Найдется место для меня?

После того, как хранители улетели на санях Санты в город, их помощники занялись повседневными делами в Резиденции — подготовкой рождественских подарков. Монотонно, но достаточно энергично. Каждый старался не отставать, даже зубные феи при своем крохотном росте были ловкими и выносливыми. Вирджиния трепетно упаковала плюшевого мишку в синюю коробку с золотистыми звездами. Поскольку она не могла одновременно быстро и красиво ленточки завязать, доверила это тонким пальцам паре зубных фей. Эльфы, как обычно, проверяли качество игрушек, даже не упускали возможность побаловаться, например, пара из них увлеченно играла в настольный футбол, который предназначался одному мальчику из Англии. К счастью, Бубенчик, Фил, Гранит не позволили им продолжить баловство. А Джинни, хоть он игрушечный переводчик, но не остался без участия — помогал передавать детали. Йети Ялу кричал начальственным тоном, очень строго настраивая товарищей на более быстрый темп, особенно дам. Как будто от любого медленного или неуклюжего рабочего движения помощника зависела жизнь всей планеты. Его назвали в честь предка — великого вожака народа Сантофф Клаусена, поэтому он хотел быть достойным своего имени и не менее достойным помощником Северянина, который когда-то спас их селение от чар Бугимена. Однако никто сильно не обращал внимания на ворчание мохнатого здоровяка, поскольку таков рабочий процесс Северного Полюса. Зубная кроха пропищала, шустро порхав прозрачными крыльями над левым плечом девушки. Вирджиния вежливо улыбнулась приятельнице — писк помощниц Туфианы всегда забавлял — и обернулась в сторону Джинни. — Я уже больше не могу. Может, устроим перерыв? — перевел феечку игрушка-дровосек. Серошерстный йети по имени Гранит, который строил домик с куклами, бодро кивнул, мол, «да, кстати, почему бы и нет». — Хорошее предложение, но позже. Еще столько нужно упаковать, — с этими словами ученица Кролика плотно закрыла крышкой очередную коробку. — Если вы хотите, то идите без меня. В ответ фея пожала плечами и полетела, к ней присоединился Гранит. Они направились в сторону местной столовой. Однако их остановил Ялу, с ворчанием жестикулируя и тараторя на своем языке: «Перерыв будет, когда я скажу. По местам!» Пришлось вернуться к работе. «Интересно, подготовка к Пасхе будет такой же или менее утомительной? Конечно, навряд ли», — подумала девушка, крепко завязав бантик на очередной упаковке. Неожиданно для нее самой многие игрушки были настолько милы, что хотелось полюбоваться ими, прижать к себе, но, заметив хитрые взгляды коллег, она недовольно встряхнула головой и взяла себя в руки. Нельзя портить такие творения, кроме того, она давно смирилась, что уже давно не в том возрасте, чтобы активно играть, как раньше, даже друзья ей уже больше не дарили такое на праздники. Лучше игрушки дарить тем, кому это по-настоящему нужнее. С этими мыслями она аккуратно поставила музыкальную шкатулку с изящными узорами и балериной внутри в красную коробку со снежинками. Вдруг ученица хранителя почувствовала, как кто-то похлопал по ее плечу. Обернувшись, девушка заметила йети Фила, который пробурчал на своем языке так, что его пышные усы всколыхнулись. — Пора перенести несколько коробок готовых подарков в комнату хранения, — четко перевел бурчание Джинни. — Хорошо, будет сделано, — понятливо кивнула девушка, бодро встав. И, взяв три готовые подарочные коробки в руки, последовала за одним из самых ответственных йети, за ними последовали Бубенчик и Зубная Кроха. Казалось, что еще один рабочий день пройдет спокойно, в ожидании господ. Однако никто не заметил, как на поверхности одной из деревянных колонн за ними сверху наблюдал черный паук, будто ожидая подходящего момента для нападения. Он с помощью паутинки спустился вниз, затем проворно пополз по полу и стал кусать за шею каждого помощника, находящегося в зале. Паука почти сразу стряхнули, кто-то пытался раздавить паразита, но тот уже уполз подальше. Ничто не помешало этому существу напитаться энергией — энергией души с ее страхами. Когда все помощники были укушены, черный паук спрятался за глобусом и обернулся Кромешником. Дух страха с надменной усмешкой взмахнул руками, и перед ним предстали новые кошмары, на этот раз — в облике двойников йети, эльфов и фей, да только их взгляды были далеко не доброжелательными. — Чудесно, — едко промолвил дух кошмаров. — Осталось еще четверо мушек.

