Stolen By Force

Музыкальное сопровождение главы: MILCK «Monster» Наши судьбы связаны. Все, что делает один из нас, действует и на другого. За любой твой опрометчивый поступок придется расплачиваться и мне. Бастила Шан. Корусант. Она выходит из маленькой душевой. Торопливо заворачивается в полотенце, чтобы заплести влажные волосы в косу. Засматривается на открытую бутылку, уже выдохшегося шампанского, а потом переводит взгляд на мужчину. Оби-Ван стоит у маленького окошка, зашторенного многослойной занавеской. Полностью одетый. Правда, вместо узнаваемого плаща-балахона, на плечах джедая накидка от парадной формы набуанского солдата, позаимствованная для конспирации. — Следует поторопиться, — выговаривает он отстраненным голосом. Привычно поглаживает подбородок, пребывая в задумчивости. Голубые глаза неустанно исследуют освещенные улицы, проходящих мимо горожан и большое скопление транспорта на воздушной магистральной ветке. Что-то в обывательской гуще мегаполиса, кажется ему подозрительным.— Возможно нас уже хватились. Скорее всего, это привычная бдительность, свойственная человеку, бывавшему на фронте. А может простое внутреннее нагнетание, по причине принятого решения, которое необходимо озвучить сейчас. Пока не станет поздно. — Помоги одеться. — просит молодая женщина, не улавливая давящей сухости в его обращении. Скидывает на кровать полотенце с лукавой улыбкой. Уверенно, без стеснения и возмутительно красиво. Берется за корсет, ждет, когда мужчина подойдет ближе. Кеноби выполняет ее просьбу. Встает позади, ловко сцепляет тугие крючки и скобы на изощренном женском туалете. Проходится пальцами по ровной линии шва, ощущает непроходимое першение в горле и тяжело вздыхает. Кроме кислого напитка в бутылке, жажду утолить нечем, а язык прилипает к небу. — Не стоило так рисковать. — говорит на выдохе, возвратившись к прежнему месту. Запивает теплым пойлом, в надежде избавиться от неудобного, раздражающего ощущения. Морщится из-за отвратительного вкуса. Дорме в этот момент поправляет рукава платья. Замирает без движения, заслышав брошенную фразу и хмурится. Мечтательная улыбка на ее лице медленно угасает. Тишина, захватывающая стены яркой комнаты, кажется непрошенной гостьей. — Пойми меня правильно. — джедай оборачивается. Громко ставит фужер с недопитым шампанским на столик. — Мы взрослые люди. — бросает взгляд на кровать, где красуется не убранная куча из раскиданных подушек с покрывалом. — Слишком много обстоятельств против. Не говоря уже о том, что эти встречи опасны для твоей репутации. Брюнетка часто моргает. Смотрит туда же, где не так давно отдавалась ему. Следы ласк еще не смылись с ее тела, удерживая мышцы в ленивой истоме. Приходится встряхнуть пару раз головой, дабы избавиться от заторможенности и не прослыть туго соображающей идиоткой. — Оригинально. — тихо выдает, спустя долгие секунды размышлений. Начинает посмеиваться. Роняет руки, смотрит на него, закусив нижнюю губу. — Либо ты так скверно шутишь, либо забыл, о чем мы говорили пару часов назад. — Я прекрасно все помню, но здраво оцениваю ситуацию. — мягко проговаривает Оби-Ван с выражением крайней степени сочувствия. Скрепляет ладони впереди себя, как самый истовый, смиренный представитель Ордена. — О-о... — молодая женщина кратко кивает, поправляя лиф наряда. — Вот, как это называется. — указывает пальцем на кровать. — Ситуация. — Такие отношения не имеют развития и будущего, на которое можно возлагать надежды. — глухо роняет мужчина. Заверяет себя в необходимости подтолкнуть Дорме к правильному исходу. Морально настраивается, соглашаясь со всеми, пока не озвученными обвинениями, в том числе собственными. — Ты знаешь. — Теперь знаю, — подтверждает она, без дрожи в голосе. Неторопливо приближается, обводя его фигуру пристальным взором. — Что ты скверный лгун, Оби-Ван Кеноби. — Не исключаю. — соглашается генерал. Теперь, когда она стоит рядом и можно легко коснуться рукой, весь его настрой оказывается еще более ничтожным. Как и он сам. — Это для твоего же блага. «Быть рядом и защищать.» Набуанка хочет громко засмеяться, ибо происходящее действительно выглядит, как абсурдная, бестолковая ситуация. Можно ведь дать ему оплеуху и уйти с гордо поднятой головой, а можно вцепиться губами в подбородок. Немного подождать, когда придет в себя от нелепой затеи трусливого отступления. — Моим благом будет повторение того, что ты делал... — имеет ввиду постель, без каких-либо уверток.— Множество раз. — открыто, нагло, провокационно. — Но настаивать не буду, магистр. — саркастически напоминает о новом звании Кеноби. Отходит назад, выдерживая дистанцию. Забирает плащ и накидывает на плечи. Он позволяет ей оставить последнее слово. Быть в выигрыше, дабы не затягивать процесс решения. Ощущает на щеках жар от румянца, ведь бороться с собственной памятью невозможно. Никакие медитации с вызубренными трактатами Кодекса не уберегут разум от воспоминаний этой ночи. Пара молча выходит на улицу, застревая у входа на пару минут. Яркие голограммы, ночная городская возня и шум от пролетающих мимо кораблей помогают молодой женщине перевести дух. Отдышаться, крепко впиваясь ногтями в кожу ладоней. Немного усмирить обиду, что гложет до приступа изжоги. — Я отвезу тебя. — слышится позади голос джедая. Такой вымученный, мягкий, заботливый и абсолютно ненужный сейчас. — Не утруждайтесь, — ядовито произносит она, накидывая на голову капюшон плаща. Раздумывает о ночной прогулке. — Лучше возьму такси. — замечает подъехавший транспорт в удобной близости. — Прошу, Дорме. — Оби-Ван настаивает. Выходит вперед, преграждая ей путь, осматривается по сторонам. — Будет правильнее добраться вместе, — его не покидает давящее чувство тревоги, перемешанное с каким-то неудобством и дело не в сложности их отношений. Вернее, сложностей вокруг их отношений. «Не могу понять, что это. Угроза или простая надуманность?» Дорме смотрит на мужчину пару секунд. Пробует понять, для чего так упорствовать, когда для них все осталось позади? С его же внезапной, забитой упреками подачи. — Возвращайтесь в Храм. — проверяет наличие комлинка во внутреннем кармане плаща. Цепляет на руку мешковатую сумочку. — К обязательствам джедая, а я вернусь к своим. — разворачивается и уходит. Останавливается возле транспорта. Ждет, когда поднимется дверца. Кеноби продолжает стоять на месте и наблюдать за ней. В глазах гаснет былая яркость, а общий вид говорит об усталости. Его короткие волосы взъерошены, в щетине прослеживается седина. Словно они вновь оказываются на Зигуле, где нет ничего, кроме палящего солнца и пронизывающих ветров. — Центральный рынок. — сообщает брюнетка водителю. Усаживается поудобнее. Специально указывает адрес торговой площади, откуда можно будет пересесть на другое такси и вернуться к апартаментам на Республиканской улице, без лишних подозрений.— Побыстрее пожалуйста. Капсула перевозчика трогается с места. Вылетает вперед, чтобы дождаться нужного сигнала и влиться в поток других транспортных средств. Дорме совсем не смотрит в окно, лишь теребит пальцами тонкую ручку комлинка. Боится расплакаться из-за скверного ощущения, сопоставимого с грязным предательством. Ее, вроде нагло использовали и одновременно возвели на пьедестал личного божества, учитывая старательность поклонения одного фанатика. «Зачем?! Ведь это не было расчетливым сексом!» — заключает, откидываясь на спинку сидения. Прикрывает ладонью зевок и только сейчас замечает неладное. Такси, в которое она спешно запрыгнула, не желая выслушивать уговоры Оби-Вана, набирает высоту, пропуская маршрут по указанному адресату. Время на раздумья еще имеется, ведь на комлинке установлена кнопка экстренного вызова капитана Тайфо. Набуанка смотрит на спинку водительского сидения, пытаясь разглядеть затылок перевозчика. Аккуратно тянется к вороту плаща, незаметно обыскивает себя, вспоминая оставленный в комнате бластер. «Он поймет и почувствует опасность.» — рассчитывает на джедая, которому доверилась. Да так, что по глупости забыла главный принцип — без оружия, только в пропасть. — Не советую, что-либо предпринимать, леди Ирсис. — раздается со стороны водителя. Голос преисполнен спокойствия и натренированной учтивости. — Вы же не хотите поднимать еще больше паники? — намекает на всеобщую истерику, связанную с покушением на Первую Леди. — Достаточно того, что половина магистралей столицы перекрыта, а за каждым углом развернуты посты стражей правопорядка. — Куда вы меня везете?