Найдется место для меня?

***

После ухода Кролика и его воинов сторож карты пыхтел от досады, что не приняли его на участие в бою. Четыре яйца-гиганта и Вирджиния были в не меньшем негодовании и молча ждали указаний от товарища. — Итак, вы двое, сторожите главный вход, — указал Яр на двух гигантов, оборачиваясь к другим, дополнил: — Вы двое патрулируйте Лабиринт. Я буду наводить порядок на холмах. График посменный. Постов не покидать! Гиганты со строгими минами кивнули и приступили к дежурству. — А как же я? — спросила девушка. — Ну а ты, — протянул волк, словно неохотно задумываясь, в итоге твердо ответил: — Иди на тренировочную базу следить за яйцами и делать уроки. Дам знать, когда понадобишься. — Хорошо. — И чтоб ни одно не убежало. Проверю через несколько часов. Если будет замечена хоть одна ошибка — вымою полы шваброй из твоих волос. В ответ девушка кивнула, про себя фыркая от жесткого, но странного предупреждения. Хотя у помощников Кролика, особенно — у стража карты, не забалуешь, как и у самого Владельца Лабиринта.

***

Разделив отряды яиц по нужным местам, Вирджиния, удобно присела под робинией, душистые цветы которой играли с солнечными лучами, и занялась раскрашиванием, при этом следила за теми, кто рядом бегает. Иногда некоторые яйца ведут себя как дети в летнем лагере. Только без криков. Подопечная хранителя докрасила десятое яйцо и положила в широкий внутренний карман сумки, поскольку своя корзина еще не закончена. Сумка достаточно надежная, чтобы не волноваться за состояние скорлупы. Осталось сорок, но еще успеется их докрасить. Теперь — доплести корзину. Белые и крашеные яички столпились вокруг своей «вожатой», им так хотелось помочь ей, если бы не отсутствие рук и речи. Однако понимали, что будет лучше, если она выполнит задание сама. Под конец девушка еле доплела корзину — местами почти не заметные дыры и прутья опять торчат. Проверила корзину на прочность вместе с малютками. В итоге такой предмет лучше не брать — все равно недостаточно надежна. Дальше — нарисовать мечту. Спустя некоторое время ученица Кролика почти закончила набросок: книжный лист, на нем изображен ягненок, поедающий жуткие корни на фоне яркого заката, овал красила травяная гирлянда с розами, а в правом нижнем углу выделялась рука, что держит карандаш. Было бы неплохо упростить для идеально понятного, простого и красивого вида, но как вариант сойдет. Она очень надеялась, что если после дел хватит времени, то попробует еще раз. — Балуешься? — послышался грубый голос Яра, напоминающий голос ее отца. — Как идут дела? — Ни один кошмар не пролетал. Все яйца по своим местам. Ни одного нарушения. — Тогда почему эти трое оказались в зале карты? — Яр протянул широкую лапу, где поместились три яйца. — Ой-ей, правда не знаю, я же велела не отходить слишком далеко, — призналась девушка, сменив извиняющийся взгляд на строгий в сторону яиц, что вовсю виновато переминались с ноги на ногу. Она снисходительно хмыкнула, придется их поддержать: — Хотя разве они не имеют право гулять перед самой главной подготовкой? — Имеют, но не везде, — помощник хранителя опустил коротышек на землю. Заметив, как ее лицо скривилось в неловкой улыбке, ко всеобщему удивлению, он легко ухмыльнулся: — На первый раз прощаю. Только в следующий раз будь крайне внимательной, Вирджиния. Кстати, твоя очередь охранять главный вход. Пошли! Вирджиния последовала за волком, поправляя безрукавку. Хотя ее коробило от того, что ей нужно сторожить темным вечером, прямо отказаться не посмела. В темное время туннель с каменными воротами во внешний мир похож на люк, где запросто можно пропасть без источников света и проводников. — И как долго сторожить? — едва сдерживая дрожь, спросила она. — Темноты боишься? — язвительно засмеялся Яр. — С тобой же будут рядом яйцеголовые. — Мне просто интересно, всю ночь или… — Твой пост до часа ночи. В случае угрозы кричи, подай любой сигнал. Увидимся! И да, будь аккуратнее — мало ли, что может произойти. Минуты первого дежурства шли спокойно и тихо. Уже кругом стало совсем темнеть, только-только сияющие