От тебя пахнет вишней и свободой

— Дин! — донёсся женский голос из-за двери. — Вставай! — стук усилился. — Ты проспишь своё последнее начало года в школе! Тяжёлый вздох. «Это последний год, Дин. Тебе надо его закончить», — напомнил себе парень и попытался открыть глаза. Лето закончилось. Безмятежные дни канули в лету. Безграничные тусовки прекратились. Началась скучная пора учёбы, домашки и мешков под глазами. Надо переступить через себя и покончить со школой раз и навсегда, поэтому старший сын Джона Винчестера — одного из известных механиков в городе, — сполз с кровати, всеми силами стараясь не опозорить отца хотя бы в школе. Утренние процедуры проходят как в тумане. Это всё уже настолько привычно, что засело на самой подкорке сознания. И вот он уже выходит из шикарной чёрной Шевроле Импалы отца, направляясь прямо к своим друзьям, с которыми он договорился встретиться около входа в школу. Большинство учеников всегда обходило это сборище старшеклассников стороной, выражая своё нежелание встречаться лицом к лицу с местным авторитетом. Бенни, лучший друг и почти что брат Дина, быстро заметил знакомую фигуру в толпе и стал усиленно махать рукой. Это подхватили и остальные, так что парню найти своих друзей проблемы не составило. — Чёрт, Винчестер, я тебя не видела всего месяц, а уже кажется, что целую вечность! — сказала темноволосая Руби и полезла к Дину с объятиями. Руби всегда была где-то рядом с Дином. Они жили рядом, их всегда сажали вместе, даже в детские лагеря они ездили вместе. Винчестер бы назвал Свон своей лучшей подругой — коей по факту она и являлась — если бы не её своеобразный характер, из-за которого её настроение менялось быстрее, чем что-либо во вселенной. — Соскучилась? — слегка с флиртом спросил парень, перейдя к следующей девушке, Лизе, с объятиями и лёгким поцелуем в губы. Лиза Брейден затесалась в их компанию года три назад. Она перешла к ним в класс и полностью очаровала Дина. Пару месяцев назад они стали встречаться — отношения казались серьезными и уж точно были длиннее, чем все, что было у Винчестера до этого. Друзья шутили, что рано или поздно они закончат с домом, белым забором, детьми и собакой. Дин, усмехаясь, не отрицал — но они и до знакомства с родителями пока не дошли. Не так, как надо. Лиза была с ними знакома, да, но они не устраивали «традиционный» ужин знакомьтесь-это-моя-девушка. Дин считал, что было ещё рано. — По тебе соскучишься, — усмехнулся Аластор и обменялся с другом рукопожатиями. С его братом, Азазелем, они обошлись лишь кивками. Братья Хилл были известны чуть ли не на весь город из-за своего экстравагантного поведения. В полицейском участке они были почти прописаны, а про их выходки слагали легенды. Лучше держать таких под боком, чем ждать удара извне. Так что Дин сумел с ними сдружиться. — Как обычно льстишь себе, Винчестер, — усмехнулась блондинка Мэг. Мэг Мастерс была лучшей подругой Руби. Они с ней знакомы чуть ли не с рождения. Всегда и везде вместе. Не удивительно, что они и в компанию одну вместе попали. Главное, что никто не жаловался, а даже бы если и жаловались, девушкам было бы плевать. — Все мы знаем, что себя Дин любит больше, чем Лизу, — закатил Бенни глаза. — Знаешь что, Бенни, — Дин было уже начал свою едкую тираду, но прозвенел школьный звонок, а это означало, что им надо спешить в кабинет, чтобы им не влетело за опоздание. Кабинет был уже почти полным, когда они зашли туда, но уже по установленному распорядку места сзади были свободны, и ребята с радостью сели за свои «законные» парты. В начале года всегда происходит что-либо неожиданное. То у них произойдёт расформирование, то они начнут ходить на какой-нибудь новый урок, но ещё ни разу за эти двенадцать лет их учебный год не начинал директор школы, мистер Прайм. Стоило ему только зайти, как на весь класс обрушилась тишина. Приход директора мог означать многое, и все боялись того, что именно он собирается поведать. Мужчина лет пятидесяти прошёл к столу учителя и обвёл класс взглядом. — Рад видеть вас в полном составе, — слишком