Мифы кроличьих нор. Нора первая: Обретенный мир(старое)

***

Страница двадцать восьмая: Жизнь - это мазохизм, и у некоторых он вызывает оргазм

***

      Обед прошел очень быстро, и настало время послеобеденной тренировки. Кулина благополучно проспала утреннюю, и это был ее первый раз на тренировочном поле Дозора. Так как никто и не собирался ей резервировать отдельное поле, то тренироваться она будет среди остальных чаек, которые иногда поглядывают в ее сторону.       Вице-адмирал Цуру все еще отсутствовала по делам, а Гарпа же утащили на совещание. Так что Кулина осталась наедине с Капитаном, который вел ее на тренировочное поле в гробовом молчании.       Все было странно в этом парне. На вид лет двадцать-двадцать пять, но ни намека на присущую этому возрасту безрассудность. Он молчалив, непривередлив, спокоен и смирен. Что прикажут, то и делает.       Но больше всего Кулине не нравятся его глаза. Они невероятно красивы и пленительны, но в них напрочь отсутствует живой блеск.       Купите протухшую рыбу на рынке, и та поживее будет.       Она и сама не знает почему, но этот парень ее дико раздражает. Он вызывает в ее душе бурление, которое встает комом в горле при каждом взгляде в глаза мужчины. Не в состоянии выразить этот странный всплеск эмоций, Кулина начинает раздражаться, ее мутит, и она не может сдержать свое раздражение, стремясь выплеснуть его на другого. А отсутствие реакции только больше выводит из себя.

***

      Дойдя до тренировочного поля, Капитан остановился и медленно развернулся к Кулине, после чего несколько мгновений смотрел словно сквозь нее. Будто собравшись с мыслями, он разомкнул губы, чтобы говорить спокойным безжизненным голосом.       - Вице-адмирал Гарп и Вице-адмирал Цуру приказали тренировать вас. Пожалуйста, следуйте моим указаниям, чтобы начать тренировки.       Стоило ему закончить, как Кулина скрипнула зубами, а правый глаз задергался.       - Прекрати так разговаривать! - огрызнулась она.       - Прошу прощения? Я вас не понимаю. - медленно моргнул Капитан.       В Кулине вскипела только утихшая злость. Эта манера речи…       - Да так только роботы говорят! Прекрати страдать херней и начни говорить как человек, придурок! - сказала она в чувствах и указала на лицо мужчины. - Почему такой ребенок как ты, ведет себя, как сомнамбула?       - Мне не понятно ваше недовольство, - без эмоций произнес Капитан, после чего снял плащ и аккуратно сложил на ближайшей стойке. - Пожалуйста, следуйте моим инструкциям, чтобы начать тренировку, - повторил он.       Кулина округлила плечи и опустила голову, глядя на Капитана из-под челки, злым озадаченным взглядом.       Ей бы самой понять причину своей злости. Раньше она так яро не реагировала на окружающих. Даже Сакадзуки и, чего таить, пресловутый Тич, иногда мелькавший рядом, так не раздражали.       Еще хуже было то, что Капитан имел невероятную внешность, что сильно выделяло его среди пестрого окружения. Он имел нормальный-высокий рост, подтянутое пропорциональное тело, мягкие черты лица с бездонными голубыми глазами. Светлее и мягче, чем у самой Кулины. Но самая выделяющаяся его часть - это белоснежные волосы до плеч, которые он отточенными движениями собирает в хвост, и светлая, слегка розоватая от солнца кожа.       Сейчас, пока он погружен в завязывание волос, его глаза, обрамленные густыми белоснежными ресницами, слегка прикрыты, что меняет ощущение от человека. Так он больше похож на меланхоличного юношу, о чем-то задумавшегося, а не на лишенного жизненного света солдата.       Кулина скрестила руки на груди и нахмурилась. Капитан по меркам ее мира тянул по внешности на какого-нибудь айдола, а его альбинизм только больше притягивает внимание.       “Экзотика”, - первое, что приходит на ум при взгляде на него. - “Вот если бы он не был сомнамбулой, стал бы чертовски обаятельным”, - с сожалением подумала Кулина.       - Вы готовы? - он вновь поднял взгляд, и Кулина щелкнула языком. У Капитана, похоже, есть привычка смотреть словно сквозь человека и не встречаться ни с кем взглядом. Очень раздражающая привычка. - Тогда начнем.

***

      Как и ожидалось, военная тренировка для неподготовленного человека оказалась слишком тяжелой. Даже учитывая, что по какой-то причине характеристики ее изначального тела выше среднестатистического местного человека, подготовка в Дозоре не ее уровня.       Мышцы горели, а дыхание сперло, и один дьявол знает, почему она до сих пор не поправила свою форму. То ли сил не было, то ли лучи солнца приятно согревающие ноющие мышцы дарили несравнимое ни с чем удовольствие, которое хотелось задержать на подольше.       Каждое движение заставляло напрягаться всем телом, вызывая ощущение невероятной слабости.       “Какое странное чувство”, - подумала Кулина, пока ее уголки губ подрагивали, - “Я… никогда не ощущала ничего подобного. Словно каждая клетка моего тела ожила и дрожит”, - в ее глазах отражалось заходящее солнце, окрашивая их в цвета заката. Кулина моргает и переводит взгляд на рыжее небо. - “Красиво… Хорошо…” - ее губы трогает едва заметная улыбка.       Тело все еще непослушно, но это ее радует. Ощущение усталости, боль от изнеможения после усиленной треннировки, которая позволила ощутить каждую клеточку своего тела, ощутить работу каждой мышцы, ток крови по венам, ее гул в голове, и невероятно громкий стук сердца. Оно словно кричит: Ты жива! Какое потрясающее чувство!       - Словно болезненная истома живым напитком разлилась по всему телу. - прошептала она и задышала полной грудью, отчего боль отдалась по всему телу. Кулина улыбнулась во всю ширь и едва слышно простонала, запрокинув голову, - Оргазм…       Капитан, стоявший рядом, безразлично смотрел на свою подопечную, стирая пот с лица. Он опустил взгляд на мокрое полотенце, после чего грубо то откинул, словно омерзительную вещь. Надев плащ обратно, он опустил руки по швам, как обычно, и подошел к Кулине.       - Скоро время ужина, госпожа Монки Д. У вас еще есть время принять душ и отдохнуть. - сказал он и некоторое время вновь смотрел прямо, после чего добавил: - Честь имею. - в этот раз он произнес это чуть тише и спокойнее, чем в первый.       - Свали, - отмахнулась от него Кулина. Нечего тут всяким мешать наслаждаться ей мазохизмом.       Капитан остановил движение рукой, чтобы отдать честь, и едва кивнул. Он развернулся и ушел, как того и хотела Кулина.       - Придурок, - вздохнула она. - Все настроение убил.       Кулина приподнялась, когда силы немного вернулись, и погладила ноющие мышцы. Нет, она не будет возвращать исходную форму. Это чувство так приятно.       “Похоже, мне нравятся тренировки”, - усмехнулась она и поковыляла сразу на ужин. Пока дойдет, тот уже начнется. Она же так и не запомнила путь.