светлячки и бабочки кружились над травой. Светлячки, бабочки, грибы, и звезды, будто фонари и лампы, помогали не поддаться давлению мрака. Затишье нарушил неосязаемый ветер, что колыхал листья деревьев, будто он вместе с ними звал к себе. Дул и дул, пока не раздалось эхо другого пронзительного стона боли. Гиганты и Вирджиния вздрогнули. Как раз к ним подбежал сторож карты. — Вы тоже это слышали? — сурово спросил Яр. Каменные яйца сменили встревоженные лица на хмурые, издав звук сдвинутых гор. — Да, что это было? — встревоженно поинтересовалась девушка. — Кто-то забрался в Лабиринт. Я поищу нарушителя, а вы стойте здесь. Если он здесь появится — схватите его и позовите меня. — Но, может, мне пойти с тобой?.. — Это приказ, девчонка! Что бы ни случилось, не покидай пост. Господин Астер шкуру с меня спустит, если что-то пойдет не так, особенно с тобой. Не спорь! — развернувшись, ушел он. Снова чувство, будто помощник что-то не договаривает, как и все. Чем дальше плелось время, тем сильнее в душе нарастала тревожность, как и темные тучи в небе. Лишь работа над заданием и надежда, что все вернутся, облегчили внутренний холодок. Готово! Набросок изображения мечты в яйце. Хоть что-то. Но вдруг снова раздался тот же крик, да не один, а сразу двух голосов, как при нападении двух воинов. — Я пойду проверю, — предупредила Вирджиния гигантов, те, сменив беспокойные каменные лица на понимающие, отпустили ее. Она крепче закуталась в безрукавку, взяла бумеранг и со всех ног побежала туда, откуда предположительно вопили пугающие голоса. Подозрительно скоро крики притихли, сменившись на плеск ручейка и суетливую беготню белок-летяг по ветвям разнолистных аракуарий. От ветреного потока листва деревьев и кустов развевалась, словно она, как и сам лес, предупреждала об опасности. Всё тише крадясь по гладкой траве, девушка обошла стороной реку из перламутровой краски. Неожиданно послышался противный хруст сломанной ветки и привиделся размытый объект, что молниеносно пробежал к столбу высокого идола и скрылся за ним. Только это отнюдь не Яр и не Хранитель Пасхи. — Покажись, кто бы ты ни был, — как можно ровнее направила бумеранг в сторону статуи. Из-за широкого столба статуи медленно, но решительно показался длинноухий дух. Девушка задержала дыхание от страха при осознании, кто перед ней. — Эру, — прошептала девушка. — Здравствуй. А ты ожидала встретить Лунного малыша? — с ядовитой насмешкой усмехнулся белый кролик, метнув на нее враждебный взгляд. — Живучей тварью же ты оказалась, дорогуша. А ведь всё должно было быть по-другому. — Как ты попал сюда? Что ты сделал с Яррамундом? — Он заперт в своей дыре не без помощи тумана иллюзий. Кромешник позволил мне закончить мое дело. С тобой. Пуука прыгнул в ее сторону, начиная нападать бумерангами с острейшими концами. Вирджиния отбивалась как могла. Последовали его сильные укусы и царапины на ее шее, ногах и правом плече. Раны оказались больнее, чем от лезвия меча. Ей хотелось использовать свою магию, но на деле тело и голова безвольно покорились навязчивым страхам. Когда у нее не осталось сил атаковать, Эру толкнул и надавил ногой на ее горло, поднял правую переднюю лапу для новых ударов. — Что я тебе сделала? — Ха, бедняжка. Тебе еще не рассказали, — иронично покачал головой дух иллюзий, глядя на ее извивающееся тело. — Вообще-то глупо болтать с уже растоптанной букашкой. Но, так и быть, я расскажу… — Эру, убери от нее свои когти! — крикнул Пасхальный Кролик. Пуука упал от сокрушительной атаки бумеранга. Однако это не помешало ему сразу начать защищаться. Бой между кроликами начался невероятно жестоко. Взмахом лапы и строгим взглядом Кролик дал понять, что девушка должна уйти, но, едва пробежав несколько шагов, Вирджиния поняла, что просто не могла оставить наставника. Развернувшись, она присоединилась, схватив бумеранг. После броска ее бумеранг стал вращаться. Но не по той траектории, что планировалось, и внезапно попал в затылок Астера вместо Эру. Хранитель застыл, потер затылок — не почувствовал боли, но гадкие ощущения были, что заметно по раздраженному