные наушники, слегка вздрагивая, Сынмин очень редко так врывается в его комнату. — О чем ты? — Хенджин, тащится по этой игре. Как насчет того, чтобы ты ему показал… — Но Хенджину же не нравится такое, — со знанием дела перебевает Ли. — Я знаю, — Сынмин еле сдерживается, чтобы не закатить глаза. Какой же Феликс иногда душный, нет бы молча согласиться. — Но он хотел попробовать. — Ну, ладно. — Завтра вечером ты же свободен? — бинго кричит в голове Ким, почти всё получилось. — Да? Но у меня же… — Ты совершенно точно свободен, — Сынмину хочется добавить «тупица», но он лишь кривовато улыбается. — Твой индивидуальный график забит до семи, я узнавал у твоего менеджера. — Э-э-э… — Хорошей игры, Ликс-и! Не буду тебя больше отвлекать! Счастливый Сынмин вылетает из комнаты, тут же активно строча Хенджину, что у него завтра свидание, и ему приходит лаконичное: 19:03 «Я тебя кидаю в ЧС» Сынмин негодует, но через час, когда они все встретятся в зале, он обязательно заставит Хвана разблокировать себя. А также у него много идей, как свести эту сладкую недопарочку в зале... и заставить завтра Хёнджина придти в их общагу, чтобы поиграть в игры с Ликсом. *** — Дедок, не надрывайся ты так, — потешается Сынмин над лидером, пока тот делает упражнения. — С Джисоном и Минхо всё понятно, но почему вы с собой не взяли Хвана? — Он занимался днем. — Вот же тупица, — скрипит зубами Сынмин, думая, что Хёнджин упускает такую возможность побыть с Феликсом. — Я тоже уже пойду, старость не радость, — улыбается Чан, отодвигая от себя штангу. — Чан-и хён, ты совсем не старый, — сверкает улыбкой Чонин и плетётся за лидером. — Малыш ещё... — Чонин тебе стоит проверить зрение, — язвит Ким, хитро прищуриваясь. Он давно знает, что Чонин неровно дышит к лидеру, но пока трусливо не предпринимает никаких шагов. Возможно, сразу после ХёнЛиксов Сынмин возьмётся за эту парочку. — Ты невыносим, Ким Сынмин, — качает головой лидер, обнажая ямочки, и уходит в душ вместе со своим маленьким фанатиком. Сынмин, если чем-то занимается, то всегда это делает усердно и с особым старанием, хотя спорт не совсем его, не считая, конечно же, любимый бейсбол. Он становится на беговую дорожку и начинает умеренный бег, пока Чанбин что-то рассказывает Феликсу. Так проходит полчаса, и Сынмину не очень нравится взгляд Феликса… Он будто бы смотрит на накаченную задницу Бина. Ким решает сделать передышку и достает телефон, раздраженно печатая Хенджину: 20:58 «Я заметил, что Феликс очень пристально смотрит на Бина, пока тот качается. Я считаю, что у тебя идеальное тело и пропорции, но для Ликса походу важны мышцы… Может, тебе стоит взять пару уроков у Бина?» В ответ ему прилетает агрессивное: 21:01 «Может, тебе стоит уже заткнуться и не лезть ко мне» Обиженный подобным ответом, Сынмин не сразу замечает, как Феликс и Чанбин исчезают. Он понуро плетётся в раздевалку и застывает, слыша странные голоса: — Бин-и? Я тебя совсем не привлекаю как парень… — хрипит низкий голос, и раздается томный выдох Чанбина. — Ч-чего, блять? — цедит сквозь зубы Сынмин, пытаясь переварить услышанное. — Чем они там занимаются... — Я хочу тебя, — всхлипывает Феликс, забираясь на колени Чанбина. — Хочу почувствовать твой... И именно в этот самый щекотливый момент в раздевалку врывается третий: — Вы что, с ума сошли?! — яростно паникует Сынмин, — а как же Хён... — он мгновенно обрывает себя, чтобы не выдать секрет Хёнджина, и сурово требует объяснений: — Что здесь происходит?! — Прости, — с виноватым взглядом говорит Чанбин. — Мы прост— — За что ты извиняешься? — раздражённо перебивает Феликс, толкая Со в грудь. — Мы просто любим друг друга. Есть возражения, Ким Сынмин? — голос наполнен вызовом. — Нет… п-поздравляю вас... — выдыхает Ким, застыв в оцепенении. Мир вокруг замер, оставив его в зыбком лабиринте своих чувств и переживаний за Хван Хёнджина.