— спрашивает Дорме, удерживая палец на кнопке вызова. — Вам не причинят вреда. У меня приказ доставить вас на переговоры. — поясняет таинственный похититель. — С кем? — С человеком, который поможет. Капсула ускоряется, после поворота. Минует большую площадь, перед центральным зданием Судебного Департамента. Подлетает к двойной платформе одного из самых дорогих ресторанов Корусанта. Блок охраны беспрепятственно пропускает такси вперед для парковки. Обычный транспорт, которым пользуется представитель среднего класса, теряется на фоне роскошных экипажей, скоростных мини-яхт и моделей, выполненных на заказ. — Постарайтесь не совершать глупостей. — наконец оборачивается собеседник. Оказывается молодым человеком с аккуратными чертами лица, короткой военной стрижкой и нечитаемой мимикой. Избавляется от кепки с желтым козырьком и пончо, накинутого поверх черной униформы службы безопасности. — Сбежать не получится. Молодая женщина молча таращиться на него, испытывая страх. Боится дернуться с места и просто пошевелиться. Мысленно призывает Кеноби с Еленой, начиная дрожать. Агент СБР что-то нажимает на маленьком устройстве, закрывает накидкой шпионского дрона в соседнем кресле и покидает капсулу, оставляя пассажирку. Мысли ураганом вертятся в ее голове. Одна хуже другой, ибо такое внимание со стороны правительственной службы, надо еще заслужить. Соседняя дверца, неожиданно громко поднимается, пропуская высокого, темноволосого мужчину в такой же униформе, но с двойной ранговой пластиной на груди. — Леди Ирсис. — Айсард подсаживается рядом. Замечает, как пассажирка дергается с места, будто ошпаренная. Карие глаза широко раскрываются в испуге. — Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. — удерживает в руках рабочий планшет. — Мне искренне жаль, что мы познакомились с вами при таких обстоятельствах.— проговаривает с улыбкой, разглядывая молодую женщину.— Директор службы безопасности. Ответом на его любезные речи служит гробовое молчание. Сжатый пальцами комлинк вот-вот раскрошится от избыточного давления. На скулах похищенной заметная бледность. — Я с превеликим удовольствием предложил бы пройти внутрь заведения и распробовать коронный десерт. Но вы прекрасно понимаете, какая сейчас царит обстановка. И какая реакция последует на появление главной помощницы Ее Превосходительства. — учтиво продолжает Арманд, глянув на вход в ресторан, украшенный впечатляющей аркой из живых цветов с гирляндой. — Вы пробовали их крем брюле? Моя дочь его обожает.— снимает кожаную перчатку. Начинает быстро печатать послание на экране датапада. — Что вам нужно? — отваживается спросить Дорме, только совсем тихо, даже жалобно. Прижимает ладонь к груди, выглядит сжавшейся в страхе мышкой. — Конкретно мне? — легко переспрашивает мужчина. — Ничего. — выдерживает короткую паузу. — Кроме, стабильно работающей системы управления. — Сомневаюсь, что окажу вам посильную помощь. — выговаривает набуанка, справившись с первой волной паники. — Еще какую, госпожа сенатор. — директор слегка прищуривается, продолжая улыбаться. — Я еще не вступила на эту должность, — слабо возражает она, ощущая холодок на коже. Этот тип явно пытается надавить и демонстрирует полную уверенность. — Разумеется, но я уверен в ваших успехах на политической арене. — расписывает Айсард. — Молодая, привлекательная женщина. Выходец из народа, преодолевшая в юности тяжелую трагедию с младшей сестрой. — дает понять, что отлично проинформирован. — И получившая рекомендации от самой Первой Леди. Брюнетка осматривает его не просто колючим, а режущим, полным презрения взором. Медленно убирает комлинк обратно в карман, сцепляет пальцы рук вместе и выдыхает. — Ближе к делу. — требует стальным голосом. — У вас острый ум и отличное понимание сжатости нашего времени. — с довольством изъясняется Арманд. — Совсем скоро, вы войдете в круг тех, кому надлежит принимать решения. С обязательными последствиями для других. — красиво рассуждает. Пододвигается ближе, вновь активируя планшет. — Не устану повторять, сколь опасна в нашем случае неосторожность. — открывает папку на экране, где высвечивается запись, отснятая дроном. — Особенно, в плане личной жизни. Видео повторяется несколько раз, демонстрируя подошедшую к отелю влюбленных пару. Даже с учетом ночного освещения и капюшона женского плаща, лица все равно хорошо видно. Как и крепкое сжатие рук в нетерпеливом порыве чувств. Дорме перестает дышать, всматриваясь в, непонятно какой по счету повтор записи. Молчит, пребывая в растерянности. — Рыцарь джедай и сенатор. — задумчиво проговаривает директор СБР. — Какая дивная, гремучая смесь. — кратко усмехается, откладывая планшет в сторону.— Боюсь даже представить, что выйдет, если это... — специально выдерживает паузу. — Случайно попадет в голонет. А я полагал, что Орден придерживается строгих правил для романтических отношений. «Они специально следили за мной и Оби-Ваном!» — размышляет пассажирка, пытаясь определить цели этого коварного человека. — Никаких отношений нет. — заверяет, на удивление ровным голосом. — Это была запланированная встреча по поводу обсуждения тайной миссии генерала Кеноби. — умело выдает ложь за неоспоримую правду. Держится вполне естественно, используя весь накопленный опыт. — Как вы наверняка уже знаете, мы пережили опасную вылазку на Зигуле. И чуть не погибли. — пробует кольнуть собеседника для пущей достоверности. — При всем уважении, леди Ирсис. — Айсард начинает давить так внезапно, что она опять вздрагивает, встречаясь с его проницательными глазами. — Но для сухих, деловых переговоров, бравый герой Республики мог подобрать, более достойное, нейтральное место. — изъясняется с толикой мрачной, издевательской иронии. — Нежели это... вульгарное недоразумение. Молодая женщина отворачивается, не в силах смотреть на оппонента, жестоко подавившего холодной логикой ее жалкие возражения. Любому здравомыслящему человеку будет понятна цель таких встреч. Она без макияжа, с еще непросохшими до конца волосами и румяная от стыда. Требуется время, чтобы свыкнуться, осознать свое шаткое положение и принять факт угрозы. Если допустить на краткий миг возможное разглашение этих данных, то последствия затронут весь Орден, Елену, а еще Совет консулов Набу, поставивших на пост сенатора особу с подмоченной, скандальной репутацией. «Нужно было послушать тебя. О, Ширайя, какая я глупая!» — вспоминает уговоры джедая добраться вместе. Закрывает глаза, раздумывая над предполагаемыми условиями сделки. Ведь директор СБР явно преследует определенные цели и не станет просто так принуждать. — Вы сказали, что нуждаетесь в, стабильно работающей системе управления. — пересказывает Дорме и украдкой смотрит на главу СБР. — Именно так, — тон его голоса немного меняется, становится более официальным. — Стабильность и поддержка Администрации правительства — главные задачи службы безопасности. — приступает к раскрытию условий. Улыбка стирается с лица, как и вся напускная любезность. — Однако действия наместницы, мягко говоря, подрывают внутренний порядок. — Вы подозреваете, что Первая Леди причастна к покушению на Канцлера? — она сводит брови, выжидая конкретики. — Не совсем. — уточняет Айсард, проверяя электронную почту на датападе. — Хотя есть вопросы, так и оставшиеся, без ответа. — поднимает голову, встречается взглядом с собеседницей. — Поэтому, необходимо подтверждение в отсутствии угрозы с ее стороны. — чеканит каждое слово, чтобы до молодой женщины дошло. — Согласитесь, это очень маленький пункт в нашем... соглашении. — Сожалею. — Дорме опять отворачивается, дабы не показывать свое изумление от вопиющей наглости главы СБР. — Но я не обладаю навыками шпиона. — Ну что вы, леди Ирсис. — довольно излагает мужчина. — Таких специалистов достаточно под моим управлением. — еще раз показывает на свой планшет. Вновь улыбается, когда набуанка краснеет, пуще прежнего, вспыхивая от возмущения.— Не хватает осведомленности. В отношении замыслов леди Палпатин. — натягивает кожаную перчатку на руку, наклоняется вперед, подтверждая свое превосходство. — Надеюсь, у вас не возникнет проблем с исполнительностью. — стучит кулаком по стеклу. — И к-как мне?.. — ее голос вновь дрожит, а вопрос глушится невнятностью. — Я в вашем полном распоряжении. В любое время дня и ночи. — наперед проговаривает директор, погладив рукой участок сидения, подле себя. — Мой человек предоставит все необходимое для удобства связи. Дверца капсулы открывается, намекая на окончание тяжелых переговоров. Арманд выходит, поправляя ремень с кобурой для бластера. Поглаживает пальцами стоячий воротник униформы. Склоняет голову в учтивом поклоне. — Вас довезут до апартаментов. — провожает взглядом агента, который усаживается на водительское сидение. — Благодарю за сотрудничество. Дорме обнимает себя руками, ощущает комок в горле и кусает губу. Вновь берется за комлинк, чуть слышно всхлипывает. Смотрит на свои похолодевшие руки и не знает, как быть дальше. Мысль поделиться с Оби-Ваном сразу отметается. Он опять начнет упрекать ее, а потом, быть может, еще и обвинять. Елена спасла их от голодной смерти на Зигуле, позаботилась о карьерном росте и влиянии в высшем обществе. И теперь, предстоит предать подругу, ради собственного блага. — Прости меня. — шепчет в кулачок молодая женщина. Слезы стекают по щекам, пока такси спокойно летит, в указанном Айсардом направлении.— Прости.

