Меж двух миров

Гет
R
В процессе
26
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 78 страниц, 7 частей
Описание:
Джессика с детства во снах видит один и тот же символ. Её прошлое до шести лет стёрто из памяти. Она росла, убеждённая в том, что её родители пропали без вести. В надежде разобраться во всём она становится журналистом, но ситуация ухудшается, когда таинственный незнакомец появляется на её пути. У него нет имени, нет паспорта и телефона, но есть кольцо с необычным знаком, похожим на символ из кошмаров Джессики.
Примечания автора:
Написано по мотивам двух сериалов, названия которых озвучить я не могу во избежание спойлеров. Если вы догадались, можете намекнуть об этом в комментариях или написать мне в лс с:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
26 Нравится 28 Отзывы 11 В сборник Скачать

Глава 5

Настройки текста
Время шло. Джесси снова погрузилась в работу, на сей раз забросив мысли о бесследно исчезнувшем незнакомце, на задние полки сознания, прямо как о поисках родителей раньше. Подготовка к новым интервью шла полным ходом: одно сменялось другим, написание статей, пятничный отдых с Лиамом, чай с тётушкой по вечерам, ночные кошмары. Всё вернулось на свои места. В какой-то момент Джесси задумалась, а не привиделся ли ей тот необычно лёгкий день, в котором она чувствовала себя свободно? Не приснился ли? Не прочла ли она о нём в одной из многочисленных книг, навязанных работой? Не увидела ли краем глаза кино-сюжет по включённому Эмили телевизору? И лишь зелёные глаза, наполненные солнечным светом, чётко отпечатались в памяти, говоря о том, что всё это было по-настоящему. Иногда, засыпая, Джесси хотелось увидеть их вместо ежедневного ужаса. Внезапно возникшая мысль о том, что у безликого монстра в её сне глаза были того же цвета, исчезла в тот же миг, когда и появилась. В них пылала обжигающая ярость, вводящая в панических страх на протяжении восемнадцати лет снова и снова. Глаза незнакомца же вселяли в неё спокойствие, которого она не ощущала раньше. Навязчивые мысли растворялись, теряясь среди непривычного, ни с чем ни сравнимого тепла. Кем бы на самом деле ни являлся монстр из её сна, если он вообще существовал на самом деле, это точно был кто-то другой. Её новый знакомый носил кольцо с пугающим с самого детства символом, но Джесси казалось, что связь между сном и реальностью была совсем другой, нежели она себе представляла. Он был не причём. По крайней мере, ей очень хотелось верить в это. Привычный темп жизни сбился спустя пару недель после его исчезновения. В ночь со среды на четверг Хидман почти не спала. Привычный кошмар явился к ней мутными, ни на что не похожими образами, то становясь чётче, то расплываясь цветными пятнами, словно она глядела на происходящее сквозь толщу воды. Капли крови на увеличенной громкости соприкасались с полом, вынуждая морщиться, а крики, напротив, становились едва слышны. Создавалось впечатление, будто на неё надели сломанные наушники и закрыли полупрозрачным полотном, мешая осознать происходящее. Казалось, всё повторялось, как и всегда, но отчего-то кошмар длился дольше обычного, как если бы в него добавили деталей. Она всё равно не смогла ничего разглядеть. Уснуть удалось только под утро. И первый раз в жизни она проспала. Будильник, который она почти никогда не трогала с тех пор, как установила его, был включён, но Джесси почему-то его не услышала. С трудом вырвавшись из обволакивающей пелены грёз, она наспех собралась, накинув на себя первое, что увидела при открытии шкафа, и вылетела на интервью, едва не забыв свою сумку. Разговор с шотландским писателем-фантастом Джонатаном Макгрегором должен был даться ей нелегко, — Хидман прекрасно была наслышана о его акценте. Будучи коренной жительницей Великобритании, она знала о значительном отличии языковой культуры на территории своей страны. Профессия помогла ей разобраться в ней, но всё же с некоторыми людьми, в том числе и иностранцами, плохо знающими английский язык, общаться было нелегко. Начинающий, но быстро прославившийся на территории почти всей северной Европы, писатель был менее известен, чем знаменитости, с которыми ей обычно приходилось встречаться по работе. Можно было отдать его другому сотруднику в редакции, но Джесси обладала особенным журналистским чутьём, и знала, что очень скоро его имя разлетится по всему миру. Потерять профессиональную хватку за ночь было невозможно, однако в этот раз она путалась в словах, постоянно поглядывала в блокнот, замечая, что вместо записей вырисовывала символ с кольца, обводя его по контуру