***

Снежный человек поднял еще одну большую коробку своей сильной рукой. Заметив, что девушка едва поднимает четвертую по счету, на этот раз — потяжелее, пробурчал ей. — Помочь? — снова возник голос переводчика. — Нет, спасибо, — ответила Вирджиния, все же еле подняв предмет. Заметив, что ей тяжело, Фил отобрал коробку. — Тебе и так хватит. Хотя ученица хранителя надежды хотела доказать, что она не слабая и не медленная, она понимала, что даже для духов всему есть предел и это тот случай, когда разумно будет принять помощь. Покинув архив, компания помощников хранителей пошла по коридору, освещенному фонарями теплого света и яркими флагами, прикрепленными к стенам. Красный ковер с орнаментами четко подчеркивал позитивную яркость штаба, под стать характеру владельца. Вдруг Зубная Кроха пискнула, из-за чего эльф растерянно уронил коробку. Фил подхватил ее. — В чем дело? — спросила Вирджиния, но, узрев, кто к ним бежит, вздрогнула, вскрикнула и обомлела от испуга. — Кубайура! Таны, — вскрикнул Фил, на секунду замерев, когда заметили нападающих. — Осторожно! Кошмары, — сухо перевел игрушечный переводчик, но, судя по его мелкой дрожи, его тоже настигла тревога. Не просто кошмары, а копии их товарищей, укутанные черным песком. Сами ребята отложили коробки и приготовились к отпору. Шум драки помощников хранителей с кошмароподобными копиями самих себя и друзей набирал мощь. Удар за ударом. И снова удар за ударом. Сами помощники хранителей давали сильный отпор, да только противники не спешили отступать. Двойник йети Фила ударил в живот и челюсть свой оригинал, так что тот упал в угол и тяжело задышал. Кошмар приближался добить его, но тут между ними оказалась ученица Кролика и ударила по противнику бумерангом. Сам двойник чуть отошел и, разозлившись, в ответ атаковал девчонку. С каждой атакой кошмар делал вид, что не сдается, хотя по его взгляду было видно, как тот теряет всё больше сил. Она еще раз ударила бумерангом в черную шерсть, и тот растворился. Дух тут же подбежала помочь встать Филу, к ней присоединились Бубенчик и Кроха, которые успели прогнать остальных кошмаров. Поняв, что растерянностью не поможешь, ребята попробовали помочь ему встать, чтобы отвезти его в лазарет, быть может, подмога встретится. Вирджиния держала за руку хромающего йети, Кроха ободряла, Бубенчик направлял и глядел в оба, вдруг еще враги будут их преследовать. Едва-едва они шагали в сторону зала. Тяжело ли было им таскать метрового здоровяка? Конечно, но и оставить его одного в коридоре они тоже не могли. Вскоре он смог сам ходить. Стоило им повернуть за угол, как внезапно за спиной послышался хитрый смех. — Подмога вам не понадобится. Все уже в моих клетках. Их страхи хорошо помогли мне создать двойников. Вирджиния со всеми медленно обернулась и на миг замерла. Перед ними предстал Бугимен, гладивший гриву своего кошмара-коня. Раньше она представляла его чудовищем, но и внешность мужчины не обделена мрачностью: дымчатая кожа, растрепанные черные волосы, как воронье крыло, вся его одежда была темной, словно смола, длинный халат с вырезом и тенями, стекающими по его рукам, скрывая его тело, как тень. Тот самый дух кошмаров, что ее пугал в детстве по ночам и от присутствия, которого появляется необъяснимый, мерзкий мороз по коже. Маленькая фея грозно пропищала что-то вроде «Ты!» и подлетев к нему, стала бить его то крошечными руками, то ногами по его груди. Дух страха презрительно оскалился и швырнул ее, как мошку. К счастью, она не пострадала и смогла прийти в себя. — Жалкое зрелище, — с презрением пробормотал темный дух, потом перевел взгляд на девушку, усмехнулся, насмешливо осматривая ее с ног до головы: — А ты, значит, новый союзник хранителей? Молоденькую помощницу подсунули Кролику. А я все думаю, чьи же еще страхи так безупречны. Они тоже дополнят мою коллекцию. В ответ она метнула в него бумеранг, но дух ловко развернулся. — Вам лучше освободить жителей штаба и уйти прочь, — Вирджиния пыталась говорить угрожающе, только хищная усмешка незваного гостя стала еще надменнее. — Живо! Зубная Кроха пискнула в поддержку. Эльф замахал кулачками и, подбежав к Кромешнику, укусил за его ногу. На что Питч вышвырнул его. А когда йети набросился на него, Кромешник окружил себя защитным серым куполом. — Ой, как страшно от такой армии! — протянул Питч Блэк. Серый купол растворился. Затем Кромешник щелкнул пальцами, и Фил оказался в черной клетке. Так он «запер» всех помощников, кроме одной. Кромешник хлопнул в ладони, и клетки с пленниками исчезли, он остался с Вирджинией наедине. — Эру просил тебя оставить лично ему на растерзание. Но перед этим не помешает сделать тебя беззащитной, — лукаво улыбнулся Кромешник, медленно подходя к ней. — Ты всё так же жалко стараешься скрывать свои страхи, душенька. Да, Вирджиния, ведь я тоже знаю тебя с малых лет. В любом случае, ты умрешь, если поддашься страхам. А это произойдет раньше, чем думаешь. Дух кошмаров со смехом направил на нее волну черного песка. Вспомнив теорию, что слабое место Бугимена — дневной свет, девушка быстро нарисовала бумерангом щит из света Солнца, не такой большой, как ожидалось, но он смог более-менее укрыть от магии страха — что и вышло. Кромешник отступил на несколько шагов назад и выстрелил в ее сторону сгустками черной энергии. Кромешник и Вирджиния начали сражаться друг с другом. Когда сильнейший удар был близко, яркий щит перестал действовать. — Куда тебе тягаться со мной? Милая, понадобится большее, чем фокусы со светом, — рассмеялся дух ужасов и убрался восвояси. Ученица духа весны удивилась. — Где ты? Мы еще не закончили, Бугимен. Вместо ответа возник его шипящий, устрашающий шепот с ноткой притворного разочарования: — Когда же все поймут: сколько ни сопротивляйся, сколько ни убегай — от страха никогда не избавишься навсегда, — почувствовав мурашки по спине девушки, чего он и добился, царь кошмаров кликнул: — Оникс, взять ее! Его любимец тут же подскочил атаковать. Топот копыт звенел в ушах, словно навязчивые звуки дверного стука от угрожающего незнакомца. Она метнула в него бумерангом, но конь развернулся. Конь резко напал на нее, прижал копыто к ее груди и посмотрел в глаза, будто гипнотизируя и ожидая момента, когда она сдастся. Дух почувствовала возникающие голоса в голове, а