Мы сражались за Ферелден

      «- Да я тут вообще пострадавший! Меня похитили!       - Заткнись, мразь! Говорить будешь на суде у Хранителей… И то только тогда, когда тебе позволят!       Этот верзила смуглый, Страж который, вскидывает руку в протесте.       - Подожди, друг мой распорядитель. Не кажется ли тебе, что этот ваш Берат сам мог устроить такой выгодный для себя побег? Чтобы, кхм, лично убедиться, что никаких лишних свидетелей он не оставил? Распорядитель качает головой, смотрит в сторону беглецов и сплевывает. - Как бы оно ни было, этот выдавал себя за представителя высшей касты! Это проступок, карающийся смертью!       Дункан хмыкает.       - Стоит ли наказывать кинжал в руках вора за то, что мошна опустела? Или все же виновен тот, кто этот самый кинжал направляет? Если Берат такая влиятельная персона, как я успел узнать, то он и сам мог организовать эту подмену.       Броска презрительно хмыкает. Так и было. Только вот этим ублюдкам надутым это неважно, они уже нашли виноватого. И не отцепятся, как ты ни старайся.       - То, что там Берат организовал или не организовал, уже не так важно. Уже не допросите. Мертвее всех мертвых он.       Распорядитель от этих слов аж отпрянул назад.       - Что… Как? Берат мертв?! У него было много врагов, но и влиятельные друзья тоже! Они же…       - Да покласть мне на это! Не прибей мы его – он и его прихлебалы нас бы на лоскуты пустили!       Дункан в упор смотрит на рыжего. И улыбается краем губ.       - Ты вновь продемонстрировал отвагу, парень. Мы, Серые Стражи, путешествуем по миру в поисках кандидатов в наши ряды – как я тебе уже говорил на Испытаниях. Похоже, одного я все-таки отыскал…       Броска чувствует… неожиданное возбуждение. И страх. Что, он это серьезно?! Ему, обычному пылеглоту, предлагать свалить с ним? Да не, бред какой-то. Наверное, просто не так понял. Да даже если и нет… Лучше прикинуться ветошью и не лезть куда не надо.       - Но зачем ты мне-то все это говоришь? Тебе-то какое дело до меня?       - Позволь я скажу все так, как полагается. Я, Дункан из Серых Стражей, почтительно предлагаю тебе присоединиться к нашему…       - Нет!       Распорядитель этот, дедок долбаный, аж покраснел, как пережаренный наг.       - Этот парень – опасный преступник! Ты не имеешь права!       Дункан посуровел, скрестил руки на груди.       - Имею, друг, и ты это прекрасно знаешь. Как и то, что я правом этим намерен воспользоваться, - он вновь смотрит в сторону рыжего гнома. – Тебе придется покинуть сей славный город и отправиться со мной и моими собратьями наверх. Ты получишь возможность сразиться с порождениями тьмы и Мором – а также заслужить свое право на новую жизнь.       Фарен сглатывает.       - Чт…то-то не пойму я, а в чем подвох?       - Подвоха нет, а вот опасности – хоть через край хлебай. Не буду врать – у меня нет гарантий того, что ты выживешь. Да и взамен я тебе, боюсь, мало что могу посулить…       Броске внезапно становится все равно, кто и что там говорит, ведь сквозь стражников к нему прорывается Рика. Она бежит к нему, и Броска впервые в жизни не знает, что сказать. Блядь… Не сказать ведь, что предложение не заманчиво – рвать мать его, возможность свалить из этой дыры! Да он всю жизнь мечтал об этом – а ведь сегодня даже не его день рождения! Тем более, когда альтернатива этому – долго и болезненно подыхать… Лицо распорядителя явно обещало ему не просто перо под ребро. Но Рика… Он не знает, как ей сказать. И не знает, чего боится больше – вовсе говорить об этом или услышать ее ответы.       Броска смотрит на Дункана и севшим голосом говорит.       - Мне нужно сначала с сестрой поболтать. Тогда я… приму решение.       Дункан кивает, улыбаясь и словно бы… одобряя?       - Да и друг твой тоже тебе явно желает что-то сказать. Конечно, поговори с ними, выслушай их мысли. А потом дашь свой… окончательный ответ.       Страж подмигивает Броске. И от этого становится не очень-то по себе.       Рика буквально врывается в его объятия, прижимается к нему. Крепко, нежно, без лишних слов. Сестренка явно взволнована, она дрожит.       - Я… я ушам своим не поверила, когда услышала, что сэр Дункан сказал, что… что тебя в рекруты хотят взять.       Рика внезапно смурнеет и легонько бьет его кулаком в плечо. А потом улыбается – и не может сдержать слезы, бегущие из глаз.       - Когда я услыхала, что ты натворил на Испытаниях, я тебя сама прибить готова была! Как ты мог так рисковать собой?! Тебя же могли не просто убить, а…       Фарен в ответ лишь мычит что-то невразумительное.       - Но в итоге получилось даже к лучшему! Подумать только, мой братик – и Серый Страж! Вот все обзавидуются-то!       - Погоди-ка…, - голос Фарена хрипит, ему очень хочется хорошенько прокашляться, а потом надраться дешевым пивом, - То есть ты… не возражаешь? А если я тебя тут одну не хочу оставлять?       Рика смотрит прямо ему в глаза. Гном не находит в себе сил ответить на взгляд – но, сука, сейчас нельзя малодушничать! Даже если самому хочется пустить гребаную слезу... Он до боли впивается ногтями себе в ладонь. И смотрит.       - Таковы правила, Фар. Все эти Стражи расстаются со своими семьями… Но если такова цена за то, чтобы ты жил – да будет так. Мы тут уж справимся как-нибудь.       Броска чувствует неожиданный прилив злости. И давно, мать его, позабытого страха. Даже хрипота куда-то проходит.       - Справятся они, бля, ага! Как ты о себе позаботишься-то?! А мать? Она ж вообще… того…       Рика тихо шепчет:       - Пожалуйста, братик… Не отказывайся от такой великой чести, тем более из-за меня. Я… я впервые думаю, что у нас с матерью все будет хорошо.       У рыжего бровь вопросительно лезет наверх.       - Я была у своего нового покровителя, понимаешь? Если все сложится… может, когда ты вернешься к нам по делам Стражей, я уже встречу тебя… как равная. Броска тяжело вздыхает. Берет руки сестры в свои.       - Это тот, о котором ты раньше говорила, да? Мать его… Ты точно не будешь голодать, сестренка?       - Обещаю тебе. Мой покровитель этого не допустит. Он уже – представляешь – решил подыскать нам с матерью жилье получше. Чтобы он мог быстро найти меня, когда только захочет…       - Ты… точно довольна, что все так?       - Да. Честно. Я не смогла бы, наверное, всю жизнь с порождениями тьмы воевать, - Рика нервно хихикает. – Но я могу родить сына, который прославит род… И это уже – предел мечтаний.       Часть Броски чувствует облегчение – и постепенно берет верх над его подозрительной частью. Мать его, он что, и правда готов оставить все как есть?! Но ведь это его единственный шанс на нормальную жизнь, да и сама Рика говорит, что все в порядке….       Ааааааааааааааааа!       - Смотри мне… Если я, бля, узнаю, что он тебя обижает… Я вернусь, я, сука, вернусь, и весь этот гадюшник по манде пущу!       Броска не может более сдерживаться и чувствует, как горячая и жгуче соленая капля катится по его щеке. Да, не так все он представлял себе в редких, сокровенных мечтах о лучшей жизни. Но на то это и мечты, чтобы не сбываться так, как хочешь. Это он давно усвоил.       - Иди, братик… Сделай мир лучше.       Улыбнувшись на прощание и прижавшись к нему, сестра покидает его. Броска смотрит ей вслед. И шепчет в пустоту:       - Обещаю, сестренка. Сделаю.       Он сжимает зубы, стирая со своей щеки предательскую каплю и поворачивается к Леске, чтобы что-то ему сказать, но тут Леске внезапно заговаривает сам. Причем, сука, не своим голосом…»       - Эй, бродяга, подъем! Вставай, у нас тут порождения тьмы просятся на поджарку!       Рыжий чуть было не подскочил от неожиданности. Над ним наклонилось ухмыляющееся хлебало того светленького Стража, который с Дунканом приехал.       - Сбор скоро. Ты хоть в порядок себя приведи, а то выглядишь, как будто всю ночь со шнапсом сражался.       Броска ругнулся вполголоса, протирая глаза и отгоняя от себя остатки сна. Сука, вот вроде уже все прошло – а виделось так, будто происходило здесь и сейчас… Ладно, надо подальше гнать все это, пока перед этими дылдами не расклеился. А то еще слабаком сочтут – и все, можно сливать масло.       - Шнапс? А это че такое, ваше наземное пиво? Или покрепче чего?       