неожиданно произнёс мистер Прайм. — Я знаю, что вы не ожидали меня увидеть, но у меня для вас три новости. Насколько они хороши или плохи — сами решайте, — он облокотился на стол и посмотрел на дверь. — Первая новость. Ваш куратор, миссис Дженкинс, уволилась этим летом и отправилась в путешествие по всей стране, — класс не произнёс ни звука, миссис Дженкинс была странной и чем-то напоминала Хелену Бонэм Картер, так что никто особо расстроен не был. — Из этого вытекает вторая новость — у вас новый куратор. После этих слов в кабинет зашёл невысокий мужчина лет тридцати с длинными каштановыми волосами и… Чупа-чупсом во рту? Он был больше похож на хиппи, чем на человека с педагогическим образованием. Дин про себя отметил, что его младший тринадцатилетний брат Сэмми был и то выше этого мужчины. Длинноволосый вальяжно прошагал к директору и встал около него. — Это Габриэль Новак, ваш новый куратор и школьный психолог. — Всем привет, — широко улыбнулся куратор. — И третья новость. У вас появился новый одноклассник, — после этих слов Прайм стал искать кого-то в классе глазами. Явно не найдя нужный объект он нахмурился и что-то вопросительно прошептал Новаку. Ответ его не устроил, но директор ничего психологу не сказал. — В общем, у вас новый одноклассник, которого сегодня нет в классе, но когда он появится, — он слегка покосился на учителя, — вы должны быть к нему добры. Удачного дня, я оставляю вас наедине с мистером Новаком. Сделав короткий кивок, директор покинул кабинет, закрыв за собой дверь. Повисла тишина хуже, чем была после прихода Прайма. Кто этот человек такой, что он позволял себе сосать чупа-чупс перед директором школы, стоять в вольной позе, и тот ничего не ответил на заявление Новака, которое ему явно не понравилось. Он либо тиран, либо Прайм обмяк. В первое верилось сильнее, чем во второе. Габриэль посмотрел пару секунд на дверь и перевёл взгляд на перепуганных учеников. Все были максимально напряжены, ведь не известно, что этот чудик мог выкинуть. — Пф, да ладно вам ребят, — неожиданно рассмеялся куратор. — Вы смотрите на меня так, будто я сейчас вас съем. — Ну-у, — протянула рыжая Чарли с первой парты, — вы были очень раскрепощённым, когда разговаривали с мистером Праймом. Такое редко происходит. — Он обычный человек со своими точками давления, — уселся учитель на стул. — А что за новый одноклассник? И почему его сегодня нет? — решила поинтересоваться Мэг. Наверное уже думает о том, как соблазнит его. — О, это Касси, мой младший брат, вы будете редко его видеть, он неуловимый Джо. Может кому-то из вас повезёт, и его величество Кастиэль решится почтить вас парой слов. «Кастиэль. Какое странное имя». Дин закатил глаза, поняв, что это у них семейное. Габриэль, Кастиэль. Да кто так своих детей называет? А ещё эта напыщенность. Он, видимо, думает, что он тут самый главный. Не на того напал. Если этот «неуловимый Джо» попадётся Винчестеру на глаза, то он будет рад поговорить. Видимо, не он один об этом подумал. — Он что, какая-то звезда? — фыркнул Аластор. — Хех, почти, — улыбнулся Новак. — Будем честны. Я не поощряю такое поведение Касси, но что я могу поделать? Угнаться за ним я не могу, пробовал — дохлый номер. Искать в каждом углу тоже не собираюсь, он такие углы находит, что я иногда задумываюсь над тем, нет ли у него сверхспособностей. Есть вариант приковать к себе наручниками, так он себе большой палец сломает и выберется оттуда, — он засмеялся, как будто так уже было. — В общем, придумаете способ удержать его больше, чем на одном уроке, я вам подарю что-нибудь особенное. Я не могу это сделать с его класса пятого-шестого. Дальше они не обсуждали ничего интересного, на что Дин обратил бы внимание. Слишком уж он был занят своей девушкой. Впрочем, так же прошёл весь остальной день. Но временами он задумывался о том прогульщике со странным именем. У него явно синдром Гекльберри Финна. Винчестер всеми фибрами души хочет увидеть этого парня и разузнать — правда ли он такой странный, каким его описал брат, или это просто преувеличение.