взгляду, направленному в сторону ученицы. Эру хотел было воспользоваться таким отвлекающим маневром и напасть на брата, но ему помешал кончик большого бумеранга сзади. — Как ты?.. — удивился Эру, увидев сторожа карты. — По подземному ходу, — оскалился Яр и выкрикнул: — Ни с места, отступник! — Да, — подтвердил голос Омео. Вернувшиеся помощники Кролика, яйца-гиганты и сам Хозяин Лабиринта с ученицей окружили незваного гостя своими оружиями и грозными взглядами. — Приятно встретить «дорогие» лица, — саркастично протянул белый пуука. — Взаимно, — протянул мощным сарказмом Джарт. — Убирайся, братец, иначе мы тебя одолеем, — потребовал Кролик, укрыв за собой девушку. — Очень мне надо марать лапы о предателей и слабаков, из-за которых наш народ чуть не исчез. — Да как ты смеешь! — взбесился Омео из-за оскорбления, сделав несколько шагов, чтобы с ним продолжить драку, но ему преградили путь Нуллаб и Джарт. Эру лишь отвел глаза и насмешливо фыркнул. — Сколько раз повторять: мы не предавали! — сказал Пасхальный Кролик. — И еще раз посмеешь навредить этой девушке — наша битва точно закончится. — Как трогательно. Но ты, Астер, должен быть мне благодарен, что я «подтолкнул» к встрече с реинкарнацией возлюбленной. — Реинкарнацией? В-возлюбленной? — недоуменно прищурившись, спросила Вирджиния и переглянулась с наставником. Каждый по-своему растерянно не знал, что лучше сказать, но Кролик сохранил твердость, обращаясь к брату. — Даже если это так, она ни в чем не виновата и не умрет, пока я борюсь с тобой, — угрожающе произнес Астер. — О, так ты и сам узнал, — пуука ехидно хмыкнул, деловито сложив руки. — Только не думайте расслабляться. Рано или поздно вы все проиграете, если только не отдадите мне ее. — Дважды повторять не стану: «Вон!» — бросил бумеранг Кролик в его сторону, на что Эру отвернулся от удара. — Я всего лишь предложил верный выбор. Ведь человеческие детишки и твои друзья-хранители важнее одной девчонки, не так ли? Жду не дождусь нашей новой встречи, Вирджиния. Или мне лучше сказать: «Эйя»? Девушка удивленно похлопала ресницами, не поверив в услышанное. Эру лишь напоследок хмыкнул: — Чао! — попрощавшись, он ушел в сторону прыгуче, с вальяжной скоростью, постучал по земле и прыгнул вниз по своей норе, оставив цветок библиса. Все расслабили руки, держащие оружие. — При всем уважении, господин, мне Эру никогда не нравился, — прямолинейно признался Яррамунд. — Так и не избавился от своего максимализма. — Увы, так и есть, — опустил голову Кролик, сожалея, что когда-то уговорил хранителей отпустить Эру. — Назад в Берджесс! — Бой закончился, господин, — остановил Джарт. — После отступления врагов Северянин отпустил нас. — Что ж. Всем спасибо за вашу помощь, можете идти по холмам. Вирджиния, задержись: у меня к тебе разговор. Все, поклонившись, оставили хозяина с ученицей одних. Прежде чем пойти с товарищами, Омео сделал девушке подбадривающий жест, мол: «Крепись!», — на что девушка сухо кивнула, ибо после недавнего происшествия едва удалось прийти в себя. — Ты как? — обратился Кролик к замершей от шока девушке. — Кхм, вижу, что бывало и получше. Пойдем, обработаем твои раны. Он промыл ее раны водой из источника, вырвал из ветвей эвкалипта листья, раскрошил и стал ими массировать больные места. Гнетущая тишина между ними тянулась — оба не знали, с чего начать. — Спасибо, — она вмиг осеклась под его намекающим взглядом и, собравшись, продолжила: — Как вы узнали, что мы в беде? — Если бы не мое предчувствие и болтливость Чирунира, я бы не успел. Снова, — вздохнув, он прижал пальцы со смесью к ее коленям, так что девушка вздрогнула. — Так, тише, не дергайся! — Аргх, неужели все духи могут ранить друг друга? Как же больно, — опустила взгляд на колени — не помешают заплаты для испорченных легинсов. — Когда станешь полноценным духом — ничего не почувствуешь. По крайней мере, такой физической боли. Вот так, — Кролик обмотал листом, похожим на подорожник, последнее больное место на ее плече. — Утром всё пройдет. Вирджиния, то, что говорил Эру, в самом деле… — Значит, это правда? — Да, это