Take shelter in the snow

Рождественское утро. Утро, которое по-настоящему можно назвать «добрым». Луи встречает этот день с улыбкой. Он всегда любил Рождество гораздо больше своего дня рождения, ведь единственное, что тебе хочется в разгар зимы, снегопадов, украшенных елей на улицах, песен Фрэнка Синатры и звука колокольчиков — это рождественский ужин в кругу семьи, обмен подарками и пара-тройка фильмов под треск камина. Луи роется в своих вещах, чтобы найти несколько подарков для близких, которые он хочет незаметно подложить под ёлку ещё до того, как они проснутся. Но его глаз неожиданно цепляется за коробочку, обвязанную красной ленточкой, которую он вчера отложил на комод. Луи осторожно берет подарок от Гарри в руки и развязывает ленту. Открыв коробку, он видит открытку с короткой, но очаровательной надписью «для рождественского мальчика в честь дня рождения», а под ней маленький бархатный темно-бордовый мешочек. Внутри оказывается кулон особенно красивого синего цвета. Он внимательно рассматривает его, поражаясь глубине оттенка и уникальностью формы - очень гладкий и яркий камень небольшого размера. Гарри не оставил никакой записки, где объяснил бы свой столь необычный выбор, поэтому Луи решает сам написать ему, чтобы парень ответил на все его вопросы. Вы: подвеска с синем камнем? очень нестандартный выбор для подарка:) я залип на его оттенок Кудряшка: я рад, что ты оценил) это кулон на удачу. когда я только начал выступать, мама подарила мне похожий, только с зелёным камнем. говорила, он подходит под мои глаза. у этих камушков, сапфиров, какая-то своя положительная энергетика, и я решил, тебе это поможет на сцене Вы: погоди... ты играл в театре? Кудряшка: в школе, да. но позже понял, что мне по душе больше писать, чем играть Они обмениваются ещё парой любезностей, где поздравляют друг друга с праздником, и позже Луи возвращается в реальный мир к своей семье и самому любимому дню в году.