***

Так прошла вся остальная неделя. Ничего нового не происходило. Всё было по старому, не считая любопытства Дина, разъедающего его изнутри. А виноват во всём был тот загадочный прогульщик. Мистер Новак всегда был в школе, всегда улыбался и шутил. Казалось, что его абсолютно не волнует отсутствие младшего брата. И для Винчестера это было странно. Если бы Сэма не было где-то, где он должен быть, то Дина нельзя было бы успокоить. Но куратор, видимо, уже привык к этому и рассказал остальным, раз даже другие учителя хмыкали, когда узнавали, что младшего Новака нет. К концу выходных Дин уже решил, что скорее всего не увидит этого парня в ближайшем будущем, поэтому он вернулся мыслями к друзьям. Они как раз шли на обеденную перемену. Винчестер прослушал какую-то футбольную историю Бенни и вопиющее негодование Руби по поводу цен на косметику. Потеря невелика, поэтому он просто притворился, что так всё и было задумано. Кафетерий находился на первом этаже, в главном холле школы. Это было удобно, потому что ты мог сразу видеть весь ассортимент предлагаемой еды. Девочки как обычно взяли себе что-то псевдо диетическое, в то время как парни выбирали «настоящую еду для настоящих мужчин»(бутерброды и кофе). Когда все купили то, что хотели, они направились к своему столику, который был уже практически фирменным, как и их места в классе. Дин уже было приготовился поглощать вкуснейший бургер, как вдруг вспомнил, что забыл взять себе свою любимую газировку, а запивать бургер кофе он не намеревался. — Ты куда? — спросила Лиза, нежно проведя по руке своего парня. — Забыл газировку. Сейчас вернусь, — поцеловал он её в макушку. — Тебе что-нибудь нужно? Увидев отрицательное покачивание головой, Дин направился в сторону продавца. Он умело продвигался сквозь толпу школьников и, когда вышел на финишную прямую, услышал странные звуки и крики. Вокруг все стали искать объект всеобщего негодования, но Дину было сейчас не до этого. Сначала газировка — а потом он посмотрит вместе со всеми на то, что происходит. Но его планам не суждено было сбыться, потому что толпа слишком быстро решила разбежаться, а до Дина слишком поздно дошли два слова, признесённые разными людьми. — Поберегись! — кричал один не знакомый, но резко приблизившийся голос. — Кастиэль! — это был определённо мистер Новак, и кричал он имя своего брата. Зачем? К сожалению, Винчестер слишком медленно размышлял по этому поводу, и буквально через секунду он был свален с ног. Кто-то толкнул его, нет — въехал в него. Потерев плечо, парень сразу метнул свой взгляд в сторону обидчика. Взгляд в первую очередь зацепился за черные лохмы, торчащие в разные стороны, словно укладка им была не знакома. Потом — за цветастый детский пластырь поперек переносицы. Дин буравил непонятную мультяшку на ярком фоне на протяжении нескольких долгих секунд, потому что мозг отказывался связывать чёрно-белые шмотки и сраную Свинку Пеппу. Или не Свинку. Черт вообще знает. Парень — на вид его ровесник — шмыгнул носом, невольно привлекая внимание к кольцу, что болталось над напряжённо сжатыми губами. Потёр ладонью лицо, свободной рукой слепо шаря по полу в поисках откатившегося в сторону скейта. Апогеем всего этого месива стал Габриэль, который словно мини-танк таранил толпу учеников, вопя что-то на…испанском? Это был определённо не английский, а испанский Дин слышал дома у друзей отца, так что это определённо был он. Учитель упорно пытался донести до парня смысл своих слов, но тот лишь посмотрел на Дина невероятно голубыми глазами, подмигнул ему и, фыркнув, ответил Новаку. За этим беспорядком наблюдала не одна пара глаз, но затем все вернулись к своей еде, как только они услышали грозный голос мистера Прайма. — Мистер Новак! Что здесь происходит?! — директор широкими шагами сократил между ними расстояние и стал грозно смотреть на парней. — Ese pequeño imbécil(Этот маленький дебил), — начал говорить мистер Новак, но быстро опомнился. — Этот юный молодой человек, — покосился он на парня сидящего около Дина, — решился впервые прийти в школу с начала учебного года, но оказалось, что он пришёл сюда лишь для того, чтобы я его вечером не донимал. — Sólo he decidido descansar. Gracias por molestarte, mamá (Я просто решил отдохнуть. Спасибо за беспокойство, мама), — фыркнул голубоглазый. — Кастиэль, правило номер один, — вздохнул куратор. Не так Дин представлял их первую встречу с одноклассником. Но, видимо, парня