Ангелы здесь больше не живут

Ангел, оказавшись рядом со Школой, оглядывался в поисках сокурсников. Казалось, что небо вот-вот рухнет. Огненные молнии, озарявшие его, явно напугали тех, кто здесь недавно. Но не Серегу. Пригнувшись от летящих с неба осколков, он уверенно двинулся в зданию Школы. — Осторожней! — голос Кристины и ее рука, схватившая его за запястье и выдернувшая его из-под небесного обстрела. — Ух, спасибо, — Мыцик, оказавший в безопасности, посмотрел на место, где только что стоял… Там лежал увесистый камень, отвалившийся от стены. Интересно, можно ли умереть второй раз? Хотя лучше не экспериментировать. Кристина привела его в убежище, организованное в подвале здания Школы. — Что происходит? — Никто не знает, — развела руками подошедшая Жанна. — Руководство на связь не выходит. — Значит, здесь только учащиеся? — Да, и ангелы, и демоны. — Любопытно, зачем нас всех вызвали, можно же было отсидеться на Земле, раз здесь такой апокалипсис, — хмыкнул демон Зураб, потерев в задумчивости рог. — Демон, который боится конца света. Смешно, — подколола однокурсника Жанна. — Так что будем делать и кто возьмет на себя руководство? Предлагаю Сергея. Что за привычка вешать коллективную ответственность именно на него? Один раз он уже прокололся…и вот он здесь. Ведь клялся же, что заткнет свои амбиции и лидерские качества! Будет тихо и мирно выполнять указания Шефа, не лезть вперед… А тут эта провокация от демоницы. Ну, явная же провокация! Демоны ни за что не станут ему подчиняться. Да и среди ангелов у него авторитет не заработан. Жанна, наблюдавшая за тем, что происходит на улице, почувствовала его взгляд на себе и хитро улыбнулась. Потом, покосившись на Кристину, бурно обсуждающую сложившуюся ситуацию в толпе других ангелов, подошла к Сереге и доверительно положила руку ему на плечо. — Ты справишься, я уверена. — Ну, если только ты ко мне в напарницы пойдешь. — С огнем играешь, Сереженька, — рыжая бестия без стеснения положила вторую руку. Физику показалось, что его снесло волной презрения со стороны ангельской половины тусовки (и восхищения со стороны демонической). Но руки с талии демоницы не убрал. Раз уж демонстрировать всем свой авторитет, так уж и в этом тоже. — Ладно, — к парочке подошел Зураб. — Мы обсудили с ребятами. Мы согласны. Возглавляй наш партизанский спецотряд. Ты ж человек военный, грамотно все сделаешь. — Сделаю, будь уверен. Кто-нибудь в курсе, есть ли кто-то на территории или в башне — Наши все здесь, — ответила Крис. — У нас двоих нет. Подростки 9 и 12 лет. Игнат и Федор, — подал голос кто-то из демонов. — Нужно в башню пробиться, там опаснее всего сейчас. А учитывая факт, что рогатые не имеют чувства самосохранения и часто лезут в самое пекло, они именно там. — Но-но, полегче! — Ша! — прикрикнул Серега. — Еще драки мне тут не хватало. Итак, мы с Жанной идем к башне. Зураб с группой прочесывает парковую зону, Кристина организовывает полевой госпиталь. — Есть, товарищ старший лейтенант! — вытянулась по струнке Крис. — Капитан я, товарищ лейтенант, — поправил ее Мыцик. Оказавшись рядом с башней, где располагалась обширная магическая библиотека, Жанна переняла инициативу. — Я иду по лестнице, ты — сверху. — В смысле? — он посмотрел наверх. — В смысле, крыльями! — Но… — Сережа, не тупи! Действуй! Когда демоница скрылась за дверями, Серега сосредоточился. И как вообще эти крылья у него появятся? И как потом подняться в воздух? Видимо, зря он в тот раз отказался от практики с Кристиной. Режущая боль в районе лопаток оповестила ангела о том, что крылья у него все же появились. Он опасливо оглянулся через плечо. Белые перья. Бррр… Что он, лебедь теперь или ворона, или цапля? Тьфу