вместе с ними — болезненные удары копыт. Как была, так и останешься одна и никому не нужной. Запомни это… Очнись! Твои рисунки никакую пользу не дадут, картонка Вирджиния. Всё из-за тебя. Ничего тебе доверить нельзя! Ничего! Чем внушительные были те голоса из прошлого и подсознания, тем больнее становились удары коня по груди и по всему телу. Будь у нее человеческое сердце, оно бы сжалось как никогда, но духу все равно было больно слышать это. С каждым ударом и звуками голосов она постепенно ослабевала. И тут она вспомнила, что если еще попытаться обрести смелость, то и страхи должны уйти, вспомнила о своей задаче, вспомнила о приятелях, которым и так нужна помощь, вспомнила о своем обещании не подвести хранителей и учителя в том числе. Она вдохнула, сжала зубы, посмотрела в глаза кошмару, прикоснулась к копытам, погрузилась в представление, и его черная шерсть вместе с копытами обратилась в золотую, а морду закрыла уздечка, от чего ему стало больно, и на спине в придачу оказалось седло. Трудно было поверить, что это существо было страшным кошмаром. От такого унижения лошадь ускакал восвояси и заржал, будто жалуясь. Вирджиния довольно усмехнулась и оглянулась. Кромешник удрал, даже не откликнулся на ее зов. Не получив ответа и намеков на новое нападение, ученица хранителя помчалась со всех ног по лестнице вниз в зал. Пока она бежала, подумала, не взять ли свисток для призыва помощи, но передумала — еще не время, в этот раз она попытается доказать Банниманду и остальным, что сможет быть полезной в защите дома (ведь штаб, по сути, и есть дом хранителей и их помощников). Обычно она считала такую «храбрость» безумием, но что-то ей подсказывало, что так лучше будет поступить. Добравшись до зала фабрики игрушек, она заметила, что многие действительно сидят обессиленные в черных клетках, было слышно, как бубенцы на колпачках эльфов отчаянно звенели. Однако встречались те, кто пытался сопротивляться: кто-то сильно дергал прутья, кто-то из феечек безуспешно пытался пройти сквозь щели. А три помощника хранителей — Фил, Бубенчик и Кроха — вместе с переводчиком дрались с темными двойниками своих друзей, кошмарами-оленями и кошмарами-крысами размером с горностаев, которые не упускали возможность карабкаться по колоннам, чтобы напасть сверху или покусать за ноги. Настоящие помощники хранители отбивались — ни на что, не обращая внимания — даже Филу страх потерять товарищей придал сил. Девушка хотела присоединиться к бойне, но подумала, что стоит помочь остальным выбраться из клеток. Но как? Тут пришла рискованная мысль: воссоздать в воздухе топор для ломки замков клеток, ведь кладовка далеко. Вирджиния нарисовала бумерангом инструмент, взяла его в руки и подошла к клетке, где томились взволнованные йети. — Отойдите! Я сейчас вас выпущу. Надеюсь. Потом она начала уничтожать замки топором. Раз. Замок лишь чуть ослабел. Зубная кроха подлетела к ней и что-то пыталась ей сказать. — Я тоже рада тебя видеть, но не отвлекай меня, — ответила девушка к глухому раздражению феечки. И еще раз. Замок сломался. Помощница хранителя открыла дверь и йети вышли. То же самое она проделывала с другими клетками, пока продолжалась борьба. Когда все освободились, защита штаба стала еще эффектнее: йети яростно махали и били могучими кулаками, эльфы кусали и ставили им ловушки вместе с остроносыми феями, а ученица Кролика отбивалась бумерангом, который после каждого удара возвращался к ней в руку. При этом, помимо своих сил, каждый старался держаться за бесстрашие, как не менее важное оружие от противников. Одни темные двойники растворялись, других грозно выгоняли за двери главного входа. — Что ж, я недооценил вас, — эхом зароптал голос Кромешника, на одной из стен можно было заметить его тень. Затем появился он сам, во плоти, у камина. — До следующей битвы! С этими словами он ушел, так что искры черного песка рассыпались в прах. Неожиданно Вирджиния услышала за ухом его шепот, будто он рядом находился: — Тебе повезло, но я чую твои другие страхи. Рано или поздно ты со всеми падешь от наших рук. Тебе совсем нигде нет места… Сперва она остро отреагировала, будто ее проткнули ножом, но потом, встряхнув головой, дерзко отмахнулась кулаком: — Да заткни ты уже свой вонючий рот! Йети Таши, что стоял слева, удивился и обиделся. — Это я не тебе. А Кромешник… В ответ Гранит понимающе и решительно забурчал. — Он и не на такое способен, — перевел Джинни. — Кажется, этот негодяй ушел. — Как вы смогли освободиться? — спросила Вирджиния у Фила, Крохи и Бубенчика. Те одновременно громко и неразборчиво стали отвечать, а Бубенчик кивал, так что колокольчик на конце его колпачка звенел еще громче. — Фил смог разрушить прутья клетки через с помощью силы и мыслей, что помогли не поддаться страхам. Когда сосредотачиваешься на цели и подходящих мыслях, страх может отступать, — перевел Джинни. Зубная Кроха пропищала на своем что-то вроде: «Я пыталась тебя предупредить». — Получается, я зря пыталась освободить таким методом? — указывая на топор, недоумевала девушка. — О ну доро. Кубайро. Мануло. Ту Уно Охрайно. Все улыбнулись. Вирджиния смогла понять смысл реплики Фила: — Почему же? Зато ты пыталась не стоять на месте. От всех нас спасибо тебе. В ответ ей лишь оставалось улыбнуться. Приятели на всякий случай проверили и восторжествовали, что враг точно ушел, пусть и на время. Потом они распределись по группам: одна должна помочь раненым отнести в лазарет, другая — привести в порядок штаб до прихода хранителей, третья — продолжить работу по изготовлению подарков. Как только Вирджиния, Бубенчик и Зубная Кроха отвезли пострадавших в лазарет и помогли главному врачу найти подходящий настой, они вернулись в зал, дабы помочь с уборкой. Однако для идеального порядка потребуется не один день: нужно поменять фонари и починить летающие игрушки, что пострадали из-за кошмаров. Не успели они и оставшуюся половину дел закончить, как послышался испуганный голос хозяина штаба: — Во имя Рахманинова! Что здесь произошло? Другие хранители, которые тоже выходили из волшебного портала, были не менее него шокированы, даже Зубная Фея ахнула и прикрыла рот, над головой Песочника образовались песочные образы знаков вопроса и трех восклицательных. Все уставились на помощников, ожидая объяснений.

