Ты с ним.

Странно было возвращаться в стены родного спортзала и смотреть как волейбольная сетка все ещё непоколебимо, хотя и плохо натянуто, разделяла зал на две части. Здесь до сих пор пахнет пылью с улиц, резиной и едкой мазью с ментолом, кажется ей пользуется каждый, но запах ощущается ужасно, когда он не на тебе. Но морщиться не хотелось, наоборот, желание задержаться в вечернем спортзале в лучах закатного солнца и оставить в легких ещё хотя бы ненадолго всю эту смесь запахов, было слишком сильное. Кудо зашла внутрь, снимая уличные кроссовки, носками скользя по не новому покрытию, казалось, что она вернулась домой спустя годы долгого путешествия. Здесь прошла её юность, в этих стенах она завела друзей, впервые влюбилась, сюда она сбегала из дома и от проблем, преследующих её в школе, она оставалась здесь допоздна, сбивая кожу до мозолей и синяков, отрабатывая удары. Здесь было пролито огромное количество слез, но здесь было подарено ей множество улыбок. —Кудо-сан? Тихий голос в пустом зале слышится как звон колокола—оглушающе, девушка осматривала зал, ища источник звука, но эта фраза будто была повсюду. И, возможно, девушка бы так и продолжила крутиться, если бы не услышала шаги за спиной и не встретилась бы с ласковой улыбкой на бледном лице. —Кудо-сан, не ожидал тебя встретить здесь, решила заскочить к нам в период отпуска? Тон Шинске всегда вежливый и ровный, застающий врасплох, он играет своей легкой улыбкой и завораживает Кудо на мгновение. Они не виделись чертовски долго. —Прекрати называть меня так уважительно, Шинске, я уже давно не твой семпай. А он вырос, недостаточно чтобы упасть в обморок от таких изменений, но вполне достаточно, чтобы вновь вспомнить сколько лет прошло с её переезда и их последней встречи. —Никак не могу привыкнуть, Иери, что теперь могу называть тебя так, хотя прошло уже сколько лет? Кажется около пяти.—Шинске жестом приглашает сесть на скамейку у стены.—Как ты все таки тут оказалась? —Отпуск, решила навестить родные края, сама не заметила как пришла к спортзалу. А ты, почему ты тут так поздно? Кудо смотрела не на Кита, её взгляд жадно гулял по площадке, кажется, на её лице всплывали эмоции от воспоминаний о каждой неудаче и каждом взлете в этих стенах. Взгляд скользил по перекрашенным линиям аута, когда она была здесь последний раз, то красила эти линии сама, и смеялась над младшими, которые выполняли эту работу в наказание. Шинске был единственным, кому нравилась мелкая рутина. Кита не перебивал её мыслей, следя за легкой улыбкой и тоской на женском лице. Ему всегда удавалось понимать Кудо по лицу, по глазам и движениям. Он обожал свою наставницу—третьегодку Инаридзаки, которая возилась с ними как с детьми, называя всех без исключения «мальчишками», даже когда те переросли её. Кита тоже был мальчишкой, а еще был другом. —Я присматриваю за младшими, пока тренер и старшая команда в отъезде. Речь Кита вырывает из потока воспоминаний и Кудо растерянном смотрит на него, ища на лице ответы на те вопросы, которые еще не задала. —Ты скучаешь, да? —Кита улыбался как-то грустно, глядя на неё.—Вижу как ты смотришь на все это здесь, думаю тебе не хватает этого шума и азарта. Ты же всегда была для спорта, и всегда была для команды. Умение увидеть то, о чем молчат—тайный навык Кита, который он применяет так успешно, что к горлу подкатывает ком. Скучает ли она? Скучает по чему? По волейболу, который был огромной частью её жизни или по команде, которая была ближе чем семья? Или может Кудо скучает по той девочке, которая самоотверженно отдавалась спорту, которая оставалась в зале допоздна, стараясь стать лучше, стараясь быть опорой, по девочке, которая умела бороться и не сдаваться, которая умела громко кричать от восторга и плакать от боли? Наверно, она скучала по всему этому, по всему широкому спектру событий и чувств, мелькающих в памяти. —Скучаю. После травмы я совсем бросила волейбол. Мне даже стыдно что я…—горло сдавило спазмом и стало невыносимо дышать. —Ты не сдалась, Иери.—Кита сел ближе, несвойственно нарушая личное пространство без разрешения.—Мне кажется ты наоборот победила что-то в себе, выбрав другой путь, ты не осталась добивать свою спину, а выбрала свое будущее, где ты не сидишь прикованная к коляске. —Но я сбежала от волейбола так далеко, как могла, даже не связав жизнь с этой индустрией. —Посмотри на меня, пожалуйста, семпай.—его глаза казались такими сияющими.—Ты никуда не убежала, если сегодня снова оказалась здесь. Давай побросаем мяч вместе, уверен ты все ещё в хорошей форме. Слезы сами по себе катились по щекам, когда твердая резина коснулась нежной кожи манжетов, отскочив обратно в руки Кита, улыбающегося своей нежной улыбкой. Почему-то Кудо не ощущала тех пяти лет с их последней встречи, казалось, что всё также, как и тогда. И что Кита до сих пор мальчишка, смотрящий на семпая с пониманием. —Знаешь, Шинске, ты же сильно изменился за эти пять лет, но мне все ещё кажется что ты мой мальчишка.—Кудо смеется лежа на полу в их спортзале после небольшой игры. —Я все ещё и есть мальчишка, просто теперь не такой наивный.—Кита поворачивается и смотрит на Иери, улыбаясь.—Я бы хотел поговорить с тобой ещё, за все эти пять лет. Могу пригласить тебя, например, на ужин? —Глупый мальчишка.—Иери вскакивает немного неожиданно—Я скучала по тебе. В вечернем зале пахнет чистыми полами и теплым воздухом весны, когда Шинске выходит из зала, ласково рассказывая Иери о новой молодой команде, она уже знает, что вернется сюда снова, чтобы узнать каким это место стало сейчас и как выросла она сама.