***

Сидиус. Теплая вода льется с крана умывальника, пока он наносит помазком пену на подбородок и шею. Густая, мыльная субстанция обтекает лицо политика. Рядом сверкает лезвие опасной бритвы, заточенное для идеального процесса бритья. Синие глаза вглядываются в отражение, пока левая рука плавно идет вниз, удерживая ручку лезвия. Отросшая щетина раздражает кожу и вызывает брезгливость, ибо борода по личному мнению Владыки, признак смирения. Ему по нраву собственная чистота и гладкость, а вышколенные замашки аристократа, наглухо привитые с раннего детства это подтверждают. Быть выше любых, отягчающих обстоятельств. Пальцы крепче сжимают рукоять, в мышцах накапливается напряжение. Легкое, ничтожное надавливание оставляет на коже точный микро-порез. Тонкая дорожка крови выступает ярким продолжением огненной, вьющейся шевелюры. На плечах ситха белое, вафельное полотенце. Торс обнажен, а босые ноги приветствуют холод зеркальной плитки пола. Он так давно не приводил себя в порядок самостоятельно. Отчасти поэтому процесс бритья затягивается, дольше рассчитанного времени. Только сейчас, на его тяжелый во всех смыслах ум снисходит одно маленькое, философское наблюдение. За привычным фасадом личности, далекой от заурядных, обыденных дел, кроется нечто, похожее на тоску. Оказывается, в процессе столь размеренного занятия есть своя, неуловимая прелесть. Можно хорошенько обдумать следующие шаги, выстроенные сразу в нескольких направлениях. Связаться с Тиранусом, отследить Скайуокера, наблюдать за раскрытием тайн голокрона Андедду и, конечно, проверить точность исполнения реорганизаций, позволяющих упразднить власть последней правовой инстанции Республики — Департамента Юстиции. В перечне его, до минут рассчитанного графика, обязательно выделяется пара пунктов на услуги цирюльника с камердинером. Никакой самостоятельности, только лучшие профессионалы своего дела. И все же, отвыкшая рука наливается силой, держа в опасной близости от шеи холодное оружие. Свершение расправы «голым», не обласканным Темной Стороной методом, кажется плодотворной тренировкой. Отметить собственные, человеческие рефлексы, точность движений, которым успел хорошо обучиться, еще в ранге аколита*. Оценить сохранившиеся навыки и припомнить былую удаль. Когда он убивал так в последний раз? Очень давно. Все прошло быстро и весьма успешно. Ничего примечательного в плане пользы. Типичная расправа над упрямым профессором, посмевшим занизить проходной балл высокородному умнику. Сидиус хорошо управлял кинжалом. Знал, куда метить и вонзать, чтобы жертва начала задыхаться, по причине пробитого сердца. Однако в решающий момент, предпочел более агрессивный, грязный метод. А все из-за бурлящей в пылу юности ненависти к историку. Его, несколько раз перерезанное горло обильно кровоточило, разбрызгивая капли на лицо молодого убийцы. Запах смерти и железистый привкус на губах, после слизывания одной капельки, привели, еще зеленого ученика в несравненный восторг, сопоставимый с первым оргазмом. Столь яркое воспоминание до сих пор согревает память и что самое забавное; ни одно из убийств при помощи Темной Стороны, почему-то не может сравниться с этим. — Зачем ты сделал так? — Шив нарушает молчание, пока его преданный советник Пестаж терпеливо ждет, склонив голову. Дроид R3 завершает трансляцию последних новостей по голонету, которые трубят о новом, ужасном происшествии в столице. Мужчина убирает помазок, промывает лезвие и складывает инвентарь в шкатулку. Начинает умываться, меняя режим воды на холодную, дабы кожа не горела так сильно. Прочесывает пальцами влажные, огненные пряди, отросшие ниже плеч. Скрепляет их эластичным шнурком, вытирается полотенцем и еще раз осматривает себя в зеркале. Впалость щек, уже не так выделяется, а к меню, состоящему из капельниц с питательной смесью и витаминами, добавляется слабый, несоленый бульон. Бритье не настолько аккуратное, но Владыка остается доволен своими стараниями. Совсем скоро он придет в норму. Переводит взгляд на трость, оставленную возле умывальника. С изогнутой рукояткой, на которую можно опереться. Ведь перемещаться на ногах, пока можно с поддержкой, так как слабость еще не до конца покинула его тело. Оборачивается к посетителю, давая понять, что надлежит ответить на вопрос. — Она игнорирует указания Администрации и пренебрегает протоколами. — выговаривает Сейт безэмоциональным голосом. Поднимает голову, добровольно раскрывает себя перед одаренным. Шив осматривает его пару секунд. Неторопливо приближается, громко постукивая металлическим наконечником трости, что уже является плохим знаком, по мнению советника. — Я спрашиваю... — смотрит собеседнику в глаза, сдвинув брови. Драгоценное золото захлестывает синеву у зрачка, а каждое слово скребет по воздуху острыми когтями. — Зачем ты сделал так... громко? — повторяет вопрос более развернуто. Злится, ибо подробности не должны присутствовать в общении с ближайшим помощником. В другой ситуации, если бы на месте Пестажа стоял кто-то другой, он немедленно встретил жестокую смерть от рук ситха. Прижатый Силой к стенке, со сдавленной шеей и растянутым хрустом ломающихся позвонков. — Было рассчитано ранить Ее, а Кеноби убить. — уверенно откликается Пестаж, встречая уничтожающий взгляд Палпатина. — Кто знал, что джедай способен на такое?— имеет ввиду яркую вспышку света над платформой апартаментов. — Это не джедай. — предупредительно рокочет Сидиус, задумываясь над причиной, повлиявшей на способности Елены. Разрыв уз должен был истощить ее, заблокировать в Силе, но никак не одарить. — Я говорил тебе о личной инициативе, а не показательном представлении. — Моя инициатива плодотворна, Владыка. — заверяет советник. — Амидала прячется в апартаментах и не выходит на связь. Уже третий день. А Сенат глубже погружается в бездну страха. — ощущает невидимую хватку на своем горле. Еще пока снисходительную. Опускает взгляд к пальцам ситха, растирающим прохладную рукоять трости. — Послушания не добиться одним террором. — Шив небрежно бросает на кушетку влажное полотенце. Демонстрирует поджарый, суховатый торс. — Заблудшие, без цели овцы легко теряются. — внимательно отслеживает борьбу на лице собеседника. — Либо, примыкают к стаду другого пастуха. — скрип в голосе усиливается, отдавая болью в ушах. — Я добьюсь заочного продвижения нового закона. — откровенно высказывается Сейт, достойно встречая удушение Силы. Он не робеет перед ней и знает причину недовольства Владыки.— Без наместницы и Сената. — выплевывает с ноткой презрения. Палпатин присматривается к нему, распускает ледяные щупальца ауры. Сейчас можно спокойно наслаждаться связью с Великой, вдали от Елены. Принудить ее к немедленному отклику, который раскрывает тень негодования, исходящую от соратника. — Ты желал получить их? — любопытствует, приподнимая уголки тонких губ.— Мои полномочия.— уже без вопросительной интонации. — Я более достоин, нежели Она. — быстро и честно отвечает Пестаж. Голос утрачивает начальную сухость, внося в разговор больше живости. — Вместо роспуска Комитета лоялистов и ареста всех оппонентов, мы топчемся на месте с проектом Алой Гвардии и терпим капризы глупой женщины. — негодование усиливается, выступая токсичным фоном в пространстве светлого помещения. — Ты исполнитель, Сейт. — с поучительной ноткой выдает ситх. Хватает советника за плечо. Сжимает пальцами. — Надежный, точный, всегда готовый и нужный мне... — нарушает границы личного пространства. Говорит в ухо, считывая ответную реакцию. — Но исполнитель, а не дипломат. — плавно отдаляется, освобождая шею слуги от удавки Силы. Направляется к кушетке, заряжается новой вспышкой злобы, когда ноги начинают трястись, прося смилостивиться. — Так позволь исполнить задуманное, Владыка. — просит чиновник с больным пылом.— Сокрушить главенство кучки ничтожных трусов и объявить джедаев предателями.— не спешит бросаться на помощь Сидиусу, видя как того пошатывает. Знает, какая кара может настигнуть, прояви к этому человеку хоть горстку сожаления. — Ты не учитываешь старое правило. — Шив усаживается на кушетку. С чувством бросает в сторону ненавистную трость.— Когда открываешь окно в доме, будь готов, что туда проникнет ветер. — прищуривается, обдумывая выход из сложившейся ситуации. — Оппозиция еще не утратила всей власти и обязательно воспользуется общим замешательством. — откидывается на подушки. Накрывает себя покрывалом и растирает пальцами лоб.. — Пусть Амедда организует сессию в Палате Созыва. Будешь выступать, вместе с Ней. — улыбается шире, заметив поджатые губы Пестажа.— Мне не важно, как ты добьешься этого, но наместница должна показаться и успокоить перепуганное стадо. — выдает новое указание. Ощущает вспышки гнева со стороны собеседника, хотя тот всегда блестяще владел своими эмоциями и не раз доказывал это. «Тебе нравится лишать всех покоя, Елена.» — думает ситх, равнодушно встречая поклон советника. — «Только тебя.» — в разуме отчетливо воссоздается ответ молодой женщины, который тут же сковывается холодом Темной Стороны. В этот момент, ему становится интересно воображать короткий диалог с супругой. Строить предположения на ее реакцию и развязку предстоящей встречи. — Владыка. — мужчина в лиловых одеждах поднимает голову. Надевает форменный кокошник и направляется к выходу. — Сейт. — тихо зовет Сидиус, сотрясая пространство утробным обращением. — Не усложняй путь Великого Плана. — выговаривает напутствие ему в спину, больше похожее на разящий удар алого светового клинка.