Как хорошо, что в свое время Элрик гонял их с Рикой в том числе и по наземному наречию. Хоть балакать с этими можно… без особых затруднений.       - Хеее, брат, шнапс – это смысл жизни! Конечно, - Страж хохотнул, - после девочек, доброй охоты и битв с порождениями тьмы. На вот, глотни…       Гном прикладывается к фляге – и чувствует, как по горлу его растекается огонь, а по внутренностям странная теплота, навроде как после пива, но ярче и… приятней. Он закашлялся.       - Что, пробрало? Я тебе так скажу, парень – после того, что у нас на поверхности есть, ты местное пойло пойлом считать перестанешь. Слово ферелденца!       Гном кивает, скатывается с лежака в поисках своего потрепанного камзола. Лягает будь здоров этот их шнапс, прям как бронто.       - Едреная хрень… Слышь, а это, напомни, че за сбор? Я совсем не соображал что-то, пока меня старшой ваш… вербовал. И сейчас, честно говоря, не очень…       Светловолосый ухмыльнулся.       - Да оно понятно, не оправдывайся. У всех было, когда от семьи отрывали… Разведка боем у нас сегодня. Король ваш, Эндрин, собирается дать бой ублюдкам, которые окопались рядом с этим вашим, как его, тейгом семьи Эдукан, да от границ отбросить. Мы же помогаем гномам, да проверяем догадки – насколько много тут будет тварей, и насколько слаженно они будут действовать. От полученных сведений зависит то, в какой по размерам жопе, - он вздохнул, - мы находимся. Ты это, не щелкай хлеборезкой попусту, поешь хоть. А то потом без сил свалишься еще.       - Чего-резкой?       - Хлеборезкой, парень! Ты, чтоль, никогда хлеба не пробовал?       Броска отрицательно покачал головой. Как можно пробовать то, что даже никогда в глаза не видел? Ох уж эти… Одно слово – облакоголовые.       - Мы тут в Пыльном больше по нагам, да по грибам… А что это вообще такое, хлеб? Какая-то зверушка?       Страж хохотнул, выуживая откуда-то из своего мешка… что-то, отдаленно напоминающее ломти большого глубинного гриба. Но по виду куда более сухие и с бОльшими дырками. И куски какого-то засушенного мяса.       - Ну хлеб же ж! Как можно не знать хлеба? У нас каждый малец его с пеленок ест, ибо пшеница да рожь у нас растут чуть ли не… А, ну да. Вот дурак я, совсем запамятовал, что под землей-то не растет ничего! Ты это, не обижайся. На вон лучше, возьми сухарь, да вяленого мясца. Хоть еды нормальной поешь, а то кожа да кости. Только запивать не забывай!       Фарен понятия не имел, что это такое, но выглядело аппетитно, к тому же он со вчерашнего утра не ел. Он набросился на угощение – и верно, сухое, да хрустит на зубах интересно. Но вкус… вкус был хорош. Что-то непередаваемое, да чем-то острым приправленное. И мясо не как у нага, без этого привкуса дерьмеца и пыли на зубах. С водичкой – самое то. Пусть даже водичка явно местная – теплая и противная.       А эти наземники определенно знают толк еще и в жрачке! После такого аж жить хочется.       Увы, хорошему всегда конец приходит – причем быстрее, чем думаешь. И хавка закончилась, и в эту комнатушку – довольно просторную, кстати – вошел старшой этих наверхников, Дункан. С ним было еще два парня – один коротковолосый, с крючковатым носом, будто у этого выблядка седого, Гаворка, и в кожаных доспехах, усиленных какими-то металлическими клепками, а другой – в мантии, будто у жирного дешира, только вот куда более пыльной и бедно выглядящей, и с какой-то палкой в руках. От него несло чем-то… странным, холодным и неестественным. Селвин приветственно помахал им рукой.       - Здрав-желаю, командир! Парни, здорово. Как разведка?       Тот, что с кривым носом, сделал дурашливо-трагический жест, проведя себе рукой по горлу, странный парень процедил что-то в духе «ожидаемо не очень», а Дункан, вздохнув, уселся в свободный каменный стул рядом с светловолосиком и приложился к фляге.       - Ну, в окрестностях Орзаммара тварей и вправду немного. Король Эндрин и его дети заканчивают смотр войск, нам бы тоже собираться пора – негоже опаздывать к празднику жизни… Вижу, наш новобранец уже проснулся и поел, хорошо. Сел, ты ввел его в курс дела?       Бородач кивнул.       - А то как же. Выше нос, парень, сегодня увидишь, наконец, своих первых порождений тьмы! А то и убьешь кого…       Дункан вскинул руку вверх, покачал головой.       - В самом крайнем случае, Сел. Не забывай – он только рекрут, в нем еще нет… он пока еще не стал одним из нас. Да, он пойдет с нами и будет помогать в бою, но на передовую отправлять свежую кровь пока время не пришло. Сам знаешь, почему. Так что… надеюсь, вы, «старички», поведете себя сознательно и не устроите лишних… проблем.       Броска, хоть и не мог не задаться вопросом, почему - ничуть не возражал против такого поворота событий. На его голову и так слишком много дерьма свалилось за последние пару дней.       - Ладно, посидели, поговорили, пора и собираться.       - Только вот, - буркнул кривоносый, - правило «раньше начнем, раньше закончим» тут не работает… Разве что сдохнуть получится быстрее.       - Не обращай на Гвидо внимания, - шепнул светловолосый Броске. – Он у нас любитель эту, как ее, трагедию поломать.       Окончательные сборы не заняли у них много времени – вскоре экипированные и готовые к бою Стражи и их новый рекрут присоединились к армии гномов. Войско выдвинулось на Эдуканов тейг.       Марш, откровенно говоря, Броске не очень понравился. Он уже был готов возблагодарить даже предков этих сраных за то, что у него легкое снаряжение – и даже походный мешок, выделенный ему Стражами, особо ситуацию не менял. А вот воякам, которые несли на себе груды железа, наверняк было не так-то и хорошо. Ей-богу, Леске в рядах этих железнобоких понравилось бы – тот тоже любил притырить и таскать у себя в карманах все, до чего дотянется. Потом, правда, то ли в кости просаживал, то ли просто терял – иначе Фарен не мог объяснить, почему при таком везении на шмот Леске был так небогат. Впрочем, в костях последнему и правда не везло… Как и, хех, с дамочками.       Стражи всю дорогу молчали. Броске было знакомо это ощущение – он сам не очень любил трепаться перед маячившей впереди дракой. Посему и он сконцентрировался на том, что впереди. Порождения тьмы, надо же. Жутковатые выблядки, если судить по пересудам бабок в Пыльном… Ну вот, хоть взглянуть на это чудо-юдо шанс будет.       Поскольку шли они, замыкая колонну, начало разговора между командирами войска и Дунканом Фарен прощелкал, до него донеслись лишь обрывки фраз. Старый и мощный голос – о, это, наверное, король. Интересно, в какую жопу сейчас их отправят…       … - После этого Триан со своими бойцами расчистит путь для Серых Стражей, которые возьмут на себя восточные тоннели. В этих тоннелях до сих пор рыщут самые опасные твари из тех, что захватили наш тейг. Отправлять наших солдат будет рискованней, чем ваш отряд, Страж.       Дункан, подошедший уже к тому моменту к главным этих гномов, кивнул.       - Я понимаю, лорд Харроумонт. Мы заметим этих тварей заблаговременно и постараемся покончить с ними до того, как они выйдут вашим войскам в тыл. Главное – обеспечьте нам свободный путь.       - Да одарят вас милостью Совершенные, и да поддержит Камень! Белен, ваш отряд поможет королю Эндрину расчистить главную дорогу для наших основных войск…       А нет, смотри, не король, ошибочка вышла… Восточные тоннели, значит? А это, вообще… где? Да и самые опасные существа… Броска никогда не считал себя трусом, но сейчас под ложечкой у него вновь неприятно засосало.       Ну нет уж, нахер такие мысли. Не для того он выжил на Арене, чтобы сейчас сдохнуть. Пусть Безносая выкусит.       - Мой отряд готов к выступлению, отец, лорд Харроумонт. Вперед, за славой!       Названный Беленом гном нахмурился. Он явно был недоволен.       - Ну да, конечно, мои гномы-то это сделают. Только вот… Вам не кажется ли, лорд Харроумонт, что это не очень… доблестно… отправлять в самое пекло не нас, а людей?       Лорд-старик хмыкнул. Его вид был дружелюбен, но в голосе сквозила сталь.       - Вам не нравится план битвы, над которым вчера так долго трудились ваш отец, брат и сестра, принц Белен? Не говоря уже про нашего почетного гостя, командора Дункана?       - Ну что вы! Я прямо-таки лучусь от радости и уверенности в том, что ваша осторожность прославит нас в веках… лорд Харроумонт.       - Хватит, Белен! Не время для препираний! Готовь своих солдат и выступайте. Мне и лорду Харроумонту есть еще о чем потолковать с твоей сестрой.       - Понимаю… отец. Удачи, Валеска. Она тебе понадобится.       Фарен краем глаза уловил взгляд, который кинул этот Белен на свою сестру, светловолосую дамочку в доспехах, и этот взгляд ему не понравился. Не смотрят так на того, кого хотят в будущем видеть в добром здравии. Почему-то на ум пришли те дела, которые должны были обделать с этим принцем Берат с Джарвией. Даже интересно, успели ли – или Безмолвная Сука и тут все перекроила по своему желанию?       Ну да ладно, дела королевской семейки – да и Хартии уже тоже - его не касаются. Старшому его выдали задачу, сейчас какую-то ее часть ему перепоручат, как обычно, и понесется. Вот о чем думать надо. Да о том, как выжить в этой намечающейся драке с врагом, с которым ранее ножи не скрещивал.       А королевская семейка со своими проблемами сама уж как-нибудь пусть разбирается.

***

      Принцесса Эдукан, как и положено командиру, идет впереди, крепко, до судороги сжимая свой верный щит. Ей страшно – не за себя даже, а за всех их, за семью, за весь их народ. Но она не может позволить себе проиграть, не сейчас – и потому со стиснутыми зубами дает себе самой приказ успокоиться. Вдох – выдох, вдох – выдох, концентрация на цели и короткая молитва Предкам, чтобы послали твердость руке и духу, все как учили ее наставники. Помогает. План, над которым она с отцом и братьями так долго корпела вечером вчерашнего дня, готов – и самое время претворять его в жизнь. Пока основное войско осаждает тейг и готовится к штурму, она с небольшим отрядом разведчиков должна войти в тейг с потайного хода, известному лишь ее семье, и отыскать там древний щит их рода. Находка такой реликвии… Может склонить чашу весов в их пользу и позволить, наконец, отбить родовой тейг, смыв кровью и потом тот позор, который когда-то упал на голову их предков.       Ну, Триан, кто будет улыбаться последним после того, как она заполучит щит и прославит свое имя в веках? Явно не ты, братец. Но сначала надо, все же, победить. Она и ее верный оруженосец медленно продвигаются вперед, готовясь к худшему. И оное быстро их находит.       Все же хорошо, что удалось хоть немного вздремнуть - Валеска успела среагировать быстрее, чем порождения тьмы выскочили из засады, а ее меч срубил голову первому нападавшему, который метил в ее верного Горима и дал тому время вытащить оружие. Нет, Горим был неплохим бойцом, иначе бы она просто не взяла его себе в оруженосцы и, кхм, не стала бы с ним так близка. Но, Предки, какой же он иногда… медленный. Хорошо хоть долго сталь кует, но славно ею машет.       Порождения тьмы разобщены и неорганизованны, поэтому с ними разбираются быстро. Валеска снова молится о том, чтобы ушедшие вперед разведчики были целы – чем ближе к тейгу они будут подходить, тем больше будет тварей.       Молитвы бьют в цель – как минимум одного разведчика они находят практически невредимым, лишь слегка потрепанным. Валеска с удивлением отмечает, что это Френдлин Айво, второй сын лорда Айво, с которым она дралась на Испытаниях и которому отдала свою награду. Надо же… Почему-то она была уверена, что этот молодчик будет в отряде ее брата Белена, с которым у рода Айво всегда были хорошие отношения. Но не в той она позиции, чтобы отказываться от помощи.       Разговаривают коротко – ситуация не располагает к долгим беседам. Из рассказа Френдлина становится ясно, что большинство туннелей, которые здесь находятся, тупики. Частью обвалившиеся проходы, частью именно что старые обрывки троп, по которым и предки уже не ходили. Приняв донесения к сведению и осмотрев Айво на предмет дальнейшей боеспособности, Валеска командует двигаться дальше.       