Фаворитка

       Направляясь к кабинету отца, Клаус размышлял о прелестной блондинке, с некоторых пор ставшей постоянной обитательницей замка. Кэролайн поражала молодого лорда сочетанием ангельской невинности и искушённости, изящества прирождённой леди и искренности. На недавнем пиру Клаус не мог оторвать глаз от девушки, так восхитительно она двигалась в танце. А когда мужчина слышал сплетни, передававшиеся гостями из уст в уста, и язвительные слова своей сестры, в нём закипала злость. Но не потому, что тот считал Кэролайн не достойной отца. Скорее, наоборот, он полагал, что девушка слишком хороша для подобной роли. Роли фаворитки или, проще говоря, любовницы, пусть и постоянной. Но что случится, если рано или поздно та надоест Майклу?        Вот о чём думал Клаус, идя к отцу, и эти мысли не выходили у него из головы, даже когда лорд вещал о делах в поместье.        — Ты меня слушаешь? — наконец заметил он отрешённость сына. — Мне кажется, что телом ты здесь, а душой где-то очень далеко.        — Прошу прощения, — извинился Клаус. — У меня из головы не идёт Кэролайн.        Майкл удивлённо вскинул брови, и мужчина поспешил оправдаться:        — Меня лишь удивляет то, что эта девушка так долго живёт в замке. Я вовсе не против, нет. Она приятная особа, и я рад видеть её рядом с вами. Но какова её дальнейшая судьба?        — Хочешь узнать, женюсь ли я на ней? — промолвил тот. — Я не думал об этом. Но не кажется ли тебе, что невежливо задавать такие вопросы отцу?        — Я не хотел досаждать вам, — поморщился Клаус. — И всё равно должен знать. Из Кэролайн сделали настоящую леди, осыпали нарядами, драгоценностями, научили манерам. Для чего? Чтобы однажды, когда её место займёт другая, выкинуть из замка? Или отдать какому-нибудь другому лорду? Она заслуживает лучшего.        — Тебя не должна волновать её судьба, — выпалил Майкл. — Захочу — выгоню, захочу — оставлю навсегда при себе. Кэролайн пришла ко мне, еле живая от голода. Сиротка, потерявшая родителей, готовая лечь под мужчину ради выживания. Я приютил её, накормил, приодел, а затем сделал из невинной девчонки свою фаворитку. Не бросил через пару ночей, как остальных. Она расцвела в моих руках, став настоящей соблазнительницей и писаной красавицей. И я могу как продолжать холить и лелеять этот цветок, так и загубить его на корню. И твои слова тут не сыграют никакой роли. Можешь идти.        — Отец… — попытался возразить Клаус, но лорд прервал его:        — Я сказал, можешь идти.        Его сыну ничего не оставалось, как послушаться.

***

       Кэролайн не спеша шагала к Майклу. Тот погрузился с головой в свои дела, а девушке сейчас хотелось ласки и человеческого тепла. В последнее время ей стало не так комфортно в замке, как раньше. Всё явственней чувствовалось её настоящее положение здесь, да и молодой лорд почему-то смущал Кэролайн.        Задумавшись, она при очередном повороте внезапно столкнулась с Клаусом, который шёл от отца. Она обязательно упала бы из-за резкого столкновения, но мужчина вовремя удержал её. Их глаза встретились, и сердце Кэролайн словно подпрыгнуло в груди. Девушка в невольном смятении поспешила отстраниться.        — Извините, я такая неловкая, — забормотала она.        — Ничего страшного, — обаятельно улыбнулся он. — Кстати, отец в данный момент у себя. Если вы к нему направляетесь…        — Да, конечно, — проговорила Кэролайн и торопливо пошла дальше, прочь от молодого лорда, стоявшего и загадочно смотревшего ей вслед.