***

      Кулина не спешила, да и не беспокоилась о том, правильно ли идет, разглядывая окружающую природу. Несколько раз видела новых насекомых, кои не были ей знакомы, и пробовала на вкус, внося разнообразие в свои гастрономические познания.       Проходящие мимо дозорные предпочитали быстро ретироваться, когда видели эту картину. О ее пристрастиях к нетрадиционной еде уже все чайки вкурсе.       В какой-то момент она нашла небольшой улей. Пчелы не были дикими. Скорее всего королева случайно улетела с пасеки и загнездилась тут.       Кулина обрадовалась. Мед очень вкусный и питательный, куда больше, чем обычная человеческая еда. Он идет рядом с натуральным молоком, только вкуснее.       Вид улья вызвал в ней воспоминания из лабиринта.       Однажды она нашла пчелиный улей. Правда пчелы там были побольше, да ядовитее, но мед делали отменный. Она долгое время жила рядом с ними, пока очередная стычка монстров не вынудила улей поменять расположение. Слайм тогда думал больше о выживании, чем о меде. Но с тех пор ей очень полюбилось это лакомство.       Кулина забралась на дерево и потянулась к улью, заранее проверив, чтобы никого рядом не было. Умостившись поудобнее, она протянула руку к улью и аккуратно просунула туда желеобразные нити, чтобы безвредно достать мед.       Естественно встревоженные пчелы моментально повылетали и атаковали неприятеля, но ранить его не могли. Они влетели в ее тело, словно в воду. Когда же Кулина закончила забирать излишки меда, то вернула всех пчел обратно в гнездо и спрыгнула на землю. Ошеломленные пчелы еще некоторое время приходили в себя и больше не стремились атаковать обидчика. Они проверили королеву, яйца и успокоились, продолжив свою рутину. Надо было восполнить мед.       Кулина же на земле сформировала ладонью лодочку и та тут же начала наполняться золотистой субстанцией. Мед завораживающе переливался под закатными лучами солнца, вызывая в Кулине дикий аппетит. Она облизнула губы и взяла ладонь в другую руку, после чего с упоением поднесла ко рту.       Да, вот еще одна причина, почему она предпочитает животные тела - они ощущают вкус.       Она аккуратно слизнула первые капли и вздрогнула. Ее язык наполнился мягкой сладостью, а следом по нему растекается знакомая энергия, которую от обычной еды не ощутить. Только несколько вещей ей обладоют - только сорванные растения, свежее молоко, мед, мужское семя и живое мясо. И каждый раз она обладает разным вкусом.       Кулина зовет это “жизненная энергия”. Поглощая ее, она быстро восстанавливается и становится сильнее.       Девушка приложила руки ко рту и с невероятной жаждой впитывала каждую каплю этого пьянящего эликсира. Да, насекомые ни в какое сравнение не идут с медом! Ох, как же она тоскует по огромным залежам лабиринтских пчел. По маточному молочку, которое удавалось выкрасть, притворившись пчелкой.       Кулина зажмурилась от удовольствия, слегка запрокинув голову. Она хотела насладиться каждым мгновением, каждой каплей. Когда же открыла глаза, то в них сияли мириады звезд. Вечернее небо было прекрасно, отлично дополняя момент.       Она убрала руки ото рта, оставив лишь небольшую сияющую паутинку. Руки были чисты, а губы сияли от влаги, растягиваясь в довольной улыбке.       Хоть ее было и немного, жизненная энергия растеклась от языка до груди, даря умопомрачительное удовольствие.       Кулина заворожено смотрела на небо, опустив руки, все еще не отойдя от энергетического и вкусового экстаза.       Внезапно со стороны раздалось тихое шуршание одежды.       Кулина не дернулась, но глаза повернулись в направление шума. Рядом с ней остановилась высокая фигура в бордовой одежде, а цветок на нагрудной кармане привлек все внимание женщины. Она облизнула губы, увидев на его тычинках такой любимый пчелами нектар. После подняла взгляд на лицо офицера и усмехнулась. Он неотрывно смотрел на нее в замешательстве.       - Чего тебе, песик? - издевательски, но обольстительно позвала она, словно обращаясь к любовнику, - иди, куда шел, - и вернула взгляд к небу. Жизненная энергия уже полностью растеклась по телу, оставив лишь приятное послевкусие.       Сакадзуки остался стоять на месте, озадаченно наклонив голову.