до тех пор, пока ручка не проткнула бумагу, и не могла остановиться. Странные мысли крутились в голове, ответы Джонатана Макгрегора доходили до неё лишь отчасти, и она с трудом понимала, когда требовалось задать следующий вопрос. Говорил он и правда неважно, казалось, будто это был и не английский вовсе. Близ сидящие посетители кафетерия оборачивались, бросая удивлённые взгляды на него, но Джесси почему-то понимала его легче обычного. Конечно, она не следила за временем. Интервью закончилось лишь после назойливых звонков Лиама, которые она заметила совершенно случайно, — экран непрерывно мигал, а она совсем не обращала на него внимания. Джонатан, очевидно старающийся быть тактичным, и точно заметивший это куда раньше неё, сообщил ей об этом не сразу. Побросав вещи в сумку, Джесси попрощалась с писателем и бросилась из-за стола, рассыпаясь в извинениях. Голова гудела. — О, ты соизволила мне ответить! — Лиам был вне себя от злости, но слова вырывались из него полушёпотом. На заднем плане слышались приглушённые голоса. — Ты собираешься приветствовать нового босса или можно сразу списывать тебя со счетов? Джессика приоткрыла рот. Холодок пробежался по спине волной мурашек. Примерно неделю назад владелец журнала продал компанию другому человеку, который обещал посетить главный отдел редакции. Руководство заранее предупредило работников о дате, времени и важности этого события. Новому владельцу должны были представить лучших сотрудников лицом к лицу, и Хидман не просто нужно было приехать минимум за полчаса до начала мероприятия, но ещё и предстать перед начальством в лучшем виде. Джесси взглянула на себя в отражении автобусного стекла: тушь на правом глазу размазалась, накрашенная с утра прямо в дороге помада отпечаталась на зубах. Не то, чтобы её могли уволить за отсутствие, но это могло списать половину её успехов. Забрать уже назначенные важные интервью, часть собранных материалов, передав их давно жаждущим этого журналистам пониже рангом. Не смотря на хорошее к ней отношение главный редактор мог сделать, что угодно, под указанием нового владельца, а каким он был, Джесси боялась представить. Все говорили, он предпочитал скрывать свою личную жизнь, но и про общественную людям мало, что было известно. Никто ничего не знал, и это исключало любую возможность Джесси использовать свой подвешенный язык, чтобы заговорить его в случае чего, потому что она не могла знать, в какую сторону ей стоило бы увести разговор. — Я забыла, я… я не знаю, почему. — Хидман прижала телефон головой к плечу, посильнее ухватилась за поручень и принялась подтирать тушь свободной рукой. Тяжесть сумки давила на сгиб локтя. — У нас тут собрание, — Лиам прозвучал немного спокойнее, очевидно, он догадывался о том, что что-то было не так, ведь она никогда не опаздывала, — я сказал, что ты встала в пробку, но время идёт. — Я понимаю, я уже еду. Сбросив вызов и воспользовавшись остановкой на светофоре, она принялась рыться в сумке в поисках расчёски. Нужно было привести себя в порядок, на столько, на сколько она успеет. Терять время впустую Джесси не любила, и если обычно это было ей на руку, то теперь сыграло злую шутку. Гора вещей, которую она так и не потрудилась разобрать, мешала ей добраться до необходимого содержимого. Хидман стала перекладывать их с одной стороны в другую: книга, брошенный ещё прошлым вечером шарф, помада, ключи, зеркальце, блокнот, запасные ручки, фантики от давно съеденных конфет, флакон духов, которыми она уже и не пользовалась, пачка влажных салфеток, палетка теней, пара спонжиков, пилочка, спрей для носа… Чего только не было в её сумке. И зачем она таскала всё это? Автобус резко дал по газам, и вещи благополучно вывались на пол. Пассажиры неодобрительно зашептались, глядя на то, как она склонялась к их ногам и судорожно собирала упавшее, попутно стараясь не упасть из-за движения. Автоматический голос объявил очередную остановку, поток людей направился к выходу. До неё даже не сразу дошло, что это была её остановка, и Джесии очень хотела забыть о том, как бесцеремонно распихивала всех вокруг, чтобы добраться до закрывшихся прямо перед носом дверей, и судорожно нажимала на кнопку вызова водителя, одновременно стуча по стеклу, как будто это могло помочь ей выбраться. Она испытала такой стыд, какой испытывают обычно нашалившие школьники, пойманные с поличным. Самокрутящаяся входная дверь как назло ползла на скорости улитки, и Джесси чуть не разбила себе нос, не вовремя сообразив, что нужно перестать бежать. Перед длинной линейкой турникетов в холе, она полезла в