Один из Нас: Свиток Дракона

Размышляя о том, что По увидел, когда спал, то всё становилось несколько размыто и расплывчато. Воспоминания о видении, сформированным сознанием, во время сна лишь усилило эффект непонимания. Картинка упорно не хотела складываться в голове. Панда приложил ладони к лицу и зажмурился, силясь вспомнить произошедшие с ним события во сне. Получалось не очень, так что По оставил попытки сложить пазл в своей голове. Проснулся панда минут десять или пятнадцать назад. Сам он точно не помнил момент пробуждения, и что заставило его очнуться, выйти из мира грёз. По лежал в кровати и разглядывал тёмный деревянный потолок, который, казалось, был сделан из самого чёрного материала в мире. Нет, панде это только казалось. Комната была погружена в полумрак. Слабый свет из приоткрытого окна немного давал возможность взглянуть на быт помещения: стол под подоконником заваленный раскрытыми свитками, шкаф в углу забитый разнообразной одеждой, настенные полки обставленные резными из дерева фигурками, два массивных стула. Повернувшись на бок, По уставился в окно. До рассвета ещё далеко, так что можно было и вздремнуть. Панда устроился поудобнее и закрыл глаза. Вот только сон не шёл, совсем нет. Парень вспомнил, правда, лишь частично, что ему приснилось. Во сне он был мастером кунг-фу. По точно вспомнил один момент, как ловко переставлял ноги при беге и, взмахом руки, рассекал горячий воздух, держа при этом меч в ладони. Панду это взволновало, и он открыл глаза всматриваясь в темноту. Подробности сна всплывали один за другим. По вспомнил, как шёл в Долину Мира, как вокруг пролетали лепестки персикового дерева, как ноги сами несли его по мосту через реку. Панда зажмурился и придался воспоминаниям из сна ещё сильнее. Он помнил, как оказался в неком подобии кафе или таверны, где заказал себе еды: вкусной, сочной, ароматной пахнущей. Всё было таким реальным, будто панда вспоминал не какие-то обрывки из сна, а, скорее, события давно минувших лет. Быть может, даже из прошлой жизни. По открыл глаза и прислушался к звукам. Тихий шорох этажом ниже ознаменовал начало дня, хоть за окном и было всё ещё темно. Родители паренька готовились к открытию лапшичного заведения заранее: готовили пищу, убирали кухню, собирали посуду и делали другие мелкие дела. Для панды это были приятные, совершенно не раздражающие звуки, ведь таким образом он не чувствовал себя одиноко. Подобные чувства обволакивали По каждый раз, когда родители отправлялись на рынок за продуктами или в соседнее поселение за более крупными покупками. Панда же следил за домом во время отсутствия своих домочадцев. Домашние заботы отвлекали парня от грустных мыслей, любящих посещать его голову. “Я никогда не буду одиноким”, — говорил себе По. Чаще всего грусть преследовала паренька в период отрочества. В ту пору панду избегали сверстники из-за его несуразного вида: маленькой головы, неуспевающей расти за остальным телом; большого живота выпирающего вперёд; рваных штанов сплошь зашитые заплатками. Всё это в прошлом! Когда мальчику исполнилось четырнадцать, он начал работать над собой: заниматься физкультурой на дому, читать большое количество свитков на разную тему, больше помогать родителям с работой (это принесло больший доход, чем ожидалось). Однако, больше всего панду смотивировало кунг-фу, которое он однажды увидел собственными глазами. Дело было чуть более двух лет назад, когда По исполнилось четырнадцать. Паренёк шёл в сторону рынка по просьбе родителей — необходимо было купить зелень и капусту к супу по новому рецепту. Погода в тот день была пасмурная и дождливая, что вызывало нежелание идти куда-либо, даже если была срочная необходимость. Благо идти было недолго — рынок находился на соседней улице. Обходя лужи, доверху наполненные дождевой водой, По быстро оказался у нужных прилавков с овощами и зеленью. Продавец — маленький седой старичок, предложил скидку на капусту, так как её в запасе было очень много и девать овощи было попросту некуда. По с радостью купил несколько кочанов свежей капусты и мешочек душистой зелени. В этот момент панду кто-то потряс за