***

Еще один день, который тянется неимоверно долго, по причине моего вынужденного отчуждения. Наверно поэтому, я, словно яркая, маленькая пташка, вовсю бодрствую ранним утром. Не без токсикоза разумеется. Понимаю, устраивать передышку сейчас, крайне глупое решение, но до чертиков необходимое, иначе можно наломать кучу дров. К тому же моя беременность, хоть и протекает достаточно незаметно, все равно требует особого внимания. Уже хорошо, что наконец успеваю качественно выспаться, заняться собой, своими мыслями и здоровьем. Первая за долгий период времени попытка медитации, приносит смутные образы нового заседания в Палате Созыва. Застывшие восковые лица политиков, как сгущающиеся тучи, накрывают мое сознание предчувствием с нехорошим пугающим шепотом и застрявшем на языке, недопустимым словом. Вотум. Ничего удивительного, ибо Сенат в панике, Шив по-прежнему дурит головы всем и преспокойно отсиживается в тени, а Администрация правительства разгребает навалившиеся кучи дерьма. «Интересно, что предпримет Пестаж? Попробует убить меня еще раз или будет действовать не так агрессивно?»— задаюсь про себя вопросами и ощущаю бегущий по спине холодок тревоги. — «И как на это отреагирует Сидиус?»— поднимаюсь на второй этаж апартаментов Палпатина, которые успела немного изучить. Они оказываются более скромными и, чисто по-мужски органичными в плане интерьера, выбора цвета деталей и все тем же пренебрежением к живым цветам. Не могу сказать, когда точно у меня выработалась необходимость окружать себя комнатными растениями. Скорее всего, этот каприз передался от бабушки, организовавшей в прошлом на лоджии целую оранжерею. Как же я скучаю по свежему аромату ее цветущих фиалок... Останавливаюсь, напротив рабочего кабинета мужа, заблокированного перегородкой. Я уже была внутри, буквально вчера, но все равно, с завидной регулярностью сюда возвращаюсь. Взмахиваю рукой, приказывая раскрыться через Силу. Прохожу вперед и осматриваюсь. Не забываю закрыться, дабы никто не потревожил. Рассматриваю атрибуты мебели со скромной коллекцией книг, обустроенной в шкафу слева. Особо заметных слоев пыли нет, однако присутствует затхлость, за счет долго пустовавшего помещения, ставшего ненадобным. Классический рабочий стол, отключенный от сети голопроектор и, аккуратно сложенные листы с зарисовками простым карандашом. Оказывается Шив увлекался рисованием в свободное от политики время. Здесь он работал, еще в качестве сенатора от Набу. Здесь начинал свой путь, исполняя заветный План. Весьма странно, но стены помещения кажутся в разы уютнее, нежели помпезная роскошь приемной Верховного Канцлера. Прислушиваюсь пару секунд к тишине. Различаю отчетливый гул со стороны шкафа с книгами. Будто в помещении есть сквозняк. Не придаю этому значения, так как нахожу парочку светлых мужских рубашек с вышитым гербом* дома Палпатин. Снимаю одну с вешалки, прикасаюсь к воротнику, а потом поглаживаю пальцами узор из серебряных нитей. Вспоминаю, откуда видела этот рисунок. Серобрюхая хищная птица, похожая на гарпию. Она разит грозовые небеса с молниями, расправив длинные крылья и выставив вперед лапы с острыми когтями. В воспоминаниях Шива, которые мне довелось увидеть, был момент, где он носил отцовскую брошь, переняв титул главы рода... Внезапная идея щелкает в моей голове, как зажженная лампочка. Хватаю с собой рубашку, подхожу к столу и начинаю бессовестно шарить по ящикам. Выдвигаю один за другим, не нахожу ничего приметного. Добираюсь до самого нижнего, где лежит какое-то сувенирное барахло. Должно быть, ситху это дарили, иначе какой смысл держать тут, как забытый хлам?Хорошенько присматриваюсь, нахожу в горе всяческих вычурных коробочек то, что не думала так легко отыскать. Фамильная ценность Палпатин, передающаяся поколениями. Отброшенная владельцем, как какая-то безделушка. Круглая с вплавленными в темно-фиолетовый камень линиями металла. Очень похожим на на тот, что внутри перстня, который передал Шив во время венчания. Молния в середине, острые, как лезвия перья крыльев. Вольный хищник, не страшащийся гнева непогоды. Сигнал комлинка возвращает меня к реальности. Смотрю на мигающую кнопку вызова и тяжело вздыхаю. Грегар опять будет негодовать из-за моих ранних, тайных отлучек. — Капитан Тайфо. — принимаю вызов по внутренней связи. — Ваше Превосходительство, если вы не вернетесь назад сами в ближайшее время, я отправлю отряд солдат. — предупреждает мужчина серьезным тоном. — Поняла вас, уже спешу. — шутливо отвечаю, хватаю рубашку мужа и прячу в нее брошь. — У нас работы непочатый край. — начинает сокрушаться, с отчетливой мольбой в голосе.— Мало того, что все линии перегружены поступающими звонками и сообщениями, так теперь еще и до моих личных контактов добрались. — Ой... — становится стыдно. Грегар прикрывает меня, как может, но нервы не железные, да и техникам СБР надобно спасибо сказать. — Об этом я не подумала. Простите. — открываю перегородку взмахом руки. Спешу к лестнице, чтобы спуститься. — Леди Ирсис пришлось, буквально забаррикадироваться в вашем кабинете от оголтелой толпы сенаторов. Можете себе представить? — вопрошает Тайфо, а затем дополняет, без прикрас. — И она открыто пообещала казнить вас, если продолжите отмалчиваться. Приподнимаю брови от услышанного, сдерживаю нервный смешок и начинаю волноваться. Уж кто, а Дорме шутить не станет. Дело совсем дрянь. Меня в наглую начинают выкуривать из убежища собственные помощники. — Помилуйте, госпожа. — продолжает капитан с нотками отчаяния. — Я не почтовый голубь! Готова прыснуть со смеху, благо вовремя прижимаю ладонь к губам, дабы собеседник не услышал. Спешу на выручку к своему измученному защитнику, которого, в прямом смысле слова заколебали. Мой коротенький отпуск заканчивается и наступают кропотливые трудовые будни. — Пусть R2 подключится к системе и свяжется с Дорме. Я буду принимать голограммные обращения в гостиной. — Благодарю. — с облегчением произносит мужчина. Спустя двадцать минут, бойкая тогрута паркует гравицикл на, выделенном участке платформы. Резво забегает в коридор запасного входа, терпеливо дожидается пропуска и одобрения сканеров безопасности. Быстро почесывает лоб и пытается удержать одной рукой несколько пакетов с продуктами. — Купила все, что просили. — радостно сообщает на ходу, застает меня и Грегара в гостиной с увеличенной голограммой старшей помощницы. — Городской рынок сегодня непривычно пуст. — передает капитану пакеты с продуктами и лекарствами. — Значит, они намерены провести внеплановое заседание... — задумчиво бормочу. Наворачиваю круги по комнате, жадно выискивая на узорном полу правильное решение. Подключаю Силу, пробую расслышать шепот ихора, однако туман, странным образом недоступен. — Насколько я поняла, это уже пятый официальный запрос со стороны Комитета лоялистов. — сухо высказывается Дорме, отвечая на приветственный взмах Тано кратким кивком головы. — Администрация не может игнорировать его, согласно регламенту при чрезвычайной ситуации. Холодок на спине усиливается и заставляет поежиться. Поздно замечаю, сколь небрежно выгляжу сейчас. В черном топе и спортивных леггинсах для тренировок, а еще волосы собраны наверх в простой домашний пучок. Вместо того, чтобы пойти переодеться, я надеваю рубашку ситха. Закатываю рукава и застегиваю пуговицы под удивленные взоры присутствующих. Брошь упрямо держу в руке. — Так, с этим понятно. — усаживаюсь на диван, складываю ладони домиком, напрягаю мозг до максимальных оборотов. — Что еще? — поднимаю взор к помощнице, пока капитан с тогрутой уходят на кухню, дабы разложить продукты. — Есть личное обращение от адмирала Таркина с голограммой. Два письма от сенатора Органа и по одному от Иблиса с Мотмой. — перечисляет брюнетка с нажимом. — Помимо этого, рабочая почта завалена файлами с офиса главы Комитета по бюджету, прошениями от губернатора Биббла, Совета магистров Ордена и отчетами лейтенанта Диво. — не смотрит в мою сторону и выглядит, несколько зажатой. — Еще перечень запросов от вице-спикера Амедды для подтверждения с вашей стороны. «Паршиво. Охренеть, как паршиво.» — откидываюсь на спинку дивана, закрываю глаза, не знаю, с чего начать. Сила не зря предупредила меня о возможной опасности, если не придумаю грамотные варианты спасения наработанных дел в качестве наместницы. — «Соображай, раскладывай по полочкам, не торопись.» — настраиваю себя, улавливаю чувствительным обонянием знакомый травяной запах чая от тошноты. — Я подумала, вам не помешает. — тогрута приносит чашку заваренного настоя, который приобрела на рынке по моей просьбе. — Спасибо, Асока. — принимаю горячий напиток, приглашаю девушку сесть рядом. — Не стоило мне тревожить тебя, так рано. — голову наводит совсем лишняя мысль о новой униформе для этой шустрой малышки. Все-таки, обтягивающий, короткий топик не для помощницы Первой Леди. — В Храме, наверно, тоже переполох? — делаю первый глоток. — Мне про это ничего неизвестно, но мастера Кеноби уже вызывали на Совет. — отвечает падаван. Воображение рисует мрачную перспективу, где опытные рыцари, во главе с магистром Винду, приходят сюда, без уведомления. Активируют световые клинки и бросают мне обвинения с последующим предложением сдаться в руки правосудия. Совсем, как в третьем фильме. «Нет, такого бреда не будет. Пусть джедаи слепы, но кретинизмом не страдают.»— вместе с ароматом заваренного чая, я ощущаю другой, которым пропитана рубашка супруга. — «Как бы ты поступил?»— пытаюсь представить Сидиуса. Он бы не терзался долгими думами и подошел к проблеме с холодным рационализмом. Выдвинул наперед, особо важные пункты, а остальные оставил на потом. Таркина с Иблисом в одну кучу, Мотму с Органой в другую. Действия нового главы Комитета по бюджету закономерны. Я успела хорошенько намылить его толстый зад. Теперь работает с завидным энтузиазмом. Что касаемо Биббла и Гриджатуса. Последнему придется дождаться, когда Сенат придет в себя. Сейчас на Малый Чоммель всем, откровенно говоря плевать. — Перешли послания Таркина и Иблиса на датапад. Я ознакомлюсь с ними. — поднимаюсь на ноги, допиваю настой и выдыхаю. — Не забудь указать мой личный интерес для них в ответе. По поводу сенатора Органа. Отпишись, что я рада его скорому выздоровлению, а Мотма... — опять задумываюсь, хватаю рабочий планшет со стола. — Пусть довольствуется благодарностью за внимание. Отправь копию файла по финансовому отчету проекта Алой Гвардии. Касаемо королевского дома Набу...— краем глаза замечаю активность со стороны Тайфо. Мужчина уходит на кухню, отвечая на срочный вызов по внутренней связи. — Подойдет стандартная форма письма с одобрением скорой встречи. Асока в этот момент хмурится, почувствовав неладное. Скучающее выражение на ее милом личике сменяется задумчивостью. — Что делать с художником? — интересуется Дорме. — Бедный старик ошивается у приемной Канцлера с вашим готовым портретом. — О, пусть его повесят над валакордом, в кабинете мужа. Уж если мозолить глаза, то основательно. — подмигиваю тогруте. Начинаю знакомиться с полученными данными на датападе, пока R2 громко пиликает, радуясь моему деловому настрою. — Ваше Превосходительство. — Грегар возвращается. Вид у него, крайне встревоженный. — Мастер Кеноби на подлете с посланием от Совета магистров и еще... — вытирает проступивший на лбу пот под козырьком фуражки. — У нас гость из Администрации. Прибыл в сопровождении отряда агентов СБР и стражей Сената. — Пестаж. — не догадываюсь, а просто знаю, поэтому выговариваю, без колебаний. Смотрю на брошь, обвожу по кругу большим пальцем и прикрываю глаза. — Это хорошо или плохо? — задается вопросом помощница, заметив мою реакцию. — Я сейчас не смогу вырваться. — Не то слово. — бормочу себе под нос, ощущая дурноту. Встречаться со своим потенциальным убийцей незавидная перспектива. Прежнее волнение отягощается гневом и скупой жаждой расправы. Пока еще скупой. — Ваше Превосходительство? — тонкий голосок Тано доходит до моих ушей. Сжатая пальцами, фамильная драгоценность усмиряет внутреннюю злость. — Капитан. — обращаюсь к темнокожему мужчине с отчетливыми металлическими нотками. — Отправьте пятерку солдат на подмогу сенатору Ирсис. Немедленно. Асока... — подхожу к девушке. — Ты полетишь с ними. Я вверяю тебе безопасность Дорме. — прикасаюсь к ее монтралам, так нравятся мне мягкие, яркие отростки. — Если сомневаешься... — Нет, леди Палпатин. — сразу откликается с загоревшимся блеском в глазах. — Я готова.— резво поднимается, проверяя крепление рукояти меча. — Магистр Пло-Кун и мастер Кеноби, наверняка будут против. — Это еще мягко сказано. — хитро улыбается падаван. — Одним выговором, точно не обойтись. — нити Силы подсвечиваются ее пылким бунтарством и положительно действуют на меня, как хороший заряд бодрости. — Будь осторожна. — Что нам делать? — спрашивает Тайфо, собирая парней для оглашения нового задания. — Консульский корабль уже на верхней платформе. В сопровождении двух канонерок. — Готовиться к приему и заварить каф. — поправляю ряд пуговиц на рубашке мужа, даю сигнал на отключение голограммы. Направляюсь в столовую за туркой.