***

— Вот так случай! Я уж было подумал, что вы устроили вечеринку в наше отсутствие, — произнес хранитель чудес после рассказа помощников. Джек фыркнул. — Северянин, на недавнюю вечеринку очень мало похоже. Даже я не способен на такой бардак. — Виноват, согласен. Так вот почему Бугимен отсутствовал в битве, — вымолвил Санта, нахмурив лицо. — Для наполнения своих паутин кошмаров. Пострадавшие есть? Получив утвердительный ответ от йети, хранители еще больше поразились, но особенно растревожилась Туффиана. — Почему вы не воспользовались своими свистками? — взволнованно спросила Хранитель Воспоминаний, кладя руки по бокам. — Да, кстати! — строго поддержал Кролик, буравя суровым взглядом, от чего Вирджиния почувствовала мурашки неловкости. Сперва все смутились, Вирджиния пыталась объяснить, но удалось лишь неловко промямлить, зато Фил отбросил растерянность и стал объяснять на своем йетском языке, однако, судя по его интонации, это звучало как оправдание. — Вот как. Я понимаю и горд за вашу храбрость. Но, тем не менее, в следующий раз в самый крайний случай не скупитесь позвать хотя бы одного из нас, не хочу, чтобы все вы пострадали. Ясно? — получив утвердительные кивки, Северянин улыбнулся: — Вот и славно. Предлагаю всем собрание за чаем. Вирджиния, ты тоже можешь присоединиться. — Благодарю, но уборка еще не окончена, и игрушки испорчены… — Большую часть дела вы выполнили. Остальное успеется. Этот денек и для вас был трудным, так что на сегодня вы можете отдохнуть. К тому же, без сил не получится доделать. После пережитого не грех прийти в себя и выпить чая, не так ли? — Да, но… Ее прервал Песочник, который с улыбкой подлетел к ней и создал над головой образы — фигура Санты и круг с крестом, отграничивающим другой знак. — Песочник хотел сказать: «Лучше не отказывай Северянину», милая, — перевела Туффиана и дополнила: — И, между прочим, он прав. — Я так и подумала, — улыбнулась Вирджиния, потом смутилась, — Если только… Девушка посмотрела на своего наставника, ожидая его мнения. — Я разрешаю, — хмыкнул Кролик. Во время собрания в книжном зале за чаем с печатными пряниками и другими перекусами они обсуждали новый план атаки. Каждый настаивал на своей идее, но к окончательному решению так и не пришли. Пока Санта стал обсуждать свои предложения, местами слишком сложные, местами неудачные, по мнению некоторых, Джек прошептал шутку на ухо Вирджинии, что сидела рядом с ним, отчего та едва сдержала звонкий смешок. От увиденного Кролик почувствовал острый укол ревности, как будто в него ткнули ядовитым дротиком, потом он собрался с мыслями: «Чего я напрягаюсь? Парень просто развеселил мою девочку. Мою девочку? Что я опять несу! Вирджиния — моя ученица. Да, она реинкарнация моей любимой Эйи, но я должен помочь ей вернуться домой. Должен! Но вашу ж синтетическую морковь! Почему я так трясусь от раздражения, глядя на этих веселых болтунов вместе? Джек всегда же клоуничает и любит произвести впечатление. Как бы я хотел, чтобы она так же часто улыбалась, глядя на меня… Так, соберись! Тебе не об этом надо думать!». К его счастью, Песочник тактично убедил молодых духов быть потише, но не оттого, что ему самому, как обычно, спать хотелось, а потому, что такие вещи на собраниях нельзя пройти мимо ушей. Почти каждый предлагал свои идеи. Ник предложил выбрать день, когда они вместе отправятся в логово Кромешника, чтобы напасть на всех и заставить прекратить создание паутин кошмаров. Кролик предложил сделать для Чирунира ловушку, как в легенде про его предка, только по-другому. Фея предложила одолеть Эру, принудить его оставить Вирджинию в покое и прогнать его вместе с Чируниром в Австралию навсегда и без поблажек, как было в прошлый раз. Как бы ни было тяжело Кролику, но и он не меньше хотел наказать Эру. Все высказанные мысли по-своему хороши, но остается подумать, как совместить эти идеи без лишних рисков и жертв. После принятия решения поговорить об этом на следующем сборе хранители рассказали помощникам свое приключение с итогом, как они стали невидимками, но к концу дня их стали снова видеть дети, после того, как им удалось победить Эру и Чирунира, которые