так. Понимаю, ты очень удивлена… — «Удивлена» — не то слово. И… что дальше? — Главное, что ты сейчас в порядке. — Только потому, что я Эйя или, как вам угодно, ее реинкарнация? — Вовсе нет. Я действительно хочу помочь тебе вернуться в мир людей. Там тебе будет гораздо лучше, чем со мной. — Да, уж это точно. Потом расскажете, почему вы с братом так враждуете, и об Эйе? — Думаю, на сегодня хватит новых шокирующих знаний. Тебе нужно отдохнуть. Но не думай, что я тебе полностью могу доверять. — Почему? — Из тебя вышел неудачный страж. К тому же, нечего было лезть, пока я спасал тебя. — Мне правда жаль, но я только пыталась помочь. — Хороша помощь от недоотличницы, которая сама себе не способна помочь. Кстати, твое задание готово? — напомнил Астер и протянул лапу, однако его тон звучал как суровый приказ. Помрачнев, Вирджиния промычала что-то вроде: «Опять двадцать пять» — и достала из сумки яйцо, которое раздраженно вручила своему наставнику. — Пожалуйста. Можете оценить, — сухо сказала она и на последних словах шепотом процедила, прямо глядя ему в и без того хмурые глаза, — если вообще что-нибудь поймете. — Свободна! — бросил он. Вирджиния повернулась и не заметила, как сквозь зубы прошептала: — Ненавижу! Надо было стукнуть на самом уроке. Кролик округлил глаза и отрезал: — Что ты сказала?! Девушка явно смутилась оттого, что ляпнула это вслух, но потом она почувствовала что-то, что уговорило ее отныне говорить так, как думает. — Пусть это вышло случайно, но, с другой стороны, кто-то же должен достучаться до вас, что ваша чрезмерная требовательность ни к чему не приведет. Говорите, что хотите помочь, а сами усложняете. — Ах ты маленькая, — понизил голос Кролик. — Да за такое я тебе… — Ну, что вы сделаете? Накажете? Загрузите? Отчитаете? Я уже давно не маленькая девочка, чтоб вы знали. После такого, — указала в сторону места битвы с Эру: — я готова ко всему. Но у меня, честно говоря, уже нет сил пытаться вам угождать. Мне и в прежней жизни таких, как вы хватало. Хранитель в самом деле растерялся, ибо все идеи насчет наказания иссякли, к тому же, на самом деле он понимал, что не хочет ее наказывать, тем более — после такого крика души. — Марш к себе, — взмахнул лапой Кролик. — Потом обо всем поговорим. — С радостью, мистер Банниманд! — саркастично ответила она и резко развернулась, встряхнув волосами. Кролик наблюдал, как Вирджиния яростно уходит. В душе он понимал, что так долго продолжаться не может.

***

Тем временем Северянин и Джек в своем кабинете мастера чудесных игрушек увлеченно изготавливали специальные деревянные свистки для случаев, когда необходимо позвать кого-либо на помощь и связаться с хранителями и их помощниками. Из норы появился хранитель надежды — такое появление всем давно стало привычнее, чем через дверь. — Северянин, ты еще не придумал новый план атаки? — Для начала: «Привет». Увы, Кролик, пока нет. Зато свистки почти готовы. Джек, не забывай, что нужно резать одновременно смело и нежно, — бодро напомнил Северянин, обращаясь к своему ученику. — Ага, нет проблем, — кивнул юноша, вернувшись к работе, после новой попытки его движения стали аккуратнее и ловчее. — Как Вирджиния? — Слава Луноликому, в порядке. — Это радует, и все же чувствую, что тебя что-то беспокоит. Снова дело в ней и твоей первой любви, так? — Хитро подпер ладонями подбородок Хранитель Чудес, на время отложив работу. — Не имеет значения. Успехи моей ученицы оставляют желать лучшего, к тому же, не могу поладить с ней в полной мере. Эх, ребят, не зря люди говорят, что работа учителя — одна из самых адских. Может, поделишься секретами? — О, так всё просто: попытайся поговорить с ней так, чтобы вы друг друга поняли, узнай, что в ней… — Что в ней главное, — закончил за него Астер, закатив глаза. — Я уже всё перепробовал, но сегодняшний вечер снова закончился ссорой. — Впрямь всё? — уточнил старик, прищурив правый глаз. — Да, что мне еще делать? Как бы я ни старался, я не могу быть таким, как ты. — Астер дернул носом, услышав смех. — Что смешного? — Кролик-кролик, хоть у тебя большие уши, но мне порой