карман за пропуском и неожиданно обнаружила, что его не было ни в одном, ни в другом. Распахнув сумку, она принялась судорожно перебирать вещи снова и снова, пытаясь вспомнить, куда могла положить его, и вдруг осознала, что прошлый раз с работы её подвозил Лиам, она была жутко уставшая и стянула пропуск с груди вместе с шарфом, бросив в сумку и то и другое и поленившись убрать его как обычно в карман. Настенные часы неумолимо сообщали ей о том, что с начала встречи прошло почти сорок минут. Джесси бросилась на ресепшен. — Лана, привет! — Собрав себя в кучу, она натянула на лицо самую дружелюбную улыбку из всех, что была в её арсенале на данный момент, и бросила умоляющий взгляд на девушку-администратора. Она работала здесь примерно полгода и знала всех сотрудников в лицо. — Можешь пустить меня? Я, кажется, потеряла пропуск. — Не могу, к сожалению. — Она слегка нахмурилась. — Новое начальство запрещает пускать без пропусков. — С каких пор? — С сегодняшнего дня. Джесси раздражённо выдохнула и попыталась надавить на жалость. — Ты же знаешь, что я главный журналист, да? В отделе меня ждёт очень важный человек, и если я не появлюсь там сейчас, меня могут уволить. Пропусти один разок, а? Никто не узнает. Девушка сконфуженно покачала головой. — Не могу. Джессика отошла от стойки регистрации и набрала Лиама. Она вкратце обрисовала ситуацию и принялась ждать. Через пару минут Пейн пропустил её через турникет своим пропуском. — Хидман, я тебя убью! — Я сама себя убью, не нагнетай обстановку, — Джесси побежала за ним к лифту, но тот закрылся незадолго до их появления, — нет! Это просто невозможно. Она забарабанила по кнопке соседнего лифта. Как только дверцы разъехались в разные стороны, Лиам затащил её внутрь, тут же нажав на кнопку закрытия, прежде чем кто-нибудь смог бы присоединиться к ним. Он нервно постукивал ногой в ожидании остановки, Джесси теребила ремешок сумки. — Где ты оставила пропуск? — Не знаю, может, в автобусе, может, ещё где. — У нас теперь с десяток новых правил. — Да я уже поняла, — фыркнула она, вспоминая слова девушки про турникеты, — ладно посетители или новички, но я главный журналист! — Теперь это неважно. — Лиам растрепал волосы на голове. Он выглядел довольно напряжённым. Джесси знала, что за её промах он переживал, как за свой собственный. — Нам объяснили это необходимой мерой безопасности. Отчасти я согласен с этим, но другие правила — полный абсурд. — Например? — Обед сократили до тридцати минут, внешний вид должен быть официальным, — Пейн загибал пальцы, и только сейчас Джесси заметила бежевый костюм, в который он был одет, и который они вместе выбирали примерно год назад, — запрещается есть на рабочем месте… — Даже напитки? — Лиам кивнул, и Хидман уставилась на него во все глаза. Она не представляла себе работу без бутылки воды на столе или стакана горячего чая. Она могла не поесть, зачастую вообще забывала про это, но умереть от жажды как-то не особо хотелось. — Перекус только в специально отведённых для этого местах. Эта тема особенно волновала его, потому что Лиам, если не заказывал что-нибудь доставкой, так опустошал автомат с едой и питался одними снеками во время работы. Он успел рассказать ей и о других правилах, кардинально отличающихся от тех, к которым они привыкли, перед тем, как двери разъехались на нужном этаже. Они вышли в коридор как раз в тот момент, когда трое мужчин заходили в соседний лифт. Один держал в руках папку с бумагами и разговаривал с кем-то по телефону, — он, вероятно, был секретарём (на подобные вещи у Джесси, как и на возраст, был намётан глаз), другой — в классическом чёрном костюме — выглядел громоздко. Он был охранником третьего — солидного мужчины лет пятидесяти в дорогом костюме. Джесси не успела разглядеть его лицо, заметила только продолговатый ровный шрам на его правой щеке. Когда они уехали, Лиам озвучил появившиеся мысли в её голове. — Чарльз Смит — новый владелец журнала. — Удалось узнать про него что-нибудь? — Он занимается бизнесом, владеет акциями крупных компаний. — Зачем ему наш журнал? — Джесси выдохнула, направляясь в отдел и готовясь к разговору с главным редактором. «The Future» освещал многие события, происходящие в мире. Этим он и выделялся среди других. В то время, как большинство редакций были сосредоточены на выпуске определённых тем, их журнал касался каждой, и это всегда было самое интересное. Он был популярен, и компания оценивалась внушительными суммами. Продавать его было бы безумием, и зачем предыдущий владелец сделал это, у Джессики не укладывалось в голове. Выговор она