вместе с кошмарами-волками хотели погубить детей из больницы и…само тело Вирджинии в коме. — Кстати, Вирджиния, тебе привет от Джейми, он здорово нам помог, — добавил Северянин. — Вы видели его? Как он? — обеспокоенно спросила ученица Кролика. — Он в порядке, — ответил Джек. — Держался молодцом. Если бы не он и мы не подоспели, ты бы уже… Кхм. Не смогла вернуться в мир людей. — Даже не знаю, что и сказать, кроме «Спасибо». Жаль, что я не смогу отблагодарить Джейми лично… — Отчего же? — удивленно встряхнул руками Северянин. — Можешь одним способом. Обычно в таких вопросах мы обращаемся к Луноликому или Уме, но не зря же я Хранитель Чудес, чтобы помочь. Девушка стала внимательно его слушать, расширив глаза. — Я дал Джейми свисток, благодаря, которому он может связаться с нами, — объяснил Дед Мороз. — И с тобой тоже. Вы можете быть на связи столько сколько угодно. Кстати, с помощью него, ты можешь наблюдать за своей семьей. — Когда же вы это успели? — удивилась Вирджиния вместе со всеми. Северянин и Джек хитро усмехнулись. — Ха-ха! Я решил его сделать на всякий случай, — подмигнул Клаус. — Для союзников и тех, кто верит в нас, ничего не жалко. Вы это заслужили. — Да, к тому же, не хотели с этим тянуть, — проговорил Джек. — Благодарю! — широко улыбнулась девушка. — Обращайся, дитя, — похлопал по ее плечу лидер хранителей. — Ребята, все свободны. Вы можете остаться у меня. Если, конечно, хотите. Все решили остаться. Кроме одного хранителя. — Норт, я хочу еще кое-что с тобой обсудить, — сказал Кролик, затем обернулся к ученице: — Вирджиния, подожди меня в своей комнате. — Хорошо, мистер Банниманд. — Мистер Банниманд, — с дразнящей усмешкой протянул Джек, — как звучит. — Да иди ты, — отмахнулся Кролик. — Хватит вам. Я как раз с тобой тоже хотел поговорить, — прислушался Северянин. Остальные хранители и помощники вышли из книжного зала. Сначала было ей хотелось подслушать, но и нарушить приказ наставника она не могла. Да и стража йети намекнула, что лучше не стоит. Догнав уходящих, йети Фил пробурчал что-то девушке. Вирджиния поняла только половину его речи. — Он говорит: «Если понадобится наша помощь, попроси». Вирджиния смутилась, но улыбнулась: — Не стоит. Окей, обязательно обращусь. Все разошлись в разные стороны. Песочный человек решил улететь на работу вместо отдыха в своей комнате и на своем языке песочных образов пожелал Фее и Вирджинии спокойной ночи, галантно поклонившись, на что они ответили улыбками. Потом девушки добрались до дверей своих комнат, при этом обсуждая сегодняшний день, свои задачи и не только. Туффиана была активной болтушкой, при этом не раздражающей, что как раз было комфортно для них обеих. Вирджинии приятно слушать единственную девушку-хранительницу в команде, но она с нетерпением ждала уединения — попробовать связаться с другом, так что тут не до женских и не только мелочей. Наконец-то добравшись, Фея пожелала удачно связаться с Джейми и напомнила, что к ней можно обратиться, если понадобится подсказка. Ученица Кролика кивнула. Когда она дошла до комнаты, то подула в свисток, представила себе Джейми, и из свистка возник, в самом деле, с маленькими помехами яркий портал полупрозрачных цветов, размером в круглое маленькое зеркало. Помехи исчезли, и теперь было четко видно самого парня. — Прошу! Ну прошу, Вирджиния, ответь… — умолял Беннет с закрытыми глазами. Казалось, будто он уже отчаялся. — Джейми, это я! — Вирджиния? Это ты? Ты меня слышишь? — Да-да! Они оба рассмеялись от радости. — Как же я рада тебя видеть! — Я тоже! Все-таки эта штука сработала. Как ты? Джек мне говорил, что ты стала ученицей Пасхального Кролика. — Да, есть такое. — Круто. У тебя там всё хорошо? — Не могу сказать, что легко, но в целом, да, хорошо, — призналась она. — Рад это слышать. — Ну, рассказывай! — одновременно начали просить. Так много хотелось спросить и рассказать, что оба не знали, с чего начать. Постепенно они начали обсуждать новости из своих жизней. Зубная Фея открыла дверь, чтобы проверить, но, заметив, что ребята увлеченно общаются через портал из свистка, она улыбнулась и закрыла дверь, чтобы не мешать их разговору.