кажется, что ты глух, как пень после вырубки, — невозмутимо произнес Северянин. Хранитель надежды удивился и так напрягся, будто хотел выразить свою обиду. — Тебе необязательно быть таким, как я, чтобы поладить со своей ученицей. Просто нужен новый подход к ней, и всё. Ты прекрасно понимаешь, что девочке и так нелегко. Если думаешь, что держать ее в ежовых рукавицах — лучше, то вернуть ее к жизни будет сложнее… — Именно, к тому же, могут случиться вещи похуже, чем прозвище «Капитан Шипослов», — присоединился Хранитель Веселья. — Что? Ты не мог бы повторить, приятель? — процедил Кролик. — Это Вирджиния придумала, а не я, — в оправдании пожал плечами Джек и тут же осекся, затем легко сменил тему: — Вообще, будь проще, наконец. Все, особенно девчата, любят учителей с чувством юмора. — Так, лейтенант Петрушка, не отвлекайся! — четко попросил Хозяин Резиденции и обернулся к другу: — А ты подумай, может, у нее есть какие-то интересы, помимо желания вернуться домой? Боль, что она скрывает? Может, это как-то связано с ее магией? — Интересы? — задумчиво протянул Кролик. — Я стал замечать, что она часто сидит с книгой, причем не только по темам, что я задаю… — Неплохо. А еще? — Еще часто рисует в своем альбоме. Один раз она так увлеклась, что не заметила меня… И тут его морда просияла, он достал из кобуры ее яйцо, вгляделся в него и широко ухмыльнулся — кое-что осенило. В ответ Северянин с Джеком улыбнулись, будто желая сказать: «Понял? Тогда действуй!»

***

Облака расступились, пропуская на свободу лучи утреннего солнца. Мелодичные трели певчей ржанки на цветущей боронии уже начали доставать хранителя надежды — девятый час, но его ученица так и не подошла, а ведь он так тщательно — в основном, морально — готовился к их встрече. Он резко встал и собрался к ее дому, благо, тот был недалеко, пусть и относительно. Кролик со всей силы дёрнул за нить колокольчика на пещерной поверхности справа от ширмы. Ответа не последовало. Не было и звука ее движений. Он позвонил еще раз, да так сильно, что колокольчик выпал на траву. На минуту замерев, пробормотал: «Ай, чёрт!» Затем, отмахнувшись, громко позвал — не встречают. Он решил войти сам, раз хозяйка не отвечает, отодвинув ветвистую ширму. Девушка крепко спала в своем гамаке. На удивление, Кролик утратил прежнюю злость, глядя на нее — такую милую и умиротворенную, но ненадолго. Подошел к ней, выпрямился, лапы поставил по швам и, подобно командиру армии, воскликнул: — Подъем, боец! Атака кошмаров! Скорее! От нежданного крика девушка вздрогнула, пискнула и чуть не упала с качающегося гамака. Не успела прийти в себя, как схватила с полки бумеранг и заметила перед собой Кролика собственной персоной. Судя по его широкой ухмылке, нет никакой атаки. — Что вы делаете в моей комнате? — возмущенно спросила она, прижав к себе одеяло. Хотя она была одета в пижаму, но предстать в таком виде перед учителем весьма неловко — прыгучий кошмар наяву. — Вообще-то, сегодня у нас занятия. Никаких выходных отныне, забыла? — Но… — Отставить! Жду тебя снаружи — советую быстрее собраться, — гордо отвернулся он, приближаясь к выходу. Вирджиния проводила его все тем же недовольным взглядом. Она собиралась подойти к ванной, как ее догнал Кролик: — Куда?! Умывание подождет. Ты его уже проспала. — Вообще-то, вы сами сказали, что мне надо мыть уши, так что подождите за дверью, — закрыла за собой соседка. Хмыкнув, Кролик тут же вышел за порог. После быстрого умывания, надев безрукавку поверх туники, она начала застегивать пуговицы. — Вирджиния, быстрее! С таким темпом я скоро поседею, а мне только восемьсот тридцать четыре года. Девушка обомлела, но продолжила одеваться. — Потерпите, еще пять минут! — громко крикнула она. — Еще одна задержка, и я буду каждый раз приходить к тебе по утрам, ясно? — Ясно-ясно, — понятливо протянула Вирджиния, затем в полной готовности вышла из пещеры: — Только вам не кажется, что это уже наглый перебор? — Скажи «спасибо», что я не заставлю тебя работать в моем огороде. После обмена ухмылками они пошли по одной из дорог, ведущей к месту их занятий.