не получила, но разговор выдался тяжёлым. Редактор прямым текстом сообщил ей о том, что она осталась при своей должности только благодаря хорошей репутации, которую сумела создать за время работы в журнале. Ей вынесли предупреждение и сказали возвращаться к работе. Хидман собиралась сесть за написание статьи, когда вспомнила о потерянном пропуске. Лиам ушёл на фотосессию, так что он в любом случае не успел бы сфотографировать её. Было бы куда проще, если бы она принесла уже готовую фотографию в отдел выдачи пропусков, где работал не самый приятный сотрудник. Общаться с ней было довольно сложно, а принимала она исключительно в первую половину дня, что вот-вот должна была завершиться. Понятное дело, Джесси понеслась на другой этаж. По пути в контору она постоянно поглядывала на время, боясь не успеть, и распахнула дверь за пять минут до окончания приёма заявлений. Два карих глаза с недовольством вцепились в её фигуру. Джессика вспомнила свой первый рабочий день в качестве помощника. Такого потока пренебрежительности в чужом взгляде она ещё не встречала. На журналиста её фотографировал Лиам, она уговорила его отнести документы в этот отдел, откровенно желая избежать встречи с этой женщиной. Ей снова пришлось выслушать ряд неприятных ругательств и проторчать на неудобном тканевом стуле больше десяти минут, прежде чем фото, наконец, было сделано. — Когда можно будет забрать пропуск? — В конце недели. — Я не могу ждать так долго, можно пораньше? — Если бы Джесси рассказала начальству о потере пропуска, ей бы выписали направление, с которым она смогла бы проходить через турникеты до получения нового пропуска, но упоминать об этом после вымученного разговора с редактором она не решилась. Раздраконивать его ещё больше ей не хотелось, а Лиама могло не оказаться на месте в следующий раз, чтобы пропустить её. Джессика вытащила из кошелька купюру в десять фунтов и положила её на стол, незаметно подвинув ладонью. Женщина закатила глаза, забрала купюру и сделала вид, что проверяет расписание на компьютере. — Я постараюсь найти время к концу дня. — Большое спасибо. Сосредоточиться на написании статьи было так же трудно, как и устраивать интервью этим утром. Слова тягучей резиной вытаскивались из сознания, курсив раздражающе мигал, напоминая о пустующем пространстве листа в ворде. Джессика остановилась на середине статьи, пытаясь отыскать в себе желание писать дальше, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя знакомого полицейского, которому она, сама того не зная, помогла с одним делом, когда пыталась найти зацепки по делу родителей. Честно говоря, она много кому помогла, пытаясь разобраться в их исчезновении, но почти ничего не нашла для себя. Кто-то просто благодарил её, от кого-то она не услышала даже слов благодарности, а кто-то, как работник подпольного ломбарда и этот полицейский, были готовы помочь ей в ответ. — Привет, Зейн. Рада тебя слышать. У тебя всё хорошо? — Слова посыпались сами собой. В этот момент она, казалось, была готова говорить и делать что угодно, не касающееся статьи. — Да, всё нормально. Ты просила звонить, если найду что-нибудь. Джесси вцепилась пальцами в телефон. Во рту пересохло. Пару раз после случившегося они пересекались, но ничего толкового она не получала. — Ты что-то узнал? — Не знаю, поможет это тебе или нет, но кое-что произошло в деревне в нескольких километрах от места аварии. — Он немного помолчал. — Это убийство. Не могу сказать больше по телефону. Я вышлю адрес сообщением. Приедешь за полчаса, успеешь меня застать. Джессика сорвалась с места. Она не стала сохранять написанную часть статьи, не стала выключать компьютер. Мысли об этом вылетели из головы. Она схватила вещи и бросилась к лифту со всех ног. Что бы там ни произошло, она должна была узнать об этом. Джесси давно просмотрела всевозможные деревеньки, находящиеся возле места аварии, но самая ближайшая из них находилась в семи километрах. В морозную зимнюю ночь, в пургу, добраться до неё пешком через лес или даже по заметённой снегом дороге было нереально. Затухающая надежда всполыхнула вновь. Заворачивая за угол, она врезалась в широкую грудь Лиама. Заметив беспокойство в её глазах, он обхватил её плечи руками. — Что случилось? — Мне сообщили кое-что о родителях. Я не знаю, что это конкретно. — Она затараторила. — Там произошло убийство, я не знаю, у меня всего полчаса, потом они уедут. Я должна знать, мне нужно ехать. — Где это? — Джесси показала адрес на телефоне и собралась обходить Лиама, но парень удержал её на месте. — Ты не поймаешь такси в это время. Я