***

Кролик подошел к древесной двери комнаты ученицы и услышал смех. Что-то тянуло не прервать разговор ребят, а понаблюдать и навострить ухо. — Да, испытаний тебе задали уж больно много, конечно, — шокировано прокомментировал парень. — Обычно такие качества преодолевают месяцами, годами… Ой, извини. Девушка надула губы и отмахнулась, едва сдержанно закатив глаза. — Ай, не ты один в шоке. Даже срок не дали. Но ничего не поделаешь, и грех жаловаться… — Да уж. Так говоришь, не можешь сама посетить Берджесс? — Могу, но пока с сопровождением. Когда именно навещу — тоже неизвестно. Кролик задал мне еще кучу домашнего задания. Надо выполнять. — Хотя Кролик всегда был одним из моих кумиров, но его методы мне кажутся чересчур. Да, это всё для твоего блага, но все равно. Хранитель Надежды нахмурился, но через минуту почувствовал вину и понимание, что парень в чем-то прав. — Да, это все же к лучшему, — призналась Вирджиния, желая закрыть эту тему. — Особенно, если учесть сегодняшнее похождение, мне еще учиться и учиться стоять за себя. — Беру свои слова назад. Удачно тебе выполнить задания! — Спасибо… — Выше нос! Пусть мы еще не так хорошо знакомы друг с другом, но я верю, что ты справишься со всем. Вспомни, как мы делали с тобой доклад по литературе, тему которого нам казалось совершенно нереальным раскрыть, и ты паниковала, что не сможешь получить «пять», в итоге ты справилась. Мистер Крокодайл даже перестал придираться, а видеть его довольным крайне редко. Или как ты помогла Софи дорисовать семейное древо в ее проекте. — Но это всё ерунда. — Кому как, но не для нас. А вот насчет твоих испытаний, могу предложить… — Джейми замолчал, обернулся и прошептал: — Кажется, это медсестра. Пока, Вирджиния! Конец, то есть, до связи! — Да, пока, Джейми. До связи! После проговоренной фразы облако портала испарилось и вернулось в одну из дырочек свистка. Губы Вирджинии изогнулись в легкую улыбку: наконец-то удалось увидеть хотя бы одно знакомое лицо из мира людей. Однако почувствовала, как в душе заскреблось от мыслей о том, когда же удастся выполнить все задания, когда она сумеет постоять за себя, не говоря уже об испытаниях. Впервые ей не хотелось вернуться в свой дом-пещеру, ибо видеть свой цветок бесцветным уже порядком надоело. Впрочем, погружением в терзающие мысли из серии «Ну, когда же…» не поможешь. Погрузившись в раздумья, она не услышала раскрывшуюся дверь и чьи-то шаги. — Вирджиния… Девушка вздрогнула, но, увидев наставника, она облегченно вздохнула. — Ты чего испугалась? — усмехнулся Кролик. — Я до такой степени страшный? — Это я от неожиданности. Просто я не заметила, как вы вошли — Собирайся, пора домой.

***

Кролик и Вирджиния вернулись в Лабиринт и продолжили тренировки тай-цзи. По глубоким ощущениям она чувствовала, как прорабатываются ее центры энергии в теле, Вирджиния могла отбиваться от ударов Кролика, но в конце тренировочного боя снова выигрывал он. Хранитель Пасхи утверждал, что у нее успехи есть, но все равно имеются недочеты, как, например: неровная спина во время тех или иных боевых поз, где-то снова заметны зажимы, недостаточно сильные ноги при попытке ударить ими в грудь противника, когда тот прижмет к земле. И это несмотря на то, что она выполняет упражнения во время досуга. После тренировки хранитель отпустил ее с надеждой решить эти проблемы. Впервые Вирджинии не хотелось идти домой, на время разлучаться с Астером — она не могла понять, почему, но ее успокоила мысль, что он стал ей приятен как учитель и человек, вернее, дух. *Этим вечером в Лабиринте, в пещере ученицы Хранителя Надежды* Пасхальный Кролик заканчивал чинить звонок-колокольчик. — Вот так. Теперь проверим, — он осторожно прикоснулся к веревке. Все были во взволнованном напряжении в ожидании результата. Звонок стал звучать громче и мелодичнее прежнего, что не могло не радовать обоих. — Отлично! — обрадовалась Вирджиния, раскрывая сжатые кулачки. — Не зря меня называют «Мастер на все лапы», — криво усмехнулся Кролик, наслаждаясь ее улыбкой. На что девушка лишь хмыкнула и изогнула бровь, не поверив в его хвастовство. — Ладно, не во всем, конечно, но все же мастер… Девушка тихо рассмеялась. — Спасибо, что починил. Астер, как я могу… — Вирджиния, мы же договорились… — Да-да, никаких благодарностей и «спасибо». Но иначе я поступать не могу, особенно, когда ты уже который раз мне помогаешь. Как насчет чая или сока? — предложила она. — Ты уже как Северянин становишься, — хмыкнул Кролик. — Но, пожалуй, не откажусь. К тому же, я как раз хотел побыть с тобой. Вирджиния вздрогнула от непонимания. Да и сам дух был в шоке от своих слов, затем поправился: — В смысле, поговорить. — Хорошо. Войди, — едва удерживая спокойствие, она дала войти соседу. Тот прыгнул во вход в пещеру, а девушка быстро направилась на кухню. И вдруг Кролик остановился, принюхался к новому для себя запаху, обернулся и заметил изменение. — Вирджиния! Смотри, цветок воскрешения, он… — Что с цветком? — спросила Вирджиния, вернувшись в комнату и чуть раскрыла рот от увиденного. Стебель цветка воскрешения ярко позеленел на полтора дюйма, остальная половина стебля все так же была серая, но он чуть приподнялся вверх. — Поверить