Идут быстро, не тратя время ни на бессмысленные разговоры, ни на исследование окрестностей – все равно тут не на что смотреть, кроме как на пыль и на подгорную породу. Конечно, этот Айво что-то там говорит про то, что для него великой честью было получить тот шлем на Испытаниях, но Валеска просто отмахивается. Ну да, отдала, и что теперь? Все равно ей этот дурацкий шлем не нужен – она пришла показать свою воинскую доблесть и то, что она легко может всех этих воинов победить. Она и победила. Эта мысль душу греть будет еще очень долго – никакой дурацкий шлем, который по качеству все равно не сравнится со сталью и сильверитом дома Эдукан, и рядом не стоял с этим ощущением. Так что носи, пользуйся. И нечего постоянно об этом напоминать.       Несколько новых стычек с порождениями тьмы снова заканчиваются в пользу маленького гномьего отряда – на стороне последних как преимущество в виде доспехов и оружия, так и отточенные воинские умения. Валеска уверенно командует соратникам сформировать фалангу, не менее уверенно раздает отрывистые команды в пылу боя. Ее голос хрипит, порою срывается и создается впечатление, что еще чуть-чуть, и она его потеряет, но Предки милуют – их щитовая гномья троица легко побеждает разрозненные группы порождений тьмы, которым не хватает ни выучки, ни инициативы зайти им вбок или в спину. Никто не ранен, враги уничтожены полностью – девушка не без удовольствия отмечает про себя то, что ее первый бой в качестве командующего был без потерь. Будет чем козырнуть перед братьями.       Они находят следующего разведчика – на этот раз обычного воина – отбивающимся от стайки глубинных охотников. Твари уже готовятся получить свой приз, но не тут то было. Эдукан снова раздает указания – странное ощущение, она действует будто бы под чьим-то прямым управлением. Наверное, Предки смилостивились и пришли к ней на помощь, послали ей уверенность в себе – указания раздаются четко и выполняются неукоснительно. Наконец, бой окончен и второй разведчик, громко ругаясь, наконец имеет возможность перевести дух. Он отхаркивается и хрипит, но, вроде, вполне цел.       - Вы… пришли, наконец. А то я уж было решил, что… вас порождения тьмы, - он смачно отхаркивается на землю, - прикончили. Рад, что оказался неправ… Леди и лорды.       Он изображает что-то вроде реверанса.       Валеска качает головой. Раз ругается, значит, жить точно будет. По-хорошему, его следовало бы прикончить на месте за подобное неуважение к персоне из старшего Дома, но разве может она иметь право требовать подобного после того, как сама подала идею тому Стражу помиловать рыжего выскочку с Испытаний? Поэтому она... сдерживается. И на удивление спокойно произносит, не без нотки самодовольства:       - Не так то просто убить нас… Доклад, боец – я хочу знать, что ожидает нас впереди.       Разведчик хмыкает. Гадко.       - О, тогда в следующий раз я просто… за вас спрячусь, ладно? Эээ, доклад, точно. Сим сообщаю, что нужным нам тоннель, тот, что ведет в тейг – он прямо. Но там куча следов порождений тьмы – если, конечно, там никто больше не потоптался. Надо начеку быть.       Леди Эдукан на несколько мгновений призадумывается. Может, все же, Белен был прав? Нет, она должна гнать от себя такие мысли. Триан ее брат, верный сын дома Эдукан. Он так не поступит. И она не должна так думать про него. Все подобные моменты между ними они, как брат и сестра, выяснят после боя. Если понадобится – хоть на Арене. Она уверена в себе, она справится. В нем, впрочем, она тоже уверена – Триан дурак, но он не пойдет на подлость. Белен всего лишь принял пустые разговоры за реальность. Ничего страшного и неожиданного.       - Я думала, что этот тейг давно заброшен, и что даже порождений тьмы тут немного. Откуда такие выводы, разведчик?       Тот чешет свою щетину, явно пытаясь найти слова.       - Ну, леди… Заброшены – оно ж ведь вовсе не значит, что пусты. Месяц назад мы бы и на расстояние выстрела из баллисты бы не подошли. А, ладно, все равно ж скомандуете туда идти. Готов выступать…. Командир.       Вновь дорога ведет их вперед – и вновь им попадается несколько групп порождений тьмы. Валеска отмечает про себя, что каждый новый такой бой дается проще предыдущего – то ли она и ее соратники учатся, то ли враги попадаются все тупее. Одно можно сказать точно – такими темпами щит ее рода уже у нее в руках. Если, конечно, обойдется без ошибок с ее стороны… и без сюрпризов.       