плечо и он обернулся, чтобы понять, кто решил привлечь его внимание. Перед взором паренька предстала девочка, примерно такого же возраста, как и он сам. Девочка относилась к виду тигров и выглядела немного грозно, однако, всего через несколько секунд, она улыбнулась. — Ты сын владельцев лапшичной? — спросила она тихим голосом, будто она не хотела, чтобы кто-то посторонний услышал её разговор с пандой. — Да, — коротко ответил По, перекладывая корзинку с покупками из одной руки в другую. — В таком случае можешь мне помочь? — девочка указала пальцем на товар лежащий на прилавке. — Я хочу выбрать что-нибудь из вкусного, чтобы наш повара приготовили что-нибудь вкусное. Что-нибудь. Да, что-нибудь. Она несколько раз повторила одно и тоже слово и поджала губы. Улыбка с её лица исчезла так же быстро, как и появилась, когда она задала свой первый вопрос. Паренёк подумал, что у его собеседницы, если можно так сказать, какие-то нелады с головой. — Ты можешь попросить об этом продавца, — сказал он, на что седой старичок согласно закивал. — Сомневаюсь я, что он разбирается в еде, — холодно сказала девочка, — ведь продавец не может быть поваром. Не раз упомянутый в диалоге продавец, нахмурился и, кажется, обиделся, скрестив руки на груди. Девочка не обратила на это внимание и продолжила: — Потому я и доверюсь тебе — сыну лучших поваров в Долине Мира. Так говорят о твоих родителях. То есть, — она изобразила кашель поднося кулак ко рту, — твоих приёмных родителях. По это немного взбесило и он сжал кулак свободной руки. Похоже, что девочка это заметила, и приподняла брови. — И что не так? — нетерпеливо спросила она. — Я всего навсего констатирую факт. У меня, знаешь, только отец есть, но даже он приёмный. По шумного выдохнул через нос и, выждав паузу, заговорил: — Пусть они и приёмные, но любят меня и заботятся: кормят, укладывают спать, читают сказки, рассказывают разные истории из жизни. В ответе панды на выпад тигрицы был один недочёт — всё сказанное им можно было отнести к детству, но никак не к текущему возрасту, но, похоже, девочку задели слова паренька: на её лице появилась грусть и обида. — Ладно, — сказала она, — давай оставим эту тему. Я сюда пришла по другому поводу, и у меня нет времени болтать с тобой. Лучше покажи мне, что я могла бы выбрать к столу. Панда пожал плечами и молча указал пальцем на овощи, среди которых были: свекла, капуста, морковь, редис, картошка. Оплатив товар, девочка подбросила один кочан капусты в воздух и взмахом руки разрубила овощ пополам. По отскочил в сторону, едва не выронив корзинку с продуктами. — Это как у тебя получилось? — подавив заикание, спросил он. — Я никогда такого не видел! — Пустяки, — усмехнулась тигрица, — этому приёму научиться не так сложно, как кажется. Необходимо время, а ещё упорство не помешает. Но куда тебе до нас, мастеров кунг-фу. — Кунг-фу? — переспросил По. — Это вид боевого искусства? Девочка кивнула и чуть улыбнулась — ей было лестно, что ею так восхищаются, пусть даже из-за одного мелкого приёма. На какое-то время она забыла о разговоре про родителей. — Всё верно, — сказала тигрица, — этим приёмам и научил меня мой отец… то есть мастер, да. Мой отец — мастер кунг-фу и он много чего знает. — К вам как-то можно попасть? — с надеждой в голосе спросил паренёк. — Не исключено, — ответила тигрица, — но это не просто, да и твоё телосложение вряд ли подойдёт для таких телодвижений. Теперь настал черёд панды грустить. Впервые он почувствовал себя очень грустным, не так, как бывало при оскорблениях со стороны сверстников. Но, панда не понимал, почему такая сильная грусть нахлынула на него сейчас. — Ладно, всё равно спасибо, что объяснила, — поблагодарил По девочку. — А как тебя зовут? Меня зовут По, — он протянул ей руку. — А меня Тигрица, — девочка чуть наклонила голову и кивнула. По смущённо убрал руку и опустил её вниз. Наступила неловкая пауза, грозящая растянуться на весь день, если собеседники хотя бы не сдвинутся с места. — Спасибо, — первой заговорила девочка, — мне нужно идти. Меня, должно быть, уже, заждались. — Пока, — тихо сказал По, смотря вслед уходящей девочке.