ничуть не смущало то, что он только что въехал в парня на скейтборде. — Sí sí. Hay que hablar Inglés junto a otras personas(Да да. Рядом с другими людьми надо говорить по-английски). Я помню — не тупой, — сказал Кастиэль на почти что чистом английском. — Вы, — обвёл директор пальцем троих человек, — ко мне в кабинет. — Но я ничего не сделал! — начал Дин упорствовать. С чего это он должен проводить свой заслуженный обед в кабинете директора с куратором и его не очень смышлёным братом? — Живо! — грозно сказал Прайм и зашагал в сторону своей «берлоги». Габриэль вздохнул и повернулся к парням, которые до сих пор сидели на полу. Он с виноватым видом посмотрел на Дина и с небольшой злостью взглянул на брата. — Déjame ayudarte (Давай я тебе помогу), — протянул Новак руку своему брату. — Gracias, puedo levantarme yo mismo (Спасибо, я могу встать сам), — ответил Кастиэль, встав с места без помощи брата и схватив свой скейтборд. Хоть Дин ничего и не понял, но было видно, что младший Новак не хочет принимать помощь старшего брата. Это больно кольнуло Винчестера, когда он представил, что на их месте могли быть они с Сэмом. Про своего ученика Габриэль не забыл и тоже предложил свою помощь, не сводя глаз с брата. Дин, в отличие от этого «неуловимого Джо», принял помощь и поблагодарил куратора. До кабинета директора они дошли молча. Кабинет Прайма никому в школе не нравился. От него всегда веяло страхом и болью. Весь интерьер был спроектирован директором, так что каждая вещь буквально излучала его энергию. От этого становилось жутко дискомфортно. Как только они зашли, директор окинул их взглядом со своего места за своим большим деревянным столом. Последний раз Дин был тут в прошлом году, когда они с Бенни случайно разлили краску в коридоре школы. Кто ж знал, что эти банки были полными. За мистером Праймом виднелись различные награды и грамоты, но их стало больше, как подметил Дин. Перед его столом стояло два стула, куда завалились парни, а мистер Новак же встал неподалёку от своего брата. — Мистер Новак, — произнёс директор, и Габриэль повернулся к нему. — Нет, не Вы, Габриэль. Я обращался к Вашему младшему брату. — Я весь во внимании, — расселся он вольно. — Кастиэль. Можно поинтересоваться, почему ты разъезжал на скейтборде по кафетерию? — Разве не очевидно? — фыркнул парень. — От Габриэля убегал. — Но тебе надо учиться. — Обучение было придумано для таких остолопов, как этот, — кивнул Новак в сторону Дина и тот нахмурился. — Сам ты остолоп, — рявкнул Винчестер. Ему не нравилось такое отношение незнакомца к нему. — Видите? — он даже не повернулся в сторону Дина. — Есть обученные, умные и образованные люди. Я отношусь к образованным, что значит, что я бы не ответил на простое и скучное обывательство уровня детей из начальной школы. Назови он меня уёбком, я бы ещё подумал — отвечать или нет, — услышать мат в кабинета директора Прайма было необычно. Услышать такую безмятежную речь просто нереально. Но было такое ощущение, что ни Габриэль, ни сам директор не были удивлены. — В этом главное отличие нас. Я не вижу смысла ходить в школу, тем более на неинтересные мне предметы. Школа учит дисциплине, учит быть как все. Я не как все. Зачем мне быть полезным обществу, если есть они? — снова покосился Кастиэль на Винчестера. — Да что тебе от меня надо?! — это максимально выводило Дина из себя. Какой-то пацан, который врезался в него на чёртовом скейтборде в школе, хамил ему просто так. Хотя жертва тут явно не он. — Они сами становятся той ячейкой общества, которой вы все их учите быть. Это скучно. Я привык жить в том мире, где слово «нормальный» это оскорбление, — подмигнул младший Новак директору. — Это не отменяет того, что ты должен посещать школу, учиться и писать контрольные, — стиснув зубы сказал Прайм. — Не отрицаю. Но, — усмехнулся Кастиэль, — это я должен делать по всеобщему мнению. Я же так не думаю. — Если ты не будешь это делать, тебя выгонят из школы. — Прискорбно. — Cassie. No lo vuelvas loco (Касси. Не выводи его из себя), — сказал Габриэль на испанском. Видимо он не хотел, чтобы другие участники разговора знали, о чём говорят братья. — Acabo de empezar. Y la primera regla, Gabe (Я только начал. И первое правило, Габи), — парень обратил внимание на хмурое лицо директора и прочистил горло. — Давайте договоримся вот о чём. Я не хожу на уроки, которые мне не нравятся, вы от меня отвязываетесь, а взамен я буду писать