***

— Последний раз! Если опять не попадешь, я тебя укушу, — предупредил Кролик, облокачиваясь на каменную скалу, покрытую изумрудным мхом. — Насколько больно, зависит от тебя. Вирджиния усмехнулась, веря, что он блефует. — Это в качестве мести за вчерашнее? — попыталась надерзить она. Однако вспомнив зубы его брата, вера в его вранье пропала. — Бросай давай! — ухмыльнулся Кролик. Купер собралась, набрала в грудь воздуха, бросила бумеранг. Почти в цель. Опять двадцать пять. Вирджиния медленно обернулась к нему, не зная, чего ожидать от наставника. Тот вовсю рассмеялся: — Укус отменяется. Ты уже лучше держишь бумеранг, направляешь неплохо. Но! Тебе надо еще работать и работать над скоростью, и надо унять дрожь, когда держишь. — Не всем быть такими, как вы, мистер Кролик, — заявила она. — Верно. Я ведь капитан Шипослов, — прищурился он на последней фразе. Его ученица растерялась. — Как вы… — Всё нормально, мне и не к таким прозвищам привыкать, — хмыкнул Кролик, потом он нарочито сурово навис над ней. — Теперь урок по перемещению туннелями, рядовая Купер. Начали! *После двадцатой попытки перемещения тоннелями*: Принюхавшись и оглядевшись кругом, дух Пасхи поискал свою прятавшуюся ученицу. Куда переместил ее туннель в этот раз? И вдруг девушка оказалась сзади него, мягко прикасаясь пальцем по его плечу. Астер вздрогнул, а, обернувшись, усмехнулся ей: — Вообще-то, надо было впереди меня появиться, но сойдет, — в ответ его ученица просияла. — Кстати, я посмотрел на твою вчерашнюю работу. Полагаю, твоя главная мечта — рисовать иллюстрации для книг, я угадал? — Точно. — Звучит хорошо. Это «Маленький принц», так? — И снова вы угадали. Пока я думала, как лучше показать, неожиданно вспомнила одну из своих любимых историй. К тому же, здесь я хотела показать надежду на то, что мы сможем победить козни врагов, страхи и прочие проблемы, как те же баобабы. — Интересный ход мыслей, мне нравится. Никогда бы не подумал, что взрослого человека может такое заинтересовать. — А с чего вдруг? Между прочим, книга далеко не детская, если присмотреться. Да, это, конечно, не из ряда Брэдбери, Хемингуэя, Оруэлла, Шекспира, но в ней есть свои глубокие темы, просто каждый по-разному видит. — Щебеталка, я и не спорю. Просто хотел сказать, что смертные редко читают такие истории, предпочитая удовлетворить свои меркантильные и пустые потребности. Твоя мечта чертовски рискованная, но хорошая. Вирджиния улыбнулась, не веря, что есть еще кто-то, кто поддерживает ее. — А знаешь, яйца с иллюстрациями могут послужить неплохим разнообразием на этой Пасхе. Предлагаю конкурс. Если к марту ты сотворишь такие пасхальные яйца с иллюстрациями, что меня удивят — получишь не только пятерку, освобождающую от дежурств, но и награду с бонусом. — И что же это? Поездка в Австралию? Шоколадный кубок? — иронично поинтересовалась Вирджиния. — С первым ты угадала, — заметив ее вздох восторга, дух весны с усмешкой продолжил: — Да, я слышал, что ты бы хотела там побывать. А бонус другой, только о нем пока не скажу. Но я могу передумать, если ты не хочешь. — Я… Думаю, это звучит заманчиво. Только что скажут об этом остальные и Уме? — Об этом я позабочусь. Урок окончен, ты свободна. Кивнув, его ученица потихоньку собрала сумку. — Вирджиния! — строго прозвучал его акцент, когда она положила последний предмет на дно сумки. — Да, мистер Банниманд? — Я могу проводить тебя, если ты не против. Заодно продолжим вчерашний разговор. — Конечно, — промолвила девушка, поправляя прядь волос слева. Как тут откажешь. Кролик провожал Вирджинию до ее пещеры. Незаметно для них обоих такая дорога превращалась в прогулку. В принципе, по словам хранителя, сегодняшняя погода слишком хороша, чтобы сидеть дома. Заливший свет солнца накрывал, словно лаская. За половину дороги они не сказали друг другу ни слова, но эта тишина была на редкость приятно спокойной. Листва развевалась, будто вместе с ветром подталкивала каждого начать разговор. Вскоре