***

С тех пор прошло два года. По, вспоминая тот случай. улыбался себе под нос. Больше он не являлся хлюпиком, который мог обижаться на обзывательства и плакать. Два года усердной работы принесли свои плоды: толстый живот исчез, уступив место крепкому торсу; руки и ноги стали крепче, и панда мог поднимать куда более тяжёлые вещи; свитки с художественными описаниями, и научные изложения, принесли знания в мозг паренька. Прервав воспоминания о прошлом, панда вернулся к размышлению о сне. В голову закрались подозрения, что сон мог быть вызван каким-нибудь страхом из-под сознания. По знал, что страхи бывают двух видов: объективный и безочётный. Панда мог бояться разных явлений, но с возрастом их становилось всё меньше и меньше. Поразмыслив немного, паренёк понял, что страх, который мог вызвать такой сон, скорее всего, безочётный — паника, что так любит подавить логическое мышление. Но… откуда она взялась? На этот вопрос По не нашёл ответ. Откинув одеяло, панда встал с кровати и, в одних пижамных шортах, подошёл к настенному зеркалу рядом со шкафом. Из отражения на По уставились два ярких зелёных глаза принадлежавшие ему самому. Двойник в зеркале моргнул повторяя движения за оригиналом. Панда почесал затылок и повернулся боком, пытаясь разглядеть свою спину. Хоть за окном и начинало светать, в комнате был сумрак, и рассмотреть что-нибудь в зеркале, даже с нужного ракурса, не представлялось возможным. Парень перестал вертеться перед зеркалом и отошёл от него к окну. Рассвет занимался над горизонтом и солнце плавно поднималось над крышами домов. Выходит, что проснулся панда не так рано, как он подумал. Или же, он просто долго размышлял и незаметно уснул повторно? На этот риторический вопрос ответ не требовался вовсе. Прохожие внизу выходили из своих домов и слонялись по улице: кто на работу, кто на прогулку, а кто по другим не менее важным делам. По смотрел на них из окна второго этажа и чуть усмехался про себя. В детстве, ему казалось, что если быть выше, чем другие жители поселения, то он будет старше их. Каким же бредом ему казалась сейчас эта мысль! Отойдя от окна, По открыл шкаф и начал перебирать одежду. Неплохо было бы выбрать сегодня другую одежду, не такую, как вчера. Парень остановил свой выбор на бежевых штанах и серой безрукавке со шнурками на воротнике. Переодевшись в будничную одежду, в которой не стыдно было выйти в общество, По, не рассчитав сил, с грохотом захлопнул дверцу шкафа. Получилось достаточно громко, потому что снаружи, со стороны окна, послышалось “Ой!”. А может, просто совпадение? Но что точно не было случайностью, так это возглас с нижнего этажа: “Ты чего шумишь в такую рань?”. — Я не специально! — откликнулся По и выдохнув, добавил себе под нос. — Просто так получилось. Выглянув ещё раз в окно и, убедившись, что он никого более не потревожил своим шумом, направился к выходу из комнаты. По пути его взгляд остановился на фигурках из дерева, которые изображали мастеров кунг-фу. Панда знал их всех. Вот они, слева направо: Мастер Тигрица, Мастер Обезьяна, Мастер Журавль, Мастер Гадюка и Мастер Богомол — единственный, кто соответствовал размерам своей деревянной копии. — Пора завтракать! — раздался голос снизу. — Иду-иду! — криком ответил панда и, открыв дверь, выскочил в коридор, где была лестница ведущая на первый этаж. По не стал закрывать вход за собой в свою комнату, лишь немного прикрыл её, опасаясь, как бы не вызвать очередной шум.