ты! — Так, сосредоточься! Там вверху испуганные дети, а ты тут комплексуешь, что глупо выглядишь! — уговаривал себя шепотом капитан Мыцик. Подпрыгнув в первый раз, он завис в 10 сантиметрах над землей. Подпрыгнув второй — оказался на высоте башенного окна. — Ого! Мощно… Спрыгнув с подоконника, он оказался в малом зале библиотеки, здесь не было и тени того апокалипсиса, что был снаружи. Отличное магическое защитное поле. Вот где надо было убежище делать. — Долго стоять будешь? — И где этих ваших детишек искать? — ангел присел на подоконник. — Игнат! Иди сюда живо, а то рога откручу! — крикнула демоницы вглубь стеллажей с книгами. — Да, Жан, у тебя явный педагогический талант. Я б на его месте точно не вышел. — Сам попробуй, раз такой умный! — обиженно надула губы рыжая. — Молодые люди, если вы сейчас покинете свое убежище и пойдете с нами, обещаю дать вам столько конфет, сколько пожелаете. — Осторожней, Сереженька, обещаний демонам не давай. Даже пустяковых. Игнат! Быстро выходи! — демоница топнула ногой. — Ладно, выхожу, тетя Жанна, — послышался мальчишечий голос из отдела Защитных заклинаний и из ниоткуда материализовался демоненок с красным лицом и рогами. — Это не я придумал спрятаться! — Да, давай, сдавай зачинщика, — рассмеялась Жанна. — Серег, забирай его. — Это что, мы сейчас полетим? — восторженно пискнул мальчик. — В смысле, мы сейчас полетим? — испугался ангел. — Вот и подружились, — девушка отдала ему Игната прямо на руки. — Не урони. Десятилетний мальчик вцепился Сереге в шею. — Осторожней, когти же… — Извините… Как только ангел с демоненком прыгнули в окно, башня затряслась. Приземлившись, они наткнулись на демона Зураба. — Как ты посмел бросить ее там одну? Как? А если она не сможет выбраться? — Так, стоп! — отодвинул демона с пути. — Отнеси мелкого в убежище. Жанна — не маленькая девочка, выкрутиться. Видимо, мы нарушили защитное поле… — Чего стоите? Бежим! — рыжая тащила за собой испуганного Федора. Как только она все оказались в убежище, небо угомонилось. Оно вновь было чистым и ясным. Скорее всего, примирение ангелов и демонов остановило начавшийся конец света. Волны разбивались о песчаный берег. Серега лежал на спине и смотрел в небо. Как же хорошо, когда тишь да гладь. Но сейчас нельзя было разлеживаться, у Леськи явные проблемы… И тут же, словно в ответ на его тревожные мысли, планшет мигнул и выдал… «Олеся Уманова, 25 лет, боец спецназа. Несчастный случай на работе».

***

Леська залегла на точке. Было немного обидно, что ее не взяли на штурм, а отправили на позицию снайпера. Ух, она бы этих террористов всех самолично скрутила. Захватить школьную группу, отправившуюся на прогулку на речном трамвайчике. Уроды. Ума протерла рукавом прицел снайперской винтовки. Перед глазами все поплыло, девушка испугалась и принялась быстро-быстро моргать, в надежде, что туман исчезнет. На мгновенье ей показалось, что все в порядке, но режущая боль ударила в виски. — Ума! Ты где там застряла, почему не докладываешь? — раздался в гарнитуру требовательный голос Тарасова. — На позиции, Бизон, — ответила Леська, рьяно протирая глаза кулаками. — Отлично. Готовься. — Есть! В прицел она видела только пятна. Что же она вытворяет? Конечно, риск — это ее второе имя (первое — безрассудство). Серега присел рядом, осмотрел винтовку… Нет, проблема не в снаряжении. Значит, в самой Умке. Он положил ей руку на плечо в попытке почувствовать, что с ее эмоциональным и физическим здоровьем. Перед глазами у него замелькали пятна. Она ж ничего не видит… Леську обдало холодом, она недовольно дернула плечом, словно пытаясь скинуть что-то тяжелое, навалившееся на нее. Оглянулась. После налетевшего вихря холодного воздуха и попавшего в глаза снега, она снова принялась тереть глаза рукавом. — Стреляй, Ума! Дана на верхней палубе не справляется, неужели не видишь? — отчаянный крик Опера в гарнитуру, и Леська выстрелила. Раздался взрыв. Это бандит, перекрывший проход Лазаревой, получив пулю в плечо, выронил гранату. Ума промахнулась, но остается жить. Но Дана…

***

Вика открыла глаза и тут же зажмурилась снова. Слишком светло было в помещении. Ровные ряды белых кресел, белые же стены. Пару минут она тупо пялилась в потолок. Перед глазами замелькали кадры. Вот они с ребятами штурмуют речной трамвайчик. Вот она слышит в гарнитуру крик Опера. Вот ее ослепляет вспышка. Взрывной волной Дану отбрасывает в холодную воду. И больше ничего. Сквозь тьму она слышитт обеспокоенный голос Бизона, ее аккуратно берут на руки и кладут на что-то мягкое. Воспоминания причиняли почти физическую боль, девушка поморщилась и собралась вставать. Как-то неудобно лежать на полу, вдруг кто войдет в этот зал. — Очухалась? — его голос она сразу узнала. Это сон. Просто сон. Сергей снова захотел с ней пообщаться и приснился. Но выглядит он как-то чересчур реально. Кажется, что она может до него дотронуться. Не только может, но и очень-очень хочет. Он стоял в полуметре от нее. Одет был не в форму, а в гражданку. Светлая рубашка и джинсы, Он же говорил, что он ангел… Тогда где же у него крылья? — Что за… — Вика резко дернулась, перед глазами замелькали искры. — Осторожней, — улыбнулся Физик. — Давай руку! — Я что…умерла? — Пока нет, — Сергей, убедившись, что она может находиться в вертикальном положении дольше пары секунд, чуть отступил. — Ты, если можно так сказать, на экскурсии. А как там мама и Пашка без нее? А«Нерпы»? Нет-нет, ей умирать нельзя ни в коем случае. Это будет абсолютно неправильно! Девушка посмотрела на Физика. И с ним тоже было все также неправильно. Но ведь она точно знала, что он погиб. И вот сейчас он берет ее руку в свою и куда-то ведет по длинному коридору. Рука у него теплая, кожа грубая, ногти обкусанные… А мысль про крылья все из головы не шла. По щелчку пальцев они перемещались в пространстве и времени. За час Дана увидела столько, сколько не видела за всю жизнь. Все служба… Бесконечная. Что она видит? Бандитов. Группу. Базы. Иногда море. Иногда Леська в клуб вытащит… А в мире столько прекрасного и недоступного. Физику теперь вон сколько доступно… Магия. — Ты вся дрожишь. Неужели боишься? — он заботливо поправил у нее на плечах куртку. — Нет. Не боюсь… Просто…кхм…необычно. И удивляет, откуда у тебя мой альбом? — Какой альбом? — хитро улыбнулся Серега. — Ну, с фотографиями… У меня в детстве был. Отец подарил. Там изображения красивых мест, достопримечательностей. Около тех, которые мне особенно нравились, я делала пометки на полях маркером. Потом мама ругалась, что я такой альбом испортила. Сейчас мы оказываемся именно в тех местах, что я отмечала… — Удивительно просто, — он остановился. — Это просто магия, Вика. Мы оказываемся там, где хочешь ты. Кстати, где мы сейчас? — Это ретро-кафе в Питере, называется «Париж», — Дана отхлебнула взявшееся из ниоткуда латте. — Неужели не бывал там? Плетеные стулья, дурацкие занавески, море зелени в горшочках на окнах и вазочках на столах, французские песенки по радио. Наверное, ему бы понравилось здесь и при жизни. — Нет, не успел, — тяжело вздохнул. — А можно мороженого? — Конечно, — у него в руке появился рожок. — Шоколадное. — Мое любимое. — Я знаю. Вике всю жизнь хотелось иметь под боком мужчину, который бы читал ее мысли и угадывал желания. Спокойного и надежного. Такого, чтобы рядом с ним быть слабой. Быть просто влюбленной дурой. И вот такая вот «мечта» шла рядом с ней сейчас. Девушка, немного смущаясь, взяла его за руку. Снова остановились. Физик, не дожидаясь, пока она испугается еще больше, сгреб ее в объятия. Вику пронзило холодом. Состояние эйфории от приключения резко прошло. Ей нужно домой. Хотя и к нему ее тянет магнитом, с ним ей неимоверно хорошо. Серега еще крепче ее сжал, Дана уткнулась ему в плечо, попыталась вдохнуть его запах… Но никакого запаха от него не шло… Он призрак. От него не может пахнуть… Все встало на свои места. Только холод. — Я не могу остаться, — ее пальцы чуть царапали ему спину. — Я бы тебе этого и не позволил, — его рука надежно зафиксировалась пониже ее талии. — Тогда зачем привел? — Прикоснуться к тебе хотел, — он чуть отпрянул, посмотрел ей в глаза. — И еще кое-что… Но ты испугаешься… — Будет больно? — провела указательным пальцем по губам. Он явно был напряжен, и девушку это заводило. Нужно было подтолкнуть его к активным действиям. — Вероятно. Раньше не пробовал. — Делай, — Дана чуть притянула его к себе, их губы соприкоснулись в легком поцелуе. Вику словно вывернуло наизнанку. Легкие обожгло холодом. Что-то тяжелое ударило в грудную клетку. — Ну, вот и славно, — ухмыльнулся мужчина в белом халате, нависнув над Лазаревой. — Заставили нас всех поволноваться, милочка. Девушка перевела взгляд с потолка на врача, сжимавшего «утюг». — Остановка сердца, — пояснил тот. Остановка сердца. Экскурсия на тот свет… Его руки. Его губы. Его серые глаза, наполненные тоской. Сергей нашел в себе силы отпустить ее на землю. А у нее почему-то сил остаться с ним не нашлось. Когда Дану перевели в обычную палату, к ней пришли «Нерпы». Они рассказывали о службе, постоянно перебивая друг друга, о том, что Леська рассталась с Костиком, и теперь за ней ухлестывает какой-то омоновец (кажется, Максим), как Катя (теперь уже официально Тарасова) знакомила Борьку с родственниками… Вот только Багира сидела поотдаль и отмалчивалась. Вика несколько раз открывала рот, но главный вопрос задать начальнице почему-то не получалось. Наконец, она собрала волю в кулак. — Когда я смогу на службу вернуться? В палате повисла тишина. Вика все поняла. Она переводила взгляд с Бизона на Кота, с Кота на Уму, с Умы на Опера… Ребята прятали глаза. И тогда Дана просто потеряла к ним интерес. Просто с болью, с криком, разрезавшим тишиу, она вырвала из сердца уже бывших друзей. — Пошли вон! Бизон, оставив на ее кровати пакет с апельсинами, пошел к выходу первым. Последней шла Кошкина. — После такого не возвращаются, ты это прекрасно знаешь. Дана стиснула зубы, сжала пальцами простыню. И ради этого она стремилась вернуться? — Сереж, пожалуйста, поговори со мной. Ты мне нужен, — прошептала Вика, закрывая глаза. Ей нужно было заснуть и поговорить с ним. С Умановой же он разговаривал таким способом, а не наяву… Может, и у нее получится. Должно получиться… Должно! Сергей скривился словно от зубной боли. Он сидел на берегу Черного моря в ожидании очередного подопечного. Крик Вики рвал ему сердце, но к ней больше нельзя… Она должна была умереть и стать его напарницей. Выбора у нее не было, но Сергей всегда славился своим упрямством. По договоренности с «работодателем». Условие было одно — Шеф ее отпускает на землю, дает ей право на новую жизнь, Физик же больше не имеет права с ней общаться. Слышит ее крики, видит ее слезы. Но помочь больше не может. Теперь он помогает только посторонним людям. Сглотнув, он уронил лицо в колени. — Совсем тяжко? — хмыкнул голос сверху. — Не ваше дело. — А, может, мне вас жалко стало, Сергей Яковлевич? — сочувствия в голосе Шефа не было, больше издевки. — Какой прок мне от вашей жалости? — огрызнулся ангел. — Да так…есть один эксперимент. — Снова? — Вам же прошлые понравились? — Делайте, что хотите.