поеду с тобой. — Но у тебя работа? — Я всё отменю. — Он поправил сползающий со своего плеча чехол с фотоаппаратом, и Джесси подумала о том, что его нужно будет занеси в отдел, положить на место, вернуться обратно. У неё не было на это времени. Вопреки её мыслям, Лиам схватил её за руку и потащил к лифту. Он ничего не спрашивал до самого конца пути. Кое-где повышая скорость больше положенного, он, казалось, не обращал внимания на дорожные знаки и возможность получения штрафов. Выехав за пределы Лондона, Пейн втопил на полную. Хидман не смогла бы объяснить, как они успели добраться до истечения времени, но была безумно благодарна Лиаму за помощь. Она потянулась к дверной ручке, собираясь выйти из машины, когда они остановились. Парень придержал её за руку. Он выглядел взволнованным. — Я подожду тебя здесь. Пожалуйста, будь осторожна. Это может быть опасно. Не найдя, что ответить, Джесси кивнула, бегом направляясь к дому, по периметру обтянутому жёлтой лентой. Темноволосый парень с шоколадными глазами махнул ей рукой, коротко улыбаясь. — Последний раз, когда я тебя видела, ты был офицером. — Она с трудом нашла в себе силы говорить о чём-то кроме того, что её интересовало в данный момент. Зейн Малик был старше её всего на три года. К неформальному общению они перешли ещё в первую встречу из-за расследования. Тогда он носил офицерскую форму; теперь же был одет в зимнюю куртку. Гражданскую одежду при исполнении разрешалось носить полицейским с более высоким званием. — Да, теперь я детектив. — Он поднял ленту, пропуская её, и заговорил, пока они направлялись к дому. Это было не совсем законно, но он знал, что она не станет писать об этом, а ещё он знал о пропаже её родителей. Впервые за долгое время Джесси действительно кто-то пытался помочь по делу. — Молодой парень Марк — старшеклассник — вернулся с подработки и нашёл своего дядю задушенным в собственной постели. Скоро мы заберём его в отдел до выяснения обстоятельств, у тебя есть пять минут. — Зейн распахнул дверь дома. По полу были расставлены жёлтые таблички с номерами, повсюду сновали сотрудники полиции. Он повёл её вверх по лестнице. На стенах в аккуратных рамочках расположилось множество фотографий. Зейн указал на одну из них. Джесси без долгих размышлений узнала тот самый автобус. Он был запечатлён спереди, внизу виднелась часть номера. Рядом стояла красивая женщина с рюкзаком в руках. — Это его бабушка. Я не спрашивал, сразу позвонил тебе. — Спасибо, — благодарно выдохнула она, заходя в одну из комнат. Юноша сидел на кровати и бездумно смотрел в пол. При виде неё он нахмурился, — привет, Марк. Тебя должны были предупредить, что я хочу поговорить с тобой. Меня зовут Джессика. — Он слегка кивнул, и Джесси подвинула к себе стул у стола. — Я присяду? Я понимаю, что тебе тяжело говорить сейчас, я сожалею о твоём дяде, но… Она не успела договорить. Марк вскочил на ноги, сжимая кулаки. — Сколько можно повторять, это не мой дядя! — Он выкрикнул это так громко и неожиданно, что Джесси опешила. Его грудь быстро вздымалась от прерывистого дыхания, на шее выступили желваки. Он простоял так несколько секунд и опустился на кровать, запуская руки в волосы и с силой оттягивая их. Затем он снова взглянул на неё. В его глазах отразилась самая настоящая безысходность. Теперь его голос звучал едва слышно. — Вы тоже не поверите мне. Никто не верит. — Послушай, я не знаю, что случилось, но во всяком случае, я могу выслушать тебя. Я не собираюсь осуждать тебя. Я вообще пришла сюда по другому поводу, но если ты выговоришься, тебе, возможно, станет немного легче. Она не знала, о чём именно Марк собирался говорить, и вряд ли это касалось той информации, ради которой она приехала, и всё же решила начать именно с этого. В конце концов, парень прямо сейчас переживал не самые приятные эмоции в своей жизни. Это был не тот случай, когда следовало идти на пролом. — Я уже всё рассказал полиции. — Он тяжело вздохнул, обвёл взглядом комнату. Он долго смотрел на Джессику, вероятно, решаясь, рассказывать ей что-то или нет, прежде чем заговорил снова. — Я случайно порезал Тома, когда он учил меня забивать гвозди, мне было десять. Рана была глубокая, остался шрам. — Он показал на своё предплечье. — Вот здесь. У этого человека внизу его не было. — Может быть, он зажил, а ты не заметил? — Все говорят одно и тоже. — Он покачал головой, горько усмехаясь. — У меня всё в порядке со зрением. Вы, кажется, пришли поговорить о моей бабушке? Видимо, Зейн предупредил его о некоторых деталях разговора, чтобы ей было проще разговаривать с ним. Он