хранитель первый заговорил с паузами: — Вирджиния, ты прости меня за то, что я на тебя давил. Девушка не могла поверить своим ушам — такие признания услышать от него — все равно, что принять в руки кусок золотого самородка. — Все в порядке, мистер Банниманд, — как обычно, автоматически ответила она и вздохнула: — Я сама вчера вела себя, как истеричка. — Серьёзно. Я не хочу, чтобы тебе здесь было дискомфортно из-за меня. Пусть ты здесь на время, но не стоит нам относиться друг другу враждебно, согласна? — Согласна. И что вы предлагаете? Уж явно не дружбу. — Вернее, отнестись друг к другу на равных, а там видно будет. Как-никак, мы духи-соседи. Что скажешь? — Обеими руками «за». Но и вы должны понять. Я понимаю вашу скорбь, ибо…сама тоже потеряла близкого, — прежде чем Кролик собрался ее спросить, она твердо дополнила: — Пусть я реинкарнация Эйи, но я не она, и не нужно срывать на меня свои проблемы. — То же самое и я хотел сказать. В таком случае, предлагаю новый договор. Мы будем сосредоточены на наших задачах. Ты будешь всегда под нашей защитой, но и ты учись постоять за себя. И, главное, никакой сильной привязанности. Понимаешь, о чем я? — метнул он на нее серьезный взгляд. — Читаете мои мысли, — довольно улыбнулась она, так, что появились ямочки. — Согласна. Но и у меня есть условия. Вы не станете слишком многого от меня требовать. — Согласен. Вдобавок, мы отныне должны быть откровенны друг с другом. Договорились? — Договорились, — она протянула ладонь для руко-лапожатия. В ответ он уставился на ее руку и, хмыкнув, твердо пожал. Потом Астер и Вирджиния продолжили идти по травянистым дорогам. Иногда по пути им встречались такие места, что могли бы вдохновить художника ленд-арта. Постепенно тишина между ними стала спокойнее. Настроение девушки с каждой минутой поднималось легко, особенно после интересных рассказов учителя о своем Пасхальном мире, его приключениях с хранителями, о своих предпочтениях в литературе, особенностях здешних растений, об отвлеченных мелочах вроде будущего приготовления какао, когда прохладный ветер станет слишком сильно шалить. Да, даже когда по календарному времени осень или зима, окружающие растения не утрачивают свою весенне-летнюю красоту. Но и здесь, по словам Кролика, не избежать дождей, которые приходят редко. Для Вирджинии этот мир становился еще более любопытным и невероятно прекрасным. Присутствие наставника уже не так напрягало девушку. Так и тянуло необъяснимо улыбаться без всяких рамок и правил. Порой вместе смеялись, когда Кролику удавалось дополнить забавные моменты в своих рассказах. Вирджиния уж думала, что долго не увидит Вестника Пасхи вне уроков таким простым в общении, его улыбку, и от этого ей хотелось сохранить легкость в душе надолго. Потом они остановились, заметив лежащую кучу листьев. — Хм, странно, вроде все листья убраны, — непонимающе нахмурился хранитель. — И правда, — согласилась его ученица, потом с улыбкой высказалась: — Но, по-моему, они не лишние. — Да? И для чего они пригодятся? Для гербария? — Отличная мысль, но не сегодня, — она подошла к листьям, взяла обеими руками горсть, вдохнула их свежий, благоуханный, почти горьковатый аромат и рассыпала их над головой. Последний раз она так баловалась с друзьями в Нью-Йорке в восьмом классе. Беззлобно покачав головой, Кролик подошел ближе и присоединился к ней. Ему казалось, что еще никогда не испытывал наслаждения от по-своему приятного запаха осенних листьев. — Еще они могут пригодиться для игры, — хитро прищурила глаза Вирджиния. — Какой же? — Этой, — она собрала горсть других листьев в кулак и кинула ему. Кролик вздрогнул и в немом шоке отошел на шаг назад. На что девушка хмыкнула: — Теперь извинения полностью приняты, капитан. И со смехом она развернулась, шагая дальше. Кролик ухмыльнулся и пошел за ней. Тут пришла ему в голову одна шалость. Взяв свою горсть листьев, крикнул: — Ну, Щебеталка, ты мне еще ответишь! — он метнулся догнать ее. Вирджиния уже