***

Солдаты отряда Тени обступают зону переговоров, занимая выгодные позиции для непрерывного наблюдения. Мужчина в лиловых одеждах проходит мимо Грегара, никак не откликаясь на его вежливое приветствие. Усаживается в кресло напротив, скрещивает узловатые пальцы и буравит меня полосующим взором. — Где Печать? — с ходу, без каких-либо прелюдий, положенных при официальной беседе. — Советник Пестаж. — оглядываю его в ответ. Стараюсь держаться максимально спокойно, однако поле негатива со стороны визитера мешает сосредоточиться. — Я не ждала вас сегодня. — говорю искренне, вздергивая подбородок. — Учитывая последние события, Администрации правительства надлежит избрать нового наместника. Пока вы не поправитесь. — последнее слово ассоциируется с выстрелом из крупнокалиберного оружия, точно нацеленного мне в голову. — Я вполне здорова. — тут же протестую, поджимая пальцы на ногах. Негодование растет, вместе с желанием сжать сердце этого человека в кулаке Силы. Точно не знаю, способна ли на такое, но очень хочется проверить. — Заверяю вас. — Поэтому прячетесь здесь и трясетесь от страха. — утвердительно выговаривает мужчина, не скрывая довольства. Закидывает ногу на ногу, шумно пропускает воздух между зубами. Разваливается в кресле, демонстрируя полное пренебрежение культурой общения. Крошки терпения моментально испепеляются. Мало того, что этот ублюдок пытался убить меня, так теперь заявляется, как ни в чем не бывало и открыто требует передать полномочия. Гнев заново обрастает внутри с корнями, мешает успокоиться. Подобрать действенные слова для ответа. Тактика выдержки не сработает, а опыта в общении с таким матерым козлом у меня нет. Эмоции захлестывают и буквально заставляют озвучить все накопившееся, прямо сейчас. — По-вашему, следовало вернуться туда, откуда меня позорным образом выперли?— поднимаюсь с места. Беру турку и наливаю каф в чашку, оставленную на столе перед гостем. — Не говоря уже о закрытии доступа к супругу. — громко дышу, но рука не дрожит, наливая ароматный, горячий напиток. — Это стандартные действия, называемые протоколами. — издевательски каркает советник, наблюдая за пеной на краешке чашки.— Их соблюдают все, без исключения. Прекратите витать в облаках и дайте ответ Сенату на предстоящем заседании, — его ровный, иссушенный злобой голос нервирует до чертиков. — Вы знаете, почему я приказала арестовать Ниита. — игнорирую оскорбительный выпад в свою сторону, сказанный при агентах СБР и капитане Тайфо. — Он не только пренебрегал всеми правилами, но и посмел открыто мне угрожать. А директор Айсард... — Вы сами надумали залезть слишком высоко. — наглым образом перебивает. Тянется худощавой рукой к белой чашке на столе. — А там, никто не будет слушать истерящую, плачущую женщину. — принюхивается к напитку. Делает вид, что собирается сделать глоток, однако замирает с жуткой ухмылкой на лице.— Заседание ожидается через три часа. — вытягивает руку от себя и медленно выливает каф на пол. — Еще есть шанс уплыть, либо... — бросает чашку следом к образовавшейся лужице. Громкий стук отдает в висках и раздражает желудок. — Разбиться навсегда. Грегар наблюдает за происходящим с нескрываемым удивлением. Сдвигает брови, точно расслышав последнюю фразу Пестажа. Даже пропускает сообщение по внутренней связи о прибытии мастера Кеноби. Я же молчу, снедаемая чувством дежавю. Еще одно событие из цикла моих видений сбывается. Ближайший помощник Сидиуса предлагает отступить, иначе новое покушение не заставит себя ждать. Использовать Силу сейчас не получится, сделаю только хуже. «Надо попытаться, как-то надавить. Подмять или дать намек!» — кусаю щеку изнутри, встаю вместе с гостем, который спешит покинуть гостиную. — Вы ошибаетесь.— говорю Сейту в спину. Не подозреваю о схожести интонации в голосе с Палпатиновской. Именно поэтому, визитер резко останавливается и разворачивается, сощурив темные глаза. — Он выбрал меня. — мысленно представляю, как впечатываю худое тело в стену и душу до смерти. Да так отчетливо, что указательный и средний пальцы автоматически подгибаются, затягивая невидимую петлю. Раскрываю свою ауру в Силе, которая, подобно лавине, пронизывает грудь советника, оставляя покалывание в области сердца. Подошедший джедай замедляет шаг, ощущая давящую энергетику коротких переговоров. В нитях Силы назревает угроза, только исходит она от главы Администрации, который продолжает стоять на месте и резать мое лицо презрительным взором. Тайфо останавливает Кеноби, вознамерившегося поприветствовать нас. Незаметно подзывает к себе рукой, пока я сражаюсь с подступающей тошнотой. Такое бывает, когда начинаешь нервничать. Пестаж оценивает мой внешний вид, более детально. Отмечает рубашку с вышитым гербом, прислушивается к короткому гудку датапада на столе и косится на мерцающую брошь рядом. — Конечно. — тихо выплевывает, потянувшись рукой к тугому воротнику костюма. Поджимает губы, взмахивает подолом яркого наряда. Проходит мимо капитана с генералом. Не смотрит в их сторону, просто вылетает, будто взбесившийся черт из табакерки. Как только солдаты Тени покидают гостиную, я даю слабину. Тихо всхлипываю, обнимаю себя руками и шмыгаю носом. Подхожу к окну, зашторенному плотными шторами. Хочу выбраться на волю, освободиться и улететь прочь от этой планетки. Вернуться в Озерный Край на Набу, тихо жить и растить сына, без всей этой политической мерзости. Только где гарантии, что меня и ребенка не тронут, после бегства? — Зря только его пропустил. — выговаривает Грегар, провожая взглядом уходящих агентов. — Это же надо... — бурчит себе под нос и качает головой. — Видимо, я прилетел не вовремя. — вслух рассуждает джедай, заметив разлитый на полу каф с расколотой чашкой. — Верхушка власти полна отъявленных скотов. — сокрушается темнокожий мужчина. — И нашей госпоже приходиться иметь с ними дело.— взирает на меня. — Леди Палпатин. — Оби-Ван обращается ко мне. Подходит ближе. — Совет магистров интересуется вашим состоянием и предлагает помощь в расследовании покушения. — Мастер Кеноби. — убираю руки от лица, быстро смахиваю первые слезы. Не могу сдерживать их, по причине навалившихся переживаний. — Признаться, я ожидала магистра Винду с его непримиримой заботой. — говорю с грустной, выжатой улыбкой. — Как вы знаете, у нас слишком пылкие чувства друг к другу. — подшучиваю и предлагаю сесть на диван взмахом руки. — Думаю, он не станет соперничать с Канцлером. — подхватывает Кеноби с приподнятыми уголками губ. — Но непременно оценит ваши терзания и желание встречи.— присаживается на указанное место. — Грегар, пусть подадут чай. — обращаюсь к капитану. Вновь хватаюсь за свой планшет, вчитываюсь в полученные данные. — Мне необходимо подготовиться к заседанию в Палате Созыва и предотвратить катастрофу. — Катастрофу? — тихо переспрашивает мужчина, не скрывая удивления. Оглядывается по сторонам. — Позвольте узнать, в чем она заключается? — наклоняется ко мне, проникаясь к важности, еще не озвученной информации. — Вотум. — проговариваю на выдохе. Решаю поделиться с ним, так как не могу держать все в себе. — Оби-Ван, послушайте... — массирую пальцем переносицу и сажусь рядом. Тошнота не проходит. — Я понимаю, что магистры мне не доверяют и само покушение может показаться уловкой. — делаю передышку в речи. Размышляю, как лучше донести информацию. — Если это случится, Республику постигнет крах и она развалится. Все старания Шива будут напрасны. Кеноби внимательно выслушивает меня. Хмурится, задумчиво поглаживает подбородок с отросшей щетиной. Выглядит, мягко говоря помятым. Будто сутки не спал. — Вряд ли моя помощь окажется существенной, — наконец высказывается. — Вы уже расписывали сложность судебной системы, как и работу органов правопорядка, — у него точно припасены кое-какие выводы, но времени обсудить их нет. — Пусть Совет не предпринимает активных действий, пока я распутываю змеиный клубок. — наблюдаю за солдатом с подносом в руках. Жду, когда поставит чашки с чайничком на стол и свалит, подальше от нас. — Если магистр Винду, все же скучает... — думаю разлить горячий чай, но пиликанье R2 отвлекает. — Я готова принять его, после спасения правительства. — Если честно, я не совсем понимаю... — заводит старую пластинку Оби-Ван, позабыв о недавнем разговоре в лэндспидере. — О каких действиях идет речь?— прикрывает стремления магистров вмешаться.— И зачем, вы так упорно ввязываетесь в политические баталии? — решает поухаживать. Берется за заварочный чайник.— Гораздо разумнее поберечь себя.— выговаривает с укором, бросает взгляд на вышитый герб и оценивает мой внешний вид. — Только не говорите, что Совет действительно встревожен моим здоровьем, а не текущей обстановкой. — тыкаю в ответ серыми реалиями. — Если все так, как подсказывает Сила, то правительство мужа находится под угрозой свержения и моя задача не допустить к власти фанатичных самодуров.