***

       Зайдя в кабинет хозяина замка, девушка увидела, что Майкл сидит за столом, заваленным кипами документов. Услышав шаги, тот оторвался от них и взглянул на Кэролайн, отметив её несколько взволнованный вид:        — Что-то произошло?        — Ничего, — сказала фаворитка. — Просто захотела увидеть тебя. Наверное, я помешала.        — Вовсе нет, — возразил Майкл, и его глаза потеплели. — Признаться, мне пора сделать небольшой перерыв.        Встав сзади, девушка положила ладони ему на плечи:        — Ты так напряжён. Позволь это исправить.        Девичьи ручки принялись массировать его затёкшие мышцы. Прикрыв глаза, мужчина чуть запрокинул голову и блаженно простонал:        — Ты просто волшебница, Кэролайн.        — Рада, что тебе приятно, мой господин.        Майкл чуть ли не мурлыкал, наслаждаясь её ласками. Волны удовольствия, посылаемые её пальцами, переходили от плеч по всему его телу, скапливаясь внизу живота. И через некоторое время лорд убрал руки своей любовницы и встал со стула. Заметив, как возбуждённо горят глаза Майкла, Кэролайн изогнула красивые губы в лёгкой улыбке. А следом за этим ощутила порывистый поцелуй мужчины. Тот целовал её жадно, немного грубо. Его пальцы заскользили по спине девушки, спускаясь всё ниже. Через минуту та почувствовала, как он задирает пышную юбку на её платье, а затем оказалась сидящей прямо на письменном столе.        Спустив брюки, Майкл вошёл в Кэролайн, и тело девушки затрепетало в его объятьях. Темпераментный лорд мог сравниться своим пылом с молодыми мужчинами. Такой страстный любовник, как он, практически каждую ночь способен был заставлять кричать от наслаждения снова и снова. Так и сейчас фаворитка, вцепившись пальчиками в его плечи, сходила с ума от нахлынувших ощущений, подталкивая бёдра ему навстречу и глухо шепча имя Майкла…

***

       Поговорив с отцом, Клаус ушёл в свои покои и, поразмыслив, решил почитать. Но внимание никак не могло сосредоточиться на сюжете, постоянно ускользая в сторону. Заметив, что уже в четвёртый раз пробегает глазами одну и ту же строчку, он отложил книгу в сторону.        Одним из любимых занятий Клауса являлись конные прогулки. Вот что ему нужно, чтобы забыться и отвлечься от ненужных мыслей. Мужчина позвал служанку, которая помогла ему переодеться, а потом пошёл к конюшне.        Так уж получилось, что дорога молодого лорда пролегала мимо кабинета его отца. Увидев чуть приоткрытую дверь, Клаус заглянул туда, предполагая увидеть Майкла, занятого делами поместья, но вместо этого его взору предстала совершенно другая картина. Тот сжимал в объятьях сидевшую на письменном столе белокурую красавицу, их тела двигались в непрерывном ритме, а с губ Кэролайн то и дело срывались негромкие стоны.        Клаус замер, с силой сжав руки в кулаки. Гнев охватил его от этого зрелища. Вполне естественно, что Майкл может развлекаться со своей любовницей, где хочет и когда хочет. Тогда почему в сердце его сына закрадывается злость? И почему… он желает быть на месте отца?        Резко отвернувшись, мужчина пошёл к выходу из замка, практически бегом устремляясь к конюшне. Вскочив на любимого жеребца, тот поскакал, куда глаза глядят как можно быстрее, будто от скорости, с какой мчался конь, зависело то, насколько поспешно из головы вылетят мысли о златовласой фаворитке.        Клаус сам не заметил, как оказался на берегу озера, того самого, у которого он на днях застал Кэролайн. В голове всплыл образ девушки, рассекавшей водную гладь, потом — её стройное тело в прозрачной мокрой сорочке. Её белокурые волосы, зелёные глаза, нежный стан… Всё это словно впечаталось в мозг Клауса, не давая покоя ни днём, ни ночью, как бы тот ни пытался отрицать непозволительную тягу к фаворитке своего отца.        Подойдя к кромке берега, мужчина опустился на колени и поплескал воды себе на лицо, чтобы освежиться и хоть немного прийти в себя. Наваждение… Именно им являлась для него Кэролайн. Неизвестно, на чью беду она появилась в замке: свою, Майкла или его детей. Одно Клаус понимал теперь точно: то, что желает эту девушку всем сердцем.