Модельное агентство «Облачные глубины»

Лань Чжань привёл Вэй Ина в корпус, где находилась столовая. Как оказалось, здесь пряталась и кофе-машина, а добродушный персонал с радостью согласился предоставить страдальцу большую порцию вожделенного напитка. Подхватив стаканчик, в который поместилось почти пол-литра ароматного капучино, Вэй Ин смерил Лань Чжаня взглядом и усмехнулся: — Почему бы тебе тоже не попробовать? — Не пью кофе, — пожал плечами Лань Чжань, отводя взгляд. — Ладно тебе, — Вэй Ин поболтал в стаканчике трубочкой и сделал глоток. — О, великолепный! Какие, оказывается, тайны прячутся в глубинах «Облачных глубин». Давай найдём тихое местечко, где можно не опасаться, что камеры засвидетельствуют наше общее преступление? На слове «преступление» Лань Чжань странно моргнул и поёжился, его лицо тут же потеряло всю живость и даже как будто бы побледнело. Вэй Ин заподозрил, что это как-то связано с табелями, но давить и допрашивать не стал. Ему пока было достаточно и того, что непредсказуемый Второй Нефрит не сбегает и не пытается заставить его соблюдать правила. — Здесь есть павильон, — наконец сказал Лань Чжань, словно только что сообразил, о чём просил Вэй Ин. — Дорожка к нему тоже не просматривается. — Ух ты, местечко для тайных свиданий! — не удержался от подколки Вэй Ин. Лань Чжань вздрогнул, но ничего не сказал. Они быстро пересекли площадку, а затем оказались на узкой дорожке, по обеим сторонам которой высилась живая изгородь, надёжно укрывшая их от чужих глаз. Вэй Ин готов был отправить Не Хуайсану сообщение: «Второй Нефрит заманивает меня в уголок для поцелуев, а ты говорил, у меня ничего не выйдет», но передумал. Как и тогда, со шрамами, эта информация показалась ему слишком ценной и личной, чтобы вот так просто и в шутливом тоне раскрывать её пусть даже лучшему другу. Дорожка дважды повернула, и перед ними предстал белый павильон, вокруг которого росли розовые кусты. Лань Чжань шагнул под крышу и остановился, плечи его обессиленно опустились, как будто адреналин, заставлявший держать спину прямо, кончился и на смену пришла чудовищная усталость. Вэй Ин знал, как это бывает, потому деликатно ничего не сказал, лишь сел на скамью у самого выхода — закралось подозрение, что Лань Чжань может попытаться сбежать, а он этого не хотел. — Эй, Лань Чжань, — сказал он, — так что же меня ждёт в воскресенье? — Госпожа Юй не узнает о… твоём поведении, — отозвался, всё так же не поворачиваясь, Лань Чжань. — Ей… не к чему будет придраться. — П-постой, — услышав это, Вэй Ин настолько удивился, что даже поставил кофе на скамью рядом с собой и встал. — Хочешь сказать, что ты отредактировал этот дурацкий табель? — Табели составляются автоматически, — зачем-то пояснил Лань Чжань. — В них учитываются оценки, выставленные преподавателями… у тебя… нет проблемы с ними. Но дядя… пишет сопроводительные письма к каждому. — О… вот оно что… — Вэй Ин, представив, на какую сделку с совестью ради него пошёл Лань Чжань, на миг забыл как дышать. — Но Лань Чжань… — Ты… не соблюдаешь дисциплину, — продолжал Лань Чжань, и голос его был печальным. — Но это… необязательно указывать в письме. — Значит, необязательно, Лань Чжань?.. — Вэй Ина привело в восторг это высказывание. Его переполняли эмоции, нужно было срочно найти им выход. Он сделал шаг вперёд. — Ты не проносил на территорию школы… почти ничего запрещённого, — Лань Чжань не ответил, просто говорил дальше, как будто отвечал зазубренный урок. — Ты не заключал контракт с агентством, потому контролировать то, что ты ешь, не нужно так… старательно. Вэй Ин замер за его спиной. Совсем рядом. — И ты не пытался сбежать, — Лань Чжань смотрел прямо перед собой, как будто говорил всё это в лицо воображаемому дяде, оправдываясь за свои действия. — Потому некорректно обозначать этот проступок… Вэй Ин резко развернул его к себе и поцеловал. Он одумался в то же мгновение, но чужие губы, приоткрывшиеся в удивлении, казалось, приглашали продолжать. Опьянённый тем, что Лань Чжань встал на его сторону, Вэй Ин углубил поцелуй и, лишь скользнув языком по нижней губе совершенно остолбеневшего Второго Нефрита, замер и отпустил его. Лицо Лань Чжаня всё ещё было слишком близко. — Я… я же говорил, — выпалил Вэй Ин первое, что пришло в голову, — готов поцеловать тебя даже за крохотный стаканчик, а ты… — он шагнул назад, тут же подхватывая кофе со скамьи и выставляя вперёд, будто щит, — ты даже перевыполнил обещание. Лань Чжань отвернулся от него. Не развернулся спиной, как прежде, но встал боком, чуть опустив голову. Лицо его снова стало нечитаемым, и Вэй Ин почувствовал, как на смену восторгу приходит тоскливый страх. Сейчас его сказка закончится. Он ведь даже не выяснил, насколько Лань Чжань… толерантен к… Вэй Ин едва не выронил стакан из отчего-то ослабевших пальцев. *** Возможно, не нужно было объяснять, что именно он сделал. Вероятно, эта информация только обличала его, может, так нельзя было оправдать преступление. Лань Чжань говорил, чтобы успокоить себя, но