— проговариваю с разящей строгостью. Вглядываюсь в пустоту, как загипнотизированная. Навязчивая идея спасения вдохновляет разум внезапной идеей и подталкивает к реализации. — R2. — обращаюсь к дроиду. — Можешь связаться с Амеддой? Если его канал связи не закрыт. — жду, когда помощник вновь подключится к системе. Не сомневаюсь, что вызов будет принят. Маленькая голограмма чагрианина высвечивается в пространстве, спустя пару секунд. — Ваше Превосходительство. — рогатый приветствует меня кивком головы.— Видеть вас в здравии добрый знак. — Вице-спикер. — напяливаю приветливую мину. — Я хотела бы подключиться к сессии, через онлайн трансляцию. Это возможно? — вспоминаю эффект, который произвел на сенаторов граф Дуку своей внушительной голограммой. Мне хочется повторить. — Конечно. При условии, что вы не будете прерывать канал связи и выступите, в точно оговоренное время. — поясняет чиновник. — По настоянию старшего советника Пестажа, заседание будет проходить в закрытом режиме. «Ну разумеется. Поднасрать эта тварь умеет.» — Пусть техники вышлют коды для синхронизации с платформой Канцлера. — даю указание, пока джедай тихо попивает мятный чай. — Благодарю вас. — Неужели собираетесь выступать отсюда? — вопрошает мужчина, заметив лукавый блеск в моих глазах.— При всем уважении, но мне не по себе от вашего энтузиазма. — зрительно оценивает мое возбуждение от переполняющей хитрости. — Почему нет? — переспрашиваю в ответ и буквально засвечиваю нити Силы своим коварством. — Дорме тоже будет присутствовать. Уже как сенатор Набу. Я отправила к ней Асоку для дополнительной защиты. — хватаюсь за чашку, вдыхаю аромат мяты и наслаждаюсь победой над тошнотой. — Но она падаван и еще не готова к самостоятельным миссиям. — бурно реагирует генерал. Даже слишком. — Или вам напомнить, чем все обернулось в прошлый раз? — саркастически негодует, громко поставив на стол чашку с недопитым чаем. — Этот вопрос надо задавать Совету. Если хотите, можете полететь и составить компанию, а мне нужно подготовить речь. — допиваю напиток. Хватаю датапад с брошью и покидаю гостиную.

***

Здание Сената Республики. Атриум. В большой зал начинают прибывать делегаты. Многие заявляются, раньше положенного времени и впервые выказывают пунктуальность. Воздух слипается от подозрений, растянутых тонкими паутинками. Любой лишний звук, случайное, громко брошенное слово или намек на смех моментально привлекает внимание. Даже извечные любители дорогих украшений и роскошных, ярких одежд, представляются сейчас безликой серой массой. Скованность с нетерпением видятся в каждом жесте и походке, а ядовитая тревожность притупляется выдержанным вином, предлагаемым обслуживающими дроидами. Собравшиеся разбиваются на стайки. Украдкой поглядывают друг за другом и тихо перешептываются. — Не понимаю, к чему затягивать процесс заседания?— спрашивает Орн Фри Таа, наслаждаясь терпким вкусом красного вина. — Такими темпами, мы успеем изрядно напиться. — выпивает второй по счету бокал и засматривается на третий. — Лично я не прочь отвлечься от всех этих волнений. — высказывается Дантум Руд, поправляя белый кокошник на голове. — В столице становится не безопасно, но ради ваших званных вечеров, можно рискнуть. — незаметно приподнимает бокал с охлажденным напитком. — Тем более, есть весомая причина проставиться. — делает пару глотков. — Я не планировал возводиться на должность главы Комитета по бюджету. — ухмыляется тви'лек с разрумянившимися щеками. — Вам ли не знать, как сладок соблазн. — прикрывает пухлой ладонью смешок. — Вот уж действительно. — соглашается собеседник. — Гарр Ниит не смог ему противостоять. — оборачивается, посматривая в сторону других делегатов, столпившихся напротив.— Другое дело вы. С такой организованностью и старанием. Обещайте подумать, насчет званого ужина. Сенатор Таа перестает держать приторную улыбку на вспотевшем лице. Поглаживает левый отросток и задумывается о пользе грандиозной вечеринки в своей новой резиденции. Собрать всех именитых гостей, включая советников Канцлера и других приближенных, дабы выказать им расположение. Отбросить тень неугодного, после скандального ареста коллеги, дабы заручиться поддержкой влиятельных фаворитов. — Представители Администрации явно не спешат. — осторожно проговаривает Мотма, поглядывая на большие двери. Держит бокал с нетронутым вином. — Как и вице-спикер Амедда. — подмечает Органа, отказываясь от предложенного алкоголя. Длинная синяя мантия хорошо скрывает неудобства, вызванные вынужденным ношением специального корсета. — Надеюсь, сегодня мы не станем проводить голосование. Слишком много поспешных решений в последнее время. — Закон об усилении мер безопасности*, даже звучит неправомерно. — дополняет женщина, отыскивая взглядом сенатора Иблиса. — Он не только расширит влияние союзников Палпатина, но и развяжет руки СБР. — специально держит бокал, возле губ, дабы никто не смог понять, о чем ведется разговор. — Можете себе представить. К вам в кабинет, средь бела дня врываются агенты. Начинают обыск, без законных оснований, ордера и свидетелей. — Вряд ли другие политики поддержат такое. — Они слишком напуганы, Бейл. — обращается Мон к собеседнику по имени. Всегда так делает, когда хочет настоять на своем. — Подбрось сюда крохотную мышь, и от цивилизованности не останется следа. Мы теряем управление над флотом, благодаря нынешней Администрации и новым поправкам. — отваживается сделать пару глотков. — Специальные полномочия носят временный, вынужденный статус. В пределах деятельности Верховного Канцлера. — спокойно рассуждает альдераанец. — Они никак не могут перейти группе советников. — мягко возражает, стремясь утихомирить опасения собеседницы. — Сенат этого не допустит. — Зато допустит наместница, — продолжает нагнетать, посмотрев на Органа. — Если ускорит лоббирование билля.— говорит чересчур уверенно, словно предрекает мрачные события. — Право, мы будто говорим о совсем другой личности. — с натянутой улыбкой выговаривает мужчина, сохраняя нейтралитет в своих суждениях. — В этом заключается главная суть. — упорствует женщина более выразительно. Допивает вино, ощущая жажду. — Мы оба помним, какой она была, только взойдя на пост сенатора. Каких взглядов придерживалась и как отстаивала принципы демократии.— осматривается по сторонам, после сказанного. — Вы уводите разговор в неудобное русло, Мон. — теперь уже Бейл использует тактику личного обращения.— Амидала спасла меня, сдержав обещание. И я останусь благодарным. — точно озвучивает свою позицию. — Благодарность, зачастую приводит к слепоте. — одними губами заключает чандрилианка, расслышав удивленные возгласы других делегатов. Присутствующие перестают обмениваться новостями, расступаются в стороны, пропуская пятерку солдат набуанской стражи. Брюнетка в синем платье закрытого, официального фасона проходит вперед в компании юной тогруты. Движется уверенно, спрятав беспокойные руки в складках тяжелой юбки. — Все хорошо, я с вами. — пробует успокоить ее Асока, оглядываясь по сторонам. Жмется теснее, так как самой неприятны пристальные, любопытствующие взоры. — Такое чувство, будто меня сейчас вывернут наизнанку, чтобы посмотреть внутренности. — выпаливает на ходу Дорме, придерживая подол наряда, так как есть риск споткнуться. — Разве Ее Превосходительство не собирается присутствовать? — разносится позади вопрос. — Мы рассчитывали встретить Первую Леди... — доносится скорый ответ из толпы. — Госпожа Ирсис... — окликает один из делегатов. — Нам ждать прибытия леди Палпатин? — Должно быть, все очень серьезно... — Неужели покушение завершилось успехом?— слишком громкий вопрос порождает буйство встревоженных охов. — Типун вам на язык! Брюнетка вздрагивает от брошенных в спину вопросов. Хочет убежать и спрятаться. Закрыться в темной кладовке, где нет никого, кроме тишины. Сердце вот-вот выскочит из груди, а во взгляде появляется муть. Очень кстати, знакомый облик рослого мужчины встречается на пути. Ничего не остается. Только жадно примкнуть к спасительному кругу в лице Бейла Органы. — Дорме, — он раскрывает руки и тепло улыбается. — Как вы, дорогая? — приглашает присоединиться. — Падаван Тано. — не забывает поприветствовать тогруту. — Спасибо вам. — выдыхает молодая женщина. — Выпейте с нами. — Мон подзывает рукой дроида с подносом. Предлагает новоприбывшей бокал красного вина. — Сейчас очень непростое время. — внимательно осматривает набуанку, но когда замечает стоящую рядом Асоку, быстро опускает взор с легкой полу-улыбкой. — Благодарю, сенатор Мотма. — отзывается Дорме, пытаясь вспомнить, что говорила Елена об этой женщине. Отмечает безукоризненный, элегантный наряд с всегда аккуратной укладкой. Безупречный стиль, манеры и подача впечатляют. — Поделитесь... — осторожно подступает Бейл, начиная красиво докапываться. — Как Ее Превосходительство переживает вероломное покушение? — Она в здравии. — отвечает брюнетка, спустя пару секунд. — И готовится к выступлению. — старается быть краткой, не вдаваясь в подробности. — Это очень тяжело. — высказывается чандрилианка, спрятав губы за бокалом.