Safehouse

      Когда ТиДжей внезапно сворачивает на в общем-то уже знакомую улицу, в его голову невольно приходит мысль: зачем? Не то чтобы его и раньше интересовал этот вопрос и собственная мотивация, но сейчас собственное поведение его озадачивает. Время позднее, девушка наверняка спит. Либо работает. Учитывая, сколько раз он уже заваливался к ней в гости без предупреждения, странно, что она его всё ещё не выгнала. Напротив, даже запасной комплект ключей выдала. Со словами: «Хаммонд, ты достал уже. На, держи.» Парень подбрасывает небольшую связку в руке, ловит её и фыркает. Кажется, она всучила второй комплект после третьего его появления. Или четвёртого?.. Поняла, что не отвяжется?       Замок издаёт тихий щелчок и глазам предстаёт ночная тишина полумрачной прихожей. ТиДжей проходит внутрь, захлопнув за собой дверь и не понимая, что его так настораживает. Ну тихо, да, значит хозяйка квартиры спит, и его приход немножечко невовремя. Впрочем, предварительное разрешение остаться если нужно у него давно получено, с условием, что он не будет шуметь. Луна, ещё не вошедшая в полную силу, ярко сияет на небе, освещая комнаты и придавая теням причудливые формы. Лёгкий сквозняк холодит кожу… стоп. Какой к чёрту сквозняк?! Откуда, почему у неё в квартире почти что ледяная камера? Хаммонд спешно проходит по немногочисленным комнатам и в той, которая иногда служила Алисе рабочей, но в основном всё же спальней, обнаруживает хозяйку. Девушка лежит на полу, босая, с немного распростёртыми в стороны руками и слегка согнутой в колене правой ногой. Из одежды на ней чёрные прямые брюки и белая рубашка, расстёгнутая на две пуговицы сверху и одну или две снизу. Тёмные длинные волосы живописно растеклись по полу, несколькими прядями украшая плечи. Окно в комнате раскрыто почти нараспашку.       — Твою мать. — ТиДжей не смог увидеть в темноте, она вообще жива или не совсем, и потому подскочил рядом, хватая её за руку. Кожа конечно оказалась прохладной, но то был эффект от гуляющего по комнате ветра. Пульс на запястье прощупывается сразу и бьётся почти ровно и спокойно.       — Томас, какого чёрта? — раздаётся женский голос, ровный под стать сердцебиению. Её сердцебиению, потому как у самого ТиДжея, он в этом уверен, пульс скакнул так неплохо.       — Это я тебя хочу спросить, какого чёрта, — парень пристально смотрит в тёмные в лунном свете глаза. — Какого чёрта ты меня так пугаешь? Прикинулась тут трупом…       — Я отдыхала.       — На полу? — Трудно сказать, чего больше в голосе молодого человека, скептицизма или иронии.       — А что тебя не устраивает, — практически стерев вопросительные нотки, интересуется Алиса. — Я у себя дома, что хочу, то и делаю. Захотелось на полу поваляться — вот и валяюсь.       — Открытое настежь окно! — Хаммонд уже встал и в полный рост возвышается над продолжающей лежать девушкой. Она подниматься явно не собиралась.       — М-м, это, — девушка задирает голову вверх, слегка поморщившись (часть волос больно натянулась при движении), смотрит на распахнутую от ветра створку и возвращается в первоначальную позу. — Я собиралась его прикрыть. Минут через пятнадцать-двадцать.       — Ага! — возражает ТиДжей и, не дожидаясь, пока эта сумасшедшая замёрзнет, закрывает окно сам, оставив впрочем небольшую щель — приставив парочку увесистых книг с ближайшей полки.       — Хочешь — присоединяйся, — произносит девушка во тьму. — Какими судьбами?       — Соскучился! — отвечает парень, устраиваясь рядом и с удивлением понимая, что сказал чистую правду.       Луна светит почти в глаза, Хаммонд отворачивается от её раздражающих лучей в сторону девушки и при ближайшем рассмотрении обнаруживает едва заметные, прячущиеся в локонах проводки к наушникам. Если сильно прислушаться, то можно даже различить мелодию и голос. А на потолке фосфоресцирующими тонами светится Вселенная, от ярких ослепляющих пятен созвездий до тёмных мрачных глубин.       — Ого! — Томас впервые видит расцвеченный красками потолок в комнате Эстер. Алиса на мгновение открывает глаза, прослеживает за взглядом друга и закрывает их обратно.       — Задолбалась рисовать. С четвёртой попытки только вышло то, что хотелось.       — А когда ты успела?       — Да с полгода назад наверное, точно не помню. Мучилась долго, но оно того стоило.       О том, как долго у неё потом ломило шею от сего креатива, Элисон молчит. Отчасти из-за подобных проектов девушка особенно полюбила валяться на полу, что делает и сейчас. Как-то становится свободнее дышать после. Звук в наушниках сдвигается до минимума.       Хаммонд долго-долго разглядывает необычный потолок, подмечая размытые границы чёрно-сине-фиолетового неба, словно стекающего в комнату, просачивающегося по стенам. Совершенно точно узнаёт созвездие Ориона, подозревает в одной из галактик Андромеду, вспоминая давно, ещё в детстве пролистанную книгу о космосе. И на этом его воспоминания заканчиваются; в нарисованной Алисой Вселенной далеко не все объекты легко опознать. Видимо, не все из них были взяты из реальности. Однако, несмотря на невероятную красоту над головой, один вопрос его всё-таки активно терзает.       — И как тебе живётся? — на непонимающий взгляд повёрнутой в его сторону головы, ТиДжей поясняет: — С таким тёмным потолоком.       В самом деле, комната Эстер — единственная настолько мрачная по цветам, в прочих белого гораздо больше. А здесь царство тонов синего цвета, до чернильной темноты, разбавляемое яркими пятнами галактик и звёзд-созвездий. Конечно, в её комнате, как и везде, большие широкие окна, достаточно высокие для освещения всего ограниченного стенами помещения. Частично светлая мебель и даже пушистый бежевый ковёр, сейчас убранный неведомо куда.       — Мне? Нормально. А гостей здесь почти не бывает.       — Совсем? — удивляется Хаммонд.       — Не считая тебя? Почти нет. Подруги конечно иногда заходят, но я эту комнату обычно оставляю закрытой. Всё-таки и рабочее, и личное пространство.       — А мне, значит, допуск разрешён?       — Ну, — Алиса закидывает руки за голову, уставившись на дальнюю ярко-белую точку в причудливо изогнутом созвездии. — С учётом того, как часто ты нарушал периметр квартиры, появляясь тут весьма внезапно и неожиданно, и после выданных ключей… Считай, что я тебе доверяю. В данных рамках. И только посмей пересечь границу моего личного пространства, — с лёгкой угрозой шустро добавляет Алиса, явственно намекая на совсем иные рамки — а то мало ли, вдруг с него станется проверять и их. В ответ раздаётся отчётливое фырканье ТиДжея. Элисон молча про себя надеется, что парень её услышал.