вообще не должен был делать всего этого, но почему-то помогал ей. Джесси не знала, как должна была благодарить его за это. Всё-таки это было больше простой взаимной выгоды. — Да. — Ей стало жаль Марка. Он выглядел разбитым, и в какой-то мере Хидман понимала его. Когда она пыталась убедить всех вокруг в том, что её родители могут быть всё ещё живы, многие люди крутили пальцем у виска. Никто не верил ей, даже Лиам давно усомнился в этом, пусть и был с ней предельно тактичен. — На фотографии у лестницы твоя бабушка возле автобуса. Понимаешь, восемнадцать лет назад мои родители ехали в нём и попали в автокатастрофу. Я до сих пор ищу их. Ты знаешь что-нибудь об этом фото? — Она любит путешествовать. — Он улыбнулся краешком губ, словно её упоминание сделало его немного счастливее. — У неё много фотоальбомов. Она рассказывала об одном несчастном случае на дороге, но я не очень помню. — Как её зовут? — Эмма Стонкс. — Я могу поговорить с ней? — Она ещё не вернулась. Должна приехать где-то через неделю. — Марк подумал немного и протянул ей свой сотовый. — Запишите свой номер. Я позвоню вам, когда она приедет. Только Джесси успела сделать это, распахнулась дверь. Зейн кивнул на свои наручные часы, сообщая о закончившемся времени. Хидман приветливо улыбнулась Марку. — Спасибо, что согласился помочь. — Затем повернулась к Зейну. — А тебе вдвойне. — Благодарить будешь, когда действительно что-то найдёшь. — Он улыбнулся тоже. Оказавшись в салоне машины, Джессика устало выдохнула. Она побывала на месте преступления и ей действительно было жаль юношу. Она не совсем понимала, что именно он имел в виду, но самая яркая из всех надежда поселилась в её сердце. Лиам легонько сжал её руку в своей в знак поддержки. — Как всё прошло? Джесси повернулась к нему, на лице застыла полуулыбка. — У меня есть зацепка. — Голос звучал очень тихо. Ей казалось, скажи она громче, и информация исчезнет. — Ли, у меня зацепка! Лиам перегнулся через коробку передач, заключая её в объятия. Хидман выпустила смешок, не веря своему счастью. Впервые за долгое время она получила живого человека, который действительно может что-то знать. Слёзы непроизвольно выступили на глазах. — Ли, — Джесси всхлипнула. — Я рад. — Он прижал её к себе сильнее, позволяя спрятаться от окружающего мира, и девушка заплакала, даже не пытаясь остановиться. По дороге в редакцию они встали в пробку. Рабочий день заканчивался, это было неудивительно. Им пришлось простоять полтора часа на выезде из города, ещё полтора часа провести в центре, прежде чем они, наконец, добрались до издательства. Внутри почти никого не было. Джесси проверила телефон, — ей никто не звонил, и ей хотелось верить в то, что редактор не сочёл их с Лиамом отъезд за прогул. Если уж она не первый раз уезжала и могла привести уйму оправданий, насчёт него она была не уверена. Так или иначе, прямо сейчас им никто ничего не собирался выговаривать, и это было здорово, вот только было слишком поздно для того, чтобы забрать изготовленный пропуск. Пейн поднялся, чтобы вернуть камеру, а Джесси направилась в отдел на нижнем этаже. Дверь была закрыта, как и ожидалось. На всякий случай она дёрнула за ручку, раздался звук соприкосновения чего-то лёгкого с полом. Хидман нагнулась и с приятным удивлением обнаружила готовый бейдж на ленте. Вероятно, работница засунула его между дверьми, хотя могла бы оставить его внутри, потому что выдавать такие вещи нужно было под расписку. Может, она была не такой уж и плохой женщиной. В коридоре было темно, так что разглядеть новый пропуск Джесси смогла только в главном холле. Фотография блеснула под жёлтым светом, и улыбка слетела с её лица. Хидман обомлела, глядя на белый пиджак и распущенные волосы. Она опустила голову, впервые за день заметив одежду, в которой была. Из-за утренней спешки и ужасно не вовремя случившихся неприятностей днём она совсем не обратила внимания на что-то вроде этого. Вот, почему редактор ничего не сказал про её внешний вид. Джесси всегда хорошо одевалась и редко могла позволить себе заявиться в отдел в чём-то вроде толстовки и джинсов, что отразилось бы на её работе, мягко говоря, не очень. Она вообще не думала об этом сегодня, но теперь всё встало на свои места. Слова незнакомца подтверждались. — Чего застыла? — Лиам поравнялся с ней. — Я домой. Тебя подвезти? — Если тебе не сложно. — Так говоришь, как будто мы едва знакомы. — Он зашагал в сторону выхода. — Для тебя мне никогда не сложно. По Лиаму было видно, что он устал. Его квартира находилась чуть ли не на другом конце города, но он подвёз её, как и каждый