не могу. Наконец! Но как? — поразилась Вирджиния, едва сдерживая дыхание, до сих пор не веря тому, что заметила, словно заблудившийся путник, который нашел дорогу после долгого поиска. Рано радоваться, но, когда ты уже больше недели видишь свой «билет домой» без изменений, сложно скрыть эмоции. — Думаю, это связано с тем, как ты держалась в штабе во время борьбы с кошмарами, — предположил Кролик. — Вот только, похоже, уверенности маловато, поэтому и стебель не до конца зацвел. — Вот досада, — сердито вздохнула девушка. — Эй, во всяком случае, лучше, чем ничего, — приободрил ее хранитель. — К тому же, у стебля есть и будут еще возможности вырасти. — Ты прав. Не думала, что скажу это, но, кроме того, в нем уже есть своя прелесть, — она продолжила любоваться стеблем. Вирджиния никогда не была сильным любителем и знатоком цветов и прочих растений, но и не отрицала в их красоте, даже маленькому ростку, который только начинает расти в этом большом и сложном мире. — Хозяйка, я тоже рад, но все же вроде как у тебя в гостях сам Пасхальный Кролик, — прервал ее радость от маленькой победы хранитель. — Ах да, пошли. После маленькой кухонной возни, хранитель и его ученица сели за столом. Кролик с удовольствием попивал теплый морковный сок, а девушка пробовала кофе, тоже с морковкой, по его рекомендации. — Ну как? — с ожиданием поинтересовался хранитель. — Хм-м, необычно, нет, даже очень вкусно. Кстати, я удивлена, что ты, оказывается, тот еще кофеман. — Когда ты трудоголик и знаком с экспертами разных напитков вроде Северянина и Нуллаба, вкусы становятся и не такими, — с искренним наслаждением допив морковный сок, Астер продолжил разговор: — Кстати, тебе здесь удобно? Всего хватает? — Да. Разве что… Хотя нет, забудь. Я уже привыкаю. — Чего же? Косметики, плеера для музыки? — с язвинкой усмехнулся хранитель. — Ты угадал, но и не только этого… А с чего вдруг такой вопрос? — Может, все же ответишь? — передразнил он ее недоверчивый тон. — Иногда мне не хватает окон, компьютера, но я начинаю привыкать без них. Правда мне много чего не хватает из дома. Моего кота Бродского, родителей, хотя у нас были… очень непростые отношения и порой мне казалось, что им лучше без меня, но все равно. А еще не хватает духов, фотографии, книг, привычной одежды и обуви, велосипеда и цепочки… Цепочка со знаком бесконечности — подарок моих друзей перед переездом. — И что же в этой цепочке особенного? — Она что-то вроде талисмана на успехи в учебе, одного из знаков нашей дружбы и напоминания о том, что я не буду чувствовать себя одиноко в любых обстоятельствах. Знаю, звучит как фигня, но всегда хорошо, когда есть что-то на память о близких, о неплохих моментах из прошлого, где бы ты не находился… Теперь стало ясно, почему иногда она прижимает ладонь в области середины ключиц, когда волнуется. Так же делала Эйя, если она забывала надеть ритуальное ожерелье или амулет. — Я понимаю, но это всего лишь украшение, — как будто скептически произнес Банниманд. — Есть и другие способы не чувствовать одиночество. А воспоминания никогда не теряются полностью при сильном желании. — Смотря какие воспоминания, — несогласно пожала плечами Вирджиния. — Понимаю, это глупо — зависеть от вещи, наверняка она сейчас валяется на асфальте или досталась какому-то бомжу, но мне бы хотелось, чтобы хоть что-то напомнило о доме…и о доме в Берджессе тоже. Нависла тишина, которая не спешила впустить в себя любые звуки. — Ведь ты… — хотела было продолжить разговор девушка, но дух Пасхи ее перебил. — Если ты хочешь узнать, хотел бы я иметь хоть что-то на память о моем доме, то смею разочаровать — нет. Моих воспоминаний, особенно печальных, в голове и зубной шкатулке, что хранит Фея, уже достаточно. — Могу понять. — Знаешь, Вирджиния, я все-таки выполню свое обещание. Ты можешь навестить свой дом, — решительно произнес Кролик. При этой новости ее глаза недоверчиво, но радостно заискрились. — Для начала сопровождающим буду я. Обещать не могу, что мы потом возьмем твоего кота с собой, но, возможно, найдем эту безделушку и починим ее, на худой конец, возьмем что-нибудь. — Серьезно? — на всякий случай спросила его ученица. — Серьезно-серьезно. Только не заставляй меня клясться, — предостерегающе хмыкнул Кролик. — Не стану. Верю, что ты не лжешь. Я так рада! Но с чего вдруг такое изменение решения? Ведь я еще не закончила все задания. — Я подумал, что опять слишком много требую от тебя. К тому же, это необходимо для твоего восстановления сил. Да и на недавних занятиях ты сдала нормативы на четверку, так что… Но учти, не вздумай потом отходить от меня! Не хочу, чтобы ты снова вляпалась в неприятности. — Хорошо. Когда пойдем туда? — В это воскресенье, — твердо ответил Кролик. Девушка кивнула, а потом крепко обняла его и прошептала: — Спасибо! Хранитель замер от удивления, тем не менее, ее объятия были так приятны. Он неуверенно поднял лапы для взаимных объятий, но не сделал это, как будто боялся сжать до боли, тем более хрупкую — по его мнению — девушку. Затем он убрал лапы и, сменив улыбку на требовательный тон, сказал: — Ладно-ладно, довольно нежностей! Хочешь задушить меня? — Прости, — неохотно убрала она руки от его теплой