***

Неделя после Рождества впервые у Томлинсона настолько насыщенная. Помимо постоянного общения с семьей и периодических ужинов с Лиамом, в его жизни появляется нечто новое и... интересное. Сутки напролёт Стайлс проводит у Томлинсонов, и, честно, Луи не знает, как так получилось. Они договорились встречаться практически каждый день, за исключением нескольких, когда каждый из них остаётся с семьей. Гарри приезжает под утро, а уезжает поздно вечером, но на обеспокоенные вопросы Луи о его семье, Гарри просто отмахивается. А Томлинсон и не пытается лезть дальше. В конце концов, они ещё даже не друзья, хоть и в перспективе Луи очень хотел бы этого. Бесчисленное количество глинтвейна, промокшая насквозь одежда, игры в снежки и прочие зимние глупости — именно так выглядят их встречи. Они смеются, делятся мелочами из своих жизней, и со стороны выглядят так, будто бы знакомы вечность. Луи показывает места, где вырос, буквально ведёт нить своей истории, ведь прожил в этом районе всю жизнь, пока его не занесло в Лондон. Заинтересованные зелёные глаза Гарри лишь изредка поддакивают, когда они доходят до мест, где и кудрявый бывал раньше. Донкастер город небольшой, но Гарри рос не здесь, так что эти улицы не кажутся ему столь родными. За исключением пары мест, будь то знаменитая на весь город забегаловка у Джейн, где кормят самым вкусным омлетом, несравнимым ни с одним блюдом из мишленовских ресторанов, или пекарня «Палмер & Роузи», где Гарри работал в свои шестнадцать лет. Они идут одним зимним вечером домой к Томлинсону, слегка веселые от выпитого глинтвейна и полные радости, от комфортного общения друг с другом. Фонари слегка освещают улицу, снег медленно падает с неба, и каждая снежинка цепляется за торчащие кудряшки Гарри. Завораживает. Луи было хотел убрать очередную с его волос, как вдруг Стайлс срывается с места и подбегает к машине, припаркованной рядом. Он останавливается около неё и, не долго думая, начинает выводить надпись на засыпанном снегом капоте. «And don’t eat yellow snow» — Сколько тебе лет, Гарри Стайлс? - произносит парень, даже не пытаясь сдерживать смех, вызванный абсурдностью и очаровательностью этой ситуации. — От кого я слышу это, Луи Томлинсон? - Гарри поворачивается к нему и кидает немного собранного с крыши машины снега ему в грудь. Такие прогулки до дома тянутся долго, но это не напрягает никого из них. Напротив, их общение строится столь легко, что темы для разговоров сами собой сменяют одна другую, а градусы алкоголя и молодость, текущая в венах, добавляют лишь больше смеха и развлечений по дороге. Между ними все просто. Луи не из тех, кто сразу же даёт оценку происходящему, так что он просто наблюдает и ждёт дальнейшего развития их взаимоотношений. И от чего-то ему кажется, что этот парень в его жизни надолго. Лишь кажется. — Ты когда планируешь уезжать обратно в Лондон? - вдруг спрашивает Гарри, внезапно сменив тему. — На днях. Нужно просто билет взять. — А ты..эм.. не хочешь поехать со мной? Билеты на субботу, - Гарри начинает немного заикаться и медлить, что идёт порознь с его бойким и кричащим характером, и Луи не совсем понимает причину столь резкой смены поведения кудрявого. - Прости, что я навязываюсь, просто я думал, что мы могли бы стать друзьями? Оу. — Конечно, я с радостью поеду с тобой, - лицо Гарри украшает искренняя улыбка, и он обнимает Луи, заводя руки за его шею. — Извини. Обычно люди не идут со мной на такой лёгкий контакт даже спустя года, а ты без раздумий соглашаешься, хоть мы и знакомы пару недель. — Перестань извиняться, Кудряшка. Мне нравится проводить время с тобой и я полностью открыт к тому, чтобы стать твоим другом.

***

Они берут билеты в тот же вечер. Луи удивлён спонтанности своих решений, не свойственной ему, но его мысли заполнены вовсе не поездкой, а постепенно заполняющей его тревогой и тоскливостью. Он вновь прощается со своей семьей, с трудом отцепляя от себя сестёр. — Я приеду при первой же возможности, вы меня знаете, - Луи напоследок по-братски взъерошивает волосы Лотти и садится в машину. — Знаем, но от этого не менее грустно, - пара добрых улыбок машут отъезжающей машине вслед. До вокзала их довозит сестра Гарри — Джемма. Стайлсы феноменально похожи друг на друга, что не всегда можно сказать о родственниках. Но Луи отмечает в ней те же ямочки от искренней улыбки, характерные складки на лбу бросаются в глаза и форма губ в точности повторяет рот Гарри. Всю дорогу Луи мило беседует с ней, на что Гарри лишь драматично вздыхает: — Чувствую себя лишним в вашей компании! - младший эмоционально взмахивает руками, как бы подтверждая своё недовольство. — Добро пожаловать на мое место, Стайлс. Представь, как чувствую себя я, когда три мои сестры не отлипают от тебя весь вечер. — Это правда, они без ума от меня, - Гарри самодовольно поднимает голову наверх, жестом показывая своё превосходство. — Да у нас тут обмен семьями, - встревает в их спор Джемма, заправляя упавшую на глаза челку за ухо. — Держи руль крепче, сестрёнка, - с весьма грубой интонацией откликается Гарри, и Луи не в первый раз замечает, как меняется настроение Стайлса при любом упоминании его остальной семьи. Возможно, когда-нибудь парень наберется храбрости спросить у него об этом, но пока пусть лучше сам Гарри расскажет, когда захочет этого.