раз, когда видел, что у неё не хватало сил, чтобы сделать это самостоятельно, даже не смотря на то, что чувствовал себя точно также. Машина замедлила ход, останавливаясь во дворе дома. — Приехали. — Лиам потрепал её за плечо. Джесси подняла голову, не сразу осознавая, что задремала. — Уже? — Она потянулась, закинула сумку на плечо. Ища телефон, она повернулась, и взгляд упал через лобовое стекло. По телу пробежала лёгкая дрожь. Водитель самого быстроходного спорткара в мире стоял у капота своего авто, глядя прямо на неё. Телефон тут же был найден в бардачке, а Лиаму — брошены слова прощания. Дремоту как рукой сняло. Незнакомец улыбнулся, стряхнул с волос снег и выпрямился. В этот раз пальто на нём было другого цвета, вокруг шеи обмотан зелёный шарф, подчёркивающий цвет его глаз. — Я ждал вас. Джесси хотела бы знать, почему при виде него за спиной словно появились крылья. Создалось впечатление, будто всё это время она бесцельно плелась по пустыне, жажда замучила её, солнце припекло голову, и ноги устали нести тяжесть этих дней на себе, и теперь она, наконец, увидела спасительный пласт воды. Он не был миражом. Он ей не привиделся. Улыбка расцвела на губах снова. — Я тоже… ждала вас. — Её вдруг посетила мысль о том, что, возможно, он говорил о том, что простоял так на улице в ожидании неё невесть сколько, а она выпалила слова, вертевшиеся на языке так долго. Она не позволяла себе думать об этом, и в это мгновение ощущения рухнули на неё, заставляя чувствовать каждой клеточкой тела что-то необъяснимо приятное. — Ой, то есть, вы, наверно, имели в виду, что давно стоите тут. Его глаза слегка сощурились, а губы расплылись в сдержанной улыбке. — Вы всё правильно поняли. В этот миг, казалось, они оба застыли в странном куполе, скрывающем их от внешнего мира. Они стали детьми, не отделяющими слова от ощущений и не умеющими скрывать настоящие эмоции. Джесси это было в новинку. — Всё в порядке? — Голос Лиама послышался из-за спины. Джессика с трудом нашла в себе силы оторваться от едва ли не цепями приковавшего её к себе взгляда и согласно кивнула другу, отчего-то смущаясь. — Всё хорошо, Лиам. Езжай домой, пожалуйста. Я объясню всё позже. Пейн окинул недоверчивым взглядом незнакомца, в последний раз взглянул на Джесси, пытаясь понять, можно ли оставить её одну, и, убедившись в чём-то, вернулся в машину, предварительно сказав ей: — Ты всегда можешь позвонить мне, ты знаешь. Она посмотрела на водителя и обнаружила лёгкое недоумение в его глазах, что исчезло не сразу, в отличие от любой другой ненужной эмоции обычно. Он перевёл на неё взгляд, когда машина Лиама скрылась за поворотом. — Это мой друг. — Она не знала, зачем сказала это, но ей почему-то захотелось прояснить немного происходящее. Джесси нащупала в кармане пропуск и сжала его в руке. Голос дрогнул, скорее от волнения, чем от страха. Может, она и не могла осознать всё, что испытывала в данный момент, но она знала, что не боялась его. Она чувствовала, что могла доверять ему, и не могла объяснить причину. — Какая дата была на том пропуске? Когда его выпустили? Вы помните? Его глаза блеснули в понимании. — Помню. Тридцать первого января. Джессика протянула бейдж, раскрывая ладонь. — Он выглядел так? Незнакомец опустил взгляд на пропуск, затем снова взглянул на неё. Он по-прежнему улыбался, но выглядел немного встревоженным. — Так. Я пока не могу объяснить этого и, к сожалению, не могу остаться надолго. — Джесси резко выдохнула. На короткий миг она почувствовала, словно её вот-вот могли лишить чего-то важного. Тёплая рука накрыла её руку. Её пальцы были холодными, и от разницы температур его кожа показалась горячей, но вовсе не обжигающей. Как будто она коснулась кипящего на огне чайника, но не обожглась. — Езжайте со мной. Слова прозвучали негромко. Порыв ветра растрепал идеально уложенные волосы. Он был ледяным, но парень не дёрнулся ни на миллиметр. Он смотрел прямо на неё, и Джесси показалось, что она увидела надежду в его глазах. Этот день был тяжелым, ей очень хотелось сбежать от него, от всех этих событий. Хотелось спрятаться, забыться хотя бы на чуть-чуть. Среди десятка мыслей, крутившихся в её голове в эту минуту, она уловила одну чёткую и ясную. Она хотела сбежать с ним. Ей стоило только кивнуть, и парень тут же открыл для неё дверцу. Он придержал руку над её головой, чтобы она не стукнулась, пока садилась, быстро сел сам. Машина двинулась в путь. Они ехали в полном молчании, но оно было приятным. В салоне её встретил аромат фруктового чая, и Джесси обрадовалась ему, как ребёнок радуется неожиданному