каждую чёртову контрольную работу на высшие отметки. Идёт? В комнате повисла напряжённая тишина. Ну, для всех, кроме самого Новака. Казалось, он чувствовал себя раскрепощённым. Как будто это не его вызвали к директору за катание на скейтборде по школе, а он вызвал к себе директора. Прайм нахмурился ещё сильнее. Это было вольное предложение, выполнение которого стояло под вопросом. Было ясно только одно: он в любом случае не будет ходить в школу. Определённо, Кастиэля ничего не волновало. Видимо, он давно для себя решил, что школа — это бесполезная трата времени, но было удивительно, что его старший брат — учитель, и он ничего не предпринимает. — Если я не соглашусь, ты всё равно не будешь ходить в школу? — наконец-то произнёс мистер Прайм. На свой вопрос он получил одобрительный кивок. — Тогда поступим так. Ты пишешь все контрольные на пять, получишь оценку ниже — вылетишь сразу. Напиши мне список уроков, на которые собираешься ходить, я это тоже буду контролировать, — протянул он чистый листок и ручку в сторону Кастиэля. — И ещё. Ты должен извиниться перед мистером Винчестером. Неужели. Он держал Дина здесь только ради этого? Мог бы сразу отпустить, когда у парня не было такой жуткой неприязни к скейтбордисту. Может быть, если бы не едкие подколы Новака, Винчестер бы его сразу простил, даже не дожидаясь заветного «извини» от парня. Но сейчас тот порядком вывел Дина из себя, так что он будет рад услышать это, и даже больше. Но по лицу брата куратора было видно, что извиняться он даже и не собирался. Впервые за эти пятнадцать минут Кастиэль повернулся в сторону Дина и от всего сердца произнёс: — Поцелуй меня в жопу. Дин ошарашено моргнул, а брови неконтролируемо взметнулись вверх по лицу. — Кастиэль! — рявкнул Габриэль, чье терпение было на исходе. Захотелось послать пацана на детородный орган, но вместо этого Винчестер лишь шумно выдохнул, сползая вниз по стулу и раздражённо пялясь перед собой. Взгляд неожиданно наткнулся на черные пятна поверх пальцев новенького, отчасти скрытые кольцами. — Что «Кастиэль»? Я уже семнадцать лет Кастиэль. Татухи были занятные, ломаные линии складывались в непонятные символы, оплетая пальцы и часть ладони. Он бы так и залип, разглядывая рисунки, но говнюк, как Дин назвал его в мыслях, резко повернулся к старшему брату. Руки исчезли из поля зрения, и Винчестер очнулся, отводя взгляд. — Не тупи он на ровном месте — меня бы здесь не было, и он бы остался цел. А теперь у него явный ушиб плеча и если не сотрясение, то шишка уж точно, а вы оба, — перевёл парень взгляд с учителя на директора, — держите его здесь, заставляя выслушивать абсолютно не нужную ему информацию, когда он должен сидеть в медицинском пункте и получать должную помощь. И, так как я извиняться не собираюсь, он сам виноват, то я предлагаю закончить этот разговор, раз мы пришли к общему соглашению. Это было…странно. Вроде этому парню было жалко Дина из-за его ушиба, но и одновременно с этим он говорил, что Винчестер сам в этом виноват. Габриэль и Прайм обменялись задумчивыми взглядами. Это явно не то, чего они ожидали. Но о здоровье парней они точно не задумались, когда увидели весь этот балаган. Поэтому Прайм быстро принял решение отпустить Дина, задержав Новаков у себя подольше. Что было потом, Винчестер не знал. Около кабинета его встретила перепуганная Лиза, которая бережно упаковала забытый Дином ланч в свой контейнер с бабочками. Её голос был полон беспокойства, поэтому они первым же делом направились к школьной медсестре. Девушка попыталась разузнать у своего парня, что произошло в этой комнате и почему у него такой ошарашенный вид. Но Дин упорно молчал, будто он не знал, о чём Лиза его спрашивает. — Дин, ты выглядишь так, будто по тебе стадо быков пробежалось! — с нежностью и лёгкой злостью сказала Лиза. — Что там было? Прайм на тебя наорал? Он твоим родителям позвонил? Тот парень перед тобой извинился? Новаки не американцы? — Лиз, не сейчас, — выдохнул Дин от тирады своей девушки. Голова и так заболела, как только он покинул кабинет с Новаками и директором, а тут ещё и Лиза со своими вопросами. Дин мог бы ответить на все её вопросы, но этот новичок поразил Винчестера. Настолько, что при новой встрече Винчестер зарядит тому кулаком в лицо. Но вываливать это на Лизу он не хотел. Главным было то, что никому не было позволено так говорить о нём, даже какому-то странному говнюку. И он получит свою расплату.