волновался всё сильнее. Он старался не смотреть на Вэй Ина, а потому не заметил, как так случилось, что они оказались лицом к лицу. Губы Вэй Ина одуряюще пахли свежим кофе, а ещё они оказались горячими и мягкими, а прикосновения языка вызвали каскад мурашек. Лань Чжань не признался бы даже себе, что на миг пожелал — пусть поцелуй никогда не закончится, пусть ничего не произойдёт дальше, не придётся неловко смотреть друг на друга или решать что-нибудь, объясняться... Не… Лань Чжань пытался не двигаться, чтобы момент длился как можно дольше, но тут Вэй Ин отпустил его, и всё прекратилось. — Я… я же говорил, готов поцеловать тебя даже за крохотный стаканчик, а ты… ты даже перевыполнил обещание, — голос Вэй Ина нельзя было назвать твёрдым или уверенным. Он даже подхватил стаканчик с кофе так, будто собирался защищаться им. На Лань Чжаня обрушилось внезапное разочарование. Внутренние демоны пробудились и настойчиво завопили на разные голоса: «А ты посчитал, что это — проявление чувств?», «Откуда возьмутся чувства к такому как ты?», «С чего ты взял, что преступник вроде тебя кому-то нужен?», «Ты причинил другим много зла, и это будет преследовать тебя до конца жизни, не рассчитывай, что Вэй Ин простит тебя за всех остальных», «Он тоже уже знает, за что ты в ответе». Лань Чжань моргнул, стараясь дышать размеренно, и искоса взглянул на растерявшегося Вэй Ина. Кажется, его пальцы, сжимавшие пресловутый стаканчик, дрожали. Значит ли это, что он… всё-таки переволновался, а не собирался… подшутить над ним?.. — Лань Чжань, — наконец Вэй Ин сделал глоток, — так что… было бы глупо… не использовать павильон для поцелуев не по назначению, — уверенности не прибавилось, и, похоже, шутка не показалась смешной даже ему самому. — Наверное, — удалось ему совладать со своим голосом. Он сжал ладонь в кулак, чтобы подавить внезапную дрожь. — Извини, Вэй Ин, мне… пора. — Сбегаешь? — Вэй Ин мгновенно оказался у выхода, загораживая собой дорожку. — Лань Чжань, прости… я… «Нет, только не извиняйся за это», — мысленно воскликнул он, но вслух у него не получилось бы сказать ничего подобного. Вместо того он приблизился и, чуть толкнув Вэй Ина плечом, ступил на дорожку. — Встретимся в понедельник, — сказал он негромко. — В понедельник… — повторил Вэй Ин, и Лань Чжаню показалось, что в его голосе была горечь, совсем не такая приятная, как кофейное послевкусие. *** Вэй Ину пришлось ещё с полчаса собираться с мыслями. За это время он прикончил кофе и проголодался. Хорошо, что в кармане оказался протеиновый батончик. В конце концов он решил для себя, что Лань Чжаню вряд ли был так уж неприятен спонтанный поцелуй. Это нисколько не успокоило, но позволило отодвинуть в прошлое момент и задуматься о том, что ждёт в будущем. О том, что рассказать, например, Не Хуайсану. Уже завтра они должны были встретиться, и вряд ли тот не допросит его с пристрастием. «С одной стороны, — думал Вэй Ин. — Я был прав, и мы… ну… кажется, мы стали друг к другу ближе. С другой же… с другой — вероятность того, что Лань Чжань захочет когда-нибудь повторить или хотя бы перестанет отвечать мне «Нет» на предложения дружбы — один к миллиону». Он покачал пустым стаканчиком. Поблизости не было ни одной урны, и выбросить его было некуда. Вздохнув, Вэй Ин смял его в лепёшку и отправился по дорожке, вспоминая, где вообще может находиться ближайшая. Мусорить просто так на территории «Облачных глубин», где каждый уголок представлял собой идеальный фон для фотосессии, было кощунством. Завибрировал мобильный. Вэй Ин, продолжая крутить останки стаканчика в пальцах, не глядя ответил на вызов. — Ты готов? — ворвался в его размышления Цзян Чэн. — Мать сказала, что получила твой табель, а значит, я могу поехать и забрать тебя. — М… соскучился? — поддел Вэй Ин, но ему не удалось совладать с голосом. — У тебя что-то случилось? — сразу насторожился Цзян Чэн. — Вэй Ин, всё в порядке? — Да в полном, — на глаза Вэй Ину наконец попалась урна. — Просто никак не мог избавиться от кое-какого мусора. Так что ты говоришь, сейчас приедешь за мной? — Приеду и вытрясу из тебя все твои тайны, — грозно пообещал Цзян Чэн. — Я не уверен, что меня отсюда выпустят, так что будь готов похитить меня, — почти не пошутил Вэй Ин. — Позвонишь от ворот? — Конечно, — и Цзян Чэн сбросил звонок. Вэй Ина сразу же захватило одиночество. Ему хотелось бы поделиться сумбуром собственных чувств хоть с кем-нибудь… Но с кем?.. Он посмотрел на погасший экран смартфона, тут же разблокировал его и написал Яньли: «Можно будет поговорить с тобой вечером?» «Мы же увидимся уже сегодня, — не прошло и минуты, как появился ответ. — Конечно! Хочу всё узнать про тебя, А-Сянь». «Мне очень нужен твой совет, — написал Вэй Ин и, прежде чем отправить, добавил: — Но это разговор для двоих». «О, А-Сянь, кто же привлёк твоё внимание?» — мгновенно всё поняла Яньли. «Расскажу дома», — сбросил Вэй Ин и прикрыл глаза, словно хотел переждать порыв ветра. Но если где и поднималась буря, так только внутри него самого.