***

Они прибывают в Лондон утром субботы. Остаётся пара дней до начала учебы, и Луи намерен провести их с пользой. Он пишет несколько смс-ок маме об их удачном прибытии и возвращается к Стайлсу, который уже активно высматривает кого-то на парковке. — Кого ждёшь? - интересуется подошедший со спины Луи. — Найла. У него есть машина, он подвезёт нас. — «Нас»? — Такси нынче дорого, а нам все равно по пути. Тебе же в общагу около универа? - Луи лишь кивает. - Ну вот и все, вопрос решен. О! Вижу эту наглую блондинистую голову. Гарри подбегает к Найлу, крепко сжимая того в объятьях. — Найлер, это мой новоиспечённый друг Луи, Луи, это мой старый верный друг Найлер, а так же человек, что вечно ворует у меня хлопья. — О, тот самый Луи с автовокзала. Гарри уже успел все уши мне прожужжать про тебя. По правде говоря, я удивлён, что вы не виделись раньше. Луи вроде как весьма популярная персона в универе. — Ничего себе нынче слухи пошли. У меня есть репутация, о которой я даже не знаю. Неплохо. — Садитесь уже, я домой хочу, - ноет уже сидящий в машине Стайлс. Пейзажи холодного и притягательного Лондона за окном автомобиля сменяют друг друга, а в салоне настоящая перепалка. Луи активно спорит о чем-то с Найлом, а Гарри даже не пытается вникнуть в разговор, лишь наслаждается комфортной для него обстановкой. В конце концов темы для дискуссий истрачены, и салон погружается в лёгкую тишину. Её разбавляют доносящиеся из радио новые хиты, которым парни переодически подпевают. Луи прислоняет голову к стеклу и наблюдает. Лондон все так же тороплив и беспокоен, что очень контрастирует со спокойным и привычным Томлинсону Донкастером. Кирпичи зданий понемного проскальзывают из-под снега, появляется разнообразие цвета, а где-то вдалеке, если присмотреться, можно увидеть уже голые деревья. Совсем скоро столица Англии снова наполнится солнцем и весенним теплом, которое разбавит монотонную серую учебу. Луи боится погружаться в это все снова. Наивно было полагать, что обучение в самом центре Лондона будет легким, но он надеялся хотя бы на несколько выходных в месяц. Учеба, несомненно, приносит ему радость, работа актёром — его давняя мечта, но трудности, недосып и банальный недостаток общения с близкими выбивают со временем из колеи. Как бы там ни было, Луи старается отогнать грустные и терзающие мысли прочь и просто наслаждается городской суетой за окном автомобиля.

***

По приезду в университет Луи, попрощавшись с Гарри и Найлом и закинув вещи в общагу, первым делом мчится к своим преподавателям, чтобы забрать их план на второе полугодие. Луи заходит в привычный кабинет и располагается за своим столом, где уже лежат папки с огромным количеством расписанных листов. Помещение, по которому Томлинсон ещё даже не успел соскучиться, окутывает парня атмосферой учебы, стуком вещей о деревянные столы, вечно щёлкающей ручкой и проникающими лучиками солнца на ранние лекции. Все он же высокие потолки, все те же окна в массивных рамах, и все то же бесконечное количество книг в огромных старых шкафах. Луи осматривается по сторонам и замечает несколько новых портеров над досками. На этот раз это Джон Драйден с его забавной причёской, характерной для того времени, и Джордж Фаркер, цитаты которого известны на весь мир. Его одногруппники по-тихоньку подтягиваются, а он сам пока решает одним глазком взглянуть в лист заданий до прихода учителя. Год обещает быть насыщенным, ведь по меньшей мере намечается целых три крупных постановки. Ближайшая из них уже через четыре недели, и это будет первая крупная игра в театре в жизни Луи. Первый курс сопровождался лишь мелкими выступлениями в рамках университета, не обладающими большой публикой и длительной подготовкой. Сейчас же речь о более крупном выступлении. Томлинсон уже предвкушает это. В кабинет входит мистер Уоткинс. Преподаватель чуть старше сорока и абсолютный мастер своего дела. Луи действительно влюблён в то, как хорошо этот человек преподносит материал и как легко его усваивать. Следом за ним влетает, как всегда, опоздавший Зейн, мельком приветствуя всех и пожимая руку Луи. Весь урок Уоткинс эмоционально рассказывает о ближайших планах, заданиях и лекциях, что ждут их впереди: — Итак, как вы, возможно, уже могли заметить, полугодие вас ждёт непростое. Но от того не менее интересное. Первая постановка «Север и юг» пройдёт уже в конце февраля, так что с первых дней мы вливаемся в работу, чтобы отточить материал по полной. У вас есть вся неделя на ознакомление с произведением, чуть позже мы напишем несколько коротких работ по нему, на выходных пройдёт кастинг. Как и всегда, вам дадут несколько сценарных отрывков из основных ролей, каждый из которых нужно прочитать с соответствующей интонацией и выражением. В понедельник вы уже узнаете свои роли. Вопросы есть?

***

Луи заваливается в свою старенькую комнату в общежитии. Она непривычно убранная, но попрежнему душная и пыльная, так что парень решает открыть окно. Несколько плакатов на его стене упали за каникулы, но он приклеит их позже. В остальном — будто бы Томлинсон и не уезжал отсюда. Он полон воодушевления от предстоящих событий. На радостях ему хочется кричать об этом всему миру, но первым, кто попадается под руку, оказывается Гарри. Луи находит свой телефон в сумке и решается написать кудрявому: Вы: постановка. через 4 недели. ахуеть. Кудряшка: я знаю, я писал сценарий к ней) Простите... что? Вы: что.. как.. когда Кудряшка: ну, фактически все первое полугодие. не я один, конечно, но многое из того, что вы будете учить, написано моей рукой:) Вы: нихуя.. Вы: погоди.. сценарий совсем готов? Кудряшка: ну, он ещё требует некоторой доработки, но в целом да. сейчас я уже возьмусь за вашу вторую постановку, которая будет в середине апреля :з Вы: да вы монстры.. Кудряшка: а то Громкий стук двери отвлекает парня от телефона. Луи поднимает голову на звук и встречается взглядом с запыхавшимся Зейном. Его темная челка лезет в разные стороны, одежда, как и всегда, мешковата и неаккуратна, и висит на нем, по меньшей мере, сумки четыре, разных размеров и форм. Он выглядит нелепо, но Луи солжет, если скажет, что не скучал по этой ходячей катастрофе. — Выглядишь так, будто бы пробежал кросс, приятель, - Луи улыбается и встаёт с кровати, чтобы помочь другу с его вещами. — Не успел закинуть все перед универом, пришлось оставлять внизу у миссис Ронвулд. А потом перся со всем этим сюда. Нахуй мы вообще выбрали комнату на четвёртом этаже? - явно недовольный Зейн откидывается на кровать и вздыхает. — Откуда столько вещей? Ты носишь одну и ту же футболку месяцами, пишешь в одной имеющейся тетради и ешь только мою еду, и единственное, что у тебя меняется — это пачки сигарет. — Ну спасибо, - Зейн усмехается. - Моя мама назвала это «жизненно необходимым». Не подскажешь, зачем мне старый отцовский фотоаппарат? — А я смотрю праздники прошли хорошо. — Да не жалуюсь. Ты то сам как? Ставлю сотку на то, что Лотти убила тебя за такой прикид, - Малик окидывает взглядом Луи, который сам выглядит не намного лучше Зейна. - Виделся с тем красавчиком? - Зейн тянется за пачкой сигарет в карман и закуривает. Он протягивает одну штуку Томлинсону, но тот отказывается. - Как хочешь. — Лиам? Да ты и правда запал на него. Жду не дождусь, когда вы познакомитесь. В лицо Луи тут же летит подушка. Или несколько подушек. — Иди нахуй, Томлинсон. — Я тоже скучал. Да здравствует университетская жизнь! Снова...