шерсти. — Не могла удержаться. Кстати, когда я была маленькой, мечтала увидеть тебя и обнять. Жаль, что тогда нам не довелось встретиться. — Неужели? — заинтересованно воскликнул Вестник Пасхи. Как же и он хотел вспомнить, встречались ли они в ее детстве. — Что ж, рад, что лучше так, чем никогда. Но советую прекратить извиняться в ненужные моменты — это тебя портит. — Я учту, — обещала Вирджиния. Причем ей самой давно хочется бороться с этой привычкой вежливых леди. — Надеюсь, тебе понравился сок? — Очень, — честно ответил Кролик, однако его сейчас волновал далеко не сок. — Рада слышать. Пусть это мелочь, но когда-нибудь я обязательно по-настоящему тебя отблагодарю, — широко улыбнулась Вирджиния. Кролик моргнул, почувствовал, как что-то екнуло в душе. — Это меньшее, что я могу, но… Когда-нибудь я по-настоящему тебя отблагодарю, — сказала Эйя, нежно кладя ему на плечи. Раздался девичий кашель, отчего Кролик вернулся в реальность. — Аргх, перестань болтать вздор! Для меня будет подходящей благодарностью, когда ты, наконец, сможешь достичь успеха в обучении и ты сможешь уверенно стоять на своих неуклюжих ногах. Но Вирджиния уже не обратила внимания на его очередную грубость и то, что слышала много раз, понимая, что происходит с ним на самом деле. — Я опять напомнила Эйю, так? — с уставшим вздохом спросила Купер. Кролик встряхнул головой и столкнулся со строгим, при этом сочувствующим взглядом Вирджинии. Он тяжело вздохнул и уши виновато прижал. — Да, прости. Я опять ляпнул лишнего. Ее снисходительный взгляд и ее нежное прикосновение к его пушистой лапе были красноречивее любых фраз по типу «Ничего». — Знаешь, пришло время рассказать тебе о ней и не только. — Уверен? — Абсолютно. — Я слушаю. — Лучше не здесь. Тем временем Ледяной Джек в своей комнате облокачивался на подоконнике и смотрел в волшебный шар, подаренный Северянином на Рождество пять лет назад. Заметив сцену, где Кролик решил рассказать ученице свою историю, управитель зимой довольно усмехнулся: — Давно пора. С помощью этого шара он — как и Санта-Клаус — тоже мог наблюдать как ведут себя дети за весь год, кому нужна поддержка во время гнетущего уныния, что происходит в мире людей и духов. Иногда он использовал шар и для личных развлечений. Затем он задумался — как убедить Уме помочь узнать, какие испытания будут у Вирджинии, что ее, их всех ждет впереди? Однажды Джек, несмотря на попытки, не смог помочь другу найти душу возлюбленной из прошлого, в этот раз он пообещал себе не упустить шанс помочь хотя бы Вирджинии вернуться домой, узнать, как быть готовым к новым схваткам с врагами. К тому же, ему стало любопытно: уж не возникает ли та самая искра между Кроликом и Вирджинией? Если да, то смогут ли они быть вместе? По крайней мере, ему так показалось… Потом юноша еще раз провел по шару и произнес: — Покажи Джейми и Софи Беннетов. Волшебный шар сперва показал снежный вихрь, пока не стало видно изображение того, что происходит в палате Софи. — Знаешь, я уж было подумала, что кровать станет моей могилой, — еле успокаиваясь, призналась брату девочка одиннадцати лет со светлыми волосами, убранными на бок. — Вдруг они заберут меня этой ночью? — Соф, не болтай глупости. Все уже обошлось. К тому же, доктор сказал, что еще немного усилий, и тебя скоро выпишут. — Что? Честно? Или ты снова врешь, чтобы меня успокоить? Наблюдавший за ними хранитель горько ухмыльнулся — этим младшая Беннет чем-то напомнила его сестру, ради которой он однажды пожертвовал жизнью. Пусть когда-то выяснилось, что Беннеты — отнюдь не его потомки, но для него они как родные. — Честно. Но если ты сейчас не попытаешься заснуть, лечение будет длиться дольше, — парень заботливо укрыл ее одеялом. — А насчет тех гадов, обещаю, я не допущу, чтобы они тебя забрали. — Я и не сомневаюсь… Джейми? — Да? — А ты не расскажешь мне какую-нибудь историю? Как прежде. — Ха, ты же говорила, что уже взрослая для сказок и прочей наивной ерунды, — прищурился Джейми. Он никогда не был против изменений интересов и взглядов сестры, но ее просьба спустя столько месяцев удивила. — Взрослые тоже иногда вредничают и меняют мнения, — воодушевленно высказалась малышка. — К тому же, как ты сказал, в каждой истории есть доля смысла. И ты всегда умеешь интересно и успокаивающе рассказывать. — Хм, почему бы и нет, — улыбнулся ей брат и начал спрашивать с нарочитым почтением: — Что вам, мадам, угодно послушать? Про ваших любимых фей или хранителей, или о ком-то другом? — Про хранителей. Но я еще подумала, а как насчет истории о Спящей Красавице на новый лад? — предложила Софи. — Уверена? — Да, а почему бы и нет? Например…в этой истории хранители спасут Спящую принцессу и найдут ей подходящего принца? Заодно приключения со злодеями с более понятными мотивами. Мораль и хэппи энд обязательно! — Софи шутя погрозила пальцем, что позабавило Джейми. — Хм, рискованная заявка, но попробовать можно. Пока Джейми и Софи вместе сочининяли на ходу новую для себя сказку, Песочник мастерски дирижировал своими золотыми песочными линиями, что переплетаются в лучшие сны с различными персонажами для детей вечернего Берджесса, а Луноликий вновь засветился своим ликом. И тучи рассеялись на время.