спокойно шла, как вдруг почувствовала, что Пасхальный Кролик бежит за ней. Она встрепенулась. Откуда же было знать, что он воспримет всерьез? — Эй, я же еще не была готова! — со смехом начала бойко бежать. Так они мчались, периодически кидая друг в друга листьями. Казалось, их беззаботный смех был слышен во всем Лабиринте, только стражники умело игнорировали такие звуки. Преградами встречались камни, стволы деревьев, перламутровая река, песчаный обрыв, но тем беготня становилась азартнее. Когда они добежали до дороги к ее пещере, Кролик схватил ее за талию, и они оба упали так, что он оказался сверху над ней, почти нос к носу. — Сдаешься? Рассмеявшись, Вирджиния отрицательно покачала головой, на что Астер прижал ее руки к земле. — Запомни, Шейла: никогда не рассчитывай обогнать Кролика, — хрипло предупредил он, все еще переводя дыхание. — Учту, впрочем, я и не собиралась стать лучше вас. И не называйте меня Шейлой. По привычке их насмешливые взгляды встретились. Затем, опомнившись, встали и отошли друг от друга, как после удара током. — Что-то мы сегодня увлеклись, — неловко улыбнулась Вирджиния. — Да, — так же неловко согласился Астер. — Пошли. Приближаясь к пещере, они порой переглядывались и при этом отводили взгляды, будто не желая смущать, хотя, по сути, нечего тут смущаться. Внезапно улыбка Вирджинии сменилась на гримасу ошеломленного ужаса, когда она взглянула на порванный колокольчик, который теперь лежал на траве. — Это что такое?! — в испуганном шоке протянула ученица духа весны. — Кто мог это сделать? — Оу, — Кролик виновато провел по своему темно-серому загривку, — эм… м… Это я. Громко звонил тогда, а ты всё спала, и я не рассчитал силы. Прости. Сначала Вирджиния окинула его рассерженным взглядом, еще чуть-чуть, и она произнесет недовольную тираду. Однако, заметив его искренне кающийся взгляд, она выдохнула. — Вот как. В таком случае, ты должен мне ремонт моего звонка, мистер Наглорук, — твердо ухмыльнулась Вирджиния. — Конечно… Постой! С каких пор на «ты»? — взметнул бровь кролик. — Ну, ведь мы же договорились относиться друг другу на равных. К тому же, об этом я прошу тебя не как ученица, а как соседка, — хитро улыбнулась она, кладя руки по бокам. — Идёт. Забавно, чую, что это наша не последняя сделка. — И я тоже, — она подошла ко входу и, придерживая лиственную завесу, улыбнулась: — Спасибо, что проводил… — Эй, я же говорил, что меня зовут Астер, — снисходительно улыбнулся в ответ Хранитель Надежды и подмигнул: — Тебе спасибо за такую прогулку, красавица. Давно у меня таких не было. — У меня тоже, — в ее голосе вернулись ноты сдержанности, а лицо скривилось от сомнений. — В чем дело? — недоуменно спросил Банниманд. — Нет, все в порядке, — покачала головой она, отводя взгляд. Очевидно, Кролик не поверил ей. — Не знаю, что ты скрываешь, но знай, Вирджиния, когда будешь готова высказаться — я буду рад помочь тем, что в моих силах. Хорошо? — Я учту. До завтра, Астер! — улыбнулась Вирджиния и скрылась за лиственным занавесом. Прижавшись к стене, она не заметила, как покраснели щеки, а губы изогнулись в легкой улыбке. Дух не знала, сказал ли ей учитель правду, что она «красавица», или это просто из вежливости и для поднятия настроения, но оно однозначно улучшилось. — До завтра, — только и промолвил хранитель. Что-то она держит внутри себя — и это он обязательно выяснит, но не сегодня, по себе знает, как непросто во всем признаться. И, с ухмылкой развернувшись, он покинул территорию пещеры: дела впереди. Сидя у рабочего стола, Вирджиния вертела свою шкатулку воспоминаний, со вчерашней ночи она собиралась проверить, можно ли увидеть воспоминания, не только свои, но и Эйи. Но что-то мешало открыть… Возможно, потому что буквально погрузиться в завесу воспоминаний — отдельное моральное испытание. Потом поставила шкатулку ближе к горшку с цветком Воскрешения и нежно провела по ее драгоценной поверхности — воспоминания никуда не денутся. Особенно те, что важны.