— Оказаться на волосок от смерти. Прекрасно понимаю стремления леди Палпатин затаиться. — использует особую тактику, при которой оппонент высказывается, более активно. — У нее нет таких стремлений, госпожа Мотма. — распознает уловку Ирсис. — Вы убедитесь на заседании. — делает глоток и тоже прячет лицо за бокалом. Падаван Тано ощущает немую борьбу двух женщин. Выгибает бровь и складывает руки впереди себя, хотя знает, что это не располагающий к учтивости жест. — Сенатор Органа. — к ним присоединяется Иблис. — Дамы... — целует руку чандрилианки, а затем подходит к Дорме. — Слышал, что там собралась целая процессия.— указывает на, пока еще закрытые двери. — Позвольте поинтересоваться... — не отступает Мон. — Почему же Амидала решила срочно сложить полномочия сенатора? Ведь она прекрасно справлялась со своими обязанностями. — спешит с похвалой, в которой угадывается чрезмерно требовательный интерес. — Наверно, потому что стала наместницей Верховного Канцлера. — неторопливо произносит Дорме, чуть прищурившись. — Избранная Администрацией и Сенатом. — обмен любезностями прерывает громкий стук посоха вице-спикера. Советники Палпатина, включая Гриджатуса, Пестажа и леди Мур направляются к главной арке Палаты Созыва. Их сопровождает целый эшелон охраны. Стражи Сената, группа агентов отряда Тени и шестерка неизвестных воинов в кроваво-красных мантиях впереди. — Это еще кто? — спрашивает Иблис, нахмурив брови. — Полагаю, личная стража Канцлера Палпатина. — отвечает альдераанец, рассматривая гвардейцев. — Не припомню, чтобы Первая Леди подтверждала проект. — Она приказала арестовать Ниита за неоднократное хищение государственных средств. — напоминает кореллианец, выпивая остатки вина. — Ходят слухи, что его нашли мертвым в камере. — шепчет в ухо собеседнику. — И причина такого исхода, для многих достаточно понятна. — выжидает нужной реакции. — Какой ужас. — шепчет Мотма, попятившись назад, когда процессия с гвардейцами неумолимо приближается. — Леди Ирсис. — холодный, как лезвие ножа голос касается плеч молодой женщины. Сердце мигом уходит в пятки, а тело сковывает паника. Чиновник в лиловых одеждах, так легко и бесшумно выбивается из толпы солдат, будто собирается напасть и распотрошить ее голыми руками. Другие шествующие тоже останавливаются. Никак не реагируют на свидетелей неожиданного обращения, примерив восковые маски вместо лиц. — Советник Пестаж, — она быстро справляется с первой волной испуга. Приветствует поклоном и застывает в ожидании. — Присяга переносится на сегодня. Необходимо скорее приступить к обязанностям сенатора. — чеканит каждое слово требовательным тоном. — Вы готовы? — тяжелый вопрос и одновременно равнодушный, без всякой вежливости. — Да. — коротко подтверждает брюнетка, с трудом расправив плечи. Другие политики молчат, внимательно прислушиваясь к короткому разговору. Послушно следуют за процессией. Начинают толпиться у арки, желая скорее занять свои ложи. Возникает легкая давка, которую сразу предотвращают агенты СБР. Органа смотрит за их, достаточно некорректными действиями, с растущим внутри возмущением. Знает, что процесс рассаживания всегда затягивается, ибо сенаторам чужда скорая солдатская исполнительность. Мужчина дожидается, когда поток делегатов пройдет вперед. Замечает краем глаза, стремительно идущего навстречу мужчину. — Оби-Ван? — удивляется появлению джедая. Протягивает руку для пожатия.— Не ожидал встретить вас здесь. — искренне радуется, ведь события на Зигуле слишком плотно въелись в память, требуя опустить формальное общение. — Бейл.— успевает отдышаться Кеноби. — Теперь и мне приходится иногда заседать, учитывая деятельность представителя. — поясняет, отметив стоящих рядом, вооруженных агентов. — Пройдемте в мою ложу. — предлагает альдераанец, без труда распознав необходимость уединения. — Вы прибыли вовремя. Как раз на присягу Дорме. — Разве она не должна быть на следующей неделе? — тут же спрашивает джедай, испытывая беспокойство за молодую женщину. Да еще подозрения Елены напоминают о себе. Органа всегда любезен. С каждым собеседником. Держится уверенно, тепло и располагает к себе. Прирожденный дипломат с прекрасными характеристиками и незапятнанным именем. — Так решила Администрация. Темные оковы Палаты Созыва лишены естественного освещения, поэтому вызывают неудобные ассоциации с гигантским склепом. Воспоминания возвращают Оби-Вану мрачные закоулки древнего храма ситхов. Холодные, неприветливые, с предчувствием скорой гибели. Хохочущие голоса неугомонных призраков раздаются в ушах, мешая сосредоточиться на предчувствии в Силе. Ложа с набуанкой выплывает в самый центр по воздуху. Она просит Асоку присесть на скамью. Поднимается на последнюю ступень постамента. Перекладины не достаточно высокие, поэтому есть риск упасть в пропасть. Рядом выдвигается блестящий столб, отделяющий монитор от панели для голосований. На экране загорается герб Республики в виде древнего восьмиконечного символа. Платформа Верховного Канцлера подлетает ближе. Масс Амедда трижды ударяет посохом для воцарения гробовой тишины. Парочка служебных дронов с камерами записывают происходящее, согласно протоколам распорядка. — Леди Дорме Риен Ирсис. — громко обращается чагрианин. — Приложите левую руку к монитору. Ладонь молодой женщины прикасается к экрану, где высвечиваются главные своды Конституции. — Вы принимаете на себя обязательства служителя государства? — Я принимаю. — безропотно отвечает леди, выдерживая неудобный комок в горле. — Отныне, ваше слово будет трактоваться законом. Ваша вера основываться на благосостоянии Республики. Ваша жизнь посвящена защите устройства страны. — излагает зазубренную речь вице-спикер. — Да будет так. — подтверждает молодая женщина, на миг прикрывая глаза. Ей мерещится лицо Кеноби. Светлые глаза, полные сожаления и принятия. У них действительно нет шансов быть вместе. Раздается еще один громкий стук посоха. Активируется дополнительное освещение, напоминающее большие прожектора, направленные на ложу новоиспеченного сенатора. Все присутствующие политики поднимаются со своих мест. — Произнесите клятву.* — просит вице-спикер. Его обращение оставляет за собой эхо, ныряющее в пропасть Палаты Созыва. — Клянусь в верности Конституции Галактической Республики. Ради свободы и справедливости для всех. — выговаривает Дорме, ощущая пальцами холод экрана. Убирает руку, склоняет голову. Раздаются редкие, сухие аплодисменты. Как после неудавшегося, скучного представления. Оби-Ван хлопает в ладоши, вместе с Органа. Не может толком понять, почему не испытывает воодушевления, созерцая присягу политика. Возможно дело в напускной мрачности момента или же потому, что не хочет относить эту женщину к лицемерному обществу пафосных законодателей. — Позвольте поздравить вас, сенатор Ирсис. — обращается Гриджатус, обходя стоящих впереди гвардейцев. Не замечает колючего взора со стороны Пестажа. Довольно улыбается, ждет, когда утихнут последние хлопки. — И выразить беспокойство. Диктат Малого Чоммель направил прошение королевскому дому Набу, но так и не получил ответа. — Разве уместно решать этот вопрос сейчас? — вспыхивает набуанка, сжимая руки в кулаки. Продолжает стоять на прежнем месте. — Отвечайте по существу, сенатор. — налегает Амедда, выражая таким образом поддержку советнику. — Это не справедливо. — вслух возмущается Асока. Собирается встать рядом с Дорме, однако та дает знак рукой не приближаться. Тем более, что платформа с представителями Администрации возвышается сейчас над ними. — Прошу прощения. — Ирсис поздно понимает, что угодила в ловушку хитрого старикашки, думающего продвинуть пакт о переизбрании столицы сектора. — Насколько мне известно, губернатор Биббл намерен получить одобрение со стороны Ее Превосходительства для начала переговоров. — Вот только, ее с нами нет. — выговаривает пожилой мужчина. — Как жаль. Я полагал, что вы более компетентны в этом вопросе. — Фу. — Тано кривит мордашку в ответ. Неприязнь к политике усиливается.