подарку. Когда автомобиль выехал за пределы города, она ничего не спросила. Не задала вопросов и тогда, когда они свернули на лесную тропу. Она была усыпана снегом, как и высокие ели, уходящие высоко вверх. Фонари пропали вместе с трассой, и единственным освещением остались включённые фары машины. Любая другая девушка на её месте забилась бы в панике. Они направлялись всё глубже и глубже в лес, настолько далеко от города, что Лондонское освещение осталось позади, и на небе показались звёзды. Незнакомец смотрел прямо перед собой, его несколько напряжённые руки крепко держались за руль. Он переживал, а Джесси чувствовала, что могла доверить ему свою жизнь. Внезапно машина остановилась. Незнакомец повернулся к ней, и Хидман поняла, что разглядывала его почти всю дорогу. — Держитесь крепче, мисс. Будет немного страшно. Со мной тоже было так в первый раз. Джесси не успела спросить, о чём он. Она посмотрела сквозь лобовое стекло и заметила два высоких каменных столба, стоящих на расстоянии примерно полутора метров. Парень вжал педаль газа в пол, автомобиль резко двинулся прямо им навстречу. Они вот-вот должны были врезаться! Чем ближе машина приближалась к столбам, тем ярче загорались синим пламенем узоры на них, которые сначала видно не было. Не в силах справиться с чувством нахлынувшего адреналина, Хидман вскрикнула и зажмурилась. Столкновения не произошло. Она медленно распахнула глаза. Перед взором предстало персиковое небо с медленно плывущими по нему облаками. Посреди была длинная дорога из мелкого жёлтого камня, а вокруг, по сторонам, не было ничего кроме розового моря, отражающего небесный свет. Казалось, вот-тот зайдёт солнце. — Это… это мы где? — Джесси разглядывала окружающее во все глаза. — Я и сам не знаю. Думаю, это где-то между нашими мирами. Я называю это место Межмирьем. Незнакомец говорил мягко, не спеша, словно боялся напугать её. Джесси не знала, была ли она напугана. Она любила красивые виды, так что в первую очередь увиденное впечатлило её, а уже потом она начала задумываться о том, что все знания, которыми она обладала, могли оказаться полной чепухой, если всё, что говорил этот парень, было правдой. И сейчас и до этого. — Здесь нет ветра, — он опустил боковые окна в машине, и Джесси прислушалась. Воздух был чистым; ни одна клеточка тела не уловила дуновения. Здесь было очень тихо. — Но как тогда облака движутся? — Не думаю, что это место можно объяснить научным образом. Я бы сказал, это часть легенды. — Какой? — Я хочу разобраться сам. — Он осмотрел дорогу впереди и задумчиво произнёс: — Я не знаю всех масштабов этого места. Когда-нибудь я дойду до конца и тогда буду знать, что рассказывать. — Он надавил на газ. — А теперь отправимся в мой мир. Машина ринулась вперёд, перед глазами сверкнуло, и Джесси увидела усыпанное звёздами небо, ели вокруг и снежные хлопья, неторопливо падающие на машину. Она обернулась, но позади не было ни столбов, ни уж тем более необычного места. Хидман знала, что не спала, ей не требовалось щипать себя за руки. На короткое мгновение она потеряла дар речи. Вдруг, из-за поворота показались два чёрных авто. Со скрипом колёс по снегу они остановились в нескольких метрах от них. Двери тут же распахнулись, и на улицу высыпало семь человек в чёрных костюмах. Они выстроились в форму угла и наставили на них пистолеты. Незнакомец выглянул из окна. — Всем отойти с дороги! Мужчины и женщины тут же сдвинулись с места, склонив головы и освобождая дорогу, и только один человек остался неподвижным. Света фар трёх машин было достаточно, чтобы разглядеть его лицо и замереть на месте, желая слиться с сидением. Строгий костюм, поднятые наверх, короткостриженые русые волосы, непривычно холодные карие глаза, и дуло пистолета, направленное на лобовое стекло Lamborgini Venen прямо в её лицо. — Лиам, ты тоже. — Голос водителя стал ниже и строже. Недоумение сверкнуло в глазах её лучшего друга, и он послушно отступил в сторону. — Это, это же… — Да. Этой детали я не знал до сегодняшнего вечера. — Незнакомец взглянул на неё. Джесси с трудом нашла в себе силы посмотреть на него, оторвавшись от рассматривания точной копии Лиама Пейна. Только волосы у него были слегка короче, а взгляд практически ледяным. — В твоём мире его тоже зовут Лиам. В твоём мире он — твой друг. Но это другой человек. — Он замолчал, и Джессика никогда ещё так сильно не желала, чтобы кто-нибудь немедленно с ней заговорил. — Я — король Британской империи. Моё имя, что не мог назвать тебе, Гаррольд Эдвард Стайлс.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты