Мы всё делим пополам

С тех пор как мы с братом расстались мне было довольно одиноко. Конечно, у меня со временем появились друзья и товарищи, которые не давали мне увязнуть в болоте одиночества, но братского плеча мне всë же не хватало. Бывали дни, что мне становилось в такой степени тяжко, что даже ужин отметался из моего вечернего распорядка. Жвачка из тягучих мыслей и дым сигарет — вот из чего состоял мой вечерний рацион. Сейчас же всë по-иному: я уже не курю совсем. Эта пагубная привычка ушла в прошлое как и моя юность, но порой, когда на меня вновь нахлынет тоска или тревога, я время от времени растаскиваю из закромов остатки пачки. — Он мне так дорог, но он так меня бесит порой, — думал я про себя, наблюдая за тем как Андрей стремительно опустошает свою кружку. Тем временем мой нетронутый чай уже остыл и стал больше похож на мутную талую воду, поэтому я поднялся с места и направился к раковине, чтобы слить эту мерзкую бадягу. Пока я разбирался с чаем позади меня развернулся крайне содержательный диалог: — Ты это… — Чего? — Минус тот скинешь мне уже или тебя ещё лет сорок упрашивать надо? — А я тебе разве не скинул? — Нет, не скинул. — Ну, пошлите тогда в комнату. Сейчас всë решим как раз! Не то чтобы мне было всë это сильно интересно после сегодняшних то потрясений, но я отнюдь не отказался и добровольно направился за ними. Наше негласное трио неспеша продвигалось в комнату. По пути Александр захватил свою сумку с пола. Уж не знаю, зачем она ему так резко понадобилась. — Вот тебе и повидался с братом! Хотя договаривались же с ним — без всякой ерунды, чисто как в старые-добрые… Теперь ещё и это чучело колхозное терпеть! Пока я отчуждённо следовал за парнями, комкая надоедливые мысли в зудящий клубок, мой взгляд ненароком упал вслед ногам злощастного Александра. И вроде бы ничего выдающегося я в них не приметил: самые обычные одинаковой длины конечности без явных дефектов или недостатков. Думается — за что можно зацепиться? Но почему то именно на этих ногах тëмно-синяя, тугая в области бёдер джинса смотрелась крайне хорошо. — Какие ноги… Давно таких не видел. Как говорится: чем дальше в лес тем больше дров? Ну и я не остановился на достигнутом и неосознанно продолжил любоваться чужими красотами. Мой с пристрастием изучающий взгляд поднимался всë выше от стоп и до самого начала бёдер, но в миг всë остановилось. — Всë-таки это очень забавно, что ты оказался настоящим — слова Александра были также внезапны как неожиданно вылетевшая в лоб пробка из бутылки шампанского — Я ведь правда и знать не знал, что у Андрюхи братья есть. Меня будто жëстко одëрнули. В секунду словно протрезвев, я встрепенулся, смутился как скромный ребëнок и растерянно отвёл глаза. — А в каком это смысле… «настоящим»? — спросил я с боязливым чувством в груди. Мне почудилось, что моë преступное занятие было замечено кем-то из присутствующих, но к счастью этот страх не оправдал себя. — Ну, это ж я думал шутки всë, — Александр присел на пустующий диван — Я знаю, он может… Трафарет там… Табурет… Ай! Да ты ведь сам без меня это всë знаешь! Ты же был на тех трансляциях… Я так и встрял на том месте где остановился. — Каких ещё трансляциях? Александр смотрел на меня широко распахнутыми глазами, выдерживая немую паузу. После, ещё немного помолчав, он настороженно оглянулся на стоящего рядом Андрея, который тихо посмеивался себе в кулак — Подожди-ка… Так это всë-таки был ты?! Андрей, еле сдерживая смех, подсел к другу. И лучше бы ему вспомнилась какая-нибудь его идиотская шутка, но было очевидно, что он хохочет по совсем другой причине. — Ужас как всë запутано, — вздохнул Александр, придерживая сумку возле своих ног — А почему ты ничего ему не сказал про это? Я думал, он всë знает. Сперва брат рвано глянул на меня, резко подавив улыбку: — Маленький ещё, — а после, как ничего и не было, оставил всё своë внимание на друге — Давай, Сань, какой там тебе минус нужен был? Акт подстрекательства прошëл в наилучшем виде, по всем братским стандартам. К сожалению, отныне я стал не готов терпеть ещё разок. — Да хватит! — я присел слева от Александра — Что за нахрен опять?! Про что вы говорите? Андрей не спешил объяснять. Ему видимо нравилось видеть как я злюсь пребывая в неведении. А вот Александр, к моему удивлению, без особых хлопот быстро решил мой острый вопрос: он достал телефон из кармана джинс и что-то быстро набрал на экране, после чего вручил своë играющее устройство прямо в мои руки. — Вот, смотри. И я посмотрел. Не всë, конечно, буквально каких-то две минуты от двухчасового ролика, но мне вполне хватило и первых тридцати секунд чтобы понять, что кому-то сейчас наступит тотальный пиздец. — Это чë? — настойчивым тычком я сунул телефон Андрею почти в лицо, на что тот беспечно пожал плечами. Называется «сделал вид, якобы он совсем не имеет отношения к происходящему на экране». — Аркадий, ты давно посещал кабинет окулиста? Я совсем не оценил его очередных юморных острот, а только настойчивее тянул руку навстречу братскому носу. — Я тебя ещё раз спрашиваю: это что такое? Брат отмахнулся от меня, словно от надоедливой мухи, не дающей ему покоя. — Да чего ты меня всë тычешь как шкодного котëнка? Сам не видишь что ли? Честно признаться я не до конца понимал, что именно смотрю. Я был в абсолютной степени далëк от всех этих блоггерских штучек. Тем более я не знал, что мой брат промышляет подобным видом деятельности, да ещё меня туда приплетает. — Ох, хорошо, — я выдохнул и собрался с последними мыслями — Тогда ответь мне, пожалуйста… Какого лешего ты выставляешь меня здесь идиотом?! Андрей, у меня два высших образования! Я что по-твоему больше на шута горохового похож? Андрей хмыкнул. — О да, сейчас в особенности похож! Чувство юмора всегда преобладало в Андреевской натуре. Эта черта без труда прослеживалась в его повадках и природной харизме. Я же, если не был полным его антиподом, то по крайней мере являлся неким его катализатором. И знаете, вечно только затормаживать процессы я не желал. Я ведь тоже не бесхребетная скотина, а живой здравомыслящий человек со своими мыслями и эмоциями. И мне тоже есть что сказать. Не желая более молчать, я хотел вновь начать оживлённую дискуссию. И только мои слова стали подниматься вверх по глотке, кто-то очень «вовремя» позвонил Андрею и тот без промедления взял трубку. — Алло? Да, Юр, это я… Да? Нет… Почему? Но… Я не могу… Нет… Да у меня отгул сегодня! Вы чë сдурели что-ли? Нет… А я тебе ещё раз говорю: у меня сегодня от-гул! Я просто так ходил бумажки писал? Нет… Ай! Хер с вами! Ладно… Сейчас буду. Брат сорвался с места, бросил телефон на диван и молча исчез в соседней комнате. — Ты чë, Андрюх? — поинтересовался Александр, но кроме странного шороха ничего не доносилось с той комнаты, куда ушëл брат. Вскоре Андрей вернулся к нам переодетый и с каким-то пакетом в руке. — Да, блин… Представляешь: две недели ходил клянчил этот сранный отгул, а меня вон взяли и вызвали! — пассивно-агрессивным тоном жаловался брат Александру, оттягивая видимо неприятно сидящий на коже ворот куртки — Не знаю… Мне надо будет смотаться в одно место, не знаю правда сколько это займëт по времени… На дорогу только час уйдёт… Александр предположил: — Ну… Часа четыре может? Андрей нервно усмехнулся его варианту, аккуратно почëсывая нос. — Ладно, постараюсь как-нибудь побыстрее… Сань, кинь телефон. — Держи! — Александр осторожно кинул устройство брату. — Ага, спасибо! — Андрей же, в свою очередь, успешно поймал гаджет и сунул его поглубже в карман курки. Меня дико до дрожи в коленях раздражало, что моë присутствие игнорировалось. — Я для вас что шутка какая-то или я может прозрачный блять? — думал я про себя, смотря как обувается брат возле двери на выход. И вот стоит Андрей во весь свой немалый рост в двери. — Ну вы уж тут не скучайте без меня, ладно? Всë, до скорого, пацаны! Дверь громко захлопнулась, бурно огласив уход хозяина данной жилплощади. Теперь в этой небольшой квартирке остались только я и Александр, с которым мне ещё только предстояло провести целый вечер.