— Вот же противный сухарь. — К чему такая спешка? — негодует Кеноби, приближаясь к альдераанцу. — Она едва приступила к новым обязанностям, а уже получает необоснованный выговор. — Гриджатус не отличается любезностью. — высказывается Органа. — Как и благоразумием, если устраивает сейчас балаган. — Достаточно компетентна, чтобы понимать... — проговаривает Дорме, без дрожи в голосе. Повторяет жест Елены. Вскидывает подбородок, рассматривая оппонента. — Как тяжело приходится делегатам в настоящий момент. И как много нерешенных, более важных вопросов стоит на повестке. — достойно уклоняется, используя хитрость. — Полностью поддерживаю сенатора Ирсис. — Иблис приходит на помощь. — Проблему внутреннего спора нужно решать за столом переговоров, а не втягивать Сенат. Наше правительство, фактически осталось, без лидера. — уверенно говорит в микрофон. Обращается ко всем присутствующим. — Точной информации о состоянии Канцлера Палпатина нет, как нет известий о Первой Леди. — ровняется с платформой Канцлера. — А у нас война с Конфедерацией и затянувшаяся чрезвычайная ситуация! — выжидает паузу, давая разгуляться одобрительным выкрикам. — Вот поэтому необходимо провести голосование по усилению мер защиты и одобрить все представленные поправки. — каркает Пестаж, вырезая взглядом глаза смелого кореллианца. — Только так, мы избежим рост волнений и беспорядков внутри государства. — Данный закон неправомерен по всем пунктам! — вмешивается Мон Мотма, подлетая на ложе вперед. — Если мы примем его, то лишимся фундаментальных свобод. — Я отказываюсь участвовать в голосовании, пока Сенат не получит подтверждение, что Канцлер Палпатин вообще жив! — давит Иблис, разведя руками. Громкие возгласы остальных делегатов переходят в какой-то дикий гомон. — Либо Администрация утаивает правду, либо выставляет нас круглыми идиотами! — Где она? — шипит Сейт, нажимая на браслете кнопку вызова. — Синхронизация есть, канал связи стабилен. — отвечает чагрианин. — Должна подключиться, с минуты на минуту. — Маленькая дрянь. — сквозь зубы бормочет, ожидая принятия вызова Айсардом. — Господа заседатели! — обращается Дорме, видя, какой кавардак затевается в Палате. — Прошу вас, не поддавайтесь поспешным выводам! — призывает успокоиться. Поднимает ложу выше к сенатору Иблису. — Мы все столкнулись с жестокими реалиями. В том числе советники Канцлера. — Тогда, почему у них нет доверия к нам? — задается вопросом Мон. — Разве правительство и Сенат не должны работать сообща? — поворачивает голову в сторону ложи Органа. Видит, как тот едва заметно качает головой, не одобряя ее радикального замысла. — Если этого нет, то и нет смысла... — Есть! — выразительно вскрикивает Амедда, заметив мигающий датчик на панели платформы. Торопливо нажимает его, активируя трансляцию. Внушительная голограмма, буквально заполняет все пространство алым сиянием. Облик красивой молодой женщины ослепляет до рези в глазах и поэтому пугает, ввергая всех присутствующих в хлопнувшую пузырем тишину. Кеноби раскрывает губы и хмурится, не веря в увиденное. Тот же красный наряд, кровавые рубины на шее и яркие губы чужеземки, которая, кажется, нисколько не встревоженной прерванным выдвижением Вотума Недоверия, как было с Валорумом. — Смысл есть всегда, сенатор Мотма. — проговаривает Елена, нависнув над женщиной. Подведенные стрелками, зеленые глаза, почти выталкивают из груди собеседницы воздух. — Простите, что задержалась. — Ваше Превосходительство! — Она жива! — Кажется, можно наконец выдохнуть... — отзывается Бейл, вытирая пальцами проступившие капельки пота на лбу. — Однако я не могу. Леди Палпатин умеет сразить наповал. — имеет ввиду голограмму, от которой замирает сердце. — Верно подмечено. — тянет Оби-Ван, посмотрев на ближайшую ложу рядом. Парочка изнеженных, слабовольных политиков уже успели свалиться в обморок. — Дорогие заседатели! — начинает Палпатин с приветливой улыбкой. — Мне жаль, что заставила вас волноваться. — понижает голос, удваивая мелодичное очарование. — Признаться, я даже немного смущена столь искренними эмоциями. — опускает взор на пару секунд, взмахивая ресницами. — Надо же, как старается. — недовольно бурчит Пестаж, оценивая очаровательные женские приемчики. — Ваше Превосходительство. — кореллианец не забывает о поклоне. — Известие о покушении подкосило многих. Думаю, остальные делегаты согласятся, если я выскажусь. Нам было тяжело, без вас. — говорит с теплотой в голосе. — Сенатор Иблис. — Первая Леди держится естественно и непринужденно. — Ваши слова, лучше любого комплимента. — Обалдеть. — выговаривает Тано, помахав себе ладошкой, как веером. — А я думала, тут скука смертная. — замечает, что некоторые сенаторы расслабляются с заметным облегчением и тихо посмеиваются над репликой наместницы. — Когда же нам ждать возвращения?— интересуется мужчина. — В скором времени. — отвечает чужеземка, бросая взгляд на Дорме. — Я не оставлю государство и не оставлю вас. — заверяет с чувством. Словно мать, успокаивающая плачущее дитя. — Мастеру джедаю, Оби-Вану Кеноби, вместе с падаваном, Асокой Тано, удалось предотвратить трагедию. Благодаря одаренности в Силе и безупречным навыкам воина. — устремляет взор на ложу альдераанца, где в глубокой растерянности пребывает генерал. — Вы справились. — Бейл искренне радуется. — Это потрясающе. — осторожно похлопывает джедая по предплечью, задвигая в ящик этику делового общения. «Да, неужели, мать твою?!» — только и думает представленный спаситель, припоминая излюбленные ругательства Скайуокера на хаттезе. Скрипит зубами от раздирающего негодования. С большим трудом выдает дежурную мину, так как становится новым предметом всеобщего внимания и аплодисментов. — Однако, услышанное на заседании, ранило меня сильнее, чем выстрел в упор от неизвестного наемника. — Елена искоса поглядывает на застывшую Мотму.— Вместо того, чтобы прикрывать спины друг другу, как делают солдаты на фронте, мы неустанно грыземся за личные амбиции. — прежняя ласка женского голоса сменяется звонкой строгостью. — За слепые верования в былые устои. — краснота рубинов на шее наместницы, будто усиливается, порождая у некоторых присутствующих внутреннюю дрожь. — Позвольте заметить, Ваше превосходительство. — с легкой запинкой обращается Мон. — Благодаря этим устоям, Республика просуществовала, не одно столетие. — И к чему это привело, сенатор Мотма?— алая голограмма нависает сверху, готовясь поглотить чандрилианку. — Государство лишилось армии и флота. Сектора Внешнего Кольца принадлежат хаттам, а Орден джедаев погряз в пыли миротворческих миссий.— зеленые глаза темнеют, обретая опасный блеск. — Где защита, положенная каждому гражданину?! Где уверенность и гордость за страну, способную отразить любую угрозу?! — не дает времени ответить, сразу же продолжает, сдавливая пространство Палаты громкими осуждениями. — Их не было, до реноваций Канцлера Палпатина. Шепот проносится нарастающим, штормовым ветром. Многие сенаторы стыдливо опускают взор, как нашкодившая детвора перед родителем. Оби-Ван искренне поражается происходящему. Слова наместницы действуют на этих толстосумов, как отменная оплеуха, живо приводящая в чувства. — Но они идут в ущерб свободам. — теряет уверенность Мон, испытывая нехватку воздуха. Ладони потеют, а кончики пальцев никак не могут согреться.— И искажают трактаты Конституции. — Больший ущерб исходит от трусости. — более мягко произносит чужеземка, отдаляясь от ложи чандрилианки. — Не каждому по силу признать свои ошибки. Сенатор Ирсис. — обращается к Дорме. — Примите мои поздравления. — тяжело вздыхает, прижимая ладонь к груди. На лице угадывается печаль. — Единственное, чего я боюсь, так это за сердце своего мужа. Что будет, когда он вернется и увидит эту разобщенность? — кажется, будто вот-вот заплачет. — И что скажите вы все, глядя ему в глаза? — драма расцветает созревшим бутоном, за который жадно хватаются пристыженные политики. — Мы будем с Канцлером Палпатином! — Я верю, что он вернется! — разносится особенно громко.— Обязательно! — Наш лидер с нами! — Говорить о неверии сейчас, равносильно предательству! — один из сенаторов тычет пальцем на ложу Мотмы, заставляя ту вздрогнуть от неожиданности. Поднимается шум. Делегаты вскакивают со своих мест в едином порыве. Начинают громко хлопать, неустанно призывая Канцлера. — Ваше Превосходительство. — разносится громкий голос Амедды, после стука посоха. — Администрация ждет подтверждения для досрочного голосования по закону об усилении мер безопасности. Взгляды наместницы и старшего советника сталкиваются в нещадном противостоянии. Позволяют разгуляться тишине, растревожив натянутые нервы чиновников. — Я уже говорил, что не собираюсь участвовать! — напоминает Иблис. — Госпожа Палпатин, мое решение не изменится! — кивает головой в благодарности за редкие одобрительные выкрики. — Вице-спикер... — строго выговаривает Елена, сложив пальцы домиком, как делает Шив. — Напомните всем о распорядке при действующей, чрезвычайной ситуации. — Согласно заявленным протоколам, на этот период возложено Вето. Касаемо всех нововведений и реорганизаций. — расписывает наизусть точную формулировку. — Но оно может быть снято чрезвычайными полномочиями Верховного Канцлера. — Я не буду его снимать, до возвращения мужа. — заявляет Первая Леди, удивляя всех. — Закон об усилении безопасности слишком важен и требует детальной оценки. Что касаемо Алой Гвардии... — рассматривает гвардейцев. — Проект подтвержден, с текущим статусом службы безопасности.— пространство сковывается невидимой борьбой, ибо Сейт, почти закипает чайником от жажды расправиться с упрямой женщиной. — Мне не страшна смерть и отступать не собираюсь. — трансляция прерывается. Большая голограмма исчезает, оставляя за собой фантомные, кровавые блики.