Чем черт не шутит

      Девушка слегка поморщилась, кожей лица почувствовав внезапный перепад температур. Ощущения были как будто цикличны - приливы холодного воздуха касались щёк и всякий раз выдергивали Раду из царства Морфея, оставляя плавать где-то на границе между сном и бодрствованием. Вялое сознание старалось уловить какую-то важную мысль, но она, увы, была недосягаема, находясь где-то глубоко в клубке хитросплетений других нейронных сигналов. Мимолетное затишье этого водоворота породило случайную, но самую логичную в данной ситуации догадку: «Опять забыла полностью закрыть окно». Проверять своё предположение Рада не стала - лишь лениво поддалась естественной потребности и беззаботно снова ушла в мир сновидений.              Очередной прилив стужи оказался гибельной волной, лавиной, накрывшей Шанскую полностью. Ее будто резко окунули в прорубь, тело всячески старалось согреться, начиная мелко подрагивать, а по венам, казалось, пустили сжиженный азот. Девушка резко села и открыла глаза, которые сразу же начали раздражаться от количества белого цвета вокруг. Сон как рукой сняло. Рада отдернула окоченевшую ладонь и прижала руку к груди, запоздало осознавая, что нащупала снег. Да что уж там - теперь она заметила, что снег был везде: начиная с застывших мокрых комьев, прилипших к джинсам и заканчивая колючими хлопьями за шиворотом.              Кругом была, казалось, бескрайняя снежная пустыня. Небо над головой было ясным как погожим осенним деньком, и только далеко впереди между вершинами гор, словно войска перед атакой, висели темные тучи.              Если в начале незавидного пробуждения сердце Шанской стучало, словно заводная обезьяна с тарелками, отдавая неприятной пульсацией в голове, то теперь оно, вобрав в себя всю тревогу, окаменело, расширилось и давило на ребра, доставляя почти физический дискомфорт одним своим существованием.              Девушка сглотнула вязкую слюну и рассеяно нашарила левой ладонью лямку небольшого рюкзака, который, как оказалось, валялся совсем рядом. Она встала, сиротливо кутаясь в зимнее темное пальто, которое всегда спасало ее в минусовые температуры в Москве, но сейчас пользы приносило чуть больше, чем легкая ветровка. Кое-как отряхнувшись, Рада решила ещё раз осмотреться, потому что необходимо было двигаться - хотя бы, чтобы не окоченеть. К сожалению, «красочный» пейзаж вокруг не предоставлял альтернативы, и Шанская бы так и продолжала мяться на одном месте, но внезапно небо озарилось красной вспышкой, которая, набрав определённую высоту, плавно потухла.              «Фейерверки», - мысль была настолько спасительной, что Рада доверилась ей почти сразу, - «А где фейерверки, там и люди».              И вот она уже, поспешно накинув рюкзак на одно плечо, неуклюже бежит по сугробам в ту сторону, где совсем недавно в небе пестрело красным.              Бежать, к великому счастью девушки, пришлось недолго - минут пятнадцать от силы. Все силовые резервы были брошены на преодоление небольшого холмика. Пологий склон был покрыт коварной снежной периной, скрывавшей под собой другой гладкий и оледеневший слой. Не подозревая о об этом и сделав несколько шагов рывками по холму чисто на инерции, Шанская чуть не поцеловала холодную землю, вовремя выставив руки вперёд. Ладони сразу обожгло будто огнём, и Рада поторопилась принять вертикальное положение. Дальнейшее продвижение по холму очень быстро пришлось осуществлять почти ползком на четвереньках, и только на вершине девушка смогла выпрямиться и отряхнуться. К тому моменту дыхание, сбившееся уже где-то на середине подъема, начало сопровождаться характерным покалыванием в боку.              Рада мученически скривилась - свидетельство подступающей истерики. Теперь она была на пускай и не очень большом возвышении, но и этого хватило, чтобы худшие опасения начали подтверждаться. Впереди от неё на все триста шестьдесят градусов тянулось белое, не изобилующее ландшафтами, пространство. Взгляд зацепился за странное чёрное нечто, разительно выделяющееся на фоне мертвой белизны. Смахнув с глаз влагу, девушка разглядела старый корабль, но ее внимание моментально переключилось на две фигуры, которые двигались в противоположную от исполинской громадины сторону. Они были достаточно далеко, поэтому Рада могла лишь смутно различить их очертания, по которым, собственно, она и прикинула, что незнакомцы были едва больше неё по комплекции.              - Лю-ю-ю-ю-ди! - попытка предельно напрячь голосовые связки получилась, на удивление, болезненной, поэтому крик получился хриплым. Однако фигуры, как по команде, синхронно вздрогнули и обернулись, и Шанская восприняла это как руководство к действию.              Девушка рванула вниз по склону, проскользив на своих двоих почти до самого подножия холма, и с завидной прытью горного козла двинулась прямиком навстречу незнакомцам.              - С наступающим, - Рада опёрлась руками о колени в попытке отдышаться.              Дети - а теперь у Рады не было сомнений, что это были именно они - переглянулись и как-то странно уставились на запыхавшуюся девушку, лицо которой от нехватки кислорода уже стало покрываться красными пятнами.               Когда дыхание пришло в норму, Шанская выпрямилась и ей удалось более подробно рассмотреть незнакомцев. Девочка с миловидным смуглым личиком была одета в старомодную, но явно очень теплую – тут Рада даже почувствовала прилив зависти – дубленку, ворот, рукава и подол которой были отделаны мехом. Мальчик же был…эм…лысым, татуированным и, что более важно, какого-то хера был одет как пляжник – не буквально, конечно, но при таком морозе он уже должен был походить на ходячий косплей бомжа после недельного запоя, только на несколько оттенков более синего. В общем, мальчугана, так невовремя напомнившего Раде того самого «Мальчика в полосатой пижаме», захотелось укутать, чем девушка и начала заниматься.               - Твою мать, - Шанская сняла с себя шапку, не заметив, что своим восклицанием немного испугала встретившуюся ей парочку. – Ты почему голый на морозе торчишь? – она натянула головной убор на голову мальчишки.               Тот сначала в непонимании уставился на Раду, но вскоре улыбнулся и звонко рассмеялся.               - Спасибо большое, конечно, но мне не холодно, - девушка почти сняла с себя пальто, но теперь застыла с явным отпечатком непонимания на лице. – Воздушные кочевники могут контролировать терморегуляцию организма, - Шанская прикрыла глаза, пораженная внезапной догадкой: «Пиздец. У него от болевого шока поехала крыша. Теперь пацану прямая дорога в дурку».               Рада решила контролировать эмоции, которые отражались на ее лице, чтобы не делиться с жертвой обморожения своими предположениями, «понимающе» кивнула и обратила внимание на девочку. С той визуально – хвала всем известным миру богам – было все хорошо, вот только выглядела она так, будто вот-вот расплачется.               - Что с лицом? Мать умерла что ли? – Рада брякнула чисто машинально – она, как и большинство представителей ее возрастной категории, уже давно включила мемы в часть своего социального общения.               Нижняя губа девочки задрожала, и Шанская внутренне напряглась. Две влажные дорожки на обмороженных щеках быстро превратились в неконтролируемые рыдания. Знатно прихуевшая Рада смотрела на незнакомку с открытым ртом и ничего не понимала.               - Маму убили люди огня, - сквозь всхлипы выдала незнакомка.                В моменты, когда здравый смысл бессилен, остается опираться только на эмоции, а Шанская теперь явно ощущала прилив патронического сострадания к юной особе, потому что неосознанно начала ассоциировать себя с ней – ведь она сама тоже недавно была готова расплакаться, и неважно, что причины для слез у обеих были разные. И, пускай Рада в душе не знала, кто такие эти «люди огня», она для себя отметила, что после увиденного не имеет никакого желания встречаться с ними лично.               «Надеюсь, я не в Южном Бутово, потому что дело пахнет жаренным. Если так окрестила себя местная ОПГ, то нам лучше убраться отсюда побыстрее»              Неожиданно для всех, Рада притянула к себе плачущую девочку. Одной рукой она начала гладить ее по волосам, а второй дружески похлопывала по спине. Незнакомка, видимо, была поражена таким развитием событий, из-за чего сразу недоверчиво напряглась всем телом. Мальчик отреагировал аналогично - незаметно подавить попытку разнять двух девушек у него не получилось.              - Извини, я не знала, а в моем окружении своеобразный юмор, - выдала Шанская, когда девочка мягко освободилась из ее объятий. Рада уловила, что незнакомка быстро подобралась и испытала облегчение, когда оказалась от Шанской на некотором расстоянии.              - Все хорошо, - уверила девочка.- Меня зовут Катара, а это, - она махнула в сторону мальчишки, - Аанг. Ты заблудилась?              - Рада, - ответила девушка, но, почувствовав неладное, спохватилась и добавила, - имя, в смысле.              - Какое странное имя, - Аанг удивленно улыбнулся.              «Охуеть, серьезно?»              - Да, есть немного, - Шанская вернула вежливую улыбку. - А мы где, собственно, находимся? Это Москва или уже область? Хотя я искренне не понимаю, как это может быть второй вариант.              - Не знала, что тут есть ещё поселения, - Катара нахмурилась.              «В смысле, блять? Так, тут два варианта: либо я действительно в какой-то жопе мира, либо у этих детей массовое помешательство - в любом случае, дерьмо. Родители точно убьют, когда я вернусь обратно, потому что я в душе не ебу, как буду оправдываться, сама ничего не понимая», - Рада мысленно обречённо промычала. - «Сука, точно. Они же, сто процентов, звонили»              - В любом случае, мы живём в деревне неподалёку. Может, Пра-Пра что-то знает — это моя бабушка, кстати, - продолжала Катара.              - Круто, - пробурчала Рада, когда, наконец нашарив в рюкзаке телефон,с сожалением отметила, что связи не было, - Ну-у-у, пойдёмте что ли?              «Надеюсь, родителей не хватил удар, потому что, похоже, связи не было все то время, что я валялась в снежной канаве, то есть всю ночь»              - Ага, - кивнула девочка, - только давайте поторопимся. Мы случайно активировали какую-то ловушку на старом вражеском корабле. Я хочу предупредить всех, что это не внезапная атака, - стыдливо и немного растерянно выпалила Катара.              Рада замерла, ошалелым взглядом уставившись на девочку. Та проинтерпретировала этот жест по-своему, приняв его за немой упрёк.              «Вражеский корабль, люди огня... Бля-бля-бля, а если она дочь одного из глав воюющих группировок? Не, ну нахер, такое только в кино бывает. У детей просто богатая фантазия»              Очередной порыв ветра забрался под пальто и Рада, вспомнив, что ее зубы уже давно почти что танцуют чечетку, мысленно махнула рукой, в последний момент удержавшись от аналогичного физического жеста.              - Тогда поторопимся, - серьезно сказала Шанская.              Дети молча повели ее в неизвестном направлении.              Пока они шли в тишине, Рада размышляла. Чем больше она анализировала, тем больше неотвеченных вопросов у неё появлялось. Тревога, до этого немного притупившаяся, снова начала расти в геометрической прогрессии. Во-первых, было нихера непонятно, как она не замёрзла до смерти в сугробе, если пролежала там больше нескольких часов. Во-вторых, сам факт того, что она буквально была на волоске, валяясь посреди снежной пустыни в беспамятстве, изрядно щекотал накалённые до предела нервы. И это все, не считая каких-то ебаных людей огня, всратых имён и явно маниакальной тяги одеваться в одну цветовую гамму.                     Когда Рада увидела всевозможное разнообразие жилищ кочевых народов севера, начиная с ветхих землянок и заканчивая массивными иглу, ее челюсть чуть не поздоровалась с землей.              «Ебаный пиздец»              Шанская рассматривала людей в синих шубах, которые, в свою очень, тоже пялились на девушку, будто та была самым цветастым павлином в зоопарке.              «Какого хера. Что за поселение смурфиков»              Вот только вместо Папы-смурфа была Пра-Пра, которая сейчас отчитывала Катару и Аанга и несла все тот же бред про нихуя-себе-уже-целую-нацию-огня.              Рада с безразличием покойника проебала момент, когда ее представили брату Катары Сокке и обратила на всю эту клоунаду внимание, только когда сын вождя - ну, не главы мафии, но, по ощущениям, близко - перевёл стрелки на Шанскую, обвиняя ту к причастности к тем самым людям огня.              - Ты шпион народа огня, признавайся! - не унимался парень. - Очень странное совпадение: вот Катара с Аангом посылают сигнал с вражеского судна и тут ты - «потерялась», - Сокка картинно развёл руками.              - Черта с два, - флегматично отрезала Рада.              Она уже немного успокоилась, ведь нашла новое и, о Боже, почти полностью логичное объяснение происходящему. Когда-то от хорошей знакомой Шанской пришлось выслушивать получасовой рассказ про выезд клуба исторической реставрации. В общем, ценители сия хобби совершают глобальные вылазки в места, не тронутые человеком, и честно с завидной точностью воспроизводят события давно минувших дней. Позже Рада узнала, что такие, как она сама их окрестила, массовые ролевухи устраивались не только на историческую тему, но и по сюжетам книг и фильмов.              И вот Рада начала подозревать, что весь этот цирк - одна из таких реставраций по какому-то незнакомому ей фэндому. Оставалось только восторгаться мастерской игре местных ролевиков, различным реалистичным бытовым приблудам и снастям.              Некоторое время Шанская только молча наблюдала, ощущая себя зрителем живого представления. Когда Аанг покинул деревню, а местные начали готовиться к атаке, Рада решила найти кого-то вроде администратора. Она помнила, что все вещи из реальной жизни, не имеющие отношение к воспроизводимой эпохе, сдавали и оставляли на хранение в одном помещении. Там игрокам позволяли выходить из роли и общаться свободно. Шанская решила, что начнёт искать, проверяя самые большие постройки - все-таки людей тут было около полсотни. Ранее ей гостеприимно выдали пару шерстяных носков и какую-то плотную шаль, поэтому теперь она могла немного расслабиться.              Проходя мимо Сокки и его отважных варяг, Шанская только ещё раз про себя возмутилась. Она могла понять и принять любые хобби, даже если ей они казались сплошными извращениями, но она искренне не понимала, зачем ввязывать в это детей, которые явно не хотели делать, что им неинтересно, и держаться в роли.              В основном среди ролевиков были женщины и, что тоже было удивительно, старики. Все занимались своим, казалось, привычными бытовыми делами, только с лицами, тронутыми суетливой тревожностью. Это заставило Шанскую подумать, что вживаться в роль на таких мероприятиях не так уж и сложно - никаких ограничений по актерскому мастерству, видимо, не было.              Спустя около часа скитаний между одинаковых построек, девушке повезло наткнуться на огромный, по сравнению с другими помещениями, деревянный балаган. Шанская воровато оглянулась - не факт, что «чужачку» пустят в склад личных вещей, но поблизости никого не оказалось.              Девушка дернула деревянную дверь, та тяжело поддалась. Но ничего, кроме брёвен и сена, здесь не было. Рада на всякий случай обошла помещение ещё раз, но ничего, что бы напоминало ей о «реальной» жизни, не обнаружила.              «Бляяяяять»              Шанская, если не расстроилась, то явно сильно огорчилась, потому что желание уже наконец съебаться и больше никогда не вспоминать этот ералаш только росло.              Внезапно, она ногами почувствовала резкий толчок, как будто до этого постройка висела в воздухе и только сейчас упала. Послышался звон друг о друга каких-то котелков. Рада поспешно покинула балаган и заметила, что все толпой потянулись куда-то в одном направлении. Что бы это ни было, но начиналось какое-то шоу. Рада, естественно, решила понаблюдать, хотя бы чисто из любопытства.                     Прежде чем Шанская успела осознать всю опасность ситуации, ноги уже понесли её к недовоителю, который вместо того, чтобы отскочить в сторону от громадины, разрезавшей лёд как нож масло, в ступоре замер. Она успела оттащить Сокку на достаточное расстояние, чтобы его не ополовинило носом корабля. Оба пребывали в немом шоке: Сокка радовался, что не умер молодым и красивым, Рада конкретно охуевала, ведь ожидала увидеть все, что угодно, кроме видоизменённой чёрной хреновины, которую она уже лицезрела сегодня посреди холодной пустыни.              