Наконец они добираются до входа в тейг Эдукан… И видят, что дверь уже была кем-то открыта, в то время как вокруг валяются перебитые порождения тьмы.       - Кажется, кто-то нас опередил… Да, эти твари совсем недавно сдохли. Кто бы тут не хаживал, он наверняк еще внутри.       Валеске сильно хочется врезать этому простолюдину-разведчику. Отчасти за то, что он слишком много болтает. Отчасти за то, что все это вновь возвращает ее к мыслям о том, что… Ведь эту дверь невозможно было бы открыть, не имея при себе печатки с символом дома Эдукан! Она еле сдерживается, чтобы не гаркнуть на него и не заткнуть к генлокам – Предки, вы слишком уж хорошо ответили на молитвы, этого говоруна можно было бы и не щадить! Но ладно, не для того она ввязалась во все это, чтобы так… реагировать на то, что перед глазами. Факт остается фактом – дверь вскрыта. Дверь нельзя было вскрыть без печатки. Так что...       Ее голос дрожит, когда она говорит:       - Они не могли… пройти сюда без кольца с печаткой нашего Дома…       Френдлин Айво пожимает плечами.       - Ну, кольцо всегда могли украсть, моя леди. Сейчас – или много лет назад. Это еще ни о чем не говорит.       Разведчик снова сплевывает.       - Или это кто-то из вашей родни решил себе немного лишней славы отхвати…       - Заткнись!       Валеска оборачивается к простолюдину, ее глаза горят гневом.       - Я. Не позволю. Никому. Плохо. Отзываться. О. Моей. Семье. Понял?       Она чеканит каждое слово, будто кузнец ударом молота по стали. Хотя ее мысли в этот момент нельзя назвать веселыми… Разведчик, хмыкнув, поднимает руки вверх, давая понять, что продолжать он не намерен. Она, мрачно кивнув, цедит:       - Хорошо, что мы друг друга поняли.       Ох, не будь сейчас ей так нужен каждый гном...       Валеска командует всем быть начеку. Мысли - мыслями, а выполнение поставленной задачи превыше всего, как учил ее наставник Пиотин. К счастью на помощь приходит верный Горим, который – незаметно – хватает ее под руку, пока отдает повторные распоряжения о том, чтобы выдвигаться вперед. Буквально говоря – я с тобой.       За этот жест поддержки девушка готова была бы отдать пол-Орзаммара, будь он под ее властью.       Тейг… молчаливо прекрасен. Тем хуже становится от того, что вскоре они начинают слышать перебранку. Валеска морщится, словно от прокисшего кушанья – такой говор характерен лишь для одних гномов.       Неприкасаемые. Выродки, отвергнутые Камнем. Здесь, в тейге Эдукан – священном месте для их рода…       Она не хочет ждать в засаде и разбираться, что тут происходит. Все, что ей дорого, велит ей убить, нет, даже уничтожить этих выродков – здесь и сейчас. И она не может противиться велению своей крови. Команда ею отдается быстро и резко – буквально на одном дыхании. Подчиненные не возражают.       Главарь выродков – гном с очень кривым носом и седыми грязными волосами, заплетенными в странное подобие косы, с двумя изогнутыми мечами на спине и со шрамом на левой щеке, который по форме вполне напоминает клеймо – кажется, не очень-то и удивлен ее появлению.       - О, наконец-то. Явление девки королевских кровей народу! Мы уж начали ставки делать, не сожрали ли вас по дороге…       Рука принцессы непроизвольно ложится на меч. Дерзкий, да? Она надеется, что в бою мечи этого выродка так же остры, как его слишком длинный язык.       Тем не менее, урод даже не думает останавливаться. Его рожа растянулась от уха до уха в наглой усмешке, пока тот… оценивающе смотрит на нее, задерживаясь на ее фигуре.       - А этот щит не так-то просто найти, а? Впрочем ты, куколка, наверняка знаешь, где и как его искать. Так что лучше сразу, бля, выкладывай. Тогда так и быть – сразу и быстро пришьем. А иначе… Придется с тобой поиграть! Парни давно хотели бабу благородных кровей отъебать, ради интереса...       Валеска мгновенно свирепеет, но вовремя останавливает себя. Не время - да и чему тебя, идиотка, учили наставники? Не поддавайся эмоциям! Впрочем, она клянется себе, что этот похотливый выродок падет от ее меча. Тебе, урод, нужен ответ – так вот он! Леди из дома Эдукан не сдается и своих не сдает. Никому и никогда.       - Ну так что, где щит?       - Щит, ублюдок, это метафора. Он во всех нас… Символ доблести гномов. Того, что тебе, безродная мразь, никогда не понять!       Ха, походу, на больное надавила – уж больно быстро и резко выродок покраснел, да рассвирепел. Хорошо… С потерявшими над собой контроль врагами расправиться намного проще.       Они выхватывают оружие практически одновременно. Надо же, интересно – клейменый, который умеет воевать? Они что, с тем рыжим из одной бочки вылезли?       Бой свиреп и скоротечен. Надо отдать гадам должное – жизни свои они продали задорого, хоть бой и был для них сразу безнадежен – вооружены кое-как, слаженность действий страдает, полагались более на неожиданность, чем на умения. Хотя разведчика этого подранили неплохо – держится теперь за поврежденную руку. Валеска бегло осматривает его – просто вывих, похоже, жить будет. Но о метких пострелушках из самострела на некоторое время придется забыть.       Главный, отплевываясь кровью, пытается отползти и зализать раны, но она не дает ему такой возможности. Медленно и с явным мрачным удовлетворением Валеска вгоняет меч ему в глотку, отрезая язык и наблюдая, как он захлебывается своей кровью, прежде чем снести ему голову. Что, теперь не так-то тянет грозить воительнице?       И лишь потом, выругавшись, понимает, что сначала надо было его допросить. Кто послал, как проникли сюда, какая была главная цель. Предки, почему она такая дура?       Горим обыскивает трупы – с ее молчаливого согласия. Самой Эдукан не пристало это делать, но понять, как именно сюда попали эти пыльные сволочи, необходимо.       И…       - Это ж кольцо с печатью дома Эдуканов! Миледи, вы были правы – сюда эти выродки проникли именно так. Ладно, - Горим кивает принцессе, в его глазах она читает понимание, - ребята, пора двигаться дальше. Не на что тут смотреть.       И вот, наконец, они оказываются в гробнице, в зале, где, по легендам, и был похоронен щит. Осталось лишь понять, как его достать…       Валеска, оглядывая гробницу, понимает, что скорее всего здесь задействован какой-то древний механизм. Загадка, которая как-то связана с Эдуканами...       Она командует всем прочим тоже осмотреть зал, на всякий случай. И не зря - Горим замечает в полу несколько плит, которые выглядят... иначе, чем все остальные. Таких плит три, равно как и ее спутников.       Щит дома Эдукан... Единство ради достижения общей цели... Валеска случайно наступает на одну из таких плит, и та плавно продавливается под ней.       Ей в голову внезапно приходит идея. Резкая, как это открытие, как неожиданный удар наставника, пробивающий детский, ненатренированный блок, который ты ставишь, надеясь, что наставник боевого искусства будет относиться к тебе так же, как фрейлины. Она командует своим спутникам занять каждому по такой плите. Единство... То, как именно их легендарный предок смог возглавить Орзаммар и спасти город. Кто знает, может и здесь сработает?       В лежащем посреди гробницы саркофаге с гулким скрежетом поднимается одна из стенок, освобождая... что-то вроде ниши. Там Валеска видит углубление, которое идеально подходит к кольцу с печаткой Эдуканов.       Она не медлит ни секунды - прикладывает собственный перстень, и вот крышка саркофага отъезжает вбок, являя гномам то, что хранится внутри. Тот самый щит...       Валеска с некоторым разочарованием отмечает про себя, что он выглядит куда более невзрачно, чем она сама себе представляла. Но... Может, все же, главный смысл щита именно в том, кто его нес? В самом их предке, и в том, что он собой представлял?       Но ладно, довольно предаваться лирике. Они нашли щит, они должны вернуться к оговоренной точке сбора - и дать их войсках мотивацию сражаться дальше.        Воительница задумывается о том, как идет бой для ее братьев, отца и для этих Серых. Она надеется, что с ними все хорошо, и что сегодня гномы, все же, добудут сталью и кровью свою победу. И ей очень хочет верить, что вот это вот все, произошедшее здесь – лишь случайное стечение обстоятельств…       Ее интуиция, впрочем, говорит о том, что все только начинается.