Судно со скрежетом остановилось и на землю скинули трап. Навстречу жителям деревни спустились те самые люди огня: несколько коренастых мужчин, выглядевших внушительно и почти так же стремно как обитатели Мордора, под предводительством какого-то чувака с замашками гордой индюшатины.              Внезапно Сокка с криком недобитой чайки вскочил, чем немного напугал Раду, и воинственно понёсся на главаря огненной гопоты. Тот применил какие-то шиноби штучки, в результате чего сын вождя опять оказался рядом с девушкой, но теперь предварительно вспахал лицом землю.              Рада невозмутимо помогла Сокке встать, за что получила короткий кивок благодарности, подумав, что местный Оби-Ван Кеноби очень перестарался - его противник получил реальные, пускай и несерьёзные, травмы. Однако все вокруг продолжали игру, поэтому Шанская забила и снова начал наблюдать.              Она заметила, что все это время главарь вражеской банды смотрел в их сторону. Если на Сокку он поглядывал нахмурено и высокомерно, как и подпадёт противникам, то при рассмотрении ее персоны, парень явно пришёл в некоторое замешательство.              «Да, я не вписываюсь, потому что не участвую. Прости, но тебе придётся поднапрячься и играть, будто меня нет»- девушка нервно приподняла уголки губ - ей было слегка неудобно.              Благо, паренёк из народа огня очень быстро сориентировался и на его лице отобразилась озабоченность другого рода.              - Я пришёл за аватаром. Где он? - тоном бывалого прораба рявкнул Главарь.              Шанская коротко крякнула и согнулась в попытке подавить откровенный ржач. Ей даже стало немного интересно взглянуть на сценарий, если он был, потому что «аватар» ассоциировался у неё с синими человечками с замашками коренных жителей Африки или Австралии. Ее «косяк» не остался незамеченным, и Главарь на мгновение с яростью быка перед красной тряпкой развернулся к ней всем корпусом, зло зыркнув. Потом он совсем неделикатно схватил за грудки Пра-Пра, сотрясая ее тело так, что Шанская опять засомневалась в запланированности таких действий. Главарь нёс какую-то околесицу, которая полностью перестала казаться Раде забавной, когда он вернул Катаре родственницу и резко провёл ладонью перед лицами местных жителей, потому что из этой самой ладони, будто из самой преисподней, вырвались, мать его, языки пламени. Лица соплеменников теперь выражали животный ужас, и это явно была не актёрская игра.              «Рукав,»- подумала Шанская, когда первичный испуг прошёл и она вновь почувствовала, что может пошевелится, - «В левом рукаве какая-то приблуда. Может мини огнемёт или ещё какая херня. Но он явно конченный псих, и об этом, похоже, до этого момента никто не подозревал. Пиздец, а не ситуация»              Надо было срочно что-то предпринять, иначе кто-то из них - возможно, именно она - мог оказаться в качестве индейки на рождественском ужине, ну, то есть, поджаренным как шашлык.              Пока одна часть Рады волновалась за остальных, а вторая - более разумная - предлагала сваливать нахер с этого тонущего корабля, решение ситуации пришло само в виде мальчишки верхом на ебаном пингвине.              Шанская заметила Аанга ещё на спуске и, устав удивляться, хладнокровно сопоставила причинно-следственные связи и приготовилась действовать.              Ей сильно повезло, ведь, будь они с Соккой в основной массе рядом с остальными жителями деревни, незамеченной подобраться, пускай на несколько шажков, ближе к венценосному психу не получилось бы.              Как только Аанг стремительно пронёсся мимо огненных приспешников, сбив Главаря с ног, Шанская побежала почти с низкого старта.              Она на скорости налетела на пытавшегося подняться парня, наугад прицелившись в лицо и зарядив тому прямо по носовой перегородке, а потом ещё и совершила «мягкую» посадку пятой точкой на его рёбра, в результате чего Главарь снова распластался на полу в позе опрокинутой черепашки, прижимая правой рукой кровоточащий нос.                     Пока контуженная жертва беззащитно валялась, Шанская коленом прижала левое предплечье и мертвой хваткой вцепилась в кисть руки.              «Что ж за ссаные костюмы! Как я тут что-либо нащупаю?!»- краем глаза Рада заметила, как к ним уже приближались другие огненные долбоебы и настроены они, сука, были враждебно. Когда рука одного из них потянулась к девушке, ему в хлебало прилетел бумеранг Сокки. Сын вождя вместе с Аангом, который собрался обороняться какой-то, блять, палкой-копалкой, загородили Раду от остальных солдатиков, оставив девушке ебаный джекпот в виде их командира.              «Ничего нет. Черт, неужели другая рука?», - спина покрылась липким холодным потом. В этот момент девушка почувствовала резкое движение слева, затем около головы раздалось характерное шипение и девушка почувствовала жар левой стороной лица.              Мир, до этого плясавший до одури яркими пятнами, как в лихорадке, перестал вращаться и замер. Стало мертвенно тихо, а потом от страха противно запищало в ушах. Рада старалась не двигаться и даже не дышать. Уже поздно. Блять, она, похоже, перепутала руки и теперь эта ошибка будет стоить ей жизни. Ее запомнят либо пиздецки смелой, либо пиздецки тупой - но, в любом случае, с обгорелым куском плоти вместо башки, потому что, что-то ей подсказывало, этот псих обязательно повторит попытку и в этот раз точно не промахнется. Теперь от неминуемой гибели Шанскую отделяла лишь извращённая прихоть Главаря, который по-садистски тянул время. Она все ещё смотрела пустым немигающим взглядом на левую руку бывшей жертвы, которая теперь поменяла правила игры. Рада почувствовала как доспехи психа, на котором она сидела, начали заметно нагреваться, а его грудь теперь в ярости ходила ходуном.              Главарь резко выдернул свою левую руку - Шанская не сопротивлялась; боялась проявить хоть какие-то признаки жизни. Тут Рада чуть не свернула себе шею по инерции, потому что ее резко притянули за грудки. Правую руку юный террорист все ещё держал в опасной близости от уха девушки. Пришлось посмотреть, как говорится, врагу в лицо, теперь уже буквально. Рада только сейчас заметила, что шлем парня давно слетел с головы и теперь первое, что бросалось в глаза, - это уродливый шрам от ожога, тянувшийся от левой брови и до самой скулы. Что-то подсказывало, что это был далеко не грим.              «Пиздец. Пиздец. Пиздец.»              Псих морщил лицо и хмурил брови, а в ядовито-желтых глазах плескалась, казалось, лава из котла, в которой он хотел заживо сварить придурочную девку, посмевшую неслыханную дерзость.              Психи с манией величия очень опасны.              Рука на вороте пальто сжалась сильнее.              - Слезь с меня, - прошипел Главарь, - живо.              Шанская, парализованная от страха, не двигалась до тех пор, пока огненный псих сам не попытался привстать на локтях. Девушка резко поднялась, почувствовав слабость в ногах, но судорожно, прилагая волевые усилия, продолжила посылать сигналы к действиям - и ноги двигались, правда, один раз она чуть не наступила прямо на психованного уебка. Как только Рада оказалась на расстоянии от Главаря, один из его приспешников скрутил ей руки за спиной и туго завязал веревкой.              Девушка только сейчас заметила, что Сокка и Аанг были вынуждены прекратить боевые действия, когда она попала в опасную передрягу.              - Если я пойду с тобой, ты оставишь жителей в покое? - Аанг хмуро смотрел в сторону психованного, который снегом стирал кровь с носа.              - Ты Аватар?! - главарь резко встрепенулся. Он выглядел почти оскорбленным. В плане, если возможно быть более оскорбленным, чем после ее выходки. - Я днями напролёт тренировался, чтобы быть готовым к встрече с тобой, а ты всего лишь ребёнок? - он презрительно сморщил губы, но затем кивнул.              С Аангом проделали те же операции, что и с Радой. Когда Шанскую ткнули в спину и приехали подниматься на борт, мальчик поражено воскликнул, обращаясь к шрамированному: «Ты же обещал!»              Псих нахмурился и обернулся сначала на Аанга, потом его глаза встретились с глазами Шанской и он с победной сталью в голосе сказал: «Она явно не местная, а в уговоре речь шла о жителях деревни»